Текст книги ""Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельникова

Соавторы: Сергей Карелин,Денис Симонов,Луций Корнелий,Николай Ярыгин,Денис Варфонум
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 341 страниц)

Глава 8
Конкистадоры

Волны медленно и лениво накатывались на белый песок островного пляжа. КПВ лежал поверх одеяла, отдыхая перед походом. Где-то три часа назад он был вместе с Бароном на встрече капитанов.

«Мы знаем направление». – сказал тогда Санитар, обращаясь к Ньялю. – «Как быстро твои русалки смогут найти похитителей?»

Колдун стоял напротив КПВ, и Кириллову показалось, что Ньяль сутулится меньше прежнего и реже дрожит.

«Они уже в пути. Подруги дней наших суровых… Но сами понимаете. Время туда, время оттуда…»

«Ньяль…» – Санитар оглянулся на других капитанов и бойцов. – «Наверное, хватит играть в секреты Полишинеля. Мы уже догадываемся, что ты можешь больше, чем просто говорить с рыбами. Как быстро ты их найдешь?»

«Дайте нам несколько часов. Отдохните пока».

Акаирис впала в какое-то странное состояние. От нее можно было ожидать плача, но вместо этого она будто сломалась. Марионетка с обрезанными нитями. Села на скамье корабля и замерла. На острове, где все шло одинаково столетие за столетием, разучились переносить такие потери. У них был свой цикл жизни от рождения до смерти в утробе бога.

«Эта чертова креветка…»

Возможно ли, что божок отгонял от острова кого-то ещё? Тех, кто приплыл, услышав гром землетрясения, увидел труп монстра на берегу и подумал «ага…»

«Весело, наверное, пиздошить обсидиановым оружием тех, кто вообще драться разучился». – зло подумал КПВ. – «Но кроме обсидианового, есть ещё стальное».

– Как думаешь, они ещё живы? – Бас, грустный и бледный.

– Может быть, некоторые. – ответил Кириллов.

– Зависит от того, как давно их захватили. – добавил Марк. – И кто это был. Относительно продвинутой цивилизации нужны рабы.

– Оружие из стекляшек. – возразил КПВ. – Какая уж тут цивилизация?

– По типу ацтеков каких-нибудь.

– Да похер. – ответил КПВ.

Настроение было ни к черту. Только что у него рядом находилась живая и весёлая девушка, а теперь не очень понятно, как ее эмоционально реанимировать. Возможно ли это? Однако кое-что КПВ уже решил….

«Я не знаю кто вы такие и что вам нужно, но предупреждаю, у меня есть… не скажу, что много, не скажу, что необычных способностей… Однако напиздюлять вам сил хватит».

– На корабли!

Крик Себаса мгновенно вывел людей из оцепенения. Народ рванул обратно к кораблям. Уже через двадцать минут драккары расправили паруса. Драконы моря направились на юго-запад.

Люди прошли на веслах почти два с половиной часа, затем отдавшись воле ветра.

– Есть инфа сколько нам идти? – спросил КПВ.

– Два дня, примерно. – ответил Марк. – Если осилим ещё пару часов на веслах сегодня и четыре завтра, то к вечеру будем там.

– Понял. – Кивнул рыцарь, обнимая свободной рукой Акаирис. В ней жизни было не больше, чем в кукле.

«Хоть бы плакала. С этим все понятно. А так…»

Оставалось надеяться, что ее родичи живы. А надежда гарантий не дает.

Следующим утром разговоры на Аннигиляторной Пушке утихли. Люди, злые и сосредоточенные, работали веслами.

Крик «Земля!» не встретили как раньше весёлым гомоном.

– Ну что… – произнёс Барон, осматривая команду. – Надеваем броню.

Тонкая полоска островов на горизонте с каждой минутой росла, обращаясь крупным архипелагом. Черные скалы, белые линии пляжей, зеленые шапки лесов, горы, на вершинах которых белел снег. Все это закатное солнце красило в багровый оттенок.

«Здоровый…»

Совсем не островок эльфов, который можно часов за пять обойти по пляжу.

Над горизонтом бродили легкие дымчатые облака, в которые вечернее светило медленно сползало. Алые и красные цвета рождали тревогу в сердцах людей, предвещая скорую кровь.

– Сбавить ходу. – произнёс Барон. Ему пришло послание от Ньяля и Санитара. – Мы подождем темноты. Русалки проведут нас к берегу безопасным путем.

Марк аккуратно и с любовью проверял наконечник копья.

– Жаль, что алкашка кончилась… – вздохнул Себас.

– Хорошо, что алкашка кончилась. – возразил Марк. – Некоторые вещи лучше делать с полным осознанием.

«Не, ты все же маньяк, брателло». – подумалось КПВ.

– Так… Опыт ночных баталий нам наука… – вздохнул Себас. – Сейчас я назначу четырех фонарщиков. Их задача не ломиться вперед, а поддерживать своих. Если вдруг вы поняли, что проебались и рядом наших нет, то идите на свет. Иногда мы будем подавать и звуковые сигналы устройством типа «сковорода железная». Действовать лучше всего десятками.

КПВ был в одной группе с Бароном, Марком, Эолом, Грани и остальными. Их задача состояла в том, чтобы вломиться на территорию врага, смести его первым натиском, а затем поддерживать две другие десятки и не дать им нахрен потеряться.

– Ну, на весла. Медленно идём. Не спеша.

Драккары скользили по ночному морю, словно призраки. Словно легендарный Нагльфар, пришедший в другой мир из древних сказаний. На берегу мерцали оранжевыми точками кострища и тени плясали вокруг. КПВ вспомнил ночь в лесу, когда они накрыли полукровок. Адреналин растекался по венам, заставляя с нетерпением ждать боя. То, что переговоров не будет стало всем ясно уже очень давно. Оставался один важный вопрос: кто там на берегу?

– Прибавить ходу!

До пляжа оставалось несколько сотен метров. Можно было разглядеть, что поселение островитян прикрыто редкими деревцами. Оно находилось не у прибрежной полосы, а дальше в лесу. Пламя костров освещало снизу кроны деревьев, придавая им вид торжественный и загадочный.

Драккар слегка дернулся. Эйприл вцепилась в нос корабля и заработала длинным хвостом, меняя курс судна. Очень вовремя. Лишь вблизи КПВ рассмотрел, как над водой слегка поднимаются пористые контуры коралловых отложений. Настоящий подводный лабиринт. Несколько раз русалки меняли курс драккаров. Без них пройти здесь ночью могла бы разве что самая лёгкая лодка с опытными гребцами.

– Фонари не включать. Фонари по сигналу. – скомандовал Себас, игравший роль старшего помощника капитана.

Драккар замер у берега. Якорный камень с плеском упал в воду. Из леса доносился ритмичный стук барабанов, вопли, рык и какие-то совершенно неопознаваемые звуки.

«Не добычу ли отмечаете, суки?»

Туземцы не заметил высадку, увлеченные праздником или ритуалом. А тем временем отряды людей собирались и готовились к атаке.

– Идём!

– Вперёд!

Сквозь темноту и заросли группы попаданцев начали продвижение, оставив около тридцати ньялевцев на охране кораблей.

Одинокий костер аборигенов горел между пляжем и поселением. КПВ выскочил к нему одним из первых. И замер, пытаясь переварить увиденное. Два существа у костра также замерли, хотя до этого активно двигались, совершая фрикции.

– Это что за хер… – задался вопросом кто-то из Яровратцев.

– Зверолюды. – ответил ему другой.

Жилистые тела обоих существ покрывала короткая, но густая шерсть. Лица, а вернее морды были вытянуты на манер собачьих. Однако соотнести их с конкретными животными было сложно. Имелось в них что-то от псов, что-то от шакалов, а нечто и от лис. Жёлтые глаза мерцали в темноте. Звериные уши нервно дергались. Люди застали существ в процессе случки, или как это вообще назвать. Один явно засунул под хвост другому детородный орган, но вот что странно… Второй партнер тоже был самцом. Его выдавал эрегированный хер, красный и бесшерстный, как у собаки, с мощным узлом у основания.

– Это не зверолюды. – усмехнулся Барон. – Это ебучие фурри.

Существа у костра практически не двигались, не считая нервного подергивания прижатых ушей. Однако они были, очевидно, разумны. Волосы, если так можно выразиться, на головах у обоих выкрашены каким-то розоватым пигментом. На тела также были нанесены рисунки. Рядом ними лежал на песке обсидиановый нож с деревянной рукояткой, большая миска из половинки кокосового ореха, а в ней…

Мясо прокоптили над огнем, но контуры остались прежними. Можно было легко заметить тонкие пальцы на конце объеденной руки.

«Не рабы им нужны были…»

Видимо по лицам пришельцев зверолюды поняли, что ничего хорошего им не светит и попытались свалить. Однако сделать это оказалось не так-то просто. Похоже, шерстяные пидорасы сцепились на манер собак и разомкнуться не могли. Они комично приподнялись, поскуливая и путаясь друг у друга в ногах. На этом их спектакль закончился.

Не сговариваясь, без сигнала и спонтанно люди заработали всем колюще-режуще-рубящим, что было под рукой и немного дробящим. КПВ несколько раз полоснул пассива фальшионом по голове и зарядил активу торцом щита.

– Хватит! Хоре! – призвал Санитар, когда хиты у фуррей явно ушли в глубокий минус. Оба существа не двигали, обратившись мерзотным месивом слипшейся от крови шерсти. – Идём дальше! Предлагаю пленных не брать.

Барон поднял над головой чёрный клинок, задорно выкрикнув.

– Бей, руби и убивай!

«Меня, сука, долго уговаривать не придется».

КПВ ринулся вперед к свету и шуму поселения зверолюдей. Он несся, а за ним накатывала волна закованного в железо насилия.

Население деревни собралось в центре около громадного костра, кружась в неистовой пляске под грохот барабанов. Поодаль над мерцающими углями коптилось мясо. Кусочки, нанизанные на палочке, отдельные руки и ноги, ребра, ягодицы.

Увлеченные танцем зверолюды слишком поздно заметили вторжение. Разом смолкли барабаны, но другой шум тут же заполнил пустоту. Крики, визг, вой. У некоторых фуррей были при себе ножи и копья, но оказать организованное сопротивление они не сумели.

КПВ рубанул одного по раскрашенной морде, а ударом щита толкнул в костер. Из-за адреналина человек не обратил внимания даже на запах горящей шерсти.

«Сдохни».

На все тактические выкладки наподобие фонарей и коммуникационной сковородки люди забили болт, учинив беспорядочную резню. КПВ метался, бешено вертя головой в поисках цели. Вон один пытается встать после укола копьём.

– Лежать, сука!

Широкое лезвие подрубает шею.

– Нравится!? Вкусно, падаль!?

Шею на окованный торец щита. Удар, удар, покатилась буйна головушка.

Снова по сторонам. А всех уже почти убили. Вон Марк с перекошенным лицом методично докалывает раненых. Вон двое яровратовцев ещё шевелящегося зверолюда тащат к яме с углями и мордой в них.

Запахи крови, палёной шерсти, жареного мяса. Полумрак и какофония визгов. Мозги плавятся в адреналиновом коктейле, а душа просит больше крови.

КПВ озирался. Вон спрятался ещё один хвостатый. Мелкий, юркий и, при виде человека, дал деру к пляжу. КПВ за ним, хотя из рыцаря в броне спринтер так себе.

«Что, не ждал, сучёныш?»

Он выбежал к драккарам, а там его встретили дружелюбные лица и копья полукровок Ньяля.

Они создали там нечто наподобие заслона, и один труп уже лежал у их ног. Зверолюд, проявив чудеса ловкости, сумел прорваться к воде, получив лишь скользящие попадания. Он отчаянно заработал конечностями, загребая темную воду. Ньялевцы даже не пытались его преследовать.

– Уйдет же! – с досадой воскликнул КПВ.

В ответ ему полукровоки лишь загадочно ухмыльнулись.

– Аааа…

КПВ тоже ухмыльнулся, заметив, как блеснул серебром в лунном свете хвост русалки.

«Уйдет. Обязательно уйдет. На дно».

Нечто дернуло зверолюда под воду. Он вынырнул спустя несколько секунд, отчаянно скуля и беспорядочно работая лапами. Снова под воду. Брызги, буруны, и видно было как боролись силуэты над самой поверхностью. Зверолюд снова вырвался или, скорее, русалка отпустила добычу, играя с жертвой. Фуррь проплыл еще метров пять, а затем бульк…

И уже ни следов борьбы, ни капель, даже пузырей практически нет.

 
– Приходит, уходит волна быстротечно:
А юноши нет и не будет уж вечно.
 

Продекламировал с зловещей ухмылкой Ньяль, сидевший на корпусе туземной лодки.

– Туда ему и дорога. – ответил КПВ, сплевывая на песок. Он побрел обратно в деревню, где страшная бойня уже завершилась за неимением тех, кого ещё можно было зарезать.

Альбрехт снял шлем и кирасу, а меч сменил на лопату. Могилу он копал не для зверолюдей. Их решили отдать морю. В землю же поместили останки несчастных, что были схвачены на острове эльфов.

Впрочем, нескольких пленников прибытие людей спасло. Вопрос: надолго ли?

– КПВ, Эола не видел? – спросил Себас.

– Не. Я у кораблей был, а что… Блядь.

Недалеко от людской толкучки сидело или стояло четверо выживших эльфов. У одной девушки постарше не было левой руки. От другого парня вообще остались только торс и голова. Остальные были целее. Не считая того, что в промежности и ниже по ногам засохли пятна крови.

Все эльфы были в состоянии совершенно неадекватном. Еще хуже чем Акаирис.

– Бля, Эола кто видел!? – голос Барона. – Сюда, сюда. Нужна твоя помощь.

Эльф проявился через несколько минут. Похоже гонял шерстяных пидоров по лесам. К поясу у него было привязано два отрезанных пушистых хвоста.

– Можно сделать хорошую шапку. – прокомментировал он свою добычу.

– Эол, бери иголки. Тут полно раненых. – это был уже Санитар. Он пытался обрабатывать раны, но делал это не очень уверено. – У тебя всяко опыта больше.

Эльф лениво и устало вздохнул. Он посмотрел на Барона, затем на раненых.

– Я проявлю уважение к вашей простоте и зашью их раны. – произнес Эол. – Но они умрут очень скоро.

– С чего ты взял? – сердито буркнул санитар, пытаясь затянуть на культе девушки бинт.

– Дух сломлен. Фэа истекает и не восполняется. Их мир погиб, их племя исчезло. Цикл жизни прерван навсегда.

– Давай их все равно заштопаем. – возразил Барон. – Таки уж у нас принципы.

Эльф пожал плечами и пошел за инструментами. КПВ направился за ним.

– Эй. Погоди.

– Она тоже умрет. – не дожидаясь вопроса ответил эльф. – Если не веришь, то сходи и сам взгляни.

КПВ направился к кораблю. Около него двое полукровок, а в руках у них Акаирис.

– Вы чё охуе…

КПВ чуть не кинулся на них, но они закрылись девушкой как щитом.

– Мы вам на корабль ее ложить. – оправдался один из них. – Ночь земля лежать плохо. Холод.

– Она на земле лежала?

– Она ходить деревня видеть. Потом обратно идти и упасть. – пояснил ньялевец. – Забирай. Мы не брать.

КПВ бросил оружие на корабль, а сам забрал девушку. Состояние ее сильно ухудшилось. Пустые глаза казались мертвыми стекляшками, губы пересохли.

– Да что ж такое… – вздохнул Кириллов, укладывая ее на одеяло. На внешние раздражители Акаирис не реагировала. Слова, касания, пощечины – все без толку.

КПВ снял шлем, взял оружие и вернулся в деревню тварей. Давно он не чувствовал себя таким злым.

– Есть ещё деревни. – рассуждения Санитара. – Тут было не больше пятнадцати заложников. Скелеты мы тоже посчитали. Значит есть ещё такие деревеньки.

– Конечно есть. Остров огромный. – добавил кто– то из яровратцев.

– Посмотрите сюда!

Себас показался из хижины зверолюдов, неся перед собой большое медное блюдо. Едва ли такое могли изготовить в этой деревне. А на блюде лежали ракушки, когти и зубы, свежие скальпы со светлыми волосами, но главное – несколько золотых безделиц и много разных камешков. – Кто-то мне скажет, что это за камни?

– Рубины или шпинель. – заявил один из санитаровцев. – Или все сразу. Не сильно эксперт.

– А эксперты есть?

– Жаль, Анисимов к нам не провалился.

– А блюдо-то красивое, явно не здесь его делали.

Альбрехт тем временем забрал скальпы и пошел их хоронить.

– Думаю, что выражу общее мнение! – произнёс Санитар. – Грабим остров и никакой пощады!

– Никакой пощады! – первым поддержал его КПВ. Десятки криков разогнали ночную тишину. Сотни птиц взмыли над джунглями.

– Пореконили викингов. – усмехнулся Марк. – Пореконим и конкистадоров. Кстати, КПВ, тебя Эол искал.

– Надо же… и где он?

– За большой хижиной. Странный он сегодня. Ну то есть страннее обычного.

Эол действительно был за самой крупной из хижин зверолюдов. Эльф стоял и смотрел на стену зарослей. Смахивал на кота, сосредоточенно залипшего в угол.

– Эол?

– А, господин рыцарь. Alatulya.

Эльф повернулся. Глаза его блестели в темноте, а зрачки расширились так, будто он вдолбил грамм кокаина, разбадяженного ведьмачьими элексирами.

– Я вашего языка не знаю. Что ты от меня хочешь?

– Исправить неточность. Я говорил, что она умрет, но это не обязательно. Способ есть, если тебе интересно.

– А мне интересно. – тут же ответил КПВ.

– Пойди к Ньялю и возьми у него кинжал, что был изготовлен месяц назад. Когда он спросит, о каком именно речь, то ответь: «С изумрудом в рукоятке». А уж убедить его отдать кинжал – твоя забота.

– Ясно.

«Что ничего не ясно».

Глава 9
Западня

«Так, что там мне наплел Эол…»

КПВ стоял напротив Ньяля, все еще сидевшего на туземной лодке. И, кажется, калека задремал.

– Эй… – КПВ потряс колдуна за плечо.

– Что? Домашнее задание я вам… – рассеянно пробубнил Ньяль, прежде чем взор его глаза прояснился. – А… Это сэр рыцарь. Чем обязан?

– Эол сказал, что хочет… что нужно для излечения эльфийки моей… Кинжал, который ты сделал месяц назад. С изумрудом в рукоятке.

– Вот значит как… – на лице калеки краткое удивление сменилось на удовлетворение. – Эол настолько вот осведомлен. Недурно. Однако… Эти кинжалы, сэр рыцарь, очень важны для нашей экспедиции. Я охотнее потеряю вторую руку, чем один из них.

– Скажу честно… нихрена не понимаю о чем речь. – ответил КПВ. – Но эльф-сутенер заявил, что можно спасти мою женщину.

– Конечно же можно… – Ньяль рассмеялся одновременно снисходительно и доброжелательно. – Этому миру не чужды чудеса.

– Скажу проще… Что тебе нужно за кинжал?

– Многое, сэр рыцарь. Ты хорошо показал себя в бою с тем божком. Он не последний. Их еще минимум шесть, а может быть и больше. Помоги моим слугам разделаться с ними. Обещай это и я одолжу тебе кинжал с изумрудом в рукоятке.

«Значит та тварь что-то охраняла в пещере…» – решил для себя КПВ. – «Наш колдун собирает что-то. Его дела, а мои…»

– Согласен.

– Замечательно… – Ньяль блаженно прищурился и зашарил живой рукой в поясной сумке. – Кинжал может показаться тебе странным, но не обращай внимания на его причуды. А главное… сам никогда не раскрывай его ни свету звезд, ни свету солнца.

Ньяль протянул КПВ, не оружие, а кожаный сверток, перетянутый веревкой. Кириллов взял странный предмет, ощутив, что кинжал как будто шевельнулся в руке.

«Так. Спокойно. Нанагетают интриги, а потом нормальным людям всякое мерещиться».

– Удачной охоты, сэр рыцарь. Интересно, услышите ли вы музыку…

О том, что Ньяль имел ввиду, КПВ решил даже не пытаться задумываться.

«У них с Эолом свой особый лор и правила по магии. Кинжал есть, значит надо идти дальше по плану».

КПВ ещё раз ощупал сверток.

«Не шевелится. Или… Черт с ним! Ещё и монстров Ньялю бить придется. А всего то хотелось любви и тепла».

Эола за большой хижиной не нашлось. Обнаружился эльф в другой части вырезанной деревни и был не один. Рядом находились: Марк, Грани, Лестер и Альбрехт.

– Вы можете очень нехорошо влететь, братцы. – заявил им Себас. – Одно дело крошить зверогадов полным составом. А вы хотите… Риск это. Огромный и бессмысленный.

– А что мы хотим? – нахмурившись спросил КПВ.

– Поохотиться. – лукаво произнес Эол. – Славная будет охота.

– Ну бля… – отчаянно вздохнул Себас. – Я понял, что сам чёрт вам не брат. Ломом подпоясанные, е-мое. Но идти сквозь леса и партизанить… На незнакомой местности? Я не понимаю.

– Забей Себ. – бросил мимо проходивший Барон. – У них какая-то своя мутная тема.

– Ох, что ж вы себя не бережете… – вздохнул Себас и наконец отвалил.

КПВ оглядел собравшихся.

– Значит все идете?

– Я предложил. Они вызвались. – ответил Эол.

«Странный состав…»

С Марком Крысобоем и Грани все было ясно. Они за любой движ, кроме голодовки. И с Эолом довольно дружны. Ну просто Агроном, Лаговас и Гиви Зурабович. А вот остальные?

– А вы чего с нами то решили? – спросил КПВ у Альбрехта и Лестера.

– Если это поможет спасти хотя четыре жизни, то можно рискнуть. – ответил Альбрехт.

«Ну с тобой все ясно». – подумал КПВ, вспоминая как Альбрехт похоронил останки эльфов. – «То ли синдром паладина, то ли доброго дедушки».

– Вроде бы, идут все кто хочет. – с вызовом произнес Лестер.

– Выходим завтра утром? – уточнил Марк. – Ну тогда я спать на корабль. Советую и вам выспаться.

– Забирай.

КПВ бросил Эолу сверток с кинжалом и тут же почувствовал какую-то странную пустоту в руках. Будто снова захотелось ощутить в них фактуру истертой кожи.

– Я верну его тебе завтра. – словно читая его мысли ответил Эол. – Ночью отдай свой амулет Акаирис.

«Амулетик…»

Безделушка в виде деревянного оленя с глазками из зелёных камней.

КПВ снял его и аккуратно надел на девушку, практически не подающую признаков жизни.

– И что это даст? Два темнилы…

Что Ньяль, что Это – оба не могут, а скорее не хотят нормально объяснить происходящее. Нравилось им в загадки играть. Чувствовать себя ниибацо крутыми колдунами в окружении маглов.

– Ты правильно сделал, что ее забрал.

КПВ обернулся. Сэр Лестер.

«И что тебе ответить…»

– Я тогда против был. Слишком несерьёзно все воспринял. Может, Марк был прав и многие ещё не отошли от мышления той жизни. Я вот сегодня отошел, когда в лагерь этих тварей попал. Развидеть не могу все эти… А ладно. Не держи зла, короче.

– Не держу. – ответил КПВ и протянул ему руку.

Спалось Кириллову не очень хорошо. Тревожные смутные образы быстро сменяли друг друга. Силуэты зверолюдов среди листвы, Акаирис в свежей могиле. Много раз он просыпался, оборачиваясь на девушку. Все также. Лежит слегка приоткрыв глаза. С утра попробовал дать ей воды, не было уверенности, что она проглотила хоть сколько то.

Утром большая часть людей грузилась на корабли, чтобы обогнуть остров и уничтожать прибрежные селения зверолюдов. Группа во главе с Эолом оставалась в разоренной деревне. Их должны были забрать через трое суток или чуть дольше. Примерно за такое время корабли сделают полный круг, выжигая побережье.

Четверо попаданцев, один эльф-нолдор, один гном и довесок из низших эльфов в состоянии полной апатии.

– Так куда мы идём? – спросил Лестер.

– В лес. – уклончиво ответил Эол. – Готовьтесь.

КПВ сменил кирасу на титановую бригу, но в ближайшее время он все равно начнет дохнуть от жары. Однако снять броню и оружие аборигенов становится опасным. Обсидиан хрупкий, но остроты его с лихвой хватит на разрезание мяса, сухожилий и повреждения костей.

«Кольч бы титановый… Вон у Альбрехта есть».

Эол оставил из брони лишь кирасу. Оружием ему служил иномирный полуторный меч. Гном был вооружен по своему обыкновению, Марк копьем, а двое других предпочли щиты и одноручные клинки. Сам КПВ взял полэкс, полуторный меч и кошкодер.

Из четверых низших эльфов только двое проявляли некую активность. Молодая девушка без руки вела за собой Акаирис, хотя сама еле передвигала ноги.

В таком составе они покинули разоренную деревню, направляясь в зелёную влажную чащу.

Со всех сторон что-то стрекотало, орало, шипело или стучало по дереву. Высоко на ветвях КПВ заметил мелких глазастых обезьянок с длинными белыми хвостам. Они внимательно рассматривали чужаков, уплетал какие-то плоды. Слишком засмотрелись. Меж крон ловко спикировала крупная птица. Раздался визг и одной обезьянкой на ветке стало меньше.

«В мире животных, мля.

Острова…

Ветер уносит слова, неспеша догорают сырые дрова».

Ньяль что-то говорил про музыку. От музыки КПВ бы не отказался. На душе было погано и тревожно. Они шли сквозь лес молча, по одному лишь эльфу известному маршруту.

Шел второй час пути, когда Эол остановился. Он несколько мгновений вслушивался, а затем принялся обрывать с ветвей листья. Эльф внимательно рассматривал каждый, а некоторые отбраковывал.

– И чем ты занят? – спросил КПВ. – Гербарий в школе задали?

Эол не удостоил его ответом. Набрав пригоршню листьев, эльф надрезал указательный палец левой руки и аккуратно смазал каждый кровью. Затем он начал по одному брать листья на ладонь и запускать их вверх своим дыханием. Словно одуванчик сдувает. При этом каждый раз он напевал что-то на своем.

«Лети, лети лепесток, через запад на восток, через север, через юг, возвращайся, сделав круг. Лишь коснешься ты земли – быть по-моему вели». – вспомнилось КПВ и тут он отметил: листья, действительно, улетали, будто подхваченные ветром.

– Это хороший лес. – с хищной, довольной улыбкой произнёс эльф. – Он стоит со времён рождения мира. Здесь пролилось достаточно крови. На десятки шагов вниз перегной, кости и сплетения корней. Пойдём. Слева от нас должна быть подходящая поляна.

«Интересно…»

КПВ обернулся, увидев встревоженные лица Альбрехта и Лестера.

– Он же здесь раньше не бывал? – прошептал невысокий мечник.

Марк же, напротив, выглядел очень довольным, несмотря на капли пота, стекающие по лицу.

Отряд вышел на достаточно просторную поляну, укрытую кронами древних деревьев. Под ногами округлые камни, сплошь покрытые зелёным пушком тонкого мха.

– Это круг! – вдруг возбуждённо произнес Лестер.

Действительно. Крупные камни с автомобильный аккумулятор размером лежали здесь, образуя круг диаметром метра в три с половиной. А меж ними красные цветы и грибы. Воздух здесь был густой. Полнился мошкарой, влагой и пыльцой. Солнце сквозь кроны деревьев высвечивало золотыми пятнами отдельные камни из круга и его центр.

Эол остановился, задумчиво оглядывая поляну.

– Устроимся здесь. – подытожил эльф. – Все займёт не больше суток.

– Если повезет, то мы даже не встретимся со зверолюдьми. – обрадовался Лестер.

– Обязательно встретимся. – усмехнулся Эол. – Нам их нужно шесть… лучше семь. Не убивайте их сразу наповал. Старайтесь брать живыми как можно больше.

– З-зачем?.. – нервно сглотнув, произнёс Лестер. Он явно был на взводе и, наверное, жалел о своем решении.

– А ты как думаешь? – задорно подмигнул ему Марк. Вот уж кто рад всему происходящему. – Ещё не догадался?

«Круг камней в лесу, ритуальный кинжал и пленники… Ну тут не надо быть нобелевским лауреатом».

– Как мы поймаем зверолюдов? – голос Альбрехта звучал спокойно. – Это их лес. Они легче и не носят броню.

– Это не их лес. – возразил Эол. – И его настоящий хозяин приведет к нам добычу. Укройтесь, как я вам скажу, и ждите.

Тревожно крикнула белоголовая птица. Зашелестели кроны под порывами непривычного ветра.

– Остановимся, друзья. – произнес Остроцап, крепче сжимая копьё.

Он остался последним взрослым охотником племени Приливных Скал. Прошлой ночью, когда с моря пришли бесшерстные, лишь семеро приливных сумели ускользнуть и добраться до родственников из племени Ночных Теней, что жили у озера в лесу. Спаслось бы больше, но в чаще их преследовал и многих убил огромный охотник с длинным прямым железным когтем.

Теперь приливные возвращались домой вместе с тенями. Они хотели узнать: покинули ли бесшерстные их деревню и что это были за новые враги.

Издревле все знали два рода бесшерстных: остроухих и лодочников. Первые жили на островах подобно кланам пушистых или чешуйчатых, но были неприятны на вид, слабы и хуже видели ночью. Лодочники представляли серьезную опасность для неосторожных котят. На огромных своих лодках они приходили к островам, нападая и похищая всех. Им были известны тайны металлов, тайны моря и солнца. Их оружие и железные шкуры могли стать самой желанной добычей, но лодочники всегда ходили большими стаями и сторонились леса, где на них легко сделать засаду. Новые враги походили были похожи, но матушка Шептолист сказала, что они совсем другие. Знахарке нужно верить. Сам Остроцап видел новых врагов лишь мельком, но сразу отметил их огромный размер, ужасные глаза и много металла. Лодочники часто носили железные шкурки, но новые имели панцирь словно крабы. Каким-то образом они смогли ночью проплыть сквозь приливные скалы и сойти на берег. Лодочникам такое было не под силу даже днём. Может был прав Рыжебок и это новые убили чудовище острова Желтых Цветов. Ещё недавно все племена радовались славной добыче. Много глупых и слабых остроухов схватили они на том острове. Среди них совсем не было охотников. Они даже не пытались защитить себя. Часть из них зарезали на мясо сразу, другую решено было оставить для новых пиров или обмена. Речное племя хотело отдать остроухов лодочникам взамен на металл, но Остроцап в такое не верил. Все голокожие воры и обманщики.

Грусть скреблась на сердце у охотника. Ещё вчера они плясали вокруг костра, пируя и наслаждаясь друг другом. Некоторые из молодняка так разгорячились, что начали случаться с остроухами. Теперь же все они погибли. Новые не щадили никого. Остались ли враги в деревне? Смогут ли приливные отомстить хоть кому-то? Сейчас их стая насчитывала пятнадцать охотников.

– Не спи, Остроцап. – хлопнул его по бедру Звездоглаз из ночных теней. – Веди нас к морю. Никто лучше тебя не знает эти леса. И ободрись. Не могу видеть на твоей красивой мордочке такую печаль. Ваше племя живо и мы поможем вам вернуть свое.

– Прости, друг. Я никак не могу выбросить из головы ту ночь. Дай мне осмотреться…

Остроцап принюхался и пригляделся. Знакомый терпкий запах, но почему?.. Из-за спины донесся скулеж. Остроцап обернулся, заметив что Шептолист, шедшая за охотниками обмочилась, а глаза ее полны слез ужаса.

– Разве ты котенок, чтобы пачкать шерсть? – укорил он знахарку, бывшую его ровесницей и подругой.

– Прости, но я напугана, так как вижу недоступное вам всем. – сквозь скулеж, произнесла Шептолист. – Мы оказались в западне. Оглянись.

– Не может быть…

Остроцап с удивлением понял, что не узнает ничего вокруг и не знает тропы, чего никогда с ним не бывало. Рядом с поселением племени он знал каждую былинку на дни пути вокруг.

– На нас ворожат. – продолжила знахарка. – Среди ветвей я вижу ужасное лицо. То остроухий, что ночью убивал многих наших родных.

– Я не боюсь остроухов! – рявкнул Остроцап. – Ты говорящая с духами. Разгони его ворожбу и верни нас на дорогу.

– Таких остроухов мы раньше не знали. – всхлипнула Шептолист. – Кожа его бела как голые кости, а глаза горят огнем. Он силен, но много хуже его ворожба. Пятнадцать лет я ходила по этим лесам. Я делилась с духами своей пищей, пела им наши песни и дарила ласку. Но теперь они все отвернулись и даже не слушают меня. Духи подчинились чужаку. Его голосом теперь говорят кроны деревьев. Ни один знахарь не может обладать таким могуществом. Куда бы мы не шли, мы придем к нему. Всякая тропа будет ложной, а на конце ее будет ждать этот ужасный охотник и с ним ещё пятеро.

– Значит мы убьем их! – воскликнул Звездоглаз. – Нас второе больше и мы хорошие охотники. Чары развеются со смертью врага.

Все поддержали смелого Звездоглаза.

Остроцап пригляделся. Сверху на него летел, странно кружась, лист дерева. Охотник подставил лапу и аккуратно поймал его. С обеих сторон на листе были кровью начертаны чуждые символы. Остроцап понял, что знахарка права. Они попали в чужую западню и остаётся только драться.

КПВ сидел за деревом, постепенно растворяясь в природе. Жрала мошкара, другие мурашки заползали под одежду. Несколько укусов были довольно болезненными.