Текст книги "Почувствуй (СИ)"

Автор книги: Алейна Севимли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 59 страниц)

Я прошла вперед, ведь с моего места весь зал не было видно, и перед моим взглядом предстала следующая картина.

Тюлин, высвободившая свои чудесные волосы от резинки, нависает над столом, будто бы сверяя данные с меню на столе с тем, что принесла, и всё бы ничего, но поза у нее довольно интересная. Ноги скрещены в такой пропорции, чтобы юбка задиралась, а ноги выглядели бы длиннее, пятая точка выпячена до такой степени, что на неё при желании можно поставить поднос, а грудь, выглядывающая через скромную форму официантки, тычется чуть ли не в нос клиенту, спина при всем этом держится в идеальной прямоте.

От подобной изворотливости и находчивости я впечатлилась, удивление мое возросло после осознания того, в чей нос тыкается грудью девушка.

На своем любимом месте восседал Биркан, который от подобного расклада дел растерялся и максимально отодвинулся назад, но от такого зрелища трудно убежать.

И что он здесь делает? Подумал, что я сбежала? Вроде бы звать меня на прогулки ему уже ни к чему. Хотя ещё несколько минут и усердные старания Тюлин и интерес к моей персоне исчезнет.

Дабы не испортить себе возможное освобождение от незапланированных обязанностей любовницы, я как можно тише попыталась скрыться в кухне, но стоило мне развернуться, как в след мне полетело:

– Стоять.

Я и остановилась, хотя следовало бы бежать и прятаться, не из-за нежелания общаться с Бирканом, а из-за угрожающего взгляда коллеги.

Парень быстро вскочил из-за стола, ему повезло перескочить через Тюлин, замершей в модельной позе. Подошел ко мне, схватил за руку и вытащил на улицу.

– Что ты делаешь? – Вскрикнула я, пытаясь освободить руку от этой железной хватки.

– Ты здесь больше не работаешь, – грубо ответили мне, продолжая тащить меня к парковке.

– А что мне есть и как дышать ты ещё не решаешь? – Я остановилась, стараясь как можно сильнее упереться ногами в землю, и наконец, смогла вырвать свою руку.

– Пока нет, но если с этим возникнут проблемы, то придумаю что-нибудь, – он едко улыбнулся, повернувшись ко мне.

– Почему это я не буду здесь работать?

– Я так сказал. И не только здесь, нигде не будешь. Пока ты со мной, я обеспечиваю тебя.

– А потом что? – Я не выдержала и повысила на него голос. – Что со мной будет потом, когда ты вышвырнешь меня на улицу? Буду побираться, просить милостыню? Ты гордость и жизнь мою забрал, не забирай уж, пожалуйста, последнюю возможность не умереть от голода.

– Ты и потом не умрешь от голода, – спокойно сказал он, вновь пытаясь схватить меня за руку.

– После случившегося мне пенсия причитается?

– А ты надеешься до старости со мной прожить?

– Надеюсь, вообще с тобой не жить, – выкрикнула я, заметив как его и без того карие глаза потемнели.

Он выпрямился и напрягся, вытянул руку в сторону и пальцем указал на свою машину. Едва сдерживая гнев, он протянул:

– Садись в машину и не говори больше ни слова.

– Нет уж, давай продолжим, обговорим все тонкости. Как я буду жить без работы?

– Найдешь приличное место, где девушки не выпрыгивают из одежды при виде мужчины. В этом борделе ты даже находиться не будешь, – с едкой злостью проговорил он, приближаясь ко мне.

– Это, по-твоему, непозволительно? Это стыдно и отвратительно? Может, стоит вспомнить ради чего ты сам взял меня? Или сам себя ты судить не можешь?

– Просто сядь в машину, молча, – прошипел он, стискивая челюсти.

– Просто ответь на мой вопрос, – не осталась в долгу я, не делая ни шага по указанному направлению.

– Ты перестанешь меня раздражать, женщина? Это обязательный процесс испортить настроение с самого утра?

– Это обязательный процесс разрушить мою жизнь? – Передразнила его я, чувствуя, как от гнева начинает трястись что-то внутри.

Он поднял голову к небу и судорожно выдохнул, затем вздохнул и снова выдохнул, стараясь успокоиться и не разорвать меня на куски прямо тут, на улице, пока Тюлин и остальные работники кафе, ошеломленно наблюдают за нами через огромные окна.

Пока он напряженно дышал, я обернулась на своих коллег, чувствуя себя нелепо, я помахала им, из-за чего почувствовала себя ещё неудобнее. Однако им не было дела до моих жестов, ведь после случившегося их мало что может впечатлить. На лицах госпожи Фатмы, Ышика и Тюлин замерло идентичное выражение удивления. Никто не ожидал подобной сцены выяснения отношений от тихой Кадер. Девушки, что разговаривала с мужчинами только по вопросам содержания меню.

Дыхательным упражнениям подошел конец, не глядя на меня Биркан схватил меня за ноги, перекинув через плечо, так, что мои колени он обхватывал рукой, а моя пятая точка нашла покой рядом с его лицом. А так как мы с ним практически одного роста, я испугалась не неприятной близости, сколько того, что он развалится подо мной.

Так мы передвигались недолго, меня быстро швырнули на переднее сидение и вместо того, чтобы нормально пристегнуть меня, из ремня безопасности скрутили подобие банта, так, чтобы я не могла его развязать и выйти сразу.

Биркан сел рядом и поехал в неизвестном мне направлении. Минут десять я обиженно сопела, чувствуя себя униженной и оскорбленной, а он стучал пальцами по рулю, будто это успокаивало его.

– Я найду тебе другую работу и позабочусь обо всем, чтобы твоя жизнь не разрушилась, – уже спокойно произнес он, нарушая молчание.

– А что касается… – начала было я волнующий разговор о нашей близости, ничуть не успокоившись, но меня перебили.

– Об этом мы больше разговаривать не будем. Не спрашивай, я не буду отвечать. Есть то, что есть, оправдываться, обсуждать это, или объяснять свои действия я не буду. И тебе придеться с этим смириться, – он отвлекся от контроля дороги и посмотрел на меня. – Ты всё поняла?

– Ничего не поняла, – честно сказала я, чувствуя, как где-то в душе возникла дыра, дыра разочарованности, непонимания и обиды. – Но какая разница, ты ведь не будешь объяснять.

– Правильно, – тихо сказал он, вновь отворачиваясь. – Ты, наверное, голодна?

Я уперлась лбом в свою руку, облокотившуюся на дверцу машины и, поглаживая пальцами лоб, так как чувствовала, что сейчас заноет голова, и ответила, глядя на полупустые улицы города.

– Да нет, сыта, сыта по горло твоими выходками.

– Отлично, – протянул он. – Сейчас заедем в одно место, тебя приготовят к вечеру. Там и поешь пищи для желудка, а не для размышлений.

– А ты фанат чего-то необычного? Зачем меня готовить в каком-то месте?

Он вдруг засмеялся, и весело взглянул на ничего не понимающую меня.

– Мы в приличном обществе живем, негоже если кто-то узнает, что в доме Ташлычунаров проживает непонятно откуда взявшаяся девчонка. Тебя нужно представить обществу, заодно познакомишься с моей семьей.

Мне стало стыдно, я покраснела, отвернувшись, попыталась спрятать пылающие щеки. Это я ещё его обвиняла в неприличностях, сама же только об этом и думаю.

От моей реакции он ещё раз посмеялся.

До нужного места мы добрались через пару минут, в этот раз Биркану пришлось, как истинному джентльмену открыть мне дверь и помочь выйти, так как сама я так и не смогла развязать ремень безопасности. Он тоже не с первого раза смог освободить меня.

Приехали мы в некую студию красоты, и нужно признать, это лучшее место, в котором я бывала за всю свою жизнь. Сначала меня отвели в СПА, где я наконец-то смогла успокоиться, хоть я и чувствовала себя не в своей тарелке, помимо этого мне сделали маникюр, педикюр, макияж, прическу и подобрали платье.

Я чувствовала себя, как человек, проживший всю жизнь в подземелье, и никогда не видевший человеческих благ, но даже мое стеснение и нелепость не испортили этот короткий миг удовольствия.

Глава 12. Биркан

Прием начался в шесть часов вечера, и я надеялся, что продлится он недолго, ибо большинству приглашенных завтра нужно идти по делам, поэтому до утра сидеть никто не будет.

Торжество было организовано в огромной беседке, неподалеку от нашего дома, всю территорию украсили фонариками и цветами, со стороны всё это напоминало мне чью-то свадьбу, к счастью, не мою.

Гости нарядились в свои выходные костюмы и дорогостоящие платья, для них это не было каким-то событием, ведь почти каждую неделю организовывалось что-то подобное, под разными предлогами. И хотя наша семья подобным занимается только из-за каких-то удачных сделок фирмы, так как скучающих богатых женщин у нас в семье нет, а такие мероприятия обычно устраивают именно жены влиятельных мужей, чтобы показать окружающим свое новое платье или драгоценности, но ещё и потому что больше заниматься им нечем.

Все же праздник вызывал у многих интерес, некоторые дамы посчитали, что я собираюсь жениться, особенно странно на меня поглядывала госпожа Эда, мать Шекер.

Когда их семья появилась на празднике, они мило поприветствовали меня и направились к гостям, но госпожа Эда издалека разглядывала меня и подозрительно улыбалась. Шекер же постоянно пыталась привлечь мое внимание, сначала разговорами, а затем, пытаясь вызвать у меня ревность, прижимаясь к парням.

К слову, своих друзей на этот фарс я звать не стал, мне не хотелось объясняться перед ними, да и эти приемы они, как и я, обычно не посещали. Я не хотел приглашать и Йетер, предполагая какую истерику она может устроить мне или Кадер, но госпожу Эду, как главную сплетницу не позвать было бы дурным тоном, и потом она бы устроила Кадер веселую жизнь и во время нашего скоротечного союза и после. Но всё же я надеялся, что Шекер не появится, и всё пройдет достаточно спокойно.

Я разговаривал с Ялмазом и с соседом, имя которого никогда не помнил, и помнить не собирался, о делах фирмы и конкурентах, как наконец, на празднике появилась Кадер.

Я специально просил подержать её подольше в салоне, а потом вести её долгой дорогой, чтобы она приехала к моменту, когда все гости соберутся и мне не придеться каждому представлять её, хотя я ещё не продумал, как следует поступить.

Девушка выглядела восхитительно, неудивительно, что при её появлении большинство гостей обернулись, я же заметил, как её глаза округлились, ей неприятно всё это внимание, но по блеску в глазах видно, как она радуется своему преображению.

Макияж у неё обычный, добавились только аккуратные стрелки, которые визуально делают глаза чуть раскосыми и кошачьими. Её темно русые волосы завиты в мелкие волны.

На Кадер светло-голубое платье, с переливающими блестками, рукава у платья короткие, скорее представляющие собой наплечники, от которых ниспадают тонкие, бело-голубые нити, платье длиной до колена, одежда подчеркивает её стройную фигуру, особенно узкую талию. На ногах голубые туфли на небольшом каблуке.

Я заметил, что её тело напряжено, изо всех сил она старается держать равновесие и не качаться, медленным шагом, она приближается ко мне.

В её глазах горит огонек, она довольна своим видом, и смотрит на меня с вызовом, ожидая от меня комплимента.

Я улыбнулся, мне нравится это преображение, но больше чем наряд и накрашенное личико, мне нравится её искрящаяся светом улыбка, её счастливый и отдохнувший вид. Та девушка, что была в кафе и та, что стоит передо мной сейчас, совершенно разные люди, и дело не во внешнем преображении, а в том, что она спокойна и улыбается, а я улыбаюсь ей, радуясь её улыбке. Мне нравится её горящая душа, которую я успешно пытаюсь погасить.

Я не был бы собой, если бы не сделал то, что сделал. Вдруг мне захотелось привлечь её внимание, не захотелось, чтобы она поняла, что мне понравилось, и поэтому я сказал:

– С прямыми волосами тебе лучше. А так ты на барана похожа.

Её улыбка померкла, но зелены глаза всё так же смотрели на меня с вызовом. Я думал, что она вновь ничего не ответит мне на мой выпад, из-за чего я буду чувствовать себя виноватым, но неожиданно она произнесла:

– Очень приятно, так и буду всегда ходить, чтобы мы были похожи друг на друга.

– Мило, – похвалил её я и обернулся к Ялмазу, который смотрел на меня с некоторым подозрением. – Это Кадер, знакомься, теперь, возможно, ты будешь частенько видеться с ней.

– Рад знакомству, – кивнул Ялмаз, переместив взгляд с девушки на меня. – Можно тебя на пару слов?

– Осваивайся пока тут, я сейчас вернусь.

Мы спустились из беседки, прошли по дороге, и вдали от всех, Ялмаз положил руку мне на плечо и недовольно проговорил:

– И что ты творишь? Зачем привел её?

– Это разве не моё дело?

– Господин Тунгюч знает? Она ведь явно не подходит вашей семье, максимум скоротечная интрижка, без присутствия на приемах.

– Послушай, твоя задача сейчас молчать и не вмешиваться в мои дела, – внушительно сказал я. – Я рад и бесконечно благодарен за информацию, которую ты нашел, но я сам решу, что для меня хорошо, а что плохо.

– Нет уж, дорогой, послушай. Девушку, которую ты хочешь, можно выбирать тогда, когда ты имеешь положение в обществе и сам распоряжаешься своей жизнью, независимо ото всех. Посмотри на меня, Биркан, нет, ты посмотри мне в глаза. Знаешь, я вижу, что ты идешь на поводу у своих чувств, если бы ты не был влюблен в неё, то не рискнул бы так сильно.

– Это глупости, в этом нет ничего подобного, да и жениться на ней я не собираюсь.

– Меня не обманывай, и подумай сам, господин Тунгюч никогда этого не одобрит, он одобрил секундное развлечение, и то, потому что не знает, подробностей о её жизни и жизни её семьи, а вместе с ним тебя забросит это общество.

– И что мне с этих людей? Прекрати, это просто увлечение, и к тебе у меня только одна просьба, молчи о том, что знаешь.

– На этих людях держится бизнес, они и инвесторы, и обычные клиенты, которые имеют слово, способное эту нашу империю погрузить под землю. Я буду молчать, но если я смог найти правду о ней, то и любой другой найдет.

– Это никому не нужно, главное быть тише, и не переходить никому дорогу, ради любопытства это никому не понадобится. Спасибо тебе за мнение.

– Будь осторожнее, иначе всю свою жизнь загубишь.

– Я постараюсь, – пообещал я и направился к беседке.

Переживания Ялмаза я могу понять, когда-то он влюбился в девушку, которая во всем была хороша, и весела, жизнелюбива, а если сказать ей, что собираешься своровать с рынка живого петуха, она пойдет с тобой, и все это ради веселья. Разумеется, родители Ялмаза, люди среднего достатка, всю жизнь переживающие за свою репутацию, и люди верующие, такую легкомысленную невестку не приняли. Нашли ему спокойную жену, боящуюся сказать мужу слово против его воли. Он женился, и уже не думал ни о чем кроме работы, поэтому добился значительных успехов, а как только добился начал гулять со всеми встречными женщинами, в которых есть часть той веселости, что была в его возлюбленной. И хотя он бы желал поступить тогда, также как и я, то сейчас, поняв, что только таким путем добился успеха, желает мне того же.

Как только я поднялся по ступеням в беседку, то увидел, как Кадер, присев рядом с Фериде на корточки, вытирает её ладони влажной салфеткой.

– Что случилось? – Я быстро подошел к ним, и взволнованно приобнял сестру.

– Я упала, – спокойно произнесла сестра.

– Откуда?

– Мы играли с Селимом и он захотел залезть на дерево, но испугался и не полез, а я полезла, но не долезла, – на последнем слове Фериде вздохнула.

– Сколько раз я говорил тебе? – Начал нотацию я, ибо стоит моей сестре связаться с этим соседским мальчишкой, как начинаются драки, падения и сломанные вещи.

– Видимо много раз, и ещё столько же скажешь, – вмешалась Кадер, глядя на меня снизу вверх. – Всё пройдет, красавица, потом помажем мазью, и даже болеть не будет.

– Спасибо, – улыбнулась Фериде, с восторгом глядя на Кадер. – А ты теперь будешь жить с нами?

– Некоторое время, – как-то сжато проговорила девушка, искоса поглядывая на меня.

– Я рада. Приходи ко мне сегодня вечером, дедушка мне новых книжек купил, а я их читать не умею. Ты мне их и прочитаешь.

– Если зовешь, то приду, – хохотнула Кадер.

– Спасибо, – вновь сказала Фериде и чмокнула девушку в щеку, от чего и я и Кадер удивились, а виновница нашего удивления убежала по своим делам.

– Смелая девочка, – улыбнулась Кадер, вставая на ноги.

– Да, мы все такие.

Кадер недовольно взглянула на меня и уже собиралась что-то сказать, но с другой стороны подошел дед.

– Что у вас здесь происходит?

– Всё хорошо. Познакомься это Кадер.

– Добро пожаловать, – довольно добродушно сказал дед, и даже улыбнулся.

– Благодарю, рада знакомству.

– И я, девочка. Добро пожаловать в нашу семью.

А вот обратившись ко мне, с лица у деда пропала улыбка и он вновь надулся:

– А ты не перебарщивай мне тут. С людьми говорить собираешься?

– У меня свои методы.

– Ну, так начинай, может, сборище это разойдется. Ненавижу я эти многолюдные праздники. Через полчаса я уеду, скажешь всем, что по делам.

Я молча кивнул, а дед ещё раз улыбнулся Кадер, и, переваливаясь с ноги на ногу, пошел в сторону, где сидел его старый товарищ господин Фаттах.

– Я рад, что ты не стала поднимать скандал при нем.

– А был бы смысл? Что расстраивать человека, ты сам сказал, что разговаривать бесполезно, а портить отношения с людьми я не намерена.

– Восхитительно, умнеешь на глазах, а теперь нужно представить тебя обществу, – я схватил её за руку и повел в сторону людей.

– Нет, стой, можно обойтись без этого? – Девушка вновь максимально уперлась ногами в пол, чтобы усложнить свое перемещение, но так она скорее добьется своего падения.

– Перестань, ты ничего и не заметишь, стой да головой кивай.

Её взгляд стал ещё испуганнее, но она перестала упираться, и пошла сама, опустив голову.

– Господин Айят, госпожа Эда, хочу представить вам Кадер, – я дал им возможность поздороваться, и только потом продолжил. – Она приехала из России, сейчас она проходит стажировку в нашей компании, прошу отнестись к ней приветливо, она ведь наша гостья.

Кадер смерила меня нехорошим взглядом, но все-таки улыбнулась.

– Она будет жить с нами некоторое время, чтобы ей было проще понять нашу культуру, да и вообще, легче работалось. Кадер, не могла бы ты найти Фериде? – Девушка кивнула, а я заметил, как она облегченно вздохнула, радуясь, что этот разговор продолжиться без нее.

– Хорошая девушка, Биркан. Красивая, молчаливая, может, не только для работы приехала, – хохотнул господин Айят, хлопнув меня по плечу.

– Отчасти так оно и есть, поэтому я и представляю её вам. Госпожа Эда, надеюсь, широта вашей души, и гостеприимство не обделит вниманием нашу гостью?

– Что вы, конечно, нет, – женщина широко улыбалась мне, но её глаза горели гневом, из-за того, что я выбрал не её дочь. – Прошу прощения за нескромный вопрос, она ведь не по работе сюда приехала?

– Мы познакомились с ней в интернете, – начал врать я, не совсем понимая зачем, но оправдывая это тем, что пусть люди думают, что у нас всё серьезно, поэтому мы и живем вместе, а когда всё закончится, будут думать, что мы просто поссорились. – Я долго приглашал её в гости, но она отказывалась, а потом я узнал, что ей необходима практика, поэтому устроил её. И теперь я очень рад, что мы смогли воссоединиться.

– Да благословит вас Всевышний, – улыбалась женщина, хотя вся её мимика выдавала недовольство. – Может, мы ещё и на вашей свадьбе погуляем, – намекнула женщина, будто выжидая момента, чтобы подловить меня на несерьезных намерениях, а потом подсунуть мне Йетер.

– Кто знает, госпожа Эда, кто знает. Но вероятно судьба не просто так нас связала, – я улыбнулся и, извинившись, отправился к другим гостям.

Я специально рассказал это семье Кара, пусть Эда и надеется женить меня на своей дочери, и сейчас захочет очернить Кадер в глазах общественности, но её натура сплетницы помешает ей. Первым делом она побежит рассказывать всем о чужестранной возлюбленной организатора вечера, таким образом, все и узнают причину, по которой Кадер живет с нами.

Праздник длился до полуночи, за это время с Кадер я пересекся всего пару раз, так как она сбежала с детьми на поляну. Хоть я и радовался, что они с Фериде нашли общий язык и понравились друг другу, меня не устраивало, что девушка мало контактирует с гостями, поэтому я подловил её и отвел к гостям. Остаток вечера она провела подле меня, пока мы беседовали с гостями. Женщины пытались разговорить её, а то и увести, но в их присутствии она всё больше сковывалась, и я понимал, что ей просто не о чем разговаривать с ними, поэтому старался находить предлоги, по которым девушка не отдалялась от меня, и кажется, от присутствия рядом со мной ей становилось легче.

Особенно часто появлялась перед нами госпожа Эда, стараясь выяснить все подробности о Кадер, о её стажировке, и о наших отношениях. К моему счастью Шекер я видел последний раз ещё до появления Кадер. Куда она делась после, я не знаю, и знать не хотел.

И вот, когда все разошлись, мы, наконец, поехали домой. Дед и Фериде вернулись уже давно, поэтому в машине мы были одни, хотя поездка заняла всего пять минут, мы ни слова не сказали друг другу.

Следующая наша встреча должна была состояться уже в спальне. Мы довольно быстро поднялись, стараясь никого не разбудить, и как только закрылась дверь, оба замерли.

Она подошла к окну, встав ко мне спиной, в отражении я видел её напряженное и испуганное лицо, а сам замер у двери, не зная, как перейти к делу. Поэтому я просто прислонился спиной к двери, и смотрел на неё, девушку, что досталась мне таким трудом.

– И долго ты планируешь смотреть? – Нарушила она молчание. А я слышал, что её голос дрожит от страха.

– Может, я планирую нечто другое, – проговорил я, отрываясь от двери.

Я быстро подошел к ней, заглянул в её изумрудные глаза, одной рукой осторожно взял её за подбородок, а другой приобнял за талию. И наклонился, соприкасаясь с её губами.

Но она стояла неподвижно, не отвечая ни на мой поцелуй, ни на мои прикосновения, я остановился, и посмотрел на неё.

– Ты ведь купил меня как вещь, в таком случае я буду вести себя соответствующе. Хотел манекен, получай его, – проговорила она тихо, не решаясь взглянуть мне в глаза.

Я простоял так несколько мгновений, растерянно разглядывая её лицо.

А что ты ожидал Биркан? Что после всех твоих слов и действий она броситься в твои объятия? Ну что ж, рано или поздно это случиться, главное, что она вынуждена постоянно быть рядом, а там уже всё будет так, как я этого хочу.

Я засмеялся, опустил руки и отстранился от неё, продолжая смеяться, она же, будто не ожидала этого, замерла и часто заморгала, не веря своей удаче.

– Спокойной ночи, – проговорил я, скрываясь в ванной. Пусть ожидаемого я не получил, но хоть приму холодный душ, который успокоит меня. – Надо успеть ванную занять, пока никто там спать не лег.

– Можем поменяться, – едко улыбнулась она.

– Обычно не этим меняются, – заявил я, замечая, как вытягивается её лицо, а бровь поползла вверх, и закрыл дверь.

Когда я вернулся, она уже свернулась на диване, обхватив себя руками, пыталась согреться. Я понимал, что она ещё не спит, поэтому достал из шкафа плед и положил рядом с ней. Ещё некоторое время она делала вид, что спит, но подумав, что я уснул, встала, собиралась раздеться, но потом вспомнила, что другой одежды у неё пока нет, поэтому легла всё в том же платье, гневно прожигая меня взглядом. Видеть этого я не мог, но почему-то почувствовал.