Текст книги ""Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельникова

Соавторы: Сергей Карелин,Денис Симонов,Луций Корнелий,Николай Ярыгин,Денис Варфонум
сообщить о нарушении

Текущая страница: 216 (всего у книги 341 страниц)

– О, боги, как всё закрутилось, – Ралина покачала головой. – Теперь понятно, что имела в виду Альмарис, говоря об опасности… Силы небесные, Риналу нужна Тайрен'эни?! – девушка остановилась от внезапно осенившей её догадки.

Джарт молча кивнул, Ралина побледнела.

– Не волнуйся, Альмарис справится, – молодой человек успокаивающе сжал похолодевшие пальчики девушки. – И не надо хмуриться, улыбка тебе идёт гораздо больше, Ралина.

Щёки Ралины порозовели от смущения, а губы тронула несмелая улыбка. "Джарт такой милый…" – мелькнула у неё мысль.

– Ты куда собрался, Дориан? – спросил Рейк, заметив, что Кендалл набросил на плечи короткий плащ.

– Я встречаюсь с Сэнди, Джартом и Роаном. Мы договорились увидеться и скоординировать план действий.

– О, у тебя уже есть таковой? А почему я о нём ничего не знаю? – тоном капризной барышни, оставленной без сладкого, произнёс Рейк.

– Потому что мне надо дождаться Линнера, он играет немаловажную роль, – улыбнулся Дориан. – Не переживай так, я всё расскажу, когда вер-нусь. Ты ещё не связывался с волшебником?

– Э… Дориан, мне надо кое-что сказать тебе, – Рейк замялся.

Кендалл замер и остановился, взявшись за ручку двери и уставившись на друга.

– Что?

– Линнер в тюрьме. Его взяли вчера.

Дориан похолодел, стиснув рукоять меча. Он слишком хорошо представлял, что люди Ринала могут сделать с волшеб-ни-ком, первый министр не раз устраивал специально для упрямого пленника показательные допросы.

– Рейк, – тихо произнёс наконец Дориан. – Мы не просто должны, мы обязаны вытащить его. Линнер единственный волшебник в Монтаре, находящийся на моей стороне, мой близкий друг, и он мне нужен живым и невредимым. Я потерял достаточно друзей в казематах Ринала, чтобы ещё и Линнера там оста-вить. Думай, что мы можем сделать, я вернусь через пару часов.

Кендалл шёл по Верхнему, едва замечая проходящих мимо людей, его мысли занимал только попавший в беду Линнер. Тюрьма в Монтаре представ-ляла собой отдельный, хорошо укреплённый замок в миниатюре, с тройной системой контроля и бдительными гвардейцами. Кроме того, к волшебникам, содержащимся под стражей, пускали только с особым распоряжением, под-писанным Риналом или Эмори де Броком, начальником тайной полиции Монтара.

"Мне нужен опытный волшебник, – думал Дориан. – Только с помощью магии я смогу вытащить Линнера, но где, тиррелы меня задери, я возь-му такого?! Стоп, да у меня же есть друзья Альмарис! – Кендалл даже оста-новился на мгновение. – Сэнди говорила, что знает магию. Если она воспи-тывалась вместе с Рили, думаю, она хорошая волшебница. Осталось только продумать детали… Только бы Линнер дожил до того, как я его вытащу!" Погружённый в невесёлые размышления, Дориан зашёл в гостиницу и сел за столик, где расположились Джарт и остальные.

– Я вижу, ты вызволил сестру? – Кендалл улыбнулся Ралине, но улыбка у него вышла усталой. – Какие-нибудь ещё новости есть?

– Вчера вечером Ринал узнал, что Альмарис – принцесса Нимелии, – выложила Сэнди одним махом.

Кендалл откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

– Беда никогда не приходит одна, – пробормотал он.

– Что ещё случилось? – встревожился Джарт. – Вам… тебе ещё что-то стало известно?

– Мой друг попал в тюрьму, – Дориан машинально вертел на пальце кольцо Альмарис. – Он волшебник, и для него арест вдвойне опасен. Я видел, что Ринал и его помощники делают с людьми, обладающими даром, и после этих допросов, прово-дившихся на моих глазах, мне две недели снились кошмары. Такое мало кто из людей выдержит, и вопрос верности здесь даже не обсуждается – человек просто забывает обо всём от боли, о друзьях, о своих убеж-дениях, он расска-зывает всё, что знает, лишь бы его перестали мучить. Я по-терял многих близ-ких людей после допросов моих же волшебников. Кто-то из них нашёл спо-соб умереть раньше времени, кто-то предпочёл жить до са-мого последнего момента, это уже не важно. Важно то, что я не собираюсь больше снабжать Ринала информацией, и отдавать друзей тоже не буду. Помимо всего проче-го, я слишком многим обязан Линнеру.

– Чем мы можем помочь? – тихо спросила Сэнди.

– Я не знаю, Чертёнок, честное слово, – Дориан опёрся локтями на стол и закрыл ладонями лицо. – Тюрьма неприступна, а об аресте Линнера я узнал буквально час назад. Я пока не думал, как его можно вытащить.

Сэнди задумчиво нахмурилась, постукивая ноготками по столу.

– Дориан, расскажи-ка поподробнее о тюрьме.

– Двое ворот, внутренние и внешние, у каждых стоит удвоенная стража. На первых воротах проверяют документы, на вторых – обыскивают, и там стоит волшебник Ринала. На пропусках стоит магическая метка, её невозможно подделать, и ещё должны быть бумаги, подтверждающие твою личность и происхождение. По территории тюрьмы редких посетителей всегда сопровождают два гвардейца.

Девушка прикусила губку. Джарт, искоса глянув на кузину, догадался, что в хорошенькой рыжеволосой головке уже зародился план спасения волшебника.

– Как там относятся к женщинам? – осведомилась она.

– Собственно, женщины в тюрьме бывают очень и очень редко. Особенно в качестве посетительниц. Обычно это те, кто служит Риналу и имеет какие-то свои интересы среди пленников, вроде добывания полезной информации.

Чертёнок прищурилась, в серых глазах блеснул огонёк.

– Дориан, – она медленно улыбнулась. – Кажется, я знаю, как нам действовать.

ГЛАВА 7

Альмарис проснулась поздно утром, в мрачном настроении. «Боги, пожалуйста, пусть он не узнает, что королевы Нимелии – это Тай-рен'-эни!» Одевшись, Рили приказала горничной принести завтрак в комнату – чем дольше она не увидит Ринала, тем лучше. Вчерашнее наваждение развеялось, и страх близкой свадьбы нахлынул с новой силой. Остановившись у окна, прин-цесса с тоской созерцала улицу, такую близкую, и такую недося-гаемую для неё. В коридоре послышались шаги, скрипнула дверь. Альмарис произнесла, не оборачиваясь:

– Поставь на стол.

– Доброе утро, Альмарис. Разрешите поухаживать за вами, ваше высочество.

Сердце Рили ёкнуло. Снова охватила смесь тревоги и радости, и в который раз девушка готова была расплакаться от отчаяния и противоречивых эмоций. Медленно повернувшись, она кивнула, избегая смотреть на Ринала.

– Доброе утро, милорд, – тихо ответила Рили.

Он накрыл на стол, и принцесса молча опустилась на стул, совершенно не ощущая аппетита. Ринал сел напротив, глядя на неё с задумчивой улыбкой.

– Ты вчера была просто неотразима, Альмарис, – негромко произнёс он, и девушка с трудом подавила дрожь: глубокий, бархатистый голос странно дей-ст-вовал на неё.

Рили ничего не ответила, продолжая вяло ковыряться вилкой в воздушном омлете.

– Почему ты боялась рассказать мне правду? – спросил Ринал, и принцесса чуть не подавилась: слишком уж точные вопросы задавал собеседник.

– У меня были на то основания, – Альмарис прекрасно осознавала, что ходит по краю, но молчать дальше было бы с её стороны глупо и неразумно.

– Какие? Что могло заставить наследную принцессу Нимелии покинуть страну, да ещё без охраны? – в голосе первого министра слышалось неподдельное удивление.

Альмарис отложила вилку и прикусила губу, чувствуя отчаяние. Что она могла ответить?

– Я не могу сказать, – выдавила она. – Пожалуйста, не спрашивайте меня ни о чём! Просто отпустите, – Рили знала, что просьба невыполнима.

– Ты ведь знаешь, что это невозможно, – мягко ответил Ринал. – Ты нужна мне, Альмарис, и неважно, кто ты на самом деле.

У неё оставался последний шанс попытаться избежать свадьбы. Набрав в грудь побольше воздуха, Альмарис произнесла:

– Я принцесса, милорд. В Нимелии наследницы сами выбирают мужа, – она нашла в себе силы посмотреть Риналу в глаза. – А вас я не выбирала.

– Но ведь ты не возражаешь против моих знаков внимания, – он улыбнулся, изогнув бровь. – Я вижу, и чувствую, Рили.

Не выдержав его взгляда, девушка встала из-за стола и отошла к окну. Возразить было нечего.

– Я не требую от тебя рассказать, почему ты приехала в Келарию, – раздался совсем рядом голос Ринала, и Альмарис вздрогнула – она не услышала, как он подошёл. – И не спрашиваю, откуда тебе известна магия. Я только надеюсь, что ты сама всё расскажешь, – его ладони коснулись плеч Рили.

– Нет! – вырвалось у неё.

– Значит, у тебя ещё остались тайны, – тихий голос Ринала завораживал, и Альмарис с трудом сдержала желание прислониться к его груди. – Я не хочу, чтобы ты боялась меня, Рили. Я никогда не сделаю тебе ничего плохого. Просто доверься мне, пожалуйста.

Медленно отведя мягкие локоны, чувствуя, как от их цветочного аромата кружится голова, он всё-таки не удержался, и осторожно коснулся губами нежной шеи девушки. Альмарис застыла, кожа покрылась мурашками: её словно обожгло, по телу прокатилась жаркая волна. Лучше бы она сидела в темнице и терпела допросы, чем такие вот неожиданные проявления чувств Ринала!.. Это хуже любой пытки, ведь за боль и мучения можно возненавидеть, но не за ласку, нежность, обаятельную улыбку и завораживающий взгляд серебристо-серых глаз… Альмарис зажмурилась, до боли прикусив губу, и не сдержала тихого стона.

– Вы не понимаете… я не могу… – прошептала она в отчаянии.

Артефакт, предупреждения матери, всё отошло на второй план и не имело сейчас значения. Ринал длинно вздохнул и прислонился лбом к её плечу, сдерживая порыв хорошенько встряхнуть упрямую принцессу и в лоб задать вопросы и про Ламирон, и про цель её путешествия. Каким-то шестым чувством он ощущал, что ответы связаны с ним, и лежат на поверхности, стоит только немножко подумать и сложить части мозаики. Но так неожиданно возникшая любовь к этой девушке – не страсть, не желание обладать, а именно любовь, – путала все мысли. Надо было пересилить себя и оставить её на некоторое время, дав разобраться в себе, и возможно, к вечеру или даже завтра Альмарис примет решение.

– Милая, что ж ты со мной делаешь, – пробормотал он, с неохотой отпустив девушку и отступив на шаг.

Рили не рискнула повернуться к нему, продолжая смотреть в окно невидящим взглядом, глаза застилали слёзы.

– Это вы сводите меня с ума, – еле слышно отозвалась Рили. – Лучше бы мы вообще не встречались…

Ринал посмотрел на девушку долгим взглядом, и медленно улыбнулся. Она почти сдалась, он правильно решил изменить поведение и не скрывать чувств. Осталось совсем чуть-чуть, чтобы Альмарис перестала отрицать очевидное, и тогда ещё до свадьбы она сама скажет ему такие нужные слова.

– Рано или поздно мы бы всё равно встретились, Альмарис, – неожиданно даже для самого себя произнёс Ринал. – Я это чувствую, ты предназначена для меня. До свидания, милая.

Он вышел. Альмарис на мгновение прикрыла глаза, после слов первого министра её охватила растерянность. Что значит, предназначена для него?.. Почему он это сказал? Ещё одно подтверждение, что Артефакт теряет связь с реальным миром и Тайрен'эни? Тоска с новой силой охватила Рили, но рядом уже не было Ралины, чтобы поддержать. Ринал даже не спросил, где прежняя любовница, настолько его захватили чувства к Альмарис.

Через полчаса пришла портниха, и принцессе понадобилось собрать терпение в кулак, чтобы выдержать очередную примерку. Когда она сто-яла, застыв, в почти готовом платье, одна из девушек, закалывая рукав, слов-но невзначай коснулась ладони Альмарис. На мгновение Рили встретилась с ней глазами, и в тот же момент Тайрен'эни почувствовала в руке ска-танный в тонкую трубочку листок.

– Можете опустить, миледи, – как ни в чём не бывало, сказала девушка.

Принцесса, ничем не выдавая своих чувств, опустила руку, стиснув записку в пальцах. Неожиданная весточка всколыхнула оцепенение и тоску, охватывавшие её в отсутствие Ринала, как порыв свежего ветра перед грозой. "Кто? Джарт? Ралина? Дориан?.." Едва дождавшись ухода портнихи, Альмарис поспешила в библиотеку. Схватив ле-жавшую на столе книгу, она раскрыла её и развернула записку, прикрываясь книгой. Голос Кендалла зазвучал в голове, словно он находился рядом, и принцесса не сдержалась. На листок бумаги закапали слёзы, принося облегчение и очищение. Прочитав послание, Альмарис без сил откинулась на спинку кресла.

– Дориан… любимый… Ты нашёл их…

Принцесса уняла волну эмоций и заставила себя успокоиться.

– Кажется, я ему обещала начертить план особняка, – пробормотала девушка.

В коридоре неожиданно послышались шаги, Рили поспешно бросила записку в камин – тонкий лист вспыхнул и почти сразу превратился в пепел. Дверь открылась, и в библиотеку вошёл Ринал.

– А я тебя везде ищу… – тут его взгляд упал на книгу, которую принцесса держала в руках. – Альмарис, милая, – первый министр изогнул бровь. – С каких пор ты интересуешься историей Херим Амира?

Альмарис хватило мимолётного взгляда, чтобы понять, о чём он говорит. Тайрен'эни похолодела, с трудом сохраняя прежнее выражение лица. Ринал приблизился к принцессе и склонился над ней, глядя прямо в глубокие зелёные глаза.

– Может, ты расскажешь всё-таки, каким образом Ламирон оказался у будущей королевы Нимелии, а? – вкрадчиво спросил он. – Или я сам догадаюсь?

Принцесса не выдержала. Его лицо находилось слишком близко, и в глубине серых глаз она заметила огонёк, очень ей не понравившийся. Оттолкнув его, девушка вскочила с кресла и стре-мительно покинула библиотеку – Альмарис была очень близка к панике и от-чаянию. Она понятия не имела, что будет делать Ринал, когда узнает о её са-мой главной, столь тщательно оберегаемой тайне, изменится ли его отношение к ней. Ведь ещё неизвестно, для чего всё-таки Ринал украл Артефакт, Рили не могла принять объяснение матери, будто только из-за желания обладать принцессой. Слишком сильно она была связана с Артефактом, и чувствовала, что всё гораздо сложнее, чем когда-то Ринал показал Кристен.

Закрыв дверь комнаты, Рили при-села у секретера, торопливо набросала план особняка первого министра, и спрятала записку в одном из многочисленных ящичков. Упав в кресло, Альмарис закрыла гла-за и пробормотала:

– Интересно, сколько ему понадобится времени, чтобы сложить два и два?

Положив перед собой «Историю Херим Амира», Ринал нахмурился, глядя на портрет последней Тайрен'эни.

– Леди Кристен, леди Кристен… Как же зовут вашу дочь, а, госпожа Кристен? И как вас зовут полностью?

Он отошёл от стола и прошёлся по кабинету. Подходило время посещения Херим Серта, и впервые Риналу очень не хотелось возвращаться в Тол Эммер. Чем быстрее он найдёт Тайрен'эни, тем быстрее решится проблема подчинения Артефакта. Кроме всего прочего, Риналу не хотелось оставлять Альмарис ни на минуту, но не брать же её в самом деле на север?.. А врать тоже не хотелось. Первый министр, в отличие от принцессы, не собирался скрывать что-либо от будущей жены. Поэтому было бы идеально решить вопрос Тайрен'эни за оставшиеся дни.

– И кто мне объяснит, как мог меч Тайрен'эни попасть к наследнице Нимелии? Не может быть, чтобы… – Ринал на мгновение задумался, преодолевая навалившуюся головную боль. – Нет, это слишком просто, чтобы быть похожим на правду. Другое дело, что Альмарис может знать, где настоящая Тайрен'эни… – первый министр прикрыл глаза и помассировал виски. – Так. Если не знаешь решения проблемы, отложи её на потом. Займусь-ка я блудным Кендаллом, – Ринал прищурился. – Он уже нес-колько дней как в Монтаре, а я до сих пор не знаю, где он находится! Как он умудряется обходить всех моих людей, даже волшебников?! У него же здесь никого нет, кто мог бы ему поставить такую защиту, никого! – он решительно направился из кабинета. – Надо навестить того приятеля, которого де Брок поймал, сдаётся, он что-то может знать.

Линнер внимательно смотрел в окно, на заходящее солнце, не сомневаясь, что это его последний закат. Пока его не перевели в подземелья, но в коридоре уже слышалась тяжёлая поступь гвардейцев первого министра. Волшебник вздохнул и отвернулся от зарешёченного окошка.

– Жаль, я не успел повидаться с Дорианом, – пробормотал он. – Он должен знать, что Тайрен'эни в Келарии…

Массивная дверь со скрипом открылась, и Линнер, не дожидаясь сурового оклика, последовал за молчаливой охраной. Руки, скованные за спиной, оне-мели почти полностью, он с трудом мог пошевелить пальцами – обычная практика для арестованных волшебников, лишить их возможности пользо-ва-ться руками. Они долго спускались куда-то в сырые подземелья тюрьмы, и с каждой новой ступенькой и коридором надежда Линнера таяла. Он понял, что ему не выбраться отсюда ни за что, даже если Дориан каким-то чудом уз-нает, где он. Лязг засова на двери его узкой камеры прозвучал для волшеб-ни-ка похоронным звоном, но Линнер не стал впадать в панику и отчаяние.

– Проигрывать тоже надо уметь с достоинством, – невесело улыбнулся он.

Через некоторое время Линнер, хотя шагов не было слышно, почувствовал приближение к своей камере посетителя, которого ожидал.

– Добрый вечер, милорд, – волшебник непринуждённо улыбнулся появившемуся на пороге первому министру. – Какой приятный сюрприз, увидеть вас здесь, в моей скромной обители. Простите, что не предлагаю сесть – стульев нет, а эта гнилая солома на лежанке может испортить вам штаны.

Ринал смерил взглядом стоящего перед ним человека, не отреагировав на эту тираду.

– Ты знаешь, где Кендалл?

– Разве не на галерах? – очень натурально удивился Линнер.

Первый министр вздохнул, и сделал неуловимое движение рукой – дверь бесшумно закрылась.

– Линнер, – задумчивый взгляд Ринала скользнул по стенам каземата. – Смею уверить, твоих криков никто не услышит. А магия в этой камере действует только моя. Слух о том, что мне нравится мучить людей полная чепуха, я не садист и не извращенец, что бы там ни говорили. Просто если я ну-ждаюсь в информации, я добуду её любыми, даже самыми неприглядными средствами, – Ринал пристально посмотрел на пленника. – Может, подумаешь ещё раз?

– Ринал, – Линнер спокойно взглянул прямо в глаза первому министру. – Ты меня не запугаешь. Если бы я даже знал, где сейчас Дориан, я бы всё равно не ответил.

– Я и не запугиваю, – Ринал отстранённо улыбнулся. – Ты сам сейчас убедишься в том, что я слов на ветер не бросаю.

Альмарис услышала, что Ринал куда-то уехал – с улицы донёсся стук копыт, – и её посетила шальная мысль: а не глянуть ли на кабинет первого министра?

– Ты действительно сумасшедшая, дорогая моя, – пробормотала девушка, остановившись перед дверью и сжав позолоченную ручку.

Принцесса вошла и огляделась. Обычный кабинет, обстановка ничем не отличалась от кабинета её отца в Ферре, только у стены рядом с камином висит, слегка покачиваясь, Ламирон в окружении знакомого Тайрен'эни тумана.

– Что же он сотворил с тобой, а? – Альмарис сосредоточенно нахмурилась, осторожно попытавшись проникнуть в сущность дымки.

Она успела только понять, что это какое-то очень сильное и странное, чужое волшебство, и с ходу с ним не справиться. Резкая боль заставила Рили сложиться пополам, на мгновение перехватило дыхание и потемнело в глазах, но девушка быстро пришла в себя.

– Ах, вот как, магия Херим Серта, да? – принцесса хмыкнула, покачав головой. – Ничего, я найду способ избавить Ламирон от твоих грязных рук, Ри-нал.

Альмарис не стала больше искушать судьбу и вернулась к себе. Сказались пережитые волнения, и девушка рано легла спать, тем более что горничная принесла записку от Ринала с извинениями, что он не сможет вернуться к ужину – дела задерживают. Подавив сожаление, что они сегодня больше не увидятся, Рили ещё раз вызвала в памяти короткое письмо Кендалла, и уснула с улыбкой на губах.

Ринал вернулся поздно, раздражённый и усталый. C Линнером оказалось не так просто справиться, волшебник сумел выдержать то, что немногие до него выдерживали.

– Тиррелов упрямец, – выругался Ринал и в раздражении швырнул плащ на стул, усевшись в кресло перед камином. – Что-то ты знаешь, Линнер, и молчишь, но я и не с такими молчунами справлялся. Ты у меня заговоришь…

– Э-э… Ринал? – первый министр резко обернулся на голос.

В тёмном углу виднелась неясная фигура, похожая на мужчину в плаще.

– Вы кто? – Ринал прищурился. – И как попали в мой дом, минуя стражу?

– Когда-то давно я жил в Нимелии, – неожиданный посетитель вышел на свет. – И хорошо знал прежнюю Тайрен'эни.

– Вы – призрак? – догадался первый министр. Откуда-то лицо ему было знакомо.

– Да. Трейз Райтон к вашим услугам, милорд, – тот поклонился.

Ринал изогнул бровь, рассматривая пришельца.

– Вас убили, насколько я помню?

– Именно, из-за вещицы, которую подкинули мне вы, если не ошибаюсь, – призрак криво усмехнулся.

Первый министр согласно наклонил голову.

– Вы пришли мстить, господин призрак? – с любопытством поинтересовался он. – И вообще, как вы здесь появились?

– К сожалению, я теперь связан с вами, милорд. Обруч уничтожен, но я слишком долго имел с ним дело, и убили меня не обычным мечом. Так что, считайте меня кем-то вроде вашего персонального советника.

– Советника в чём? Как ты можешь знать больше меня?

– Кое-что я всё-таки знаю, милорд, – Трейз снова усмехнулся. – То, чего вы никак не можете увидеть, попавшись на ту же удочку, что и я в своё время.

– И что же я не могу увидеть? – насторожился Ринал.

– Сложите кусочки мозаики, и постарайтесь не думать о любви к Альмарис, милорд. Ответ на поверхности.

– Ладно, сударь, раз вы так говорите. Но учтите, что я испытываю ужасную головную боль, как только начинаю думать о чём-то, связанном с Артефактом, – Ринал соединил перед собой кончики пальцев.

Райтон кивнул.

– Ещё один способ защиты, милорд. Как и ваша избирательная потеря памяти.

– О, вы и об этом знаете, – пробормотал удивлённо Ринал.

– Я же говорю, после смерти становятся доступны очень интересные сведения, особенно если тебя убила Тайрен'эни, да ещё и Ламироном. Но если я всё расскажу, будет неинтересно. Вы же умный человек, милорд, пошевелите мозгами, – Трейз хмыкнул. – А головная боль – ещё одна защита Артефакта своих тайн. Но Тайрен'эни вы так не почувствуете, думаю, вы и сами это поняли. Я скажу, когда это прекратится, но сначала поразмышляйте.

Ринал кивнул.

– Ладно, попробую. Начнём с того, что Рили – наследная принцесса Нимелии. Госпожа Альмарис Орнелис, если быть точным. У неё оказался Ламирон, меч Тайрен'эни.

– Это факты, – Трейз кивнул. – Продолжайте.

– Ещё у меня есть портрет последней Тайрен'эни… – Ринал прервался и поморщился – в виски вгрызлись тонкие иглы боли, пока ещё терпимой.

– Это не портрет Кристен, – обронил Райтон.

– Что?.. – Ринал недоверчиво уставился на собеседника.

Призрак встал, взял "Историю", и открыл на нужной странице.

– Подойдите сюда, – дождавшись, пока Ринал остановится рядом, Трейз провёл ла-донью над портретом. – Смотрите.

Первый министр уставился на изменившееся изображение.

– Вы просто ещё не знакомы с магией Херим Амира, – снисходительно улыбнулся Лигмор. – Она особенная, она… как бы это сказать… она словно пах-нет неуловимым ароматом весны…

– Да вы поэт, – рассеянно заметил Ринал, пристально разглядывая Кристен. – Кого-то она мне напоминает… – едва он это сказал, боль усилилась настолько, что глаза защипало. Первый министр стиснул зубы, сжав кулаки и впившись ногтями в ладони.

– Леди Альмарис Орнелис, – Трейз скрестил руки на груди, покосившись на собеседника. – Больно? – сочувственно спросил он.

– Не то слово, – процедил Ринал. – Кажется, шевельну головой, и она разлетится, как арбуз.

Райтон кивнул.

– Потерпите ещё немного, милорд. Скажите, как зовут нынешнюю королеву Нимелии?

– Кристен Орнелис, – ответил Ринал.

Он ещё не успел осознать догадку, как голова словно взорвалась изнутри. Вскрикнув, волшебник сжал виски и упал на колени, хватая ртом воздух. Мысли смешались, боль не давала сосредоточиться ни на чём, даже на магии.

– Думай об Альмарис! – донёсся до него голос Райтона. – Слышишь, думай про неё!

– Рили… – затуманенное сознание попыталось зацепиться за имя. – Рили, она… – снова вспышка боли.

– Она просто девушка, ты её любишь! Думай о ней! – настойчиво повторял призрак.

Постепенно боль ушла, затаившись где-то глубоко, Ринал поднялся и почти упал в кресло, избегая думать о только что сделанном открытии.

– Это пройдёт только тогда, когда Альмарис признается сама, или подтвердит твои догадки, – сказал Райтон. – Но я сомневаюсь, что ты сможешь ей рассказать, судя по тому, как тебя сейчас скрутило.

– Я… прав? – Ринал не сводил с призрака взгляда.

– Да, – Трейз кивнул. – Принцесса Альмарис Орнелис также является и Тайрен'эни, которую ты так долго искал. Эх, угораздило же тебя влюбиться в неё… – призрак покачал головой.

– Думаешь, это мне помешает?

– Тебе пора в Херим Серт, – тихо произнёс Райтон. – Вместе с Альмарис. Если конечно хочешь жить в этом мире. Сразу предупреждаю, принцесса в твоём междумирье долго не протянет. Там даже Артефакт сдаёт, что уж говорить о человеке.

– Я хочу жить здесь, – отозвался Ринал. – Хватит скитаться, мне тоже нужен дом. Кстати, почему я должен везти Альмарис в Херим Серт? Никак не могу вспомнить, зачем мне вообще нужен… нужна эта вещь, – волшебник не рискнул вслух назвать Артефакт.

– Как всё запущено, – призрак вздохнул. – К сожалению, не могу сказать, хотя и знаю. Ты должен вспомнить сам. Ну или Альмарис тебе поможет, если всё-таки сама признается в том, кто она такая на самом деле.

– Она поможет, – твёрдо ответил Ринал.

– Ты так уверен? – Райтон изогнул бровь. – Тайрен'эни, знаешь ли, железные леди. Узы, связывающие их с этой вещью, могут оказаться сильнее чувств. Да и потом, разве принцесса сказала, что любит тебя?

– Это дело времени, – Ринал улыбнулся. – Она принимает мои знаки внимания, и ей приятно находиться со мной рядом. И потом, Альмарис ни с кем кроме меня здесь не знакома. У меня нет конкурентов.

– Мда, я тоже в своё время хотел жениться на наследной принцессе, – Райтон вздохнул. – Правда, у меня тогда были другие цели, нежели у тебя. Кстати, ты ошибаешься, если думаешь, что Альмарис не думает ни о ком, кроме тебя, – призрак издал смешок.

– О чём ты? – Ринал выпрямился, нахмурившись.

– Дориан Кендалл, милорд, – невозмутимо ответил Трейз. – Принцесса успела познакомиться с ним.

– Ах, этот, – волшебник небрежно отмахнулся. – Он далеко, а я рядом с Альмарис. Не думаю, что он представляет серьёзную угрозу, по крайней мере в отношении Рили.

– Как насчёт выбора? – напомнил Райтон. – Артефакт управляет жизнью принцессы, и чувствами тоже. Ты не сможешь преодолеть его влияние.

– Артефакт у меня, – Ринал пожал плечами. – И я чувствую, что с Альмарис меня связывает нечто большее, чем просто любовь и эта штуковина. Именно её я хотел найти, и мне кажется, я познакомился с ней гораздо раньше, не в Келарии.

Призрак одобрительно кивнул.

– Правильно мыслишь. Но не переусердствуй, и отправляйся лучше спать. Надеюсь, тебе повезёт больше, чем мне. Спокойной ночи.

Ринал последовал совету Райтона, покинув кабинет и направившись в спальню. День был трудный, а завтра предстояло много сделать. В отдыхе он действительно нуждался.

На следующий день, во время примерки – платье было почти готово, – Рили незаметно передала записку той же девушке, шепнув ей:

– Скажи, что со мной всё в порядке, ладно?

Та еле заметно кивнула и отошла. Когда портниха наконец покинула особняк, Рили спустилась к обеду, размышляя, как же сбежать из осо-б-няка, не применяя магию вообще, или в крайнем случае, используя хотя бы стандартные знания, а не то, чему её учила Эллинора – запрет на примене-ние высшей магии для неё никто не отменял. Тем более, здесь, в особняке Ринала. Первого министра в столовой ещё не было. Альмарис рассеянно приня-лась за завтрак, когда с порога раздался голос:

– Доброе утро, Рили, надеюсь, ты хорошо отдохнула. Не хочешь подышать свежим воздухом?

Принцесса вопросительно посмотрела на Ринала.

– Простите… что?

– Я приглашаю тебя на прогулку после завтрака, – он сел за стол.

Она отметила бледность и тени под глазами Ринала, и в то же время уло-вила странный огонёк в глубине серых глаз. "Что он задумал?.."

– Поедем, прогуляемся? – повторил он предложение.

– К-куда? – настороженно поинтересовалась Рили.

– В лес, – неожиданно ответил Ринал и улыбнулся. – Мне кажется, ты любишь природу, Рили.

Она могла отказаться, и первый министр не настаивал бы – каким-то образом принцесса знала это. Но в том-то и дело, что она не хотела отказываться. Несмотря на то, что Ринал был в шаге от разгадки её главной тайны, Альмарис всё равно тянуло к этому странному человеку.

– Да, люблю, – она даже не стала бороться с собственным желанием.

– Вот и замечательно. Я подожду тебя здесь.

Подумав, Альмарис решила надеть простое платье из янтарного шёлка, без украшений, и перевязала волосы лентой. Спустившись вниз и выйдя вслед за Риналом на крыльцо, Рили не удивилась, увидев лошадь – по лесу обычно в экипажах не гуляют. Первый министр помог ей сесть, и не успела Альмарис спросить, почему лошадь одна, как он сел позади неё. Сердце принцессы забилось испуганной птицей, она замерла, боясь пошевелиться, а Ринал тем временем взял поводья и направил лошадь по одной из улиц, к лесу.

Рили слышала его дыхание у самого уха, чувствовала, как ровно и сильно бьётся его сердце, и пыталась сдержать волнение, вдруг охватившее её. Они ехали молча, но принцесса опять обратила внимание, что тишина не была натянутой. Этот человек словно околдовывал, в присутствии Ринала Альмарис ничего не могла с собой поделать: ей было хорошо и спокойно. "Боги, помогите мне…" Она даже думать не хотела, что значат эти ощущения, и как за спасительную соломинку попыталась ухватиться за мысли о Дориане. Однако его лицо ускользало из памяти, что вызвало смутное сожаление и чувство вины.

– Мне нравится, когда ты так близко, – неожиданно сказал Ринал, и Альмарис вздрогнула. – Ты напряжена, Рили. Что-то не так?

"Да! Всё не так!"

– Н-нет, всё в порядке, – поспешно ответила девушка.

Ринал вздохнул, и до границы Монтара и леса они ехали молча. Альмарис пыталась строить предположения, о чём первый министр хотел с ней поговорить – а в том, что разговор будет, она и не сомневалась. Но мысли путались, и Рили оставила бесполезное занятие, положившись на удачу и надеясь, что сумеет избежать неприятных тем. Ближе к лесу особняки стали больше похожи на загородные дома, окружённые садами и высокими стенами, неширокая улочка вывела их прямо на опушку, под сень высоких клёнов и берёз. Ринал пустил лошадь по тропинке, и одной рукой обнял Альмарис.

– Здесь есть одна уютная полянка, – негромко произнёс он. – Уверен, тебе там понравится.

Через несколько минут деревья расступились, и первый министр остановил лошадь. Лучи солнца, проходя сквозь кроны, отбрасывали на траву кружевную тень, маленькие лесные цветочки благоухали нежным свежим ароматом, лёгкий ветерок доносил щебет птиц – Рили, вдохнув сладкий лесной воздух, невольно улыбнулась, напряжение покинуло её. Ринал спрыгнул и протянул руки. Улыбка на лице принцессы очень обрадовала волшебника. Альмарис соскользнула с лошади, и на какой-то момент оказалась близко-близко от Ринала. Их глаза встретились, и неожиданно её пронзило острое чувство чего-то необратимого. С этой прогулки она вернётся совсем другой, и дороги назад не будет… Волшебник первый отвернулся, и подвёл девушку к стволу дерева.