Текст книги "Кровавый целитель. Том 8: Endgame – Часть 2 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 52 страниц)

Брэйв что-то проворчал себе под нос. Из его бормотания удалось разобрать пару особо крепких слов в адрес «идиотов» из команды разработчиков.

– Они и так ввели индивидуальную систему репутации, от которой я натерпелся по полной со своей минусовой репутацией, – Вилл мысленно поморщился от неприятных воспоминаний прошлого. Первое время после получения специального класса не удавалось ни нормально торговать, ни без лишних проблем брать квесты. – Задним числом, конечно, рассуждать легко, но кто-то и мог бы догадаться, что здесь скрыто нечто большее…

Комната, освещённая тусклым светом магических шаров, погрузилась в тишину.

– Ребята, – Луна нарушила молчание спустя пару минут. – Я перечитала письмо ещё раз. Наша общая репутация упала. Это понятно. Но можно ли как-то всё отыграть назад? Поднять хотя бы до нуля – не говоря уже о той планке, где начинается помощь?..

На этот вопрос в письме не было ответа, но истина будто лежала на поверхности.

– Я уверен, что нельзя, – покачал головой Вилл. – Даже если отсечь вариант с «фармом», когда игроки просто будут пытаться вытянуть репутацию в плюс… Как её вообще исправлять? Половина НИПов живёт под гнётом Гига и носит ошейники. Вторая проживает на землях королевства, где бывшего короля якобы убил я, а нынешнюю королеву едва не прикончил Совет Призванных. Тут качать репу придётся столько, что проще самому найти выход из игры. Я думаю, дальше будет только хуже. Репутация продолжит падать – ещё и ещё, пока напряжение не достигнет пика и не начнётся большая заварушка между нами и НИПами.

Вилл закрыл график и посмотрел на ребят. В голове крутилась одна неприятная, липкая мысль – та, что никак не вписывалась в общую картину.

– Знаете, что меня смущает больше всего?

– Действительно, а что? – пробурчал Брэйв. – Дай угадаю – наверное, что в письме очередная гадость, а не вкусная пицца.

Намтик и Луна улыбнулись. Вилл тоже усмехнулся, но на секунду. Мысль, которая пришла в голову, не оставляла места для веселья.

– Лоинтан сказал, что всё происходящее – это глобальный эксперимент. Обкатка новой технологии на подопытных кроликах. И, честно говоря, после всего, что мы тут увидели, я даже не хочу сомневаться в его словах. Но ведь разработчикам невыгодно, чтобы эксперимент заканчивался слишком быстро. А если бы здесь не было Невозвращенцев, тормозящих остальных, игра, скорее всего, уже бы закончилась. Причём Фаэл и прочие, как я понимаю, не были разработчиками, а значит, это их палки в наши колёса назвать искусственным замедлением со стороны.

Вилл хмуро посмотрел на тонкую линию верхней планки репутации.

– Я веду к тому, что если письмо не ложь, то при высокой репутации НИПы могли бы помочь нам выбраться из игры. Но зачем разработчикам давать нам ещё больше шансов на побег? Это же нелогично. Им как раз выгоднее держать нас тут как можно дольше. Всё это слабо стыкуется между собой. Либо они врут, врут и ещё раз врут. Либо же…

Закончить мысль не дала вибрация в правом ухе.

– Вилл! Снова гости!

– Кто там?

– А вот не знаю. Похожи на двух НИПов. И они… в общем, посмотри сам.

– Сейчас буду.

Вилл выключил наушник и посмотрел на ждущих объяснений ребят.

– Крайтен сказал, что гости. Два НИПа. Судя по всему, не опасных.

Вилл направился в узкий коридор, упиравшийся в тупик. В конце стояла старая, на вид хлипкая деревянная лестница, ведущая наверх. Под пальцами древесина оказалась неприятной – шероховатой, с заусенцами.

Лестница, ступеней на тридцать с лишним, вела на пустынный чердак. На нём не было ничего – только пыль, грязь и тишина. Несколько проёмов в стенах выводили на узкий балкон, который тянулся по периметру и открывал обзор во все стороны.

В одном из проёмов замер силуэт. На фоне сгущающихся сумерек он выглядел не как целитель в красной мантии, а, скорее, как чья-то тень.

– Кто там? – сразу спросил Вилл.

– Вон они. Смотри, ели плетутся.

Вилл шагнул к краю и поднёс монокль к правому глазу. Между высокими деревьями, еле передвигаясь, шли двое. Мужчина шатался, словно на грани обморока. Его длинная мешковатая рубаха была серой, грязной, висела на нём, как на вешалке. Казалось, он вот-вот рухнет – каждый шаг давался с усилием.

Девушка шла рядом, перекинув его руку себе через плечо. Он почти висел на ней всем весом, и она буквально тащила его вперёд, шаг за шагом. Сама выглядела не лучше: лицо и доспехи были измазаны грязью и засохшей кровью, походка – тяжёлая, неровная, будто каждое движение отзывалось болью. Казалось, ещё немного – и оба рухнут. Но они продолжали идти, упрямо и молча, будто другого выбора у них не осталось.

– Вряд ли ловушка… Скорее всего, это бедолаги, которым нужна помощь… – сказал Вилл. – Ладно, Крайтен, я спущусь и проверю, а ты понаблюдай за нами.

Из-под лопаток расправились кроваво-красные крылья. Вилл аккуратно перелез через перила и, не колеблясь, сорвался вниз.

Глава 2

Пуарум задумчиво крутил в пальцах большую золотую монету. Она плавно скользила от одного пальца к другому, словно сама перетекала по руке. Один из последних солнечных лучей, пробившихся сквозь высокие окна, медленно полз по залу, всё ближе подбираясь к ладони. Заходящее солнце клонилось к горизонту, и полоса света неспешно смещалась, будто живое существо, пытающееся дотянуться до руки.

Иногда монета касалась белоснежной поверхности стола, и её тихий стук нарушал звенящее безмолвие зала. За столом были заняты более сорока мест – в зале собрались самые влиятельные люди королевства. Но стояла такая напряжённая тишина, что, казалось, ещё немного – и можно будет услышать биение сердца сидящего рядом лорда Скалистого Берега. Лорд явно нервничал: он то и дело поправлял широкий воротник, лицо, обвисшее от жира, налилось краской, а обмотанные странными проволоками пальцы подрагивали.

– Кх-кх, – раздался неловкий кашель на другом конце стола.

На Элиарна Вейна – правителя Восточного Округа и последнего представителя древнего, но запятнанного рода – тут же обернулись несколько голов. А вот рыцарь за его спиной – высокий, в сияющих белоснежных доспехах и с клубящимся сгустком прозрачной магии вокруг головы – даже не повёл головой. Белых Рыцарей было так много, что казалось, их больше, чем самих приглашённых. Никого из личных охранников в зал не пустили. Даже Кальдур, который, по слухам, и в ложу с женой всегда водил с собой пару здоровяков, был вынужден войти один. Он явно был недоволен: широкие плечи напряжены, взгляд был злым и колючим, а челюсть подёргивалась от сдерживаемого раздражения.

Пуарум обвёл взглядом зал. Это было не только первое столь масштабное заседание, на которое прибыли представители всех уголков королевства, но и первое в зале, где раньше Её Величество принимала Совет Призванных. Бывать здесь ранее уже доводилось, но теперь даже беломраморные стены казались холоднее обычного. Все участники заседания сидели за круглым столом на равном расстоянии друг от друга. Лишь трон Её Величества и два соседних кресла стояли особняком, немного в стороне от общего круга.

По правую руку от трона восседал главный советник Её Величества – Велрис. Он был настолько высок и тонок, что казался беднягой, на которого Ори и Оин ради шутки наложили заклинание удлинения, свиток с которым они стащили у деда. Его руки были длинными, как у паука, и всё время находились в движении: то делали пометки на пергаменте, то чесали уголок правого глаза, то поправляли кольцо на мизинце. Он не переставал улыбаться – но улыбка была ровной, натянутой и слишком широкой, чтобы быть искренней.

На его месте ещё совсем недавно сидел Ниргбус – некогда правая рука покойного короля Анвента. Но вскоре после коронации Её Величества он загадочно исчез. Пуарум снова покрутил в пальцах монету. Почему-то не было сомнений ни в том, что именно случилось с Ниргбусом, ни в том, кто стоял за этой трагедией.

По левую руку от пустующего трона сидел волшебник. Седовласый, со всклоченной бородой и чернильными пятнами на манжетах, он, похоже, был единственным, кому не было дела ни до происходящего, ни до заполнившего весь зал напряжения. Ильтер сосредоточенно чертил что-то на огромном пергаменте, высунув изо рта кончик языка – точно мальчишка, который рисует большой корабль. Волшебник что-то бормотал себе под нос, а однажды вдруг вскрикнул так громко, что напугал половину зала. Ильтер всегда казался человеком не от мира сего – одержимым ремеслом, которому служил. За это он и снискал особую симпатию Её Величества.

Пуарум перекатил монету между пальцами и сжал её так крепко, что острые грани впились в кожу. Служить новой королеве оказалось одновременно утомительно и, на удивление, просто. Делай то, что она хочет – и будет тебе спокойствие. А хотела королевы, по сути, двух вещей: укрепить власть и решить кризис с Призванными. С первым проблем не было. После присоединения бывших земель Второго королевства казна наполнилась. Привилегии старой знати были урезаны, введены новые торговые налоги и заключены выгодные договоры с Торговой гильдией Медного пути и несколькими пограничными поселениями. Всё это укрепляло власть королевы – но лишь на поверхностном уровне. Без решения вопроса с Призванными всё может рухнуть в любой миг.

Неожиданно входная дверь приоткрылась – ровно на толщину ладони – и тут же захлопнулась. Спустя несколько секунд она распахнулась чуть шире, затем вновь резко закрылась. Пуарум обменялся встревоженным взглядом с сидящей рядом помощницей. В её туманных серых глазах скользнуло недоумение, перемешанное с тревогой: она тоже уловила в этой «игре» что-то неправильное. Но все молчали. Казалось, будто сам Ильтер наложил на зал заклинание тишины.

Спустя пару минут дверь наконец открылась нормально. Все за столом почти одновременно поднялись и хором произнесли:

– Ваше Величество!

Королева вошла в зал и, не сказав ни слова, направилась к своему трону. Зал замер. Шаги королевы по мрамору звучали глухо, платье – чёрное, как безлунная ночь, – струилось за ней, повторяя каждое движение. Алые линии на ткани напоминали трещины на стекле. В волосах – тяжёлых, чёрных, струящихся по спине, – поблёскивала заколка в виде жёлтой лилии. Королева была не просто красива – она была прекрасна. Холодно, недосягаемо прекрасна. В её юности не чувствовалось наивности, а в грации не было ни капли тепла.

Королева будто бы не смотрела на собравшихся, но её тёмно-зелёные глаза на мгновение скользнули по каждому – и каждый в этом взгляде увидел что-то своё. Пуарум с неожиданным облегчением отметил, что её взгляд прошёл по нему спокойно, без пристального интереса.

Королева шла к трону в сопровождении Чёрных рыцарей. Они входили попарно – молча, синхронно, как тени, шаг за шагом заполняя зал. Каждый вставал рядом с одним из Белых рыцарей, и те, столь же слаженно, начинали покидать помещение. Пуарум уловил, как напрягся весь зал. Внутри также начало разливаться неожиданное беспокойство.

Белые рыцари были официальной стражей Королевы. Они сопровождали её на приёмах, парадах и дипломатических встречах. Чёрные же всегда действовали из тени. Они существовали где-то на границе между слухами и страхом. И их здесь не должно было быть – и уж точно не в таком количестве. В зал их вошло несколько десятков.

Королева опустилась на свой трон – золотой, усыпанный разноцветными камнями, что вспыхнули мягким светом в тот миг, как она коснулась сиденья. Её взгляд снова начал скользить по залу. Тяжёлый. Серьёзный. И он замер на одном из присутствующих.

– Лорд Балтрен, – произнесла Трелорин, не повышая голоса. – Рада видеть, что Вы, проделав столь долгий путь, прибыли вовремя. Инцидент с Призванными улажен?

Лицо Балтрена вспыхнуло ещё сильнее, пальцы задрожали, будто выбивали неровный ритм по невидимому барабану. Королева смотрела на него с тем холодным спокойствием, которого боишься сильнее любого крика.

– Д-да, Ваше Величество, всё… под контролем, всё хорошо, – пробормотал он, споткнувшись на словах и вымученно пытаясь улыбнуться.

Королева чуть склонила голову набок.

– Интересно. Обычно, когда Призванные срывают поставку вельрумовой руды, это называют по-разному, но точно не «хорошо».

От её ответа Балтрена словно пробил озноб. Он задрожал так сильно, что, казалось, в зале стало слышно, как стучат его зубы. Королева больше не смотрела на него – её взгляд скользнул дальше, словно лорд перестал существовать.

– Мой покойный отец считал, что разговор стоит начинать с сути, – спокойно сказала Трелорин. – Позавчера ночью мои Чёрные рыцари раскрыли заговор Призванных.

Она протянула руку ладонью вверх и медленно направила её к центру стола. Там кольцом лежали с два десятка печатей, каждая обращена гербом наружу, чтобы все присутствующие могли их рассмотреть.

– В связи с этим, – продолжила Трелорин, – все Призванные, причастные к заговору, были казнены. Также был убит один из Чёрных рыцарей, оказавшийся их сообщником.

На несколько секунд время словно застыло. Потом, почти неслышно, заскрипел чей-то стул. Кто-то слишком резко откашлялся. Несколько человек одновременно потянулись к кубкам или к своим записям – просто чтобы занять руки. Пулчар дважды прокрутил монету между пальцами. Что-то в этой истории было неладно, но копаться в деталях сейчас уже не имело смысла.

– Это не первое покушение на мою жизнь, но первое на подобном уровне. Я не питаю иллюзий – покушения будут и дальше, но теперь Призванные не смогут возможности строить козни против короны с такой высоты. Отныне, если они хотят жить на землях моего королевства, они будут соблюдать все его законы.

После этих слов за столом снова наступила тишина. Несколько лордов переглянулись. У кого-то широко распахнулись глаза. Один из советников медленно скрестил руки на груди. Никто не выразил одобрения – но и протеста не прозвучало. Все поняли: правила изменились. Её Величество не просила совета или мнения. Она ставила перед фактом.

Тишину нарушил ровный голос с левой стороны стола.

– Ваше Величество, – осторожно начал седобородый Лоривель, – как Хранитель Порядка, я не могу не уточнить: есть ли у нас действенные рычаги, позволяющие… направить Призванных в рамки новых порядков?

– Есть, Лоривель. Даже несколько. Один из них мы уже использовали – он сработал, хоть и не совсем так, как рассчитывали. Сейчас всё иначе.

Трелорин обвела зал взглядом и остановилась на Керне – новом военачальнике, сменившем на посту павшего на арене Малекора. Высокий, плечистый, с выбритой головой и лицом, будто высеченным из пепельного камня. Его левая рука, сотканная из глубокой тёмно-синей магии, покоилась на столе. Это была не рука Медимана, которой некогда владел Малекор, а лишь слабая, далёкая копия. Она обладала некоторыми защитными свойствами, но не шла ни в какое сравнение с той, что сейчас владел Виллиус.

Керн вдохновлялся Малекором до фанатизма – настолько, что сам прошёл ритуал, в ходе которого добровольно отрубил себе руку. Как и его предшественник, он считался одним из сильнейших бойцов королевства.

– Керн, – обратилась к нему Трелорин, не меняя интонации. – С вчерашнего дня… ощутил ли ты перемену? Невероятную силу, что словно рвётся наружу?

Керн коротко посмотрел на свою левую, магическую руку, затем перевёл взгляд на правую, обычную. Потом поднял глаза на королеву.

– Простите, Ваше Величество, – заговорил он низким, ровным голосом. – Я был слишком занят. Со вчерашнего утра у моих бойцов начали пробуждаться способности к сотворению заклинаний голосом. В рядах возникла суматоха. Некоторые не справились с контролем – двое сошли с ума, один погиб. Я посчитал неразумным испытывать силу самому без необходимости. Королевство не может позволить себе потерять ещё одного защитника.

В конце Керн почтительно наклонил голову. Трелорин сдержанно кивнула.

– Мудро. Но поводов для беспокойства больше нет. Сейчас я это докажу.

Она сделала едва заметный жест – лёгкий взмах пальцами. Двое Чёрных рыцарей бесшумно вышли из зала. Минутой позже они вернулись, ведя между собой двух пленников. На фоне чёрных доспехов их фигуры казались особенно хрупкими: худые, с опущенными головами. Руки связаны за спиной, во рту – кляпы. Один из них споткнулся, но рыцарь не дал ему упасть – схватил грубой хваткой за волосы и потащил дальше.

Взгляды Призванных метались по залу, цепляясь за лица сидящих, будто в отчаянной попытке найти защиту. Паника в их глазах была почти детской, жалкой.

Рыцари вывели их в центр открытого пространства и заставили встать на колени. Всё происходило без слов, в гробовой тишине.

– Керн, – произнесла Трелорин. – Проверь свою новую силу. Эти двое – сильные Призванные, с хорошей экипировкой. Убей их. Одним ударом, если сможешь.

Некоторые за столом слегка шевельнулись. Кто-то отвёл взгляд, кто-то, напротив, неотрывно следил за происходящим. Никто не произнёс ни слова. Все ждали.

Керн бросил короткий взгляд на королеву, затем – на пленников. Медленно поднялся из-за стола и также неспешно обошёл стол, направляясь к ним. Было видно: он медлит.

– Что тебя смущает, Керн? – холодно спросила Трелорин.

– Но ведь они…

– Они – что? – её голос оставался спокойным, почти лишённым эмоций. Но в этой ровности чувствовалось, что у Керна был только один шанс ответить «правильно». – Это не просто Призванные. Эти двое участвовали в похищении придворных НИПов во время турнира. А несколько дней назад их схватили у границы, в составе группы, которая пыталась наложить фантомный слой на Деревню Каменного Рубежа, чтобы свести с ума её жителей.

Парни замычали и задёргались, словно червяки, но особые магические кандалы на ногах мешали им сделать хотя бы шаг. Эта же магия поддерживала их и не давала рухнуть на белоснежный пол.

– Не мычите, – недовольно пробрюзжал Ильтер, не поднимая головы.

Пленники тут же замерли, а мычание оборвалось, словно волшебник наложил на Призванных немоту.

Керн остановился в нескольких шагах от пленников. Несколько секунд он молча смотрел на них. Затем поднял правую руку, и из воздуха, без вспышек и звона, соткался его обух – тяжёлый, двуручный, с матовым металлическим блеском.

– Нет, меня волнует другое, – сказал Керн, повернувшись к Трелорин. – Я не раз сталкивался с Призванными. И ни одного из них я и близко не мог убить с одного удара. Даже друг друга они редко убивают подобным образом.

Королева чуть наклонила голову и мягко повела рукой. В этом жесте без слов читалось: «Попробуй».

Керн повернулся обратно к пленникам, перехватил обух обеими руками и крепче сжал его.

– Глубинный удар! – выкрикнул он. Громогласный крик отразился от стен и с эхом прокатился под сводами зала.

В ту же секунду обух вспыхнул короткой серо-синей вспышкой – будто изнутри в металл ударила молния. Керн сделал шаг вперёд и обрушил оружие вниз с такой силой, что по залу прошла ощутимая дрожь.

Обух ударил в белоснежный пол между пленниками. Удар будто ушёл вглубь, под плитку. Через секунду снизу донёсся глухой толчок – сдавленная ударная волна, как будто выдохнул сам дворец. Оба Призванных вздрогнули и рухнули замертво. Ни крика, ни вопля. Один из них дёрнулся, плечи скривились, а шея резко свернулась набок – словно сломалась сразу в нескольких местах.

Сидящая рядом помощница вздрогнула и инстинктивно сжала плечи. В недрах души родился странный порыв. Пусть Искра спала, и вряд ли она уже проснётся, увиденное впечатляло настолько, что захотелось хотя бы на мгновение почувствовать такую же силу. Деньги всегда были сильным инструментом. У кого больше золота – у того больше власти, а значит, больше силы. Но в этот миг как никогда было ярким чувство, что настоящая сила в другом.

Керн взглянул на свой обух, затем на магическую руку, и, наконец, на мёртвых Призванных, распростёртых у его ног. На лице военачальника промелькнуло нечто странное: то ли удивление, то ли осторожное принятие своей новой мощи.

– Вот он. Наш ответ Призванным, – сказала Трелорин, не отводя взгляда от тел. – Долгое время мы были слабее. Их сила превосходила нашу. Но благодаря мастерству нашего великого волшебника Ильтера…

– О, Ваше Величество, не стоит, не стоит, – закряхтел Ильтер с кривой ухмылкой. – Я всего лишь скромный ремесленник, плетущий паутинку в магическом поле. По вашему приказу, разумеется.

– Но приказ ничего не значит, если его некому исполнить, – сдержанно ответила Трелорин. – И теперь у нас есть преимущество, которое поможет в предстоящей борьбе.

– Простите… «в борьбе»? – негромко спросили за столом.

– Именно, – серьёзно ответила Трелорин. – Гига захватил одно королевство. Уничтожил другое. И он не остановится, пока не доберётся до последнего клочка нашего мира.

Королева вновь обвела взглядом сидящих за столом.

– Признаюсь, я тоже ошибалась. Я думала, с Призванными можно договориться. Что хотя бы часть из них проявит благоразумие. Но теперь понимаю – это была иллюзия. С ними нельзя иметь дела на равных.

– Король Анверт придерживался иного мнения, – осторожно заметил Лоривель.

– Да. Поэтому я и убила его, – спокойно ответила Трелорин.

Монетка выскользнула из пальцев Пуарума и покатилась по столу ребром, с тихим звоном падая на стол. В зале стало так тихо, что был слышен скрежет пера Ильтера по пергаменту.

Убийство короля Анверта стало трагедией для всего королевства, но не верилось, что за этим стоял Виллиус. Совершить такое – да ещё на собственной свадьбе и через подставное похищение дочери – выглядело абсолютно бессмысленным. Но подозрения не коснулись и Её Величества. Она казалась убитой горем дочерью, которая жаждала одного – справедливости.

Теперь она призналась сама. И пугало даже не само признание, а спокойный, будничный тон.

«И ведь призналась не в приватной беседе, а на собрании самых влиятельных людей королевства», – подумал Пуарум. От этой мысли по коже пробежал холод. Реакции за столом были разными. Кто-то побледнел, кто-то отвёл взгляд. Один из лордов медленно сжал подлокотник. Несколько человек даже перестали дышать – как будто боялись, что малейшее движение привлечёт к ним внимание.

И тут один из стульев скрипнул, резко прорезав тишину.

– Я знал Анверта с юных лет, – прогрохотал Артен. – И прошёл с ним больше битв, чем кто-либо за этим столом.

Трелорин смотрела на него всё с той же ровной невозмутимостью. В её взгляде не было ни страха, ни раздражения. Артен же напрягался всё сильнее: дыхание участилось, ноздри раздувались.

– Убийство короля – это преступление! – прорычал он. – Даже королева должна предстать перед судом!

Он бросил взгляд на ближайшего Чёрного рыцаря, но тот даже не шелохнулся.

– Арестуйте её! – резко бросил Артен. – Немедленно!

Трелорин легко взмахнула рукой в сторону свирепого лорда.

– Пронзающий удар.

Пуарум не успел даже моргнуть – всё произошло слишком быстро. Чёрный рыцарь, стоявший ближе всех к Артену, сделал два быстрых шага вперёд и вонзил клинок ему в бок. Лезвие вошло с неприятным, вязким звуком, от которого по коже пробежали мурашки. Артен не успел даже поднять руку.

Подошли и остальные Чёрные рыцари. Каждый, чётко и без эмоций, вслух произнёс название способности и нанёс удар. Через несколько секунд безжизненное тело Артена рухнуло на пол.

Одна из капель крови долетела до королевы и легла ей на щеку. Велрис тут же протянул платок. Королева вытерла каплю коротким, точным движением, и ткань впитала кровь, будто её и не было.

– Кто-нибудь из присутствующих поддерживает слова Артена? – холодно спросила Трелорин, возвращая платок советнику.

В зале снова стало тихо. Пуарум наблюдал за лицами. Вот она – простая и в то же время опасная сторона служения. Скажешь не то – и тебя не станет. Подстраивайся – и выживешь.

Никто не встал. Никто не поддержал Артена. Двое рыцарей подхватили его тело и потащили к выходу, оставляя за собой тёмно-красную полосу. Остальные рыцари остались стоять на своих местах.

– Прекрасно, – сказала Трелорин. – Да, я убила своего отца. И, что важнее, я убила короля. По всем законам за это меня должны были судить. Лорд Артен был прав как никогда. Но это было необходимо. Я вступила в сговор с Призванными только ради одной цели – устранить того, кто слишком верил в них. Отец видел в них союзников. Друзей. Людей, с которыми можно делить власть. А я видела то, кем они были: чужаками из другого мира. Угрозой из другого мира. И если бы я не остановила отца тогда, сегодня в ошейниках ходили бы уже мы. Если бы нам сохранили жизнь.

Трелорин снова обвела взглядом собравшихся за столом.

– Всё изменилось. Законы, к которым мы привыкли – и старые, и недавно принятые – не поспевают за происходящим. Здесь уже речь не о порядке или справедливости. Речь о выживании. Когда на карту поставлены наши жизни, наша свобода, наш мир – нужны не правила. Нужны решения. Быстрые. Жёсткие. И только тот, у кого хватит твёрдости, сможет провести королевство сквозь нависшую над ним тьму – и вывести к свету. Мой покойный отец, к моему глубокому сожалению, лишь завёл бы нас глубже во мрак.

– Простите, Ваше Величество, – произнёс Пуарум неожиданно даже для самого себя. – А зачем нам вообще бороться с Призванными?

Королева медленно повернула голову. Её взгляд стал жёстким, глаза недобро сузились.

– Пуарум? – переспросила она, мягко, но с такой интонацией, от которой похолодело внутри.

– Нет-нет, Ваше Величество, я не это имел в виду, – поспешно ответил Пуарум. – Просто… если Призванные пришли по какой-то дороге в наш мир, значит, они могут пройти по этой дороге обратно? Почему бы не бросить силы не на борьбу, а на поиск способа, который позволит… принудительно отправить их обратно? Или найти то, что просто выкинет их из нашего мира?

Пуарум замолчал – и в тот же миг в череп будто вогнали иглу. Мысли сплелись в спутанный комок, стали тягучими, вязкими, чужими. Пуарум сжал виски, пытаясь выдавить боль. Сквозь этот туман удалось разглядеть, что и с королевой происходит нечто похожее: глаза на миг вспыхнули неестественным огнём, лицо исказилось едва заметной гримасой, и она резко мотнула головой, словно отгоняя непрошеное ощущение.

«О чём это я?» – удивился Пуарум. Мысли прояснились, а сознание стало ясным.

– Потому что они перешли черту, – ответила Трелорин. – Они принесли слишком много зла. На их руках слишком много крови. Нет, они не могут уйти просто так. Они должны ответить за каждое злодеяние. И у нас есть способ. Их Искры ярко горят, но мы найдём способ потушить этот огонь.

Трелорин чуть повернула голову, взглядом отыскав Даграма – начальника городской стражи. Тот тут же поднялся со своего места: высокий, суровый, с глубоким шрамом, пересекающим мужественное лицо, и суровым взглядом, не терпящим возражений.

– Сколько опасных пленников сейчас в Кубе?

– Пятьдесят семь, Ваше Величество, – отчеканил Даграм. – Из них пятнадцать – Призванные, помещённые сегодня по особому распоряжению. Остальные – ваши подданные, осуждённые за тяжкие злодеяния.

– Призванных перевести в обычные камеры. Моим подданным предложить вступить в особый отряд. Пока они будут находиться под вашим личным командованием и проходить подготовку – до тех пор, пока я не отдам иных распоряжений.

Даграм едва заметно напрягся. В его глазах на миг мелькнуло удивление – столь неожиданный приказ явно застал его врасплох, но он тут же справился с собой.

– Будет исполнено, Ваше Величество, – коротко сказал он, вновь став непроницаемым.

– Куб вскоре будет разобран, – произнесла Трелорин после короткой паузы, давая собравшимся время осознать сказанное. – Ильтер, что скажете, это всё-таки возможно?

– Да, Ваше Величество, – спокойно отозвался волшебник, даже не поднимая головы и продолжая чертить что-то на большом пергаменте. – Расчёты проверены неоднократно. Всё сработает так, как Вы пожелаете.

– Простите… а что значит «разобрать Куб»? – осторожно спросил Пуарум.

По реакции окружающих стало ясно: никто, кроме Велриса и Ильтера, даже не догадывался о планах по разбору Куба – самой надёжной тюрьмы во всём королевстве. На многих лицах читалось явное замешательство.

– Гига надел моим людям на Севере ошейники, – холодно произнесла Трелорин, особенно выделив «моим». – Я поступлю так же с Призванными. Но эти ошейники будут не просто символом унижения.

Она поднялась. Голос звучал тихо, но в нём звенел металл.

– Куб – это особая тюрьма, в которой гаснет сила Искры. Мы разберём его и используем фрагменты для создания ошейников, которые будут носить Призванные. Так мы лишим их доступа к Искре и направим её энергию в особые магические сосуды. Их сила будет служить на благо объединённого королевства.

Королева сделала паузу.

– Так они понесут справедливое наказание. Сначала магическое – лишившись Искры. Затем физическое – выполняя простейшую работу. И лишь потом, полностью искупив вину, они смогут вернуться. Возможно.

Королева закончила и села на свой трон. Пуарум медленно обвёл взглядом присутствующих, невольно задержавшись на волшебнике. Тот, словно не замечая общего напряжения, отложил в сторону исчерченный пергамент и достал другой – с чуть большим количеством свободного места между чернильными штрихами.

Последние слова королевы пугали сильнее всего. Одно дело – жить в состоянии хрупкого равновесия, когда противостояние между королевством и Призванными ограничивается взаимными выпадами и короткими стычками, и совсем другое – слышать подобные заявления. Ошейники, лишение магии, разбор Куба… Всё это казалось таким радикальным, что отступать теперь просто некуда.

– Всё решится очень скоро, – спокойно продолжила Трелорин, будто отвечая на единый невысказанный вопрос. – Гига не станет ждать, пока мы укрепимся. Он прекрасно понимает, что наша сила растёт с каждым днём, а Призванные уже близки к своему пределу. Он непременно узнает о сегодняшнем Совете. У него есть Подавитель, и он обязательно попытается нанести нам сокрушительный удар. Мы же должны встретить его раньше. Но не отсиживаясь за стенами столицы. А в одной решающей битве.

– Ваше Величество, – Пуарум поднялся со своего места, стараясь придать голосу привычное спокойствие. – Подготовка к такому конфликту потребует значительных вложений. К счастью, казна в порядке, и мы можем себе это позволить. Золото творит чудеса не хуже магии – особенно если речь идёт о подготовке армии и оснащении бойцов. Со своей стороны обещаю сделать всё возможное, чтобы каждая потраченная монетка приблизила нас к победе.

Королева медленно кивнула, молча приняв эти слова. Пуарум сел и оглядел зал, вглядываясь в лица советников, лордов, торговцев и офицеров. В одних глазах горела решимость, в других – таился страх. Все смотрели только на королеву. Теперь уже никто не сомневался: спокойные дни закончились.