Текст книги ""Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Кира Стрельникова

Кстати, сын, вот тебе подарок. – Перед тем как отправиться спать, отец протянул Дмитрию шкатулку, покрытую лаком.

Дмитрий осторожно взял ее и открыл. В шкатулке, внутренняя часть которой была обита красным бархатом, лежали два хорошо выделанных пистолета.

– Ты ведь штуцер сдал в оружейку, а это может пригодиться. Иногда шалят на дорогах, – сказал отец, улыбаясь.

– Спасибо отец, – только и смог ответить Дмитрий.

Глава третья

Было раннее утро, когда Дмитрий с Егором въехали в поселение. Невдалеке звонил колокол, призывая на утреннюю службу, стоял еле уловимый запах сгорающих в печах дров. Поселение Никишкино было по сути огромным воинским поселением – крепость, обнесенная частоколом из нескольких рядов вековых дубов и засыпанная землей и камнями между рядами. У Дмитрия и Егора долго проверяли подорожную и документы, куда-то отправляли посыльного. Правда, их усадили в кардегардии, налили горячего чая и даже дали несколько баранок. Через какое-то время за ними прибыл хмурый подпоручик и приказал следовать за ним. Шли довольно долго, вокруг была суета, крики, смех, доносился запах свежего хлеба. Впереди по ходу движения кого-то, не уступившего дорогу саням, перетянули кнутом. Правда, кучеру быстро втолковали при помощи рук, что он абсолютно не прав, размахивая кнутом. Вокруг скандала тут же начали собираться зеваки, подбадривая и ту, и другую сторону. Досмотреть не получилось, так как они быстро миновали эту заварушку и пошли дальше. Где-то посередине этого поселения была еще одна стена из красного кирпича, на воротах тоже стоял наряд стрельцов. Оказалось, что академия была огорожена намного лучше всего поселения. Широкая и довольно высокая кирпичная стена была серьезной преградой в случае нападения агрессора. Да и наличие за этой стеной магов тоже имело огромное значение.

– Эти со мной, – буркнул подпоручик, и они прошли на территорию.

Стоило только пройти через проходную, как звуки поселения пропали, словно их отрезало. В большом каменном здании, в которое они вошли, поручик постучался в резную дубовую дверь, вошел вначале сам, а потом позвал Дмитрия.

– Так, юноша, – проговорил сидящий за столом седой старик лет шестидесяти, с аккуратно подстриженной бородкой и в больших круглых очках. На нем был кафтан темного сукна, расшитый серебряной нитью. – Какие еще есть у вас документы, кроме подорожной?

Дмитрий достал из-за пазухи и протянул запечатанный пакет, который вручили ему в штабе полка. Старик неторопливо взял нож для бумаги и открыл его, достал из пакета лист, поправил очки и стал внимательно читать.

– Ну что ж, – проговорил он, прочитав сопроводительную, – сейчас вас отведут туда, где вы будете проживать. Вы, я так понял, не один. Поэтому ваш сопровождающий будет жить в комнате рядом. В библиотеке получите правила проживания и нахождения на территории академии. Завтра определят ваше сильное направление и донесут до вас график занятий и план мероприятий.

Старик поднял стоящий на столе бронзовый колокольчик и тряхнул им, в комнату тут же заглянула молодая хорошенькая девушка.

– Я слушаю вас, господин ректор, – сказала она.

– Евдокия Наумовна, отведите молодых людей вначале в библиотеку, а потом в пятый домик, на аллее.

– Следуйте за мной, – проговорила та, и Дмитрий, а потом и Егор, которого прихватили по дороге, пошли за ней чуть сзади.

– Куда мы идем? – спросил Егор, Дмитрий только отмахнулся.

– Потом сам увидишь, – сказал он, поспешая.

– Вот библиотека, зайдите и получите то, что вам надо, – обратилась дама к Дмитрию, показав на здание, стоящее чуть в стороне.

После библиотеки она отвела их в аккуратный двухэтажный дом и развела по комнатам. На первом этаже были и хозяйственные помещения, и жилые комнаты, на втором лишь три жилые комнаты, душ и туалет. Еще был большой общий зал, который мог служить и столовой, и учебной комнатой для приготовления домашнего задания. Из холла одна дверь вела в жилые комнаты Дмитрия и Егора, одна была просто закрыта. Причем у Дмитрия был двухкомнатный номер, у Егора однокомнатный, душ и туалет находились в коридоре.

– Сейчас вам принесут постельное белье, и вы сами заправите кровати. Внимательно ознакомьтесь с правилами поведения на территории академии. В основном ученики все делают сами или за них это делают их слуги, – при этом она посмотрела на Егора, тот кивнул ей, показывая, что понял. – Сейчас учеников тут немного, и все в основном занимаются по индивидуальному плану. Первокурсников всего десяток, скорее всего, вы и будете с ними заниматься, в этом году набор небольшой. А вот на следующий год, говорят, много будет учеников, уже сейчас готовятся к их приему, даже из Литвы и Польши будут.

– Хм-м… так мы же вроде не дружим ни с теми, ни с другими.

– Не дружим, но и не воюем, а обучение бытовой магии у нас самое лучшее в Европе.

– Ну что же, посмотрим на этих учеников, – усмехнулся Дмитрий.

– Да, вот так, время занятий вам назначат завтра, после собеседования и выявления направления в магии, – сказав все это, девушка повернулась и ушла, оставив парней одних.

Через некоторое время постучались в дверь, пожилая женщина принесла подушки и простыни, одеяла они нашли в шкафу. В другом шкафчике была посуда, ложки и вилки. Вечером они достали все, что захватили из дому, и доели.

– Эх, сейчас бы еще чаю, – помечтал Егор.

– Надо будет завтра расспросить местных, можно ли где-то вечером взять воды на чай, – ответил Дмитрий, – да и вообще, где и как питаться. Послушай, – через некоторое время обратился он к Егору, – тебя не напрягает то, что придется служить мне, по сути, быть слугой?

Егор удивленно посмотрел на Дмитрия и, немного подумав, ответил:

– Княжич, а почему ты думаешь, что это будет доставлять мне неудобство. Мне не зазорно служить будущему князю, а тем более еще и владеющему. Да и сам подумай, вот полировал бы я сейчас по морозу плац, пытаясь удовлетворить унтера, отбивая ноги, или снег бы чистил в части, а то еще и в Москве[4]4
    Стрельцов часто посылали расчищать центральные дороги.


[Закрыть]. А сейчас я в тепле, сытый, и при этом сижу себе спокойно и думаю лишь о том, как было бы здорово чаю испить. – Егор засмеялся. – Да и плату мне канцелярия полка платить будет.

– Ну что ж, смотри сам, но если что-то не понравится или устанешь, говори, поедешь в часть.

Егор закивал головой и поспешно принялся убирать со стола.

Утром за Дмитрием пришли и отвели к ректору, где его в течение двух часов опрашивали, также несколько раз предлагали положить руки на артефакт, что-то измеряли, записывали. Но в конце концов сказали то же, что и профессор, – одиннадцать эргов и развивать может любое направление. Наконец Дмитрия отвели в одну из аудиторий, где было порядка десятка учеников обоих полов. По дороге ему объяснили, что на занятия он приехал поздно, все уже давно учатся, и поэтому Дмитрию придется постараться, чтобы догнать соучеников. Кроме того, это начальный этап, и с весны их разделят по выбранным направлениям, он к тому времени тоже должен определиться, чему хочет учиться. Но в дополнение он может посещать лекции и по другим направлениям магии, если хватит сил и времени. Ну а изучение иностранных языков даже не обсуждается.

– Вам, молодой человек, придется изучать два языка, – сказал ректор. – Большинство аристократов обучают им своих детей дома. Но вы, как я понял, их не учили, поэтому вам предоставят на выбор несколько, выберете один и придется постараться его изучить. Второй обязателен к изучению для всех, так называемый общий язык А теперь идите.

«Английский я, допустим, знаю, так сказать, язык вероятного противника, конечно, сейчас он другой, но подучу, а какой выбрать еще? Наверное, французский, – думал он, следуя за сопровождающим. – Ладно, решу, когда предложат выбрать».

– Господин преподаватель, вот ваш новый ученик, – проговорил его сопровождающий, войдя в аудиторию. – Дмитрий Черемисин, прошу любить и жаловать.

Одет Дмитрий был в кафтан стрельца, и он обратил внимание, что некоторые посмотрели на него с пренебрежением во взгляде.

«Понятно, видать, за простолюдина приняли, – сразу понял он. – Ну да ничего, ишь снобы какие, носы воротят. На территории академии все равны, тут нет сословий», – думал, усмехаясь, Дмитрий.

Особенно обидно было, когда одна очень симпатичная девица глянула не него, словно на мерзкую жабу. А вот Дмитрий положил на нее глаз, и когда она очередной раз глянула на него, ей подмигнул. Ее еще больше перекосило, из глаз чуть искры не летели. Некоторые смотрели на него с любопытством и интересом.

– Разрешите, сударыня, присесть рядом с вами, – обратился он к той, которая так явно выразила свое пренебрежение к нему.

Она вообще сидела на лавке одна, да и позлить ее Дмитрию очень уж хотелось. «Подумаешь, пава какая, – думал он, с улыбкой ее рассматривая, – да будь ты хоть сама императрица, все равно веди себя скромней. Интересно, кто она такая?» Девица фыркнула как разъяренная кошка и отодвинулась на самый край лавки, которая была довольно длинной.

– Так, молодой человек, – проговорил преподаватель, – расскажите нам о себе подробней, ведь нам с вами жить долгое время. И хотелось бы знать, кто с нами будет заниматься.

Дмитрий встал, осмотрел аудиторию, все с любопытством уставились на него, даже девица и та изредка кидала на него взгляды.

– Я, как уже говорили, Дмитрий Иванович Черемисин, сын князя Черемисина Ивана Семеновича, осенью мне будет шестнадцать. Сейчас у меня одиннадцать эргов и могу развивать все направления магии. Честно сказать, пока не знаю, на каком остановиться.

Когда он упомянул о своей магической силе, по аудитории пронесся шум или вздох то ли удивления, то ли восхищения.

– Почему на вас стрелецкий кафтан? – задал вопрос преподаватель.

– Я стрелец московского охранного полка, а так как я не уволенный в запас, а временно отправлен на обучение, поэтому обязан носить мундир.

– Ну что же, Дмитрий, садитесь, – сказал преподаватель, – даже имея такую силу, вам надо будет напрячься, чтобы догнать всех здесь присутствующих. Они уже с осени учатся, а вы только пришли, хоть мы и изучаем пока общие практики. Это простейшие заклинания, накопление энергии, зарядка накопителей и амулетов. К весне окончательно будет ясно, в каком направлении тот или иной станет обучаться, и тогда с каждым или с группой начнут уже плотно заниматься. А сейчас все свободны, после обеда встретимся в зале для медитации.

Все тут же загомонили и стали выбираться из-за столов. Дмитрий остался сидеть, а вот девчонке надо было выйти, так как противоположный край примыкал к стене.

– А вы что, на обед не идете? Тогда пропустите меня, а то сейчас набегут, не пробьешься, – сказала она, стоя над ним.

Дмитрий встал и вышел из-за стола, пропуская девушку.

– Прошу прощения, а тут что, кормят централизованно? – спросил он.

– Что? – удивленно уставилась на него девица.

– Тут что, где-то всех кормят?

– Ну да, а вы что, не знали?

– Нет, мы вчера только приехали, и нам ничего не говорили.

– Хм-м, учеников кормят в столовой на первом этаже, преподавателей на втором, а слуг, если у кого из учащихся есть, кормят в здании рядом с библиотекой, – проговорила девица, глянула на Дмитрия и выскользнула за дверь. Дмитрий тоже поспешил за ней, чтобы не упустить из вида, так как есть хотелось, а куда идти, он не знал.

В столовой стоял шум и гам, народа было намного больше, чем в аудитории. «Наверное, это уже более старшие ученики», – подумал он, осматривая очередь. А там о чем-то спорили, орали и даже толкались. Еще он заметил, что весь этот гвалт создавало несколько взрослых парней. Они и толкались, чтобы в толчее потискать вроде бы невзначай девушек, а те недовольно взвизгивали.

– Тихо! – вдруг гаркнул Дмитрий, словно снова был полковником, и так громко и требовательно, что шум сразу же смолк. – Занять всем нормально свою очередь и не орать. Как бабы на рынке себя ведете.

– А ты кто такой, стрелец, чтобы тут распоряжаться? – спросил кто-то из толпы.

– Человек, в первую очередь, а не животное, рвущееся к корыту с кормом, – проговорил Дмитрий, усмехнувшись.

«Что я несу, чего, спрашивается я влез, пусть бы и дальше орали», – думал тем не менее Дмитрий. Он встал в самый конец очереди, все еще коря себя за несдержанность, но на удивление никто больше не орал и не визжал. Разговаривали, даже иногда раздавался смех, но того ора, что прежде, не было.

Он сел за пустой стол и принялся есть, кормили здесь без изысков, но сытно, на первое была мясная похлебка, на второе гречневая каша с кусочками мяса, на третье фруктовый взвар и небольшой пирожок с повидлом. После обеда он вернулся в ту же аудиторию, сел за тот же стол и стал ждать соседку. Но та демонстративно прошла мимо и села на другое место. Дмитрий хмыкнул. «Ну что же, насильно мил не будешь», – подумал он и постарался выкинуть ее из головы, тем более в это время пришел преподаватель и предложил следовать за ним. И все будущие владеющие поплелись за ним. Они спустились в подвал и вошли в одну из дверей. В помещении, в которое они попали, было лето. Под ногами зеленела трава, слышался тихий щебет птиц, а вокруг был вечер.

– Прошу всех сесть и принять позу для медитации, – проговорил преподаватель и сам уселся на траву, по-восточному подогнув ноги.

Все последовали его примеру и стали рассаживаться, тихо переговариваясь. Дмитрий тоже сел, скопировав позу, которую приняли ученики.

– Все замолчали, успокоились, подумали о чем-то хорошем. Расфокусируйте взгляд и осмотритесь вокруг, увидев энергетические каналы, попытайтесь дотянуться до них.

У Дмитрия получилось это не сразу и с трудом, он все никак не мог отрешиться от прыгающих в голове мыслей. А когда получилось, он был просто потрясен, увидев разноцветные жгуты, бьющие из-под травы, на которой он сидел. Один из таких жгутов бледно-зеленого цвета с пробегающими по нему золотистыми искрами был почти рядом с ним. Дмитрий непроизвольно протянул руку и коснулся этого жгута энергии. А тот, как ласковый и игривый котенок, коснулся его пальцев, потом ладони, потом пробежал вверх по руке, и тут такое блаженство охватило Дмитрия, что он забыл про все на свете.

Пришел он в себя так же внезапно, как и выпал из окружающей действительности, и первое, что увидел, это озабоченное лицо преподавателя и столпившихся соучеников, с любопытством взирающих на него.

– Черемисин, не смей больше так увлекаться, иначе можешь однажды и не вернуться. С силовыми линиями надо работать аккуратно и контролировать наполнение источника. И я вообще не давал разрешения на работу с силовыми линиями, дотянуться, это не значит хватать все, что под руки попадется. Как ты себя чувствуешь?

– Вроде бы нормально, но… в общем, я еще не разобрался, болевых ощущений пока никаких, – проговорил Дмитрий.

– Так, все встали, сейчас идем и сбрасываем лишнюю энергию.

Они снова прошлись по подвальному помещению и вошли в другую дверь. Это помещение было намного больше, чем предыдущее, у стены стояло несколько столов, на которых находились свечи, но они не горели.

– Расселись все, – скомандовал преподаватель, – и пытаемся зажечь свечу, находящуюся напротив.

Расстояние до столов со свечами было метров десять, ученики расселись и замерли, сосредоточившись.

– Повторяю, дотянуться до своего источника, направить силу от него в руку и уже с руки направить ее на свечу, попытаться зажечь ее. Работаем.

Как Дмитрий ни пытался это сделать, у него ничего не получалось. Источник он чувствовал, а вот отправить энергию с руки на свечу не мог. Вначале у него не получалось взять ее у источника, потом она терялась по дороге в ладонь, словно рассеивалась. Первой свечу зажгла девица, к которой он подсаживался, войдя в аудиторию, она гордо огляделась вокруг. Потом и другие стали зажигать свои свечи, один Дмитрий сидел и ничего не мог сделать. Продолжалось это довольно долго, все уже начали посмеиваться над неумехой.

– А ты заори, как в столовой, может, поможет, – сказала давешняя девица, и все вокруг, уже не стесняясь, засмеялись.

Преподаватель тоже смотрел на него с усмешкой. А Дмитрий страшно разозлился. Может, поэтому или еще почему, но когда он направил руку на стоящую перед ним свечу, с ладони ударил луч наподобие молнии. Свеча, стоящая на столе, мгновенно расплавилась, стол загорелся, словно на него плеснули бензином, а луч, ударившись о стену, вернулся обратно, но уже стеной огня. Кое-кто даже вскрикнул от испуга, правда, до учеников огонь не дошел, уперся в прозрачную стену, которую до этого не было видно. И только когда огонь в нее уткнулся, по ней стали пробегать искры и всполохи. Огонь быстро опал, Дмитрий растерянно оглянулся и увидел бледные лица учеников.

– Хм, – пробормотал преподаватель, – свои силы каждый из вас должен очень внимательно контролировать. Вы сейчас воочию увидели, что может произойти, и только благодаря стационарному щиту все обошлось. Сейчас мы вернемся в аудиторию, где снова будем учиться строить простейшие плетения.

День для Дмитрия пролетел быстро, вечером, возвращаясь к домику, где проживал с Егором, он шел с одним из своих одноклассников. И по дороге они разговаривали об академии, о преподавателях и учениках, с которыми учились. Парень занимался с первых дней и знал многое и многих. Таких, как Дмитрий, тех, кого направила на обучение канцелярия императрицы, было в академии всего несколько человек. В основном же тут были владеющие, уже подписавшие контракты с князьями и боярами. Да и кто из власть имущих в здравом уме отдаст владеющего, который может приносить доход роду. Девица, которая на всех смотрела презрительно, была из рода Шуйских, звали ее Ильга, по ее показателям силы она может изучать два направления – лекарское и боевое, правда, боевиком она будет слабым – всего четыре эрга, а вот лекарь она сильная – восемь эргов. До появления Дмитрия она имела самый сильный источник, преподаватели относились к ней с уважением, и она очень этим гордилась. Она так же имеет возможность увеличить свой источник, отучившись в академии, но выше десяти эргов подняться не сможет. В их группе в основном были дети мелких чиновников и дворян, находящихся на службе тех или иных княжеских и боярских родов, имеющие источники от трех до пяти эргов. Парень, которого звали Игорь, после окончания первого курса будет изучать бытовую магию, у него было четыре эрга, но направление только бытовое.

Со следующего дня Дмитрий занялся контролем собственной силы, получалось плохо. К вечеру он был словно выжатый лимон. Всеобщим оказался латинский язык, да еще он выбрал французский, как и думал, вот и пытался догнать своих сокурсников. В воздухе уже пахло весной, в скором времени побегут ручьи. Однажды при попытке зажечь свечу он заметил перед собой какой-то знак и, не осознавая, коснулся его сознанием. И тут с его руки сорвалась еле заметная искра, и свеча, стоявшая на столе напротив него, загорелась. Преподаватель тоже обратил внимание на это.

– Так, молодой человек, я смотрю, вы научились контролировать свой дар, попробуйте еще раз зажечь свечу. Дмитрий попробовал, но у него ничего не получилось, свеча гореть не хотела. Тогда он вызвал из памяти знак, который видел в первом случае, и свеча вспыхнула. Так повторилось несколько раз – стоило Дмитрию представить этот знак, и свеча вспыхивала. Через несколько дней ему даже не надо было протягивать руку в направлении стола со свечой. Он представлял знак, глядя на свечу, и та загоралась.

В один из дней Дмитрия вызвали в канцелярию академии, где вручили пакет. В нем находилось предписание из штаба полка, где ему указывали отправить обратно в часть Егора Силантьева. Из написанного выходило, что тот был дан в услужение ему лишь на первое время. Дмитрий возмущаться не стал и буквально через час ознакомил Егора с предписанием. Тот очень расстроился, но поделать ни тот, ни другой ничего не могли, и на следующий день Егор отбыл с следующим в Москву обозом какого-то купца.

– Ну что, княжонок, няньку у тебя отобрали, как же ты теперь будешь, кто тебе портки стирать станет? – издевательски проговорила Ильга Шуйская, встретив его у входа в аудиторию на следующий день после отправки Егора. У нее была служанка и даже служка для небольших поручений. Все, кто слышал, что она сказала Дмитрию, засмеялись.

– Извините, ваша светлость, – проговорил Дмитрий, глядя в глаза графине Шуйской, – я уже взрослый парень и сам могу вытереть себе сопли. И постоять за себя я могу сам, если пока не магией, так как мало еще знаю, то владеть саблей меня учат с самого юного возраста. Вам этого не понять, так как, судя по вашей свите, вас до сих пор кормят с ложечки. Ну а если вы переживаете, как я теперь буду, то пришлите свою личную служанку, и она за отдельную плату сможет позаботиться о чистоте моего нижнего белья.

– Да как ты смеешь такое мне предлагать! – вспыхнула графиня.

– А что тут такого, платить буду исправно, не переживайте, жадничать не буду.

– Хам, – сказала, словно выплюнула, графиня, и щеку Дмитрия обожгла пощечина.

Он ничего не успел сказать или сделать в ответ, когда она резко развернулась и ее каблуки застучали по плитам, удаляясь. Род Шуйских все же был старше и богаче его рода, это были владетельные князья, никому не служившие. Шуйские были боярами и потомками великих князей ярославских. Его же род был служивым, его предки выслужили свое княжеское звание и получили его совсем недавно.

«Чего ей неймется, – думал он, усаживаясь на свое место, – скорей всего, бесит ее то, что я имею большую магическую силу уже на старте. А она может максимум получить десять эргов после окончания академии, и надеялась, что здесь ей не будет равных. Интересно, домострой уже есть или нет? В принципе должен уже существовать или, похоже, в академии сплошной либерализм. И порядки более свободные, и девицы ведут себя как им вздумается», – Дмитрий потрогал щеку, по которой получил пощечину, и хмыкнул.

– Дела, без вины виноватый, – пробурчал он.

С Егором он сдружился, хотя ему и не нужен был ординарец или слуга, так как питался он в столовой, вещи стирать сдавал в прачечную. Купить что-то к вечернему чаю можно было попросить и дежурных стрельцов на проходной, так как самих учеников в город не выпускали. Разве что вечером не с кем было теперь и словом перемолвиться. Конечно, он понимал, что в разговоре с графиней перешел границы. Будь на ее месте парень, то, скорей всего, вызвал бы Дмитрия на дуэль, ну да теперь делать нечего. И он полностью погрузился в учебу, стал постоянным завсегдатаем библиотеки, да и с саблей упражнялся серьезно и постоянно. И очень сильно продвинулся в изучении первичных заклинаний из разных сфер. При этом при смене направленности заклинаний перед ним появлялись разные знаки, и он стал, не задумываясь, ими пользоваться. Знаки были разные, но при использовании их заклинание получалось мгновенно, они являлись по сути конструктором заклинаний. Дмитрий никому не говорил о том, что строит заклинание при помощи необычных знаков. И пока другие ученики что-то шептали и строили руками фигуры, он за это время мог создать несколько заклинаний.

Однажды преподаватель остановил его после занятий и поинтересовался, как он так быстро работает с заклинаниями. И Дмитрий рассказал ему о необычных значках. Преподаватель задумчиво покивал головой и отпустил Дмитрия. А на следующий день его прямо с занятий повели к ректору академии. В кабинете сидело несколько преподавателей старших курсов, ректор и почему-то библиотекарь.

– Итак, молодой человек, расскажите нам еще о тех знаках, что вы видите и используете, – попросил его ректор.

И Дмитрий принялся рассказывать. После того как он закончил рассказ и описание, какой знак для чего используется, ректор поинтересовался, о тех ли знаках они ведут речь, и протянул ему раскрытую книгу. Дмитрий взглянул и увидел знак, который использовал при заклинании воды, незаконченный овал и под ним две параллельные волнистые линии.

– Да, это знак воды, – сказал он.

– Смотрите дальше, – предложил ректор.

Дмитрий перевернул лист и снова увидел знак, который использовал, зажигая свечу. Он был в виде вертикальной прямой, перечеркнутой под углом, и скобкой, смотрящей концами вверх над прямой. В книге было много и других знаков, некоторые Дмитрий не знал, а с какими-то был знаком. Когда вопросы к нему закончились, его попросили выйти и подождать за дверью.

После того как его пригласили во второй раз, ректор объявил, что теперь он будет заниматься по индивидуальной программе, и его учителем будет библиотекарь. Вернее, заведующий библиотекой, на выдаче книг там работали молодые девушки.

– Так, молодой человек, что ж, начнем с вами изучать рунную магию. Я тоже когда-то пытался ею заниматься, но вот перегорел в буквальном смысле. Правда, у меня и возможности меньше ваших были, всего лишь шесть эргов. Может быть, это тоже сыграло свою роль. Со временем сила восстановилась, но уже в меньшем объеме, всего лишь пять эргов. Вот так вот, – грустно проговорил библиотекарь. – А начнем мы с вами, молодой человек, пожалуй, с изучения рун, и будем вносить записи о том, с чем они у вас ассоциируются, – такими словами встретил Дмитрия на следующий день новый его преподаватель Мефодий Горский, достал из шкафа книгу, которую Дмитрий видел в кабинете ректора, и положил ее на стол перед ним.

Был он сыном простого мещанина, у которого среди семерых детей оказался один владеющий, чьи способности проявились через три года после рождения. Кто первый заметил способности мальчика, сейчас уже никто не помнил, но буквально через несколько дней к отцу Мефодия приехали люди императора и забрали мальчишку в один из императорских интернатов. Отцу сунули пятьдесят рублей – по тем временам очень большие деньги. До шести лет за мальчиком просто наблюдали и занимались его воспитанием. Кормили, одевали, играли в какие-то развивающие игры – владеющие были большой ценностью, их очень берегли. В шесть лет его стали обучать грамоте, счету, правописанию и начали давать понятие волшбы, контроля силы и т. д. После того как он окончил академию, был произведен в дворяне, правда, безземельные. И лишь через десять лет император выделил ему надел с двумя деревушками, куда он перетащил своих родных, поставив отца управляющим. При деле были и братья с сестрами.

– Эх, как все-таки жаль, была в свое время книга Фомы Аквитанского, последнего рунного мастера, записки о работе с рунами, да только потерялась она. Вот в ней последний рунный мастер и рассказывал все о рунах, как с ними работать, рассматривал те или иные комбинации рун. Тебе бы она очень помогла, но ее нет, так что будем с тобой сами искать пути и дороги в рунной магии, – как-то обмолвился наставник.

За три месяца до каникул Дмитрий выучил все руны, их было двадцать семь, но не всем он сделал описание. Просто почти половина у него ни с чем не ассоциировалась. Когда спрашивал у учителя, почему это так, тот отвечал, что, скорей всего, Дмитрий просто еще мало знает. И начинал еще сильней его гонять, очень много времени они проводили на полигоне и в медитации. Нет, не в подвальном помещении, которое использовали лишь первокурсники, а на полигоне, который располагался в паре километров от поселения. Там Дмитрий мог использовать свой дар на полную мощность. Он стал понимать, что если к руне огня добавить руну сил, то получится стена огня, а если еще и руну ускорения, то будет огненный шар, летящий туда, куда смотрел Дмитрий. Вечерами Дмитрий пропадал в библиотеке, его учитель распорядился давать ему любые фолианты и рукописи, но только без выноса из помещения библиотеки. Однажды ему попалась книга об артефакторике и накопителях энергии для создания артефактов. И Дмитрий стал расспрашивать об этом учителя, но тот лишь отмахнулся от него.

– Этим мало кто занимается, чтобы создавать артефакты, надо иметь сильное ядро и уметь тонким лучом силы прорисовывать рисунок заклинания. Очень сложно удерживать тонкий луч, а большое количество эргов надо для активации изделия. Слабосилок может создать артефакт, прорисовывая вязь заклинания несколько дней, а вот чтобы активировать, его надо отдать сильному владеющему. После первой активации уже не требуется много силы для последующей работы с артефактом. Маги – индивидуалисты, и отдавать созданный артефакт мало кто хочет, потому что за активацию берут большие деньги, да и не все берутся активировать изделия. И самое главное, что у тех, кто прорисовывал вязь заклинания тактильно, артефакты выходили громоздкие. Одна-две руны могли заменить целое заклинание, только вот с рунами работали во всем мире единицы. Многие знания утеряны, в основном используют артефакты, созданные старыми мастерами еще до войны магов. В основном изготавливаются и используются слабенькие лечебные артефакты, а вот боевые никто не делает, они очень сложные, и требуется более десяти эргов силы, чтобы их активировать. А таких магов у нас на империю лишь трое, да и те очень старые, живущие не одну сотню лет. Ты ознакомился лишь с первой книгой, есть и другие, ну те, что сохранились, я дам распоряжение, чтобы и их тебе выдали для ознакомления. А сейчас давай все-таки вернемся к рунной магии.

Вот они с учителем и комбинировали, а также работали над скоростью создания заклинаний. Получалось у Дмитрия неплохо, хотя и не всегда. Единственно, что делал он уже на уровне рефлексов, это владение огнем и созданием магических светильников. Немного хуже получалось с заклинаниями воздуха, и совсем плохо с водой и землей. Ну никак не удавалось удержать ему руны этих стихий. Стекали и растворялись они, а иногда били откатом, но учитель уверял, что наладится, и требовал повторять упражнения раз за разом. В последний день перед каникулами он получил от учителя наставления, чем должен заниматься дома, и принялся собирать вещи.