Текст книги ""КАТРИОНА", ГОД 3217. КОСМИЧЕСКАЯ ЛЕТОПИСЬ (Главы 1 - 12)"

Автор книги: Веда Талагаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 36 (всего у книги 51 страниц)

– Разве это плохо? – спросил Джек, – Если бы этого не случилось, Содружество Солнечной системы оказалось бы в ужасном положении. Неизвестно, как бы мы жили сейчас, если бы нас оккупировали лебедианцы.

– Такого же мнения придерживался и я, – сказал В, наливая себе вторую чашку кофе, – Я не хотел резко изменять события, которые могли глобально повлиять на ход истории во Вселенной. А вот Т считал, что наша победа над созвездием Лебедя в дальнейшем принесет нам гораздо большие беды, чем оккупация. Поэтому он хотел помешать высадке сил Содружества на Денеб.

В тоне В, когда он рассказывал о своих разногласиях с начальником, было что-то до того мрачное, что Джеку стало неприятно.

– А разве что-то произошло? – спросил он, стараясь припомнить, как развивались события в течение следующих за окончанием той войны двадцати лет.

– Происходит, – ответил В, – Происходит сейчас. Мы подходим ближе к подробностям, которые так интересуют вас, Деверо. Когда война с лебедианцами закончилась к нашей выгоде, Солнечное содружество получило контроль над рядом секторов в космосе. В том числе над сектором Пояса Брунгильды.

Джек вздрогнул в своем кресле. Поняв, что наконец-то полностью завладел вниманием слушателя, В улыбнулся. Но как-то невесело.

– Вы многое узнали в результате своих поисков и уже в курсе, что в тех местах творится что-то неладное, – сказал В, – Двадцать лет назад о закрытом секторе Пояса Брунгильды было неизвестно ничего. Лебедианцы и полифемцы избегали той трассы, внимая жителям соседнего Рана, которые всегда со вниманием относились к легендам и пророчествам древности. А вот мы, обитатели Солнечной системы, куда более прагматичны и презираем всякие мистические настроения. Поэтому, когда один побывавший в системе Пояс Брунгильды звездолетчик принес известие, что там находится месторождение черного мнемозита, некие силы в лице организации телепатов "Дельта" этим чрезвычайно заинтересовались. "Дельта" допросила звездолетчика Эдуардо Вальдеса о координатах планеты Исида-36, где он потерпел крушение, и выслала туда своих разведчиков. Что там в точности произошло с ними, я не знаю. Но, по-видимому, они столкнулись с представителями тамошней цивилизации, все это время жившей в тайне, на теневой, так сказать, стороне. Я изучал различные литературные источники, чтобы хоть что-то прояснить о существах, встреченных "дельтянами". Раса, населяющая Пояс Брунгильды, пережила, вероятнее всего, мутацию в результате ядерной катастрофы и обладает свойствами физиологии и продолжительностью жизни, отличающимися от других гуманоидных рас. Это древний народ долгожителей. Их гибнущий мир уже не устраивал исидиан. Обитатели планеты, очевидно, очень давно вынашивали планы завоевания окружающего космоса и осуществляли их постепенно и незаметно, вербуя себе помощников на других планетах и в других звездных системах. Встреча с людьми из Солнечной системы была для них удачей.

– Вы хотите сказать, – сдавленным голосом перебил Джек, – Они завербовали телепатов, чтобы те помогали им разрушить нашу цивилизацию изнутри?

– Не всех, конечно, – успокоил его В, – Привлекая к сотрудничеству целую организацию, исидиане дали бы ей слишком большую власть, которой они сами добиваются. Для достижения своих целей им достаточно было и одного телепата.

– Гийом Бодлер, – догадался Джек.

– Скорее всего, когда жители Пояса Брунгильды предложили ему сделку, он принял ее из страха, – сказал В, – Но потом обнаружил, что заключил выгодный контракт. Через какие-то свои источники, задействовав тайные связи, наниматели Бодлера стали помогать ему, продвигая его карьеру, улучшая финансовое положение, позволяя ему тешить свои пороки и ублажать слабости. А взамен он должен был способствовать их проникновению в жизнь Земного альянса и Солнечного содружества, используя вновь обретенные возможности.

Что-то подобное предполагал и Крис Маэда, рассказывая Джеку о пророческих видениях, в которых присутствовал Бодлер. Но рассказ В был куда более определенным и конкретным.

– Откуда вы все это знаете? – спросил Джек.

– Частично от своих информаторов в разных временных измерениях, – ответил В, – А частично от самого Бодлера. Вы знаете, конечно, что мы с ним пытались переместить во времени Эдуардо Вальдеса.

– И из-за этого наш капитан Самсон Полубояров оказался непонятно где, – кивнул Джек, – Да, я видел запись с камеры наблюдения на "альфа-Ганимеде". Но там вы были моложе.

– Это был я тогдашний, – объяснил В, – Должен признать, что Бодлер меня обманул. Он пришел ко мне в наши дни и попросил о помощи. Рассказал намеками, что в юности совершил на Исиде-36 страшную ошибку, которая может погубить нашу цивилизацию, и попросил дать ему возможность все исправить. Он сказал, что если бы с помощью нашего пространственно-временного передатчика он смог перебросить Вальдеса в другое время, то он не передал бы самому Бодлеру в молодости точные координаты Исиды-36. А потом, когда он и другие телепаты улетят с "альфа-Ганимеда" ни с чем, Вальдеса можно будет вернуть в какой-нибудь другой день того же месяца и года. Его исчезновение и возвращение покажутся странными, но зато ситуация будет спасена. Я согласился и направил его в прошлое с письмом для самого себя. Та операция провалилась, а я стал в тайне следить за Бодлером и постарался выяснить что же он от меня скрыл о той давней истории. Постепенно я понял, что произошло с ним на Поясе Брунгильды, и узнал, что он нанял людей, чтобы убить вашего капитана Самсона Полубоярова, который подобрал его с остатками экспедиции на Исиде-36 и в наше время мог бы узнать его. Я догадался, что он вовсе не хотел исправлять ситуацию, а просто пытался замести следы. Наверняка, похитив Вальдеса, Бодлер и его бы попытался убить. Он боится, что его разоблачат, как вражеского агента. До поры до времени Гийом Бодлер охотно пользовался предоставленными ему благами, но теперь понял, во что впутался, и чем ему это грозит. Он в ужасе и не остановится ни перед чем, чтобы скрыть свои преступления.

– А почему вы согласились на перемещение Вальдеса? – спросил Джек, – Ведь когда речь шла о том ребенке, вы возражали против подобной затеи.

Плечи В виновато поникли, он растерянно повел ими.

– В то время, когда Т предлагал пресечь угрозу в зародыше, опасность лишь мелькала темным пятном на горизонте, – вздохнул он, – А вот когда я выслушал рассказ Бодлера и выяснил через свои каналы все предполагаемые подробности, я понял, что времени уже нет, придется действовать.

– Значит, Т был прав, а вы ошибались? – язвительно осведомился Джек, видя его смущение.

В покачал своей поседевшей головой.

– Нет, мы оба ошибались, пытаясь прибегнуть к таким методам, – твердо возразил он, – Если бы Солнечная система проиграла войну, это немедленно бы сказалось на жизни всех ее обитателей. И если бы мне удалось переместить Вальдеса, уверен, это тоже бы нам аукнулось каким-то неведомым пока образом. Когда я согласился на авантюру вместе с Бодлером, страх затуманил мой рассудок. Я совершил ошибку, но к счастью не окончательную. Осознав это, я по-прежнему считаю методы Т недопустимыми, даже если он преследует благие цели.

– И теперь вы с ним в ссоре, – заключил Джек.

– Скорее в прохладных отношениях, – поправил его В, – Я с ним не здороваюсь, а он тормозит финансирование проектов моей кафедры.

– Сочувствую, – вздохнул Джек, – Но, получается, все, что случилось с Бодлером на Поясе Брунгильды так и осталось без изменений, и теперь нам грозит война с какой-то неизвестной цивилизацией?

– Получается, – мрачно согласился В, – Я продолжаю собирать информацию. Эти захватчики с Исиды-36 активизировались в последнее время. Они действуют чужими руками, развязывают войны и вооруженные конфликты в разных уголках космоса. Прибирают одну за другой к рукам отдаленные звездные системы и приближаются к нашей.

– Замечательно! – всплеснул руками Джек, – И вы так спокойно это говорите? Нужно же ведь что-то сделать.

– Я готовлю доклад для правительства Земного альянса, – ответил В, – Хорошо бы, чтоб его представил какой-то человек, вызывающий доверие у кабинета министров и президента Ледумы. Вице-президент Яворская вполне подошла бы. Знаю, ваш друг работает у нее. Он тоже в курсе нашего дела и мог бы помочь.

– Все-то вы знаете, – удивился Джек и встрепенулся в кресле, осененный догадкой, – Слушайте, В, а ведь вы меня потому и позвали, и рассказываете все так подробно, что вам нужна моя помощь в доступе к Яворской.

– У меня есть свои люди в окружении вице-президента, – заметил В, – Но вряд ли они станут пользоваться доверием в таком серьезном вопросе. А вот вы и господин Маэда – другое дело. У вас больше шансов быть услышанными. Так я могу на вас рассчитывать?

Просьба В о содействии была неожиданной. Но повод был такой, что отказываться не стоило.

– Я сделаю, что смогу, – ответил Джек, – Но Маэда сейчас в отъезде. Думаю, он вернется не позже следующей недели. У нас есть столько времени?

– Понятия не имею, – признался В, – Но и доклад мой пока не готов полностью. Подождем друг друга и будем поддерживать связь.

– Идет, – согласился Джек, – Только вы до сих пор не рассказали то, для чего я сюда пришел. Знаете ли вы, что произошло с Самсоном Никитичем, и где он?

– Да, я знаю, что с ним произошло, – вздохнул В, – И вот это как раз полностью моя вина. Искажение пространства при перемещении Бодлера в прошлое и обратно было слишком сильным. Поэтому сигнал вашего корабля о помощи приняли на платформе "альфа-Ганимед" двадцатилетней давности, и "скорая" того времени смогла пройти сквозь временной разлом и забрать Полубоярова в прошлое. Я поначалу не отследил этого происшествия. Все всплыло тогда, когда я стал наблюдать за Бодлером и понял, что он вынашивал план убийства капитана "Катрионы". Я стал выяснять его судьбу и понял, что Полубояров неконтролируемо переместился во времени. Он сильный и мудрый человек. Попав в такую безнадежную ситуацию, Полубояров смог перебороть себя и не появиться в своем доме, чтобы не испортить жизнь своей семье двадцать лет назад и не изменить дальнейший ход жизни своей дочери. Он изменил имя, место жительства и даже смог продолжить работу в своей профессии, служа какое-то время штурманом на звездолете "Сирена". Тогда-то он и встретился с молодым Бодлером. Неизбежное случилось, он вывез телепата, заключившего сделку с исидианами, обратно на Землю. Встретив Полубоярова в будущем и испугавшись разоблачения, Бодлер не знал, что это событие – результат временной петли и произойдет позже, когда Полубояров попадет в прошлое. На самого Полубоярова пребывание на Поясе Брунгильды оказало столь сильное воздействие, что в нем даже открылся талант художника. На одной из своих картин он изобразил разрушенный город, в котором Бодлер, по всей вероятности, встретился с исидианами. Благодаря этой картине я и разыскал Полубоярова, как и вы сами смогли обнаружить след его присутствия.

– И где он? – воскликнул Джек в нетерпении.

В покачал головой.

– Он жив и здоров, насколько можно быть здоровым в его возрасте, – сказал он, – Но все остальное я сказать вам не смогу. Полубоярову известно слишком многое, он живое доказательство предательства Гийома Бодлера, его свидетельство без труда убедило бы правительство в том, что мой доклад правдив. Но я не хочу подвергать человека, и так пострадавшего по моей вине, опасности. Исидиане, хозяева Бодлера, не обрадуются, узнав, что их планы могут быть раскрыты раньше времени. Они постараются устранить Полубоярова, если узнают о нем. Я спрятал его в надежном месте, где он может спокойно доживать свой век. Если вы действительно заботитесь о вашем бывшем командире, не надо его тревожить.

Несколько минут Джек растерянно молчал.

– Но у капитана Полубоярова есть дочь, и ей не все равно, где он и что с ним, – наконец, заметил Джек, – Я обещал ей, что найду его.

– Вы можете сдержать обещание. Скажите ей тоже, что я сказал вам, – ответил В, – девушка любит его, она поймет, даже, если ей будет тяжело.

Джек скептически пожал плечами. Зная упрямый характер Варвары Полубояровой, он не был в этом уверен. Да и сам он не мог согласиться с В, даже признавая разумность его доводов.

– Вы не станете меня слушать? – видя его колебания, спросил В.

– Нет, я вас послушаю, – с тяжелым сердцем согласился Джек, – Но если у нас получится, если мы сможем предупредить президента Ледуму и разоблачить Бодлера, тогда вы скажете мне, где капитан?

– Пожалуй, да, – согласился В.

– Тогда я согласен действовать сообща, – с облегчением кивнул Джек, – К стати, если не секрет, а кто у вас в окружении вице-президента?

– Вообще-то секрет, – усмехнулся В, – Но учитывая, что я вам доверяю, могу намекнуть, что вы этого человека знаете. А вы, если доверяете мне, что ж так и не выпили свой кофе? Он уже остыл.

Джек сделал глоток из чашки.

– Как мне дать вам знать, когда Маэда вернется? – спросил он.

– Главное, что бы он сам сразу дал вам знать о своем возвращении, – заметил В, – А я вас и так найду. Кстати, ваш друг не желал бы сменить место работы? Такой человек, учитывая обстоятельства, мне бы очень не помешал. У меня как раз, – он вздохнул с печалью, – освободилась буква.

– Спросите лучше его самого, – ответил Джек.

– На редкость запутанная история получается. И мрачная, – Мишин мотнул темноволосой взлохмаченной головой, – Знаете, я никогда не верил во все эти путешествия во времени. Если бы не это все...

Выбравшись из безлюдных, запутанных коридоров Института времени, Деверо и стармех шли пешком по тротуару тридцать первого яруса. К вечеру в городе стояла духота, прохожие брели мимо вареные и заторможенные.

– А как же этот их пространственно-временной передатчик? – спросил Джек.

– "Кронус"? – Мишин сразу же воодушевился, – Дивный аппарат. По размерам и внешнему виду напоминает портативную радиостанцию времен Второй мировой. Д рассказывала, как он действует – очень интересно. Хотя, для убедительности хотелось бы и самому проверить.

– Д – очаровательная леди и очень умная, – Джек лукаво улыбнулся, – Как интересно ее зовут? Диана? Дульсинея?

– Домна Пантелеевна, – насупившись, предположил Мишин.

Они рассмеялись.

– Так что, – перестав смеяться, хмуро глянул на Джека старший механик, – Наше следствие закрыто?

– Черта с два оно закрыто! – горячо воспротивился Джек, – Оно не будет закрыто, пока я лично не увижу Никитича и не узнаю, как он. Что я должен говорить Варваре и всем нашим?

Мишин вздохнул и утешительно похлопал Джека по спине.

– Развеяться вам надо. А то вы слишком много думали об этом, больше, чем мы все. В кино бы сходили, – посоветовал он, – Или даже в океанариум. Рыбки успокаивают.

– К черту рыбок, – вспылил Джек, вспоминая лазерную панель за спиной В, – Я опять дал себя обвести вокруг пальца. Надо было нажать на него. Стой, Игорь! – он затормозил среди тротуара и хлопнул себя по лбу, – В прокололся. Он рассказал мне про своего человека у вице-президента Яворской. Сказал, что я его знаю. Это Томислав Станич, больше некому!

– Станич? Очень приятный господин, – с сарказмом заметил Мишин, – И что это нам даст?

– А я буду его шантажировать, – объявил Джек, обрадовано блестя глазами.

– Серьезно? – удивился Мишин.

– Да, я готов пойти на самый гнусный шантаж, – энергично кивнул Джек, – Пригрожу Станичу, что сдам его Вере. Пусть поможет мне найти Самсона. После того случая на борту Љ1 я старался не терять Томислава из виду. У него есть собственное охранное агентство с филиалом здесь, в Марселе. По моим расчетам он в ближайшие дни должен как раз находиться в городе. Все очень удачно складывается.

– А ты негодяй, оказывается, – удивился Мишин, – Давай зашлем к Томиславу Сильвану Тольди. На него это произведет впечатление.

– Да, – согласился Джек, и на душе у него полегчало, – И еще я пойду в кино.

Нельзя сказать, что фильм оказался шедевром, но из кинотеатра Джек Деверо вышел уже в совсем другом, расслабленном состоянии. Впервые в жизни ему даже не хотелось возвращаться на корабль. В городе начинали зажигаться вечерние огни, шум и движение усиливались. Но и эта суета Джеку сейчас нравилась. Он медленно брел пешком к остановке воздушного такси. Ярусом выше на краю тротуара светились окна небольшого кафе, вполне уютного на вид. "Зайду, перехвачу круасанчик с какао", – решил Джек и поднялся на лифте на следующий ярус. Кафе называлось "Как в Париже" и претендовало на столичный лоск, насколько могло, конечно. Выпечка и какао оказались приличными. Джек с удовольствием примостился за свободным столиком, глядя в окно на вечерний город. "Да, как в Париже, – согласился он, слегка размякнув, – Только дома пониже и асфальт пожиже". Из-за яркого искусственного света фонарей, неоновых вывесок, автомобильных фар небо за окном казалось пустым и темным. Звезд было не видно. Джек подумал о космосе, светящихся в нем бесчисленных далеких огоньках. Потом о Маэде и о планете Ран. Что он сейчас там делает? Встретит ли он Вейту? А Вейта, она еще думает о нем, о Джеке? С тех пор, как Джек узнал, кто она такая, Вейта перестала появляться в его снах. А ему очень хотелось ее увидеть, хотя бы вот так. "Надо было все бросить и улететь с Крисом, – подумал Джек, – К ней".

– Ничего, если я сяду здесь? – вторгся в его мечтательные размышления посторонний голос.

"Вообще-то чего"! – с досадой подумал Джек, возвращаясь на землю из грез. Но чашка с какао была почти пуста, от пары мягких круасанов остался недоеденный хвостик, и Джек великодушно кивнул головой, разрешая другому человеку присесть. Он поднял глаза на незнакомого посетителя кафе и прирос к стулу. Напротив него сидел Люциус Морс. В прошлую мимолетную встречу Джек не видел его лица, но не узнать телепата было невозможно. Пустые глаза, которые можно было узнать из тысячи, опять смотрели на Джека, пытаясь пробраться внутрь. Деверо с неимоверным облегчением подумал о мнемозитовом кулоне, спрятанном на груди под одеждой. Чудесный камень мог защитить его от любого телепатического воздействия.

Морс подвинул на столе чашку чаю с молоком и блюдце, на котором лежал кусок ванильного кекса. Он был худощав, жилист, коротко стрижен и светловолос. Его возраст приближался к пятидесяти, лоб и щеки прорезали глубокие борозды редких морщин. На первый взгляд телепат казался блеклым и непримечательным. Но от него исходила такая внутренняя мощь, что даже непосвященные посетители кафе ее ощущали и невольно оглядывались.

– Здравствуйте. Мы уже встречались, – негромко сказал Морс, – Вы, наверное, не помните?

– Нет, я помню, – хмурясь, возразил Джек, – Что вам нужно?

– Поговорить.

Морс улыбнулся. Губы у него были тонкие, улыбка неприятная. Но он и не старался выглядеть обаятельным. Глаза так и сверлили Джека.

– Говорите, – отрывистым грубым тоном разрешил Джек.

Морс сделал глоток чаю и надломил кекс маленькой ложечкой. Его движения были медленными и плавными, но что-то подсказывало Джеку, что телепат также напряжен, как и он сам.

– Вы подготовились к нашей встрече, – усмехнувшись, заметил Морс, – Что у вас спрятано на себе? Гелиастриум?

– Мнемозит, – дерзко похвастал Джек.

Мысленно он проклинал тот день, когда допустил ошибку. Нескольких секунд растерянности оказалось достаточно для того, чтобы Люциус Морс успел заглянуть в его мысли и узнать все о нем и о его знакомстве с Маэдой. Теперь телепат должен понять, что второй такой ошибки Джек не допустит.

– Умно, – одобрил Морс, – Я не стану вас долго задерживать. Вас, наверное, уже заждались на корабле. Где ваш друг Кристофер Сато?

– Вы такой наивный, – удивился Джек, – Правда думаете, я просто так скажу?

– Придется вас арестовать, – пожал плечами Морс, – С вас снимут эту штучку и заставят все рассказать. Будет неприятно. И еще кое-что может всплыть. А это будет уже серьезно. Телепат, скрывающий свои способности, может получить солидный срок.

– А у вас нет доказательств, кроме того случая, когда я не успел от вас закрыться, – шеф "Дельты" играл в открытую, и Джек, шалея от собственной наглости, ответил тем же, – Мое сознание заблокировано на стандартном уровне. Попробуете снять блок, убьете меня, потому что сделать это может только Крис. А где он, я, честно говоря, в настоящий момент не знаю.

Джек даже и не солгал. Он не мог с определенностью назвать нынешнее местонахождение Маэды. Морс улыбнулся снова, теперь широко, показав ровные крупные зубы.

– Люблю наглых, – сказал он и отправил в рот кусок кекса, – Однако, Крис устроил мне подлянку. И сам исчез и спрятал от нас такое сокровище.

– Это меня что ль? – фыркнул Джек.

Морс кивнул, насмешливо щуря блеклые голубые глаза.

– Подумать только, вы не захотели пользоваться такой силой! Добровольно отказались от дара. Многие день и ночь бьются, стараясь улучшить свой пси-уровень с помощью специальных упражнений. Я сам поднял его с восьмидесяти двух до ста пяти. А тут запросто так сто четырнадцать процентов!

– Сколько? – переспросил Джек.

Он почувствовал, что желудок сжимается до размера грецкого ореха. Морс картинно поднял светло-русые брови.

– А разве Крис не сказал? – в притворном удивлении он похлопал короткими ресницами, – Ну, да, его можно понять. Он не хотел пугать вас. Сто четырнадцать процентов – цифра на самой грани. Один маленький процентик отделяет вас от предельного уровня. Маленький шажок до безумия.

По спине Джека поползли ледяные черви. Люциус знал, куда ударить побольнее. Джека неприятно поразило не только то, что его пси-уровень так опасно высок, но и то, что Маэда об этом умолчал.

– Не надо зря пугать, – поскорее взяв себя в руки, сказал он, – Крис-то не безумен со своими предельными сто пятнадцатью.

– Ну, Крис он вообще не такой, как другие создания природы, – пожал плечами Морс, – Ведь он мое создание.

Эти слова резанули слух. В бесцветном голосе была такая пропасть гордыни, что Джек невольно подался вперед, пристальнее вглядываясь в собеседника, пытаясь понять, о чем он говорит.

– Вы слышали о синдроме Кассандры? – спросил Морс.

– Понятия не имею, что это, – небрежно передернул плечами Джек.

– Ген телепатии передается по наследству. Он может проявится в следующем поколении, а может и через поколение. Чем дольше он передается в скрытом состоянии, тем сильнее проявляется в последствии. Накапливается, можно сказать, – объяснил Морс, – Так появляются высшие и предельные телепаты. Тихо, тихо все в роду. Время от времени возникают низшие или средние телепатики, а потом вдруг – бац! – и взрыв. Впервые это обнаружила, подробно изучила и описала в своих работах генетик Кассандра Иванопулос, тоже телепат, член "Дельты". Ее выкладки помогают нашей организации отслеживать людей с пси-способностями. В своих работах по генетике я тоже опирался на ее учение.

– Очень мило, – процедил Джек сквозь зубы.

Он живо представил себе, как агенты "Дельты" изучают сотни медицинских карт в поисках очередной жертвы, которую нужно забрать из семьи и вырастить по своим правилам, для своих целей.

– Просто замечательно, – согласился Морс, – Во всяком случае то, что мне было нужно.

– Для чего? – сухо спросил Джек.

– Для эксперимента всей жизни, – усмехнулся Люциус и снова склонился над кексом; когда он выпрямился, его глаза тлели огнем скрытого волнения, – Знаете, свой пси-уровень я поднял до высшего еще в десятилетнем возрасте. Я тогда, помню, прочел одну книгу. Она рассказывала о волшебнике, величайшем из всех и мальчике, которого он пометил, как равного себе.

– Поставил ему шрам на лбу волшебной палочкой? – вспомнил Джек, которому сестра в детстве тоже читала эту книгу, – Это про мир волшебства, скрытый от глаз простых смертных? Все происходит в чародейской школе, мальчик борется со злым волшебником с помощью своих друзей и школьного директора. Долгоиграющая книга, томов на семь.

– Ага, – кивнул Люциус, довольный тем, что ненужно объяснять подробнее, – Может, это звучит наивно, но идея самому создать кого-то равного мне по способностям, меня заворожила. Мне не достаточно было просто отслеживать появление высших телепатов, мне хотелось самому этим управлять. И я стал думать, как это можно осуществить. Стал изучать генетику, медицину, все, что могло мне помочь. В конце-концов разработал план. Средства были старые, испытанные: евгеника плюс генная инженерия. Оставалось найти подходящий биологический материал.

Люциус говорил, словно о выведении новой породы животных. Джек почувствовал, что круасаны хотят покинуть желудок, и поморщился.

– Я постепенно установил, что для успешного исхода моего эксперимента носителями синдрома Кассандры в скрытой форме должны быть оба родителя, – продолжал Морс, не прилагая особых стараний, чтобы скрыть самодовольство в голосе, – Я проследил развитие синдрома Кассандры у бесчисленного множества людей с высшими телепатическими способностями, проанализировал километры цепочек ДНК и рассчитал шаг, который, будучи соблюден у обоих родителей, даст нужный пси-уровень ребенку. Предельный уровень. Предельные телепаты на самом деле в природе встречаются даже чаще, чем высшие, но человеческий мозг не справляется с таким объемом возможностей. Большинство предельных буйно помешанные, опасные для себя и других. Я вычислил заодно, как надо подкорректировать генетический код человека, чтобы он не сходил с ума и мог жить полноценной жизнью с предельным пси-уровнем.

– И Крис? – Джек не договорил, настолько ему была неприятна мысль о том, что сделал Морс с его другом.

В глазах Люциуса мелькнуло торжество.

– Да, – с гордостью сказал он, – Крис результат осуществления моих идей. Я долго выбирал для него доноров генного и биологического материала. И никак не мог остановиться ни на одном из кандидатов, все привередничал. То недостаточно умны, то не слишком хороши внешне или здоровье хиловато. А потом, будучи в служебной поездке на Иридии, я пошел как-то вечером в оперу и увидел женщину. Юная певица меня околдовала. Можно сказать, это была почти любовь. Но на самом деле это было другое – чутье. Я еще не посмотрел в ее медкарту, а уже знал: она мать моего будущего ребенка. Остальное – дело техники.

– А отец? – спросил Джек.

– Вы имеете в виду, я ли отец? – Морс рассмеялся, – Нет, мои данные не принесли бы нужного результата, я не подхожу ни под один из заданных критериев. Хотя, если смотреть на вопрос шире, с философской точки зрения, конечно, я его отец. Я хотел его появления на свет, я нашел женщину, которая его выносила и родила. А биологический отец, я не знаю, что с ним сталось. Он также обладал необходимыми биологическими характеристиками и был подходящим спермодонором. Мне до него дела нет.

– А он, возможно, захочет увидеть сына, – заметил Джек, – Ведь других детей у него, скорее всего нет.

– Да он даже не знает ни о Крисе, ни о его матери, – возразил Морс и пренебрежительно скривился, – На эмоциональном уровне их ничего не связывает.

– А вас связывает? – поддел Джек, уловив в его тоне нотки ревности.

– Конечно. Я горжусь своим творением, – заявил Морс, – Я всегда следил за успехами Криса, пусть и не явно. А он чувствовал, что я за ним наблюдаю, и сделал такой же вывод, как и вы: думал, что я его отец. Он залез в мозги ко всем подряд, выясняя этот вопрос. Ко мне-то не мог! Потом даже стал изучать генетику, чем очень меня порадовал, как родителя. В конце-концов понял, что я наблюдаю за его действиями, и разозлился.

Он улыбнулся, воспоминания явно радовали его.

– А вы, значит, забавлялись, глядя, как ребенок переживает, – холодно процедил Джек, – И когда подчиненные Норы Зегер его морально размазали по стенке, тоже забавлялись?

– Нет, – улыбка на худом лице телепата погасла, черты заострились, стали угловатыми, – Тут я допустил ошибку. Я недооценил Бодлера. Думал, это вонючий клоп не отважится на подобное. А потом было поздно. Крис сбежал. Но еще до того он ожесточился против организации окончательно. Он счел, что Нора его предала, играла его чувствами. Дело в том, что мой эксперимент прошел небезупречно. В характере Криса есть программные ошибки.

– Что? – переспросил Джек возмущенно.

Он не мог представить, что о человеке можно говорить в таких выражениях.

– Для личности его масштаба он был слишком озабочен такими примитивными понятиями как совесть, доброта и все в таком духе, – Морс говорил медленно, словно выговаривая слова на иностранном языке, – Кроме того, я не углядел в нем совершенно ему ненужную потребность испытывать сильные привязанности. Стоило ему только выбраться в большой мир, он тут же встретил вас и решил, что должен вас спасать и защищать. Разве не глупо?

– Действительно, – насмешливо согласился Джек, – Морс, а вы ту книжку про волшебников внимательно читали, до конца? Мальчик вырос, набрался сил и победил злого колдуна.

– Так это ж сказка! – небрежно фыркнул телепат, – Зло должно быть наказано, добро вознаграждено. Простачкам так крепче спится и детей воспитывать помогает. Мальчик победил плохого дядю, женился на сестренке лучшего друга и завел с ней троих детишек. Слюнявый финал, аж скулы сводит. А вот, то, что вы с Крисом в реальной жизни пытаетесь мыслить сказочными категориями, это вам не на пользу, дети мои.

– Упустили вы своего ребенка, отец вы наш, – язвительно заметил Джек, смерив телепата взглядом, полным брезгливого отвращения, – Если бы вы ему показали свою родительскую любовь, то у вас сейчас в руках была бы живая ядерная бомба. Но вы, к счастью для всех остальных, не удосужились обнаружить сильную привязанность, и теперь он в вас не нуждается. И можете меня арестовывать или не арестовывать, он к вам не вернется.

– Бла-бла-бла, красивые слова, – хмыкнул Люциус, но Джек все равно догадался, что он задет, – Вы оба ко мне придете рано или поздно. А я подожду. Арестовывать я вас не буду, уж извините, что пугал. На самом деле, я только хотел лично познакомиться. Мне было интересно, как вы себя поведете.

– И что, довольны?

Джек насторожился. У него возникло ощущение, что этот человек все время просто наблюдал и забавлялся, как в случае с Крисом.

– Более чем, – Морс отставил в сторонку опустевшее блюдце и выпитую чашку, – Как я и ожидал, вы хорохоритесь, не смотря ни на что. В принципе неплохое качество, Деверо. Только иногда включайте мозг. Он у вас уникальный.

– Иди к черту, – не удержался Джек.

– Ходят слухи, что это я и есть, – Морс снова сверкнул зубами в улыбке, и, вставая, достал блокнот и авторучку, – На всякий пожарный случай. Вот номер, не в "Дельте", мой личный. Если что-то будет нужно...

– Мне ничего от тебя не нужно, – перебил Джек, – И ему тоже.