Текст книги "Radical (СИ)"

Автор книги: Deserett

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 59 страниц)

Я разделся догола и лег на бок, отвернувшись от Кси. Его цепкие руки моментально оказались на мне, от прикосновений к хвосту опять захотелось плакать, кричать и еще что-то... непонятное. Ксавьер придвинулся ближе, задирая хвост все выше, пока не прижал его к моей спине. Его пальцы щупают основание, так торопливо... трут мне кожу... скользят под хвостом, он выгнул мне его слишком сильно. - Хватит, мне больно. Он отпустил. Только сейчас я понял, как тяжело он дышит. - Где было больно? Я показал. Он прошелестел одеялом, перемещаясь по кровати, и ткнулся туда... языком. Черт, он сумасшедший. Я застонал и довольно громко, в голове почему-то зашумело. - Тебе нравится? - теперь его голос охрип до неузнаваемости. Он лижет меня еще немного, добивается еще одного стона и крепко обнимает. Прижимается весь горячий, а в одном месте горяч как-то особенно. Смутно ощущаю сквозь плотную ткань штанов, что его член стал слишком твердым... и начинаю догадываться. - Ты хочешь меня? - Я больше хочу спать. - Что ты делал в ванне? - Я так ничего и не смог сделать. - Почему? - Потому что я устал. Потому что неправильно. Потому что ты его сын. Потому что... Ксавьер отключился. Уснул как убитый. Я беспрепятственно снял с него все за исключением цепочки и укрыл. Теперь как бы можно уйти. Но я не пойду в спальню по соседству, мне и тут хорошо. И мне нравится лежать в кольце его рук. Он забрал меня в объятья даже во сне... Что между нами происходит? Умом понимаю, что должен сопротивляться, и силы мне хватит, несмотря на то, что он вампир. Должен. Мерзкое слово. Я извернулся, целуя его в губы. Буду спать. Я тоже устал. И отказываюсь понимать, чем его пленил мой хвост. Хвост как хвост, обыкновенный. * * * По губам стекала кровь. Эрик порезал их своими безумно острыми клыками. Мы дрались в столовой, используя вилки и ножи, на мне столько царапин и глубоких колотых ран... но боли я не чувствую. Я связал его нейлоновой веревкой и потащил наверх, но даже эту веревку он умудрился разорвать. Хренов экспериментальный зверь. Я бросил его на кровать, но он уже освободился от веревки и ударил меня, хорошенько припечатав к стене. Я взвыл и снова повалил его, мышцы готовы были взорваться, он пробовал меня скинуть, но я навалился всем телом, изо всех сил прижимая его к постели. Он извивался как бешеный и рычал, пока я не заехал ему кулаком в челюсть. Стянул с него свои же джинсы вместе с трусами и задрал ноги выше головы. Хвост... хвост пришлось немного отогнуть, Эрик уже начал приходить в себя, я стиснул зубы и засадил в него. Ощущение было не из приятных, что уж говорить о его крике... но крови вокруг было разбрызгано предостаточно, появление еще одного красного пятна на простыне не имело значения. Я трахал его медленно, давая привыкнуть к боли внутри, только вонзался все глубже и глубже... он начал расслабляться и кричать потише при каждом толчке. Потом и вовсе лежал молча, хрипло дышал и болезненно выгибался, если я двигался слишком резко. Широко раскрытые голубые глаза пусты, лицо подавленное, без всякого выражения... я трахал куклу. Держал его за бедра, насаживая на себя, кажется, бесконечное количество раз... но удовлетворение все не приходило. Я начал уставать и... Проснулся. Какой кошмар. Судя по солнечным зайчикам на стенах, на дворе глубокий день. А после этого развеселого сна мне расхотелось насиловать кого бы то ни было. Он спал, прижавшись ко мне, доверчиво, сама невинность... его чудесный хвост прижимался ко мне тоже. Я осторожно просунул ладонь ему между ног. М-м, на этот раз почти полная эрекция. Обхватил пальцами его член, ласкаю. В горле страшная сухость, перед глазами маячит Фрэнсис... что я делаю и зачем? Эрик обидится, решит, что бесплодным сгодится только подставить кому-то зад. Точнее, подумает, что я так решил. А я... и хочу, и не хочу. У меня кавардак в голове и непонятно где застрявшие слезы. Я кого-нибудь люблю? Ну хоть кого-то? Перестал быть в чем-либо уверенным. Ангел? Я почти не помню твое лицо. ========== LVII. Convergence ========== | Part3: Trinity fields | - Фрэнк, оставь в покое пилота. Нам не догнать Ксавьера, даже если ты спалишь к чертям двигатель. Фрэнк! - Блэкхарт заставил его сесть. - Но ты ведь можешь? - Фрэнсис смотрел на серафима как безумный. - Могу, но не буду, - Дезерэтт подбоченился. - Пусть улетают. Ты сказал достаточно, чтобы кто угодно возненавидел тебя и не желал находиться в одном вертолете. - И ты не последуешь за ними? Не проследишь? - Незачем. Мы держим курс на JFK. Встречаем инженера и решаем неотложные проблемы. Оставь в покое сына, Ксавьер хорошо о нем позаботится. - Я чувствую вину... - Да? Что-то сомневаюсь, - тем не менее Дезерэтт грубовато прижал его голову к своему плечу. - Я не стану тебя ругать, ты ведь не маленький уже. Отвечаешь за свои поступки. Постыдный порыв оставить ребенка на верную гибель я тебе не прощу, конечно, но пусть тебя Кси наказывает. Объяснять мне причины не надо, очевидно же... - А мне нет, не очевидно, - возмутился Блак. - Какого хрена?! - Твой фельдмаршал рассудил, что Эрик не захотел бы жить стерильным мутантом. На нем фамилия Конрадов прервется, так не все ли равно – сейчас или через тридцать лет? И решил избавить парня от знания правды и длительных мучений по этому поводу. В целом я даже готов поверить, что он любит Эрика. И коварный план убийства удался бы, если бы не Ксавьер. - Он меня знать теперь не захочет... - пробормотал Фрэнсис горестно, пряча лицо в красных волосах. - И моего ангела настроит против меня. - Твой ангел не такой уж и восприимчивый, не подпадает под чужое влияние, чужие слова и впечатления. У него есть собственная точка зрения, и заключается она в том, что ты превосходный трахальщик. Отличное звание, как по мне. - Дэз, не при посторонних, - Блак покосился на Оруэлла, но пилот даже не улыбнулся, сосредоточенно глядя на приборную панель и негромко переговариваясь с кем-то через гарнитуру. Возможно, он и не слушал... - Ну и что мне делать? - Объясниться. Покаяться, если точнее. Понести наказание. Помочь Эрику осеменить чью-нибудь матку и заслужить вечное прощение. - Люблю я твою прямолинейность... - Сэр Конрад, докладываю – аэропорт имени Джона Ф. Кеннеди, - спокойно отчеканил пилот. - Получил разрешение на посадку на крышу терминала 8, прибываем через минуту. - Сколько времени?! - всполошился фельдмаршал, не найдя наручных часов. - Половина шестого, самолет инженера уже сел. Но не волнуйся, он нас дождется. /mirror of mind - Erick/ Я проснулся от настойчивого желания облегчиться. Странно, но член стоял... и побаливал. Ксавьер спал, не очень крепко, я чуть не разбудил его, выбираясь из постели. Решил не одеваться, прошмыгнул в туалет так. С первой попытки помочиться не удалось, как и со второй, я был сильно озадачен своим состоянием. О том, что происходит у людей, секс, онанизм и прочие вещи, я знал из учебных книг и не совсем учебных фильмов, но там нигде не упоминалось об интимном контакте мужчины с мужчиной. Да и каким-то бессмысленным он мне представляется. Может, стоит поговорить об этом с Кси... но мне бы как-то справиться с дрожью и противным осадком в душе. Я стараюсь не думать о словах отца. Не переживать. Не мучить себя. Заставляю замолчать ужасный внутренний голос, ехидно шепчущий, что... Продолжением рода Ксавьер со мной точно не будет заниматься. Пришел обратно. Он сидит поверх одеяла, вытянув длинные ноги, голый и чересчур красивый, цепочка с камнем за время сна сместилась за спину, но он не заметил, лениво расправляет растрепанные волосы и улыбается при виде меня. Похоже, от его утреннего раздражения не осталось ни следа. - Ты выспался? - Нет. - А почему вскочил? - Да так... - я опустил глаза. Теперь он тоже смотрит на мой возбужденный орган. - Больно мне было и неудобно. - Ты такой невинный... неопытный... и, если честно, влечешь меня именно этим, - он призывно раскрывает объятья, и я сажусь ему на колени. Его член как камень – Ксавьер положил на него мою руку. - Хочешь чего-нибудь? - Я не уверен, - повинуясь его взгляду, я сжал твердую плоть между пальцев. Кси стонет, совсем тихо, и обвивает мою талию. - Лучше просто научи меня убирать... напряжение. Я не хочу большего. - Можно сделать так... - он ведет мою ладонь вниз по своему стволу, сжимая крепче... потом резко вверх. Этот способ я знал, кажется, разочарование отразилось на моем лице. Все, значит, в точности как в книге. - А можно иначе... Он хватает меня под бедра, приподнимая ближе к себе, наклоняется сам... и мой член погружается ему в рот. Черт! Ксавьер всосал его резко, я ощутил на головке острый кончик языка, а потом зубы, они легонько царапнули, но это было даже приятно... мокро... и снова язык, он лизал меня очень быстро, а губы плотно сомкнулись вокруг головки, посасывая, и у меня уже знакомо зашумело в голове. Внизу живота внезапно стало невыносимо горячо, потом мне на секунду показалось, что я снова хочу в туалет, но нет... просто дыхание прервалось, я застонал, почувствовав новую боль в паху, от нее под кожей покалывало, а внутри будто какая-то пустота образовывалась, я застонал еще, от боли было сладко, только странно, невыносимо странно, как будто я на острие иглы, она пронзает меня там... внутри пениса... и из раны выплескивается, только не кровь. Я знаю, что не кровь. И это не рана, это... наверное, нормально. Я отдышался, бездумно глядя на завитые кольцами волосы Кси. Не прошло и минуты, как я кончил. А он пил... и пил очень жадно, продолжая стискивать мои бедра, но его пальцы постепенно расслаблялись, по мере того, как он высасывал из меня сперму, и ее струя ослабевала. Высосал всю, облизнул головку моего уже вялого члена и откинулся на кровать. - Ложись, - он привлек меня на свою грудь, его все такой же напряженный ствол упирается мне в живот, и Ксавьер сам направляет его в сторону, чтоб не мешал. - Тебе легче? - Да, - я смущенно обвил его за плечи. - Почему ты сосал мне? Мне казалось, это позволено только между супругами. - Я хочу с тобой трахаться, и нам можно все. - Кому «нам»? - Тебе и мне, Эрик, - он впервые называет меня по имени и тянется к губам. Я послушно приоткрыл их. Ксавьер медленно скользит по ним, сглатывает слюну и просовывает язык мне в рот. Довольно глубоко, мне сразу становится труднее дышать. Лижет мой язык, торопливо посасывает, обхватывает своими губами мои, впиваясь еще глубже, проводит языком по зубам, ласкает нёбо, наклоняет мне голову набок, покусывает за нижнюю губу, тянет к себе, отпускает... и я, чуть придя в себя, замечаю бешеную пульсацию крови в паху. - У тебя потрясающе чувствительное тело. И ты знаешь, я хочу его. - Как? - Не сейчас. Побудь девственником еще немного, - он трогает мою спину, рассеянно поглаживает хвост и целует мягко, в волосы на макушке. - Тебе хоть что-нибудь понравилось? - Ты нежный... - я вздохнул, прижавшись щекой к его груди. - Но я хочу к отцу. Я никого кроме него и Блэкхарта не знаю. - Не доверяешь мне? - Просто... дико все. Непривычно. Я даже не знаю, чему удивляться, что в порядке вещей, а что нет. Ты принес меня в свой дом, затащил в свою постель... почему? - Потому что я от тебя сдурел. Голову потерял. - Влюбился? - Это неточное слово, оно здесь не подходит. - А что тогда есть «влюбился»? И он замолчал. Резко убрал ладони, я подумал, что он собрался сгонять меня, но Ксавьер бережно обвил мою талию, прижимая к себе теснее. «Не отпущу тебя», - читалось в его беспокойных глазах. Был ли виной тому хвост или что-то другое, я не знаю. Но увидел, понял... хорошо прочувствовал, что нравлюсь, желанен... и он действительно теряет от меня рассудок. Только не знает, как озвучить это без урона для гордости. Я задремал в крепких объятьях, не дождавшись ответа. Может, оно и к лучшему? Влюблен или нет, но он хочет меня. Как и я... его. Еще с Сандре Льюны, когда брал в плен заложника и не подозревал, что получу любовника. Испытаю возбуждение от чьей-то близости и нечаянных, а потом и специальных прикосновений. И трения. Черт, как вспомню... движения тазом... Я едва не задушил его, пытаясь заставить прекратить это. И по дороге сюда он ел меня глазами, умирал, когда я раздевался в ванной, а в спальне просто напрочь забыл о контроле над собой. Возможно, он удивлен, что я достался ему так легко, покорный и нагой, готовый отдаться в любую минуту. А возможно, он догадывается, что я влюбляюсь в его нетерпеливое желание трахнуть меня... и в него самого. Он хочет меня... хочет... от осознания этого мне становится легче жить и смиряться со своим позорным положением. Я не нужен отцу, но я нужен Ксавьеру. Надолго ли? Черт, черт, ну нельзя об этом думать! Как и о том, чтобы остаться с ним... подольше... и боязливо, шаг за шагом, изучать внешний мир. Под его протекцией. Чтобы он всегда был рядом... как сейчас. Мне ведь так хорошо с ним... безумно хорошо. Лежать нагишом, вжавшись телом в тело, впитывать его горячие ласки и поцелуи, ощущать его член, удобно расположившийся у меня под животом, сдержанно думать, что случится дальше, что он сделает со мной... И это то, чего гордость не позволит озвучить мне. Не позволит показать, что я полностью в его власти. Я почти сплю, но он продолжает рассеянно поглаживать и целовать меня, перебирать волосы и касаться хвоста. Я почти сплю и не замечаю, что плачу... пока он не отрывает мое лицо от своей залитой слезами груди. - Малыш... - он шепчет так нежно, что комок в горле взрывается болью и новыми слезами, я отворачиваюсь, но он властно обхватывает мою голову, возвращая к себе и заставляя смотреть. - У тебя самые прекрасные голубые глаза. И ты единственный в мире, кто, услышав это, должен понять, что я говорю правду. И поверить. Потому что раньше ты этого не слышал. А я никогда в жизни это не говорил. И больше никому не скажу. Только тебе. - Это должно меня утешить? - спросил я тоже шепотом. - Нет, - он осушил соленые дорожки на моих щеках и прижался губами в долгом поцелуе. Настойчиво ласкает мой хвост у основания, возбуждая... и заставляя стонать ему прямо в рот. Неудобно же. А ему, кажется, нравится... он нарочно. Массирует мой набухающий член второй рукой, а первой продолжает терзать хвост... размыкает губы, хрипло дыша, но все равно не может не целовать и лижет мой язык, едва хватая ртом воздух. - Я хочу в тебя... - Что мешает проникнуть прямо сейчас? - ощущаю его пальцы под хвостом, он гладит, не пробуя просунуть их вовнутрь... но во мне все неприятно сжимается. Какой-то неясный страх, мелкая дрожь по телу... а еще холодок в паху появился. - Ты такой, каким был я. И ты не готов. А я просто дурак. И схожу с ума от вожделения. Я схватился за его напряженный член, сжал как можно сильнее, дернул вверх-вниз раз, другой... еще раз, пока Кси не застонал громко и умоляюще. Надавил на головку, тесно потерся, невольно восторгаясь тем, какая она твердая и горячая... сочится влагой, оставляя прозрачные липкие капельки на моем животе... Ксавьер слабо вскрикнул и выгнулся. Я обхватил его член обеими руками, намереваясь продолжить, но... из него уже лилось. Он кончил... и после секундного колебания я принялся слизывать его сперму... он ведь делал это для меня. Только Кси выбрызнул совсем чуть-чуть. Проглотив всю остро пахнущую жидкость, я понял, что мне мало. - Ты меня сейчас убьешь. Но в книгах написано, что семя довольно противно на вкус, горькое, терпкое или слишком соленое... - Я пробовал свой «продукт» буквально вчера, - он издал нервный смешок. - Довольно неплох... для заядлого курильщика. Наверное, я ем слишком много сахара. Ты хочешь еще? - Вчера ты не курил. И если не будешь сегодня, то станешь вдвойне слаще, - я смутился. - А ты хочешь дать мне еще? - Попозже. Я слишком быстро кончил... - Ты полдня не мог этого сделать и взвинтил себя до предела, нечему удивляться. - Откуда ты знаешь? Ты что, следишь за мной?! Я покраснел и зарылся в подушку, Ксавьер лег на меня, несильно придавив. - Твоя тяжесть так приятна... - шепчу я, поворачивая голову. - Твое тело совершенно, - отвечает он тихонько на ухо, - оно во всем виновато. Но в этой позе только трахать, но никак не спать. Я положу тебя на бок, если ты не против. И наконец-то ты выспишься. - А ты? Прошу, не уходи никуда. - И я. Никуда я не денусь, честно, - он улыбается и крепко сцепляет руки на моей груди. - Тебе удобно? Уютно? Ты больше не заговариваешь о Фрэнсисе... Я больше не хочу к нему. Я люблю тебя. И хочу, чтоб ты любил меня. Но придется говорить то, что полагается, потому что... ну потому что я чувствую, иначе нельзя. Тут все лицемерят, мне придется тоже. И время говорить тебе о любви наступит не скоро. Ведь я еще не знаю, что у тебя за жизнь, что за отношения с моим отцом, и какие проблемы я принес тебе своим появлением. Их и без меня должно хватать. - Все хорошо. Отвезешь меня к Конраду вечером. - Эрик, твой голос... - Я просто плакал. Давай спать. Ксавьер нахмурен. Знаю, мысли он читать умеет, но мой мозг неплохо защищен... закрыт от телепатии и вторжений без разрешения, а разрешение я давать ему пока не буду. Пусть так додумывается, вру я или нет. * * *