Текст книги "Кровавый целитель. Том 8: Endgame – Часть 2 (СИ)"

Автор книги: ArFrim

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 52 страниц)

Вилл замер на месте.

– Шрам, твою мать! – взревел он. Внутри закружилась дикая смесь возмущения, ярости и истерического хохота, который начал прорываться наружу странным хрюканьем. – Ты совсем охренел⁈ Ублюдок больной! Ты…

Шрам тут же поднял руки в примирительном жесте и отступил на шаг, чтобы не попасть под горячую руку. Вилл же не унимался. Казалось, за эти полминуты с уст сорвалось больше матных слов, чем за всю жизнь. Их было так много, что Тад аж зажал уши Тируше. Мория, не слышавшая вопроса Шрама, удивлённо обернулась на них, а Аргеннар вообще не обратил на них никакого внимания.

– … здец какой-то… – Вилл наконец выдохнул, снова нервно хрюкнув от смеха. Улыбка сама собой расползлась по лицу. – Мы попали хрен пойми куда, и хрен пойми как нам отсюда выбираться, а ты думаешь о том, чтобы оприходовать мою девушку!

Последнее он добавил уже тише, чтобы «Мория» не услышала.

– Вообще-то, ты сам сказал, что это не твоя девушка, – парировал Шрам, и в его голосе звучали нотки невозмутимой логики.

– И что⁈ Главное, что она выглядит как она, говорит как она, ведёт себя даже как она! – Вилл всплеснул руками. – И даже если гипотетически у вас что-то бы и сложилось, я не хотел бы смотреть, как ты… Фу! Гадость какая!

Гадкая улыбка Шрама стала ещё шире.

– Чего лыбишься? – Вилл отвесил стражу шутливого пинка под зад и толкнул в спину. – А если бы… не знаю, тут оказалась твоя любимая? Не НИП, а именно любимая женщина, тоже в виде такого аватара. И я бы захотел её у тебя на глазах, что бы ты сказал⁈

– Я бы вам сам свидание устроил. Чего париться, она же не настоящая! – ответил Шрам, и в уголках его губ, несмотря на попытку сделать серьёзное выражение лица, пряталась хитрая усмешка.

Вилл шумно выдохнул, запрокинул голову и провёл левой рукой по лицу, пытаясь стереть с него последние несколько минут разговора.

– Всё, иди в пень. Подойдёшь к Мории ближе, чем на пять метров, клянусь, обрушу на тебя кровавую магию. А потом Опустевшие, сбежавшиеся на шум, сожрут нас обоих. А пока они будут тебя жрать, я им ещё и соли с перчиком подам.

Напряжение, на мгновение развеянное абсурдной перепалкой, быстро вернулось. Шрам замолчал и снова отступил в арьергард, а Вилл, бросив на него последний укоризненный взгляд, сосредоточился на идущей впереди фигуре. Мория двигалась с неестественной лёгкостью, её свадебное платье почти не касалось земли. Остальные же брели следом. Каждый шаг отдавался странной ментальной усталостью.

Над головой успела проплыть ещё одна река, знаменуя очередной час, проведённый в безвременье. Вдруг Мория остановилась. Она стояла на вершине пологого холма, и её силуэт чётко вырисовывался на фоне беззвёздного неба.

– Каменный Хор, – обернулась она.

Вилл поднялся следом и замер. Перед глазами раскинулось завораживающее и одновременно пугающее зрелище.

Впереди лежала огромная вытянутая низина с неровными, рваными краями, словно что-то исполинское когда-то пробороздило эту мёртвую землю, оставив на ней уродливый шрам. Вся её поверхность была усеяна тысячами тёмных, окаменевших фигур. В самом центре этой мёртвой воронки, в пустой области, с небес падал столб дрожащего, голубовато-зеленоватого света, который им не был виден раньше. Вилл поднял голову, проследив за ним до самого источника. В небесном полотне, по которому раз в час текла река Искр, виднелась тонкая, почти невидимая линия – словно волосяная трещина в тёмном стекле.

– Это что за хреновина такая? – спросил Шрам. Его обычная бравада испарилась, голос стал серьёзным. Он указал фламбергом сперва на низину с фигурами, а потом на трещину в небесах.

– Это Шрам Пустоты, – ровно ответила Мория, подняв голову к небу. – По крайней мере, так его назвала я. А ниже – Каменный Хор. Опять же, моё название. Единственное, что я знаю про это место: Опустевшие, которые забредают сюда, начинают тянуться к разлому в небе, но ни у кого не получается. Кто-то каменеет сразу. Кто-то – ближе к кругу. Наверное, это зависит от их внутренней силы…

Она, не дожидаясь ответа, развернулась и уверенно зашагала вниз по склону.

– Кэхил убежал туда, на ту сторону, – добавила она, указав на едва заметный проход в скалах на противоположном конце низины. – Так что если хотите найти его, нужно начать поиски оттуда.

Вилл, помедлив на мгновение, шагнул следом. Склон был пологим, покрытым той же серой, похожей на пепел, пылью. Тад бережно взял Тирушу на руки. Когда Аргеннар оступился, Шрам инстинктивно схватил его за ворот кровавой мантии, не дав упасть.

– А нам обязательно идти сквозь Каменный Хор? – спросил Вилл у Мории.

Внутри что-то щёлкнуло – разговаривать с ней, с этим реалистичным, но ненастоящим отражением, было мучительно тяжело.

– Нет, конечно. Мы аккуратно пойдём по самому краю, – мягко ответила она.

Наконец они спустились. Первые окаменевшие фигуры стояли у самого подножия склона. Вилл осторожно подошёл к одной из них. Женщина в длинном платье застыла, запрокинув голову и глядя прямо в небесную трещину. В её груди зияла круглая, рваная рана – такая же, как у Тируши. Такая же рана виднелась на теле мужчины, что стоял рядом. И у старика, застывшего на коленях, который с отчаянной мольбой тянул руки к небесному разлому.

Вилл обвёл взглядом застывшие фигуры. Раскалённая игла совести пронзила душу. Эти раны нельзя было ни с чем перепутать.

– Их Искры насильно исторгнуты из сосудов, – произнёс Аргеннар. Он остановился рядом с ближайшей фигурой и провёл рукой над рваной дырой в её груди.– У них не осталось ничего.

Укол совести стал ещё более болезненным.

– Идём дальше, – сдавленно сказал Вилл.

Они двинулись по краю низины, аккуратно обходя фигуры и стараясь не подходить к ним слишком близко. Большинство из них смотрели в небо, тянулись к трещине, словно мотыльки к холодному, смертоносному пламени. Их рты были раскрыты в безмолвном крике. Вилл снова поднял взгляд к небесам. Трещина не была похожа на рану; скорее, на незаживающий шрам на тёмной ткани мироздания, сквозь который сочился потусторонний свет.

– Вилка, – басом позвал Тад.

Вилл опустил взгляд. Здоровяк остановился у невысокой, коренастой каменной фигуры, напоминавшей гнома. Сердце сжалось до боли.

– Нвентор…

Рука сама потянулась к невысокому изобретателю, что был немногим выше Тируши. Он окаменел, но даже так в его позе читалась отчаянная решимость. Разноцветные глаза, один – огненный, другой – ледяной, теперь были каменными и серыми. В груди зияла сквозная дыра, но в отличие от многих, он не смотрел в небо. Он вцепился в руку какой-то женщины и словно пытался оттащить её от центра круга. Это ему не помогло. А на лице женщины застыло безумное умиротворение.

– Прости, – прошептал Вилл, проведя ладонью по его каменной, холодной голове.

Фигурам не было конца. Вилл вместе с ребятами шёл дальше по самому краю, и что-то внутри не позволяло даже допустить мысль зайти вглубь каменных кругов. Иррациональный страх, не поддающийся объяснению, пробегал морозом по коже от одной лишь мысли об этом.

Они миновали окаменевшую девушку-рыцаря; в отличие от многих, она смотрела на разлом не с мольбой, а с опасением. Рядом с ней мужчина-целитель в разорванной мантии и плешью на голове так и застыл, сплетая пальцы в последней, отчаянной попытке сотворить заклинание.

– Эй, Аргеннар, ты в порядке? – спросил Вилл, заметив, что целитель остановился.

Аргеннар не ответил. Его резко качнуло, словно его ударили невидимым тараном. Глаза расширились от неподдельного ужаса. Рука вцепилась в грудь. Он тяжело, рвано задышал, будто тонул в океане чужой боли.

– Да… Простите, я в порядке, – с трудом выговорил он и коротко кивнул, показывая, что может идти дальше.

Но не успели они сделать и десятка шагов, как уже остановился Шрам.

– Шрам? А ты чего? – спросил Вилл.

Не говоря ни слова, он шагнул вглубь каменной толпы и поднял руку, прося не идти за ним. Страж встал рядом с застывшей фигуры молодой женщины. У неё были длинные, волнистые волосы, спадавшие на плечи, и даже в камне угадывалась её горделивая осанка и тёплая, чуть насмешливая улыбка, которая, видимо, никогда не сходила с её лица. Взгляд Шрама был прикован к её каменному лицу. Он долго, неподвижно смотрел на неё, а потом осторожно, почти невесомо, коснулся кончиками пальцев её каменной щеки. Затем он также молча отвернулся и вернулся к ним.

Застывшие фигуры провожали их пустыми глазницами, и от этого молчаливого наблюдения стыла кровь. Путь по краю низины казался бесконечным, хотя над головой не проплыло ни одной реки. Впереди, на противоположной стороне этого каменного хоровода, наконец показался тёмный провал – их цель. Чтобы добраться до него, нужно было пройти через узкий проход, который был заставлен плотным рядом окаменевших.

– Придётся протискиваться, – заключил Вилл.

Он шагнул первым. Остальные двинулись следом, стараясь не задевать застывшие фигуры. Но не успели они сделать и пару шагов, как тишину разорвал панический возглас Тада.

– Тируша!

Вилл резко обернулся. По спине прокатилась ледяная волна ужаса. Маленькую девочку словно что-то выдернуло из руки отца и откинуло в сторону, прямо к одной из застывших фигур. Девочка не плакала, а лишь тихо и жалобно мычала, а её тельце потряхивало в сильной дрожи. Тад бросился к ней и взял на руки. Звериный силуэт, до этого покорно следовавший за ней, отделился.

Он дёрнулся, вытянулся и, подобно хищнику, прыгнул на тень окаменевшего НИПа. На мгновение ничего не произошло. Затем тень Тируши начала её пожирать. Она жадно втягивала в себя чужой силуэт, становясь гуще, темнее. Едва покончив с первой жертвой, хищная копия тут же набросилась на следующую.

Стоило тени исчезнуть, как по каменной фигуре с тихим шорохом побежали трещины. Они пересекались, разрастались, пока с лица статуи не откололся первый кусок. В раскрывшейся дыре блеснул чудовищный, налитый злобой красный глаз.

– Бежим! – завопил Вилл, жестом подгоняя всех к проходу. – Живо!

Тад, схватив Тирушу, рванул вперёд. Аргеннар поспешил за ними. Шрам уже выхватил фламберг, но Вилл резким движением остановил стража – любая магия могла пробудить всю орду Каменного Хора. Перехватив испуганный взгляд Мории, Вилл кивнул ей, и они бросились следом за остальными.

За их спинами с жутким скрежетом оживали всё новые статуи, стряхивая с себя каменную крошку и бросаясь в погоню. Они не были похожи на безмозглых зомби: их движения были дёргаными, но быстрыми, а в глазницах горел осмысленный, хищный голод. У большинства в груди зияла знакомая рваная рана от вырванной Искры, но двое из них несли на себе следы иной смерти: у одного от плеча до пояса шла чудовищная рана, а грудь другого пестрела тёмными пробоинами от стрел.

– Вилл, а что делать-то, они догоняют! – заорал Шрам.

Он инстинктивно дёрнулся, готовый развернуться и принять бой, но тут же одёрнул себя и побежал дальше.

– Бежим, другого выхода у нас нет! – крикнул Вилл в ответ.

«Но если настигнут, атаковать придётся», – пронеслась в голове очевидная мысль.

Пробудившиеся Опустевшие не отставали, они дышали в затылок. Одна из тварей, юркая девушка с безумным оскалом, настигла Тада. Она прыгнула ему на спину, и здоровяк, потеряв равновесие, рухнул на землю, инстинктивно отталкивая Тирушу, чтобы не раздавить её своим весом. Вилл, не думая, протянул руку девочке. Волна острой, жгучей боли пронзила от кончиков пальцев до самого плеча. На секунду накрыл другой ужас – от осознания, через какие мучения испытывал Тад все эти часы. Слёзы боли невольно подступили к глазам, но Вилл подавил жалость к себе и рывком поставил Тирушу на ноги.

– А ну отвали! – зарычал Шрам.

Пока Аргеннар помогал Таду подняться, страж, не используя магию, со всей силы ударил рукоятью фламберга по лицу напавшей на здоровяка женщины. Раздался отвратительный влажный хруст, и её глаз вдавило вглубь глазницы. Они вскочили и побежали дальше, но из-за заминки к ним уже подобралась вся остальная свора.

«Чёрт, у них что, вечное агро или как⁈» – злился Вилл, петляя между серыми, безжизненными валунами. Они бежали без оглядки, но конца погоне не было видно. Мория больше не вела их; теперь они просто спасались.

– Вилл… – прохрипел сзади Шрам. Одна из тварей сумела вонзить зубы в его ногу. – Делать… что будем… Может… их того…

– Нельзя, сам же знаешь! – бросил Вилл, но уверенности в ответе уже не было.

Прошло ещё минут десять, и всё стало только хуже. Простые физически удары были для Опустевших не более чем поглаживаниями. Женщина, которой Шрам раздробил глазницу, бежала за ними как ни в чём не бывало. Их нужно было убивать магией, но без неё это было невозможно.

Внезапно небо прочертила ослепительная река Искр, но в этот раз что-то было иначе. От основного потока отделилось несколько десятков крупных, слепящих точек. Словно капли расплавленного света, они сорвались вниз, просачиваясь сквозь трещину в небесном стекле.

– Туда! Бежим за этими падающими штуками! – крикнул Вилл, резко сворачивая направо.

– Куда, нас сожрут же! – панически выкрикнул Шрам.

– Бежим я говорю!

Им пришлось с боем прорываться, меняя курс. Одна из тварей бросилась на Морию, но Вилл, отчаянно и безрассудно, встал перед ней. Голубая рука встретила гнилые зубы, и хоть рука была магическая, по телу прокатилась настоящая волна боли.

– Спасибо, – выдохнула она.

Вилл не ответил, лишь перехватил её ладонь свободной рукой и потащил за собой. Теперь они бежали параллельно падающим с неба огонькам. Вскоре они выбежали к небольшой открытой площадке. Упавшие Искры, словно россыпь раскалённых углей, лежали на земле неровным полукругом, отгораживая вход в тёмную пещеру

– К пещере, давайте! – торопил ребят Вилл.

– Но… – начал было Шрам, но выдохнул. – Ай, чёрт тебя!

Опустевшие рычали за спиной, их когти почти цеплялись за волосы и мантию. Вилл бежал вперёд, моля, чтобы никто не споткнулся. Наконец, мягкий свет упавших Искр окутал их теплом, словно невидимый щит. Они пробежали сквозь барьер и замерли у входа в пещеру, где тьма зияла, как бездонный провал.

– Они… отстали? – спросила Мория срывающимся от бешеного бега голосом.

Вилл, не отвечая, рухнул на землю, прислонившись спиной к холодному камню. Остальные попадали рядом, тяжело дыша. Тад обессиленно опустил Тирушу на землю у своих ног. Вилл вздрогнул: Мория неожиданно подползла и прижалась к боку. Он даже не стал отстранять её, но и не обнял.

– Вилл, как ты понял, что это поможет? – спросил Шрам.

Страж, лёжа на спине, повернул голову к сияющему барьеру. Опустевшие, будто хищники у клетки, бродили по ту сторону, не решаясь подойти. Некоторые протягивали грязные руки к свету, но тут же с шипением отдёргивали их, словно от ожога. Другие просто стояли и смотрели в сторону, будто сияние искажало их восприятие и не давало учуять добычу, которая была совсем рядом.

– Без понятия, – честно ответил Вилл, поморщившись от боли в прокушенной волшебной руке. – Просто за секунду сложил это в голове. Эти… НИПы тянулись к разлому в небе, но окаменели возле него.

– А раз Искры, что упали, пропитаны силой Великого магического поля, то они и стали для них барьером? – закончил мысль Аргеннар, и даже несмотря на усталость голос как всегда переполняли мудрые нотки.

– Ага, – только и ответил Вилл.

Не было времени жалеть себя. Он мягко отодвинул прижавшуюся Морию и поднялся, тут же протянув ей руку, чтобы помочь встать.

– Давайте осмотрим пещеру, – предложил Вилл.

Шрам уже стоял у входа, заглядывая во тьму.

– Разумно ли? Вдруг там… ещё какая-нибудь гадость.

– Или упавшие Искры, и эти твари нападут на нас внутри, – добавил Тад, с тревогой глядя на сияющий барьер.

Вилл пожал плечами.

– А какие у нас ещё варианты?

Он посмотрел на Опустевших, что как коршуны кружили возле их временного убежища.

– Нам лучше уйти с открытого места. Пещера может быть сквозной. Найдём выход и двинемся дальше на поиски Кэхила.

Вилл обернулся к Мории.

– Но мы, подозреваю, убежали довольно далеко. Ты хоть примерно знаешь, где мы?

Мория неуверенно покачала головой.

– Я… не знаю. Здешний пейзаж почти везде одинаков.

Такой ответ не обрадовал, но был предсказуем.

– Хорошо, идём.

Стоило им шагнуть за порог, как тьма пещеры жадно поглотила их, отрезав от спасительного света Искр. Зажжённые системные факелы выхватывали из мрака лишь голые, однообразные стены. Пещера ничем не отличалась от десятка других, которые они исследовали раньше: узкий, петляющий спуск, уводящий вглубь земли, без единого намёка на сквозной проход.

– Мда, вообще ничего… – разочарованно протянул Вилл после десяти минут монотонного спуска.

Они шли и шли, а пещера, казалось, и не думала заканчиваться. Надежда, что этот спуск мог привести их к выходу, медленно угасала, но прежде чем её огонёк потух окончательно, впереди тьму пронзило слабое, прерывистое мерцание.

Вилл обменялся быстрым взглядом с Морией и, чуть ускорив шаг, пошёл первым. По мере их приближения мерцание становилось всё отчётливее, превращаясь в мягкое, успокаивающее свечение. Узкий коридор внезапно расширился, выводя их к источнику этого света.

Они вышли в огромный грот, от красоты которого перехватило дыхание. Стены, пол и потолок были единым, мерцающим полотном из лазурных кристаллов, которые, казалось, светились изнутри мягким, лунным светом. Их было так много, что свет факелов тонул в их глубине, отражаясь и преломляясь тысячами бликов.

– Вот это местечко… – присвистнул Шрам.

– Тируша! – одёрнул её Тад.

Девочка, словно заворожённая, подошла к одной из кристаллических стен и коснулась её ладошкой. В её обычно мутных, пустых глазах отразился свет, и на мгновение они, казалось, стали более живыми.

Вилл осмотрелся. Этот грот был тупиком, плотно запечатанным кристаллами со всех сторон, за исключением прохода, через который они вошли.

«Красиво, но что тут делать?», – с горечью подумал Вилл. Исследовать кристаллы? С запретом на магию единственное, что приходило в голову – это изучать их через системный прицел да швырять в Опустевших.

Внезапно из-за одного из кристаллических наростов выскочила тень.

Прежде чем кто-либо успел среагировать, пожилой, иссохший мужчина с безумным, загнанным взглядом, рванул с Аргеннару и со всей силы ударил его по голове острым осколком кристалла. Целитель коротко охнул и сразу обмяк, тяжело оседая на пол. По виску потекла струйка крови, смешиваясь с кровью на кровавом комплекте.

– Твою же! – выругался Шрам и тут же бросился на нападавшего.

Окровавленный осколок выскользнул из руки мужчины. Завязалась короткая, яростная схватка. Нападавший был слишком слаб, чтобы долго сопротивляться: Шрам повалил его на пол и прижал руки к мерцающей поверхности, а Тад тут же перехватил ноги, лишая возможности вырваться.

Вилл с удивлением смотрел на пленника: седые, спутанные волосы, впалые щёки, заросшие щетиной, и дикий, полный ужаса взгляд. Кэхил. Перепуганный Кэхил, которого они так упорно искали все эти дни.

– Твари! Я вам не дамся! Отпустите! Отпустите меня!

Тад и Шрам всей своей массой вжимали Кэхила в кристаллический пол. Запертый в чужом теле парень бился под ними, извиваясь будто червь на крючке, но вырваться не мог. Дребезжащий голос срывался на хрип. Против двоих у Кэхила не было ни единого шанса – простая, жестокая математика, не имеющая ничего общего с условностями игровой физики.

Вилл опустился на колено и всмотрелся в перепуганное лицо. Кэхилом завладело чистое, животное неистовство. Глаза, утонувшие в старческой паутине морщин, горели безумной яростью. Он резко извернулся всем телом, лязгнув зубами в отчаянной попытке вцепиться в державшую его руку.

– Кэхил! – Вилл медленно поднял руки на уровень груди, показывая ладони – одну обычную, другую окутанную мягким голубым светом. – Успокойся! Это я, Вилл. Помнишь меня? Я помог тебе сбежать с того ужасного сервера.

Безумие в глазах Кэхила улеглось. Вилл почувствовал, что тот смотрит прямо на него, затем старческие зрачки опустились на магическую руку. На долю секунды в них промелькнуло узнавание, но его тут сменила ненависть.

– УБИЙЦА! – взвыл он, и этот крик, полный боли, эхом заметался под кристаллическими сводами. – Ты! Ты убил её!

Он забился с новой, утроенной силой, переходя на животный, гортанный вой.

– Кэхил! Послушай! – крикнул Вилл, пытаясь до него достучаться.

Но Кэхил не слушал. Резким, змеиным движением он извернулся и таки достал зубами руку Шрама.

– Сука! – зарычал страж. – Вилл, я ему сейчас…

– Нет, не бей его! Просто держи!

Борьба прекратилась так же внезапно, как и началась. Старческое тело обмякло, и лишь из груди вырывались тихие, рваные всхлипы.

– Кэхил, послушай меня, – Вилл говорил очень мягко, будто обращаясь к раненому зверю. – Я не буду отрицать очевидное. Я отнял у тебя возлюбленную. Но у меня не было выбора. Аномалии множились, и без чудовищного ритуала мы бы просто все передохли.

Вилл заглянул ему в глаза. Где-то там, в глубине выцветших зрачков, был заперт Кэхил. Юный. Перепуганный. Бесконечно одинокий.

– Я понимаю, кем она была для тебя. И мне очень жаль, что всё вышло именно так. Но я не мог поставить чувства, пусть даже самые сильные, выше судеб десятков тысяч реальных людей.

Кэхил издал ещё один сдавленный всхлип. Вилл коротко кивнул Таду и Шраму. Парни слезли с Кэхила, но тот даже не шелохнулся.

– Ты… прав, – донеслось наконец с пола. Голос, едва слышный, был лишён всякой силы. – Я слышал… что ритуал был необходим… Ты прав… прав…

Он твердил это слово как мантру. Вилл позволил себе отвернуться и взглянул на Аргеннара. Тот лежал без сознания, из виска сочилась тонкая струйка крови. Рядом с ним уже сидела Мория.

– Как он? – встревоженно спросил Вилл.

– Прикиньте, если этот псих его убил. Вот рофл будет, – проворчал Шрам, с отвращением разглядывая следы зубов на своей руке.

Мория не ответила. Она осторожно приложила ладонь к виску целителя.

– Целительное касание, – мягко произнесла она.

Из-под её пальцев в рану полился тёплый, янтарный свет. Вилл отметил это про себя, хотя сам по себе факт ничего не доказывал – НИПы в последнее время научились произносить заклинания голосом.

Несмотря на исцеляющую магию, Аргеннар даже не пошевелился. Мория поднялась, на её ладони остался яркий кровавый отпечаток.

– Живой, но без сознания, – сказала она.

Справа раздался тихий шорох. Превозмогая собственную дрожь, Кэхил на четвереньках подполз к безвольному телу Аргеннара. Он замер, с ужасом изучая знакомое до последней морщинки лицо.

– А-а-а… – с его губ сорвался сдавленный стон. Нижняя губа затряслась, а глаза распахнулись так широко, словно превратились в два тёмных колодца, на дне которых плескался первобытный ужас. – Что… Почему…

– Поздравляю. Ты вырубил сам себя, – Вилл не удержался от едкой колкости.

Кэхил протянул дрожащую руку и коснулся одновременно своего и чужого лица. Кончики его пальцев осторожно обвели свежий кровавый след на виске. Затем он медленно поднял голову, и в его расширившихся глазах отразились паника и отчаянная, безмолвная мольба.

– Получается… это правда? – прошептал Кэхил. – Я… в теле этого старика… а он в моём? Но как? В игре… в игре же не бывает такого!

Он растерянно оглядел их.

– У меня есть теория, что никакого обмена телами нет, – Вилл постучал ногой по кристаллическому полу и демонстративно обвёл пещеру голубой рукой. – Не забывай, где мы. Это не наши тела. Это наши скины. И вы просто ими поменялись. Аргеннар носит твой, а ты его. Вот и вся магия. Он при этом остался Кровавым целителем, а ты – обычным хилом.

Шрам подошёл ближе к Кэхилу и с любопытством оглядел его с головы до ног. Затем перевёл взгляд на Аргеннара, потом обратно на Кэхила, словно сравнивая две версии одного человека.

– Тебе на вид сколько, лет двадцать, не больше? – спросил он с живым интересом. – Как тебе живётся в теле старика? Погано, наверное. А ещё, слушай, у тебя…

– Шрам! – Вилл закатил глаза. – Ну твою мать, ты опять за своё? Здесь ребёнок, если что.

Шрам хищно улыбнулся, но тут же нацепил на лицо маску невинности, будто ничего не произошло. Тируша крепко обняла Тада за ногу. Тот молча терпел объятья, что причиняли невыносимую боль.

Кэхил с тихим стоном сменил позу, сев и обхватив себя руками. Когда он это сделал, рукав его потрёпанной серой мантии съехал. На правой руке не хватало фаланги среднего пальца – палец заканчивался уродливой, давно зажившей культёй. В разрывах ткани на плече и боку виднелись не шрамы, а уродливые впадины. Кожа в этих местах была стянутой и рваной, словно из тела вырвали целые куски плоти, а раны зажили как смогли.

– Живётся… ужасно, – тихо ответил Кэхил. В этом признании уместилось больше боли, чем во всех его предыдущих криках. – И с каждым днём всё хуже и хуже. Это тело… оно будто знает, что я чужой. Оно отторгает меня. Словно я заноза, которую оно пытается выдавить.

Вилл посмотрел на лежащего без сознания Аргеннара.

– У твоего… собрата по несчастью всё точно также.

Кэхил медленно отполз назад.

– Как… вы сюда вообще попали? – тихо спросил он, и в его голосе проскользнул страх. – Вы тоже… умерли?

– Тоже? – недоверчиво переспросил Шрам.

Кэхил не ответил. Его затравленный взгляд тревожно метался между ними. Вилл переглянулся с Тадом и Шрамом. Судя по всему, Кэхил сперва хотел услышать их историю. С одной стороны, времени на болтовню не было: раз в этом мире не было еды, каждая минута была на счету. С другой – снаружи всё ещё могли кружить Опустевшие, поджидая лакомую добычу.

«Да и главная цель достигнута, верно?» – спросил Вилл у себя. Кэхил здесь, так что можно ненадолго сбавить темп.

– Хорошо, – решил Вилл, обращаясь к Кэхилу. – Раз уж мы тут ненадолго застряли, я начну с самого начала.

Не успел он продолжить, как Мория шагнула вперёд.

– Я пока проверю, что у входа. Вдруг Опустевшие ушли.

– Хорошо. И… береги себя.

Она коротко улыбнулась и исчезла в тёмном проёме пещеры. Вилл смотрел ей вслед. Пусть она была ненастоящей, беспокойство за неё, почему-то, было совершенно реальным.

Воспользовавшись затишьем, Тад опустился на пол рядом с Тирушей. Он достал из инвентаря тёмную полоску вяленого мяса. Отломив волокнистый кусочек, он протянул его девочке. Тируша взяла мясо, но тут же покачала головой и указала пальчиком на чёрное пятно на своей шее. Из её горла вырвалось тихое, сдавленное мычание, и она протянула еду обратно. Здоровяк молча кивнул и, печально глядя на дочь, принялся есть сам. Вилл отвёл взгляд от тихой семейной сцены и начал рассказ, взяв за отправную точку пробуждение и новость о появлении «двойника».

– … один из моих новых согильдийцев столкнулся с Аргеннаром, – Вилл кивнул на Кровавого целителя. – И узнал в нём тебя. Поэтому мы изменили план. Решили, что «тебя» нужно не убить, а взять в плен, чтобы… допросить? Помочь? Понять, что происходит? Вернуть по местам? Всё сразу, наверное.

При этих словах напряжение на лице Кэхила сменилось изумлением.

– Что… спасибо… – еле слышно прошептал он. – Вы… не обязаны были. Но помогли. Спасибо.

На миг стало неуютно от такой искренней благодарности.

– Да ладно, – Вилл нетерпеливо махнул рукой, стараясь прогнать странное чувство в груди. – Короче. Мы его пленили, он пришёл в себя, и мы начали тебя искать. Потом захотели зафармить Призывного босса, но нас засосало в какой-то разлом. Вот и вся история. Мы предположили, что ты тоже можешь быть здесь, и отправились на поиски как выхода, так и лично тебя.

Вилл умолк, выжидающе глядя на Кэхила.

– Теперь твоя очередь, – наконец сказал он. – Что с тобой случилось?

Кэхил долго молчал, прежде чем заговорить. Голос его был глухим и надтреснутым.

– Это… Я не помню, когда точно это произошло. Эта смена телами, – он покачал головой. – После смерти Ланвиа… я думал, что боль отпустит, что мне станет легче. Что смогу смириться, жить дальше. Но… становилось только хуже.

Кэхил несмело поднял голову.

– Вам… наверное, смешно, да? Что я влюбился в НИПа…

Вилл не удержался от смешка. Фыркнул и Шрам.

– Парень. Ты говоришь с главным экспертом по отношениям с нарисованными девушками. И с мужиком, который удочерил свою дочь НИПа. Как думаешь, нам смешно? – спросил он.

Эти слова, казалось, немного его успокоили.

– Давай дальше, – Вилл мягко направил парня в нужную сторону. – Тебе становилось хуже. В чём?

– Боль. Странная… Вроде душевная, но я физически её чувствовал. Это было невыносимо. Хотел покончить с собой, да не хватало духу. Мучительные дни тянулись один за другим. А потом…

Кэхил замолчал и посмотрел на свои руки. Старческие, покрытые сетью морщин и грязью, с трясущейся правой кистью и изувеченным средним пальцем на ней. Чужие руки.

Пока Кэхил подбирал слова, Шрам, которому вся эта душевная драма, казалось, была до лампочки, отошёл к стене. Он сел, прислонившись к холодному кристаллу, и положил себе на ноги любимый фламберг. Ладонь медленно, почти любовно, скользила по стали, словно он гладил единственное дорогое ему существо.

– А потом… – Кэхил сделал неопределённый жест в воздухе, словно пытаясь описать невидимое. – В меня будто вонзили сотни раскалённых крюков. Резкая боль, рывок – и невидимая сила выдернула из собственного тела. На одно жуткое мгновение я увидел себя со стороны… а затем – тьма и полёт сквозь пустоту. Я с чем-то столкнулся и очнулся в лесу. В теле какого-то старика.

Он кивнул на лежащего Аргеннара.

– Что ты делал потом? – спросил Вилл, видя, что Кэхил немного пришёл в себя.

– Прятался, – глухо ответил тот. – Мне было… страшно. Очень.

– А почему не связался с кем-то? – пробасил Тад. – Попросил бы помощи у Альянса.

Лицо Кэхила исказила горькая усмешка.

– Помощи? Думаете, Альянсу было бы до меня дело? – он саркастически развёл руками. – И что бы я им сказал? Здравствуйте, меня выкинуло из моего тела в тело какого-то старика? Да они бы меня в тот же день безумцем объявили и выставили за порог.

Вилл открыл было рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его. Кэхил был прав. В своё время Совет, в котором на тот момент было много представителей нынешнего Альянса, не поверил Фаэлу. Его посчитали безумцем, и этот отказ породил первых Невозвращенцев. С Кэхилом, скорее всего, эта история повторилась.

– А если бы ещё они узнали, что Кровавый целитель, что перебил многих игроков, носил именно твой облик, всё могло стать для тебя ещё хуже… – размышлял вслух Вилл.

На старческом лице Кэхила понимание сменилось ужасом.

– Погодите… То есть он… я… – он вновь перевёл взгляд на Аргеннара. – Он в моём теле… убивал?

Голос его дрогнул.

– И скольких… мы убили?

– Дох…

Не успел Шрам договорить, как Вилл остановил его строгим взглядом. Но было поздно. Паника на лице Кэхила переросла в немое отчаяние.