Текст книги "История Героя Королевы Эльфов (СИ)"

Автор книги: brinar1992

сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 107 страниц)

Выглядел он ужасно, лицо как будто сунули в раскалённые угли и там подержали. Местами кожа и плоть словно обуглились, местами полопались, местами отслоились, глаз не было видно, и похоже, что их теперь не было вообще, как и кончика носа. Удивительным образом не было крови. А, понятно, это действие амулета, уже начавшего постепенное восстановление повреждённых тканей. Только одного амулета тут будет мало… Мысленно выругавшись, Кирилл кивнул вопросительно посмотревшей на него Армине, и протянул ей ещё один амулет и небольшой пузырёк с целебно-восстановительным составом. Служанка молча приняла их, отстранив бледного как смерть приятеля пострадавшего, принялась за дело. И в этот миг раздался стремительно приближающийся громкий топот ног, лязганье доспехов и резкий требовательный крик:

– Что здесь происходит?!

Повернувшись, Кирилл увидел десяток стражников, подбежавших к месту происшествия и взявших его в полукольцо. Оружие, добротные боевые жезлы, у них было наготове, как и круглые металлические щиты, с вделанными в них защитными амулетами. И смотрели прибывшие блюстители порядка на Кирилла и его спутниц почему-то вот вообще не приветливо. Просто удивительно, с чего бы это, он же тут жизнь человеку спасает. А ну да, для них-то он стоит с вообще-то боевым жезлом в руке, а у его ног лежит искалеченный человек. Да твою же мать... Медленно подняв вверх левую руку раскрытой ладонью вперёд, правой Кирилл перехватил жезл двумя пальцами, указательным и большим, за самый кончик рукояти. Так, чтобы он смотрел рабочим концом в землю, демонстрируя тем самым доброту намерений. Стараясь говорить спокойно и вежливо, Кирилл на чистом эльфийском произнёс:

– Вон та ящерица ранила этого несчастного, я лишь оказываю ему помощь.

Словно желая подтвердить слова молодого человека, всё также запертая барьером ядовитая гадина издала громкое шипение-стрекотание и сопроводила его ещё одним плевком, правда уже заметно более жидким. Командир подбежавших стражников оказался женщиной, причём судя по ауре одарённой уровня слабого адепта, или сильного ученика. Причём, насколько можно было судить из-за частично скрывавшего лицо шлема, вполне симпатичной женщиной. Не убирая боевой жезл, она бросила поочерёдно взгляд на ящерицу, на Кирилла, на пострадавшего, снова на Кирилла, теперь уже более пристальный, что-то видимо для себя решила и уже спокойным голосом произнесла:

– Уберите жезл, он вам больше не понадобиться, почтенный…

– Кириалль, – представился молодой человек, медленно и аккуратно убирая жезл в поясную кобуру.

Оружие из рук Гаты и Армины исчезло ещё раньше, словно его и не было вообще. В какой момент ставшая шатенкой красавица снова оказалась позади Кирилла, прикрывая его со спины, он даже не заметил. Стражники, впрочем, по-прежнему держали своё оружие наготове, недобро поглядывая на всех окружающих, которых стало заметно меньше. Их командир, видя что Кирилл не стал перечить ей, продолжила:

– Почтенный Кириалль, я попрошу вас задержаться, и ответить на некоторые вопросы по поводу того, что здесь произошло. Это не займёт много времени.

Затем она достала с пояса связной амулет, и поднеся его к лицу тихо произнесла, но Кирилл расслышал её слова:

– Семнадцатый – Гнезду! Нужен целитель и жрец Дамокара на Звериный Рынок, у нас здесь…

– Осторожнее!

Резкий крик Кирилла заставил стражу вновь мгновенно напрячься, его опять взяли на прицел, а их командир резко повернулась к нему, готовая к неприятностям. Мгновение она смотрела на руку молодого человека, потом посмотрела к себе под ноги, куда Кирилл и указывал, а потом…

– Да твою же мать!!!

С отборной бранью она отскочила в сторону и принялась прыгать на одной ноге, пытаясь одновременно стащить с себя добротный кожаный сапог. Которым она наступила прямо в остатки чёрной жижи, которыми ящерица в первый раз плюнула в Кирилла. Кое-как стащив его с себя, она отбросила его в сторону вместе с портянкой. Упав на брусчатку, сапог продолжил бодро дымиться и плавиться, из-за попавшей на него жижи. Оставшись босой на одну ногу, стражница бросила убийственный взгляд на ящерицу. Та ответила ей очередным шипением-стрекотанием. Почему-то Кириллу оно показалось издевательски-насмешливым.

***

На родной Матушке-Земле Кирилл бы попал на весь остаток дня, а то бы и на всю ночь, пока правоохранительные органы разбирались бы, кто виноват или кого таковым назначить. Здесь же они оказались на удивление оперативны, всё разбирательство заняло чуть больше часа, спасибо жрецу Дамокара, быстро прибывшему в сопровождении ещё нескольких стражников и малого переносного алтаря. С его помощью он быстро провёл опрос свидетелей и пострадавших, установив картину произошедшего. К тому моменту к месту происшествия, едва не закончившегося трагедией, буквально примчалось ещё несколько человек, одетых в достаточно дорогие одежды халифатского покроя. А также несколько явно состоятельных ящеров, являвшихся начальниками продавцов живого товара. Что приятно удивило молодого человека, так это то, что никто не орал друг на друга, не угрожал, все вели себя на удивление корректно, вежливо отвечая на вопросы стражников и жреца. С ним тоже стали предельно вежливы, особенно после того, как проверили его документы. Старшая стражница так и вовсе стала невероятно учтивой. Что, впрочем, объяснялось очень просто.

Молодой полуэльф. Одарённый, явно при не малых деньгах, с прислугой. И при этом в документе указано только личное имя, без родового. Что понимающим людям сразу говорит о многом. Старшая стражница даже вежливо предложила Кириллу вызвать представителей Лесной Стражи, если ему угодно. На что молодой человек ответил вежливым, но твёрдым отказом – не хватало только привлекать к себе лишнее внимание. И так вляпался на ровном месте, сделал доброе, блин дело. Потому что по итогу выяснилось следующее.

Имело место быть классическое раздолбайство пополам с невезением и щепоткой рукожопости. Пострадавший паренёк, что был даже моложе Кирилла и оказавшийся племянником целого капитана не самого маленького корабля под флагом Халифата, честно приобрел у продавцов-ящеров дилафурелия (так называлась та ящерица). Приобрёл его он по просьбе капитана в качестве подарка их родственникам, состоявшим в Гильдии Алхимиков Халифата, так как ядовитая жижа этих ящериц была очень даже ходовым товаром. Ящеры-торговцы честно ему продали ядовитую рептилию, сидевшую в надёжной клетке-переноске, честно же предупредив, что это опасный хищник и с ним надо быть осторожным.

После того, как деньги были уплачены, они передали молодому человеку зачарованную клетку с её обитателем, вместе с амулетом-ключом, гасившим её защитные барьеры и отпиравшем замки. И который племянник капитана СЛУЧАЙНО, когда взял его в руки, применил, нажав не на тот аналог кнопки, предназначенный для неодарённых пользователей. Тем самым погасив магические барьеры и отперев замок клетки. Разумеется, ящерица немедленно ощутила пропажу барьеров и немедленно же плюнула юноше в лицо своей отравой. Тот выронил клетку, та распахнулась, а ящерица бросилась наутёк. И если бы не вмешательство Кирилла, то паренёк был бы сейчас мёртв, и возможно, что не только он, а его дядя разбирался бы не только с покойным племянником, но с претензиями со стороны пострадавших прохожих. Которые могли быть очень разными...

Понятно, что все эти новости радости прибежавшему бегом на помощь племяшу капитану корабля не доставляли от слова совсем. Мужчина средних лет, вполне привлекательной восточной внешности, в добротных светлых одеждах, сшитых по моде Халифата и с целым комплектом добротных амулетов разного назначения – видно, что человек состоятельный, даже если не знать, что он владеет целым кораблём. С аккуратно ухоженной бородкой, вьющимися, чуть тронутыми сединой тёмными волосами, загорелой кожей и цепкими тёмными глазами, он бросал на понурившегося племяша взгляды один теплее другого, по мере того, как картина прояснялась. Особенно выразительными они стали, когда он понял, что если бы не Кирилл, то племяш его был бы уже мёртв. Причём молодому человеку показалось, что страха в тот момент во взгляде капитана было явно больше, чем злости. Спасённый юноша явно очень хотел оказаться где-нибудь очень далеко в этот момент, а на родственника даже смотреть не решался. В остальном, правда, молодой человек выглядел неплохо для того, кто едва не погиб довольно мучительной смертью. Ему даже не потребовалась помощь прибывшего целителя, который осмотрев паренька лишь молча развёл руками. И очень внимательно посмотрел на стоявшего в стороне Кирилла. Потому что к моменту его прихода алхимия и амулеты Кирилла полностью восстановили лицо племянника капитана. Включая оба глаза. Если бы новая кожа не была лишена загара, то вообще можно было бы не понять, что тот пострадал. А так большая часть лица паренька теперь представляла розовое пятно, на фоне бронзовой от загара уцелевшей кожи.

По итогу разбирательств, единственным пострадавшим была признана командир стражников, лишившаяся сапога. В качестве компенсации она получила пару новых великолепных сапог, спешно купленных одним из помощников капитана в лавке неподалёку, и небольшую сумму серебром. Плюс капитан заплатил штраф за нарушение его подчинённым и родственником общественного порядка с угрозой для жизни окружающих, а также принёс бесчисленные извинения продавцам, стражникам и почтенному господину Кириаллю, спасшему жизнь его бестолковому племяннику. Сам Кирилл от каких-либо претензий и компенсаций вежливо, но твёрдо отказался, чем, к слову всех изрядно удивил. Хотя, как ему очень прозрачно намекнула несколько раз та же стражница, за своё участие он мог бы потребовать неплохую денежную компенсацию. Весьма неплохую, учитывая как сильно пострадал племянник капитана. И это не будет считаться практикой без лицензии, добавила она бросив взгляд на прибывшего и оставшегося без дела целителя. Но молодому человеку больше всего уже хотелось просто убраться отсюда и отправиться уже домой. Но увы, так просто этого сделать не удалось.

Потому что когда стража, убедившись что инцидент исчерпан, удалилась, а злосчастная ящерица загнана в клетку, капитан корабля, очень неплохо говоривший на эльфийском, буквально схватив племянника за шиворот, подтащил его к Кириллу, и бухнул его на колени перед ним. Тот немедленно смиренно склонил голову, всем своим видом выражая глубочайшее раскаяние. Капитан же корабля, тоже склонившись в почтительно поклоне, принялся буквально осыпать молодого человека благодарностями:

– Почтенный Кириалль, примите ещё раз мою искреннюю благодарность за спасение бестолкового сына моего младшего брата, которого я лишь под давлением материнских слёз решил взять с собой в море, дабы он набрался опыта в семейном деле. Прошу вас, позвольте мне отблагодарить вас не только словами за причинённые вам хлопоты и потраченные ценнейшие зелья и разряженные великолепные амулеты! Я прибыл несколько дней назад из Самоцветных Городов и ещё не распродал и четверти привезённых с собой товаров! Вы можете выбрать любой из них, какой только захотите, я предоставлю вам их все на выбор, готов заверить это на алтаре Блюдущего Договора! Уверяю вас, среди них найдутся такие, что окупят доставленные непутёвым племянником моим хлопоты вам...

Весь этот поток слов лился непрерывной рекой, и всё то время, пока капитан распинался, его племянник стоял на коленях перед Кириллом, склонив голову чуть ли не до брусчатки. Улучив момент, молодой человек вклинился в этот водопад слов и вежливо, но твёрдо произнёс, надеясь что правильно выговорил имя капитана:

– Почтенный Шинда-Бах, я услышал вас, теперь, прошу вас, услышать меня. Я спас и исцелил вашего племянника не ради награды. Я это сделал потому что оказался рядом, и потому что мог это сделать. И только по этому. Вы поблагодарили меня, я услышал ваши слова, мне этого вполне достаточно, уверяю вас. Никакого долга ни вам ни ему, я предъявлять не намерен.

Шинда-Бах на мгновение явно опешил, но только на мгновение. Отвесив ещё раз Кириллу глубокий поклон, он выпрямился и произнёс:

– Ваше бескорыстие делает вам честь, почтенный Кириалль. Я побывал во многих землях, и нечасто мне доводилось видеть подобную щедрость. Но всё же, прошу вас, позвольте мне хоть немного отблагодарить вас, не отплатить ничем за подобное добро – верный путь отвратить от себя Фортуну. Раз вы не хотите взять ничего, что я привёз из далёких краёв, позвольте мне хотя бы угостить вас и ваших очаровательных спутниц ужином! Сегодня вечером я со своим ближним кругом планировал отметить заключение удачной сделки в "Поющих Сиренах" и уже как раз планировал направляться туда, когда меня достигла весть о едва не случившемся горе. Это одно из лучших мест в Белой Гавани, где можно не только насытить своё чрево изысканными морскими блюдами, но и усладить свой слух чудесной музыкой и пением. Я буду искренне рад видеть вас и ваших спутниц своими гостями в этот вечер.

Несколько секунд Кирилл колебался. Больше всего ему хотелось вежливо, но настойчиво отказаться, и вернуться уже домой. Благо что всё, что нужно, кроме этого самого возвращения, он сегодня сделал. Но с другой стороны, чувствовалось, что человек искренне хочет отблагодарить, а не просто заливается соловьём ради красного словца. И за племянника, которого Шинда-Бах демонстративно понукал, он всё-таки очень переживал, это прямо было видно. Да и место названное им Кириллу очень советовал извозчик, по пути на Центральную Торговую Площадь. Коротко переглянувшись с Гатой, молодой человек плюнул и согласился:

– Хорошо, я принимаю ваше предложение, почтенный Шинда-Бах.

***

Халифатский капитан не обманул, "Поющие Сирены" были действительно местом весьма популярным в Белой Гавани, и народу в нём было полно, причём исключительно приличного. Если бы у Шинда-Баха не были, как сказали бы на Земле, забронированы столики, то вряд ли бы Кирилл сюда смог попасть, по крайней мере вот так сразу. Просто потому что все места, при том что их хватало, были заняты. Снаружи здание ресторана, а трактиром его действительно никак нельзя было назвать, практически ничем не отличалось от остальных. Из светлого камня, квадратной формы, высотой в четыре этажа, выстроенное строго по линейке, оно идеально вписывалось в общую архитектуру города и никак не выделялось на фоне остальных домов. Но внутри оно было куда интереснее! В центре него было общее свободное пространство, идущее от первого до последнего этажа. И там располагался высокий фонтан-бассейн, в виде многоступенчатой скалы, с вершины которой непрерывно текла вода. И на уступах этой скалы сидели, свешивая рыбьи хвосты, самые настоящие сирены. Причём некоторые из морских обитательниц были очень даже симпатичными и фигуристыми, если говорить про человеческую часть тела. А оценить их фигуры можно было в полной мере, так как из одежды у большинства были только украшения, в виде ожерелий и бус. Хотя, у некоторых были жилетки-безрукавки ярких цветов, расшитые всякими украшениями. И как было понятно из названия заведения, морские обитательницы хором исполняли различные песни для гостей, под аккомпанемент нескольких музыкантов, равномерно расположившихся на первом этаже вокруг основания бассейна-фонтана. Акустика внутри здания была отличная, так что на каждом этаже, где располагались места для гостей, было прекрасно слышно как музыку, так и хоровое пение морских дев.

При этом музыка и пение умудрялись быть достаточно ненавязчивыми, чтобы не мешать разговорам посетителей. В плане же удобств "Поющие Сирены" во многом напоминали земные рестораны. Только вместо привычных стульев, здесь были низкие диваны с многочисленными подушками, а столы были достаточно низкими. И в целом, обстановка здесь вызывала у Кирилла ассоциации с Востоком, но не Дальним, а Ближним. Правда, потом он заметил, что это только на первом этаже, на других этажах убранство было другим. На втором в стиле Вольных Городов, на третьем в стиле Восходной Империи, а на последнем в эльфийском. Единственное, что было общее – это кухня, состоящая в основном из даров моря. В смысле, Эльфийского Залива. Место для празднования заключения удачной сделки Шинда-Бах выбрал и забронировал очень удачное, на первом этаже, максимально близко к бассейну-фонтану, где купались и пели морские девы. Когда он вместе с гостями прибыл в ресторан, столик уже был накрыт, причём с расчётом на Кирилла и его служанок. Он с Гатой и Арминой разместился на одном диване, Шинда-Бах вместе с племянником и парой ближайших помощников на другом, напротив них. Причём капитан и его спутники уселись по-турецки, или, как сказали бы здесь, по-халифатски, забравшись на диван с ногами. Между ними на низком столике на широких блюдах были разложены многочисленные закуски и угощения, а в паре зачарованных на охлаждение содержимого кувшинах ждали гостей эльфийские вина нескольких сортов. Впрочем, от алкоголя Кирилл и его служанки сразу вежливо, но твёрдо отказались, что, впрочем, не стало проблемой. Человеческий юноша в чистых бело-синих одеждах, расшитых узорами морской тематики, что прислуживал им, немедленно предложил несколько вариантов фруктовых напитков, из которых Кирилл выбрал один, по вкусу напоминавший вишнёво-мятный лимонад.

Из предложенных же закусок молодому человеку особенно понравились крупные и сочные местные креветки, толщиной и длинной с нормальную такую сосиску. Поджаренные в масле, с добавлением соли и специй – просто объедение. Не уступали им и небольшие рыбки, напоминавшие кильку, которых можно было есть целиком. Так что очень быстро молодой человек окончательно перестал жалеть, что позволил себя уломать и принял предложение капитана. Который, к слову, оказался весьма интересным собеседником, про которого на родной Земле можно было бы смело снимать приключенческий фильм. Потомственный мореплаватель и торговец родом из Сахиб-Нере, он унаследовал от ушедшего на покой отца добротное и быстроходное судно, которым его род владел уже четыре поколения. Что в целом, было не такой уж и редкостью среди морских династий Бериадона, некоторые корабли, по словам Шинда-Баха, служили семьям своих экипажей веками. И при должном уходе и правильном обращении, с годами такие суда превращались в огромные плавучие артефакты, обладающими порой уникальными свойствами. "Улыбка Фортуны" таковым пока что не стала в полной мере, но уверенно двигалась к этому статусу, и Шинда-Бах надеялся, что уже его внуки в полной мере насладятся плодами трудов своих предков. Если, конечно, кое-кто его раньше времени в могилу не сведёт.

Последнее было адресовано племяннику, что сидел с самого края дивана, был тише воды, ниже травы и вообще за всё время пути в "Поющие Сирены" не произнёс практически ни единого слова. Помимо него рядом с Шинда-Бахом сидел его первый помощник, крепкий смуглокожий здоровяк под два метра ростом, представившийся Фехтаном. С блестящей, словно отполированной лысиной, массивной золотой серьгой в ухе, с мужественным лицом, широченными плечами и мускулистыми руками, толщиной с бревно. Одет он был халифатские шаровары из светлой ткани и жилетку-безрукавку, что позволяла в полной мере оценить рельефные мышцы и могучее телосложение. Сын чернокожей дочери дальнего юга и халифатского моряка, он был знаком с Шинда-Бахом с детства, начав ходить на "Улыбке Фортуны" ещё под началом отца нынешнего капитана. И, по словам торговца, они не раз и не два выручали друг друга в дальних плаваниях. Вторым спутником Шинда-Баха была достаточно симпатичная женщина средних лет, с такой же бронзовой от морского загара кожей, чистым лицом, выразительными карими глазами, такими же тёмными и вьющимися свободными волосами до плеч, как у капитана, и стройной фигурой. Шахал-Ана была главным навигатором и корабельным магом "Улыбки Фортуны" являясь третьим человеком в команде, после капитана и первого помощника. И по совместительству она была одной из жён Шинда-Баха, что, если подумать, было логично. Кораблю выходящему в открытые воды без толкового одарённого – никак. Сам капитан даром к магии обладал откровенно слабым, в лучшем случае тянувшем на средней руки ученика. А пускать к святая святых постороннего мага – это слишком большой риск. Другое дело, если этого мага с капитаном связывают очень тесные узы, подкреплённые не только магическими и божественными клятвами, но и общими детьми, которые, правда, пока что были слишком молоды для походов в море.

Формами Шахал-Ана немного не дотягивала до Гаты, заметно уступая той же Диантрель, но это ей несколько не мешало. Добротная одежда из яркой бело-синей ткани отлично подчёркивала стройную талию и высокую грудь главного навигатора "Улыбки Фортуны", несмотря на то, что по покрою мало отличались от мужских костюмов Шинда-Баха и Фехтана. Во всяком случае на наряды нескольких явно состоятельных женщин из Халифата, которых Кирилл видел сегодня днём, её одеяния вообще не походили. На его деликатный вопрос Шахал-Ана вообще не смутилась и пошутила, что на корабле посреди бушующего моря – все мужчины. Силу её, бегло взглянув магическим зрением, Кирилл оценил примерно в половину от своей, даже с учётом имевшихся при ней многочисленных амулетов, по большей части в виде украшений. Но это здесь, на берегу. На борту своего корабля, как он подозревал, Шахал-Ана становилась как бы не в двое, а то и в трое сильнее, будучи к нему крепко привязанной. Пусть в первую очередь она, по её же словам, специализировалась в основном не на водной или воздушной магии, а на пространственной. Причём не портальной ветви, а на той, что позволяла ориентироваться среди бескрайних открытых вод и держать верный курс, обходя таящиеся в море угрозы. А угроз в море хватало, Кирилл с большим интересом слушал истории о путешествиях Шинда-Баха, периодически прерывавшимися на очередную благодарность за спасение племянника, которого, как оказалось, звали Карахим. И который по словам Шахал-Аны на самом деле был весьма толковым пареньком, помогающим дяде во всех делах,

А дел у Шинда-Баха было много. Капитан, которому не было ещё и сорока, успел избороздить родное Срединное Море, пройти вдоль всего побережья Южного континента и дальше, вплоть до Восходной Империи, вернуться в родной Сахиб-Нере, пройти по рекам через Великие Джунгли, выйти в море через порт Ацланата, пересечь Юго-Восточные моря, побывать во всех крупных Самоцветных Городах, и вот теперь он вновь держал путь домой. Понятное дело, что проделав такой путь и оставшись при этом не просто живым, но ещё и с кораблём и с товарами, Шинда-Бах накопил огромное количество историй, которыми, под хорошую закуску и приятное пение сирен, охотно делился с Кириллом и его служанками. Правда, молодой человек подозревал, что их надо было делить на три. А то и на четыре. Ну или признать, что папа торговца, как говорили бериадонские моряки, отлизал одновременно и Калисто и Фортуне.

Потому что поверить в рассказ про то, как Шинда-Бах спасся от дракара одного из конунгов налётчиков с Ледяных Островов целый час кружась с ним вокруг всё больше расширяющегося и всё сильнее тянущего в себя водоворота-аномалии, было непросто. Как и в то, что проходя через Великие Джунгли они свернули не в тот приток одной из тамошних рек и, несмотря на казалось бы проверенных ящеров-проводников, выплыли прямо к огромному улью гигантских ос, свивших своё гнездо на диком магическом источнике, из-за чего насекомые развили зачатки общего роевого сознания. Можно было бы заподозрить умышленную засаду, если бы чешуйчатых проводников не зажалили насмерть первыми. Спасся тогда Шинда-Бах лишь за счёт смекалки и пожертвования части груза. Забившаяся в трюм уцелевшая команда спешно добавила в пару бочонков эльфийского, (ЭЛЬФИЙСКОГО!) вина гномьей водки, и четыре кувшина отборного мёда, всё это замешав. Получившееся сладкое угощение позволило отвлечь ос, очень быстро запьяневших и переставших обращать внимание на чужаков, что спешно покинули не тот приток реки. В качестве компенсации, правда, Шинда-Бах получил несколько десятков этих самых ос-переростков, что напившись в стельку беспомощно валялись на палубе и не смогли оказать сопротивления. По его словам, их жала ящеры оторвали с руками, даже не вспомнив про бестолочей-сородичей.

Молодого человека, в смысле полуэльфа, тоже расспрашивали, но достаточно деликатно и ненавязчиво. Всё-таки, как понял Кирилл, подобная щедрость и бескорыстность, что он проявил спася Карахима, встречались очень редко. Вдобавок, Шинда-Бах тоже обратил внимание, что Кирилл представлялся только личным именем, не упоминая родового. На что молодой человек не вдаваясь в лишние подробности поведал им свою легенду: сын перворождённого и смертной девы, он сейчас проходил обучение магическим искусствам в Лесу. Гостям из Халифата это явно разожгло любопытство, но настаивать никто из них не стал, очевидно сделав для себя те же выводы, что и старшая стражница, получившая новую пару сапог сегодня. Лишь ещё раз осыпали молодого человека благодарностями и комплиментами, похвалив его несомненный талант к магии.

Вечер тем временем шёл своим чередом, снаружи практически стемнело, на улицах Белой Гавани зажглись магические светильники, но жизнь в городе даже не думала утихать. В том числе и в "Поющих Сиренах". Одни блюда сменяли другие, морские девы продолжали хором или по одиночке исполнять песни на разных языках и разной тематики, одни блюда сменяли другие, и Кирилл окончательно убедился, что не зря принял предложение Шинда-Баха. В какой-то момент даже Карахим оттаял, после того как Кирилл подбодрил молодого паренька рассказом о том, как сам, едва начав постигать магические науки, тоже чуть не погиб. Тот поначалу недоверчиво взглянул на своего спасителя, но услышав историю про перстни-накопители, подаренные отцом, куда Кирилл по неопытности едва не слил весь свой резерв, позволил себе слабую улыбку. Правда, по понятным причинам он не стал уточнять, что было это пару месяцев назад. На что уже Шахал-Ана поведала, как будучи только-только начавшей постигать магию ученицей, едва сама себя не утопила, неправильно сформировав плетение, из-за чего вода из ведра, приняв форму шара, вместо того чтобы улететь в нужную сторону, накрыла её голову.

На что уже Фехтан поведал, как они вместе Шинда-Бахом, будучи подростками, отправились на рыбалку в гавани Сахиб-Нере. И надо же было в их сети угодить белопёрой акуле.

– Она здоровая была, мечется, я пытаюсь тянуть сеть, лодка крениться, Шинда-Бах кричит бросай сеть, а я ору ему: тащить помогай! В итоге чуть лодку не перевернули, и пришлось сеть бросить, за что нам потом так прилетело, что неделю не могли сидеть.

– Это ты неделю не мог сидеть, – усмехнулся торговец, – меня отец так выпорол, что я две недели всё делал стоя, а спал только на животе.

– Из-за потерянной сети? – уточнил Кирилл.

– Из-за едва не потерянного наследника, – усмехнулся ещё шире Шинда-Бах.

– Вот в эту историю я точно готов поверить.

– Ооо, осторожнее с подобными речами, почтенный Кириалль, иначе, усомнившись в рассказах тех кто бороздит открытые моря, можете однажды лишиться приличной суммы денег, – хитро сощурился капитан корабля.

– Не смею ставить ваши истории под сомнение, почтенный Шинда-Бах, но то, как любят моряки приукрашивать свои истории, уже вошло в легенды.

– И некоторые этим пользуются к своей выгоде, – широко улыбнулся Шинда-Бах. – Они рассказывают самые невероятные истории, а когда их обвиняют во лжи, умело подводят усомнившегося к предложению проверить их правдивость на алтаре Блюдущего Договора.

– Вот как? Буду иметь ввиду. А в таком случае, скажите, почтенный Шинда-Бах, какая у вас самая невероятная история?

Капитан "Улыбки Фортуны" ответил не моргнув и глазом, причём став предельно серьёзным:

– Встреча с "Парящим над Волнами".

Кирилл не понял смысла сказанного, а вот сидевшая справа от него Гата неожиданно серьёзно произнесла:

– Господин, осмелюсь посоветовать вам прямо сейчас позвать жрецов Хранителя Клятв.

Бросив на неё насмешливый взгляд, Шинда-Бах повернулся обратно к Кириллу и покачал головой:

– Ваша служанка, не иначе, чем-то на вас обижена, почтенный Кириалль, раз так сильно хочет облегчить ваши карманы.

Сложив руки на груди, кошколюдка, не поведя длинным ухом, спокойным и холодным голосом ответила:

– "Парящий над Волнами" утонул вместе с остальной Великой Армадой Островной Империи. Единственный из её кораблей, выстроенных из загубленных Древ Жизни, что всё ещё бороздит воды Срединного Моря, это "Покоритель Морей".

Повернувшись вновь к Гате, Шинда-Бах наклонился вперёд и, глядя ей прямо в глаза, совершенно серьёзно ответил:

– А я и не отрицал, почтенная, того что он утонул. Я сказал, что мне довелось повстречать его.

– И где же?

– Когда пересекал Юго-Восточные моря, идя от берегов Восходной Империи к Самоцветным Городам.

– Позвольте, я что-то не понимаю, – вклинился в намечающуюся перепалку Кирилл, – как вы могли встретить корабль, что утонул несколько веков назад?

– Также, как зашедшие в наши дни в руины Мёртвых Королевств, встречают там их воинов, что погибли и были преданы земле столетия назад, – спокойно ответил Шинда-Бах, продолжая смотреть в глаза Гате.

На кошколюдку эти слова, судя по её лицу, не произвели особого впечатления, и она ответила всё с тем же скепсисом:

– Истории про корабли-призраки, с не нашедшими упокоения экипажами, зародились чуть ли не в тот же день, когда первые обитатели суши рискнули бросить вызов бескрайним просторам морей. И я готова признать, что часть из них имеет своей почвой истину, а не вымысел помноженный на страхи и суеверия. Но могу я узнать, почтенный Шинда-Бах, почему вы уверены, что вам повстречался именно "Парящий над Волнами", а не какой-то другой корабль?

– А я бы с удовольствием узнал и подробности этой, несомненно, пугающей и одновременно захватывающей встречи, – сумел вновь вклиниться в разговор Кирилл, бросив на кошколюдку укоризненный взгляд.

Гата, впрочем, его не заметила, продолжая смотреть в глаза Шинда-Баху. Тот её взгляд выдержал совершенно спокойно, лишь мрачно улыбнулся и устроился поудобнее на своём диване.

– Мне доводилось бывать в граде, носящем гордое имя Сердца Срединного Моря. Там я видел флагман островного королевства, "Покорителя Морей". Его ни с чем не спутаешь, это... невероятное зрелище! Подобных ему кораблей я не видел нигде и ни у кого. Даже издалека, он производит неизгладимое впечатление.