Текст книги "Хроники мафии. Рождённые в крови. Гепталогия. Компиляция"

Автор книги: Кора Рейли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 86 (всего у книги 101 страниц)

Дверь гостевой спальни распахнулась, и оттуда вывалился Сандо. Рубашка его была мятой и частично вылезла из брюк. Он выглядел бледным и дезориентированным. Когда его взгляд остановился на мне, на лице отразилась злость, затем он посмотрел на Ромеро и опустил голову. Я ранила его гордость, что было величайшим позором для члена мафии.

– Ты в порядке? – спросила я, чувствуя вину за то, что мы накачали его наркотиками, но иначе он не дал бы мне и Джианне уйти.

Он подошел к дивану и сел. Он медленно откинулся на спинку, но ничего не ответил.

– Он пострадал? – спросила я Ромеро, когда стало очевидным, что Сандро предпочел меня игнорировать.

Ромеро пожал плечами.

– Отходняк – наименьшая из его проблем. Тот факт, что он облажался, куда большая проблема, поверь мне. Лука не особо терпелив к некомпетентности.

Сандро заметно вздрогнул.

– Но Лука же не накажет его, да? Я поговорю с ним…

– Нет, – резко ответил Ромеро. – Для начала ты должна подумать о себе, Ария. Будь осторожна.

Я закрыла рот.

Лифт пришел в движение. Мои глаза уставились на экран. Он поднимался с подземного этажа. Лука.

Все внутри сжалось. Я нервничала. Слова Ромеро возымели эффект. Но я знала Луку. А он знал меня. Он поймет. Я же не пошла против него. Я только помогла Джианне. Верно?

Я поняла, что для другого человека все в корне могло выглядеть иначе. Господи. Страх сковал мой живот. Я вновь отвернулась к окну. Мне нужно было время, чтобы взять под контроль выражение собственного лица.

Могла ли я все разрушить?

Лифт остановился на нашем этаже, и звуки того, как Лука и Маттео о чем‑то спорят, долетели до меня. В окне я могла видеть высокую фигуру Луки рядом с братом. Маттео был высоким, но Лука… это Лука. Это что‑то ошеломляющее. Его взгляд нашел мой в отражении окна.

Я сглотнула.

Он направился ко мне. Ничего не говорил. Я собиралась извиниться, когда его сильные пальцы схватили меня за плечо и развернули к себе. Я подавила вздох. Хватка была крепкой, хотя я знала, что он, должно быть, сдерживался. Я украдкой взглянула на него и поежилась. Его лицо было маской едва контролируемого гнева. Он до сих пор ничего не произнес, и это дало мне понять, насколько ужасной была ситуация на самом деле.

Маттео двинулся ко мне.

– Где Джианна?

Я проигнорировала его, ловя взгляд Луки.

– Отвечай, – тихо произнес Лука.

Я попыталась освободиться от его хватки, но он не выпустил меня. Внезапно во мне вспыхнул намек на гнев. Он тут показывал свою силу перед всеми, строя из себя Дона и мачо.

– Она уехала, – ответила я.

– О, да ладно, – огрызнулся он. – А ты думаешь, мы не знали? Но куда она уехала? Вы сбежали вместе, все на пару спланировали.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Мы решили, что будет лучше, если я не буду знать.

– Пиздеж! – Маттео жестоко улыбнулся. – Ты абсолютно точно знаешь, где она.

– Ария, – его голос звучал словно сталь, – пока что об этом никто не знает. Даже твой отец и Синдикат. Вскоре мы должны будем сообщить, что твоя сестра сбежала, находясь под моей защитой.

И это выставит его в дурном свете. Он был Доном. Он хотел выглядеть непобедимым. Я ненавидела все эти соревнования силы. Почему бы мужчинам просто не забить на это?

Я поджала губы. Маттео зарычал.

– Я в любом случае найду ее, даже если мне придется обшарить каждый ночной клуб в Нью‑Йорке. Она хочет спровоцировать меня. Если я найду ее в тот момент, как она трахается с каким‑то парнем, она об этом пожалеет.

Ярость охватила меня.

– Ты никогда не найдешь ее. Она очень далеко отсюда. И Джианна не вернется назад. Никогда.

– Очень далеко отсюда, – произнес Маттео, зыркнув на Луку. – Так ты знаешь, где она?

Я напряглась.

– Не имеет значения. Я не скажу.

Сандро издал стон.

Выражение лица Луки стало еще мрачнее. Маттео подошел к нам очень близко. Он бросил на брата умоляющий взгляд.

– Мы должны найти ее. Не только потому, что я хочу ее, но и потому, что это плохо отразится на Семье. – Маттео расчетливо глянул на меня. Выражение его лица пугало. Он начал мне нравиться. Судя по всему, я слишком легко забыла, кем он был, какими оба – он и Лука – были. – Мы должны получить эту информацию от нее.

Я сглотнула. Я собиралась повторить, что ничего им не скажу, когда поняла, к чему он клонит.

– Если ты сам не можешь, Лука, позволь мне со всем разобраться, – вкрадчиво пробормотал Маттео. – Не думаю, что сильно наврежу ей. Она не привыкла терпеть боль.

Я вздрогнула в руках Луки. Мои глаза метались между Маттео и Лукой.

– Ты не можешь говорить это серьезно, – прошептала я резко. Я могла сказать, что Ромеро и Сандро внимательно наблюдали за происходящим.

– Тихо, – прорычал Лука, и я тяжело вздохнула. Он посмотрел на брата. – Я – твой Дон, Маттео. Я сам разберусь со своей женой. Ты и пальцем ее не тронешь.

Маттео пожал плечами.

– Тогда разберись с ней, Дон, – ответил он дерзким тоном. Неужели он открыто бросал вызов Луке? Он потерял рассудок? Неужели он был настолько помешан на Джианне, что был готов рискнуть даже отношениями с Лукой?

Но что сделала я? Я тоже рискнула своими отношениями с Лукой ради Джианны. Ну, это не одно и то же. Я действовала из сестринской любви. А Маттео хотел Джианну из чувства собственничества.

Лука оттащил меня от своего брата и повел на второй этаж.

– Лука, – начала я, но он усилил хватку, и я замолчала. Все наблюдали за нами. А то, что должно было быть произнесено, должно быть прозвучать только между мной и Лукой.

Я последовала за ним в спальню и попыталась вновь:

– Лука…

Он захлопнул дверь спальни вслед за нами и яростно прижал меня к себе. Я почти задохнулась.

Если бы я не была замужем за Лукой уже несколько месяцев, я бы съежилась под его хмурым взглядом, но я любила его, а он любил меня. Я должна была в это верить.

– Где Джианна? – прорычал он.

Я поежилась из‑за неконтролируемой ярости в его голосе.

– Я не скажу тебе. И не важно, что ты сделаешь.

Он поцеловал мое горло, прижимая меня спиной к закрытой двери.

– Не говори так.

Когда он поднял голову, выражение его лица изменилось. Он возвел барьеры, закрывшись от меня. Он посмотрел на меня, затем зафиксировал мои запястья у меня над головой. Его хватка была почти болезненной. Я поморщилась. Невеселая улыбка появилась на его губах. Его глаза были настороженными, как будто он рассматривал меня заново, как будто пытался оценить меня.

Страх возник в глубине моего живота. Страх от того, что он мог сделать. Или и того хуже: страх того, что я потеряла его. Что я потеряла доверие мужчины, который никогда прежде не доверял никому так, как верил мне.

Лука кивнул.

– Этот взгляд в твоих глазах! Я видела его тысячи раз в глазах других людей, но с тобой его давненько не было.

Его большой палец прижался к моему запястью, и я почувствовала, как мой пульс бешено бьется, но ничего не могла сделать.

– Я молодой Дон. Младше, чем большинство пристарелых Младших Боссов хотели бы. Многие из них желают от меня избавиться. Они затаились, ожидая признаков малейшей слабости во мне. – Он поднял голову. Я попыталась заглянуть за маску, которую он надел, но в кои‑то веки не смогла. – Не будь этой слабостью.

Я попыталась освободиться из его хватки, но он не позволил. Он был куда сильнее меня. Наконец, я нахмурилась, глядя на него. Я не была одним из его солдат и уж определенно не явлалась его слабостью.

– Я не слабость. Отпусти меня и прекрати быть таким жестоким.

– Я не жесток с тобой, – прорычал он. – Ты никогда не видела мою темную сторону, Ария. Ты никогда даже близко не видела меня в таком состоянии. Если ты думаешь, что я проявляю сейчас хоть какую‑то жестокость, то ты меня совсем не знаешь. – Он покачал головой. – Ты – слабость, которую я не могу себе позволить. Было бы очень легко изменить это. Я знаю, что многого не понадобится для того, чтобы ты выдала свои секреты. Не потому, что ты не захочешь их хранить, а потому что я слишком хорош в том, чтобы ломать людей. Я могу с легкостью сломать тебя.

В течение месяцев нашего брака он пытался держать меня подальше от дел, но я не была дурой.

– Знаю, – прошептала я. – Тебе даже не пришлось бы поднимать на меня руку, чтобы сделать это.

– Ты не знаешь, и в этом ебанная проблема. Я жег, избивал, резал. Я душил и топил людей. Я совершил каждую ужасающую вещь, которую ты можешь представить разве что в кошмарах, Ария. У меня будет маршрут Джианны менее, чем через минуту, если я применю силу.

Бога ради, я знала! Я видела то, на что он был способен, когда вел дела с посторонними. Я видела кровь, видела темноту и предвкушающий блеск в его глазах. Я абсолютно точно знала, каким человеком он был. Но помоги мне Боже, я любила его, несмотря на все это. Любила сильнее, чем что‑либо еще в целом свете. Я заставила себя расслабиться в его хватке, пусть это и было самой сложной вещью, которую я когда‑либо делала. Лука тоже это ощутил, его брови сошлись на переносице.

– Тогда делай то, что должен, Лука, – прошептала я, сумев произнести это без колебания, потому что знала: не важно, насколько он был зол, насколько темные времена наступили, он никогда не причинит мне боль. Я абсолютно полностью доверяла ему.

Он невесело улыбнулся и наклонился ближе. Большой палец был прижат к одному из запястий.

– Вот это выдает твои настоящие чувства, Ария. Я знаю, что ты боишься.

– Мое тело боится тебя, но не мое сердце, – признала я. – Но не из‑за боли или тебя самого. – Это было ложью, перспектива боли до ужаса пугала меня, и мы оба это знали, но я продолжила. – Сильнее всего пугает меня то, что ты больше не будешь мне доверять, что я разрушила лучшее, что было в моей жизни, что я причинила боль тому, кого люблю больше всего.

Выражение лица Луки стало езе напряэеннее. Он выпустил меня, словно обжегшись, и развернулся, кинувшись в ванную комнату. Я знала, что не стоит, но последовала за ним. Он сжимал ободок раковины, пялясь в собственно отражение в зеркале. Его серые глаза пылали яростью. Когда он заметил меня в зеркале, его руки дрогнули, и он выдрал раковину из стены.

– Черт тебя дери, Ария! К дьяволу твою гребанную любовь! На хер все!

Он выпустил из рук раковину, она упала на пол и разбилась. Я сделала шаг в его сторону, потому что когда дело касалось его, я не могла оставаться в стороне.

– Ты превратила меня в ебанного идиота! – прорычал он.

И затем он оказался около меня, высокий и впечатляющий. Он схватил меня за бёдра и поднял с пола, прижимая к стене. Его тело вжималось в мое, а рот обрушился на мой. Я почувствовала кровь, не уверенная, моя ли она была или его, да и плевать. Его язык клеймил мой рот, не зная пощады, и я столь же яростно отвечала ему. Его пальцы болезненно впились в мои бедра, пока он удерживал меня навесу. Он задрал мою юбку, а затем сорвал трусики. Я слышала, как он расстегнул ремень и ширинку, а затем одним сильным толчком он полностью вошёл в меня. Мой вскрик поглотил его рот. Он не дожидался, пока мое тело адаптируется к нему, как бывало обычно. Вместо этого он начал входить в меня сильно и быстро, его руки обхватывали мою попу, а его рот был беспощадным. И я целиком потерялась в нем. Я цеплялась за его шею, удовольствие смешивалось с болью, пока Лука сильнее, чем когда‑либо прежде, вколачивался в меня.

Он задыхался, глаза были яростными, пока он все ближе подбирался к краю. Он перестал меня целовать и просто смотрел в мои глаза с напряжением, какого я ещё не видела. Он все ещё любил меня. Я не потеряла его.

И затем он напрягся, его член увеличился во мне, а голова упала вперёд. Я зарылась носом в основание его шеи и позволила себе вскрикнуть, пока цеплялась за него, слушая тяжелое дыхание и бешеное сердцебиение. Его мускусный запах заполонил мой нос. Лука резко выдохнул, мышцы расслабились под моими руками, прежде чем он аккуратно приподнял меня и медленно вышел. Я ничего не смогла поделать и вздрогнула. Было больно. Лука поставил меня на пол, наши взгляды встретились. Медленно его глаза опустились вниз, на его член, который был слегка розовым. И я просто не могла описать выражение на его лице в этот момент. Сожаление. Боль. Злость. Он встал на колени и прижался лицом к моему животу.

– Черт возьми, Ария, – прохрипел он. – Я же поклялся никогда не причинять тебе боль.

– Все в порядке, – ответила я.

Он покачал головой, и на какое‑то время мы остались в таком положении: его лицо прижато ко мне, мои руки в его волосах.

– Я – твой муж и Дон, – произнёс он, прежде чем прижаться поцелуем к моему животу. Его серые глаза встретились с моими. – Никогда больше не предавай меня.

Его любовь ко мне не смогла бы выдержать этого вновь; я поняла это сейчас. Он был злодеем, монстром. Но он был моим.

– Никогда больше, – пообещала я, надеясь, что смогу сдержать это обещание.

Глава седьмая

ЛУКА

Я в последний раз взглянул на Арию. Она стояла ко мне спиной. Обнаженная и прекрасная, с идеальной фарфоровой кожей, которую мог видеть только я. Ее лопатки и попка покраснели он соприкосновения со стеной, пока я трахал ее.

Яростный трах. Это было нечто, чего я никогда не хотел делать с Арией, но я не сдержался и потому ненавидел себя. Ненавидел за то, что причинил ей боль, даже если она сказала, что все в порядке. Она была моя, под моей защитой. Она не сбежала, и не сбежит. Теперь я это знал.

Развернувшись, я распахнул дверь в спальню и направился вниз, вынимая телефон из кармана, чтобы связаться с несколькими людьми в аэропорту. Слухи о побеге Джианны распространятся словно пожар, и я должен был убедиться, что все это не превратится в нечто, что я не смогу контролировать. Все мои дядюшки метят на мое место. Они думают, что стали бы куда лучшими Донами, чем я. Готтардо заявил мне это прямо с лицо. Единственная причина, почему никто из них еще не сделал попыток сменить власть, лишь в том, что они собачились между собой, но я не мог до бесконечности расчитывать на это. В какой‑то момент они отставят разногласия ради общей цели. Я должен был убедиться, что мои люди все ещё верны мне, что они могут на меня положиться. Очевидная слабость явно не способствовала укреплению моей власти.

Маттео недовольно зыркнул на меня, как только заметил.

– Только не говори мне, что не смог ничего от неё добиться.

В ответ я тоже хмуро посмотрел на него. Он был моим братом, но начинал бесить. Ему пора прекратить высказывать мне неуважение, когда вокруг посторонние.

– Единственное, что я знаю, Джианна вылетела из аэропорта Кеннеди. Ария ничего мне не скажет, но имеющаяся информация позволит нам достаточно скоро узнать, куда направляется Джианна.

– Прекрасно, – пробормотал он, его глаза скользнули в сторону двери в спальню, прежде чем он обернулся ко мне. И этот взгляд не понравился мне. – И дальше что? Ария знала о плане Джианны. Они все друг другу рассказывают. Единственный шанс отыскать Джианну – твоя жена.

Ромеро и Сандро наблюдали за нами, и я буквально выплюнул в лицо Маттео:

– Она ничего мне не скажет.

Ублюдок попытался пройти мимо меня наверх.

– Тогда дай мне перекинуться с ней парой словечек.

Я отпихнул его, рыкнув.

– Ты будешь держаться от нее подальше, Маттео.

Брат он мне или нет, но если он окажется где‑то рядом с Арией, если тронет хотя бы ее волосок, я покончу с ним.

– Ты позволил ей украсть твои деньги, твои паспорта. Ты позволил ей напасть на своих людей. – Он указал на Сандро, который все еще просто пялился. – Ты позволил ей одурачить себя и предать. Ты должен наказать ее. Ты – Дон.

Я подошел вплотную к нему, так что Маттео пришлось слегка откинуть голову.

– Ария – моя жена. Это не твое дело, как я веду себя с ней. Я сразу сказал тебе, что Джианна привнесет в нашу жизнь только проблемы, но ты не захотел слушать. Тебе следовало никогда не просить ее руки, но ты предпочел думать лишь своим членом, – прорычал я.

Он отправился на террасу на крыше. Оно и к лучшему. Иначе мы перегрызли бы друг другу глотки.

Обернувшись к своим людям, я сказал:

– Иди. У меня сейчас нет времени разбираться с тобой, и никому об этом ни слова.

Сандро тут же поднялся с дивана и поспешил к лифту, в котором скрылся чертовски довольный, что ему сегодня не надерут жопу. Затем я обернулся к Ромеро.

– Позвони Сами, выясните, куда направляется Джианна. – Ромеро коротко кивнул, затем достал телефон и направился в зону кухни.

Со вздохом я поднес мобильник к своему уху, ненавидя то, что должен был сделать. После пары гудков Скудери поднял трубку.

– Лука, не ожидал тебя услышать.

В голосе ублюдка прозвучала толика подозрения. И он был прав. Мы обосрались. Я обосрался.

– У меня плохие новости. Джианна сбежала.

На том конце провода воцарилось молчание. И затем, наконец:

– Сбежала? – Скудери говорил так, будто бы хотел пролезть через телефон и удушить меня. – Ты же поклялся защищать ее. Я поверил твоему слову. Слово Дона в Чикаго что‑то да значит.

Сука. Ага, если бы события всегда развивались по замыслу Данте.

– Твою дочь не так уж и просто охранять, сам прекрасно знаешь. Это не в первый раз, когда она отбивает из рук. – Я пытался говорить уравновешенно – в конце концов, именно мой человек накосячил и позволил себя опоить.

– И что Ария? Она же помогла своей сестре?

Ему не нужно было знать, что Ария тоже замешана. Все было и без того плохо. Нет смысла подливать масла в огонь.

– Нет, она ничего не знала. Маттео немедленно направляется на поиски Джианны. Ей не удастся надолго сбежать от нас.

– Я пошлю с ним двоих людей. Я не доверю тебе разобраться с этим самостоятельно.

Мне пришлось прикусить язык, чтобы не послать его. Нам нужен был мир между Синдикатом и Семьей.

– Это понятно, но уверяю тебя, Маттео найдет ее. Он очень заинтересован в том, чтобы сделать ее своей женой.

– Все еще? Она может где‑то блядствовать, пока мы говорим.

Я сомневался, что Джианна уже успела с кем‑то трахнуться. Но потом? О, да, она раздвинет ноги, даже не сомневаюсь, но это уже не моя проблема.

Ромеро появился сбоку и прошептал:

– Амстердам. Схипхол.

– Мы знаем, что она летит в Амстердам. Маттео отправится туда ближайшим же рейсом.

– Мне нужно подготовиться, чтобы мои люди оказались там так скоро, как это только возможно. Данте не обрадуется новостям, это я могу тебе обещать. Произошедшее необходимо будет подробно обсудить.

Мне было по хуй на Данте. Единственное, о чем я беспокоился, – это Нью‑Йорк, и Семья.

– Ага! – Я повесил трубку, подавляя желание швырнуть телефон в стену.

А потом заказал билет для Маттео на следующий же рейс. Это было неподходящее время для того, чтобы остаться без лучшего солдата. И все из‑за Джианны и Арии. Новая волна ослепляющей ярости охватила меня, и я на самом деле подумал, что забрало упадет, но я должен был оставаться спокойным и держать себя в руках. Я – Дон.

Я вышел на террасу и остановился около Маттео. Выражение лица у брата было решительное. Он поймает Джианну. Это лишь вопрос времени.

– Я звонил Скудери. Он, конечно же, в ярости и винит нас.

– Ну, конечно, – тихо ответил он.

– Он отправит двух людей на поиски Джианны.

Он все еще не смотрел в мою сторону. Все еще бесился из‑за того, что я пощадил Арию. Будто бы он смог пытать Джианну, чтобы добиться информации. Мы были убийцами, может, даже садистами, но определенно не с женщинами, о которых заботились.

– Я отправлюсь с ними, – отозвался он.

– Я так и думал. Уже предупредил Скудери. Вы встретитесь в Амстердаме.

Это привлекло его внимание. Он выпрямился и обернулся ко мне:

– В Амстердаме?

Я кивнул.

– Как мне сообщили, она села на самолет до Схипхола.

– Когда я вылетаю? – В нем проснулся охотник.

– Через четыре часа.

– Я должен сделать это раньше.

– Невозможно. Я сделал все, что мог.

– Черт подери. Когда я прибуду, Джианна будет уже далеко.

– Ты найдешь ее. Ты лучший охотник из всех, кого я знаю. У нее нет ни шанса.

Он коснулся моего плеча.

– Ты позволяешь мне уехать, несмотря на то, что нуждаешься во мне здесь.

Семья нуждалась в нем. Мне он нужен был еще сильнее. Братва представляла серьезную угрозу. Мои родственнички‑предатели дышали мне в затылок.

– От тебя не будет пользы, если ты все время будешь думать о Джианне.

Ему не нужно было знать, как сильно я полагался на его поддержку.

– Это может занять несколько недель, – ответил он. – Я не вернусь, пока не поймаю ее.

– Я знаю. Если бы Ария сбежала, я бы поступил точно так же.

Я бы гнался за ней даже на краю света. Я не хотел жениться, но Ария все изменила. Она стала моей женой, и я никогда не отпущу ее.

Он кивнул.

– Я все подготовлю все. В Амстердаме тебя будет ждать пара солдат. Я проверю, смогу ли я найти Рольфо, чтобы он мог позвонить своей семье в Нидерланды. Ты должен собрать все необходимое. Тебе нужно быть в аэропорту через два часа.

– Ты должен сказать Рольфо, чтобы он купил гребанный мобильник. Чувак застрял в семидесятых.

– Ему почти семьдесят. Сомневаюсь, что хоть что‑то в мире вынудит его использовать мобильник. Я поеду в «Рим», он сегодня обедает там. Вернусь до твоего отъезда.

С этими словами я направился внутрь. Проходя мимо Ромеро, я сказал:

– Отъеду на пару часов. Убедись, что Ария останется в апартаментах.

– Конечно, босс, – ответил он, когда я входил в лифт. Ромеро не позволит кому‑либо опоить его.

АРИЯ

Я устала и скучала по Луке. Быстро приняв душ, я залезла в постель. Мне все еще было больновато, но я не обращала на это внимание. Я хотела только того, чтобы наши отношения с Лукой стали такими же, как прежде. Было всего только около семи часов, но события дня измотали меня. Я села, когда дверь в спальню со скрипом распахнулась. Движение было слишком осторожное, слишком тихое, чтобы это был Лука. Я вылезла из постели, когда Маттео скользнул в комнату и обернулся ко мне.

По моей спине прошел холодок.

– Что ты здесь делаешь? Где Ромеро? – Я обошла кровать, но остановилась на полпути между нею и дверью.

Губы Маттео изогнулись в опасной улыбке.

– Он снаружи, разговаривает с Лукой.

Какое‑то время никто из нас не двигался. Я не знала, что делать. Я не хотела звать Ромеро на помощь – пока что. Во‑первых, я не была уверена, что он услышит меня сейчас с террасы на крыше, и я не хотела перебдеть. Если я позову Ромеро сейчас, он должен будет сообщить об этом Луке, и тогда отношения между ним и Маттео испортятся. Я не хотела, чтобы подобное произошло из‑за меня. Я и без того достаточно всего испортила.

Он двинулся ко мне, и я отшатнулась.

– Зачем ты здесь? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, но не смогла подавить легкую дрожь.

От взгляда Маттео все внутри меня сковало льдом.

– Получить информацию, которую Лука неспособен выведать. Мы оба знаем, что ты продумывала все вместе с Джианной.

Он подошел ближе, и я резко отпрянула. Это был не Лука. Это был Маттео, и он жаждал крови. Он привык получать желаемое, и Джианна была тем, что он хотел больше всего. Я кинулась к ночному столику, чтобы достать из ящика пистолет. Я даже не была уверена, как им пользоваться. Я едва ли могла выстрелить. Мои пальцы коснулись ручки, когда руки Маттео сомкнулись на моих бедрах. На мгновение я застыла, а затем упала на на матрас. От падения из моих легких словно выкачали весь воздух. А затем Маттео навис надо мною, и я застыла. Я никогда не была с кем‑то в кровати, кроме Луки. Меня начало трясти.

Глаза Маттео были холдными и дерзкими. Он прижал мои запяться к бедрам, а сам расположился между моих ног.

– Может, боль – это не то, чего ты боишься больше всего, – тихо произнес он, рассматривая меня так, как смотрят на средство получить желаемое. Внутри Маттео жил такой же монстр, что и в Луке, но его чудовище я контролировать не могла.

Я не знала, чего прямо сейчас боялась больше всего. Маттео занимал высокое положение, но все же я думала о том, как все это могло отразиться на его отношениях с Лукой. Я сомневалась, что Лука простит его за это. Он убьет брат, а это, в свою очередь, убьет самого Луку.

– Отпусти меня прежде, чем случится что‑то, о чем ты потом пожалеешь, – пробормотала я с ложной бравадой. Мурашки покрывали все мое тело. Глаза Маттео заметили мою реакцию. Его тихая расчетливость сводила меня с ума.

Он все еще ничего не сделал. Он сомневался. Я видела это по его лицу. Нужно было использовать этот факт. Я нравилась Маттео, но, вероятно, недостаточно для того, чтобы остановить его, но он любил Луку, а Лука любил меня.

– Я была только с Лукой. Это первый раз, когда я в кровати с кем‑то еще, Маттео, – прошептала я.

Маттео отпустил мои запястья.

– Ты жена Луки, – тихо произнес он. – Я никогда не унижу тебя подобным образом. Даже видя, насколько легко я смог бы получить от тебя нужные мне ответы в таком случае. Это не Вегас, и я не из таких мужчин.

Все еще нависая надо мной, он потянулся за спину и вынул один из ножей. Он не был Лукой. Маттео не любил меня. И я слышала ходившие о нем слухи. Я понимала, на что он способен и что он этим наслаждается. Как и Лука, он не знал пощады, но в случае с Маттео не было никакой любви, оберегавшей меня.

– Я не скажу тебе, где она, – солгала я.

– Скажешь! – угрюмо произнес он. Лезвие сияло в луче света, льющегося из окна. – Никто не может сохранить свои секреты в тайне, когда я берусь за них.

– Если я закричу, Ромеро окажется здесь в мгновение ока. Он защитит меня.

– Он попытается. И кто сказал, что я дам тебе возможность закричать?

Он приподнял край моего топа, и я начала извиваться, не привыкшая быть так близко с кем‑то еще, кроме Луки. Я застыла, когда кончик лезвия коснулся моего кожи под пупком.

– Это очень чувствительное место. Множество нервных окончаний. Даже крошечный надрез будет очень болезненным.

– Маттео, пожалуйста, – прошептала я. Неуемный голос в моей голове требовал кричать, но мне нужно было предпринять еще одну попытку ради Луки.

Он поднял глаза от лезвия ножа к моему лицу.

– Знаю. Ты зол из‑за того, что Джианна сбежала. Злишься на меня за то, что я помогла ей. Знаю, что ты сделаешь все возможное, чтобы вернуть ее обратно, но Лука не простит тебе этого.

– Он убьет меня, как и должен, – пробормотал он.

Маттео и я какое‑то время смотрели друг на друга, потому что знали: это было правдой. Маттео медленно поднял лезвие, но не убрал его. Оно все еще было там, между нами, слишком близко к моему телу.

– Он доверяет тебе, – произнесла я.

Маттео опустил взгляд, все еще возвышаясь надо мной. Моя страх стал затихать, я поняла, что мои слова дошли до него. Я была готова разрыдаться от облегчения.

Маттео поджал губы.

– Это предательство. Ты – его. Меня не должно быть здесь.

Он слез с меня, и я быстро села, подползая к спинке кровати. Маттео смотрел на меня, вспышка сожаления исказила его лицо и исчезла.

– Мы – монстры, Ария. Лука и я, оба. Всегда ими были. И всегда будем. Не обманывайся, забывая об этом. Все думали, что он сломает тебя, что ты покончишь с собой через несколько недель брака. Но вот она ты, здесь. То, как Лука относится к тебе, огромный подарок, который ты должна очень ценить.

Он развернулся, чтобы уйти.

– Я не расскажу ему об этом, – поспешно сказала я, прежде чем он открыл дверь.

Маттео оглянулся на меня через плечо, нахмурив брови.

– Ты должна рассказать. То, что я сделал, неправильно.

– Да, неправильно, но я все равно не расскажу, – твердо произнесла я. – Я не хочу, чтобы он потерял тебя.

И мы оба знали, что все так бы и было. Лука попытался бы убить Маттео за сегодняшнее, и даже если бы он сдержался, их отношения уже никогда не были бы прежними. Лука нуждался в Маттео. Я не могла отнять у него брата.

Маттео склонил голову.

– Клянусь, я больше никогда не наврежу тебе.

Он не стал дожидаться моего ответа, вместо это он выскользнул в коридор и закрыл дверь без единого звука.

Я тяжело выдохнула и прижала руку к бешено колотящемуся сердцу. Мои руки дрожали. Милый боже!

* * *

Меня все еще потряхивало после стычки с Маттео, когда поздно вечером вернулся Лука. Я не спала и читала, пытаясь отвлечься от всего произошедшего, но мой разум все еще не мог отпустить эти события. Его глаза все еще были напряжены от злости и непонимания того, что я сделала, когда он разделся и направился к кровати.

– Маттео уже летит в Амстердам. Он может отсутствовать несколько недель или даже месяцев, пока не поймает твою сестру, – произнес он напряженным голосом.

При упоминании Маттео мои пальцы на книге напряглись.

– Ты виделся с ним до того, как он уехал в аэропорт?

– Нет, он уже уехал, когда я вернулся.

Я прикусила губу, желая извиниться перед Лукой, но знала, что вновь – помогла бы Джианне, и он тоже это знал. Лука залез под покрывало, его глаза были жесткими. Я отложила книгу, и мои пальцы все еще слегка подрагивали после инцидента с Маттео.

Лука взял мою руку. Конечно же, он заметил дрожь. Его глаза смягчились, когда он поднес мои пальцы к губам и поцеловал их.

– Я не должен был быть с тобой так груб сегодня, но ты загнала меня в ебанный угол, Ария.

– Знаю, – тихо ответила я. – Но я никогда не предам тебя. Я люблю тебя, Лука.

Он склонился надо мной, его рука обхватила мою шею, и он прижал меня к себе для поцелуя. Его язык скользнул мне в рот, а другая рука проникла под маечку, кончики пальцев поглаживали мои ребра, пока не достигли сосков, которые напряглись под его прикосновением. Он отодвинулся.

– Я должен загладить вину за то, что кончил раньше тебя, – прогрохотал он, и я почувствовала, как между ногами стало влажно от низкого рычания в его голосе и голода в глазах.

Он помог мне снять майку, затем стащил трусики, пока его глаза собственнически рассматривали мое тело. Он лег на спину, схватил меня за бедра и усадил на свой живот.

– Объезди меня, принцесса. Хочу почувствовать твой вкус.

Моя тело изнывало от желания, пока я забиралась выше и устраивалась над его лицом. Его руки обхватили мои бёдра, он удержал меня на месте, не давая опуститься на его лицо, как того жаждало мое тело. Его глаза блуждали по моему лицу, язык прошёлся по моим складочкам, медленно, едва их касаясь. Он, улыбаясь, повторил это вновь.

– Такая влажная для меня.

Я склонила голову, встречаясь с ним взглядом. Я любила смотреть на то, как он разглядывает меня. Не было ничего горячее этого. Он просунул кончик языка между складками, и я вздрогнула, но он все ещё не позволял мне опуститься.

– Лука, – простонала я.

Ещё одно долгое, медленное движение к клитору, затем он слегка надавил кончиком языка. Низкий стон сорвался с моих губ, мне нужно было больше.

– Терпение, – прохрипел Лука, продолжая терзать мою пылающую плоть. Я схватилась за изголовье и растворилась в сладкой пытке. С каждым движением его языка я возбуждалась все сильнее, и Лука усмехнулся, когда провёл языком по моему входу, издав тихий причмокивающий звук, пока пробовал меня. И затем, наконец‑то, к счастью его хватка ослабла. Я осела, прижимаясь к его рту. Его губы сомкнулись на моем клиторе, который он стал посасывать. Я вскрикнула и едва не кончила, но сдержалась, желая продлить ощущения. Его пальцы сжимали мою попку, пока я двигалась. Я не знала, как долго я ещё продержусь. Я подошла к краю слишком близко. Мои пальцы напряглись, спина выпрямилась, я затем тело взорвалось в оргазме. Я выгнулась, и Лука удержал меня у своего рта. Я рухнула вперёд, задыхаясь и вздрагивая.