Текст книги ""Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельникова

Соавторы: Сергей Карелин,Денис Симонов,Луций Корнелий,Николай Ярыгин,Денис Варфонум
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 341 страниц)

Глава 5
Горе побежденным, горе победителям

Илья выскочил из дома вслед за отрядом Василича. Они опоздали самую малость. Может быть на пару секунд. Кто-то из гоблинов уже успел достать ножи и бросился на квасивших попаданцев. Резня началась. Но тут же из разных домов полезли дозорные.

Завязался бой. Смешанный, хаотичный, полный криков, визга и пляшущих теней.

«Колоть, колоть, колоть».

Но в этот раз не было ни фронта, ни тыла, ни флангов. Василич с бойцами рвались вперёд, а гоблины перли со всех сторон. Илья приколол одного. Причем безоружного и убегающего, что парень сразу не понял. Потратил драгоценное время, а темные мелкие силуэты заполняли все вокруг. Илья почувствовал несколько ударов в спину и голову.

«Как…»

Илья удивился почему им удалось дотянуться до головы. Лишь спустя мгновение он понял. Камни. Их закидывали камнями из темноты. От удара меж лопаток парень аж потерял дыхание. Его повело вперёд. Спасло лишь то, что гоблины с ножами, собравшиеся было резать спящих, уже начали разбегаться. Впрочем, из темноты летели все новые камни, палки, черепки и все, что попадалось маленьким засранцам под руку. Их там были сотни, если не тысячи. Кто-то из попаданцев водил фонарем и россыпи злых глазенок блестели как кошачьи зыркалки.

Илья отдышался, заныкавшись в дверном проёме. Снаружи продолжалась вакханалия. Гоблины выли, швырялись камнями. Илья заметил даже дротик или стрелу в одном из щитов.

«Твари паскудные».

Илья вовремя увидел, как они уже ползут потихоньку между домов. Штук семь или десять. А он один. Свои недалёко, но вой стоит и темнота…

Гоблины уже обратили на него внимание. Илья резко нагнулся, опустил голову и нанес длинный укол. Камень ударил по шлему. Раздался визг.

Щитов у гоблинов не было. Брони тоже. Твари замешкались, хлынули назад от копья. Один все же получил рану, хотя едва ли глубокую.

Пригнуть голову, беречь лицо и загонять гадкую зелень обратно в темноту. По рукам, по плечам били камни. Синяки останутся точно. У гоблов в первых рядах уже дубинки, колья, короткие копья и длинные ножи.

Илья отступил назад в дом. Крайне вовремя. Мог оказаться в окружении. Ощущение, что гадам конца нет и убивать их пришел весь город разом. Спасает только то, что боевого ража у них недостает. Попри они разом и смели бы человека. Но нет, они кричат, швыряются, размахивают ножами, однако на копьё не лезут.

Илья сделал ещё несколько выпадов. Достал одного в харю, вызвав новый аккорд пронзительного визга.

Наконец люди сумели в достаточном количестве облачиться в латную броню, чтобы без проблем выбить гадов с бывшей орочей слободы. В тыл налегавшим на Илью врубились двое с алебардами. Тут только уши полетели. Гоблины дрогнули. Разбегались кто куда, уже не обращая внимания на уколы Ильи.

Алебарда – оружие, созданное чтобы бить цель размером с человека, да ещё и бронированную. А против этих гадов… выходило как в анекдоте про никотин, лошадь и хомячка. Алебарда убивает человека, а гоблина разрывает на куски. Тем более лупили от всей души.

Гоблины втянулись обратно на узкие улочки и огороженные дворы, продолжая подвывать в темноте.

– Не удалась вам сегодня автократия? – с усмешкой вздохнул один из латников.

– Чего? – не понял Илья, постепенно приходивший в себя.

– Забей.

А тем временем бой то не утихал. Наоборот, он разгорался все сильнее. Почти все попаданцы были на ногах. Дозор отбил орочью слободу, а остальные ринулись в атаку. Не все, но многие увлеклись преследованием или поддались на провокации типа камней и палок. Резня закипела в узких проулках. Начался полный хаос.

Илья стоял не совсем понимая, что дальше? Рваться в темноту с длинным копьём и без лат? Дело, пахнущее керосином. По слободе тут и там шатались группки бойцов. Кто-то увлечено перекидывался камнями с гоблинами. Щиты и шлемы спасали в основном, но ещё долго выжившим ушибы будут напоминать про эту ночь.

А выжили не все.

Илья видел, как лежит у гаснущих углей человек белой футболке с кровавыми пятнами.

Наконец люди начали снова вспоминать об организации. Кто-то подзывал к себе народ. Из мелких группок бойцы стекались в одну. Пытались наладить командование. А из темноты доносились крики. Где-то мелькал свет фонарей. В городе шла беспорядочная резня.

– Так, вы, ты и вот ты. – один из «офицеров» указал на Илью и других пятерых бойцов. – К тому дому. Кидают камни – кидайте в ответ. Вперёд не лезете. Поняли меня?!

Нестройный хор голосов подтверждает понимание, пытаясь перекричать общий гвалт. Илья вместе с отрядом занимает оборону, ожидая новых атак зелени. Но гады прячутся в темноте и уже не лезут. Осталось их там вряд ли много. Кто-то разбежался, кто-то режется на улицах, а многие лежат в стоянии мясной нарезки.

В центре площади собирают отряд латников. Кто-то подходит к Илье и тянет за плечо.

– Погнали. Сейчас мы им въебем. Такой гоблинслэер будет…

Барон в своем ламелляре, махнул полуторным мечом, грозя темноте. Сначала Илья хотел отказаться, но с тесных улочек почти не летели камни. Бой уже шел дальше от слободы. Значит лезть туда не такая уж глупая затея. Гадов надо проучить за вероломство. Пусть языки местной зелени попаданцам недоступны, но язык боли штука универсальная. Перевод не требуется.

– Погнали. – кивнул Илья.

Отряды латников и бойцов поддержки начали расходиться в трёх направлениях, откуда доносились звуки резни. Илье вручили фонарь, а вместо копья он взял топорик на длинной рукояти. Такой мелкий, что и не примешь за смертельное оружие. Дальше парень шел и светил, выхватывая лучом фонаря всякое. Происходящее уже и боем назвать было сложно. Латники без сопротивления проходят по улицам, ищут и вытаскивают окровавленных, ошалелых людей. Фонарь светит в бешеные, абсолютно безумные глаза, или в стеклянные, мёртвые. Но все равно где-то ещё идёт резня. Люди сносили плетённые оградки, ломали двери, рубили и резали не разбирая. Заливались жутким воем гоблинские гиенообразные шавки. Скалил кривые зубы, пока рука человека из иного мира не ломала им череп топором.

– Народ!? Все к нам! – заорал главарь их отряда. Его не слышали или не хотели слушать. Где-то на соседней улице кошмарный визг. Как будто собаку заживо сунули в мясорубку. Это все длилось, кажется, вечность. Они пытались собрать людей, но от их отряда кто-то отстает и вот уже увлекается бойней. Гоблины кидаются с крыши кусками глины. Их загоняют, достают копьями и мелкого гоблиненка насаживают как дичь.

Илья устал, его начинает подташнивать. Душная, жаркая ночь в бесконечном мраке и визге непрекращающийся резни.

Наконец солнце начинает выползать из-за горизонта. И вместе с уходом мрака разум возвращается к людям. Бойцы постепенно стекаются обратно к слободе. Переступая через трупы и ошмётки гоблинов, они возвращаются к своим.

Илья садится за костер, на котором кипятят чайник. Ни одного знакомого лица рядом. Барон ушел куда-то вглубь города. Ньяль? Фиг знает, что с ним. Но рядом все равно свои. Не гоблины, не орки. Соотечественники или, наверное, надо уже говорить: соплеменники. Все уставшие. Лица мрачные.

– Началось-то все нормально. – рассказывает один боец другому. – Наши доблестные соколы как ястребы налетели на этих шакалов и поотрывали им все их ядовитые щупальца. А потом жопа. Куча народу ломанулась в темноту. И бля… я точно видел четырёх мертвецов. Наших.

– Начали за здравие, а кончили себе на ебало. – хрипло отвечает другой, глуша какую-то спиртягу.

– Ну мы им тоже задали… – вздыхает невысокий и совершенно негрозного вида мужчина, чистящий окровавленный меч. – Не помню сколько зарубил. Вот не помню и все. Не считал.

– Забей. – отвечает ему хриплый. – Выкинь из головы. Сколько надо столько и зарубил. Хлебни ка?

– У меня язва.

– Сочувствую. А ты? – он протягивает Илье флягу.

Герасимов глотает, морщится, но, сцепив зубы, даже не выдыхает.

– Мощно берешь, парень. – усмехается мужик.

– А куда деваться. – с какой-то обречённой мрачностью отвечает Илья. – А деваться мне некуда.

– Это верно.

В голове все ещё мелькают сцены из ночной бойни. Они кажутся даже реальнее, чем смурное странное утро после боя. И это только второй день в ином мире…

«Надо поспать».

Не говоря больше ни слова парень встал и побрел прочь. Какое-то время не мог найти нужный дом. Все слишком по-другому выглядит с трупами вокруг. Наконец Илья зашел в нужную дверь. Внутри никого, кроме недавней подружки Барона. Она напуганно и внимательно выглянула из-за угла.

– Ты меня ж не зарежешь, да? – с трудом произносит Илья. – Когда я усну…

Девушка не ответила. Вздохнув Герасимов зашёл в свою комнату. Он кое-как снял кольч и лег на кровать. Голова пуста. Сон дерганный, отвратный и душный. Мерещилось что-то кровавое, но непонятно конкретно что.

Герасимова разбудил Ньяль.

– Илья, надо подниматься.

– А? Я вообще… Да.

– Сегодня сборы. Завтра уходим из города.

– Отлично… – вздыхает Илья.

– Вставай, самурай. У нас есть город для грабежа.

Голос Барона все такой же довольный. Вот у человека нервы – канаты.

«Хотя отморозок он просто». – подумал Илья. – «На все по жизни плевать».

Их отряд потерь не понес. Ньяль сумел всех поначалу удержать при себе. Никто в темноту не ломанулся. А всего армия попаданцев недосчиталась двадцати шести человек убитыми и почти вдвое больше раненными. Потери хуже, чем от боя с орками. Сколько гоблинов порезали одному богу ведомо. Но город завален трупами. Заметная часть населения бежала. Другие прячутся. Собственно, остаётся забрать все, что может быть полезно и уходить.

На дело пошли вдесятером. Одиннадцатой увязалась бароновская гоблинша.

– А ничего, что она с нами? – спросил Антон.

– Даже хорошо. – ответил Ньяль. – Она, похоже, наш Кровавый Нож.

– Кто?

– Был такой индеец, который очень не любил других индейцев и помогал белым. – блеснул очередной раз историк знаниями школьно-википедийного уровня. – В каждом обществе есть изгои. Кого за дело в них записывают, а кого за плохое происхождение или поведение. С приходом завоевателей для них открывается окно возможностей.

– Тогда говори по-другому. – нехорошо усмехнулся Герасимов. – Полицай она потенциальный. Хиви.

– Отъебись. – остроумно парировал Барон. – Если ты себя эсэсовцем видишь, то на других не переноси. А с Кли у нас светлые чувства и грязный секс.

– Вы хоть уверены, что она за нас? – не унимался Давен.

– Она гоблов других резала ночью. – пояснил Ньяль. – Уж теперь ей дороги назад нет.

Задача у отрядов была проста – искать и стаскивать к центру все полезное. Еду прежде всего.

– Фуражировка, господа. – пояснил Ньяль. – Хорошая средневековая армия сама себя кормит.

Несколько отрядов отослали в предместья. Там они довольно хорошо пощипали деревенских. Сами гоблы разбежались, но много груза и скота унести не смогли. Да и некуда. Одно дело – наши предки от татар бегали. Вон лес. Если не зима, то и прокормиться можно. Отсидеться. Припрятать всякое. А здесь вокруг сухие холмы и выжженные долины.

Отряд Ньяля шарился по самому городу. И тут новоиспеченная баронесса Кли сумела показать свой дар коллаборационистки. Указывала на какой-нибудь домишко. Вроде как бы не особняк даже, а внутри под полом – мешки с крупой и мелкие золотые чешуйки. Монета местная. Или побрякушки какие-либо. Сама она успела обзавестись новым нарядом. Без дыр, хотя немного не по размеру. Выгодное дело, однако, помогать иномировым захватчикам.

В некоторых домах были гоблы. Однако попыток сопротивления они не предпринимали. Жались по углам, прикидываясь ветошью. Лишь один, старый и видимо очень скупой гоблин, начал хрипло орать какие-то ругательства и кинулся с кулаками на Кли, в момент, когда она вскрывала его тайники. Однако единственный пинок ее нового мужика решил конфликт в пользу коллаборационистки.

Но все это было мелочью. Ближе к вечеру отряд, скинув очередной груз в центр, принялся петлять в узком лабиринте улочек. Кли вела их куда-то.

– Зольото. – пояснила она. Паре слов ее Барон научил. Включая известное на три буквы. Именно им она обозначала своего нового парня и это видимо была его идея. Каждое такое особо нежное обозначение он ржал как ненормальный.

«Ах какая пара, наркоман и шмара».

– Большой зольото. Идти.

– Стоп. – произнес Ньяль. – Барон, давай со мной вперёд и все щиты на готовность. Это не улица уже. Это укрепление.

– Черт, верно.

Приглядевшись Илья понял, что вокруг больше не стены домов, а просто стены, да ещё и покрытые подобием зубцов. Длинный коридор. Впрочем, не против людей это укрепление создавалось. Видимо оно было аргументом в чисто гоблинских разборках и по размеру попаданцам было по голову. А впереди ворота. Капитальные такие по меркам гоблинов. Человека два войдут разом.

– Явно, какой-то капиталист тут окопался. – вздохнул Антон.

– А мы ему сейчас за феодализм и воинскую демократию поясним. – ответил Барон. – Ну че? Я ломаю?

– Зольото. Хууй. Зольото.

«Зоопарк, мля». – после вчерашнего на смех как-то не тянуло. Да и сейчас они убивать, возможно, будут.

Дверь была даже из нормально дерева, но Барону одолжили топор. Вскоре створки распахнулись и…

Ньяль молодец. Не Александр Македонский, но хватило мозгов куда надо сунуть щиты.

После открытия из-за ворот полетели стрелы, свинцовые пули и даже арбалетные болты. Все это ушло по щитам да броне, а те, кто защищен меньше, оставались в тылу. Где-то тридцать гоблинов внутри. Почти все вооружены. Благо отвагой и мощным оружием ближнего боя они не располагали. Опять же вся снаряга рассчитана на междусобойные разборки. И как только отряд на плечах брони вошёл в здание, гады прыснули во все стороны.

– Стоять! – Ньяль указал на несколько отверстий в потолке дальше по коридору. – Вот готов все золото поставить, что оттуда на нас что-то полетит или потечёт.

Дырки аккуратно обошли, однако гады умудрялись выглядывать и стрелять из-за поворотов. Когда отряд таки дошел до них, то закипел короткий и отчаянный бой. Несколько гоблинов все же взялись за ножи или булавы. Кто-то выстрелил по Ньялю из арбалета, но броню не взял. Илье прилетело по касательной в ногу свинцовая пуля, так что он чуть не взвыл от боли, но лишь яростнее работал копьём. Тут уже гоблинам от него особо деваться было некуда. Он точно отработал по троим наглухо и ещё несколько ранил. Подобного избиения гоблы уже не выдержали. Опять стали разбегаться. Сколько же с ними мороки. Орк или умер, или убил тебя. А эти… Режешь, они убегают, опять таятся, стреляют, опять режешь. Повторите снова до последнего гоблина.

Наконец защитники разбежались или пали смертью не очень храбрых. Все люди крайне устали за сегодня. Спина отваливалась и было ощущение, что Илья скоро выблюет свое сердце. Кольч только первые пару часов кажется терпимым. Потом он губит спину и дыхалку за милую душу.

– Ну и что у нас тут? – вздохнул Ньяль.

Перед ним дрожало семейство гоблов во главе с жутко упырского вида стариком. Он, правда, дрожал больше от немощи, а смотрел злобно.

– Ребята… – донёсся голос Антона. – Тут такое…

– Что там? – страдальчески вопросил Ньяль. – Если это не кровать с вибромассажем, я никуда не пойду.

– А мы сами придем. – странным голосом ответил Антон. И они пришли.

Все пятеро. Четыре человека и…

– Ну было ожидаемо. – хмыкнул Алу. – Барук Казад?

Гном. Сомнений нет. Ростом чуть повыше гоблина, но заметно шире. Рыжий, с длинной косматой бородой. Он напоминал уменьшенного ирландца. Состояние гнома было весьма плачевными. Вместо левого глаза сплошной синяк. Куча кровоподтеков на лице. Нет заметной части зубов и похоже у него рвали ногти.

Ещё с Антоном пришло трое человек. Очевидно не попаданцев. Двое девушек и один мужчина. Все заметно ниже пришельцев. Выше гоблинов и гнома, но для попаданцев кажутся подростками. Трое обалдело смотрели на людей. А гном вообще впал в какое-то буйство. Он принялся хромать то к одному, то к другому человеку. Что-то молол на своем языке и ошалело таращился на людей, а особенно на Алукарда в его зерцальном доспехе. Видимо, его завораживали пластины открытого металла.

– Чтобы лучше понимать его реакцию… – пояснил Ньяль. – …расскажу вам, что наши довольно неплохо продвинулись в объяснениях с гоблинами. Рисунки им показывали. Те, что были у орков. И черепа. Так вот. Гоблы нас называют двумя словами. Одно обозначает огромный, а другое, видимо, гном.

– Чиво?.. – подозрительно спросил Антон.

– Здесь, похоже, гномы самые продвинутые в плане металлов и доспехов. Они воинственные. Носят бороды. А люди… – Ньяль бросил взгляд на троих, похоже, рабов. – Люди в культуре орков не особо отражены. А вот замесы с гномами регулярная тема. Мы нашли около пятидесяти рисунков. На одиннадцати из них сражения между зеленокожими и гномами.

– А на остальных что? – спросил Илья.

– Три это совокупления. Пять – какие-то ритуалы. Два – бои с чудищами. И около тридцати – это сражения против эльфов или мёртвые эльфы. Похоже они главный противник для местных.

Гном в это время прекратил рассматривать пришельцев. Он тихо подкрался к старому гоблину сзади и ловким движением скрутил ему шею. Никто этому не попытался помешать.

«Сводит счеты? Ну имеет право. Судя по разбитой физиогномии гоблы неплохо на нем оттоптались».

Сложно понять, кем именно был тот старик, но чужой крови видимо попить успел. Золота в доме обнаружено на пару килограмм. Не только мелкие чешуйки, а целые перстни, браслеты, ещё немало серебра, какие-то каменья, хорошее оружие: в основном ножи, но было несколько лёгких арбалетов. Мелкие, конечно. Под гоблинскую лапу. Ещё обнаружилась кольчуга и топор. Явно трофеи с пленного гнома. Ему их и передали, к огромному счастью. Гном был действительно буйный. Интересно, все они такие, или это он так на спасение и месть реагирует? С такого и человек буйным станет.

– Золото, это конечно хорошо. – вздохнул Ньяль. – Знать бы ещё, куда его пристроить.

– Торговля тут должна быть. – возразил Илья. – На чем-то покойный так нажился же.

– Верно. Соглашусь. – ответил Ньяль. – У нас торговля и в бронзовом веке уже была довольно глобальная. Среди вещей фараонов находили чуть ли не моржовый бивень. Ну янтарь Балтийский точно.

– Господа, экономисты. – прервал его Алу. – Д-давайте ка нашего нового друга представим остальным. Кажется мне, что если куда пиздовать, так это к гномам.

– Ну… логично. – согласился Илья. – Металлы они знают. Нам есть чем их заинтересовать. Гоблов не любят. Да и смотрите… Если зелёные нас приняли за новый вид гномов, то может и сами гномы за что-то родственное признают?

– Ладно. – вздохнул Ньяль, с неохотой поднимаясь на ноги. – Пора ноги делать. Не хочу опять идти через этот проклятый город в темноте…

Глава 6
Мы идём на…

«Нас невозможно сбить с пути, мы не ебем куда идти».

Отряд покидал уже порядком осточертевший город. Люди сначала думали переждать там ещё ночь, но смрад стоял нестерпимый. В жарком, иномирном климате все мёртвые гоблины начали разлагаться наперегонки. Тучи насекомых заполнили улицы. Итого перед походом люди ночевали за городом в лагере фуражиров, куда те сгоняли скот и свозили провиант.

– Обидно. – вдруг произнёс Антон, собравшийся для перехода.

– За Родину? – поинтересовался Илья.

– Да не. – мрачно вздохнул парень. – Столько смертей. И зачем? Не могли они просто нас пропустить.

– Во-первых, им было решительно непонятно, а собираемся ли мы уходить. – пояснил Ньяль. – Во-вторых, орки для них все же не завоеватели. Ну или очень привычные и уже свои завоеватели. А мы непонятно кто. Огромные гномы какие-то. А гномы враги. Плюс гоблины купились на провокацию.

– Зачем вообще нужно было их провоцировать? – с недоумением спросил Антон. – Поставили бы заслон бойцов, на который бы они не полезли?

– Так в штате решили. – ответил Ньяль. – И я тоже за это голосовал. А причины две: лучше так, чем они ударили бы в спину после подхода подкрепления орков. Надо было понять степень их лояльности. Ну и самое важное… конфликт. Мнение в штабе сильно разошлись. Образовалось меньшинство, которое…

– Хотело хуй забить на ваши игры в армейку? – спросил Барон.

– В том числе. Ну и в целом они были настроены слишком… беспечно.

– А теперь они умылись кровью. – подытожил Илья.

– Никто не думал, что будет столько жертв. – вздохнул Ньяль. – Полагали, что сможем взять под контроль, но а эти идиоты ломанулись в темноту… Ладно. Нам кое-как удалось установить единство мнений в штабе.

«Надолго ли? Хорошо, что я не „ответственный“ и далёк от этих разборок…»

Настроение у Ильи было довольно паршивое. Если после первого боя он испытал бурный всплеск эмоций, то сейчас пришла моральная усталость. Хотелось куда-то в понятную безопасность. Но нет. Идти до предполагаемых союзников с проводником, который на русском знает два с половиной слова.

Проводник напротив радовался жизни. Можно понять. Из гоблинских застенков на свежий воздух.

– Если новых доз попаданцев не будет. – задумался Ньяль, смотря на гнома. – Надо будет активно вербовать местных. С гоблинами у нас как-то первое впечатление не сложилось. Впрочем, это все шибко потом.

– Нужны база и снабжение. – рассудил Герасимов.

– Или можно кочевать и грабить. – с улыбкой добавил Барон. – Именно этим мы займёмся сейчас.

– Цепью братских могил для окрестных племен наш отмечен маршрут… – задумчиво напел Ньяль.

Отряд собирался в путь очень медленно. Если в бою попаданцы сумели показать некую отличную от нуля организацию, то с логистикой была жопа во всей красе.

Туда-сюда бегали в край заебанные и охрипшие офицеры. Что-то с кого-то требовали. В унисон им блеяла, хрюкала и мычала скотина. Шум стоял как на рейве. Вонь примерно такая же.

Если в бою и социалке Ньяль проявлял некую полезную активность, то зампотыл из него оказался никакой. Он лишь пожимал плечами, да грустно вздыхал.

– Д-думается, если мы не возьмём на себя хозвопросы, то останемся на подножном корму. – заявил Илье Алукард. – А мне худеть некуда. Дальше только кости. П-пошли выбивать снабжение.

– Господа… – к ним подскочил усталый Ганс с совершенно ошалелой физиономией. – Важный вопрос: среди вас есть деревенские? Или те, кто со скотиной умеет. Ну вы поняли. Нет? Ладно.

Похоже свиньи, козы, а также некрупные бычки совершенно не понимали стратегического замысла пришельцев. Они разбредались, а то и пытались домой вернуться.

Спустя почти десять минут был обнаружен штаб. Место где больше всего толпились и орали.

Всего за каких-то полчаса удалось выцепить Васильевича, который в иерархии попаданцев занял одно из ключевых мест наравне с парой других глав крупных клубов.

– Вам на двенадцать человек положено два возка и рацион на двадцать дней. Остальную провизию мы повезём в обозе. Отдельно. Иначе растянемся к известной матери. Обучение в дороге будет. Утром, если свободны, то приходите ко мне за три часа до выхода отряда. Время будем объявлять. Все?

– Дмитрий Васильевич, ещё вопрос ещё… – осторожно начал Илья. – Оружие и броня павших будет перераспределяться?

– А какие у вас нужды?

– Мне бы руки и ноги защитить. Да и мне говорили, что есть мечи поинтереснее моего. С корзинчатой гардой, например.

– Ты своим то пользоваться научись. По броне поглядим. И да, вашу эту мадам нам одолжите на часок. Возникли некоторые недопонимания с пленными.

– Пленными? – удивился Илья.

– Ну откуда ещё информацию достать. Языки. – начал было объяснять Василич, а потом отмахнулся. – У тебя дела есть? Вот иди делай.

С импровизированных складов было получено возков две штуки. Это по идее были полноценные телеги, но на гоблинский размер. Маловаты для человека. Особо не покатаешься, но вещи перевозить можно. Работало все на ослиных силах. Самые крупные телеги забрали для тяжёлых раненых. Пока были и антибиотики, и обезбол, и антисептики. Оставалась надежда.

– Интересно, на сколько боёв нам ещё хватит лекарств? – спросил Давен. – И что дальше? Сумеем ли мы найти среди местных растений нужные?

– А дальше мы будем лечиться по методу славных предков. – заверил его Алукард. – Главное лекарство – естественный отбор.

Спустя где-то три часа сборов армия наконец тронулась в долгий путь. Имелось три источника информации: гном, пленные гоблины из самых прилично одетых и карта, найденная в одном особняке зеленомордых. Ну, карта – это громко сказано. Художественная роспись пергамента с географическими мотивами. Никакого масштаба, топография уровня палка, палка, человечек. Однако Ньяль говорил, что несколько выводов по этому художеству сделать можно. Во-первых, у гоблинов есть восемь крупных поселений. Ну, точнее семь с половиной. Одно из них недавно посетил десант попаданцев и там ещё долго будут приходить в себя. Во-вторых, существует морская торговля. Есть поселения у берега моря. Нарисованы кораблики, груженные мешками. В-третьих, территории орков и гоблинов заканчиваются чем-то наподобие засечной черты. Много заостренных палок нарисовано, гоблины и орки с оружием, а за границей на полотне леса намалеван стремный эльф. Бледный, кривой и очень недобро так пучит зелёные глазища.

– С эльфами тут вообще странное дело… – просветил Ньяль, вернувшись с очередного заседания генштаба. – Гоблины их упорно называют словом «Мертвый». Что это значит, пока не ясно. Вроде как войны с эльфами идут регулярно. Всех их зелёные не перебили.

– Ну как почему? – подал голос Антон. – Может быть, это обзывательство. Ну типа упыри. А что? Бледные. С точки зрения гоблинов стремные и враги.

– Или это обозначение планов. – не остался в стороне Барон. – Мол всех вас передушим, пидоры лесные. Эльфов в концлагерь! Два миллиона в печку, два миллиона в речку. Наши палки не дают осечку.

Илью больше волновали не лингвистические загадки, а та самая засечная черта.

– Может быть и прорываться придется. – согласился Ньяль. – Сложно понять по этой карте масштаб укреплений и численность гарнизона. Наши языки там давно не были. Вот, кажется, столица. Там намалевано что-то наподобие башен, но какого это все размера?

Первый же день перехода прошёл тяжело и показал, насколько большая часть людей не готова к таким условиям. Худо-бедно удалось наладить разведку. Партии регулярно выходили с биноклями к высотам. Но с материальной частью был звездец. Скот разбегался, продукты портились, возки ломались. Уже вечером руководство задумалось о наборе рабов. В терминах уже не стеснялись. Были срочно и остро нужны прямо растущие рабочие руки, заточенные под местный колорит. В клетях начался падеж птицы.

– И что нам с ними делать? Срочно всех съесть? Неделя курицы в Макдональдс.

– Нужно из фанеры напилить квадратиков и к каждой клетке с курами приделать. – посоветовал Алу. – Если не п-поможет, то в квадратиках нарисовать красные круги.

С каждым пройденным километром он становился все язвительней. Илья первый день держался лучше. Но на второй к переходу добавилась тренировка. Дмитрий Васильевич собрал где-то двадцать пять желающий и провел интенсив. ОФП состояла из жуткой смеси упражнений, надерганных с разных систем подготовки: бёрпи, стойки на растяжку и равновесие, странные перемещения лягушонком. Многое было нацелено на очень специфические группы мышц. Илья даже не подозревал об их наличии в своей тушке, пока это все не принялось болеть.

После гимна физкультурному садизму перешли к упражнениям с двуручным копьём. Илья узнал, что основа боя на них это выпады и сбивы. Копьё оружие почти что дальнего боя. С ним можно сделать глубокий выпад, который некоторые называли: «бильярдным кием». Взяв копье почти за пятку достать кого-нибудь очень далеко. Вражеские выпады следует сбивать, тут же переходя в укол. Удачный сбив – залог успешной атаки.

Выпады отрабатывали так, что хоть в фильм про Шаолинь сувай. Выйти в глубокую стойку, взять копьё почти за пятку на вытянутых руках и стоять то полного Просветления. Кто первый стал Бодхисаттвой, тот и победил.

Немного успели взяться за щиты. Разобрали, что стойки для строя и поединка разные. Василич упорно вбивал в них мудрость о том, что щит и оружие всегда действуют синхронно. Каждое движение оружия в поединке сопровождает движение щита.

– Ну вот сейчас ты закрылся? А что-то кроме своего хуя ты сейчас видишь? Не закрывай обзор.

Василич бы делился мудростью и болью дальше, но все в группе уже померли.

Илья с трудом поплелся назад, а предстоял ещё дневной переход.

«Что ж я маленьким не сдох…» – оптимизм у парня зашкаливал.

Пыль, жара и очень расплывчатые перспективы. Мир вокруг разнообразием не блистал. Все та же типо саванна. На горизонте бывали видны стада газелей и диких быков, небо бороздили самые разные птицы: от мелочи до крупных грифов.

– Интересно, есть ли здесь драконы? – настороженно спросил Давен.

– Очень надеюсь, что нет. – ответил Илья. – Может, вымерли в качестве местных динозавров.

– На карте гоблинов был нарисованы самые разные чудовища. – обнадежил Ньяль. – Русалки, морские змеи, какие-то странные твари… Что-то они выдумали, что-то приукрасили, но все же это другой мир. Может быть тут ещё какая-нибудь мегалитическая фауна недовымерла.

– Мамонты? – поинтересовался Антон, жмурясь от палящего солнца.

– Например. Но для такой местности скорее актуальны саблезубый львы, лютоволки.

– Лютосвиньи? – спросил Барон.

– Были и такие. – вполне серьезно ответил Ньяль. – Забыл как назывались, но вполне себе кабаны-гиганты.

«Каркать вредно». – подумал тогда Илья и кое в чем оказался прав.

На третий день пути к людям вышло существо. Его увидели на высоком холме слева от колонны. Заслышав шум, Илья, Барон и Ньяль устремились к месту кипиша. Зверь стоял на холме, внимательно рассматривая людей, замерших в полусотне метров.

– Это…

Первого взгляда Илье хватило, чтобы понять: перед ними не животное. Существо напоминало льва. Имелось в наличии мускулистое тело большой кошки, желто-оранжевая грива, но обрамляла она не морду, а лицо. Совершенно нечеловеческое, но, очевидно, гуманоидное. Широкий лоб, вытянутая сверху вниз форма, острые скулы, широкий нос и глаза… Изумрудные, лютые и совершенно не звериные. Взгляд существа был осмысленным и методично рыскал по рядам попаданцев. Тварь лыбилась кончиками рта. Затем из-за спины показался длинный, наверное, метра три с половиной, хвост. Им тварь держала мелкого гоблина, который вяло дрыгал короткими ножками. Существо улыбнулось шире, демонстрируя множество рядов зубов на манер акульих. Только длиннее. Тварь красовалась. Изящным движением существо закинуло гобла в пасть. Короткий визг, чавкающий хруст и прощай зелёный коротышка.

– Вот же пидрила шерстяной. – сплюнул Барон.

Переть на тварь в ближний бой желающих не было, но к месту уже спешили лучники и арбалетчики. Однако тварь будто смекнула к чему все идёт. Вильнула длиннющим хвостом с костяным шипом на конце и скрылась.