сообщить о нарушении
Текущая страница: 61 (всего у книги 83 страниц)
— Я этого не говорил! — кинул ей вслед парень.
— Ты громко думал! — крикнула Громова и, обернувшись через плечо, столкнулась взглядом с Денисом.
Он светился ярче этого южного солнца над их головами, плотоядно поедая глазами ее фигуру, прикрытую лишь тонкими полосками бикини, беззастенчиво разглядывая каждый изгиб ее тела, будто оно уже давно принадлежало ему. Девушка улыбнулась, зная, как выглядит со спины, и кокетливым жестом перекинула волосы вперед, выпуская на свободу своего феникса. Она безошибочно читала этот полный восхищения и желания мужской взгляд, принимала и понимала его, чувствуя, как оживает под его прицелом ее женская натура.
«Как же все-таки хорошо быть женщиной», — подумала Кира и, улыбнувшись сама себе, нырнула в воду.
Комментарий к Глава 25
Приветствую дорогих читателей!
Надеюсь, эта глава придется вам по вкусу и скрасит завершение каникул для тех, у кого они заканчиваются только сегодня!
Немного лета и любви в снежном январе))
Спасибо всем, кто ставит "лайки", жмет "жду продолжения" и оставляет комментарии! Ваша поддержка согревает не хуже сочинского солнышка)
========== Глава 26 ==========
На столе стоят
Две ненужных, выпьешь по одной.
Столько дней подряд наедине с луной.
Город из песка
Окружает сумрачным дождем,
И нужна тоска, чтобы выжить в нем,
Просто выжить в нем…
Не смотри назад,
Там забыты тысячи картин.
Ты не виноват в том, что ты один.
Бесконечный круг
Из одних и тех же пройденных дорог.
В мешке заплечном груз — миллионы снов,
Миллиарды снов…
И ничего
Не происходит, все останется таким,
До того,
Пока не встанешь, не развеешься как дым…
И по дорогам гнать и гнать,
Подставив ветру лицо!
Смеяться, никто не должен знать,
Что тебе не повезло!
Звонить по мобильному всем подряд, всем!
И не дождаться гудков!
А ночью метаться в клетке из стен
С ключами от всех замков.
Animal ДжаZ «Как дым»
Открытие фан-зоны «Найк» прогремело на все побережье, и Кира до сих пор не могла прийти в себя от невероятного успеха мероприятия, который превзошел все плановые показатели. То ли болельщики уже окончательно погрузились в эйфорию, то ли ее ребята и правда организовали все на высшем уровне, но все прошло настолько идеально, что девушке даже было немного не по себе.
За годы работы Громова привыкла, что ничто и никогда не идет по плану. В любом деле, будь то рекламная кампания, праздник, съемки, интервью или банальные переговоры, на пути к результату ее всегда ожидало множество разнокалиберных препятствий и сложностей, которые, в определенном смысле, служили некой кармической платой за финальный успех. У рекламщиков даже существовало поверье, что проект, сданный без истерики, паники и беспредельного нарушения дедлайнов, с большой долей вероятности обречен на провал. И действительно, практика показывала, что самые изматывающие и близкие к полному срыву кампании обычно оказываются самыми грандиозными и коммерчески успешными.
Сейчас, сидя под навесом на футбольном поле с пластиковым стаканчиком «Кока-Кола» в руке, в который Вадик любезно подмешал немного рома «для блеску глаз», и наблюдая за открытой тренировкой сборной, Кира шаг за шагом восстанавливала в памяти события вчерашнего вечера, но так и не находила, к чему придраться. Климов был в своей лучшей форме, принимая на себя почти все вопросы организации, эвентщики не подвели и, судя по счетам субподряда, в целом не так много украли, и даже в глазах Олечки просматривались проблески разума, что уж совсем сбивало с толку.
«Может, я уже расплатилась за все косяки на годы вперед?» — подумала девушка, привычным уже жестом касаясь кончиками пальцев серебряного кулона на груди и вглядываясь в одухотворенные лица футболистов на поле.
В ее голове уже вовсю шла нарезка кадров для ролика, который они смонтируют об этой тренировке и от которого будет щемить сердце в приступе патриотической гордости у каждого самого далекого от футбола россиянина. Ребята явно были на кураже! Впервые за долгие годы, на них не висело тяжким грузом извечное клеймо неудачников и обленившихся миллионеров, способных приносить только позор и разочарование. Вся страна теперь повернулась к ним лицом, смогла разглядеть и почувствовать страсть в глазах Дзюбы, солнечный свет в улыбке Черышева, силу в непроницаемом взгляде Акинфеева и главное - уверенность в каждом слове их тренера, который стал уже настоящим народным героем. Конечно, для каждого из них велась отдельная пиар-кампания, и специалисты, формирующие их образы в СМИ, получали гонорары не за свои сверкающие белизной виниры, но Кира не могла не признать, что и сам «материал» был отменного качества. Они все были разные, но каждый со своей изюминкой, неповторимой особенностью, которую нужно было только правильно подчеркнуть и подать в выгодном свете, их желание играть за свою страну не нужно было дорисовывать, оно и так бросалось в глаза с первого взгляда. Ну, а лучшего персонального бренда, чем у Черчесова, Громова и вовсе не могла припомнить за всю свою карьеру.
— О чем мечтаешь? — вырвал ее из размышлений мягкий голос Дениса.
— Черри, блин! — нахмурилась Кира, наблюдая за тем, как футболист присаживается рядом. — Я же просила не подходить во время тренировки! Хочешь, чтобы завтра нашими фотками весь интернет был забит?
— Хочу, — рассмеялся Черышев и достал бутсы из спортивной сумки, стоявшей под сиденьем. — Я, на самом деле, просто бутсы поменять пришел.
— Ага, конечно! — скривилась Кира, потягивая через трубочку свой напиток и искоса поглядывая на мужчину. — И сумку свою ты тут совершенно случайно оставил!
— Ну, вообще-то, ты сама сюда села, — продолжал улыбаться Денис, затягивая шнурки на обуви. — Мы же раньше сюда приехали.
— Все равно ты это подстроил! — фыркнула Громова, снова обращая взгляд на поле и стараясь выглядеть максимально по-деловому под прицелом нескольких камер, уже заприметивших их беседу.
— Угостишь? — спросил мужчина, вставая и протягивая руку к ее стаканчику.
— Нет, тебе такое нельзя, — резко ответила Кира, отодвигая напиток от него подальше.
— Кир, — медленно проговорил Черышев, растягивая ее имя и вглядываясь в лицо девушки, — что у тебя в стакане?
— Спонсорский коктейль, — улыбнулась она, демонстративно делая глоток. — Только для пиар-службы.
— Ты неисправима, — покачал головой Денис, наклоняясь к ней совсем низко и ласково касаясь кончиками пальцев ее щеки.
— Ты тоже, — с фальшивой улыбкой прошептала Громова, понимая, что если сейчас начнет дергаться и отталкивать его, то на снимках это будет выглядеть еще нелепее.
Блеснув игривым огоньком в глазах, Черышев коснулся ее губ невесомым, но вполне фотогеничным поцелуем и, облизнувшись, задумчиво протянул:
— «Бакарди»? Не знал, что они спонсируют чемпионат!
— Иди уже, гурман, — рассмеялась Кира и легонько толкнула его в бедро, заранее прикинув, насколько милым этот жест будет смотреться в кадре.
***
Несмотря на изнурительную тренировку и следующий за ней продолжительный, и не менее изматывающий, сеанс общения с журналистами и болельщиками, команда вернулась в гостиницу в приподнятом расположении духа. Смех и шутки не утихали всю дорогу, а когда ребята оказались на территории отеля, защищенной от посторонних глаз, то окончательно расслабились, вовсю подтрунивая друг над другом и веселясь, словно подростки. Черчесов улыбался в усы и смотрел на забавы своих подопечных сквозь пальцы, позволяя им снять моральное напряжение от предстоящей игры таким нелепым для взрослых мужчин детским способом.
Кире тоже передалось это игривое настроение и, догнав Вадима почти у самого входа в здание гостиницы, она приложилась к его стаканчику «Кока-Кола» и принялась пытать друга на предмет местонахождения его неиссякаемого источника рома.
— Где ты его прячешь? — со смехом хлопая его по карманам элегантных шорт, недоумевала девушка.
— Громова, прекрати меня ощупывать! — отбрыкивался от нее парень. — Ты меня компрометируешь!
— Думаешь, Паша будет ревновать? — кокетливо спросила Кира, откидывая назад волосы.
— К тебе? Он пока еще в своем уме! — надменно хмыкнул Климов.
— Тогда признавайся, где ты прячешь зелье! — воскликнула она, снова накидываясь на него и театрально хватая сзади за шею.
— У Жоры в рюкзаке, — не менее сценически просипел Вадим, изображая капитуляцию, и добавил, как только девушка отпустила его и завертела головой по сторонам в поисках передвижного бара. — Только не надирайся, пожалуйста, нам еще раскадровку делать сегодня.
— Я тебя умоляю, — закатила глаза Громова. — Когда такое было?
Не слушая дальнейших наставлений и причитаний друга, Кира с хитрой улыбкой на губах направилась к высокой фигуре вечно хмурого и непроницаемого старшего копирайтера, маячившей в открытых дверях холла, но не успела сделать и нескольких шагов, как кто-то больно схватил ее за плечо, резко разворачивая в обратном направлении.
— Что это? — услышала она над собой гневный бас нависшего над ней Дзюбы и попыталась сфокусировать взгляд на экране смартфона, которым он тыкал ей в лицо.
— Банковский перевод, я думала, ты такие уже видел, — вглядываясь в открытую страницу приложения, ответила Громова и, поджав губы, недовольно подметила. — Там даже назначение платежа указано, как предусмотрительно…
— Не паясничай! Какого хрена? — взревел зенитовец.
— Решила вернуть тебе долг за машину, что такого? — демонстративно возмутилась девушка, скидывая его руку со своего плеча и делая шаг назад.
— Почему именно сейчас? Почему именно так, втихаря? — с каждым словом повышая голос, басил Артём, снова наступая и заставляя ее пятиться назад, постепенно оказываясь в холле. — Мы это не обсуждали еще!
— Ну, появилась возможность, почему бы и не сейчас, — пожала плечами Кира, стараясь придать голосу максимальное равнодушие и погасить скандал в зародыше. Все футболисты уже прошли наверх, и они с Артёмом остались в холле вдвоем, но ругаться все равно не было никакого настроения.
— Что за возможность? У тебя не может быть такой суммы! — уже почти орал Дзюба. — Откуда ты взяла деньги?
— Насосала! — резко выпалила ему в лицо Громова, внезапно теряя терпение.
— Сама скажешь или мне счет пробить? Я ведь не поленюсь, — продолжал настаивать Артём, никак не реагируя на ее выпад. — Кто за тебя платит?
— Я, — раздался мелодичный и показавшийся совсем детским на фоне гневного баса зенитовца голос. — У тебя с этим какие-то проблемы?
Артём как-то недобро улыбнулся и медленно обернулся на Черышева, стоявшего прямо за его спиной.
— О, голубоглазый принц! И как я сразу не догадался! — переключая свой гнев на хавбека, злобно процедил мужчина. — Думаешь, выкупил ее? Теперь твоя?
— Черри, вот ты вообще сейчас некстати тут нарисовался, — устало потирая лоб и вставая между ними, проворчала Кира и примирительно коснулась ладонью груди Артёма. — Дзю, успокойся, пожалуйста.
— Я вернул долг своей девушки. Что ты имеешь против? — холодно ответил Денис, не сводя с партнера по команде суровый взгляд.
— Твоей девушки? Спасибо, что сообщили! Кирюш, поздравляю! Такого парня отхватила! Это тебе не Премьр-Лига, да? Покруче уровень-то! — выплевывая слова словно пули, чеканил Дзюба, стреляя бешеным взглядом то в Киру, то в Дениса. — Дэн, а может, тогда объяснишь заодно, коли у нас такой разговор задушевный выдался, почему твоя девушка тебе не дает? И почему у нее на шее вот это?
С этими словами он аккуратно поддел пальцами маленькую букву «М» на груди девушки, с коварной улыбкой на губах наблюдая за тем, как темнеет взгляд Черышева при виде этого неоспоримого аргумента против любого его намерения.
— Мы с этим сами разберемся, вдвоем! — сквозь зубы процедил Денис, делая шаг к форварду. — Без тебя!
-Так, все! Хватит! — рявкнула Кира, физически ощущая, как атмосфера вокруг начинает становиться взрывоопасной, и с силой толкнула Артёма в сторону выхода к бассейну. — Иди во двор, живо! Я сейчас приду!
— Ну, подожди, детка, мы же так мило беседуем! — делая несколько шагов назад, но, не сводя взгляд с Дениса, скалился Дзюба.
— Я сейчас с тобой сама побеседую. Иди, я сказала! — толкая его уже двумя руками, возмущенно пыхтела Громова. — Чего же ты такой здоровенный-то…
— Раньше тебе нравились мои размеры… — усмехнулся форвард и крикнул уже от двери. — Дэн, слышишь, ей большие нравятся! Так чтобы сначала больно, а потом приятно!
— Да заткнешься ты уже, наконец… — с трудом выталкивая его на улицу, прошипела девушка.
Захлопнув за Дзюбой дверь и глубоко вздохнув, она вернулась к Денису и, обхватив ладонями его лицо, быстро заговорила:
— Так, Черешня, не смей вестись на его провокации! Посмотри на меня! Это плоды твоих же решений, твоих! Я предупреждала, что так будет!
— Но ведь он прав, — грустно глядя на нее и поджимая губы, проговорил Черышев. — Ты меня на расстоянии держишь. И плачешь каждую ночь… Думаешь, я не замечаю?
— А я и не пытаюсь от тебя что-то скрыть, — ласково касаясь лбом его скулы, прошептала Кира, даже не желая ничего придумывать в свое оправдание.
— Не знаю, что больнее — твои слезы или слышать от него, какие тебе нравятся, — утыкаясь ей в шею, понуро сказал Денис.
— Кстати об этом, меня его габариты не интересуют, ясно? — резко заявила Громова, обнимая его за плечи и прижимаясь к его груди, и со смущенной улыбкой добавила. — Меня больше впечатляет то, что я видела тогда в ночном клубе. В Самаре.
— Ты манипулируешь моим настроением, — поневоле расплылся в улыбке Денис, запуская руку ей в волосы и прижимаясь еще ближе.
— А ты всей моей жизнью, так что… — повела плечом Кира, ловя его посветлевший взгляд.
— Но ты ведь позволяешь… — вглядываясь в ее лицо, заметил мужчина.
— Это не повод так нагло пользоваться моим расположением, — учительским тоном ответила Громова и чмокнула его в нос. — Ладно, я пойду, поговорю с Тёмой, надо как-то уладить все это.
— Кир, а ты заметила? — кинул ей вслед футболист, когда она уже отошла к двери. — Ты не спорила, когда я назвал тебя своей девушкой. Впервые.
— Как будто это имеет какой-то смысл! — отмахнулась она и исчезла за дверью.
Выйдя на залитый вечерним солнцем внутренний двор, Громова нашла Артёма сидящим на краю шезлонга и ковыряющим трубочкой от оставленного кем-то коктейля швы напольной плитки у себя под ногами. Он был похож на обиженного ребенка: — такой большой, но в то же время беззащитный, ужасно упрямый и способный вывести ее из себя за долю секунды, но при этом такой понятный и родной. Она была по-настоящему зла на него, но вместе с тем понимала, жалела и заранее прощала, как делала всегда.
Кира глубоко вздохнула и, подойдя к нему почти вплотную, коснулась ладонью растрепанных волос.
— Тём, ну что ты творишь? — с мягким укором произнесла она, глядя на него сверху вниз. — Я же просила не лезть к нему.
— Бесит. Не могу смотреть, как он вокруг тебя вьется, — резко откидывая трубочку в сторону, выпалил Дзюба и встал, добавляя сварливым тоном. — И ведет себя так, будто у вас уже все на мази! Это ты виновата! Сама повод даешь, поощряешь! Еще и деньги у него берешь…
— Мы об этом уже говорили, — тихо сказала девушка, забирая его руки в свои. — Думала, ты поймешь…
— Я понимаю, — глухо отозвался футболист и еле слышно добавил, глядя в пол. — Но он все равно тебе не подходит.
— Я знаю, — хмыкнула Громова и пристально посмотрела на него. — Мне ты подходишь.
Артём шумно втянул воздух и крепче сжал ее пальцы, не поднимая на подругу глаз.
— Но ведь это ничего не меняет, так ведь? — пытаясь заглянуть ему в лицо, спокойным тоном добавила Кира.
Дзюба молчал, поджав губу и не находя, что ответить на эту очевидную истину, висящую между ними уже не первый год. Этой женщине, которую он боготворил, которой восхищался, которая чувствовала его, как никто другой, могла противостоять ему на равных, разделяла все его мечты и понимала желания, которая была будто создана специально для него, этой женщине он мог предложить только свою изматывающую и требовательную дружбу. Зависнув на тонкой грани между «навсегда» и «никогда», он мучил и себя, и ее, но не мог разорвать эту связь, ставшую для него источником жизненной силы. А она заслуживала большего, намного большего… Того, что он никогда не сможет ей дать.
— Это только до конца чемпионата, — примирительно касаясь лбом его груди, проговорила Громова, так и не дождавшись ответа. — Потом он уедет домой, мы с Вадькой и Диего поедем на Ибицу… Все вернется на круги своя, будет, как прежде.
— Могли бы выбрать какое-нибудь другое место, не в Испании, — уже беззлобно фыркнул Артём и с усмешкой добавил. — Кислоту жрать будете?
