Текст книги "История героя: Огонь наших душ (СИ)"

Автор книги: Yevhen Chepurnyy

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 60 страниц)

«Диценас, как я припоминаю – вайлианское название Магран, богини огня, разнообразных тестов, и бомбы, взорвавшей Эотаса. А еще среди ее служителей встречаются поистине космической упоротости индивиды.» Гламфеллен хмыкнул, вспомнив одного знакомца по дирвудским приключениям.

– Как мне показалось, губернатор проблемами не обделен.

– Ничего, что он не создал себе сам, – лениво ответил стражник. – Он нанял Говорящих-со-Штормом из местного племени, чтобы те защитили Порт Маже от недавней бури, а платить отказывается – работа-де выполнена плохо, бухта в хлам, корабли – всмятку, казна понесла убытки, городу нечем больше жить, все плохо. Наш Кларио любит выдавать своим работникам словесные кружева вместо твердых денег.

– Значит, поэтому к нему приходила та серьезная дама, Икава?

– Именно. Но Кларио решил превратить выплату заслуженного ей в публичный балаган. Посмотрим, как он будет выкручиваться завтра – Икаве будет не лень выйти из дому и прошагать пару миль, чтобы вытрясти из Кларио свои денежки.

«Надо же, все на самом деле шло по хитрому плану губернатора. Пока я не влез. Стоп, племя той бронзовой призерки по тяжелой атлетике живет здесь? Вот уж не подумал бы.»

– Хуана живут в вашем городе? – поинтересовался Кьелл.

– Их селение прилегает к восточным окраинам. Можно сказать, мы живем одной большой, дружной семьей, – криво ухмыльнулся Дармо. – Даже колотушками иногда обмениваемся, тепло и по-семейному. Как вот с Ринко, – он кивнул на жилище за своей спиной.

– А что с ним? – лениво спросил эльф.

– Ввязался в пьяную драку с одной из Хуана, и она его отделала. Живого места не оставила. Теперь он любому готов плакаться, как она его ограбила и избила. Губернатор не хочет излишнего внимания к этому делу – чтобы не ухудшать-де отношения с Хуана. Видимо, хочет ухудшать эти отношения только самостоятельно, не платя им за работу, хе-хе. Вот он и поручил мне «держать ситуацию под контролем лично,” – стражник скривился и сплюнул. – А это значит, отгонять всяких насенале[22] от этого слюнтяя Ринко.

– Почему бы не решить дело с Хуана? Раз уж вы одна большая семья, и все такое, – еще ленивее спросил Кьелл. Он стремительно терял интерес к проблемам местных стражников и горожан – ему хотелось сходить в селение аумауа и поглядеть на их быт, но его новому знакомому явно требовалось излить душу.

– У Хуана свои законы, и заявиться к ним в селение и потребовать выдать зачинщицу я не могу. Тем более что Мокеха – женщина, избившая эту бестолочь Ринко – одна из матару, воинов и охранителей порядка. Моя почти коллега, – Дармо хмыкнул. – Раз уж губернатор считает это дело настолько важным, что приковал к Ринко целого капитана стражи, то, надеюсь, он уделит ему еще толику времени и решит дело с Икавой полюбовно. Она вождь племени – пояснил он в ответ на непонимающий взгляд эльфа.

«Ну хоть какая-то интересная инфа проскользнула в потоке жалоб: мисс пауэрлифтинг и обладательница самого нехудожественного шрамирования Дедфайра – местный вождь. Быть может, наличие отсутствия губернатора в поле зрения сделает ее более общительной – нужно же узнавать, чем живут местные, и не колонисты вроде Кларио и иже с ними, а аборигены.»

– Ясно. Я собираюсь пройтись до деревни Хуана, – сказал эльф. – Возможно, попутно поговорю с Икавой о твоей проблеме. Впрочем, ничего не обещаю, – «Нелишним будет иметь причину для влезания в дела местных,» нашел Кьелл оправдание своей внезапной доброте. «Икава не показалась мне женщиной, любящей светскую беседу под коктейли.»

– Гелларде[23], – бледно улыбнулся капитан. – Если что-то из этого выйдет – зайди к Савии, моей заместительнице. Всякий труд должен быть вознагражден. Ты найдешь ее в здании тюрьмы, рядом с особняком губернатора.

– Так и сделаю. Бывай, Дармо.

Гламфеллен двинулся обратно к рыночной площади, решая, зайти ли к губернатору, или плюнуть на скользкого вайлианца, и посетить Хуана, как его мысли прервал знакомый голос.

– Мы здесь, касита!

Ему махала рукой идущая со стороны питейного заведения Иррена. Девушка шествовала под ручку с Эдером, и выглядела довольной, словно кошка, объевшаяся сметаны. Сквозь обычное стоическое выражение на лице дирвудца тоже проглядывало некое умиротворенное довольство.

– Иррена, Эдер. Вижу, план по развлечениям выполнен на все сто. Как насчет моего задания? – поинтересовался Кьелл, внутренне готовясь к разочарованию и последующему разносу для подчиненной. Та, впрочем, не стушевалась.

– Сделали, что смогли, касита. В этой дыре трудно отыскать нормальных моряков – все больше рыбаки, в жизни не видевшие ничего крупнее весельной лодки. Есть еще команды с разбитых штормом судов, но они держатся вместе, а сманивать кого-то из них чревато – побьют, даже в компании с… – Иррена бросила влюбленный взгляд на Эдера. Тот сохранял спокойствие сфинкса.

– В общем, у Беодула появится пятнадцать новых мальчиков на побегушках. Еще я нашла нам нового судового врача и навигатора. Это все моряки, что здесь есть. Хотя нет, еще один, вроде бы, сидит в каталажке – устроил пьяный дебош, и попытался избить стражников.

«Надо же, а у меня как раз образовались подвязки с местными ментами,” довольно подумал эльф. «Как кстати – даже с только что нанятыми у нас дикий некомплект, каждая подпорка под реи и висюлька на ванты пригодится. Правда, теперь точно придется разбираться с этой нелепой историей с… Ринко и Мокехой, так, кажется, звали тех драчунов?»

– Замечательно, Иррена. Отправляйся на корабль, скажи Беодулу, что матросы могут начинать посменно выходить в увольнительные, опасности в городе нет. Только пусть местных аумауа не задирают. – «Красная тревога снижена до желтой, капитан Пикард,” улыбнулся своим мыслям Кьелл. – Эдер, со мной. Посетим местного губернатора, а потом – селение Хуана.

– Сделаю, касита! – белозубо улыбнулась Иррена, по-хозяйски потрепала Эдера по щеке, и бодрым шагом двинулась в порт.

– Что? – вопросительно приподнял бровь Эдер на скабрезную ухмылку Кьелла. – У меня что-то в бороде?

«В голову сразу приходят несколько вариантов ответа на твой вопрос, но Дирвуд недостаточно сексуально продвинут, чтобы ты их понял, сынку,” эльф с трудом подавил широченную улыбку, и ответил:

– Да нет, просто сразу видно, кто взял на себя активную роль в ваших отношениях. Взяла она тебя в оборот, а?

– Люблю бойких, – Эдер привычными движениями набил и раскурил трубку. – И потом, если женщина хочет делать за меня всю работу, с чего бы мне спорить?

– Смотри, доведет тебя подобное отношение до того, что проснешься однажды с кольцом на пальце и пятком спиногрызов, смуглых и блондинистых, – пригрозил Кьелл.

– А что в этом плохого? Наоборот, к подобному стоит стремиться, – шпилька эльфа не просто безвредно отскочила, она застыла в воздухе, и не коснувшись брони невозмутимости дирвудца. – Знаешь, не ожидал я такого от нашей тихони. Я давно заметил, что она на меня поглядывает, но сегодня в нее просто бес вселился.

«Сегодня в нее вселился ваш покорный слуга,» машинально подумал гламфеллен, и, осознав двусмысленность подуманного, с трудом удержался от смешка. «Так, стоп, немедля развидеть и удалить эту мысль. Тьфу ты, пропасть, думается же всякая чушь. Надо заняться делом.»

– Ладно, займемся делом, – озвучил эльф последнюю мысль. – Губернатор жаждет переложить на наши могучие плечи часть своих проблем, и наше дело – стрясти с него за это достаточно денег. Хотя в казне Фиргиста не пустовало, да и мои накопления еще не показывают дно, денег много не бывает, не так ли?

– А как же. Я вот хочу прикупить себе треуголку. Столько местных их носит, что мне даже стыдно отставать от моды.

– Местная мода – это, скорее, бусы из ракушек, и юбки. Причем, как бы не из пальмовых листьев. Ты готов на такие жертвы, Эдер?

– В местном климате жертвы – носить чешуйчатую броню, поддоспешник, и нательное. Рассказать, чем все это пахнет после долгого дня? Страданиями.

Так, перешучиваясь, они достигли особняка губернатора. Стражник, после недолгого ожидания, пригласил их внутрь, и вскоре товарищи стояли в кабинете Кларио.

– Адо[24], касита Лофгрен! – губернатор поднялся из-за широкого стола с письменным прибором. Две аккуратные стопки бумаг лежали перед ним – его явно застали работающим. Рослая вайлианка в полном доспехе опиралась на алебарду неподалеку, рядом с камином. Ее скучающий взгляд лениво скользил по вошедшим.

– Удачно, что вы зашли именно сейчас, – сияя добродушной ухмылкой, Кларио подошел к товарищам и пожал им руки. – Кто этот достойный фентре? – обратился он к эльфу, кивнув на Эдера.

– Познакомьтесь, Эдер Тейлеж, мой специалист по решению проблем, и просто хороший человек. Эдер, это губернатор Кларио.

– Приятно познакомиться, фентре Тейлеж, – дружелюбно оскалился Кларио. Эдер спокойно кивнул в ответ. – Ваши навыки будут очень кстати в той небольшой миссии, что я хочу вам поручить. Здесь неподалеку имеются энгвитские руины, в которых ведет раскопки археологическая группа, направленная ВТК. Среди них не только археологи – есть и аниманты, исследующие местные жилы адры, и простые рабочие, большей частью – местные Хуана, и даже несколько, – Кларио тонко улыбнулся, – специалистов по решению проблем, как фентре Тейлеж. После недавнего шторма с ними пропала связь – не было ни обычных рабочих, что заезжают в город за пищей и новостями, ни посещающих город для отдыха работников. Поначалу, мы посчитали, что где-то размыло или завалило дорогу, но визитов от археологической группы не было слишком уж долго. Поговаривают, – Кларио придвинулся ближе, – в этом как-то замешан виденный в наших краях адровый гигант. Он, по словам местных, прошел по направлению к месту раскопок. Кто знает, сколько в этих сплетнях правды, а сколько – пьяных бредней, но мне, в любом случае необходимо выяснить, что произошло на раскопках, и восстановить контакт с археологической группой. Их работа очень важна и очень денежна, – Кларио потер морщинистый подбородок, – так что я, как работник ВТК, уполномочен платить за успешное решение их проблем полновесными суоле[25]. Что скажете, фентре?

– У меня для вас плохие новости, Кларио, ваши археологи, скорее всего, мертвы, – скривился Кьелл. – Давайте я расскажу вам немного о вашем адровом гиганте. Впрочем, он, скорее, наш общий теперь. Около месяца назад, он выкопался из подвалов моего замка и начал творить с моими подданными то, что, вероятно, случилось с вашими археологами – убивать, если вкратце. Что ему нужно, неизвестно, но его действия уже обеспокоили божественные сущности.

– Сиентере[26], касита, соболезную вашим утратам, – глаза Кларио сверкнули удивлением. – Что же такое этот врудитто[27]? Взбунтовавшийся анимантический конструкт?

– В некотором роде. Наследие Энгвита. Конструкт, но мертворожденный. До того, как в него вселился Эотас.

– Ди верус, Эотас, бог света? Вы, должно быть, шутите! Или, – Кларио бросил взгляд за окно, – слушали слишком много проповедей этих тронутых пилигримов, Детей Утренних Звезд!

«Глупец,” устало подумал Кьелл. «Лягушка в колодце. Что ты можешь знать, сидя на своем мелком островке и выдуривая деньги у простаков? Но нет же, уже спешишь с суждениями, оскорбляя недоверием людей, что, как минимум, путешествовали побольше тебя.»

– Ну, вы можете не верить, – вмешался в беседу Эдер, заметив что-то в мимике своего шефа, – большинство убитых Эотасом в Каэд Нуа тоже не верили – они были, как мне помнится, магранитами. Но когда мы обходили вокруг вашего острова, наши марсовые видели на суше след гигантской ступни. Можете сходить, помотреть, он тут неподалеку. Или скажете, что ваши археологи скопом сошли с ума и принялись копать ямы в форме следов?

– Ди верус, я уже понятия не имею, чему верить, – раздраженно сверкнул глазами Кларио. – Этот шторм, и все ему сопутствующее, словно всколыхнул все тихие омуты в округе. Адровый гигант, гонящиеся за ним безумцы-эотасианцы, разруха в моем городе, проблемы у археологов… С такими новостями вам нужно не ко мне, а в Некетаку, столицу Хуана. Там правит королева Онеказа II, и ей в любом случае будет интересно услышать об этом… бедствии.

«Оу, королева?» Кьелл приподнял бровь. «Я в восхищении, королева в восхищении. Как феминистично. Впрочем, правь там хоть лысый мужик с костью в носу, которую он ласково зовет ‘дедушка’, даже с ним пришлось бы сотрудничать.»

– Как бы то ни было, даже если археологическую группу убил ваш адровый врудитто, нужно выяснить это доподлинно. Более того, их исследования очень ценны для Компании, и если вы добудете их, а именно записи Одериси, главы экспедиции, это более-менее спасет ситуацию.

– Что ж, мое предварительное согласие у вас есть, давайте поговорим о деньгах, – вежливо улыбнулся Кьелл. – Вы очень доходчиво объяснили, насколько ценна для вас эта услуга. Мое время и меч тоже ценны. Но я пойду вам навстречу. Сколько вы имеете возможность мне заплатить?

– Эккози, надеюсь вы поймете мое положение, – просительно улыбнулся Кларио. – Казна города опустошена – урон, причиненный штормом, услуги успокаивающих его чантеров Хуана, помощь горожанам, оставшимся без жилья и средств к существованию – все это изрядно сократило мои ресурсы. Думаю, я смогу выделить вам около сотни лусце.

– Две месячных зарплаты моего главного канонира, – улыбка Кьелла стала еще шире. – Это смешно, губернатор. За такие деньги вы и вечно пьяного рауатайского инвалида не наймете. Тем более, как я слышал, Хуана вы так и не заплатили. Так ли сокращены ваши ресурсы всеми прочими бедствиями?

– Мерла, – пробормотал под нос губернатор, – у кого-то из моих подчиненных слишком длинный язык… Я смогу увеличить…

– Суоле, губернатор, полновесные суоле, – прервал его гламфеллен. – В количестве, способном оправдать трату моего времени на оказание вам ценной услуги, без которой, возможно, вы со свистом улетите с поста губернатора. Дайте мне хорошую цену, или мы попросту уйдем. Меня не так уж много держит на вашем острове.

– Вы выкручиваете мне руки, фентре, – бледно улыбнулся Кларио. – Всех свободных денег в казне наберется где-то на две сотни суоле. Отдавая их вам, я оставлю без куска хлеба…

– Мне без разницы, – снова прервал его эльф. – Согласен на две сотни. Плату вперед. Если вы волнуетесь, что ваши деньги сгинут вместе с нами в джунглях, то они побудут у моего человека, который останется на берегу. Если мы не вернемся через неделю, он их вам вернет. Это мои условия, и других не будет.

– Я вынужден уступить вашей деловой хватке, фентре, – Кларио вытер вспотевшие ладони, и до странного успокоился. Кьелла посетила мысль, что он, похоже, изрядно продешевил. «Двести золота – нормальный куш за прогулку по лесу. Не надо слишком уж жадиться.» – Когда вы собираетесь выступить?

– У меня остались дела в городе и селении Хуана. Я рассчитываю разобраться с ними сегодня или завтра. Послезавтра мы придем к вам за нашей предоплатой, и выдвинемся в путь.

– Гелларде. В таком случае, если у вас больше нет никаких дел ко мне.? – физиономия Кларио выглядела слишком довольной для человека, отдающего последнее. «Точно продешевил. Вот ведь скользкий угорь,” с некоторым восхищением подумал Кьелл.

– Никаких, губернатор. Удачи в чиновнических делах.

– Корес, касита Лофгрен. Корес, фентре Тейлеж. Удачи вам в нашем маленьком общем начинании.

– «Специалист по решению проблем», серьезно? – со странной интонацией спросил Кьелла Эдер, когда они вышли из особняка губернатора и двинулись в направлении восточных окраин Порта Маже.

– А что? Не нравится? – пожал плечами эльф.

– Да нет, почему же, давай волю своей фантазии, сколько душе угодно, – Эдер выбил трубку о предплечье. – Меня ну совсем не беспокоит, когда меня называют «специалистом по решению проблем», или, например, «человеком, что избавляется от неприятностей», или же, «умельцем, решающим деликатные вопросы»… Вот еще один – «мирской служитель Берата», как тебе?

– Ладно, ладно, – замахал руками гламфеллен, ухмыляясь. – В следующий раз представлю тебя как «мой друг, бьющий людей кулаком в лицо». Лучше?

– Что же только людей? – Эдер смачно затянулся. – Почему без внимания оставлены прочие виды Эоры? Может, я предпочитаю бить людей под ложечку, а в лицо бью дварфов, так как только они подходящего роста?

– Если я перед каждым буду разглагольствовать, кого и куда ты любишь бить, мы ни с кем ни о чем не договоримся, – Кьелл перешагнул глубокую лужу. Они начинали попадаться на пути друзей все чаще. – Во-первых, от нас начнут старательно оберегать свои лица дварфы, солнечные сплетения люди, и так далее, а это не способствует успешности переговоров. А во-вторых, подробное перечисление всех твоих кулачных предпочтений займет слишком много времени, от нас всюду устанут, и отовсюду вытурят.

– Кстати, о переговорах. Не слишком ли ты взялся за старика губернатора? У него в городе и правда разруха.

– Наоборот, продешевил, – скривился эльф. – Помнишь, что нам заплатил Кольш за устранение своего кузена-лорда?

– Ни единого медного панда, вроде бы, – почесал бороду блондин.

– Вот поэтому переговоры ведешь не ты. Все замковое имущество, самовывозом. Все мы, конечно, не уволокли, но помню, деликатесы с замковой кухни вам пошли на ура, например.

– А, точно. Помню, Хиравиас хотел утащить полный рыцарский доспех на человека, вместе со стойкой. Он с ним выглядел как ребенок, тянущий домой пьяницу-папу, ха. Ума не приложу, зачем стальной доспех на человека мог понадобиться орлану-друиду?

– Не спрашивай меня, я орланов никогда толком не понимал, – поморщился Кьелл. – Может, детям домой отослать, как сувенир. Они бы в нем прятались от мамы. Но я это к чему? Две сотни золота – мелочи, хватит примерно на три-четыре денька полноценного функционирования нашего нового кораблика, если брать все зарплаты и траты. Кларио этого еще не знает, но он своей жадностью включил в нашу сделку самовывоз всего ценного из этих его руин. Поглядывай там по сторонам.

– Сделаю. Кстати, о поглядывании по сторонам, – Эдер внезапно скинул с плеча щит и потянул из ножен саблю. – Тебе не кажется, что вон те местные как-то нехорошо на нас смотрят?

– Угу, особенно нехорошо на нас пялятся аркебузы тех двоих. К бою, Эдер. Не дай им себя окружить, – Кьелл напутственно хлопнул друга по плечу, и бросил себя вперёд, навстречу аркебузирам. Легко отталкиваясь носками сапог от поверхности воды, он скользил навстречу пораженно пялящимся на него бандитам, словно бестелесный дух. Впрочем, те быстро опомнились.

«Цингун[28] Искусства Золотого Гуся подходит мне идеально,“ отрешенно размышлял Кьелл, подбивая одну аркебузу вверх, и уклоняясь от ищущего ствола второй. Обе оглушительно разрядились, заволакивая все вокруг едким пороховым дымом. «Но не потому, что как-то резонирует с моим течением ци, или потому, что позволяет мне бегать по воде, аки спешащий на пожар Иисус. Нет, просто мои шуточки влегкую не менее плоские и бородатые, чем у дедов из одноимённой юмористической программы, ха.» Он наградил ближнего аркебузира щедрой оплеухой, отправившей того в нокаут, и послал в дальнего быстрый импульс пальцевой техники Одного Ян. На эльфа бросились еще двое, с мечом и плотницким топором. Тот спокойно и даже с ленцой расшвырял их мощными ударами.

– Помочь, Эдер? – осведомился Кьелл у товарища, помахивая ладонью перед лицом – дым сгоревшего пороха, заволокший ставшую прибежищем бандитов небольшую веранду, не спешил рассеиваться. «Может, компоненты этого пороха и не включают в себя мочу сильно пьющих мужчин, но явно там тоже что-то ядреное,” морщась, подумал гламфеллен.

– Не откажусь, – прокряхтел дирвудец. Стоя по колено в воде, он держал оборону против троих – успешно, атаки бандитов наталкивались на его щит, бессильно царапали броню, и сталкивались с верной саблей Эдера, но блондин успевал только защищаться. Удачная контратака в начале стычки распорола одному из мародеров бок, но бандит, похоже, только рассвирепел от боли и потери крови, вдохновляемый численным превосходством своей стороны. Протанцуй они еще минуты две-три, и подранок бы свалился, но гламфеллен не собирался тратить на этих работников ножа и топора и лишней секунды. Три едва видимых и беззвучных импульса техники Одного Ян, врезавшиеся бандитам под основание черепа, заставили их рухнуть, как подкошенных. Дирвудец благодарно кивнул, вытирая пот.

– Не ранен? – обеспокоенно осведомился бледный эльф. Он не был в восторге от перспективы возиться с ранами в этой сырости и грязи.

– Ни царапины, – осклабился Эдер. – Обычные воришки, понятия не имели, как биться с доспешным противником. Даже не попытались целиться мне в ноги.

– Вот и здорово. Обыскивать их будем, или плюнем на этих любителей чужого добра?

– Как их аркебузы? – Эдер выбрался на сухое место и, сняв сапог, принялся вытряхивать из него воду.

– Дрянь, – разочарованно скривился Кьелл. Его ускоренное текущей по энергоканалам ци восприятие позволило ему в подробностях осмотреть оружие противников во время боя. – Стволы изношены и давно не чищены, ложи выщерблены, у одной вообще треснула и веревочкой подвязана. Разве что от крайней бедности таким воевать.

– Ну и боги с ними тогда, – подытожил дирвудец, освобождая от воды второй сапог. – Те пара пандов, что мы найдем в их карманах, не стоит времени, потраченного на рытье в них. Двинулись? – Кьелл согласно кивнул другу.

Пробираясь сквозь затопленные улочки Порта Маже, стараясь как можно меньше замочить сапоги, и периодически отбиваясь от мародеров, потрошащих оставленные дома, товарищи добрались до скопления крытых пальмовыми листьями хижин. Рыбаки развешивали свои сети у берега, пара полуголых аумауа возилась с вытащенным на берег каноэ, пожилая женщина в простой одежде очищала стебель тростника, сидя рядом с наполовину законченной корзинкой. Вечерело, и двое молодых парней разжигали стоящие тут и там факелы и жаровни. На небольшом песчаном пятачке посреди селения стоял деревянный идол, и рядом с ним у огня сидела на циновке знакомая Кьеллу женщина, Икава. Она рассеянно шевелила угли тростинкой, глядя вдаль, и удивленно приподняла брови при виде пришельцев, человека и эльфа. Потом на ее лице промелькнула гримаса узнавания.

– Проходи к огню, чужеземец, – она приглашающе махнула рукой. – Я бы предложила вам перекусить с дороги, но вечерний лов и ужин уже закончились. С чем вы пришли в Сатахузи?

Кьелл, не чинясь, присел к огню, вытянув вперед мокрую обувь. Эдер последовал его примеру.

– Здравствуй, Икава. Как ты, возможно, помнишь, меня зовут Кьелл. Это мой друг Эдер. Ничего, что я называю тебя по имени? Я не очень-то знаком с приличиями Хуана. Совсем не знаком, честно говоря.

– Называй меня, как тебе удобно, Кьелл, – улыбнулась женщина. Шрамы на ее лице пришли в жутковатое движение. – Но я знаю, насколько чужеземцы любят титулы, так что мои, если тебе это важно – Говорящая со Штормом, и вождь Сатахузи. Так что же привело вас сюда?

– Есть одно дело, – неопределенно махнул рукой Кьелл. – Но о нем позже, ладно? Я ведь тебя ни от чего не отвлекаю?

– День заканчивается, и я уже позаботилась о всех сегодняшних нуждах моего племени, – Икава отложила тростинку, и устроилась поудобнее на своей циновке. – Говори.

Ее интонация была доброжелательной и приглашающей, и Кьелл спросил совсем не то, о чем поначалу хотел.

– Скажи, живут ли гламфеллен в Дедфайре? С тех пор как мы высадились здесь, я не встречал ни одного соотечественника.

– Если ты скучаешь по дому, то поищи много севернее, – по-доброму улыбнулась женщина. Шрамы ее лица, впрочем, немедленно превратили улыбку в жуткую гримасу. – Экера[29], я слышала о переселенцах из Нааситака, осевших на одном из островов, но ничего – о бледных эльфах. Впрочем, я уверена, ты встретишь их в Некетаке. Туда движутся все чужеземцы, рано или поздно.

– Мы – не исключение, – согласно кивнул Кьелл, – нам и правда нужно туда. А ваше племя – тоже подданные Онеказы II?

– Онеказа II – ранга племени Каханга, – медленно проговорила женщина, – провозгласившая себя «королевой» Хуана, – она выделила интонацией слово «королева» с явным неприятием. – Мое племя слишком мало, чтобы привлечь ее царственное внимание.

– «Ранга» значит «вождь», так? – аумауа кивнула. – Что же, Онеказа – плохая правительница? Я не слышу в твоем голосе особого ее одобрения.

– Не думаю, что чужеземец вроде тебя найдет королеву Хуана недостаточно гостеприимной, – Икава недовольно скривилась. – Говорят, она осыпает чужеземных дельцов милостями. Именно с ее позволения хозяева Кларио чувствуют себя так свободно в Дедфайре. Он не самый плохой человек, этот губернатор, – она покачала головой, – но его хозяева из Вайлианской Торговой Компании держат его на коротком поводке. А он и рад служить. Не будь на нем ошейника, островная жизнь нравилась бы ему много больше, я думаю.

«Понятно то, что ничего не понятно,” поморщился Кьелл. «С большой политики перескочили на местечковую. Ладно, в столице всяко больше разузнаю.»

– Я так понял, Кларио прокинул тебя с деньгами за помощь в защите от шторма, – кивнул он.

«Пусть лучше сразу выговорится, чем перескакивать на эту тему снова и снова.» Он раздраженно сморщился. «Святые Иосиф и Лаврентий, на этом клочке земли слишком много проблем национального окраса, и все хотят о них поговорить. Кому-то явно нехватает переселений и строгого расстрела.»

– О, он отдаст, что должен, – лицо Икавы исказила новая улыбка, подчеркнутая шрамами. – Он не сможет вечно отговариваться безденежьем. Я успокоила ярость стихии, направленную на его город, и без меня ему не было бы, где сидеть у теплого камина, и жаловаться на свои беды. Тем более, – ее глаза сфокусировались на эльфе, – что тебе он заплатил.

– Так, – подобрался гламфеллен, – Не думал, что мои мелкие делишки с губернатором уже стали популярной новостью. И что эта новость добралась сюда быстрее меня.

– Я говорю с ветрами, – загадочно улыбнулась аумауа, – а ветры говорят со мной. Много интересного можно от них услышать.

«То есть, магически шпионишь за стариком Кларио. Эта дамочка своего не упустит.» Симпатии Кьелла, впрочем, все еще были на стороне Икавы.

– Если что, я уверен, у Кларио есть еще денежки. Он выглядел довольным, когда я согласился на предложенную им цену и не стал торговаться дальше.

– Благодарю тебя за это знание, Кьелл, – еще одна улыбка, дополненная шевелящимися червями шрамов. – Это сделает поиск оправданий сложнее для него.

– Не за что. Может, удовлетворишь еще разок мое любопытство?

– Спрашивай.

– У тебя в селении обитает женщина по имени Мокеха. Что она вообще за разумная? Чем живет?

– Мокеха – матару моего племени, – со странной осторожностью ответила Икава. – Воин, хранящий порядок, направляющий, и оберегающий. Почему ты спрашиваешь меня о ней?

Кьелл узнал эту интонацию, и поразился тому, насколько существа разных культур, миров, и видов порой одинаковы, когда дело доходит до самого важного. Он почти услышал – «что моя разбойница на этот раз натворила?»

– Твоя дочка и правда натворила кое-чего, – ответил он, сдерживая улыбку, – И меня просили поговорить о ней с тобой.

«Черт, не надо чаннелить директора, вызвавшего в школу родителей хулиганки,” внутренне смеясь, подумал он. «А не то я начну выдавать сентенции о том, что у Мокехи в табеле будут двойки, она дерзит учителям, и все такое.»

– Она дочь племени, а не моя, – лицо Икавы было непроницаемым. – У нас с ней общие кровь, каста, и темперамент, но мы относимся к кровному родству иначе, нежели вы, чужеземцы. Так в чем обвиняют Мокеху?

– Так, погоди, – Кьелл потер виски. – Объясни, пожалуйста, невежественному чужеземцу – дети Хуана что, воспитываются не в семье?

– Племя воспитывает детей, – терпение Икавы, закаленное губернатором и соплеменниками, явно было еще далеко от предела, и даже та доброжелательность с легким налетом покровительственности, что зазвучала в ее голосе после вопроса о бледных эльфах в Дедфайре, еще не покинула ее тон. – Все мы – дети племени. Что такое «семья»?

– Ммм, маленькое племя из двух разнополых разумных и их детей, наверное, – пожал плечами Кьелл. – А что если, скажем, девушка понравится юноше, и они решат быть вместе? Что в таком случае делают Хуана?

– Тебе пришлась по душе одна из женщин моего племени, Кьелл? – Икава издала смешок. – Или тебе объяснить, откуда берутся дети?

«Решительное нет на оба варианта!» мысленно вскричал гламфеллен. «Боги меня упаси от акулоподобной подружки-пауэрлифтерши. Что до объяснений – подозреваю, что услышь я их, эта травма останется со мной на всю жизнь.» В своих антропологических изысканиях он не заметил крайней двусмысленности заданного вопроса.

– О втором я имею некое представление, – он постарался не слишком скалиться своим мыслям. – Что до первого… не хочу обидеть девушек Сатахузи, но это не практический интерес. Вот, к примеру, отец Мокехи. Вы с ним вместе?

– Отец Мокехи – в желудке Рикуху, – меланхолично ответила женщина. – Но я поняла твой вопрос. Если двум Хуана хорошо друг с другом, они проводят вместе ночь, а может, и не одну. Разве у вас, чужеземцев, не так?

– Всякое бывает, – избег долгих объяснений Кьелл. – А если девушка нравится двум парням? Парни бьют друг другу лицо?

– Всякое бывает, – с усмешкой отзеркалила его ответ Икава. – Помню, один матару, не помню уже его имени, сломал моему Ахи нос. Что было причиной их ссоры, я тоже не помню, но в отместку я сломала ему несколько ребер. Уже тогда ветры с радостью откликались на мои слова…

– Не сомневался в твоей боевитости, – отозвался Кьелл, и мысленно вздохнул. Пора было переводить интересную беседу в деловое русло. Если он не хочет ночевать на песке, следовало быстренько заканчивать здесь. – Вот и Мокеха, похоже, вся в тебя.

– Это так. Что же, все-таки, она сделала?

«Снова тон взволнованной мамочки. Несмотря на все эти заморочки с общими детьми и свободными отношениями, природу не обманешь,” удовлетворенно подумал гламфеллен.

– Мне говорили, избила и ограбила человека. Я этого не видел, но почему бы не спросить ее саму? К тебе она явно отнесется с большим доверием, чем к случайному чужеземцу. И потом, – он хитро улыбнулся. – Если ты не решишь это дело, им рано или поздно займется Кларио. На своих условиях, и в своем скользком стиле. Не сомневаюсь, ты отстоишь дочь… племени, но зачем же все усложнять?

– Звучит разумно. Хахона! – подозвала она стоявшего неподалеку молодого аумауа в броне и, неожиданно, с новенькой и весьма ухоженной аркебузой за плечом. – Приведи сюда Мокеху, и поживее. – юноша кивнул и удалился.

Мокеха оказалась девушкой монументальных статей, несмотря на свою заметную молодость. «А я еще думал, ее мама выглядит, как бодибилдерша. Приз за лучший мускульный рельеф планеты Эора получает, барабанная дробь, новая Мисс Олимпия, Мокеха! И неизвестный Ринко на такое полез? Он или крайне храбр, или не хочет жить, ну вот совсем.»