сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 59 страниц)
- Пока еще да, - тело страшно немело, в глазах плясали языки красного пламени. - Слушай... когда Энджи вернется к нам, спроси. Только, пожалуйста, не забудь, спроси. Как ему... хорошо ли живется, на три мира. И здесь, и там, и в аду...
- Тихо, тихо. Я все спрошу, только сядь ровно, - Хэлл огорченно смотрел на микротрещины в коже серафима. - Может, ну его в качель? Я вижу, ты стараешься, но... сними его оболочку, не получилось. Сними, тебе же плохо!
- Нет уж. Я подписался быть преступником, надо идти до конца. Я справлюсь. Я не всю ленту ДНК считал, не смог за один раз.
- Их там шесть штук, - боязливо признался мастер и опустил глаза. - Разных...
- Бля, не мог раньше сказать?!
- Да откуда я знал, что ты метаморфозу по науке делаешь? Привык уже, что вы колдуете что-то невразумительное, а потом – привет! – и гроб из-под полы плаща появляется. И корвалол пьешь.
- То Асмодей! Ему по приколу всякие штуки отмачивать, принцы даэдра управляют любой материей, вертят ею, как хотят... и могут практически все. Не сравнивай с ним меня, простого алкоголика и наркомана.
- Не так ты прост, Дэзя, как кажется обывателям. Самочувствие нормализовалось?
- Вроде. Страшно мне. Не по-детски.
- Все пройдет гладко! Поменьше говори, побольше целуй и обнимай Кси.
- А что говорить все-таки? Помоги...
- Ну, память-то Энджи при тебе? На вопросы все ответить, значит, сможешь. Где был, с кем был, почему не пришел раньше... говори уклончиво, так, чтоб возникли новые вопросы, а на них загадочно отмалчивайся и раздевай мальчика. Это собьет его внимательность, и подозрения в твоей подлинности вообще не возникнут.
- Есть одна проблема. Раздевать мальчика не получится никак. Ангел должен закатить сцену ревности, а я даже приблизительно не знаю какую!
- Гм... а может, мы о нем плохого мнения, и ревновать он не будет?
Негромкий заливистый смех был самым красноречивым ответом на этот вопрос. Моди взял стеклянный стул и уселся верхом, сочувственно глядя на пришибленных друзей сверху вниз.
- Не хочется разочаровывать вас, ребята, но Ангелу измена возлюбленного доставит мук не меньше, чем любому другому рогоносцу. Сначала он убьет соперника, потом всех родственников соперника, потом переключится на случайных прохожих и... поломанная мебель – это цветочки, Дэз. Если виновнику захочется предотвратить Армагеддон, ему придется попасть первым под горячую руку, желательно, получить серьезные травмы и загреметь в больницу. Ярость Энджи немного рассеется от сидения в палате у смертного одра, но радоваться рано, холодная месть обидчику в таких условиях будет продумываться долго и тщательно. Удар он нанесет позже... и всего один, но такой, после которого уже никто не оживет.
- А еще варианты есть?
- Да, план C, - Моди довольно захрустел пальцами. - Но он у меня как раз в проекте, на стадии подготовки, поэтому вам я не скажу, чтоб не напортачили ничего.
- А ты одобряешь? - Дезерэтт встал во весь рост, демонстрируя довольно неплохой образец Ангела, правда, сонный, с полузакрытыми глазами.
- Нет. Но разве у меня кто-то спрашивает? - темптер снова рассмеялся. - Доиграешься, родной. Потеряешь всех зайцев, одним выстрелом.
- Тогда посоветуй что-нибудь, о всемогущий шут! - Хэлл театрально воздел руки вверх. - Полсловечка хоть шепни, а не стебись над нами постоянно.
Демон лукаво склонил голову набок и поманил Дезерэтта к себе.
- Не пори горячку, дождись хотя бы завтрашнего утра, - шепнул он на выдохе и похлопал серафима по плечу. - Свободен.
- А благословение?
- Если облажаешься, я все равно тебя буду любить, - Асмодей коснулся его губ в коротком поцелуе. - Хорошая подделка, я почти купился...
- Мод, ты опять! - Хэлл выудил из кармана горсть гвоздей и запустил в него. Попал, правда, в стену, демон уже исчез, появившись снова за спиной инженера. - Какие у Дэзи шансы?
- Один к ста. Ксавьер должен быть пьян, обкурен или изрядно под кайфом, тогда шансы наоборот, сто к одному, - Моди обнял его. - Не сердись, маленький мастер. Приготовь лучше моему краснокрылому брату походный набор начинающего наркомана. Попробуем перехитрить теорию вероятностей.
========== XLI. One wish, three desires ==========
| Part 2: Tale of foe |
- Малыш!
Подбежавший швейцар торжественно открывает дверцу, а он абсолютно не торжественным шагом выходит из помпезно длинного лимузина, снимает темные очки и дарит мне просто божественную улыбку. Он здесь, он вернулся раньше, чем обещал.
Я бросаюсь Фрэнсису на шею, наплевав на присутствие Блака и его вытянувшуюся физиономию, наплевав на группку еще каких-то непонятных людей в белых костюмах, наплевав на все. Фельдмаршал заползает в нетерпении под мою одежду, бесцеремонно задирает футболку и целует... черт, с какой жадностью! Один сосок, второй... прикусывает и больно сжимает губами... Я застонал, изогнувшись в крепких объятьях. Черт, ох черт... от его горячего языка и непристойно блуждающих повсюду рук мгновенно просыпается дикое, просто неистовое желание... и голод.
- Фрэнк, нам надо поговорить, - выдыхаю, сам себя не слыша – в ушах зашумело от буйного тока крови – и вцепляюсь напряженными пальцами в его темные волосы, твердые и налакированные, как всегда уложенные в брутальную, ни на что не похожую прическу.
- По странному совпадению мне тоже необходимо обсудить с тобой кое-что. Но чуть попозже, малыш. Я пригласил президента в свою халупу отужинать с нами.
- Какого президента?
- Соединенных штатов, сокровище мое, - он снова жарко облизал мне соски, потом присосался к одному и неторопливо облокотил меня на капот лимузина. Взбесившаяся кровь душила все порывы мозга подумать хоть немного, что президент и его охрана в белом любуются отменным представлением, а мне же хочется одного – чтобы Фрэнсис немедленно меня отымел. Здесь и в какой-нибудь грязной позе. Бляяяяяя, как же я хочу его...
Закатил глаза, невольно приоткрывая губы. Затылком чувствую разогретый металл автомобиля, лежать неудобно... но так даже лучше. Охватила слабость и головокружение... уже привыкаю, что это моя обычная реакция в предвкушении секса с ним. Но... что-то идет не так. Фрэнсис кладет ладонь мне между ног поверх джинсов и останавливается. Смотрит куда-то в сторону, быстро кивает, потом тянется к моему рту, и на его языке... я нахожу таблетку. Беру ее, начиная понимать, что он затеял спектакль специально, и в визите высокого гостя скрыт подвох.
- Просто проглоти, - шепчет он, кусая меня за ухо. - Я знаю, я все знаю... зверски хочу тебя трахнуть, весь день промаялся с пеклом в штанах. И меня мутит от похоти не меньше, подожди еще чуть-чуть...
Его ладонь все-таки залезла в мои джинсы, длинные пальцы обхватили член, всего четыре-пять быстрых движений вверх-вниз... и я забился под ним, не в силах дышать. Боже, нет, теперь он встал на колени... резко дернул молнию и взял мой перевозбужденный орган в рот. Сосал так грубо и больно, что я зашелся в крике. Не знаю, сколько не мог совладать с собой, кажется, Нежить пришла мне на помощь... впервые. Также не знаю, что произошло между нами дальше, но... то, что делал фельдмаршал, вдруг понравилось. Руки сами нашли его голову, снова вцепляюсь в склеенные лаком, неровно подстриженные волосы и облизываюсь. Перестал замечать собственные стоны... только жарко, немыслимо жарко... а его губы терзают все сильнее, сжимают и как будто насильно вырывают у меня этот оргазм. Кончив, явственно чувствую, как вместе со спермой вытекает кровь, они смешиваются в довольно опасных пропорциях. Уже во второй раз это происходит. От его садизма или потому что я упырь?
И Фрэнк опять съел всю сперму. Почему он ее так любит... застегивает мне ширинку и как ни в чем не бывало поднимается, обвивая за талию и помогая идти ровно. Что ж, представление окончено. Заходим в дом... охранники пунцовые, а президент странно ухмыляется. Понятно.
Мажордом рассадил нас в банкетном зале в строгом соответствии с правилами за каким-то старинным дубовым столом и принялся разрезать мясо – утку по-пекински. Когда он отвернулся за ножом, фельдмаршал пренебрег этикетом и пересел ко мне. Его горящее бедро прижалось к моему, его тело требовало мое, почти стенало, томясь неудовлетворенным, я ощутил это... Дернулся было к выпуклости на его брюках, но непреклонный взгляд остановил. Интересно, он получает дополнительное удовольствие, жестоко подавляя плотские порывы? Так мы и просидели весь ужин, он оживленно беседовал с президентом о театре Кодак и последней прошедшей там церемонии вручения «Оскар», а когда принесли десерт, распорядился приготовить для приема кабинет.
- Мы уйдем выпить виски и выкурить по сигаре, - тихо сообщил Фрэнсис, интимно приближаясь к моим губам, но не целуя. - И договорим... все, что не успели обсудить в Белом доме. Найди Блака и оставайся с ним, пока я не вернусь. Не броди по комнатам один, это не просьба, это приказ. Ты понял?
Я выразительно хлопнул ресницами, заинтригованный дальше некуда. Что происходит? И на кой черт мне таблетка, что в ней? Наркотик, яд, снотворное? Скоро узнаю, наверное...
Блэкхарта я нашел на кухне, в окружении нескольких пустых чашек из-под кофе и доверху набитой окурками пепельницы. Он выходил встретить фельдмаршала... а все остальное время сидел тут, что ли?! Или это тоже был приказ Конрада, не терпящий ослушания? Удивительно, но я даже рад его небритой роже и неприязненному взгляду. Интересно, Блак в курсе событий? Он первым нарушил молчание.
- Когда Фрэнк завел тебя, ты был так похож на маленькую шлюшку... Извивался в его руках, разве только не молил, чтобы тебя оттрахали. И ты говоришь, что ты не педик?
- Тебе завидно, зайчик? Небось, не отказался бы подставить генералу свой зад. О, я, кажется, запамятовал – у тебя не будет выбора, если он прикажет снять штаны и встать раком.
- Но у тебя-то тоже нет выбора.
- А я не напрягаюсь по этому поводу, мне нравится его член, знаешь ли, длинный такой, дюймов семь, твердый и горячий... особенно, когда он глубоко засовывает его в меня, - сука! Я понял, что за таблетку он мне дал. С сывороткой правды, что заставляет говорить без остановки! А Блак нужен в качестве слушателя и самого надежного хранителя полученной информации. Только ЧТО Фрэнк хочет выведать у меня, пока так мило беседует с главой государства? Мнение по поводу его половых данных? Ой, сомневаюсь. Наверное, это разогрев перед настоящим допросом. Теперь я буду думать, прежде чем выпалить что-то. Поосторожнее... туманнее. Пусть тоже помучаются.
- Ты спал с Минервой?
- Да.
- И как это было?
- Сносно. Но непривычно. Не хотел бы повторить.
- А что хочешь?
- Фрэнка. Трахаться всю ночь до изнеможения, - да, Нежить, так его! Сплошное удовольствие смотреть в квадратные глаза майора. А ведь сумерки еще не спускались... Но он не унимается:
- Что еще ты хочешь, щенок?
- Только секс. Чем больше, тем лучше.
- А когда удовлетворишься, наконец, ничего не захочется?!
- Курить. Пить... особенно пить.
- А в жизни чего-нибудь добиться хочешь?
- У меня все есть. Буду программировать удовольствия ради.
- А домой хочешь?
- Не к кому. Тут пока останусь.
- Ты любишь фельдмаршала?
- Не знаю. Я не думал об этом.
- На кого работал Максимилиан Санктери?
Ого! Вот и добрались. Занятно...
- Мне о нем мало что известно. Но я знаю человека, который расскажет больше.
- Имя?
- Ангел... Инститорис.
* * *
Первым делом Фрэнсис получил пощечину. Не дав ему опомниться, я врезал коленом в пах... но не сильно, я все-таки еще хочу быть изнасилованным после того, как проучу его. Когда он повалился на пол, рефлекторно хватаясь за яйца, я пнул его в бок, заставил распрямиться и придавил ступней шею.
- Ублюдок. Зачем ты заставил меня говорить силой? Я сказал бы все и так! Тебе бы сказал! Не Блэкхарту. Сукин ты сын... - я надавил сильнее, потом убрал ногу. - Отвечай.
- Ко мне поступила новая информация о бойне и пожаре в центральном госпитале Нью-Йорка, в результате которого погибло 119 человек. После долгой медэкспертизы удалось установить, что 59 жертв – мои солдаты-дезертиры. По подозрению в убийстве обвиняется...
Я слушаю дальше вполуха. Все это мне уже известно, спасибо Джонатану. Да, Фрэнк, тебе позарез хочется узнать, кто такой этот Максимилиан, наделавший столько бед, и кто такой этот Ангел, упоминаемый не в первый раз... и который...
- Твой любовник. Ты обещал его привести. Я ведь ничего не путаю?
- Нет, Фрэнсис, ты ничего не путаешь, - я с сарказмом глянул ему в лицо. - А Блак не забыл тебе пересказать все, что я красочно расписал о твоем члене? Или тебя секс интересует в первую ночь, а в дальнейшем – только если кто-то подсматривает? Расчетливый козел. Знал, что я не могу устоять перед тобой. Нашего договора больше нет. Ты причинил мне боль. Намеренно. Я ухожу.
Я действительно ухожу, но ноги не хотят меня слушаться. Ведь я хочу остаться! Обидно – Конрад тоже это знает. И все же я смог выйти из комнаты, добраться до лестницы, спуститься наружу и... только в розарии кто-то схватил меня за руку.
- Останься. Я не лгал, когда говорил, что люблю тебя. Блак все мне рассказал. Я... я пытаюсь отделить тебя от своей работы, но пока ничего не получается. Один Бог знает, по какому закону подлости ты оказался впутанным в мои дела. Сын преступника...
- Этого еще никто не доказал.
- Но все улики против Максимилиана!
- И что ты хочешь от меня, Фрэнк?!
- Я уже сказал. Останься.
- Зачем? Ты будешь думать о работе и различной посторонней ерунде. И подозревать меня фиг знает в чем.
- Нет. Я верю тебе, а не уликам.
- Мне очень жаль, господин фельдмаршал, но я ухожу. Отпустите мою руку.
Я мог бы ее вырвать или даже сломать, это было бы не страшно, но... я позволил Конраду обнять себя и повалить на мягкий зеленый газон. Его ищущие пальцы стаскивают с меня одежду и мягко ложатся на кожу. Ласкают медленно и настойчиво, ничего не пропуская... поглаживают, то ли желая успокоить, а то ли разжечь. Он целует меня в грудь, потом трется об нее щекой.
- Совсем я не слышу твоего сердца, Ксавьер. Блак задавал один вопрос...
- Ты нужен мне. Но я не готов к громким заявлениям о любви, как и не готов брать на себя ответственность за некоторые, очень серьезные слова. Честнее этого ответа ничего не будет.
- Хорошо, - Фрэнк опустился на меня всем телом. Он все еще одет... раздевал только меня. Почему-то это возбуждает. Но его возбуждения я не чувствую. - Ты хотел со мной поговорить?
- Да, - тут я напрягся. Начать придется издалека. - Ты кого-нибудь прощал в своей жизни?
- Чарльза. Спускал ему многое, он – друг.
- А кроме Чарльза?
- Свою мать. К чему ты клонишь?
- А наказания смягчал?
- Кси...
- А мог бы отменить смертный приговор?
- Кси, говори прямо!
- Минерва.
- Так и думал... нет. И не вмешивайся в это. Со своей женой я уж как-нибудь управлюсь. И помощи у тебя просить не буду.
Ну вот, теперь он язвит. Не стоило, не стоило с ней спать! Бллин...
- Я понял. Можно предложить тебе новую сделку?
- Я слушаю.
- Жизнь Минервы в обмен на... любое твое желание.
- Только одно желание?
- Хорошо, три. Одно – за то, что пощадишь ее за измену, второе – за то, что сделаешь вид, будто я никогда ее не трахал, а третье – за то, что я тебя ударил.
Вот он, момент истины. Не слишком ли я расщедрился на желания? Он раздумывает. Мои любимые морщинки между его бровей углубились. Я жду, Фрэнсис. Ты откажешься от соблазна трижды сделать со мной все, что угодно?
- Назови причину, по которой вступаешься за нее, и я соглашусь.
- Она женщина. Одна из тех иррациональных существ, импульсивных, эмоционально неустойчивых... более нервных, подверженных стрессу. Я никогда не смогу убить ни одну женщину. И не хочу, чтоб ты убивал.
- Убедил, - его голубые глаза засветились. А я встревожился. Что ему сейчас взбредет в голову? - Теперь моя очередь. Желание первое: ты остаешься со мной. Столько, сколько захочу я. И слушаешься меня. Малейшее непослушание...
- Так и сказал бы, покороче – «ты будешь моим рабом». А второе?
- Озвучу завтра. А третье еще придумать надо.
- Но, Фрэнк, мы ведь договорились...
- По уговору ты согласился на любое мое желание. Или ты отказываешься от своих слов?
- Нет, но...
- И ты не сказал в уговоре, что свои желания я должен выложить прямо сейчас! Впрочем, не поздно расторгнуть сделку. Пистолет у меня всегда при себе, я зайду в комнаты Минервы и застрелю ее, не дожидаясь, пока...
- Всё! Ты мой хозяин, я смиренно жду приказаний.
Одно колючее мгновение. Холодок в ногах. Лёгкий вздох. Я читаю в его глазах безумие и сглатываю горечь.
