сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 83 страниц)
- А мы можем побыстрее ехать, или эта живопырка педалью газа не оборудована? – снова начал заводиться Артём, когда она не успела проскочить на мигающий желтый и вынуждена была остановиться на долгом светофоре.
- Знаешь что? – не выдержала Кира, которая могла снести все что угодно, кроме оскорблений в адрес ее новой машины или манеры езды, - Кому не нравится, может пешком идти!
- Думаешь, мне слабо? Да я пешком быстрее дойду, чем ты доползешь со своей черепашьей скоростью! – взорвался Дзюба, который будто только и ждал такой ее реакции.
Громова стиснула зубы и, надавив на педаль газа в пол сразу, как только рядом с красным мелькнул желтый свет, первой ушла с перекрестка, вдавив пассажиров в сиденья неожиданным ускорением. Подрезая запоздало поворачивающих направо автомобилистов, она резко перестроилась и затормозила у обочины.
- Вали! – ядовито выплюнула она, не поворачивая на футболиста головы.
- Эй, ребята, вы чего? Кир, он пошутил, - засуетился Черышев, хватая злобно сопящего и метающего глазами искры Дзюбу за руку, в тот момент, когда тот уже потянулся к ручке двери, - Тём, успокаивайся, давай, чего ты завелся на ровном месте. Нормально едем, успеваем.
Глубоко вздохнув, Кира не спеша выкрутила руль и снова выехала на дорогу. В салоне повисло тяжелое молчание, не нарушаемое даже музыкой. Никто не решался произнести ни звука, боясь спровоцировать новую стычку между друзьями. Оля вжалась в сиденье, стараясь занять как можно меньше места и притворяясь, будто ее и вовсе тут нет. Артём упорно смотрел в окно, а Черышев обеспокоенно наблюдал за Кирой в зеркало заднего вида. Она сталкивалась с ним взглядом каждый раз, когда поднимала глаза, но лишь еще сильнее хмурилась в ответ.
Когда автомобиль выехал на автомагистраль, давящую тишину разорвал телефонный звонок, врываясь веселой трелью в унылую атмосферу салона. Громова перевела взгляд на закрепленный на панели смартфон и почувствовала, как сердце ухает вниз и, тут же словно мячик, резко подскакивает вверх, начиная отчаянно пульсировать в висках.
На весь экран телефона растянулась фотография молодого человека, с поразительно тонкими, почти девичьими чертами лица и лукавым прищуром больших зеленых глаз. Поверх фотографии высветилось имя контакта: «Максим Липатов», а ниже, в строке для названия компании, значилось недвусмысленное: «Адское чудовище».
Кира уставилась на фотографию и надпись так, будто видела все это впервые. Она прекрасно помнила, как он своими руками установил этот снимок, который ей никогда не нравился, на свой аватар, не забыла, как сама изменила название компании, в которой он работал, на это шутливое, но прекрасно характеризующее его сущность, прозвище. Но сейчас его глаза будто смотрели на нее из другого измерения, с грохотом врезаясь в реальность, которую она целый год заново выстраивала вокруг себя после их расставания.
Артём и Оля, затаив дыхание, смотрели на надрывающийся смартфон, словно на бомбу с включенным часовым механизмом. Даже Денису, которому личность звонящего ни о чем не говорила, стало не по себе от этой навязчивой и кажущейся сейчас такой тревожной мелодии.
Кира так бы и не решилась снять трубку, если бы не коммуникационная система автомобиля, настроенная на принятие звонка по громкой связи после пятого гудка.
- Здорово, Громик! – неожиданно разлился по салону высокий мелодичный голос человека, чье имя она так боялась произносить вслух, - Как жизнь половая?
- Регулярно, - после долгой паузы выдавила из себя Кира давно принятый между ними ответ на стандартное приветствие.
- Что нового? Ты все там же работаешь, на Златопольского? – по-светски поинтересовался Максим, будто они были просто не видевшимися несколько лет коллегами, которых кроме работы ничего не связывало.
- Куда ж я денусь с подводной лодки, - постепенно приходя в себя, автоматически отшутилась девушка.
- И живешь, небось, все там же... Машину-то хоть поменяла? А то смотреть жалко было, – с сожалением протянул он.
- Поменяла, у меня теперь тройка, - настороженно ответила Кира.
Весь этот отстраненный разговор, не имеющий ничего общего с ними, пугал и заставлял нервничать. Она не знала, что от него ожидать, не знала, к чему он ведет, но понимала, что Липатов не из тех людей, кто будет делать что-то просто так. Сейчас хотелось только одного, чтобы перестали так безумно дрожать руки, вцепившиеся в руль, и его голос продолжал музыкой вливаться в уши, растекаясь по телу горячей волной.
- Поздравляю! Молодец, хоть чему-то я тебя научил, - удовлетворенно хмыкнул Макс и добавил, не меняя светского тона, - Как на личном?
- Все супер, спасибо! – стараясь не выказать смущения и лихорадочно соображая, что бы такое придумать, чтобы утереть ему нос, поспешно ответила Громова.
- Замуж вышла? – отстраненно поинтересовался он.
- Пока нет, но все к тому идет, - не моргнув, соврала девушка.
- Ой, у тебя всю жизнь идет и никак не приходит. Эх, ты, Громова! Неудачница! – рассмеялся Липатов.
- А у тебя что нового? – проглатывая издевку, сухо спросила Кира, - Нашел очередную наивную курицу?
- Зачем? У меня ты есть! – вдруг сказал он с улыбкой в голосе, от чего ее дыхание моментально сбилось, а уголки губ против воли поползли вверх. Так было всегда – он мог сколько угодно шутить над ней, издеваться и подтрунивать, но потом сгладить все одной единственной фразой, показывающей ее особое место в его жизни. Это работало тогда, сработало и сейчас.
- Что с работой нового? – пытаясь скрыть свое воодушевление, бодро спросила Громова.
- Я теперь с Германом работаю, помнишь его? Мы новый завод запускаем! – радостно воскликнул Макс и затаился в ожидании восторженной реакции.
- Круто! И что гнать будете? – с деланным интересом проговорила девушка, понимая, что «мы» в данном случае, скорее всего, означает «Герман» плюс невероятная способность Липатова присваивать себе чужие заслуги.
- Да, как обычно, плюшки-ватрушки разные. У нас сегодня выставка в ЛенЭкспо, приезжай сама увидишь! – ласково проговорил он.
- Спасибо, я подумаю, - кокетливо ответила Кира, задыхаясь с новой силой.
- Да ладно тебе, барсучок, приезжай, тебе понравится! Накормлю тебя своей продукцией, – мелодично пропел Максим в трубку, используя запрещенный еще в те времена, когда они были вместе, прием.
- Убить меня хочешь? – отшутилась Кира, бесконтрольно тая от этого ласкового прозвища, которое она не слышала столько месяцев.
- Не, мне не может так повезти, - стандартно усмехнулся Макс и деловито добавил, - Давай, я тут до пяти буду, так что поторопись! А то кого-нибудь другого накормлю! Все мне пора! Чао, барсук, до встречи!
Он отключился, не дожидаясь ответа, как делал всегда, оставляя ее в растерянности и восторге одновременно. Она ждала этого звонка больше года, каждый день, глядя на телефон и в глубине души ненавидя всех тех, кто звонил вместо него. Он помнит о ней, он хочет ее видеть. Какая разница зачем? Какая разница, что будет после? Он считает, что она у него есть. Как можно быть таким самонадеянным и таким правым одновременно?
Поток разрозненных мыслей, подгоняемых лихорадочно бьющимся сердцем, прервал осторожный и ласковый голос Артёма.
- Кирюш, сто шестьдесят. Сбавь немного, - почти шепотом произнес форвард, едва касаясь ее плеча, - Или, хочешь, давай я за руль сяду.
Кира молча помотала головой и, кинув взгляд на спидометр, сбросила скорость. Она боялась заговорить, чтобы не выпустить из себя это ощущение внутренней радости, которое родилось от его голоса, боялась посмотреть на кого-то, чтобы не вылетела наружу глупая улыбка, которую она сдерживала из последних сил.
***
За десять минут до начала тренировки голубой «БМВ» уже парковался на служебной стоянке тренировочной базы в Удельном парке. Быстрым шагом направляясь к главному корпусу в сопровождении Черышева и Оли, Дзюба вдруг остановился и обернулся на замешкавшуюся у автомобиля Громову.
- Кир, ты идешь? – окликнул он ее.
- Вы идите. Я потом подойду, - небрежно махнула она рукой, - Мне тут это… надо на сервис съездить.
Артём поджал губу и, шумно выдохнув, в несколько шагов преодолел расстояние между ними и обхватил девушку за плечи.
- Ну, уж нет, Громова, ты к нему не поедешь! Я не пущу! – прошипел он, прямо глядя в ее горящие сумасшедшим блеском глаза.
- Тём, ты чего? Я на сервис, правда, - растерянно улыбаясь, продолжала настаивать на своей нелепой легенде Кира.
- На сервис мы с тобой потом вместе съездим, а сейчас ты пойдешь со мной, - решительно проговорил форвард.
- На тренировку что ли? Ты рехнулся? – усмехнулась девушка, пытаясь выпутаться из стальных объятий друга.
- Я не позволю тебе начать все заново, слышишь? Ты только стала приходить в себя! – еще крепче обхватив ее, прошептал Артём.
- Да кто ты вообще такой, чтобы за меня решать! – воскликнула Кира, продолжая попытки освободиться, - Убери от меня руки!
- Кира, очнись! Он играет с тобой, ты ведь это знаешь! Зачем ты снова к нему бежишь? – с мольбой в голосе, пытался достучаться до нее зенитовец.
- Отстань от меня! – уже в голос кричала девушка, давясь подступившими от бессилия слезами и отталкивая его от себя двумя руками, - Я с тобой никуда не пойду!
- Если не пойдешь сама, я тебя силой дотащу. Мне плевать, что подумают! Я тебя не отпущу к нему! – выпалил Дзюба, сверля ее взглядом.
- Тём, дай мне минутку, хорошо? – послышался рядом тихий голос Дениса.
Дзюба пожал плечами и отошел в сторону, уступая место для переговоров Черышеву.
- Да что вы со мной, как с умалишенной по очереди беседы проводите! Я взрослый человек, и могу делать, что захочу! – возмутилась Громова, резким движением размазывая по щекам слезы.
- Кир, посмотри на меня, пожалуйста, - спокойно и ласково проговорил Денис, забирая ее мокрые руки в свои.
- Я не понимаю, с чего такой переполох, - меняя тактику и взывая к рассудку очередного парламентера, с нарочитой деловитостью сказала Громова, - Я уже что, не могу на сервис съездить?
- Я не собираюсь тебя удерживать. Просто скажи - ты к этому парню хочешь поехать, да? – приподнимая внутренние уголки бровей и глядя на нее сосредоточенным и одновременно грустным взглядом, спросил Черышев.
- Даже если так, это никого не касается, - выпалила Кира, выдергивая руки и складывая их на груди.
- Видимо Артёма касается, раз он так нервничает, - подметил футболист.
- Дзюба много на себя берет! – повышая голос, чтобы Артём слышал, кинула девушка, - Он мне никто, чтобы так себя вести.
- Тем не менее, он тебя все равно сейчас никуда не отпустит, ты же понимаешь, - спокойно и рассудительно проговорил Денис, - Вы можете сейчас устроить скандал, а потом он закинет тебя на плечо и притащит на поле. У всех на глазах. Ты этого хочешь?
- Нет, - нехотя буркнула Кира, глядя в сторону.
- Тогда уступи сейчас. А когда начнется тренировка, ты сможешь уехать, - сказал Черышев и понуро добавил, - На свой сервис.
- Ты не понимаешь, мне надо сейчас. Он не будет ждать! – воскликнула девушка, хватая его за руку.
- Тебе решать, - хмыкнул он, отступая на шаг.
- А тебе-то зачем все это надо, я понять не могу? – нехотя уступая логике разума, со вздохом спросила Громова.
- Я уже говорил, я просто хочу тебе помочь, - тихо ответил Денис и повернулся в сторону главного корпуса, - Пошли.
Тяжело дыша от злости и на ходу обдумывая план побега, Кира под пристальным взглядом Дзюбы молча последовала за футболистами. В конце концов, Черышев прав, во время тренировки, он не сможет ее контролировать, а значит, все еще есть шанс обрести свободу и успеть на выставку.
К сожалению, Артём оказался предусмотрительным и, усадив ее на трибуну, вверил заботам охранника, с которого взял клятву не спускать с нее взгляд до конца тренировки. Служащий попался новенький, с которым Кира, часто посещавшая базу по делам клуба, была не знакома. С нелепым энтузиазмом он принялся исполнять наказ футболиста, в буквальном смысле вцепившись в девушку и не давая ей сделать лишнего движения.
Испробовав на неуступчивом охраннике весь арсенал приходящих в голову средств, от обольщения до подкупа, через пару часов Кира была вынуждена признать свое поражение. Устало подпирая щеки руками, она без интереса наблюдала за тренировкой футболистов, злясь на собственное бессилие и наглость Артёма, который позволил себе так бесцеремонно влезть в ее жизнь именно в тот момент, когда она была так близка к исполнению своего заветного желания.
На часах было без четверти шесть, когда занятия подошли к концу и к трибунам подошел раскрасневшийся, но довольный собой Дзюба.
- Спасибо, Геннадий Петрович! Век не забуду! – с поклоном прижимая руку к сердцу, пропел он охраннику и улыбнулся Кире, - Ну что, красавица, теперь я готов сопроводить тебя на сервис или куда пожелаешь!
- Да пошел ты! – со злостью выплюнула Кира, резко вставая и одергивая юбку.
Кинув на футболиста взгляд полный ненависти, девушка развернулась и направилась к парковке, с яростью вбивая каблуки в асфальтовую дорожку. Время уже вышло, но теоретически, он ведь мог и задержаться на выставке. Может, если она приедет сейчас, то успеет застать его хотя бы на выходе?
Артём не стал удерживать ее, оставшись стоять на месте и глядя ей вслед.
- Это действительно того стоило? – вполголоса спросил, подошедший Денис.
- Плевать. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы не дать ей снова увязнуть в этой истории, - хмуро сказал зенитовец, не сводя взгляд с удаляющейся тонкой фигуры в черном.
- Что такого ужасного в этом парне? – задумчиво проговорил Черышев.
- Ты не видел, что с ней было, когда он ее бросил. А я видел. Ее не стало просто. Мы с Крис думали, она из окна шагнет. Второго раза не будет, она не переживет, я точно знаю. Никогда не видел, чтобы кого-то так любили, как она его. Она за ним босиком по снегу готова бежать. А Липатов… Он волоса ее не стоит! Он никогда не любил и не будет любить ее так, как она этого заслуживает.
- Например, так как ты ее любишь, да? – глядя себе под ноги, грустно усмехнулся Денис.
- Что за бред? – испуганно встрепенулся Артём, - Кто тебе это сказал?
- Да пока никто. Хотя странно. По-моему только слепой не заметит, - пожал плечами Черышев и неспешно направился в раздевалку.
========== БОНУС 100!!! ==========
Комментарий к БОНУС 100!!!
Передача для тех, кто не спит))
Это не полноценная глава, просто маленькая зарисовка, созданная для удовольствия читателей и моего собственного) но, как водится, не без двойного дна...
В моей жизни свершилась радость - работа набрала сто лайков!! Радуюсь, как ребенок, ничего не могу с собой поделать)) В честь этого знаменательного события - сей бонусный эпизод, втиснутый в основную канву сюжета! Моя благодарность дорогим читателям за внимание и участие!
Спасибо вам большое, мои дорогие)
ЗЫ: следующая "настоящая" глава выйдет, как обычно, согласно несуществующего графика, но надеюсь совсем скоро)
Ей нравится только дождь.
Он так на неё похож.
Когда совсем не ждёшь,
Только дождь.
Отражаясь в её глазах,
Я рассыпался в капель дрожь.
Ей нравится только дождь,
Только дождь...
СегодняНочью «Только дождь»
Кира вышла к пустому футбольному полю и поежилась от холода. Наполненное влагой привычно-свинцовое небо низко нависало над спортивной базой, отражаясь в яркой, слишком зеленой траве газона. Дождя не было, но воздух вокруг был, как будто, уже наполнен мельчайшими каплями воды, словно туман, из воздушной прозрачной пелены вдруг решивший превратиться в нечто более осязаемое.
Кожа покрылась мелкими мурашками и холодной испариной. Девушка провела ладонью по своему замерзшему обнаженному предплечью и оглядела надетую на ней теннисную форму. В точно такой же белой юбке и укороченной белой майке она когда-то завоевала свою первую юношескую награду, до сих пор хранившуюся у родителей в серванте. Кира с точностью до каждой подачи помнила тот матч, и если закрыть глаза и сосредоточиться, могла даже ощутить вибрацию от удара ракетки по мячу в своем последнем сет-пойнте.
Девушка прикрыла веки и глубоко вздохнула, втягивая носом прохладный воздух и пытаясь унять дрожь в теле. Здесь слишком холодно для тенниса, слишком холодно для этой коротенькой юбочки, слишком холодно для нее.
- Если будешь просто стоять, то замерзнешь, - услышала она смеющийся голос за своей спиной.
Кира резко обернулась и столкнулась взглядом с Денисом. Он был в белой форме сборной, которая, по ее мнению, смотрелась на футболистах намного выигрышнее, чем красный вариант. Засунув руки в карманы ветровки, парень молча улыбался в ожидании ее дальнейших действий. В глубине его добрых и ласковых глаз, ставших совсем синими в отражении потемневшего неба, светились озорные искорки.
