сообщить о нарушении
Текущая страница: 36 (всего у книги 83 страниц)
- Я тебе расскажу. Потом. Если захочешь, - с улыбкой кинула девушка через плечо, увлекая Дениса за собой по коридору.
***
- Ты это специально сделала, чтобы его позлить? – спросил Черышев, останавливаясь перед дверью в ее номер.
- Да, подленько, конечно, но я не удержалась, - улыбнулась Кира, пытаясь повернуть ключ в заедающем замке. - Ничего, побесится и перестанет.
- Кир, а ты не замечаешь, что… Ну, не знаю… - смущенно протянул Денис, наблюдая за ее ковыряниями с замком. - Что реакция Артёма не совсем дружеская, что ли?
- Да, и что? – равнодушно отозвалась девушка, продолжая попытки открыть дверь.
- Ничего, просто это странно, - накрывая ее руку своей, сказал футболист. – По-моему, похоже на обычную ревность.
- Черри, ты не влезай в это лучше, - устало проговорила Громова, поднимая на него взгляд. - С Тёмой я сама разберусь, хорошо?
- Это и меня касается. Мне не все равно, если вас связывают какие-то более близкие отношения, - тихо ответил он, внимательно глядя ей в глаза, в которых не осталось и следа от напускной кокетливости, с которой она разыгрывала свой спектакль пять минут назад.
- Значит так, - поджав губу, сухо проговорила она, оставив ключ в замке. – Все, что тебе нужно знать, я тебе уже говорила – я не его любовница, мы просто друзья. Остальное касается только меня и Дзюбы, понятно?
- Понятно, что ты не хочешь рассказывать, - упрямо пробубнил Денис.
- Так, Черри, я вот не понимаю – тебе загаданное желание уже не интересно? Тебя больше Дзюба волнует? – улыбнулась Кира и толкнула дверь, которая оказалась не заперта.
- Ты же знаешь, что это не так, - опуская глаза, проговорил мужчина, проходя вслед за ней в комнату.
- Тогда садись и перестань задавать глупые вопросы, - с напускной суровостью сказала девушка и указала ему на кровать.
Громова не знала, что и как она будет делать дальше. Вся ситуация была чистой импровизацией, поводом проучить распоясавшегося зенитовца. Готового плана не было, но она уже была в игре, и азарт не позволял отступить. Оставалось только побороть смущение и получить удовольствие от финальной партии. К тому же, волнение, которое она испытывала от одной только мысли о жадном взгляде Дениса на своем полуобнаженном теле, приятно покалывало кончики пальцев. Нет, Кира определенно собиралась доиграть свою роль до конца.
Усадив Черышева на край кровати, девушка отошла от него на два шага и повернулась спиной. Краснея и смущаясь, она стала медленно покачивать бедрами, осторожно спуская с них тонкую ткань свободных брюк до тех пор, пока они сами не упали на пол. Постепенно входя во вкус этого любительского стриптиза, Кира перешагнула лежащие на полу брюки и откинула их кончиками пальцев в сторону, уже сожалея, что не включила музыку. Продолжая плавно двигаться и не оборачиваясь на наблюдавшего за ней мужчину, она аккуратно приподняла края длинной белой футболки, все это время скрывавшей от его взгляда объект его интереса. Поднимая ткань все выше, так что помимо прозрачного красного кружева, он мог теперь видеть и хвост феникса, так гармонично сейчас сочетающегося с цветом белья, девушка поняла, что музыка была бы лишней. В полной тишине, она могла слышать его дыхание, которое становилось все более частым и затрудненным. Вдохновляясь его безмолвным одобрением, Кира подняла футболку еще выше и, вконец осмелев, сняла ее, выпуская на волю свою птицу, а вместе с ней и себя.
Позволив ему пару минут полюбоваться открывшимся зрелищем, Громова прижала футболку к груди и развернулась лицом к мужчине. От его ненасытного, горящего животным желанием взгляда, у нее у самой сбилось дыхание. Девушка подошла к нему ближе, но как только он протянул к ней руки, игриво отпрыгнула назад.
- Эй, руками не трогать! – рассмеялась она.
- Кира, это жестоко,– простонал Черышев, сжимая в руках ткань покрывала на кровати.
- Надо было загадывать более комплексное желание, - промурлыкала Кира, снова подходя к нему и впиваясь взглядом в его красноречиво вздувшиеся шорты. – Ты поступил недальновидно.
- Нет, я так не хочу, - с придыханием ответил он. - На спор, и к тому же ты подстроила результаты.
- Черышев, ты мазохист? – улыбнулась Громова, медленно проводя ладонью по его бедру сверху вниз в опасной близости от паха.
- Ты сама ко мне придешь, - тихо сказал Денис, отвечая мелкой дрожью на ее прикосновение. – И попросишь.
- Мечтатель, – усмехнулась Кира, наклоняясь так низко, что почти касалась его губ своими.
- Увидишь, - уверенно произнес Черышев, жадно глядя на ее губы.
- Спокойной ночи, Денис, - приподнимая бровь, с улыбкой сказала девушка, понимая, что уснуть так просто у нее уже не получится.
- Спокойной ночи, mi amor, - ласково ответил Черышев, не сводя с нее очарованных глаз.
***
Кира проснулась в восемь утра от настойчивого телефонного звонка, разорвавшего благостную тишину ее сна. Она нехотя протянула руку к смартфону, попутно думая, что надо бы сменить вдруг оказавшуюся такой неприятной мелодию. Но одного взгляда на экран было достаточно, чтобы набежавшее раздражение сменилось пропущенным сердечным ударом.
- Здорово, барсук! – услышала она его бодрый голос, как только приняла вызов.
- Липатов, ты совсем уже? Чего тебе в такую рань надо? – накинулась на него девушка, старательно демонстрируя свое недовольство его звонком.
- А ты спишь, что ли, еще? Просыпайся, рабочий день уже начался! – не обращая внимания на ее интонации, воскликнул Липатов.
- У меня – нет. Чего ты хочешь? – проворчала Кира, садясь в постели.
- Ничего, я просто в пробке на Литейном стою, решил пока узнать, как у тебя дела, - добродушно отозвался Макс.
- А вечером, в более нормальное время это нельзя было сделать? – продолжала гнуть свою линию Громова.
- Вечером я был занят, - загадочно произнес мужчина, заманивая ее в ловушку.
- Чем это? – не успев подумать, быстро выпалила Кира.
- Громова, у меня вообще-то тоже может быть личная жизнь! – самодовольно отозвался Максим.
- Какая еще личная жизнь? – растерянно спросила девушка.
- Самая обыкновенная, половая, - не скрывая своего удовольствия от ее реакции, проворковал он.
- Знаешь что! – задыхаясь от его наглости, воскликнула Громова. - Вот и звони по утрам той, с кем у тебя половая жизнь!
- Ох, раскудахталась она, посмотрите-ка! – рассмеялся Липатов. - Да на работе я был, как всегда. Чем я еще могу быть занят! Мы же завод запустили.
- Ну и зачем тогда? – обиженно пробубнила девушка.
- А ты так забавно веришь каждый раз! Верещать начинаешь сразу, - продолжал веселиться Максим и, отдышавшись от смеха, продолжил. - Ну чего там у тебя, рассказывай.
- У меня все в порядке, я в Самаре, - улыбаясь своей глупости, уже спокойней ответила Кира.
- И чего тебя туда понесло, лягушка-путешественница? – спросил он.
- Наши будут играть с Уругваем. Ты вообще, что ли, за чемпионатом мира не следишь? – откидываясь обратно на подушки, сказала девушка.
- Ты же знаешь, все эти примитивные игры меня не интересуют, - надменно проговорил Макс. - Это ты у нас любитель одноклеточных спортсменов… Сначала хоккеист, теперь футболист… Видел вашу фотку в интернете. Он тебе не подходит, маленький какой-то! Как у вас, кстати?
- У нас все в порядке, спасибо, - улыбнулась Громова, радуясь тому, что ее «черешневая» затея так или иначе сработала.
- Посмотрим, сколько он выдержит, - хмыкнул Липатов.
- Много ты понимаешь! Он меня любит! – возмущенно проговорила Кира.
- Ну, в этом я его как раз понимаю, - спокойно отозвался мужчина, играючи сбрасывая на нее атомную бомбу.
В трубке повисла тишина. У Киры в легких внезапно кончился воздух, а мозг, еще не способный функционировать в полную силу после сна, лихорадочно перерабатывал информацию, пытаясь интерпретировать ее беспристрастно. Получалось плохо.
- Громова, алло! Ты там с кровати, что ли, упала? – засмеялся Максим.
- Нет, с чего ты взял? – откашливаясь, просипела Кира. - Связь плохая.
- Ну, ладно! Привет передавай своему Денису! И магнитик мне привези! – довольный собой, проговорил Липатов.
- Зачем тебе магнит из Самары? – показательно скривилась Кира, все еще пытаясь унять сердцебиение.
- Тебе жалко, что ли? – хихикнул Макс и деловито добавил. - Все, барсук! У меня вторая линия! Чао!
- Пока… - ответила она, когда в трубке уже были гудки.
Кира встала и, выйдя на балкон в одной шелковой пижаме, прикурила сигарету. Несмотря на ранее утро, на улице было уже невыносимо жарко, и дым, который она вдыхала вместе с раскаленным воздухом, казался обжигающим и тягучим. Девушка окинула взглядом пылающую на солнце тренировочную базу и улыбнулась. Ему всегда удавалось вывести ее на эмоции, заставить поверить в полную чушь, чтобы потом наслаждаться реакцией. Только он умел в череде традиционно звучащих в их разговорах глупостей, вдруг вставить одну короткую фразу, которая была способна вознести ее до небес. Он всегда звонил сам, но каждый раз заканчивал разговор так, будто это она отвлекает его от важных дел своей болтовней. Как он все это делает?
- Пора перестать быть такой дурой, Громова, - отчитала себя девушка вслух, делая последнюю затяжку, но продолжала улыбаться.
С удовольствием позавтракав в пустой столовой в гордом одиночестве, Кира потратила два часа на стандартные утренние дела, связанные с раздачей указаний подчиненным, согласованием текстов и макетов, ответами на письма и сообщения. День сегодня предстоял напряженный и насыщенный, а значит, максимум текучки нужно было переработать именно сейчас. Вадик с самого утра отправился в офис ивент-агентства проверять готовность к ближайшим мероприятиям для болельщиков, Оля должна уже быть в студии популярной среди жителей Самары радиостанции, где ожидался большой дневной эфир с участием сразу нескольких игроков сборной, а Кире предстояло сопроводить Артёма на интервью для местного телевидения. После этого их с Климовым ждала многообещающая встреча с губернатором Самарской области, от которой зависел успех почти всего задуманного для города пиар-плана.
Настроение было чудесным, и даже перспективы объяснения с Дзюбой и неминуемая расплата за вчерашний триумф не могли омрачить ее душевного подъема. Девушка не расстроилась даже, когда, выбирая наряд для встречи с губернатором, обнаружила, что содержимое ее чемодана явно свидетельствует о психическом нездоровье собиравшей его женщины. Выудив из кучи странных и плохо сочетающихся между собой вещей элегантный черный комбинезон с открытым верхом, в котором ее ноги выглядели бесконечными, а грудь казалась еще пышнее и выше, Громова решила, что он просто создан для знакомства с представителями региональной власти. Обычно она носила его с жакетом, превращая сексуальный предмет гардероба во вполне деловой комплект, но тридцатиградусная жара сводила шансы на снижение уровня откровенности комбинезона к минимуму. Тем не менее, направляясь по залитой солнцем асфальтовой дорожке к футбольному полю, где как раз должна была закончиться тренировка, Кира была более чем довольна собой.
- Ой, Кира Юрьевна, хорошо, что вы только сейчас появились, – заулыбался один из помощников главного тренера, отрываясь от своих записей и окидывая ее оценивающим взглядом, когда девушка подошла к кромке поля. - А то вся тренировка бы псу под хвост пошла!
- Доброе утро, Валентин Евгеньевич! – звонко поздоровалась Кира и взглянула на часы. - Вроде по расписанию уже должны были закончить.
- Так закончили, - подтвердил тренер, провожая взглядом неторопливо выходящих с поля футболистов.
- А Дзюбиньо чего круги наворачивает? – усмехнулась девушка, кивая в сторону пыхтящего на дальнем крае поля зенитовца.
- Это он учится больше ногами работать, чем языком, - глубокомысленно ответил Валентин Евгеньевич.
- А, ему полезно, - согласилась Громова. - А долго он еще будет учиться? У нас интервью на телеке.
- Ну, считай, повезло ему на этот раз, - улыбнулся мужчина и, дунув в свисток, махнул рукой проштрафившемуся футболисту.
Кира нетерпеливо вздохнула, наблюдая, как Дзюба плетется к кромке поля, тяжело дыша и вытирая пот с лица. Она повернула голову в сторону и засмеялась, заметив, как Денис чуть не сбил с ног Головина, засмотревшись на нее и случайно наткнувшись на внезапно остановившегося товарища.
- Привет! – улыбнулась она не сводящим с нее взгляд футболистам и по-детски помахала им рукой.
- Привет! Ты добить меня решила? – подходя ближе и сияя улыбкой ярче самарского солнца, проговорил Черышев и притянул ее к себе.
- А ты решил Тёму добить? – мягко отталкивая его и не позволяя поцеловать, капризно протянула девушка. - Не надо, ты мокрый весь. У меня и так макияж на честном слове держится.
- Извини, не подумал, - без тени раскаяния в голосе ответил футболист.
- Подумал, только не головой, - усмехнулась она, читая в его глазах лишь восхищение и желание, и подтолкнула к выходу. - Все, иди, не драконь мне Дзюбу перед интервью.
- Что, теперь на глазах у всех обжиматься с ним будешь? – сквозь зубы процедил подоспевший зенитовец, провожая взглядом Черышева.
- Ты же вчера пускал слюни по той блондиночке Насте при всех, ничего? – парировала Громова.
- Я мужчина, это другое, - хмуро сказал Артём.
- Это сексизм! - скрещивая руки на груди, отчего она чуть не вывалилась из декольте, с показательным возмущением воскликнула Кира.
- Сексизм – это твой наряд! Чего ты вырядилась, как на панель? – окидывая ее взглядом из-под сдвинутых бровей, сурово проговорил Дзюба.
- Я не знала, что будет такое пекло. Больше ничего подходящего нет, - спокойно ответила она и добавила так, будто это все объясняло. - И у меня встреча с губером после твоего интервью.
- Ты кремом хоть намазалась? – обреченно вздохнул Артём и, подхватив со скамейки тюбик солнцезащитного лосьона, принялся с энтузиазмом наносить ей его на плечи. - Сгоришь же вся!
- Что это за крем? – не оказывая сопротивления, но опасливо поглядывая на белую субстанцию неизвестного производителя на своем теле, спросила девушка. - Тут, наверное, химические фильтры, а мне нужны минеральные.
- Нормальные фильтры, эффективные, - сосредоточенно втирая крем ей в спину, пробубнил Дзюба.
- А понежнее можно? – капризно протянула Громова, с трудом удерживая равновесия под воздействием его огромных рук.
- Кончай выделываться, - поджав губу, проговорил Артём. - Волосы лучше подержи.
Кира послушно перекинула волосы вперед, позволяя ему тщательно обработать все открытые участки тела. Он развернул ее к себе лицом и после того, как закончил с руками, вдруг остановился, в нерешительности глядя на ее грудь.
- Ну, тут сама давай, - сунув ей в руку тюбик с кремом, проворчал он, отводя глаза.
- Спасибо, Тёмочка. Я без тебя сгорела бы дотла, - улыбнулась Громова, выливая себе на бюст каплю лосьона, которая тут же устремилась в ложбинку. – Ой, блин!
- Я в душ быстро и поедем, - еще более хмуро проговорил Дзюба и поспешил в раздевалку. – На солнце не стой.
***
- Мы сначала в авто-прокат заедем. Я без машины тут не успеваю ничего, - сказала Кира, устраиваясь рядом с Артёмом на заднем сиденье такси и называя водителю нужный адрес.
- Кир, а раньше это нельзя было сделать? Утром, например? – возмутился заметно посвежевший и благоухающий ароматным гелем для душа Дзюба.
- Нельзя! Я занята была, - улыбнулась Громова.
- Чем? О Черышеве мечтала? – не унимался футболист.
- Дзю, не надо, пожалуйста, - кардинально меняя тон и опуская глаза, тихо сказала девушка. - Я вчера погорячилась немного, но ты тоже виноват.
- Какое желание он загадал? – сквозь зубы процедил мужчина.
- Тём… - протянула Кира, пытаясь на ходу придумать, как уйти от ответа.
- Ты обещала рассказать! – с первого слова понимая ее намерение, грубо прервал девушку Артём.
- Попросил показать, - обреченно вздохнула она, вглядываясь в его лицо.
- Он тебе не подходит, – тихо проворил Дзюба, отворачиваясь к окну и глядя на незамысловатый пейзаж спального района, неотличимый от такого же района в любом другом российском городе.
- Я знаю. Но что я могу поделать, если ему так приспичило, - понуро ответила Кира, следя за его взглядом.
- Скажи ему, что он тебе не нравится! – вдруг резко выпалил мужчина, снова оборачиваясь к ней.
- Уже говорила, ему по барабану, - раздраженно ответила девушка, чувствуя, что начинает оправдываться против своей воли.
- Конечно! Если ты постоянно с ним заигрываешь! – окончательно вспылил Артём, повышая голос. - Ты говорила, что это ничего не значит, а сама ему трусы свои показываешь!
- О, Боже! Священные трусы! – закричала в ответ Громова, тоже теряя терпение. - Теперь он просто обязан на мне жениться!
- Приехали, молодожены! – прервал их разгорающийся спор улыбающийся таксист, глядя на раскрасневшихся молодых людей в зеркало заднего вида.
