Текст книги ""Фантастика 2025-123". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)"

Автор книги: Наталия Ипатова

Соавторы: Юрий Нестеренко,Ольга Росса,Владимир Малый,Александр Конторович,Макс Вальтер,Владислав Зарукин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 326 (всего у книги 332 страниц)

В принципе, они с Флином примерно одного возраста, может у них есть старые счеты, раз Хрюн в своем театре одного актера изображает тут мастера сарказма.

– А еще такие люди обычно злые и у них хорошая память на обиды, способность легко переступать через общественные устои и тяжело бить… – сделав шаг навстречу осмелевшему книжному червю, проникновенно произнес я.

Библиотекарь автоматически отступил на шаг назад, растеряв при этом движении большую часть уверенности в себе.

– Не стоит, братишка, – тут же раздался голос принявшего правила моей игры Флина, – нехорошо это – каждый день бить кого-то из представителей городских служб и учреждений. К тому же после капрала стражи стыдно как-то опускаться до библиотекаря. Тем более, что в городе его не бил только ленивый. Ну, или глухой!

Сообразив, что в нашем дуэте за старшего все-таки более опытный городской житель Флин, и бить его прямо сейчас, скорее всего, не станут, библиотекарь вновь приосанился и вернул себе часть растерянного величия.

– Повторяю свой вопрос: посыльный, у тебя ко мне послание? Или ты уже успел его забыть? Не случайно же у тебя в родственниках такой вот реликтовый экспонат.

– Я сегодня работаю на гильдию убийц… – начал было Флин, но надменный хранитель свитков и фолиантов прервал его, свривившись и замахав руками.

– Сразу бы и сказали, что вы от этих бездельников! Я все ждал, когда же они, наконец, придут ко мне, чтобы узнать, кто расправился со старым мастером!

– А у тебя есть на этот счет какая-нибудь информация?! – изумился Флин, переводя удивленно вытаращенные глаза то на меня, то на библиотекаря.

– Ну, конечно же!

Глава 17
Ситуация накаляется

От заносчивого библиотекаря мы узнали гораздо меньше, чем хотелось бы. Его покойный коллега в преддверии ухода на покой решил подкопить деньжат и взял работу со стороны. К нему пришли из объединенной гильдии торговцев и за хорошее, очень хорошее вознаграждение предложили скопировать древний текст, повествующий о создании чего-то на подобие портальных переходов между городами. По легендам, такие переходы действовали до момента постройки главной Волшебной башни. А потом они стали не нужны, так как их заменили более удобными способами перемещения.

Толком никто уже не знает, как там что работало, но идеи восстановить разные утерянные знания часто всплывают то в одном городе, то в другом.

Конечно же, торговцам хотелось хотя бы попытаться сократить транспортные расходы. Вот они и решили попытать счастья в библиотеке. Они даже подсказали ныне покойному мастеру в каких именно хранилищах стоит искать интересующий их материал.

– Фолиант был совсем древний и рассыпался прямо в руках, – напыщенно повествовал Хрюн, – я предлагал свою помощь коллеге, но он не хотел делиться премиальными и потому отказал. Вы же знаете, что у всех нас постепенно ухудшается зрение, а лечение его связано с невозможностью долгое время нормально работать, потому мы и терпим это неудобство до самой старости. Вот и покойный уже неважно видел. Я заметил, что он ошибся в одном месте, переписывая с уже практически истлевшего документа, но сообщать о ней не стал. Зачем делать работу, за которую платят не тебе? Правильно же? Хочется верить, что его убили не из-за этой ошибки…

Хочется верить, что ему действительно не все равно, за что убили коллегу, вот только, все равно, не верится. Думаю, этот червь кроме своих книг и звуков ничего и никого не любит.

Зато он дал следствию неплохую такую зацепку! Однако Флин этому факту не слишком-то обрадовался.

– Нет ничего в мире более скользкого и неприятного для нормального человека, чем дела лиги торговцев, – сразу же поделился своим мнением посыльный, стоило нам покинуть здание библиотеки, – у них даже посыльные свои. Нашей братии они не доверяют. Что такого можно друг другу говорить, чего нельзя доверить добропорядочному посыльному?! Не любовными же посланиями они обмениваются!

– Ну, брат, – удивился я проявлению простодушия от умного и достаточно хитрого парня, – в торговле вращается много денег, а они любят тишину, как говорится…

– И где же это так говорится?! – взъерепенился Флин. – Как деньги могут любить тишину, если они все время звенят? Не звенит только одна монетка! Так что глупости ты говоришь про тишину! Про нее нужно было Хрюну рассказать, чтобы у него физиономию еще больше перекосило! А ты мне тут глупостями голову забиваешь!

Злится мальчишка. Видимо, действительно то, что в деле могут быть замешаны торговцы, – плохая новость. Надо что бы он немного спустил пар, а там уже можно будет осторожно пораспросить его о местных воротилах.

– И что за звуки такие этот фанатик издавал, за которые его били, да еще и не единожды? – нашел я подходящее русло для перенаправления праведного гнева.

– Инструменты изобретает, такие, что премерзкий звук издают. Такой, что аж все зубы ноют даже те, которые уже выпали или еще не вылезли! И, засранец такой, чаще всего ночью их испытывает. Мы сначала думали, это он такое время выбирает, чтобы его поймать было трудно. А потом поняли – ему без разницы светло на улице или темно – он творчеством увлечен…

– И что, сильно били? – на миг мне даже стало жалко этого помешанного на звуках сноба.

– Да как сказать, – скривился Флин, – все ведь понимают, что он ради общего блага старается, ради нашей великой цели. Еще бы он при этом другим жить не мешал, тогда бы и претензий к человеку не было. Не сложно ведь изобрести что-то и потрудиться хотя бы за городские стены с этим выйти прежде, чем начать дуть?

– Ну, не скажи! – заступился я за горе-новатора. – В городе народ интеллигентный – побьют слегка, чтобы науку человек усвоил, и успокоятся, а если крестьяне за дело примутся, то тут можно потом и не вылечить изобретателя.

– У меня от его звуков ногу больную сводит каждый раз, – признался Флин, – какой бы он новый инструмент не испытывал, мне ее словно из сустава выворачивают. Наверное, у него какой-то особый садистский талант в детстве просмотрели, а он его потихоньку умудряется развивать!

– Так и послали бы его в рамках Великих Игр вредить противной стороне!

– Идея, конечно, здравая, – мальчишка на краткий миг даже улыбнулся, – но мы же всеми силами стараемся, чтобы смертность на играх неуклонно снижалась, а тут, считай, гарантированный безмолвный жмурик. Безмолвный, тихий и спокойный… ты знаешь, я предложу, где надо, чтобы его на стену поставили во время осады или штурма! Обязательно предложу! Спасибо тебе, Женя. Извини, что глупым тебя называл. И считал. Теперь просто называть буду. Не буду больше плохо про тебя думать!

– И на том спасибо! – усмехнулся и легонько стукнул парня в плечо, давая понять, что извинения приняты.

Какое-то время мы шли молча, пока я не понял, что мы отмотали уже достаточно большое расстояние, а я даже не в курсе, куда направляюсь.

После первого вопроса на эту тему, Флин ответил как-то пространно и я насторожился.

– Уж не к сапожнику ли мы идем, к которому нам Стун запретил ходить без него? – прямо спросил я у мальчишки.

Было видно, что у парня происходит какая-то внутренняя борьба.

– Да говори уже, – помог ему принять правильное для меня решение, – мы же с тобой в одной лодке!

– Странные у тебя какие-то присказки! – беззлобно огрызнулся Флин. – Пока поймешь, что ты хотел сказать, куча времени пройдет. Лодочник, блин! Ты главное иди и веди себя так, будто мы просто болтаем. Сможешь?

Подгоняемые мной мысли внутри черепушки забегали чуть быстрее, чем они привыкли. Прокачивая ситуацию, я догадался, о чем сейчас будет говорить Флин. Вчера, засыпая, я слышал, как мастера обсуждали проблему того, что на нас с мальчишкой кто-то явно точит зуб и нужно бы как-то нас подстраховать.

– За нами следят, чтобы выявить людей, покушавшихся на твою жизнь? – решил я блеснуть дедукцией, заодно закрепив реноме неглупого человека в глазах названного младшего брата.

– Вот это да! – изумился мальчишка, но не могучести моего интеллекта, как я смел надеяться, а мнимой ловкости. – А ведь Рина сказала, что ты уже несколько минут, как крепко спишь! Все-таки ты, и правда, каким-то образом умудряешься противостоять ее магии! А ведь до тебя так на всем свете могли только Гарр и Стун! Невероятно! И ты все это время знаешь о наблюдении и так естественно себя ведешь? Слушай, ты сегодня вырос в моих глазах! Теперь ты со Стуном одного роста!

Ничего себе! Флин шутить изволил! Значит, все-таки, смог я поднять ему настроение.

– Так что мы, просто праздно шатаемся по городу?

– Вообще изначальный план был именно таким, – признался Флин, – на крайний случай сходили бы с тобой проведали Дента. Но теперь я вот что думаю. Получается, что, если за мной или нами наблюдают, то в опасности может оказаться не только мы, но и любой человек, что может навести нас на след убийцы…

– Ты думаешь, что и второй библиотекарь может быть в опасности, раз он в курсе круга общения убитого коллеги?

– Все может быть. Я думаю, что у нас два варианта: найти Стуна и поделиться с ним информацией, или идти назад в библиотеку. Я бы выбрал второе, но меня смущает, что ты не можешь нормально уворачиваться от летящих в тебя предметов – подстрелят и глазом не моргнут…

– Но при этом ты таскаешь меня с собой по улицам города, – не без иронии заметил я.

– Да ладно, – отмахнулся посыльный, – до этого же они не стреляли, с чего бы им сейчас начать это делать? К тому же пару раз я смогу не только сам увернуться, но и тебя убрать с линии атаки.

– Слушай, мощная, конечно, эта у вас способность. И что, все так могут от рождения? И так можно бесконечно телепортироваться?

– Потенциально могут все, но нужно учиться и тренироваться. Если уделять тренировкам по несколько часов в день, то проделывать такой фокус сможешь хоть несколько минут без перерыва!

– А дальше? – загорелся я интересом.

– А дальше тебя подстрелят, – пожал он плечами, – чем больше так делаешь, тем сложнее успевать вовремя. Да и перемещаешься ты примерно на одно и то же расстояние, хотя и в разные стороны. Так что это тоже не панацея. Хороший стрелок, если ему не мешать, рано или поздно добьется своего.

– Но, если на нас начнется охота, стрелку кто-то помешает, так? – уточнил я.

– Да, Стун не ушел от нас, пока не удостоверился, что мы под охраной.

– Тогда пошли обратно! Пускай наша охрана побережет еще одного человека.

Возвращаться нам пришлось так же неспешно, как мы прогуливались до этого, так что отсутствовали в библиотеке мы, наверное, около двух часов. И за это время там кое-что здорово изменилось! Сразу же бросилось в глаза отсутствие стекол в двух небольших окнах.

При прошлом посещении мы пошли влево от входа, стекла же отсутствовали справа. Осколки в большинстве своем валялись на улице. Взрыв там произошел что ли?!

Мы бросились к входу, но и там нас тоже ждал сюрприз. Двустворчатые двери были выломаны. Нет, они продолжали висеть на петлях, и даже были притворены, но дужки для замка были выворочены.

Я, конечно, не специалист, но судя по самим полотнам дверей, их выбили изнутри.

Отодвинув мальчишку в сторону, я зашел внутрь здания. Особо опасаться было нечего. Думаю, вряд ли кто-то станет выбивать двери, чтобы не выйти наружу, а остаться внутри. Но, все равно, осторожность лишней не будет. Больше всего я боялся найти внутри труп второго библиотекаря. И юношу, несмотря ни на что жалко, да и городу совсем без библиотекарей существовать нехорошо как-то…

Ни живых, ни мертвых людей в знании не оказалось. В комнате, где были разбиты оконные стекла, на полу мы обнаружили пару небольших пятен крови, буквально по одной капле. Ну, или просто красных пятен – я в этом не специалист, как и Флин.

В комнате было два теперь разбитых окна и две двери. Та, что вела в коридор, была распахнута, а вот вторая, ведущая внутрь здания, была закрыта наглухо. Мы побарабанили в нее, зовя библиотекаря, но тщетно.

– Что думаешь? – спросил я у мальчишки.

– Сдается мне, что у Хрюна был какой-то древний артефакт. Когда он понял, что находится в опасности, привел его в действие, а потом сбежал и запер за собой двери. Тот человек, которого он испугался, явно был большим и сильным, раз, придя в себя, не полез через окно, а выбил двери и вышел через них. Думаю, что все было примерно так.

– А я думаю, что нам срочно нужно бежать к сапожнику, пока до него не добрались раньше нас. Слишком уж быстро они пришли к Хрюну. Слишком!

Дослушав меня, Флин несколько секунд прикидывал что-то про себя, потом, кивнул каким-то своим мыслям, попросил меня оставаться на месте, а сам побежал на улицу. Выскочив на открытое место, он начал затейливо махать руками, явно делая кому-то знаки.

Не зная местного языка жестов, я вновь принялся обследовать запертую дверь. Замка с моей стороны не было, равно как и ручки. И выглядела она так, что без тарана ее не вынести.

– Брось, – услышал я голос Флина за спиной, – если он там, то в безопасности: тут и так было много шума, никто сюда не вернется. А если он сбежал, то я думаю, что знаю, где его искать.

А потом мы со всей скоростью, которую только способен развивать Флин, бежали к месту лавки сапожника.

По пути посыльный то и дело останавливался, чтобы перевести дыхание и пообщаться с кем-нибудь из местной ребятни. Совсем мелких он, ссылаясь на полученные от гильдии полномочия, посылал искать любого из мастеров убийц, с наказом срочно следовать по адресу, куда спешили мы сами. Другим же он предлагал бежать впереди нас и наблюдать за теми, кто входит и выходит из мастерской.

Я хотел было побежать за самым бойким из мальчишек, но Флин меня не отпустил.

– И подстрелить без меня могут, – пояснил он, – и ты можешь сходу не разобраться что там к чему. Дров наломаешь столько, что потом всем городом не разобрать!

В итоге из взрослых мы были на месте первыми.

К нам тут же подбежала целая стайка детворы. От нее отбились два мальчишки и одна девчонка.

– Мы следили за домом, – начал один из мальчишек, – туда никто не заходил.

– Затем, я прислонился ухом к двери и услышал стон! – перебил его второй мальчишка.

– А потом они подняли меня, и я через окно рассмотрела, что в комнате на полу у фасадной стены лежат два человека. Оба в крови! – вставила свои пять копеек девчонка.

– Хоть один из них – сапожник? – уточнил я.

– По ее описанию выходит так. – переглянувшись дополняя друг друга сказали мальчишки.

В этот момент к нам подбежал Стун. Сделал он это тихо и стремительно, вывернув из-за ближайшего угла.

Через минуту мы уже были внутри помещения и оказывали сапожнику первую помощь. Второму человеку помогать было уже поздно.

Однако, судя по тому, что у сапожника во рту был кляп, его ноги были стянуты одной веревкой, а вторая валялась неподалеку, второй участник драки был нехорошим человеком.

Почему драки?

О ней красноречиво говорило лицо сапожника, на котором не было живого места.

– Мне бы сейчас не помешал обруч для обучения, – страдальчески морща лоб, признался Стун, – не выходит у меня гладко восстановить картину произошедшего. Я не пойму, пытали ли сапожника, или собирались связать и унести отсюда? Если второе, то как похититель собирался сделать это среди бела дня? Да и почему эти люди так нагло себя ведут? Ведь через день, много два мы их всех выловим!

– А что именно с сапожником? Жить будет? – уточнил я, тоже не слишком понимая, что тут могло произойти.

– Он спит. Судя по запаху дыхания, в него влили какой-то травяной отвар. Возможно, это снотворное, но может быть, сон – лишь побочный эффект зелья. Я не специалист. Гарр или Рина смогли бы сказать точнее, но увы, – развел руками мастер Стун.

– У трупа проломлена голова, – подал голос осматривающий тело здоровяка Флин, – сдается мне, что небольшим сапожным молотком.

– Возможно, здесь был кто-то третий, – потерев для пущей убедительности свой скошенный назад лоб, начал дедуктировать я, – здоровяк, обездвижил сапожника, влил тому в рот зелье, оглушил его, или подождал, пока тот сам заснет, и начал вязать ему ноги. Хотя, я на его месте начал бы с рук. Кто-то третий, услышав шум драки, явился сюда, увидел картину происходящего, взял молоток и стукнул здоровяка по темечку. Потом, если руки сапожника все-таки были связаны, он развязал их и убежал.

– А зачем развязывать руки? – удивился Флин. – Может они не были связаны?

– Были, – проговорил Стун, – на запястьях следы от веревки, а рядом лежит молоток, испачканный в крови.

– И удар был не по темечку, а почти что в лоб. Чуть выше! – снова встрял посыльный. – Явно бил сам сапожник! Не так все было в конце драки! Я думаю, что верзила влил жертве зелье и начал связывать, думая, что сапожник уснул. Потом он на что-то отвлекся, сапожник тем временем освободил руки, достал молоток и, подождав, пока верзила вернется, профессионально родным инструментом его отоварил. Здоровяк отшатнулся, сделал пару шагов, упал и умер! И никаких третьих здесь не было!

– Если бы я видел, где рана на трупе, то пришел бы к таким же выводам! – буркнул я и демонстративно перестал помогать следствию.

Но дальше они чудесно справились и без меня. Уже через минуту в дом, сопровождаемый детским щебетом, доносящимся с улицы, вбежал еще один мастер убийца, который был сведущ в зельях. Он подтвердил, что сапожник спит. Потом прибыл и местный доктор, засвидетельствовавший смерть нападавшего и возможное сотрясение мозга у жертвы.

Со всеми малолетними помощниками Флина расплатился Стун.

Здоровяка, кстати, опознали. Он был охранником у одного из мелких местных торговцев…

В городе запахло большим кипишем.

Глава 18
Лук и стрелы против сырой магии

Оказалось, что Стун отлучался от нас тоже по вполне уважительной причине. Дело в том, что в этом мире, как когда-то и в моем, торговцы выполняли роль разведчиков или шпионов. И от шпионов нашего города стала поступать противоречивая информация. По письмам одних все было как обычно, другие выражали сдержанные опасения, что вокруг них происходит что-то непонятное, третьи вообще перестали выходить на связь.

Я тут же уточнил, существуют ли здесь при переписке тайные кодовые слова, чтобы разведчик мог дать понять домой, что его послание написано под диктовку. В ответ Стун медленно моргнул два раза, потом достал из кармана небольшую записную книжку в потертом кожаном переплете и крошечным (особенно в его пальцах) карандашом сделал в ней пометку крупными буквами.

– Спасибо, – однословно ответил он на мой вопрос, – а какие еще будут мысли на этот счет? Можно так же: в виде вопросов.

– Что конкретно пишут те, что выражают опасения, если не секрет?

– Им, то и дело, мешают свободно перемещаться, искусственно задерживают в одном месте на длительное время, словно бы не давая оказаться на трактах в определенное время.

– Донесения передаются людьми или по голубиной почте? – уточнил я.

– В зависимости от важности. Быстрее птицы никто послание не доставит!

– А еще ее можно подстрелить или перехватить хищной птицей. Что, наверное, и происходит с теми, от кого нет вестей. И что думаете делать?

– Ничего нового. Просто раньше времени активировали давно уже прописанные механизмы. За стены города беспрепятственно выпускать только горожан или жителей ближайших деревень. Гости, которые не успели уехать, останутся внутри городских стен, пока мы не выясним, что происходит с нашими торговцами. Не исключено, что Великие Игры уже начались, и мы это начало прозевали…

– Я так понимаю, что теперь всем будет не до убийства, если подтвердится, что та сторона начала Игры?

– Скажем так, как только об этом точно станет известно, тебя временно примут в гильдию, и вы с хромым Флином станете приносить пользу обществу, официально продолжив расследование! Если, конечно, мы не завершим его раньше. Тогда придется придумывать вам роли в Играх. Ты-то здоровый и сильный, на стенах таким всегда рады, а вот Флин…

Я взглянул на мальчишку – тот все равно сиял, как новенький медный грош. Его не терзали сомнения по поводу того, как нам двоим тягаться с, возможно, целой шпионской сетью противника, если Игры уже начались.

А ведь, если наши торговцы грешат шпионажем, то и чужие, уверен, не белые овечки: убьют и не почешутся. И с этими старинными бумагами про порталы не все так гладко. Что там была за ошибка, для чего были нужны порталы, точно ли только для торговли?

Сплошные вопросы.

Тем временем врач смог привести сапожника в чувство, и тот подтвердил догадку, высказанную Флином за минуту до этого: хозяин мертвого охранника и владелец побывавших в ремонте сапог – один и тот же человек.

Подтверждения начала Игр еще не было, поэтому и мы с Флином пока что особых полномочий не имели. На задержание основного подозреваемого были направлены профессионалы. Ну, а мы, отобедав вместе со Стуном в ближайшем местном заведении общепита, направились по своим делам.

Пользуясь тем, что меня в очередной раз кормят на халяву, да, к тому же и еда была простая, но вкусная и достаточно разнообразная, я просто бессовестно обожрался.

С трудом поднявшись со скамьи, я потом, пыхтя и потея, едва поспевал за своим хромоногим товарищем. Больше всего мне хотелось лечь где-нибудь и уснуть. Зато этому молодому и энергичному юноше нужно было, во что бы то ни стало, прославиться участием в раскрытии дела!

В то, что подозреваемый торговец будет сидеть дома, Флин не верил. Я, впрочем, тоже. Опыт просмотра детективных фильмов подсказывал мне, что мужика и вовсе может уже не быть в живых.

Но у мальчишки таких знаний нет, зато он догадывается, где может прятаться от большого мира наш любитель задирать нос – Хрюн.

– Как-то ночью его искала целая улица, – рассказывал он мне по пути, – и тогда мы его не нашли. А, если бы нашли, то, наверное, переломали бы руки, чтобы больше он ничего не конструировал. И вот я, уже идя домой, увидел, что дверь одной голубятни не закрыта на щеколду. Взобраться туда у меня бы не вышло из-за ноги, а отдавать другим такой ценный приз я тогда не захотел. Просто решил, что в следующий раз прибегу на это место с лестницей!

– Так мы сейчас идем туда, или сначала за лестницей? – уточнил я, отдуваясь.

– А ты мне на что? – изумился мальчишка. – У тебя это все в порядке с ногами – допрыгнешь, а дальше на руках немного подтянуться и всего делов!

– А еще я могу тебя прямо туда забросить! – предложил я почти серьезно.

Флин уже собирался ответить мне какой-то очередной колкостью, но вместо этого встал, как вкопанный, прямо последи улицы и уставился на меня большими круглыми глазами.

– А ведь они бы не справились без мага! – прошептал мальчишка, когда я с ним поравнялся. – Чужих магов в городе нет, значит, это кто-то из своих!

– Тогда мы сейчас пойдем к Гарру? – уточнил я.

– Зачем? – не понял Флин хода мысли, и мне пришлось пояснять.

– Он тоже маг. Наверняка он сразу же пришел к этой мысли, но ничего не сказал нам. Как минимум, нужно узнать у него, почему он так поступил!

– У меня есть, что тебе возразить, – кивая то ли мне, то ли каким-то своим неозвученным мыслям, проговорил посыльный, – но думаю, что ты прав: идти к нему нужно!

И вновь я запыхтел сзади, кляня свою невоздержанность в еде, пока не вспомнил, как в этом мире можно избавляться от балласта.

И вообще, неправильно, что поутру я сделал обычную зарядку, но никак не затронул свои магические способности. Тем более, что они у меня в зачаточном состоянии.

Для начала мне нужно вернуть себе легкость передвижения. Как это сделать, не вывернув на тротуар весь обед, я не знаю, но, вдруг, магия мне поможет?

Ощутимое волевое напряжение, особенная фокусировка зрения, и я вижу нити, ручейки, а местами даже потоки энергий. Нити – повсюду, ручейки – от случая к случаю, потоки – высоко в небе. При всем желании на постоянной основе пользоваться можно только нитями. Вот только как ими правильно пользоваться? Те немногие заклинания, что мне известны по предыдущему магическому миру здесь воплощаются как бы неохотно, больше за счет моих собственных ресурсов, чем благодаря нитям энергии.

Вот я и шел, собирая эти нити, как летающую паутину, и пытался придумать, чтобы с ними эдакое сделать. Какое-то время они охотно лежали у меня на ладонях, но потом постепенно начинали пытаться получить свободу.

Желая их приручить, или хотя бы надежно пленить, я начал совсем по-девчоночьи заплетать их в косички. Сноровки у меня не было, ниточки были тонкие – получалось плохо. Но я не сдавался! Уже были забыты и пот, и отдышка – весь мир сузился до медленно растущей жиденькой косички из ставших совсем непослушными вертлявых ниточек. Я аккуратно брал несколько штучек, придерживая остальной улов тремя нижними пальцами правой руки, и скручивал из этого пучка жгутик. Получив три жгутика, связал их в одном конце и начал плести. Поначалу они здорово сопротивлялись. Я злился и ругался. Потом либо они устали, либо моя ругань помогла, но дело начало спориться, и я вот я уже гордый обладатель легкомысленного тоненького браслетика из волшебных нитей.

И что мне теперь с этим делать?!

Хотя, одна неплохая новость имеется: еда мне больше не мешает. Мешает жгучий голод!

Детская забава с непонятно для чего нужным браслетиком, по законам этого мира вытянула из меня прорву сил. Тем не менее, своего я добился: тяжести в желудке как не бывало! Даже наоборот, ноги готовы были нести меня куда угодно, лишь бы там была еда.

Следовало бы выйти из магического энергозатратного режима, но пара непонятных пустяков почему-то меня очень смущала, заставляя пока не бросать магических изысканий. Один из ближайших ручейков энергии внезапно начал менять свое русло, и потек к одному из домов, стоящих у очередного перекрестка. Причем, не просто потек, а как бы перетекал в дом, словно бы его там выпивал кто-то умирающий от магической жажды.

– Флин, – негромко позвал я мальчишку, ковыляющего в паре шагов впереди меня, – вон в том доме, живет кто-нибудь из местных магов?

– Вон в том, – уточнил мальчишка с какой-то необычной интонацией, – с синей крышей?

– Да, в нем, там происходит что-то необычное. Такое ощущение, что там находится маг или магический артефакт.

– Возможно, это Гарр, ведь дом, куда ты указываешь, теперь необитаем, а раньше там жил покойный библиотекарь.

– Нужно аккуратно туда заглянуть, вдруг там вражеский маг? Тогда мы будем знать его в лицо! – предложил я, довольный своей догадливостью и осторожностью.

– Среди бела дня? – усомнился Флин. – Крайне маловероятно!

– А на второго библиотекаря и на сапожника, значит, темной ночью нападали?! – возмутился я странной логике товарища.

– Ты чего разорался, как в зад ужаленный? – в ответ возмутился посыльный. – Сам же предлагал по-тихому все разведать!

Я бы ему ответил! Я всегда знаю, что ответить, но порой сдерживаюсь, а вот тут сдерживаться не собирался. Но, как оказалось, я не вышел из режима магического зрения, а просто как-то умудрился про него забыть. И благодаря этой расточительной забывчивости, мне удалось увидеть, что на нас с Флином сверху падают сети из отсвечивающих оранжевым цветом энергетических нитей.

Я рванулся в сторону, но не успел. Сеть полностью накрыла меня и тут же намертво прилипла. Флин не обладал магическим зрением, поэтому сильно удивился моим скачкам и попыткам стряхнуть с себя что-то невидимое.

И тут мое пророческое мягкое место буквально завопило, что все это ж-ж-ж-ж неспроста, и сейчас случится что-то очень нехорошее.

Как это часто со мной бывает в последнее время, в моменты опасности я становлюсь умным, как добрый десяток академиков! Понимая, что сеть никак не сковывает моих движений, сообразил, что она должна мешать магическим проявлениям. А какие тут распространены волшебные «фишки» у всех местных жителей? Уход с линии стрельбы! Ох, чует моя пятая точка, что по нам сейчас будут палить, как по мишеням в тире парка культуры и отдыха…

Что-то подсказало мне, что времени на разговоры уже нет, поэтому я прыгнул к Флину, валя его на мостовую и перекатываясь через него, так, чтобы оказаться между ним и нехорошим домом.

При этом я вполне ожидаемо и даже резонно от всей души желал, чтобы по нам никто не попал.

Тут же в ушах заиграла целая какофония из свиста стрел и звуков их ударов о камни мостовой вокруг нас.

Не знаю, как в ситуации за считанные мгновения смог разобраться Флин, но он разобрался.

Беги за мной! – прошептал он, вскочил и, одновременно резко и плавно петляя, в один миг оказался в мертвой зоне для стрелка, засевшего где-то в районе дома библиотекаря.

Там он уже снова умудрился за секунду соорудить из своих шнурков пращу и уже планировал чем-то запустить в стрелка, когда тот сделает по мне очередной косой выстрел.

Лично я в тот момент думал, что по нам стреляет если не взвод, то полное отделение, а не один человек, но меня потом переубедили, попутно обсмеяв при этом.

Так вот, очередная стрела, обогнув встающего меня, улетела вдоль по улице. И тут же, с другой стороны в ответ ей тоже что-то просвистело.

Разбираться было некогда, и я без всяких изысков, прямо и быстро устремился в укрытие к Флину. Тот, впрочем, уже перестал раскручивать самодельную пращу и смотрел в ту сторону, откуда прилетела последняя стрела.

Услышав тихий тонкий свист, мальчишка расслабился.

– Все в порядке, – сказал он мне, – Стун не снял с нас охрану. И занимается ей один из подмастерий их гильдии – Робин. Он совсем молод, но из самострела стреляет так, словно родился с ним в обнимку. Раз он выстрелил, то можно быть уверенным – лучник мертв.

– А остальные? – уточил я, ни разу не успокоенный его уверенностью в каком-то там Робине.

– В смысле, маг? – уточнил Флин. – Сомневаюсь, чтобы ему так повезло: убить одни болтом и лучника, и мага. Волшебник, думаю, уже удирает задними дворами. Маги, знаешь ли, без прикрытия обычно ни производительностью, ни смелостью на поле боя не отличаются. Но и преследовать их опасно…

Потом был короткий диалог, в ходе которого мне было объяснено, что поливал нас дождем из стрел один хороший опытный лучник.

Последним моим язвительным аргументом был вопрос: «Почему же этот распрекрасный лучник так ни разу ни в кого и не попал?!».

– А это уже ты мне расскажи, если, конечно, не секрет! – ответил Флин с искорками надежды во взгляде.

Период моей вселенской сообразительности миновал, поэтому я секунды три, а то и четыре приходил к выводу, что, скорее всего, дело в моем браслете.

И уже только тут я понял, что все еще нахожусь в режиме оперирования магическими энергиями! Буквально выпрыгивая из него, успел краем глаза взглянуть на самодельный талисман – от него осталась одна ниточка, да и та лопнула в тот момент, когда я уже начал гасить магическое зрение.