сообщить о нарушении
Текущая страница: 66 (всего у книги 83 страниц)
— Нет, детка, я всегда на твоей стороне! — примирительно улыбнулся Климов, приобнимая ее за талию. — И поэтому дам ценный совет — просто скажи ему, что ты чувствуешь.
— То есть иными словами предложить ему себя. Спасибо, друг мой, — ехидно отозвалась девушка, скидывая его руку, и добавила, решительно посмотрев ему в глаза. — Никогда такого не было и не будет!
— Ой ли… — усмехнулся Вадик, глядя куда-то в сторону.
— Липатов не в счет! — взвизгнула Кира и, будто спохватившись, проговорила в свою защиту. — И кстати, даже ему я никогда не позволяла себе навязываться, если ты помнишь! Я не доставлю Черышеву такой радости. Нужно будет — сам придет.
— Ох, с такими раскладами это у вас надолго затянется, — вздохнул Климов и, потушив сигарету, снова взял девушку за руку. — Пойдем наверх, я там Пашу одного оставил.
— И что я там с вами буду делать? — выбрасывая свой окурок, скептически спросила Громова.
— А лучше, чтобы ты тут исподтишка голодными глазами на Черешню пялилась? — ехидно приподнял бровь Вадик, увлекая ее в здание отеля. — Пойдем, говорю. Отвлечешься немного.
Друзья поднялись наверх, и Кира с трудом сдержала улыбку, когда, зайдя в комнату, увидела вальяжно растянувшегося на кровати Вадика врача сборной. Она никогда раньше не видела Пашу таким. Обычно всегда собранный, деловой, бодрый, сейчас он выглядел расслабленным и умиротворенным, спокойным и до невероятности счастливым.
— Вадя, тебя за смертью только посылать, — с притворной капризностью в голосе протянул Свиридов, ловя бутылку с водой, которую Климов кинул ему прямо в руки.
— О, Вадька, поздравляю! Ты завел себе принцессу! — усмехнулась Громова, подходя к открытой двери на балкон и прикуривая новую сигарету.
— А мне нравятся принцессы, — прошептал ей на ухо Климов, одаривая свою новую пассию ласковой улыбкой.
— Это что за настроение у нашего гения пиара? — беззлобно спросил Паша, подкладывая под спину подушки и устраиваясь в кровати поудобнее.
— А это, мой сладкий, результат необоснованных амбиций, — присаживаясь рядом и по-хозяйски поглаживая накаченный пресс врача, промурлыкал Вадик. — Кира Юрьевна решила посоревноваться с Черешней в том, у кого крепче яйца.
— Кирюш, не хочу тебя заранее расстраивать, но ты проиграешь, — делая большой глоток воды, снисходительным тоном прокомментировал ситуацию Свиридов. — По объективным причинам.
— Очень смешно. Спасибо, друзья, — театрально поклонившись, прошипела Кира и, стрельнув недокуренной сигаретой в темноту ночи, возмущенно добавила. — И вообще! Сытый голодному не товарищ! Наслаждайтесь своим счастьем и не лезьте в мою наполненную незаслуженными страданиями жизнь!
— Детка, твои страдания очень легко превратятся в радости, если ты не будешь так рьяно упираться и просто исполнишь свое женское предназначение, — устало отозвался Климов, забираясь ладонью под футболку своего возлюбленного.
— О, я совсем забыла, что, по-твоему, женское предназначение — это быть униженной и подавленной мужчиной! — продолжала заводить сама себя Громова, гневно сверля друга взглядом.
— Кир, тебе нужно немного расслабиться, — со вздохом произнес Павел, вставая и подходя к девушке.
Он мягко положил ей руки на плечи и, слегка надавив, без труда усадил на край кровати, продолжая водить ладонями по ее натянутым мышцам.
— Никто тебя подавлять не собирается, разве что я чуть-чуть подавлю, — дружелюбно проговорил врач, массируя ей плечи. — Ты слишком напряжена, а твой третий позвонок вообще на грани нервного срыва.
— Да, вот так очень хорошо, — промурлыкала Кира, закрывая глаза, и вдруг вспомнила еще об одном средстве, которое отлично зарекомендовало себя в борьбе со стрессом, но давненько не появлялось в их с Климовым рационе. — Вадь, есть орех?
— Я бы тоже что-нибудь поел, кстати, — поддакнул Свиридов, не улавливая истинного смысла ее вопроса.
— Нет! У меня ничего нет, — резко отозвался Климов, делая подруге страшные глаза и истерично мотая головой.
— Значит, надо достать, Вадечка! — укоризненно сказала Громова, всем своим видом показывая, что эти игры в хорошего мальчика волнуют ее сейчас меньше всего. — Плохо работает твоя служба доставки в регионах! Плохо!
— А может, поедем куда-нибудь поужинаем, а? — воодушевленно предложил Паша, прекращая массаж и заглядывая в лица друзей. — Шашлык, кубанское вино, Стас Михайлов в исполнении местных талантов…
— Звучит заманчиво, — растянулся в улыбке Климов, притягивая к себе мужчину.
— Я сейчас блевану, — не смогла не вставить свои ехидные пять копеек Кира, недовольно ведя лишившимися приятного давления плечами.
— Громова, не выпендривайся. Это местный колорит! — отмахнулся Вадим, оборачиваясь на нее. — В Корею тоже за борщом не ездят.
— Обязательно в пример именно Корею приводить? Другой страны не нашел? — моментально вспыхнула девушка.
— Просто первое, что пришло на ум! — картинно взмахнул руками Климов.
— Ребята, прекратите, — строго сказал Свиридов и добавил, ласково убирая с глаз Вадима светлую челку. — А ты перестань ее подначивать, она и так на взводе — ей парень не дает.
— Паш, ну ты тоже что ли? — взвыла Громова, уже начиная думать, что объединение этих двоих не такая уж и хорошая идея.
— Кирюша, прости. Я любя, — рассмеялся Паша и примирительно произнес, глядя на нее из-за плеча Климова. — Ну что, поедешь с нами?
— Нет, я спать пойду. Меня уже рубит, — проговорила девушка, вставая и направляясь к двери. — И к тому же, не хочу быть третьей лишней.
— Не придумывай, — дружелюбно улыбнулся Вадик, оборачиваясь к ней. — Ты не можешь помешать.
— Это же ваш первый ужин вдвоем все-таки, — пожала плечами Кира, проскальзывая в уже открытую дверь, и с нескромной улыбкой добавила. — Ведите себя плохо, мальчики…
***
Несмотря на невероятную усталость и недостаток полноценного отдыха накануне, Кира плохо спала ночью, ворочаясь и без конца просыпаясь. Ей удалось забыться более-менее крепким сном только под утро, но проснулась она все равно на пятнадцать минут раньше будильника от неожиданно ударившей в голову идеи. Она так и не смогла понять, пришла эта мысль к ней во сне или просто была первой, что осенила ее освеженный кратким отдыхом мозг, но от ее простоты и гениальности моментально вспыхнули щеки.
— Ну все, Черышев, ты — покойник! — несказанно довольная сама собой, пропела она, спешно натягивая шорты и футболку и выбегая из номера.
Опрометью спустившись на первый этаж, девушка помчалась по коридору, без спроса вламываясь в каждую дверь с надписью «Служебное помещение». Завидев выходящую из одной из них грузную женщину средних лет с тележкой с постельным бельем, она подлетела к ней и, отдуваясь после нечаянной утренней пробежки, быстро проговорила:
— Добрый день! Пригласите, пожалуйста, Нюту.
— А что случилось? Может, я могу вам чем-то помочь? — вежливо, но как-то слишком надменно для обслуживающего персонала, проговорила дама.
— Нет, мне нужна именно она, — настаивала Громова, начиная раздражаться от вынужденного промедления и шаря взглядом по еще не исследованным дверям. — Я хочу с ней поговорить.
— Что опять натворила эта девчонка? — закатила глаза женщина. — Я — старшая смены, вы можете оставить свою жалобу мне, и я приму меры. От этой бестии одни неприятности…
— Да что вы такое говорите! — возмутилась Кира, непонимающе глядя на собеседницу. — Я может, наоборот, хочу отблагодарить ее за отличную работу!
Начальница Нюты недовольно фыркнула, что вполне тянуло на жалобу в более высокую инстанцию, и нехотя покатила свою тележку обратно в конец коридора, скрываясь за одной из безликих дверей служебных помещений.
Простояв несколько минут в ожидании, Громова уже решила, что фырканье означало отказ в помощи в поисках горничной, как вдруг из той самой двери выскочила обескураженная Аня, лицо которой моментально просияло при виде новой подруги.
— Привет! — радостно завопила она, кидаясь ей на шею с таким энтузиазмом, будто они были как минимум сестрами, которые не виделись много лет. — Я скучала по тебе!
— Я тоже, — растерянно промычала Кира, не зная, как надо реагировать на такие неоправданные эмоциональные порывы.
— Ты как? Что нового? У меня столько новостей! Я с таким парнем познакомилась, ты не поверишь просто! Самый клевый из всех, что я встречала! — затараторила Нюта, продолжая сжимать девушку в объятиях.
— Рада за тебя. Нют, мне помощь твоя нужна, — аккуратно отодвигая ее от себя и заглядывая в глаза, проговорила Громова. — Можешь одолжить мне свое платье?
***
Через тридцать минут, потраченных на тщательный макияж и укладку, а также запихивание себя в слишком маленькое ей по размеру короткое красное платье, Громова спустилась в холл. Она знала, что в это время там должна собраться почти вся команда, чтобы получить утренний инструктаж и разойтись по своим делам до дневной тренировки, но Кира играла ва-банк, а значит, зрители были необходимы.
Девушке не впервой было выступать на публике, но она всегда испытывала одинаковое покалывающее волнение перед любым выходом, будь то теннисный корт, трибуна маркетинговой конференции или любительская сцена караоке-бара. Ей нравилось это ощущение, оно будоражило кровь и вместе с тем погружало в какую-то эйфорию уверенности в собственной исключительности.
Кира подошла к толпящимся у стойки регистрации игрокам и остановилась в метре от них, стараясь незаметно одернуть ползущее вверх даже от обычной ходьбы слишком узкое платье и наслаждаясь повисшей от ее появления тишиной. Парни молча смотрели на нее, открыв рот, будто видели впервые, и лишь Денис лукаво улыбнулся и едва заметно покачал головой, тут же снова пряча глаза в смартфоне.
Первым пришел в себя Вадик, прыснувший от смеха, но тут же зажавший себе рот рукой, и Дзюба, который подскочил к девушке и безцеремонно потянул подол ее платья вниз, норовя порвать дешевую ткань.
- Громова, блин! Ты в ведро с краской упала что ли? — вполголоса прошипел он, украдкой оборачиваясь на товарищей по команде, которые продолжали оторопело таращиться на его полуголую подругу. — Что за проститутский наряд!
— Дзю, если бы я хотела братика, то попросила бы об этом папу с мамой, — отпихивая его в сторону и возвращая подол на исходную позицию, проворчала Громова. — Отползай!
— И куда ты собралась в этом? — не унимался Артём, разглядывая ее декольте, которое в сочетании с мини и ярко-красным цветом давало поистине ядреную смесь.
— Мы с Денисом едем на интервью на «Матч ТВ», — поправляя сумочку на плече, обыденным тоном отозвалась Кира.
— А, по-моему, на «Эскорт ТВ», — хмуро прокомментировал зенитовец.
— Не мешай работать, — отмахнулась девушка, пытаясь из-за крупной фигуры форварда разглядеть своего главного зрителя.
— А я думал, я с Олечкой поеду, — вышел на передний план услышавший свое имя Денис и дружелюбно положил руку на хрупкое плечико сопровождавшей его Оли. — Мы уже обо всем договорились.
— Я дала ей другое задание, — надменно задирая подбородок, проговорила Громова.
— Да? Какое? — удивленно переспросила помощница, лихорадочно просматривая последнюю переписку с начальницей, последнее сообщение в которой было получено еще вчера.
— Почту нужно внимательнее читать! — рявкнула на нее Кира и снова повернулась к Черышеву. — Ты против поехать со мной, я не понимаю?
— Нет, конечно, — доброжелательно улыбнулся Денис, — я готов.
— Пошли тогда, — откинув волосы назад, проговорила девушка и добавила раздраженным тоном. — У меня сегодня еще куча дел, я не собираюсь из-за тебя везде опаздывать.
Кира наскоро чмокнула все еще сурово разглядывающего ее откровенное платье Дзюбу в щеку и направилась к выходу вслед за Денисом, стараясь делать совсем крошечные шаги, чтобы ткань хоть как-то удерживалась на бедрах, а не заползала на талию.
— Громио, от этого платья за версту разит отчаянием, — хихикнул Вадим, ровняясь с ней и пропуская вперед в дверь.
— Он не сможет устоять, вот увидишь, — заговорщически шепнула ему девушка, выходя на залитое солнцем крыльцо и сосредоточенно наблюдая за тем, как Денис садится в машину. — Если не сработает, утоплюсь в море. Благо все близко.
— Отличный план, — улыбнулся Климов и звонко шлепнул ее по затянутой в красную ткань попе. — Удачи, детка!
— Спасибо, — кивнула Кира и, томным жестом надев темные очки, посеменила к ожидающему ее автомобилю.
Усевшись на заднее сиденье рядом с футболистом, девушка показательно расправила микроскопический подол, сопровождая свои движения чувственным грудным вздохом и с удовольствием ловя на себе откровенный взгляд мужчины.
Довольная полученной реакцией, Громова приободрилась и, разложив на голых коленках листки с вопросами по интервью, отнятые у Олечки, принялась давать Денису ценные указания:
— Значит так. Интервью будет проводить Вика, она милая, но въедливая. Про завтрашнюю игру можно говорить только в победном ключе. Ты имеешь право не отвечать на вопросы о семье, личной жизни, травмах и трансферных предложениях. Запрещено рассуждать о мировой политике, положении России на международной арене и обсуждать решения главы государства…
— Кир, это не первое мое интервью, я все знаю, — перебил ее Черышев, накрывая ее руку, сжимающую листок бумаги, своей.
— Ох, простите, забыла, что ты у нас звезда мирового футбола, — вздрагивая от его прикосновения и роняя страницу с вопросами себе под ноги, попыталась ехидством прикрыть смущение Кира.
— Ты ведь надела красное не для того, чтобы учить меня отвечать на вопросы, — скидывая с ее колен остальные страницы, прошептал Черышев, придвигаясь к ней ближе и скользя горячей ладонью по внутренней стороне ее бедра вверх. — Не боишься, что я его разорву?
Громова задохнулась от обжигающей волны, которая пронеслась по всему телу от этого прикосновения, взрываясь жгучими искрами внизу живота. Она прикрыла веки, инстинктивно чуть шире раздвигая колени и лихорадочно хватаясь за спинку впереди стоящего сиденья, словно боясь потерять равновесие. В голове не осталось ни одно мысли, кроме одной. Ей хотелось кричать: «Рви! Делай, что хочешь, только возьми!», но вместо этого она хрипло произнесла, переводя на мужчину помутневший взгляд:
— Вряд ли. О твоем самоконтроле скоро начнут слагать легенды. Хотя… Мне кажется или у тебя стоит?
— Но ты ведь именно этого добивалась, — улыбнулся Денис, ни капельки не смущаясь того, как красноречиво оттопырились его джинсы.
Кира шумно выдохнула, беззастенчиво разглядывая объект своего вожделения, еще шире раздвигая бедра и окончательно забывая о водителе, который уже остановил машину у сочинской студии телевизионного канала и теперь мог с полной отдачей насладиться прекрасным видом на ее нижнее белье в зеркало заднего вида. Она чувствовала себя практически голой под не менее откровенным взглядом Черышева, и от этого с каждой секундой становилось все жарче. В заполнивших ее голову фантазиях она уже видела свои ноги на его плечах, уже ощущала его руки на своей груди, уже представляла себе эту восхитительную наполненность от его первого проникновения в нее. Не выдержав напряжения, девушка уткнулась лицом ему в шею, жадно покрывая ее глубокими, оставляющими красные следы поцелуями и задыхаясь от бьющего в нос пьянящего аромата его кожи.
— Может, пора перестать прятаться от себя? — срывающимся голосом прошептал Черышев ей на ухо, скользя рукой выше по ее бедру и небрежно касаясь тонкого кружева промокших насквозь трусиков. — Скажи, чего ты хочешь.
Громова сдавленно застонала, пытаясь плотнее прижаться в ответ к его руке, тут же ускользнувшей от нее, и до боли закусив губу, так и не смогла выдавить из себя слова, которые он ждал от нее.
— Понятно, — тихо сказал он спустя минуту ее молчаливого сопения и дернул за ручку двери. — Я подожду.
— Денис! — окликнула он его, вглядываясь в голубые глаза умоляющим взглядом.
Черышев обернулся и с улыбкой посмотрел на нее.
— Просите, и дано будет вам, — ласково проведя кончиками пальцев по ее скуле, тихо произнес он и вышел из машины.
***
Черышева действительно ничему не надо было учить. На интервью он держался потрясающе просто и приветливо, оставаясь одинаково светлым и солнечным, какие бы каверзными и двусмысленными вопросами не пыталась вытянуть из него хоть немного припрятанной темной начинки опытная журналистка.
