Текст книги "Кровавый целитель. Том 8: Endgame – Часть 2 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 52 страниц)

Глава 8

– Заряжённый выпад!

На пару секунд, показавшихся вечностью, Брэйв отвёл руку назад, концентрируя в клинке всю свою мощь, и резко выбросил меч вперёд. Сгусток света, заменяющий голову Хранителя, яростно, словно оскорблённый такой дерзостью, вспыхнул. Брэйв выдернул меч и тут же вскинул щит, уходя в оборону.

Копьё, сплетённое из бледных, подрагивающих нервных волокон, обрушилось с силой отбойного молотка. Щит оглушительно загудел, а перед глазами вспыхнуло уведомление об идеальном блоке. Хранитель не дал передышки, тут же нанеся второй удар чуть ниже. Брэйв ловко сместил щит, принимая и этот выпад. Третья атака шла с обманчивой медлительностью, с широким, почти театральным замахом. Выждав ту крохотную паузу, которую нутром чует только опытный танк, Брэйв вновь подставил щит.

Три идеальных блока подряд.

Сильные атаки, больно пробивающие обычную защиту, нанесли ровно ноль урона, а в строке баффов обновился таймер «Стальной выдержки».

– Вихревой взмах! – крикнул Брэйв, едва босс отвёл копьё для следующей атаки.

Мир вокруг смазался. Перед глазами на мгновение мелькнули пульсирующие, мясистые стены гигантской полости – живого сердца, последней комнаты «Чертогов агонии». Через долю секунды Хранитель вновь оказался перед глазами. Брэйв тут же отпрыгнул в сторону, уходя от новой атаки. Копьё с шипением вонзилось в тонкую, полупрозрачную мембрану пола. Под ударом она мгновенно натянулась, став почти прозрачной и отливая нездоровой синевой. Брэйв же приземлился на более плотный, тёмно-красный участок.

За спиной Хранителя кипела своя работа.

– Пепельный залп! – раздался гортанный голос Визора, и в спину ангелоподобной твари впилось с десяток огненных сгустков, похожих на раскалённые добела ядра. Каждое из них тут же взорвалось снопом обжигающего пламени. Посох из лавового стекла в руках мага пылал так ярко, что отбрасывал багровые блики на его грязное лицо, едва прикрытое широкополой шляпой.

Следом на босса напала полупрозрачная змея из изумрудной энергии. Она обвилась вокруг тела Хранителя и вонзила в него свои клыки, оставляя мерцающую ауру яда. Брэйв краем глаза заметил Лику. Её тело замерло в привычной боевой стойке: вес перенесён на опорную ногу, корпус развёрнут, а с тетивы её лука срывалась одна стрела за другой.

Между магом и лучницей мелькал яркий малиновый всполох. От Етти во все стороны расходился мягкий изумрудный свет – она без устали накладывала исцеление, вешала регенерацию и снимала любую гадость, что набрасывал как Хранитель, так и сама комната.

Рядом с боссом, тяжело дыша, орудовал двуручным топором Тобиас. Его удары были яростными, выверенными. Он не просто бил, а словно пытался вырубить с тела Хранителя куски затвердевшей крови, похожие на тёмные кораллы. При каждом движении пластины на его торсе и ногах слегка смещались, и в зазорах на мгновение можно было увидеть тёмные звенья кольчуги. Агрессивный боевой образ завершали разномастные наплечники – массивный левый для защиты и облегчённый правый для атаки.

Внезапно сердце содрогнулось. Полость наполнилась низким, почти неслышимым гулом – предвестником особой механики. По всей камере начали распахиваться массивные сердечные клапаны, обнажая тёмные, безопасные ниши.

– Лика, далеко стоишь! – выкрикнул Брэйв, заметив, что лучница сместилась к центру, чтобы повесить на босса метку уязвимости.

Девушка не ответила. Её ноги окутала лёгкая изумрудная аура. Три молниеносных, неестественно широких шага – и она уже скользнула в спасительную нишу ближайшего клапана, который раскрылся подобно гигантскому цветку. Тобиас, оборвав серию ударов, с недовольным рыком запрыгнул в укрытие. В свои ниши нырнули и Визор с Етти.

Брэйв остался на месте. Пол под ногами ощутимо истончался. Хранитель продолжал беспощадно атаковать. Брэйв, отважно принимая удары на щит и контратакуя, краем глаза следил за стенками. Секунда. Другая. Сосредоточенность была абсолютной.

По механике спрятаться в клапан могли все, в том числе и танк, но если сделать это, то к общему времени прохождения прибавится от пяти до двенадцати секунд – всё зависело от рандома и настроения босса. У них такой роскоши не было.

Мышечная стенка сердца едва заметно сократилась.

– Лазурный оплот!

Брэйв выставил перед собой магический лазурный щит, который просуществовал всего одну секунду. И ровно в тот миг, когда он появился, по залу прошла невидимая, но ощутимая волна, которая в очередной раз растрепала грязные от слизи волосы.

Тревога тут же сменилась облегчением. Тайминг у этой атаки был дьявольски неприятным. Опоздаешь на долю секунды или поставишь щит чуть раньше – и всё тело пронзит адская боль, а сверху Система накинет дебаф, который поставит крест на любом скоре.

Из-за клапанов уже выбирались ребята, снова включаясь в бой. Брэйв старался не смотреть на таймер в углу, словно его и не существовало. Но мерзкий, пессимистичный голосок в голове всё равно шептал, что уже после третьего босса их попытки побить хотя бы личный рекорд не имеют смысла.

Шкала здоровья Хранителя пересекла последнюю четверть. Брэйв приготовился. Новая серия атак была предсказуемой, но от того не менее опасной. Два молниеносных выпада заставили щит жалобно загудеть. Короткая пауза – и Брэйв резко пригнулся. Два следующих удара просвистели над головой. Эти выпады нельзя было блокировать – только уворачиваться. Щит бы они пробили, забрав вдвое больше здоровья.

Сразу после комбо Хранитель замер и выставил копьё вперёд. Наконечник из нервных волокон окутался больным, фиолетовым свечением. Не было ни замаха, ни удара – а в грудь просто врезался сгусток чистой магической энергии.

В душу словно вонзили раскалённую иглу. Шкала здоровья рухнула ровно наполовину. Над строкой баффов появилась иконка дебафа – красное треснувшее сердце с таймером на пятнадцать секунд. Привычный тёплый поток изумрудного исцеления тут же окутал тело. Красная полоска здоровья рванула вправо, и через три секунды заполнилась до отказа. В тот же миг иконка дебафа растворилась. Механика была проста, но неприятна: если целитель не успевал полностью восстановить здоровье за пятнадцать секунд, то цель с дебафом ждала неминуемая смерть.

Мощный удар. Тройное комбо. Ответный выпад. Снова «Лазурный оплот». Чем больше раз убиваешь босса, тем он легче, даже несмотря на то, что механики крутились без остановки, а иногда и накладывались друг на друга. Не успели ребята вновь выбраться из спасительных ниш, как из стен сердца с влажным хлюпаньем выдавились три пульсирующих сгустка крови. Они неуклюже поползли к Хранителю, оставляя за собой дымящиеся, шипящие шрамы на мембране пола.

«Да чёрт бы вас», – мысленно выругался Брэйв. Здоровье босса падало, но и безопасных зон становилось всё меньше. Он отвёл Хранителя как можно дальше к стене, чтобы у ребят было больше времени уничтожить сгустки. Шаг в сторону. Парирование. Снова шаг. Присед. Для танка бой с любым боссом напоминал танец, но здесь это был смертельный танец на лезвии ножа.

Пока Визор, Лика и Тобиас добивали сгустки, Хранитель вскинул свою свободную, левую руку. Из его ладони выстрелили и сплелись в воздухе белёсые, подрагивающие жгуты, похожие на живые нервы.

– Цепи! – выкрикнул Брэйв.

Хранитель даже не развернулся. Словно по мысленному приказу, жгуты нашли свою цель. Они едва не пробили голову Тобиасу и впились в плечо Визору. Волокна напряглись и потащили волшебника за собой.

Цепи каждый раз вгрызались в самого дальнего человека в группе, поэтому всегда приходилось брать одного рейдж дамагера. Если все будут ближниками, то либо кому-то придётся отходить, теряя в уроне, либо подставлять хила, что означало почти верную смерть для всей пачки. Пожалуй, потанчить босса без хила сейчас могла только одна пачка из Лиги, которая за счёт этого выигрывала себе много секунд.

Етти разрывалась между пойманным магом и всей группой, которая получала постоянный урон от «Болезненного вздоха» сердца. Едва цепи спали, как Визор устремился к ближайшему свободному клапану. Брэйв, заметив дрожь на стене, едва успел выставить перед собой щит. Волна вновь прокатилась по залу. Здоровье Хранителя упало до пятнадцати процентов.

Развлечения для дамагеров на этом не заканчивались. Хранитель засунул левую руку себе в голову, вытащил оттуда сгусток света и швырнул его за спину. Сгусток, словно магнит, притянулся к Лике.

– Чёрт, да опять на меня! – выругалась она.

– Ребята! Попробуйте! Поднажать! – прорычал Брэйв. – Места мало, уже босса отводить некуда.

Вокруг них мембрана истончилась до предела, напоминая тёмную, натянутую паутину, а у дальней стены уже зияли чёрные дыры, ведущие в нижнюю камеру.

– Я подамажу, если только эта гадость на меня перестанет эту дрянь! Ай! – воскликнула Лика. Каждые две секунды шар бил её молнией, а под ногами оставались лужицы, которые не только наносили урон всем, кто в них стоит, но и истончали пол.

С потолка, словно хлыст, сорвался тёмный сосуд и обвил Тобиаса, пригвоздив его к месту.

– Етти, сними рут! – крикнул он через плечо.

Етти, которая большую часть внимания уделяла Лике, накинула на девушку очередное исцеление и лишь потом обернулась, сделав пару шагов к стражу и перепрыгнув через тонкий участок пола.

– Очищенная к-к-к… Очищенная к-к-к… – пыталась выдавить она.

По спине прокатился ледяной холодок. Брэйв посмотрел на Етти. Девушка застыла. Её посох был направлен на Тобиаса, но руки мелко дрожали, а лицо исказилось от паники. Она смотрела на стража, пыталась выдавить второе слово заклинания, но оно словно накрепко застряло в горле.

– Етти! – прорычал Тобиас.

Тонкая фигура Хранителя скрывала его, но даже и не нужно было видеть стража, чтобы понять, что произойдёт в следующую секунду. Поскольку на нём был рут, Страж не мог двинуться с места. Без движения пол под ним истончался с каждой секундой. Ещё немного, и…

– Сними рут с него уже, а!!! – завопила Лика, залпом выпивая зелье лечения.

– Очищенная к-к-к…

Брэйв, уклонившись от размашистого выпада, проскочил под боком у Хранителя.

– Руку! – крикнул он.

В этот же миг область под Тобиасом, и без того напоминавшая плёнку, не порвалась, а просто исчезла.

Прыжок, отчаянно протянутая рука – и пальцы сомкнулись на мощном запястье стража. Тело потащило вперёд, но Брэйв упёрся, затормозив у самого края. Он завалился набок, рыча от напряжения, но не выпустил из левой руки щит.

Бам. Бам. Бам.

Хранитель, как ни в чём не бывало, продолжал молотить, ведь агро никуда не делось.

– Максим! – крикнула Лика, бросаясь к ним.

– Босса бей! – заорал Брэйв. – Нам убить его надо! Визор, помоги мне!

Тот уже спешил на помощь. Над головой засвистели стрелы – Лика взяла себя в руки и продолжила бой. Девушка была одета немногим лучше мага, и урона вливала больше.

Держать Тобиаса и идеально защищаться от босса было невозможно. Брэйв просто держал щит перед собой, не думая о таймингах. Атаки пробивали простой блок и наносили урон. Усугубляло ситуацию то, что из-за пропущенных выпадов появился дебаф, который увеличивал любой входящий урон. Вокруг возникали изумрудные всполохи – Етти всё же взяла себя в руки и начала хилить. Подбежавший Визор подхватил вторую руку Тобиаса, и вдвоём они вытащили его из провала. Брэйв тут же перекатился в сторону – и спустя мгновение там образовался свой разрыв.

Сердце содрогнулось вновь.

– В клапаны! – заорал Брэйв.

Тобиас тут же юркнул в ближайший. Визор растерялся. Брэйв среагировал быстро – он резко толкнул мага двумя руками в нужный клапан. Маг потерял равновесие, смешно замахал руками, но в своём укрытии оказался, и клапан проглотил его, как хищный цветок неосторожную муху.

– Лазурный оплот!

Брэйв не увидел предупреждающего знака от Системы, но доверился своему внутреннему чутью. Лазурный щит раскрылся ровно за мгновение до невидимого удара. Но расслабиться Хранитель не дал: тут же по голове прилетела ответная атака, накинувшая ещё один стак «Слабости» и откусившая половину здоровья.

Вывалившаяся из клапана Етти выговорила заклинание, и по телу прокатился мягкий поток исцеления. Новой механики с рутом, к счастью, не было. Через полминуты интенсивного боя Хранитель распался на части, а сердце, издав последний гулкий стук, остановилось. Существо, внутри которого они сражались, умерло. Данж был пройден.

Завершено: Чертоги Агонии

Время прохождения: 39:12

Количество боссов: 5 / 5

Активные боевые механики: 4 / 4

Результат: 99 214 очк.

«Мда…», – разочарованно подумал Брэйв. Внутренний пессимист был как никогда прав.

– Ого, почти сотка! – воодушевлённо воскликнул Визор, смахивая грязь со лба и невольно обнажая залысину. – У меня топ скор до этого был около семидесяти. Я сейчас в десятку должен забраться!

Он оттёр с плеча сгусток гнили, чтобы увидеть нашивку. Несколько секунд ничего не было, но потом цифра «23» сменилась на «11».

– Эх, чуть-чуть, видимо, не хватило! Ну ничего, добить ещё можно, время есть!

Лика, огибая все тонкие зоны и провалы, подбежала к Тобиасу и набросилась на него с объятьями. Ей было неважно, что оба они были в крови и слизи. Она крепко его обняла, а парень мягко обнял её в ответ.

– Брэйв, спасибо! – поблагодарил он. – Вовремя меня подхватил.

Брэйв показал большой палец. Затем посмотрел на Етти. Она стояла в стороне, стыдливо глядя куда-то под ноги. Щёки её горели.

В теле Хранителя не оказалось ничего ценного, но они пришли сюда не за лутом. Одним кликом Брэйв распределил расходники, а следующим отправил каждому в инвентари классовые предметы.

– Завтра идём? – спросил Брэйв у ребят.

Визор тут же закивал, светясь от радости. А вот лицо Лики было кислым. Она взяла Тобиаса за руку и потащила его к выходу.

– Дальше без нас, – злобно процедила она, даже не поворачиваясь к ним.

Парень обернулся и виновато дёрнул плечом, всем видом показывая, мол, прости, я тут ничего не решаю. Они прошли сквозь мерцающую пелену и покинули сердце. Брэйв, переглянувшись с Етти и Визором, тоже направился к выходу. Единственную попытку на сегодня они потратили, и делать внутри остановившегося сердца было нечего.

Как только они прошли сквозь мерцающую пелену, их тут же накрыла тень исполинского существа. Они оказались снаружи, у подножия живой горы. Издалека она казалась просто скалой, но это тело умирающего громадного существа. Его спина, похожая на горный хребет, покрытая окаменевшей корой, медленно и едва заметно вздымалась и опадала с последними, прерывистыми вздохами. Земля под ногами мелко дрожала – предсмертная конвульсия исполинских мышц. Чертоги Агонии были его внутренностями, а последняя комната – сердцем, которое игроки вновь и вновь останавливали.

Брэйв особо не вникал в лор этого места. Для Лиги были важны лишь технические детали. Внутри Чертогов можно было настроить сложность – выбрать количество боссов и настроить сложность механик. Чтобы выбить топовое количество очков, приходилось выкручивать все показатели на максимум, превращая обычный данж в подобие легендарного подземелья.

– Ты с нами в Сухоречье? – спросил Брэйв у мага.

Тот покачал головой, и его шляпа качнулась следом.

– Не, у меня дела ещё есть, пару квестов надо сделать на сбор.

– А-а-а, ну давай. Поищи толкового дд. Мы тоже кого поищем. Если найдём, то снова попробуем.

«Хотя нормальные люди ходят на скоры одним составом, а не тасуют пачку каждый день», – разочарованно подумал Брэйв, но промолчал.

Мага, казалось, ничего не смущало.

– Окей, спрошу одну девчонку, может пойдёт. Она закрывала хард сложность пару раз, но от скора думаю не откажется. Тем более вы толковые ребята.

Брэйв довольно заулыбался от такой похвалы. Для Етти же, казалось, эти слова были как удар хлыстом.

– Ладно, на связи, – Брэйв аккуратно взял девушку под руку, и они двинулись в противоположную от мага сторону.

Тропа уводила их глубже в лес, залитый тёплым, медовым светом предвечернего солнца. Длинные лучи, пробиваясь сквозь густые кроны дубов, ткали на земле живой золотой ковёр. Воздух был пропитан запахами прелой листвы и влажного мха, наполнен жизнью: шелестом ветра в ветвях, далёким птичьим щебетом и приглушённым гулом игроков, спешащих по своим делам. Мир вокруг жил своей обычной, рутинной жизнью, и этот контраст с их собственным разочарованием лишь усиливал гнетущее чувство.

Они шли в молчании, которое не мог нарушить даже хруст сухих веток под ногами. Каждый шаг Етти был пропитан унынием. Её хрупкие плечи поникли. Брэйв несколько раз бросал на неё косые взгляды, чувствуя, как её молчаливая боль передаётся и ему. Попытки отвлечься и сосредоточиться на дороге ничего не дали.

– Етти, – позвал он, желая вырвать её из мрачных дум.

– Чего? – глухо отозвалась девушка, не поднимая головы.

– Не кисни ты! – Брэйв легонько пихнул её в бок.

Девушка даже не попыталась улыбнуться. Выбившаяся из причёски тёмная прядь упала на щеку, а в глазах застыла глубокая печаль. Брэйв мысленно поморщился. Эмпатия и чуткость – это вещи, которые качать намного труднее, чем скиллы танка.

– Ну не получилось рекорд побить, ничё, сделаем это завтра, – продолжил он. – До конца Лиги несколько дней. Ещё есть время.

– Да п-плевать мне н-на этот скор, – неожиданно резко ответила девушка. Она тут же осеклась и виновато опустила глаза. – Я… П-прости. Я не это имела в виду.

Брэйв мягко кивнул.

– Я понял.

Девушка остановилась и с такой силой вцепилась в складки своей мантии, что костяшки пальцев побелели.

– Мы… Ты спас Тобиаса, не дав ему упасть.

– Он бы всё равно не умер, – попытался успокоить её Брэйв, но тут же пожалел о своих словах.

Лицо Етти стало ещё более несчастным.

– Ага… Но он бы п-получил сильный дебаф и кучу урона. И пока он бы выбирался, мне пришлось бы кидать хилки прямо в яму, молясь, чтобы они достали до него. А пока он бы выбирался, мы бы п-потратили слишком много времени, моя м-мана бы просела, пол бы истончился, места бы не осталось, и всё, мы бы п-просто все умерли. П-померли бы из-за моей ошибки! Из-за того, что я з-з-з-з-заикалась

Последнее слово она почти выплюнула, с горечью передразнивая саму себя.

Слов утешений не было, ведь Етти была права. И на протяжении сегодняшнего забега по Чертогам такое случалось не раз. На третьем боссе, Ткаче боли, когда тот замахнулся для «Разрыва души», Етти замерла, не в силах произнести «Магическое поглощение». Пришлось обрывать ротацию и тратить драгоценное защитное умение. А когда Тобиас вошёл в особый «Рейдж мод» стража, она не смогла выдавить из себя хилку, и оборвавшаяся раньше времени ярость наказала стража сильным дебафом на урон. Каждая такая заминка стоила им драгоценного времени, складываясь в те самые минуты, которых не хватило для скора.

Брэйв посмотрел на её малиновую мантию. Етти была лучшей среди Кровавых целителей, которых собрал Пулчар. Она великолепно чувствовала бой, предугадывала действия босса, её реакция была почти безупречной. Она была женской версией Вилла, его младшей копией, способной в одиночку вытащить за шкирку самый безнадёжный бой. Но, как у любого супергероя, у неё была своя слабость. Заикание становилось почти неконтролируемым в секунды критического напряжения, парализуя её и мешая вовремя произнести нужное заклинание.

До сражений с Аргеннаром её недуг раздражал, но никак не руинил. После победы над ним казалось, что всё стало даже лучше, словно уверенность в себе придала ей сил, однако дальше всё откатилось назад. Заикание не просто вернулось на прежний уровень – оно стало коварнее, злее, и постоянно всплывало в самые неподходящие моменты.

Топовые целители давно и прочно осели в своих группах, да и с другим хилом не будет той особой связи, той синергии, что сложилась у них за эти недели. Но с Етти в том состоянии, в котором она была сейчас, не то, что ставить рекорды – ходить по сложным и динамичным данжам было попросту опасно.

Они снова шли в тишине. Брэйв боролся с собой. Одна часть, та, что была танком до мозга костей, требовала разобраться в проблеме, которая ставит под удар не только их пару, но и остальных дд, кто ходил или пойдёт с ними. Другая же, более человечная, не хотела лезть в чужую душу девушке и ковыряться в старых ранах. В итоге первая сторона, подкреплённая искренним беспокойством, всё же победила.

– Это как-то связано с той историей? – осторожно спросил он.

– К-какой? – настороженно переспросила девушка, её хрупкие плечи едва заметно напряглись.

– После которой ты заикаться начала. И где Пулчар подменил себя на какого-то парня во время ритуала. Тот парень же был из твоей прошлой группы? Вроде ваш лидер, правильно?

Девушка замолчала. На её лице отразилась вся внутренняя борьба: она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же прикусила губу и отвела взгляд в сторону.

– Да, – наконец ответила она и тут же добавила: – Но я не хочу об этом говорить.

Она произнесла это неожиданно резко, без малейшего заикания, так твёрдо, что и спорить не хотелось.

Брэйв не стал напирать. Они не были близкими друзьями, но были товарищами, танком и хилом, а в такой связке всегда рождаются особые узы. И всё же, несмотря на это, она не хотела делиться тёмной главой своего прошлого. Разум невольно рисовал самые мрачные картины того, что могло случиться с девушкой. За эти полтора года они насмотрелись на всякое. Чего только стоят одни Невозвращенцы, которые в разные времена своей истории творили по-настоящему жуткие вещи.

– Может, я тогда могу чем-то помочь? – предложил Брэйв.

Етти удивлённо остановилась и обернулась, и в её шоколадных глазах промелькнуло искреннее изумление.

– П-помочь? – неуверенно переспросила она.

– Ну да, конечно, – ответил Брэйв так просто, словно речь шла о том, чтобы сходить за хлебом. – Ты же мне помогаешь! С Лигой! И Сигила помогла дотащить к лекарю. А, стоп, я там тоже помогал. Получается, мы с тобой оба помогали вселенной и высшим силам добра…

Етти не выдержала и тихо прыснула, прикрыв рот ладонью. Брэйв и сам улыбнулся.

– Я серьёзно. Если проблемы с теми парнями, или что там ещё, то давай я помогу. Можешь даже не посвящать меня в то, что случилось. Скажи, мол, так и так, надо начистить им рожи, и всё. Папочка Брэйв поможет своему первоклассному целителю!

На последних словах щёки Етти залились румянцем. Она смущённо отвела взгляд, теребя край своей малиновой мантии.

– Я… д-даже не знаю, – наконец ответила она. – Д-давай я поговорю с Пулчаром, и т-там уже будет видно.

– Отлично, – воодушевлённо ответил Брэйв. – Только не тяните. Быстрее решим проблему – быстрее ты будешь в своих нормальных кондициях, и мы побьём-таки этот скор. Как же он меня…

Он осёкся на полуслове. Из чащи справа донёсся оглушительный треск. Огромный Лесной голем, мировой босс пятьдесят пятого уровня, неуклюжее создание из камня и мха, ломился сквозь деревья, снося стволы, словно спички. Они были далеко, и голем, не заметив их, продолжил своё разрушительное шествие куда-то вглубь леса.

Когда шум стих, Брэйв обернулся к Етти. На её лице впервые за долгое время играла лёгкая, робкая улыбка. Предложение помощи, простое и прямолинейное, подействовало лучше любых утешений. Они двинулись дальше, и теперь тишина не давила, а, наоборот, успокаивала. Иногда они даже перебрасывались короткими фразами, обсуждая встреченные по пути группы игроков или мелочи из жизни.

В такой лёгкой атмосфере прошёл остаток пути до Сухоречья. На входе они разминулись. Етти, уже более уверенной походкой, отправилась на встречу с Пулчаром. Брэйв же, проводив её взглядом, направился туда, куда идёт любой уважающий себя игрок после тяжёлого данжа, в котором всё висело на волосок от провала, – в таверну, чтобы как следует пожрать и отдохнуть.

Брэйв шёл по главной улице Сухоречья, которая на деле была широким, высохшим руслом давно исчезнувшей реки, и деревня казалась чужой. Когда-то здесь кипела жизнь: подходившие к пятидесятому уровню новички взволнованно обсуждали первую легендарку, зануды дотошно строили лучшие билды, те, кто не умел держать язык за зубами, хвастались дорогим лутом, из таверны доносился гул голосов, прерываемый взрывами хохота. Теперь же на улицах было тихо и почти пустынно. Игроков почти не осталось, их место заняли НИПы, которые двигались по своим делам с новой, непривычной уверенностью. Обновление с репутацией сильно изменило и без того хрупкое равновесие между игроками и местными жителями. Многие системные функции оказались заблокированы на территории королевства, и игроки массово перебирались либо к Альянсу, либо к Невозвращенцам. Оставались лишь новички, ещё не успевшие нажить себе врагов, да топовые ребята, у которых были свои, особые дела на этих землях.

Навстречу, чеканя шаг по утоптанной земле, прошёл отряд из двух десятков солдат в гербовой броне королевы. Такие картины стали обыденностью. По королевским землям уже не просто витали слухи, а расползались факты. В деревнях вербовали в армию, лучших ремесленников сгоняли в столицу или Деревню Сломанных Ветвей, а тяжело гружённые обозы нескончаемым потоком тянулись к центру королевства. Самый большой конфликт был не за горами. Ко всему этому добавлялись и другие странности, от которых становилось не по себе. Всё сильнее игроков пугало решение королевы разобрать Куб – столичную тюрьму – из материалов которого, якобы, создают новое оружие против Призванных. Самые дикие байки, в которые не хотелось верить, гласили, что некоторые игроки бесследно пропали, а кто-то терял в уровнях.

«Ещё и Вилл, зараза такая, пропал», – разочарованно подумал Брэйв. Судя по тому, что наушник молчал, Вилл не вернулся, и каждый день его отсутствия давил на нервы.

Всё это оставляло за собой отвратительный запашок, и задерживаться на землях королевы не было никакого смысла. После Лиги нужно валить.

Мимо прошла молодая пара НИПов. Парень что-то увлечённо рассказывал, а девушка смотрела на него с такой нежностью и обожанием, что болезненно сжалось сердце. Брэйв остановился и проводил их взглядом.

Первые недели после потери Дианы были тяжёлыми, но что-то внутри пыталось успокоить, что пустота притупится. Не притупилась. Здесь Диана всегда была рядом, и её присутствие быстро стало чем-то само собой разумеющимся, как дыхание. А теперь осталась лишь зияющая дыра, которую нечем было заполнить. До игры было всего несколько встреч в реале, но здесь, несмотря на весь ужас, что они пережили, довелось немного пожить как счастливая пара. Брэйв сжал правую руку, но пальцы сомкнулись на пустоте, там, где раньше была её тёплая ладонь.

Он встряхнул головой, отгоняя тяжёлые мысли, и направился к «Пересохшей глотке». Возле входа висела доска, на которой друг к другу теснились клочки пергаментов, разных форм и размеров. Брэйв на всякий случай бегло пробежался по объявлениям. Кто-то продавал сушёные грибы, а хозяин кузницы искал себе помощника. Поговаривали, что некоторые таверны уже повесили таблички, что обслуживают только жителей королевства. Ещё один повод не задерживаться тут не задерживаться.

Дверь таверны негромко скрипнула, пропуская в полумрак, пропитанный запахом жареного мяса, выпивки и влажного дерева. Внутри было на удивление людно, но шума почти не было – разговоры велись вполголоса, смех был приглушённым, сдержанным. Игроков почти не было, зато НИПов – хоть отбавляй.

«Да вы меня троллите, что ли?» – разочарованно подумал Брэйв, осматривая зал. Обычно в тавернах сидели либо группы, либо одиночки. Сейчас же многие столики были заняты парочками. Брэйв поморщился, проходя мимо стола, где девушка заботливо кормила своего парня. Стол в углу казался лучшим вариантом, но стоило за него сесть, как за соседний столик тут же села ещё одна пара, уже игроков.

– Милый, ты устал? – проворковал женский голос. – Помассировать плечи?

– Не стоит, мась, лучше закажи мне пивка.

Брэйв закатил глаза так, что они, казалось, сделали сальто в глазницах.

– Тёмного эля и жареной свинины, – бросил он, стоило официантке, девушке с уставшим лицом, подойти к столику.

Она молча кивнула и через пару минут вернулась с подносом. Поставив на стол дымящуюся тарелку и тяжёлую глиняную кружку, она также молча удалилась. Брэйв принялся за еду. Смех за соседним столом действовал на нервы, но где-то в глубине души голос разума шептал, что это простая зависть чужому счастью. Счастью, что сейчас было недоступно. Дело было не в желании, чтобы на него просто кто-то смотрел влюблённо. Нужен был тот самый, единственный взгляд жемчужно-серых глаз.

«Нет, меня точно троллят», – грустно подумал Брэйв, когда в таверну, сразу за высоким парнем, вошла ещё одна пара. Брэйв тут же опустил взгляд. Столешница была похожа на закалённого в боях воина: десятки глубоких царапин и зарубок пересекали друг друга. Кто-то явно выместил на столе свою тревогу. Отчаянно захотелось сделать также.

Краем глаза Брэйв заметил, что парочка присела сразу у окна. Обычно в таких местах всегда можно было встретить новичков, которые с восхищением смотрели на топов, задавали глупые вопросы и хоть как-то помогали скрасить одиночество. Но сейчас не было и их. Брэйв с досадой приложился к кружке, осушив её почти наполовину. Крепкая горечь эля ударила по языку, на миг отрезвляя от дурных мыслей.

– Приветствую. Не помешаю? – через влюблённое «хи-хи» да «ха-ха» прокрался вопрос.

Брэйв оторвался от кружки и поднял взгляд. У стола стоял тот самый парень, что вошёл перед влюблённой парочкой. На нём не было доспехов, но каждая деталь его облика кричала о принадлежности к элите громче любого артефактного сета. Безупречная, словно выглаженная самой Системой, рубашка из дорогого шёлка цвета слоновой кости. Тёмные шерстяные брюки без единой складки. Дорогие кожаные туфли, начищенные до зеркального блеска. На руке – массивный перстень из серебра с гладким чёрным камнем. Взгляд скользнул выше, на плашку над головой, где не было ника. Затем – на нашивку на плече, где вместо цифры горел знак вопроса. Всё сразу стало ясно.

– Иштори? – недоверчиво спросил Брэйв. – Ты чего здесь забыл?

Рыцарь едва улыбнулся уголком губ, но ничего дружественного в этом не было. Он кивнул на свободный стул.

– Так что, не помешаю?

– Да падай, конечно.

Иштори плавно опустился на стул с прямой спиной, словно садился не в деревенской таверне, а в королевском тронном зале, рядом с Трелорин. Брэйв настороженно рассматривал его. Идеально уложенные платиновые волосы, аристократические черты лица и холодный, сканирующий взгляд. Слишком вылизанный образ. Типок, скорее всего, непростой.

– Только давай без чуши, мол, ты пришёл выпить пива, случайно увидел меня и решил присесть. По делу, лады?

Иштори усмехнулся. Он лёгким жестом подозвал официантку.