Текст книги ""Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельникова

Девушка сладко зевнула, вылезла из ванны, и закуталась в тёплый бархатный халат, сев перед камином и начав неторопливо расчёсываться. На ле-стнице послышались быстрые шаги, Сэнди довольно улыбнулась, догадыва-ясь, кто это может быть.

– Всё, Чертёнок, я больше так не могу, – Рейк закрыл дверь и прислонился к ней спиной, не сводя с девушки мрачного взгляда.

Она изогнула бровь, глядя на него насмешливыми глазами, красивые губы чуть дрогнули, сдерживая довольную усмешку.

– Добрый вечер, Рейк, – мурлыкнула она. – И как же ты больше не можешь, а?

– Как есть ведьма, – он в два шага оказался рядом с девушкой и сгрёб её в охапку, нежно прижав к груди. – Всё. Больше я тебя никуда не отпущу, моя маленькая колдунья.

– Мои возражения не учитываются? – тонкий пальчик скользнул по шнуровке на его рубашке, заставив её развязаться.

– Если бы ты имела возражения, детка, то я бы давным-давно вылетел за дверь, – Рейк отвёл вьющиеся пряди с её личика и медленно, наслаждаясь каждым мгновением, поцеловал Сэнди. Девушку охватила дрожь, желание за-ж-гло в крови настоящий пожар.

– Не боишься любить волшебницу? – Чертёнок откинула голову, позволив рукам Рейка развязать пояс халата, а его губам – неторопливо исследовать на вкус нежную кожу на изящной шейке.

– Как-нибудь переживу твой характер, – пробормотал он, спуская тяжёлый бархат с точёных плеч. – Всемогущие боги, сколько раз я раздевал тебя во сне!.. Девочка моя, мой лохматый непоседливый котёнок…

Чертёнок воркующе рассмеялась, шевельнув пальцами – рубашка Рейка спланировала на пол. Девушка игриво тряхнула кудрями, согнутым указа-тельным пальцем зацепив пояс его штанов, и потянула за собой к кровати.

– Ну тогда давай посмотрим, насколько реальность отличается от снов, ми-лый мой медведь.

…Единственное, о чём Сэнди пожалела, так это о том, что они потеряли столько времени после штурма дворца. Рейк очень старался быть осто-ро-жным и нежным, девушка казалась такой хрупкой по сравнению с ним, но Сэнди свела все его благие намерения на нет, удивив и обрадовав необуздан-ной страстью. Долгожданный спокойный сон пришёл к ним только с рассве-том, Чертёнок, свернувшись клубочком у него под боком, сладко посапы-ва-ла, чуть приоткрыв ротик, уставшая и довольная, как никогда.

…Сэнди подскочила на кровати, глядя в стену невидящим взглядом, сердце колотилось, как сумасшедшее. Перед глазами стояла странная картина: освещённая огнём в камине спальня, высокое стрельчатое окно, возле которого стояла Альмарис, и за её спиной Ринал. К ужасу Чертёнка, последний обнимал принцессу, а она задумчиво улыбалась, прижимаясь к его груди.

– Милая, ты чего?.. – сонно пробормотал Рейк, приподнявшись на локте.

Сэнди не услышала. В памяти всплыл последний разговор с волшебником в Монтаре, и ей стало по-настоящему страшно. "Что происходит в Толеан Серте? Что случилось с Рили?" Неожиданно Чертёнок поняла, что Ринал говорил правду про них с Альмарис. Что-то случилось, и её сестра выбрала того, кто оказался виноват во всех событиях, начиная от кражи Артефакта и заканчивая мятежом в Келарии. Зажмурившись, Сэнди тряхнула головой, приложив пальцы к вискам. Встревожившийся Рейк сел, обняв девушку.

– Сэнди, ты в порядке?

Она посмотрела на него, и в глубине серых глаз Рейк увидел страх.

– Я боюсь, – прошептала она. – Я… я видела нехороший сон, – волшебница запнулась. Стоило ли говорить кому-то о видении, кроме Эллиноры? Ведь ещё оставался маленький шанс, что Ринал соврал, и Альмарис по каким-то своим соображениям делает вид, что испытывает к нему чувства. Сэнди выдавила улыбку. – Ничего, милый. Всего лишь кошмар. Мне просто надо выспаться, вот и всё.

Снова устроившись на плече Рейка, Сэнди была уверена, что в скором времени им предстоит получить убедительные свидетельства того, что происходит далеко на севере. И почему-то Чертёнку казалось, что они никому не понравятся… До конца не-де-ли оставалось три дня.

Вечером третьего дня Сэнди, нахмурившись, изучала план города в кабинете Дориана.

– Похоже, эта Телли Ориэ что-то чует. Они несколько раз приближались к выходам на поверхность в разных частях города, я чувствовала, но почему-то не выходили.

– Думаю, они понимают, что загнаны в угол, и рано или поздно им придётся выйти на поверхность, – задумчиво ответил Мирт. – Не удивлюсь, если Ориэ решится на это именно сегодня, погода как раз подходящая – того и гляди, разразится гроза.

– В случае чего с вами отправится отряд стражников, – сказал Дориан. – Я не хочу рисковать вами обоими, кроме того, что вы лучшие волшебники в Уркане, вы ещё и мои друзья. Линнер мне потом голову оторвёт, если с вами что-нибудь случится.

На улице вдруг резко, неожи-данно, пошёл сильнейший ливень, вода стояла стеной.

– Оставайся здесь, Сэнди, – предложил Дориан. – Рейк всё равно заедет сюда на обратном пути. Мирт, и тебе, думаю, будет скучно дома одному.

Чертёнок озадаченно посмотрела в окно – что-то было очень странное в этом дожде, ненастоящее…

Телли Ориэ старалась не сильно стучать зубами, кутаясь в сырой, влажный плащ. По стенам сочилась вода, откуда-то глухо доносился мерный шум дождя, и всё вокруг пропитал неизменный, ужасный запах сточных вод. Вол-шебница снова почувствовала приступ страха и отчаяния.

– Никлис, надо выходить отсюда наверх, – она чихнула. – И покинуть Келарию вообще.

– Телли, ты сама говорила, все выходы запечатаны заклинаниями, – покачал головой де Фрэтт. – Едва мы выйдем, нас тут же схватят. Лучше переждать ещё немного, пока о нас забудут.

– Я заболела, Никлис, мне нужна помощь знахаря. А о нас так просто не забудут, не надейся. Та волшебница, которую мы видели в день восстания, это она поставила заклинания на выход. Ей остаётся только ждать, когда нам на-доест нюхать запах дерьма, и мы вылезем наверх, – резко отозвалась Телли. – Я не смогу обойти заклинания, они слишком мудрёные для меня! И этот дождь, Никлис, – уже тише продолжила волшебница. – Он странный… Надо уходить, Никлис.

– И оставить Келарию Кендаллу? – резко ответил де Фрэтт.

– Опомнись, он официальный наследник! – Телли с горечью усмехну-лась. – Старый король написал бумагу, в которой передал все права на прес-тол лорду Дориану Кендаллу, единственному родственнику! Прошлого не вернуть, Никлис, мы остались одни. Я хочу убраться отсюда как можно скорее, и плевать я хотела на всякие заклинания. Ты со мной?

Де Фрэтт понимал, волшебница права, и ничего уже исправить нельзя. Оставалось только незаметно покинуть столицу, пробраться в Шулис, да оставить Келарию до лучших времён.

– Идём, – кивнул он наконец.

Они дошли до ближайшей же решётки, и Телли, прежде чем открыть её, попыталась всё же ослабить заклинание – нейтрализовать его она бы не смогла. Преодолевая барьер, волшебница на мгновение почувство-вала неприятное ощущение, но оно исчезло, как только она оказалась на ули-це, моментально промокнув под сплошной стеной воды.

– Они будут здесь через несколько минут! – прошипела Телли, бегом направляясь вглубь переплетения переулков и улочек – они вылезли в районе тру-щоб Уркана. – И ещё здесь поблизости патруль!

Им не повезло, Рейк, возглавлявший отряд, заметил метнувшиеся тени, и последовал за ними. Де Фрэтт, ухватив Ориэ за руку, бежал по улицам, сворачивая во дворы, пытаясь запутать следовавших по пятам гвардейцев, но Рейк провёл здесь достаточно времени, чтобы хорошо выучить эту часть города. Телли задыхалась от быстрого бега, она не могла остано-ви-ть-ся даже на минутку, чтобы воспользоваться магией. Сумасшедшая гонка за-кончилась неожиданно, когда де Фрэтт и Телли Ориэ, в очередной раз за-ве-р-нув за угол, оказались в тупиковой улочке. Посмотрев друг на друга, они без слов поняли, что это конец.

– Очень скоро здесь будет та волшебница, – тихо сказала женщина. – Отойди, Никлис, сейчас будет жарко. Я попытаюсь прорваться.

…Сэнди вздрогнула, открыла глаза и выпрямилась в кресле: её пронзило острое чувство опасности, и одновременно отозвалось одно из закли-на-ний, закрывавших канализационную решётку. Чертёнок не на шутку испу-га-лась, вдруг отчётливо ощутив, что опасность грозит Рейку.

– Всемогущие боги, только не это! – она вскочила и схватила плащ. – Не дайте боги, он встретил эту ведьму!

Сэнди не помнила, как выбежала из дворца, ничего не отвечая на удивлённые возгласы. На её счастье, под навесом, спасаясь от дождя и греясь у ко-стра, расположились несколько гвардейцев, и там же стояли две лошади. Че-ртёнок вскочила в седло, ничего не объясняя ошарашенным солдатам, и конь рванулся вперёд, под ливень. Девушка очень боялась не успеть, ведь Рейк на-верняка не знает, кого преследует!

– Я убью эту тиррелову стерву, если она что-нибудь сделает с Рейком! – сквозь зубы процедила Сэнди, вглядываясь в тёмные улицу.

Дождь застилал глаза, но Чертёнку не нужно было зрение, она ориентировалась по ощущениям, и они говорили, что она уже близко. Чувство опасности резко возросло. "Не успеваю. Всемогущие боги, не успеваю!" Она повернула за угол и резко натянула поводья, соскальзывая на тро-туар, делая отчаянный рывок к Рейку, стоявшему напротив тупика.

– Рейк, стой!!!

Телли Ориэ подняла руку, Рейк глянул на возникшую вдруг перед ним девушку, в любом случае не успевавшую защититься. Он молча оттолкнул Чертёнка в сторону, приняв удар волшебницы на себя. От яркой вспышки все на мгновение ослепли. Сэнди медленно поднялась с колен, не сводя глаз с тела Рейка – он без сознания лежал на мостовой, страшные ожоги на груди не сулили ничего хорошего. Чертёнок уставилась на Телли Ориэ, и последняя почувствовала всю силу взгляда юной волшебницы, невольно поёжившись, – женщина поняла, что живой ей из этой переделки не выбраться. Сэнди медленно подняла руку, глухо сказав с отрешённым лицом:

– Я тебя убью.

– Воспитанница Херим Амира, – совсем тихо прошептала Телли Ориэ, даже не делая попытки защититься – между пальцами девушки плясали искры, несмотря на сильный дождь.

Больше она ничего не успела сказать, Сэнди обрушила на женщину всю злость и отчаяние – волшебница просто пропала в бесшумной яркой вспышке, только горстка моментально намокшего пепла свидетельствовала о том, что здесь стоял живой человек. Де Фрэтта окружили гвардейцы, связав ему руки за спиной – Никлис даже не пытался сопротивляться, подавленный только что произошедшим. Дождь как-то резко, внезапно кончился, как и начался, но на сей раз Сэнди не обратила внимания на странное поведение по-годы, склонившись над Рейком и не сдерживая слёзы.

– Милый мой, потерпи немного, пожалуйста! Я помогу тебе, только вернёмся во дворец!.. Только не умирай, слышишь, Рейк, не смей умирать!!!

В переулке появился чёрный тюремный экипаж, куда усадили де Фрэтта, и второй, вместе с Миртом, Дорианом, и ещё одним отрядом охраны – по-скольку Кендалл являлся наследником, он теперь не мог в одиночестве раз-гу-ливать по улицам.

– Что с ним? – с тревогой спросил Дориан, подходя к Чертёнку. – Он жив?..

– Жив, – девушка всхлипнула. – Всемогущие боги, Дориан, я боюсь!.. – Сэнди уткнулась лицом в грудь Кендалла. – Я боюсь, что… не смогу ему помочь!..

Мирт и ещё двое волшебников тем временем осторожно укладывали раненого в экипаж.

– Тихо Сэнди, не надо плакать, – Дориан успокаивающе погладил её по мокрым волосам, плечи девушки вздрагивали. – Идём, посмотрим, чем можно помочь Рейку.

Он обнял Чертёнка за плечи и отвёл в экипаж. Волшебница, стиснув зубы, взяла себя в руки, вытерла щёки, и наконец внимательно осмотрела Рей-ка. На улице, тем временем, творилось совсем неладное: тяжёлые, мрачные тучи мгновенно разошлись, и установилась жуткая жара, лужи высохли за несколько минут. Мирт с беспокойством покосился в окно, у него возникло множество вопросов к Дориану и Чертёнку – он смутно догадывался, что погода как-то связана с Артефактом и Тайрен'эни, а поскольку Сэнди была из Нимелии, вполне возможно, что она могла что-то знать. На побледневшем личике Сэнди ясно выразилось отчаяние, когда она закончила осмотр.

– Дориан. Всемогущие боги, Дориан! Я одна не справлюсь, – она подняла на Кендалла ставшие большими от страха глаза. – Я не смогу вытащить его с того света!.. Мне нужна мама, – тихо закончила она, опустив голову.

– Я передам Линнеру, что леди Эллинора нужна тебе, – негромко отозвался Мирт. – А ты должна хоть немного отдохнуть, у меня мрачное предчувствие, что с арестом де Фрэтта всё далеко не закончилось.

…Когда все разошлись по комнатам, отдыхать после трудной ночи, а Сэнди осталась рядом с Рейком, по-прежнему находившимся без сознания, Кендалл, стоя у окна в своей спальне, поднял взгляд к звёздам: "Рили, родная моя, любимая, что с тобой происходит?.." На небе расцветали фантастические узоры, город окутал туман, одев деревья в потрясающий наряд из сереб-ристого инея. Дориан закрыл глаза и прислонился к холодному стеклу, сдер-живая подступающее отчаяние.

Сэнди отказалась покидать Рейка до тех пор, пока не приедет Эллинора. Неумирающая появилась через три дня, и – к большой радости и облегче-нию всех – вместе с ней приехал Линнер. Их сразу отвели к раненому, и Эл-линора склонилась над ним, легко прикоснувшись пальцами к ужасным ра-нам. Её дочь с тревогой ждала приговора.

– Девочка моя, – Неумирающая наконец выпрямилась, избегая смотреть Чертёнку в глаза, у неё защемило сердце от грусти. – Не могу тебя обрадовать…

– Он умирает, мама? – прямо спросила Сэнди.

Эллинора кивнула.

– И… ты не можешь ему помочь? – напряжённым голосом спросила девушка.

– Неумирающая имеет право спасти от смерти только одного человека, – женщина посмотрела прямо в глаза дочери. – Я помогла тебе, тогда, после тю-рь-мы. Рейк умирает, родная моя, к сожалению, это так. Я бессильна.

– Нет никакой возможности?.. – голос Сэнди задрожал, как она ни сдерживалась.

Эллинора молчала: выход был, но тяжёлый, а врать дочери она не могла – они так недавно преодолели наконец глухую стену непонимания.

– Не молчи, мама!..

Женщина сжала губы.

– Ты можешь спасти его от смерти, Сэнди, если станешь Неумирающей. Откажешься от жизни ради жизни.

– Тогда кто-то из вас должен будет покинуть Херим Амир навсегда, – Сэнди с подозрением посмотрела на мать. – Надеюсь, это будешь не ты, мама?

– Нет, дорогая, мне ещё рано уходить, – Неумирающая криво улыбнулась. – Думаю, я сумею договориться… Постой, ты что…

– Я собираюсь стать Неумирающей, – тихо произнесла девушка. – Расскажи, что надо делать.

ГЛАВА 17

…Время текло странно в Херим Серте, Альмарис его совершенно не замечала. Дни неторопливо проходили один за одним, заполненные то посиделками в библиотеке, то прогулками в окрестностях – тут оказалось много красивых мест, включая пещеры в горах, – то неспешными разговорами. После того приступа утром Ринал стал осторожнее, и никогда почти не оставлял девушку одну. Исключение составляли моменты, когда ему надо было присутствовать в Тол Эммере, и вот тогда Альмарис приходилось худо – по какой-то непонятной причине влияние Артефакта усиливалось именно когда волшебника не было рядом, и сопротивляться девушка не могла. Когда она второй раз чуть не подралась с Риналом в зале портала, он предложил или закрывать её в комнате, или чтобы она спала во время его отсутствия. На что Рили ответила, криво улыбнувшись:

– Ты помнишь, что было утром? Я тоже спала, но проснулась, едва ты ушёл.

– Ну не связывать же тебя, в самом деле, – он нахмурился. – Милая, я не хочу торопить, но время уходит. Артефакт почти исчерпал силы, он слишком долго находится в Тол Эммере, и очень скоро это скажется на этом мире. Ну и… – Ринал помолчал. – Не можем же мы вечно сидеть в Толеан Серте. Рано или поздно Кендалл заявится сюда, и тогда один из нас точно умрёт.

Рили закусила губу, больно, так, что слёзы показались на глазах.

– Я не знаю, что мне делать! – вырвалось у неё. – Я здесь уже больше недели, Ринал, и я просто не знаю, что делать!

Он подошёл и обнял девушку за плечи.

– Давай поговорим вечером, ладно? – шепнул волшебник. – Ты пока посиди в библиотеке, я буду рядом, на кухне, хорошо? Я кое-что принёс почитать из Тол Эммера, там на столе лежит. Вдруг тебе будет интересно.

Она кивнула и позволила отвести себя в библиотеку. Устроившись в кресле, Рили какое-то время бездумно смотрела в огонь, чувствуя оцепенение, и даже не пытаясь думать о том, что с ней происходит – почему-то начинала болеть голова, и довольно сильно. Она пока не сказала Риналу, это началось буквально пару дней назад. Вообще, Альмарис чувствовала себя очень странно: ей было хорошо с волшебником, его общество не надоедало и не тяготило, не говоря уже о том, что тело отзывалось на каждый взгляд или прикосновение, а от негромкого голоса сердце начинало стучать чаще.

Но по утрам Рили чувствовала смутное чувство вины, и нет-нет да всплывали мысли о Кендалле. Хотя ей уже было сложно вспомнить лицо Дориана, как и время, проведённое с ним в Монтаре – короткие две недели. И иногда Альмарис казалось, когда они с Риналом вместе, за ними следит чей-то пристальный, невидимый взгляд. Вздрогнув, принцесса поёжилась, обхватив себя руками, её вдруг пробрала ледяная дрожь, хотя в комнате было даже жарко – в камине пылало целое полено.

– Это просто нелепость какая-то, – пробормотала Рили. – Почему какой-то непонятный кусок тумана имеет над моей жизнью такую власть?..

Её взгляд упал на толстую книгу, лежавшую на столе. Открыв, Альмарис обнаружила, что это рукопись, написанная мелким, но аккуратным и разборчивым почерком. Название гласило: "Псевдоразумные артефакты и магические вещи. Свойства, возможности и взаимодействие с магией". Принцесса нахмурилась, задумчиво прикусив губу.

– Интересно… – она углубилась в чтение.

"…требуется постоянная подпитка силой, это могут быть эмоции, чувства, просто магия. Обычно связаны с одним человеком…"

"…практически полный контроль над жизнью, возможности самостоятельно принимать решения достаточно ограничены, и зачастую донор ничего не подозревает…"

– Донор?.. – растерянно пробормотала девушка, наткнувшись на незнакомое словечко, но интуитивно чувствуя, что оно имеет далеко не благоприятное значение.

Пролистнув несколько страниц с описаниями непонятных опытов, Альмарис снова нашла интересную информацию.

"…Разорвать связь почти невозможно, если только донор не осознает, что им руководят, и сознательно не откажется от этой связи. В отдельных случаях, если человек обладает сильной волей и понимает, что его мыслями и чувствами кто-то управляет, он может избавиться от связи с псевдоразумной магической вещью. В каждом отдельном случае это индивидуально…"

Принцесса вчитывалась в строчки со всевозрастающим нетерпением, ожидая найти, что же делать в её случае, но дальше снова шли только общие описания и выводы.

– Задери меня демоны, как я решу проблему, если не знаю, что именно делать? – с досадой сказала она, листая страницы. – Как разорвать связь с Артефактом?

– Значит, ты всё-таки приняла решение? – от негромкого голоса Ринала Альмарис вздрогнула и чуть не уронила с колен книгу.

Он стоял у двери, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди, серые глаза, чуть прищурившись, пристально смотрели на девушку. Принцесса замерла, пойманная в ловушку его взгляда, и не зная, что ответить. Волшебник зашёл, прикрыв за собой дверь, и подойдя к окну, остановился, глядя на закатное солнце. Альмарис следила за ним, невольно отмечая, как же он хорош: неизменные штаны и рубашка чёрного цвета, немного растрёпанные волосы, задумчиво-отрешённое выражение лица – её вдруг одолело сильнейшее желание подойти и прижаться к его крепкому телу, почувствовать биение сердца, вдохнуть запах… Но Альмарис осталась на месте.

– Я эту книгу почти выучил наизусть, пока готовился появиться здесь, – наконец сказал Ринал после продолжительного молчания. – Один мой знакомый посвятил жизнь изучению таких штук, как Артефакт, и оставил свой труд мне в наследство. Долгое время она стояла и пылилась на полке, пока ты не приснилась мне, – он повернул голову и бросил на неё мимолётный взгляд, от которого Рили бросило в жар. – Конечно, было много других источников, но самые важные сведения здесь, Альмарис. Потому я и предложил тебе почитать её. Там много чисто научной информации, всякие опыты, но выводы мой друг сделал очень интересные. Не нужно никакой магии, чтобы оборвать связь между тобой и Артефактом, – его голос стал тише. – И никаких пафосных слов. Всего лишь твоё искреннее и сильное желание. Желание изменить жизнь, и отказаться от прошлого.

В библиотеке повисла тишина, нарушаемая только мягким потрескиванием огня. Нахмурившись, Альмарис откинулась на спинку кресла.

– Всё равно не понимаю…

– Ты уже сделала шаг, милая, – Ринал повернулся к ней. – Ты задумалась о том, как порвать связь между вами. Дальше всё в твоих руках. Я не могу рассказать, что и как делать, потому что не знаю. Не в действии дело, дело в тебе самой.

Она сглотнула.

– А если… – горло внезапно пересохло. – А если Артефакт заставит меня играть по своим правилам?.. – почти шёпотом спросила Рили.

– Значит, кто-то из нас умрёт, – просто ответил волшебник. – Или ты, спустившись за ним, и тогда этот мир тоже перестанет существовать, или я, когда попытаюсь остановить тебя.

– Выбор, – тихо произнесла Рили. – Снова выбор…

– Ты его уже сделала один раз, милая, – Ринал направился к выходу. – Я пока оставлю тебя, но буду неподалёку.

До темноты ещё оставалось несколько часов. Альмарис догадалась, что он решил дать ей возможность привести мысли в порядок и подумать. Вот только вряд ли за один вечер она сможет принять решение, если уж за полторы недели не получилось. В конце концов, девушка оделась и пошла прогуляться вокруг Толеан Серта – она знала, за его стенами влияние Артефакта тоже ослабевало. А вернувшись вечером, обнаружила в спальне записку, чтобы она ложилась спать, не дожидаясь Ринала – он в соседней гостиной собирался почитать какие-то рукописи из Тол Эммера. Кольнувшее сожаление обрадовало Рили – несмотря на то, что волшебник не находился непосредственно рядом, она не ощущала сильного давления со стороны воли Артефакта. Переодевшись, Альмарис легла спать, впервые за очень долгое время одна.

…Следующие несколько дней принцесса видела волшебника редко, но всё время ощущала его незримое присутствие – на подносе вместе с завтраком лежал цветок из садика, после долгой прогулки в лесу ждала горячая ванна, а вечером перед сном Рили обнаружила около кровати листок с четверостишием.

– А ты неплохой поэт, – чуть улыбнулась она, пробежав глазами строчки и подавив вздох – Ринал снова нашёл какое-то дело, чтобы не ложиться вместе с ней. Она начинала скучать всё сильнее по его объятиям и поцелуям.

Но одиночество не помогало решить главный вопрос: едва Рили начинала думать про их отношения и чувства, голова просто раскалывалась. Однако теперь боль появлялась не только от мыслей, но и вдруг, сама по себе. Это очень напоминало приступы у Ринала, когда он пытался вспомнить про Артефакт, и Рили пугала такая схожесть.

– Он пытается напомнить, кто хозяин?.. – бормотала она, пиная мягкий снег под ёлками.

Утром четвёртого дня, снова проснувшись одна, Альмарис долго лежала, уставившись в потолок, потом решительно поднялась, оделась, и сев за письменный стол, набросала несколько строчек, оставив записку на подносе для еды. Потом, одевшись потеплее, она отправилась на любимую полянку недалеко от Херим Серта, где провела почти весь день, и даже сильная головная боль не помешала ей думать о происходящем. Когда солнце окрасило верхушки елей и сосен в нежно-розовый, предзакатный цвет, Альмарис вернулась.

Медленно поднявшись по лестнице, она зашла в спальню, и бросив взгляд на кровать, чуть улыбнулась: там лежало простое платье из тонкой белой шерсти. Она не стала долго нежиться в горячей воде, уделив бассейну всего полчаса. Одевшись, Рили набросила тёплую шаль, заплела косу, и направилась в одну из гостиных здесь же, на втором этаже. Это была одна из любимых её комнат, отделанная в деревенском стиле: деревянные балки с искусной резьбой, круглый дубовый стол, мебель, обтянутая шерстью в тёмно-зелёную и синюю клетку. Альмарис села в кресло у камина, развернув так, чтобы видно дверь. Через несколько минут послышались шаги в коридоре и в гостиную вошёл Ринал.

– Ты хотела, чтобы я пришёл? – увидев её неподвижную фигурку, волшебник на мгновение замешкался у двери.

– Садись, пожалуйста, – тихо попросила Рили, голос её звучал спокойно и даже немного отстранённо, но зелёные глаза не отрывались от собеседника. – Я хочу тебе кое-что рассказать, Ринал.

– Я слушаю, – он устроился во втором кресле, поняв, что настал решающий момент. За окнами быстро темнело, на небе проступали бледные зимние звёзды.

– Ты много рассказывал о себе, о том, почему появился в моём мире, и много спрашивал меня о детстве, о жизни в Нимелии. Но есть тема, которую ты никогда не затрагивал в наших разговорах. Почему тогда, в Мотаре, я пришла к тебе и осталась, – в висках начало покалывать, но Альмарис продолжила, не обращая внимания. – Не только потому, что с помощью Ламирона ты отнял у меня силу. Тогда я… – Рили запнулась. – Я попросила помощи, у одной вещи, которую дала тётя. Какой-то древний артефакт, и он дал мне возможность стать на какое-то время свободной, быть с тобой просто потому, что мне так хотелось. Но взамен Райантэа забрал чувства к Кендаллу, и сказал, что теперь я останусь с тобой до конца, каким бы он ни был и что бы ни случилось. Я тогда не очень поняла, только испугалась, и согласилась, думая, что делаю это для блага друзей, – Рили перевела взгляд в огонь. Ринал слушал, боясь даже пошевелиться, только с досадой отметил про себя, что этот мир оказался богат на пресловутые полуразумные магические амулеты, которые изучал его друг. – Только позже мне стало понятно, что Райантэа оказал огромную услугу, позволив наконец узнать, что же такое настоящие чувства, которые вдруг появляются, когда их совсем не ждёшь, – губы девушки дрогнули в улыбке. Покалывание превратилось в пульсирование, пока ещё терпимое. – Даже когда Артефакт ещё полностью контролировал меня, в нашу первую встречу, я что-то почувствовала к тебе, – зелёные глаза на мгновение встретились с его серыми, и снова вернулись к созерцанию огня. – Никогда не думала, что моё путешествие за Артефактом превратится в выбор между двумя мужчинами, – она негромко рассмеялась, но к облегчению Ринала в голосе Рили слышались весёлые нотки. – Причем одного из них мне навязал бесформенный кусок тумана, всеми силами пытаясь убедить, что он мой избранник, – ей пришлось прерваться и стиснуть зубы – в виски словно ввинчивались раскалённые свёрла. – У мамы приключения были куда более героические, она спасала мир хотя бы. А я… – Альмарис снова подняла взгляд на Ринала, и уже не отводила его. – А я всего лишь спасаю свою любовь. Здесь, в Херим Серте, я поняла, что мне всё равно, с кем там меня связали и почему, – от ворочавшегося в голове здоровенного ежа казалось, голова сейчас взорвётся, но принцесса вцепилась в подлокотники, продолжив. – Ты рискнул всем ради меня, нарушил все законы этого мира, и показал, как можно любить женщину, – Альмарис моргнула – от боли на глазах выступили слёзы. Ринал, заметив, что с ней происходит что-то неладное, дёрнулся к девушке, но она помотала головой. – Подожди!.. Я… – она запнулась, делая глубокие вдохи, от боли сводило челюсти. Волшебник, бросив мимолётный взгляд в окно, замер: с неба, усыпанного звёздами, медленно падал снег крупными хлопьями. Наступил критический момент, Артефакт уже почти не сдерживал равновесие в этом мире, и с природой начали происходить странные вещи.

Альмарис обмякла в кресле, и Ринал тут же оказался рядом, стиснув холодные ладошки.

– Я скучала все эти дни… – с трудом прошептала она, в глазах темнело. – Я хочу быть с тобой… мне не нужна магия, я не хочу больше быть волшебницей… хочу быть просто женщиной… – её голос становился всё тише, и Ринал не на шутку встревожился. – Твоей женщиной… – Альмарис затихла, закрыв глаза, и он на одно страшное мгновение подумал, что потерял её, что они не учли что-то, и отказ Рили от Артефакта убьёт её.

– Милая, пожалуйста, не уходи! – он прижался лбом к безвольной кисти. – Я не могу без тебя, мне не нужен этот мир, если в нём не будет тебя! Я слишком сильно люблю тебя, Альмарис!

– Я тоже… – Ринал подумал, что ослышался, так тихо прозвучало это долгожданное признание, в которое он уже почти не верил. – Я тоже люблю тебя, милый… – тонкие пальцы взлохматили ему волосы, и волшебник поднял голову. Зелёные глаза ещё лихорадочно блестели, но на щеках появился румянец, а на губах – слабая улыбка.

– Как ты себя чувствуешь? – он не мог оторвать от неё взгляда, ещё не до конца веря, что всё закончилось.

– Уже лучше, – Альмарис выпрямилась, её вдруг охватила удивительная лёгкость. Она с опаской прислушалась к себе, ожидая, что произойдёт что-то особенное, означающее, что Артефакт больше не имеет над ней власти, но единственные признаки перемен были за окном.

Там неожиданно пошёл дождь, несмотря на то, что небо оставалось ясным. Принцесса тихо рассмеялась, и на какое-то мгновение чуть не задохнулась от обрушившегося облегчения и счастья, что теперь она свободна. Свободна сама выбирать, как жить дальше и с кем.

– Так просто, – Рили наклонилась и обхватила ладонями лицо Ринала, вглядываясь в его глаза, одновременно слегка растерянные, удивлённые и радостные. – Это оказалось так просто, видишь? И никакой катастрофы не случилось, как меня все пугали.

– Ну не совсем… – пробормотал Ринал, чувствуя, что утопает в зелёной глубине её глаз. – Но мы поговорим об этом завтра, ты права.

Не дав ей ничего ответить, волшебник наконец прижался к губам Рили в долгом поцелуе, бесконечно нежном и страстном. Словно со стороны девушка услышала собственный тихий стон, а по телу прокатилась жаркая волна.

– Я слишком долго спала одна, – чуть охрипшим голосом сказала Альмарис, когда волшебник наконец оторвался от неё, только затем, чтобы встать и потянуть за собой.

…Они никуда не торопились, будто впереди у них была вечность вдвоём. Рили никогда ещё не было так хорошо, и впервые ей ничего не мешало наслаждаться каждым моментом, каждым прикосновением и поцелуем – ни тягостные мысли, ни чужая воля. Сладкое слово "люблю" музыкой отдавалось в ушах, и она готова была повторять его сотни раз. Время словно остановилось, и никому не было дела до сходящей с ума природы, до внезапной жары, растопившей почти весь снег, а потом вдруг снова ударили морозы, одев деревья в хрупкий наряд из инея.