Текст книги "Осколки Протокола. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Юрий Уленгов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 79 страниц)

Север сжал челюсти. Под кожей перекатились желваки.

– Ты не опоздал. Тебя сюда вовсе не звали, – едва ли не прорычал он. – Когда понадобишься – вызову.

Я усмехнулся, правда в моей усмешке не было ни капли веселья.

– Вызывать ты девочку себе в комнату ночью будешь, – отчеканил я, глядя прямо в глаза Северу. – А я не твой подчиненный, если ты не забыл. Но вернемся к нашим баранам. О чем речь? От кого ты приказывал избавиться Грому?

Север молчал. Смотрел. Пальцы сжались сильнее, костяшки побелели.

Тишина стала тяжелой. Кто‑то за спиной переступил с ноги на ногу – доски заскрипели. Лиса выдохнула, еле слышно. Седой, будто бы невзначай положил руки на автомат. Я метнул на него быстрый предупреждающий взгляд: не надо, дядь. Лучше не надо.

Гром поднял голову. Посмотрел на Севера, потом на меня. Выпрямился, размял шею. Лицо усталое, но спокойное.

– От тебя, Антей, – сказал он ровно. – Север давал мне задачу избавиться от тебя после выполнения задания.

Я перевел взгляд на Грома. Смотрел. Переваривал.

В целом, чего‑то подобного я и ожидал. Ничего удивительного: учитывая, как ко мне в принципе здесь отнеслись с самого начала. Мавр сделал свое дело – мавр может уходить. Вот уроды!

– Понятно, – кивнул я. – И почему ты этого не сделал?

Гром молчал секунд пять. Смотрел на меня. Потом вздохнул – тяжело, как после долгого подъема в гору.

– Потому что не посчитал нужным, – сказал он медленно. – Север сидел здесь, а я был там, рядом с тобой. И за это время ты показал себя больше человеком, чем некоторые.

Последние слова он сказал, глядя прямо на Севера.

Тот побагровел. Шея покрылась красными пятнами, подбородок выпятился.

– Ты ослушался прямого приказа, – процедил он сквозь зубы. Голос дрожал от сдерживаемой ярости.

– Да, – ответил Гром. Спокойно, без вызова. – Ослушался. Потому что, еще раз повторюсь: тебя там не было. А я был. И со всей ответственностью заявляю: если бы не Антей, мы бы не то что заданием не выполнили бы, мы б даже до станции не дошли. Максимум до полигона бы доползли, да там и остались бы. Не говоря уже о том, что всю работу по освобождению наших людей сам Антей и сделал. С Лисой. И, если ты забыл, всю эту миссию он сам и предложил. А на обратном пути, искалеченный, он еще и помогал атаку корпоратов отбивать. Так что, Север, я, как твой заместитель , если ты еще не забыл, считаю, что имел полное право ослушаться твоего приказа.

В зале повисла тишина. Тяжелая, давящая, как перед грозой.

Север смотрел на Грома. Тот смотрел в ответ, не отводил глаз.

Я стоял, переводил взгляд с одного на другого. А внутри рослостранное чувство. Теплое, непривычное и очень давно не испытываемое.

Благодарность.

Я посмотрел на Грома.

– Спасибо, – сказал я негромко. – Серьезно. Ценю.

Гром кивнул. Коротко. На губах дрогнула полуулыбка – быстрая, едва заметная.

Север стукнул кулаком по столу. Звонко, громко. Кружки подпрыгнули, одна чуть не опрокинулась.

– Хватит! – рявкнул он.

Север выпрямился в кресле. Посмотрел на меня тяжело, недобро.

– Тот тип, что вырезал седьмое убежище, – начал он медленно, – тоже выглядел как человек. Говорил, как человек. Вел себя, как человек. – Пауза. – А потом за одну ночь убил больше пятидесяти человек. Включая детей.

Я закатил глаза. Не выдержал.

– Как же вы задолбали меня с этим убежищем, – буркнул я. – Честное слово.

Север нахмурился еще сильнее.

– Что ты…

– Симба, – оборвал я его, впервые обращаясь при людях к ассистенту вслух. – Подключись к системам трансляции бункера. Найди экран, проектор, что угодно. Покажи им запись боя на станции.

– Принял, выполняю, – отозвался Симба. – Сканирую сеть… Обнаружена локальная система связи. Подключение… Завершено. Доступен экран в данном помещении.

Большой экран, до этого лишь мигавший диодом в режиме ожидания мигнул и засветился. Все уставились на меня.

– Что ты делаешь? – спросил Север настороженно.

– Показываю, – ответил я. – Затрахали вы меня уже с этим убежищем. Нате, смотрите.

На экране появилось изображение. Запись с моих оптических систем. Коридор станции, тусклый свет, стены в крови.

И двойник. Мой двойник. Стоит напротив, ухмыляется. Клинки активированы, боевая стойка…

– Это… – начал Север, вглядываясь в экран.

– Смотри! – рыкнул я.

Видео пошло дальше. Бой. Двойник атакует – быстрый, яростный, нечеловечески сильный. Я увертываюсь, бью клинками, отступаю. Он проддолжает атаку.

Видео закончилось на эффектном моменте. Удары ломом, кровь и мозги, расплесканные по полу… Симба будто нарочно остановил запись именно на этом моменте. Кто‑то сглотнул, Лиса, побледнев, отвернулась.

Север смотрел на экран. Молчал. Лицо застыло, глаза прищурены. Смотрел долго, даже когда запись закончилась и экран погас.

Потом перевел взгляд на меня.

– И что? – вскинул он брови. – Ты считаешь, что я не видел генераций?

Внезапно в разговор вступил Крон.

– Это не генерация. Я тоже видел его, – проговорил он, не отрываясь от своего ноутбука. – И женщины, которых мы освободили – тоже. Антей отправил нас прочь, а сам остался прикрывать… От этого, – инженер кивнул на погасший экран. – Думаю, женщины тоже подтвердят.

Север сжал губы. Молчал некоторое время, опустив глаза, потом снова поднял их на меня. Никаких извинений, никакого раскаяния…

– А какие у нас гарантии, – спросил он медленно, – что ты тоже не превратишься вот в такое? – Кивнул на экран, где застыл стоп‑кадр двойника.

Я посмотрел на него. Долго. Внимательно. Тяжело вздохнул и махнул рукой.

Надоело. Все надоело.

Я покачал головой. Медленно, из стороны в сторону.

– Никаких, – ответил я тихо. – Никаких гарантий.

Развернувшись, я пошел к двери.

– Когда решите, доверяете мне или нет – дайте знать, – бросил я через плечо. – А пока займусь своими делами.

Я толкнул дверь и вышел в коридор.

За спиной – тишина. Никто не окликнул. Никто не остановил.

Впрочем, я этого и не ожидал.

Я быстро шел по коридору, даже не пытаясь оглянуться. Внутри кипело. Злость, разочарование, усталость. Не то, чтоб я от правился на мясную станцию для того, чтобы заслужить расположение людей в убежище, но, мать твою, могли хотя бы спасибо сказать!

Да и хер с ними…

– Антей!

Кто‑то меня окликнул. Я не обернулся, лишь ускорил шаг.

– Антей, стой!

Шаги за спиной, быстрые. Догоняют.

Я остановился. Резко. Обернулся.

Крон. Инженер почти бежал за мной. Догнав, остановился. Остановился в паре метров, оглянулся по сторонам. Коридор пустой.

– Мне нужно с тобой поговорить, – проговорили он, понизив голос. Быстро, почти шепотом. – Наедине.

Я усмехнулся. Зло.

– Всем от меня что‑то нужно, – огрызнулся я. – Только вот благодарности хрен дождешься. Так что записывайся в очередь, и…

– Антей, – оборвал Крон. Голос твердый. – Заткнись на секунду и послушай.

Я замолчал и посмотрел на него, чуть склонив голову.

Крон ухмыльнулся. Кривовато.

– Ладно, перефразирую, – сказал он. – Мне  нужно с тобой поговорить. Но это, в первую очередь, в твоих интересах.

Я нахмурился.

– В моих интересах?

Крон кивнул. еще раз оглянулся – быстро, нервно. Потом шагнул ближе.

Задрал рукав куртки на правой руке. Высоко, почти до локтя.

Запястье инженера перехватывал широкий кожаный браслет. Даже не браслет, наруч. Потертый, старый. Крон застегнул пряжки, стянул украшение.

Под браслетом оказалась татуировка.

Я замер.

Штрих‑код. Четкий, черный, на внутренней стороне запястья. Узнаваемый, знакомый…

Точно такой же, как у меня.

Я перевел взгляд с татуировки на Крона. Кажется, инженеру удалось меня удивить.

Крон ухмыльнулся. Широко, но не весело.

– Полагаю, нам есть что обсудить, – сказал он тихо. – Найди меня вечером, после отбоя. Инженерка – на этом же уровне, в другом конце коридора.

Застегнул браслет обратно, опустил рукав. Развернулся и пошел назад. Быстро, не оглядываясь, так же, как только что шел я.

Я стоял и молча смотрел ему вслед.

Как много вопросов, как мало ответов…

Похоже, в этом бункере я не единственный, у кого есть секреты. Что ж. Придется наведаться к Крону после отбоя.

А сейчас нужно, наконец‑то, поесть и отдохнуть.

На сытый желудок оно и думается как‑то получше…

Глава 5

К Крону я отправился после отбоя. Когда коридоры опустели, свет приглушили до аварийного режима, а сам я несколько часов счастливо проспал во все‑таки выделенной мне каморке. Еще и персональной. Сейчас я чувствовал себя не то, чтоб свежим и полным сил – моя бы воля, еще бы даванул минут шестьсот, но, по крайней мере, я уже не рисковал вырубиться, просто прислонившись к стене. Это радовало.

Лампы горели через одну, тускло, желтым светом, отбрасывая густые длинные тени. Где‑то в отдалении мерно и монотонно капала вода.

Инженерку я нашел быстро. В принципе, если понять логику убежища, оно уже не казалось таким большим и запутанным. Остановившись у двери, я постоял секунду, потом вздохнул и коротко постучал.

– Открыто, – голос Крона. Спокойный, взвешенный.

Толкнув дверь, я вошел внутрь.

Берлога Крона представляла собой примерно то самое, что я и ожидал увидеть. Несколько рабочих столов: на одном – сразу три монитора, планшет, клавиутара и остывающая чашка с чаем. Второй завален какими‑то проводами и модулями. Шкафы заставлены неизвестным мне оборудованием, в дальнем конце – топчан, отгороженный ширмой. Кажется, Крон здесь и ночевал.

А что, удобно. Проснулся – и уже на работе. Правда, есть и минус. Только проснулся – а ты уже на работе.

Я усмехнулся мысленному каламбуру и прошел вглубь комнаты.

– Пришел, – констатировал Крон. – Садись, – он приглашающим жестом указал на кресло, стоящее у второго стола. Я отказываться не стал. Сел, развернулся к нему, внимательно посмотрел в глаза инженера. Тот бесстрастно выдержал мой взгляд, не спеша начинать.

– Ну, – наконец не удержался я.

Крон еще несколько секунд смотрел на меня, а потом вдруг спросил:

– Ты совсем не помнишь меня, Антон?

Меня будто током прошило. «Антон». Кроме меня самого, никто вокруг не знал моего имени. Да что там говорить, иногда я сам сомневался, что не придумал его в горячечном бреду воскрешения, там, в захламленном подвале. То есть… Получается, Крон знал меня раньше?

– Нет, – покачал я головой. – Должен?

Крон вздохнул.

– Прежде чем я начну отвечать на твои вопросы, позволишь провести быструю диагностику – он потянулся к планшету на столе. – Я подключусь и быстро гляну, что там у тебя внутри.

Я напрягся.

– Сейчас не понял… Ты не можешь просто сказать то, что хотел, без этих фокусов?

– Я должен понимать, что я могу сказать, а что нет, – качнул головой Крон.

– Не понимаю. Объясни, – напряженно проговорил я.

Крон снова вздохнул.

– Твоя потеря памяти… Она кое‑что напоминает мне. И, прежде чем начать разговор, я бы хотел понять, прав я, или ошибаюсь.

– Прежде чем начать разговор, – в тон ему ответил я, – я бы хотел понимать, с кем я вообще разговариваю. Откуда у тебя эта татуировка, Крон?

Тот хмыкнул.

– А ты еще не понял?

– Может и понял, – на этот раз хмыкнул я. – Но хотел бы понимать, прав я, или ошибаюсь.

Крон улыбнулся.

– Что ж, здравое желание. Хорошо, давай знакомиться. Дмитрий Кронин, некогда – старший инженер‑программист компании «ГенТек», отдел адаптивного обучения. Ныне – главный инженер этого… – Крон запнулся и усмехнулся, – теперь уже этого убежища.

– И как старший инженер‑программист компании «ГенТек» стал главным инженером в убежище тех, кого корпорация считает подножным кормом? – с неподдельным интересом спросил я.

Крон вздохнул и пожал плечами.

– Когда старший инженер‑программист увидел, к чему привела, в том числе, и его работа, а главное – как к этому относится его непосредственное руководство, он решил, что ему с ним больше не по пути. Если коротко – побывав на одной из мясных станций сразу после того, как это все, – он обвел взглядом отсек, но я понимал, что он имеет в виду то, что находилось за пределами убежище, – завертелось, я сбежал во время переброски на другую базу. Первое время пришлось тяжело, но потом мне повезло встретить выживших – и вот я здесь.

– Давно? – посмотреля я на него.

– Четыре года, – коротко ответил Крон.

Я задумался.

Теория о том, что Крон мог быть спящим агентом ГенТек выглядела несколько параноидально. Корпорации не было никакого смысла держать лазутчика в убежище так долго. Ему достаточно было с самого начала отправить корпоратам координаты базы – и на этом для выживших все бы закончилось. Кроме того, я помнил, с какой неподдельной ненавистью Крон убивал своих бывших коллег на мясной станции: такое сыграть было попросту невозможно. Пожалуй, он не врал.

– Ты спросил, помню ли я тебя, – подумав, проговорил я. – Мы были знакомы?

Крон качнул головой.

– А вот дальше я говорить не могу, пока не проведу диагностику. Так ты позволишь?

Я махнул рукой.

– Валяй.

Интересно, чего далась ему эта диагностика? Он сам подозревает во мне вражеского шпиона? Или тут что‑то другое? Да плевать, на самом деле. Скрывать мне нечего, пусть смотрит.

Крон взял в руки планшет, пробежался по сенсорной клавиатуре. Тут же в голове ожил Симба.

– Регистрирую входящий запрос на подключение. Источник: диагностическое устройство. Идентификатор: инженерный терминал ГенТека.

Инженерный терминал… Интересно как…

– Разрешить, – мысленно ответил я. – Только смотри, чтоб это была именно диагностика. В случае чего – разрывай соединение.

– Принято. Подключение установлено. Передаю данные системной диагностики.

Крон выпрямился в кресле, уткнулся взглядом в планшет. Сосредоточенно читал что‑то, легкими свайпами открывал какие‑то таблицы, прогонял тесты… Время от времени у меня в затылке появлялось тянущее ощущение, но Симба молчал. А я доверял ассистенту.

Время шло. Минут, пять, десять… Наконец, я не выдержал.

– Ну что там? – спросил я резко.

Крон поднял взгляд. Посмотрел на меня странным взглядом, будто пытался понять, откуда я здесь взялся, тряхнул головой и проговорил, наконец:

– Ну нихрена себе у тебя тут намешано.

Вставив планшет в док‑станцию, он подключил его к монитору. Пробежал пальцами по механической клавиатуре, помотал головой.

– Теперь я понимаю, почему мясная станция взлетела на воздух, – добавил он тихо.

Пауза.

– Ты действительно ничего не помнишь?

Я сжал кулаки.

– Нет, блин, пошутить решил, – довольно резко ответил я. Через секунду продолжил, уже спокойнее.

– Я помню только как очнулся в подвале. И как меня пытался убить киборг ГенТека. До этого – пустота. Какие‑то обрывки воспоминаний иногда проскакивают, обычно – во время сильного стресса, но это лишь образы. Я даже не все в них понимаю.

Крон кивнул, и снова уставился в монитор.

– Ты можешь с этим что‑нибудь сделать? – спросил я нетерпеливо. – Вернуть память?

Крон молчал. Долго. Смотрел на экран, на меня, снова на экран…

Я ждал, чувствуя, как начинаю закипать. Наконец, когда я был уже готов взорваться, Крон выдохнул и произнес:

– В теории, – сказал он медленно, – да.

Пауза. Долгая.

– На практике – не буду даже пытаться.

Я вскочил с кресла, кулаки непроизвольно сжались.

– Почему⁈ – рявкнул я.

Крон откинулся на спинку кресла, отложил планешт, и посмотрел мне в глаза – спокойно, тяжело.

– Потому что это может превратить тебя в овоща, – ответил он ровно.

Я замер.

– У тебя стоит мощный мнемоблок, – продолжил Крон. – Не знаю, на какой триггер он сработал. Но я вижу его структуру. – Он постучал пальцем по планшету. – На двери твоей памяти сейчас – мина. И эта мина установлена на неизвлечение.

Пауза.

– Если я попытаюсь ее обезвредить… – Крон качнул головой. – Шансов немного. Скорее всего, ты просто сгоришь. Мозг отключится. Навсегда.

Я стоял, смотрел на него. Переваривал.

– То есть, – проговорил я медленно, – потеря памяти – это не следствие заражения вирусом?

Крон усмехнулся. Без веселья.

– Нет. Абсолютно нет.

Он встал, подошел к верстаку. Взял какую‑то деталь, покрутил в руках. Продолжил, не глядя на меня:

– Скорее, это следствие попытки захвата, – проговорил он. – Кто‑то пытался получить доступ к твоей памяти. Взломать. Извлечь информацию.

Обернулся.

– И система сработала. Активировался защитный протокол. Полный блок большей части информации с запуском механизма уничтожения личности при попытке взлома. Чтобы никто туда не добрался. Включая тебя самого.

Я опустился обратно в кресло. Тяжело. Голова гудела.

Крон вернулся к столу, сел напротив.

– Я не полезу туда, Антей, – сказал он твердо. – Не проси. Слишком опасно. Один неверный шаг – и ты станешь растением. Прости.

Он посмотрел мне в глаза.

– Тебе придется самому искать ответы.

Я выругался. Длинно, витиевато, заковыристо. Крон не отреагировал. Ждал, пока я успокоюсь.

Наконец, я выдохнул и потер лицо руками. Спокойно, Антей, спокойно… Обидно – казалось, что разгадка уже вот она, только руку протяни – и схватишь. Вот только хрен там плавал, выражаясь морскими терминами.

– И что мне делать? – спросил я глухо, даже не ожидая ответа.

Крон помолчал. Потом наклонился вперед, сложил руки на столе.

– Я могу подсказать, где искать ответы, – сказал он.

Я вскинул голову

– Говори.

– Тебе нужно в Сити.

Я поднял брови.

– Зачем?

– Туда, где было генеральное представительство ГенТека, – ответил Крон. – Главный офис. Штаб‑квартира.

Я нахмурился.

– И что там сейчас?

Крон пожал плечами.

– Полагаю, что разруха и запустение. ГенТек эвакуировался оттуда еще до того, как все началось. Вывезли персонал, оборудование, архивы. Оставили пустую оболочку.

Я смотрел на него непонимающе.

– И зачем тогда мне туда?

Крон выдержал паузу. Посмотрел мне в глаза.

– Потому что именно там был офис и лаборатория профессора Плесецкого.

Тишина.

Я переваривал имя. Пытался нащупать хоть что‑то в памяти. Пустота.

Крон смотрел внимательно. Ждал реакции.

– Ты помнишь Плесецкого, Антей? – спросил он тихо.

Я мотнул головой.

– Нет. – Пауза. – А должен?

Крон вздохнул.

– Полагаю, что да.

Я встал. Резко. Прошелся по комнате. Остановился у верстака, стукнул кулаком по столешнице.

– Ты можешь рассказать мне хоть что‑нибудь? – спросил я, не оборачиваясь. – Кто он? Чем занимался? Какое отношение имеет ко мне?

– Не думаю, что могу, – ответил Крон за спиной. – Я рисковал, даже называя тебе эту фамилию.

Я обернулся и испытывающе посмотрел на него.

Крон качнул головой.

– Мнемоблок крайне хитрый, – сказал он медленно. – Я понятия не имею, на какой триггер он может сработать. Какое слово. Какое имя. Какой факт.

Пауза.

– Особенно учитывая, что я, вероятно, все еще считаюсь сотрудником ГенТека, – добавил он. – Для твоей системы я могу быть угрозой.

Он посмотрел на меня серьезно.

– Неправильное слово – и все кончено. Прямо здесь, прямо сейчас. Я не буду рисковать.

Я стоял, смотрел на него. Внутри кипело.

Крон встал, подошел ближе.

– Иди в Сити, Антей, – сказал он твердо. – Найди лабораторию Плесецкого. Она была на верхних этажах главного здания ГенТека. Обыщи там все. Терминалы, архивы, записи. Личные файлы. Все, что осталось. Если я прав… Думаю, ты найдешь там… Что‑то, что может тебе помочь.

Он посмотрел мне в глаза.

– Полагаю, ты найдешь там если не все ответы, то хотя бы часть.

Я не выдержал. Шагнул к нему, схватил за плечи.

– Да ты можешь хотя бы намекнуть, мать твою⁈ – выдохнул я сквозь зубы. – Хоть что‑то! Хоть слово!

Крон не отстранился. Смотрел спокойно, печально.

– Прости, но нет, – сказал он тихо. – Сам, Антей. Только сам.

Пауза.

– Поверь: если бы мог, я бы постарался рассказать хотя бы то малое, что знаю, – продолжил он. – Но рисковать я не буду. Слишком высокая цена.

Я разжал пальцы. Отпустил его и отступил на шаг, тяжело выдохнув.

– Ладно, – буркнул я. – Понял.

Я развернулся к двери. Находиться здесь больше не было ни сил, ни желания.

– Антей, подожди, – послышался голос Крона за спиной.

Я остановился и обернулся через плечо.

Крон стоял у стола. Смотрел серьезно.

– Север знает, что я раньше работал на ГенТек, – сказал он. – А вот остальным лучше бы этого не знать, – я усмехнулся. Сейчас Крон почти слово в слово повторил то, что я говорил ему насчет Иды. Черт подери, судя по количествую одновременно присутствующих бывших сотрудинков ГенТека, в убежище скоро можно будет филиал открывать.

– Понял. Не вопрос, – помолчав немного, я добавил: – Спасибо, Крон. Серьезно – спасибо.

– Не за что, – махнул он рукой. – Хотел бы я помочь тебе больше… Знаешь, что? Зайцди ко мне завтра днем. Думаю, что могу кое‑что придумать. Кое‑что, что немного облечит тебе жизнь.

Я поднял бровь.

– Чем?

Крон усмехнулся.

– Завтра увидишь. Мне нужно подготовиться.

Он потер лицо руками.

– Извини, но я чертовски хочу спать. Как, полагаю, и ты.

Я кивнул. Несмотря на то, что немного поспать мне удалось, я с удовльствием вернулся бы к этому увлекательному занятию.

– Доброй ночи, Антей.

– Доброй ночи, Крон.

Я вышел в коридор и прикрыл за собой дверь.

Обратно я шел медленно. В голове роились миллионы мыслей, голова гудела от информации и догадок. Мнемоблок. Плесецкий. Сити. Опять «пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что»… Проклятье!

Впрочем, мне ли привыкать?

Вернувшись в свою каморку, я запер дверь и принялся раздеваться. Бросил на стул рядом с кроватью куртку, с наслаждением стянул футболку… Голый по пояс, остановился у ящика. Посмотрел на свое запястье с татуировкой. Метка ГенТека. Твою мать. Чем же я там занимался‑то, а? Прежде чем стать «объектом 348−15, боевым юнитом Эдема»?

Ответов, как всегда, не было.

Из задумчивости меня вырвал стук в дверь. Я резко обернулся, выхватил из кобуры скорчер. Стук повторился. Я плавно переместился к двери и замер, стоя чуть в стороне.

– Кто там? – спросил я.

– Антей, это я. Открой, пожалуйста.

Голос женский, знакомый.

Ида.

Я нахмурился. Спрятал скорчер за спину, клацнул щеколдой.

Не ошибся. На пороге стояла Ида.

Девушка успела переодеться – серая футболка, темные штаны… Одежда явно маловата – видимо, выдали лучшее, что было. Футболка, например, так и норовила треснуть по швам, обтягивая на удивление ладную и… М‑м‑м… Выразительную фигурку. Волосы распущены, влажные, лицо румяное. От девушки так и пахло чистотой и свежестью. Только из душевой, видимо.

Я удивленно вскинул брови и отступил в сторону.

– Ну, входи, раз пришла…

Девушка вошла, я закрыл дверь и повернулся к ней.

– Что‑то случилось?

Несколько секунд Ида молча смотрела на меня, а потом гшагнула вперед. Быстро, порывисто, будто опасаясь передумать. Приподнялась на носках, обвила руками мою шею и впилась в губы жарким, крепким поцелуем. Я даже опешил.

Несколько секунд я стоял как столб, а потом…

Да пошло оно все на хрен!

Ответив на поцелуй, я обнял девушку, прижал к себе, едва не задохнулся от давно забытого аромата женского тела и почувствовал, что теряю над собой контроль. Подхватив девушку за бедра, поднял, глухо стукнул упавший на пол скорчер. Легкая, почти невесомвая девушка обвила ногами мою талию, вжалась всем телом…

Я понес Иду к кровати. Опустил на койку, девушка потянула меня за собой. Прежде чем поддаться, я протянул руку и нащупал выключатель настольной лампы.

Щелчок. Темнота. Горячее дыхание. Жар женского тела.

«Хоть кто‑то видит во мне, в первую очередь, человека», мысленно усмехнулся я, а потом мыслей не осталось.

Сейчас они были ни к чему.