Текст книги ""Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельникова

– Заходите, милорд, – Ринал встал и остановился у окна, глядя на улицу.

– Доброе утро, – де Брок склонил голову. – Вы хотели встретиться со мной?

– Садись, Эмори, – Ринал прошёлся по кабинету. – В ближайшие несколько дней мне придётся на некоторое время покинуть Монтар. Дела остаются на тебе.

– Долго вас не будет, милорд? – начальник тайной полиции не показал удивления.

– Не знаю, но не меньше недели, – первый министр помолчал. – Я ещё не знаю точно, когда уеду, может, завтра, а может, дня через четыре, но чтобы для тебя мой отъезд не был неожиданностью, принимай руководство сегодня. И… проследи, чтобы с Сэнди Орнелис всё было в порядке, – чуть тише добавил Ринал. – Я ещё зайду к ней сегодня.

Он не мог позволить умереть сестре Альмарис, не затем волшебник приложил столько усилий, чтобы поймать девушку. Кто ж знал, что она окажется таким крепким орешком. Ну и… Рили очень расстроится. Де Брок склонил голову, про себя подумав, что первый министр в последнее время стал слишком мягким. Раньше он бы не стал проявлять такую заботу о пленнице.

– Это всё?

– Наверное, да, – Ринал задумчиво кивнул. – Надеюсь, к моему возвращению проблема Кендалла решится, Эмори. Очень жаль, что я не смогу принимать участие в его поисках.

– Я сделаю всё возможное, – де Брок поклонился. – Всего хорошего, милорд.

– Всего хорошего, Эмори.

Постояв у окна, первый министр снова сел за стол, отодвинув бу-ма-ги на край, и задумался. Как же решить проблему влияния Артефакта на Альмарис? Ринал просто не мог её потерять снова, теперь, когда она наконец с ним.

– Как же всё запуталось… – он откинулся на спинку и прикрыл глаза. – Но изменить что-либо уже поздно… – неожиданно Ринал невесело усмехнулся. – И почему меня вечно тянет к приключениям!

Он вспомнил, с чего же всё началось, и попробовал предположить, возможно ли было решить проблему как-то по-другому, не заваривая кашу с Артефактом. И понял, что нет.

– Прав Райтон, любить Тайрен'эни чертовски сложная вещь, – Ринал вздохнул. – Но мне всегда нравились трудные задачки.

– Правда? И как ты будешь решать эту? – лёгок на помине, призрак выступил из угла кабинета. – Времени у тебя совсем нет, Ринал.

Первый министр открыл глаза и посмотрел на собеседника.

– Но Альмарис со мной, что бы ты ни говорил про Кендалла, – спокойно ответил он.

Райтон покачал головой.

– Да, с тобой. Но не обольщайся, она совершенно права, говоря о том, что с возвращением к ней силы всё может измениться. Артефакт знаешь ли не позволит. Кендалл – его выбор.

Ринал прищурился.

– Ты говорил, что теперь, поскольку он в моём мире, он выбрал меня.

Призрак на мгновение прикрыл глаза.

– Ты много читал про Артефакт и его свойства, Ринал, и действительно хорошо изучил эту штуку. Скажи, что ты понял про то, как же он влияет на жизнь и чувства наследных принцесс?

Ринал встал и прошёлся по кабинету. Райтон задал очень хороший вопрос.

– Ну, если я ничего не путаю, после клятвы Артефакт выбирает кого-то, с кем наследница когда-нибудь встретится, и выйдет за него замуж.

– Чувства, Ринал. Что происходит с чувствами?

– Мм… так или иначе они появляются, сразу или нет, но они всегда есть, – Ринал посмотрел на призрака. – Что ты пытаешься сказать, Райтон?

– Артефакт выбирает одного человека, и принцессе приходится подчиниться. Она просто не может по-другому, её чувства ей не принадлежат, – тихо ответил он, глядя в глаза Риналу. – Спроси себя, бывало ли когда-нибудь, чтобы у Тайрен'эни было несколько ухажёров? Вспомни столь любимую тобой "Историю".

Ринал нахмурился.

– Не понимаю.

Райтон в раздражении вздохнул.

– Всё на поверхности, Ринал. Ты просто не замечаешь очевидного. Наберись смелости и спроси Альмарис, как было с Кендаллом. И вспомни про её мать, ты же сам всё видел между прочим. Кстати, шхуна придёт за вами через день.

Призрак ушёл. Ринал прикусил губу, думая о его словах: спросить Рили про мятежника или нет? И что такого важного может она ответить, что поможет в решении проблемы с Артефактом? Дверь скрипнула, первый министр оглянулся, и его лицо осветилось улыбкой.

– Я проснулась, а тебя нет, – принцесса улыбнулась в ответ.

– Я передавал дела, – он подошёл к ней, любуясь нежным румянцем, мягкими, чуть растрёпанными локонами – похоже, Рили просто наспех провела расчёской по волосам и поспешила к нему в кабинет. – И теперь я в полном твоём распоряжении, милая. Хочешь, поедем, погуляем в лес?

– Хочу, – просто кивнула она.

…Прислонившись к груди Ринала, Альмарис слушала ровное биение его сердца, и вспоминала похожую поездку, когда всё изменилось окончательно. Только теперь её не раздирали противоречия и страх. Волшебник одной рукой обнимал девушку, чувствуя тихое счастье – хотелось щёлкнуть пальцами и остановить мгновение, чтобы остальное просто исчезло. Рили вздохнула и прижалась к нему.

– Я бы хотела показать тебе леса Нимелии, – тихо сказала она. – Там так хорошо…

– Может так и будет когда-нибудь, – так же негромко ответил он. – Главное, верить…

Он остановил лошадь и помог Рили спешиться. Снова вспомнились слова призрака, и Ринал решился. Опустившись на траву, он усадил девушку рядом. Она заглянула в его глаза, почувствовав смутное волнение.

– Что-то случилось? – Альмарис чуть сжала его ладонь.

– Я хочу спросить тебя кое о чём, – Ринал отвёл взгляд, сорвав травинку. – Только, боюсь, вопрос будет не слишком приятен.

– Он для тебя важен?

– Д-да, и для тебя наверное тоже, – с некоторым колебанием ответил волшебник. – Возможно, это поможет решить проблему влияния Артефакта на тебя.

– Тогда спрашивай, – с лёгким вздохом сказала Рили.

– Что ты чувствовала рядом с Кендаллом?

Она молчала очень долго, так, что Ринал испугался – принцесса расстроилась.

– Мне казалось, мы очень давно знаем друг друга, – наконец ответила она, почти шёпотом. – С ним всё было… правильно, – Альмарис откинула волосы и посмотрела на собеседника. – Я любила его, Ринал. Так, как мама любит отца. Спокойно и ровно.

– А до него, в Нимелии, тебе кто-нибудь когда-нибудь нравился? Ты же не росла в одиночестве, – странно, но слова, которыми Рили описала чувства к Кендаллу, не вызвали у него раздражение.

Она покачала головой.

– Никогда, – на её лице появилась грустная улыбка. – Хотя вокруг были симпатичные молодые люди… – неожиданно глаза Альмарис расширились, она тихо охнула от неожиданного понимания. – Наследницы не выбирают, кого любить… они просто не могут… А ты всё перепутал, – девушка провела пальцем по его щеке. – Ты украл Артефакт из этого мира, и первый узнал обо мне, даже раньше, чем Кендалл. Ты дал мне возможность выбрать самой, – она обхватила ладонями его лицо. – Пусть и несколько жестоким способом.

– Но ты едешь со мной в Херим Серт, – Ринал не сводил с неё взгляда, пытаясь не потерять нить разговора – глубокие зелёные глаза, казалось, смотрят прямо в душу. – За Артефактом.

– Но не для того, чтобы вернуть его, – тихо-тихо ответила Рили.

Ринал замер, с трудом веря только что услышанному.

– Что ты говоришь, родная…

– Я не хочу больше думать о долге, выборе, – продолжила принцесса. – Я хочу любить того, кого сама выберу. Помнишь нашу первую встречу? Меня ещё тогда потянуло к тебе, даже когда ты сам не до конца понимал, кто я такая и что со мной делать. Это пугало, потому что я не знала, что происходит. Ты начал ухаживать за мной, и это тоже было чем-то новым, даже Кендалл не пытался завоевать меня. Тебя я знаю гораздо лучше, чем его, знаешь ли. От твоего взгляда меня бросает в дрожь, хочется, чтобы ты прикасался ко мне, понимаешь? Украв Артефакт, ты дал мне возможность почувствовать, что же такое любовь по-настоящему, а отняв силу – сделал просто женщиной, способной самой решать, кого выбирать. Я хочу остаться с тобой, – какая-то часть души, очень маленькая, сжалась от страха после этих слов, мелькнуло эхо слов Райантэа, но Альмарис уже было всё равно.

Ринал прислонился к дереву и обнял девушку, прижав к себе.

– Спасибо, милая, – прошептал он, зарывшись губами в чёрный шёлк волос. – Я даже не надеялся когда-нибудь услышать эти слова. Но… Артефакт не позволит тебе любить меня, – в его голосе послышались грустные нотки. – Как только твоя сила вернётся, всё закончится.

Рили вздрогнула.

– Но чувства всё равно останутся, милый. От них никуда не деться, их у меня никто не отнимет, как это случилось с Кендаллом. Мне страшно, Ринал, – она помолчала. – Я… я не хочу возвращения Артефакта. Но тогда ты не сможешь остаться здесь.

– К сожалению, Артефакт должен быть в этом мире, – волшебник нахмурился. – Иначе всё здесь действительно может сойти с ума. Он поддерживает равновесие, а ты залог того, что это равновесие не будет нарушено.

– Но ведь ты не собираешься ни во что его превращать, или соединять с какими-нибудь Дополненными предметами! – Рили приподнялась и снова посмотрела ему в глаза. – Должен быть способ отдать его тебе и при этом не нарушить равновесие, должен, слышишь!

– Я его не знаю, милая, – Ринал убрал упавший локон. – Но приложу все усилия, чтобы узнать.

Она вздохнула и наконец улыбнулась.

– Я постараюсь помочь. А теперь давай не будем о грустном. Расскажи ещё что-нибудь о себе.

Когда солнце начало потихоньку клониться к закату, они вернулись. После позднего обеда Ринал извинился и сказал, что его ждёт ещё одно дело в городе.

– Я не задержусь долго, – нежно поцеловав девушку, волшебник ушёл.

Оставшись одна, Альмарис посидела в библиотеке, рассеянно почитав, потом прогулялась по садику. Неожиданно ноги сами понесли её в кабинет Ринала – он никогда не закрывал его, потому как по-настоящему ценных вещей или бумаг там не хранилось, да и вряд ли какой вор мог пробраться сюда. Рили приоткрыла дверь и скользнула в комнату.

Солнце заливало помещение золотисто-рыжими лучами, в камине тлели угли, на столе вперемешку лежали бумаги – всё как обычно. В дальнем углу висел Ламирон в серой дымке. Принцесса замерла, разглядывая меч и прислушиваясь к собственным чувствам, шевельнётся ли что-нибудь. Ведь когда-то этот клинок был с ней связан, пусть и не так, как Артефакт, но связь существовала. Подойдя поближе, она осторожно протянула руку, не касаясь дымки, но – ничего. Ни сожаления, ни тоски, ни желания снова взять его в руки. Рили медленно улыбнулась, испытывая облегчение, значит, ещё не всё потеряно. Она пока свободна, и отвечает за свои чувства и поступки.

– Я не хочу больше выполнять дурацкие обязательства, навязанные древними традициями, – пробормотала она. – И меч носить тоже не хочу.

Она не стала возвращаться в гостиную, решив дождаться Ринала в кабинете. Почему-то здесь уютнее, чем в остальных комнатах – по крайней мере, ей так казалось. Забравшись в кресло с ногами, она обхватила колени и уставилась на тлеющие огоньки. Ей всегда нравилось смотреть в огонь, это успокаивало.

Де Брок удивился, увидев в своём ведомстве Ринала.

– Вы что-то забыли сказать, милорд?

– Я хочу посмотреть на Сэнди Орнелис, – кратко ответил первый министр, направляясь к лестнице вниз. – Ты оставил её там же?

– Вы сами сказали, что она ценная пленница, – де Брок, чуть нахмурившись, последовал за ним.

– В данный момент она без сознания, если не хуже, – Ринал поджал губы. – А её друзья вряд ли сунутся сюда.

Дальше до камеры они шли молча. Открыв скрипнувшую дверь, он шагнул в маленькое полутёмное помещение, и приблизился к деревянным доскам, выполнявшим роль кровати. Жидкая солома служила подстилкой, на которой неподвижно лежала Сэнди со спутанными, грязными волосами, в разорванной рубахе, кожу покрывала запёкшаяся кровь. Ринал присел, осторожно убрав слипшиеся пряди с бледного лица – девушка дышала медленно и глубоко, будто спала. Вот только сон продолжался уже несколько дней.

– Пусть принесут чистую одежду и тёплую воду, – приказал Ринал, выпрямившись. – И вот что, надо перевести её в другую камеру, повыше.

– Милорд? – де Брок недоумённо уставился на первого министра, удивлённый его словами.

– Она не представляет угрозы, Эмори, уж поверь, – сухо объяснил волшебник. – Её сон имеет несколько другую природу, чем просто забытье. И к сожалению я не могу ничего с этим сделать. А вот улучшить условия, в которых она содержится, в моих силах. Поэтому будь любезен, подготовь новую камеру. И проследи, чтобы там стояла нормальная кровать.

Начальник тайной полиции развернулся и молча вышел, про себя порадовавшись, что Ринал скоро уезжает. Де Броку не нравилось, когда кто-то устанавливал свои порядки в его ведомстве, пусть даже это и первый министр. Волшебник же, осторожно взяв бесчувственную девушку на руки, вышел из камеры. Новая темница была существенно больше, и даже с маленьким зарешёченным окошком под самым потолком. Как просил Ринал, ему принесли горячую воду и чистую одежду. Оставив де Брока в коридоре, он осторожно снял с Сэнди лохмотья, и аккуратно стёр грязь и кровь.

– Видят боги, я не хотел, – пробормотал он, отметив, что кожа девушки неестественно прохладная.

Поменяв ей одежду, Ринал поудобнее устроил пленницу на узкой кровати, прикрыл тонким одеялом, и вышел.

– Учти, я узнаю, если ты что-то с ней сделаешь, – предупредил Ринал. – Хватит с неё допросов, она ничего не скажет, что бы мы ни делали. Поставь здесь удвоенный караул, и никому не давай ключи от этой камеры. Доброй ночи, Эмори.

– До свидания, милорд, – де Брок склонил голову.

Первый министр поспешил покинуть штаб-квартиру тайной полиции, ему не терпелось вернуться домой, к Альмарис.

Услышав шаги в коридоре, девушка встрепенулась и выпрямилась – она успела задремать немного. В кабинете царили густые сумерки, солнце почти скрылось за горизонтом. Дверь открылась, и на пороге появился Ринал.

– Почему-то я так и думал, что ты ждёшь здесь, – негромко сказал он, улыбнувшись.

– Здесь уютно, – Рили встала и подошла к нему. – Ты закончил с делами?

– Теперь да, – волшебник провёл ладонью по волосам девушки. – Только, боюсь, у нас почти не осталось времени. Шхуна будет завтра утром.

Сердце принцессы замерло от тревоги, она прижалась к Риналу, спрятав лицо у него на груди.

– Не отпускай меня, – глухо произнесла она. – Не дай мне уйти, пожалуйста.

– Ну что ты, милая, – Ринал обнял её. – Как я могу, я ж такую кашу заварил, только ради того, чтобы ты была со мной…

– Что бы я ни говорила, и что бы ни делала, – Рили подняла голову и посмотрела ему в глаза. – Не позволяй Артефакту вернуть всё, от чего я отказалась. Обещай, милый, прошу.

– Ты останешься со мной, – он обхватил её лицо ладонями. – Обещаю, Рили. Только… Кендалл так просто не отпустит тебя, ты знаешь.

Она на мгновение прикрыла глаза, по щеке сползла слезинка.

– Я надеюсь, он поймёт, – прошептала Альмарис. – Может, он тоже встретит кого-то, с кем ему будет лучше… он ведь тоже никогда не любил по-настоящему.

– Мне не нужна эта страна, – пробормотал вдруг Ринал, подхватив её на руки и выйдя из кабинета. – Пусть забирает, в конце концов, мне всегда плохо удавались роли правителей. Мне нужна только ты, Рили.

Обняв его за шею, девушка до боли прикусила губу, сдерживая рыдания. Она не стала говорить, что пока Дориан жив, он будет искать её. Но мысль о том, что его придётся убить, вызвала волну глухого отчаяния: всё-таки отголоски той, прежней любви, ещё давали о себе знать. Альмарис так же знала, что Кендалл будет стремиться уничтожить Ринала. От последней мысли стало по-настоящему страшно: едва представив, что волшебника нет рядом, она почувствовала, что летит в пропасть.

Любовь к мятежнику не шла ни в какое сравнение с чувствами к Риналу – последние гораздо сильнее и ярче. И девушка ясно осознавала: здесь не замешано ни грамма магии. Всё случилось само, и только потому, что Артефакт пока не имел возможности влиять на её жизнь. "Я не дам им поубивать друг друга, – мысленно пообещала себе Альмарис. – Я найду способ решить всё миром! Только бы разобраться с Артефактом…" Мелькнула мысль, что же будет с Нимелией, если она останется с Риналом, но ведь был ещё Джарт, который вполне мог стать достойным королём. Тем более, он старший.

– Ты ухитрился нарушить всё, что только можно здесь, в этом мире, – она улыбнулась и подняла голову. – И всего лишь из-за чувств. Ты всегда был таким безрассудным?

– Ты того стоишь, Рили, – волшебник ногой открыл дверь в спальню. – И совсем наоборот, я всегда был чертовски осторожен и рассудителен. Мне надоело быть правильным, вот и всё. И одиночество тоже порядком надоело, – он поставил девушку на пол. – У меня никогда не было какой-то одной цели в жизни, никогда не хотелось поселиться в одном месте. Я путешествовал, влипал в истории, воевал, встречался с женщинами, терял друзей, но пожалуй сейчас я чувствую, что по-настоящему живу. Да, здесь я наделал ошибок не меньше, чем в других мирах, но ничего непоправимого не случилось. Я хотел стать всего лишь равным тебе по положению, ты ведь принцесса, поэтому и взялся в политические игры Келарии. Но теперь мне всё это не нужно, Рили. Я больше не хочу быть королём, это хлопотное и утомительное занятие. Кендалл победит, все будут рады и счастливы. Про меня скоро забудут. Что же касается тебя, – он посмотрел ей в глаза, – кто-то должен был сделать то, что сделал я. Освободить тебя. Не может вещь иметь такую власть над человеком, это неправильно, – Ринал развернул Альмарис и начал медленно расстёгивать платье. Она слушала, не прерывая, таким откровенным он ещё с ней не был. – Ты тоже многому научила меня, милая. Я всегда считал себя жёстким человеком, не склонным к доброте, терпению, нежности. Я никогда не ухаживал за женщинами, не добивался их чувств, мне это не надо было, – закончив с маленькими пуговичками, волшебник так же медленно спустил тонкий шёлк с плеч принцессы, платье скользнуло на пол с тихим шуршанием. Рили осталась в одной тонкой нижней рубашке. – Меня не заботило, нравится ли им моё внимание, не волновали их желания. Но с тобой всё по-другому, – Ринал снова развернул её к себе лицом и нежно провёл пальцем по контуру лица девушки. – Я ужасно боюсь сделать что-нибудь не так и обидеть тебя, или сделать больно. И очень боюсь потерять, – не дожидаясь ответа, он прижался к её губам в долгом поцелуе, от которого у Альмарис перехватило дыхание.

– Никогда не думала, что со мной случится нечто подобное, – она чуть улыбнулась и мягко высвободившись, подошла к кровати. – Ты перевернул всю мою жизнь, милый, но наверное это и к лучшему, – она присела на край, её лицо стало серьёзным. – Люби меня, пожалуйста, – тихо-тихо попросила девушка. – Сегодня я не хочу больше говорить ни об Артефакте, ни о будущем. Я хочу просто быть с тобой…

Он в два шага оказался рядом, и мягко надавив ей на плечи, уложил на кровать.

– Спасибо за всё, Рили. Я очень люблю тебя, – он не мог отвести взгляд от нежных черт лица, от зелёных глаз, казалось, мерцавших в полумраке, словно драгоценные камни.

Она молча обняла его и поцеловала. Больше они не разговаривали, и Альмарис не думала ни о чём и ни о ком, кроме Ринала. Она не знала, как долго им удастся ещё быть вдвоём, пока Артефакт не восстановит влияние, и её вновь не начнут раздирать противоречия. Или не начнут… или он просто отберёт у неё любовь к волшебнику, заставив следовать когда-то раз и навсегда предначертанному пути. Зажмурившись, принцесса крепче прижалась к нему, отчаянно не желая терять ни Ринала, ни чувства к нему. Но очень скоро все грустные мысли исчезли, осталось только наслаждение и ощущение безграничного счастья.

… Альмарис лежала тихо, уютно устроившись на его плече, и по размеренному дыханию Ринал понял, что она уснула. Улыбнувшись в темноте, он осторожно коснулся губами растрёпанных локонов. Несмотря на довольно мрачное будущее, волшебник почему-то был уверен: они будут вместе. Что бы ни случилось. Неожиданно Рили пошевелилась, и тихонько прошептала:

– Я люблю тебя… слышишь…

В этот момент она отчётливо осознала, что возврата к прошлому не будет, как бы ни старался Артефакт. Как там говорил Райантэа, остаться с ним до конца, каким бы он ни был? Она останется. И не нужно делать никакого выбора, не нужно ничего возвращать, ни силы, ни чувств, которых Альмарис не выбирала. Неожиданно успокоенная, принцесса глубоко вздохнула и сразу уснула, даже не дожидаясь ответа Ринала на свои слова.

Волшебник же, слишком удивлённый и обрадованный, только крепче прижал девушку к себе. "У меня получилось. Чёрт вас всех возьми, у меня получилось!" – не удержавшись, он тихо рассмеялся, и тоже уснул, уже совсем не тревожась о том, что утром им предстоит отправиться в Херим Серт.