Текст книги "Напряжение 1-7. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Владимир Ильин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 170 страниц)

Света между тем доламывала свою туфлю, выбивая деревяшкой подошву под каблуком.

– Хоть бы шоколад, – озвучил я свою надежду.

Девушка мельком глянула на меня и после очередной попытки добралась-таки до тайника.

– Тоже пойдет, – воодушевленно отреагировал я на набор карамели в железном пенале.

– Это – нашему спасителю. – Вредная Света отвела мою руку в сторону и протянула угощение Федору. – Заслужил.

– Спасибо, – со второй попытки смог уцепить тот угощение и тайком подмигнул мне, шепнув: – Я поделюсь.

А затем незаметно для себя сонно клюнул носом в мою грудь. Из подкладки выглянула любопытствующая мордочка Лучинки и тут же скрылась обратно. Надо же, живая. Только камни в переплетениях проволоки ее нового доспеха будто выгорели. Защитные? Интересно…

Тихонько поднялась Света, подошла и уверенным движением выудила леденец изо рта брата.

– Эй! – спохватился я запоздало.

– Федор заслужил не смотреть на пытку, – с улыбкой посмотрела она на меня, укладывая леденец обратно в пенал.

– Н-не бойся, это б-безопасно, – исходя крупной дрожью, простучал зубами Артем. – П-пусть спит. Ему н-не надо на это смотреть.

Метнув на них злой взгляд, скинул основательно подпорченный событиями пиджак с плеч и, аккуратно разместив на нем брата, укрыл, как умел.

Когда повернулся обратно, Света уже раздевала оставшегося в живых бандита, сдирая одежду до пояса.

– Некомфортные условия и холод повышают желание говорить, – пояснила она в ответ на мой изумленный взгляд.

– Армейских т-татуировок нет, – подошел к телу Артем, внимательно осмотрел плечи, грудь и не поленился приподнять туловище, чтобы увидеть спину. – Тюремных тоже. На плече к-кельтский узор. К-кто угодно может быть.

– Сейчас парализуем конечности и спросим, – взяла Света в руки свое деревянное оружие и резким махом вонзила в спину ниже черепа, равнодушно отведя в сторону дернувшуюся было и тут же ослабевшую руку врага. – Можно работать.

– Как-то это… – не находил я подходящих слов.

Бандит, конечно, и его совсем не жалко. Но та легкость, с которой это делала Света… А она ведь моя соседка по парте! Вот так отвернешься – а она тебе запятую под лопатку.

– Эффективно, – предложила она свой вариант, с которым не хотелось соглашаться.

– У нас там Пашку поймали, нам бы к нему бежать, – буркнул я, чтобы что-то сказать.

– К-куда бежать? – подошел Артем, с силой прижимая скрипку к груди. – Сколько их там? Какие ранги? Сколько будут ждать этих четверых? Куда полетят потом?

– Разведка – основа боя, – с важным видом качнула пальцем перед моим лицом Света.

А затем оглушительной пощечиной пробудила трусливого обратно к реальности.

– Имя! – щелкнул ее голос кнутом.

– В-веньямин, – в панике вращал он глазами, явно пытаясь дернуться, но не в силах этого сделать.

Почувствуй себя в нашей шкуре – ворохнулась справедливая злость.

– Род!

– Петров! Свободный горожанин! Д-добрый господин, я все скажу, – поймал он мой взгляд. – Меня заставили!

Сверху надвинулся Артем, перехватил его руку так, чтобы трусоватый ее видел, ухватил зубами за кожу мизинца. А затем плавно повел челюстью, снимая кожу и мясо с кости.

Света только и успела всунуть заготовленную деревяшку бандиту в зубы, но стон боли все равно пролетел над рекой, а тело выгнуло, несмотря на блокировку подвижности.

– Доброго господина тут нет, – зло улыбнулся Артем окровавленными губами.

– При чем тут род Еремеевых? – Света дождалась, когда крик сменится поскуливанием, и вынула разлохмаченную зубами деревяшку изо рта.

– Н-ни при чем. Мы убили охрану и экипаж вертолета… – со стоном полилась правда.

Трусоватый желал говорить, он тараторил столь быстро, что порою проглатывал слова. Он закладывал, предавал, называл имена, перечислял города и улицы. И с ужасом смотрел на Артема, продолжавшего держать его руку.

Я тоже смотрел на Артема, пытаясь угадать, кто и как подменил моего друга. Я совершенно его не узнавал и чувствовал, что после того как этот сон закончится, с ним придется знакомиться заново. Если я этого захочу.

– О-он все придумал! Он гений! В-все будут смотреть вверх. Никто не будет смотреть вниз! Никто его не найдет! Но я, я все расскажу! Я буду свидетелем! Кочетов продает наркотики! Хорошие, очень чистые! «Сияние ветра», «Сила гор», слышали, а? – облизывал бандит губы и торопливо тараторил дальше: – Большие деньги! А Зубов, он товар потерял. Там несколько тонн, на всю страну, на шесть месяцев в к-каждую вену. Платить не хочет. Упрямится! Тогда сына приказали взять. У него сын один. М-мы бы ему по пальчику, по уху присылали, пока не оплатит. Но без меня – не докажете! Нет! У него на самом верху связи! Такие люди! Ш-шею сломаешь, если голову вверх поднять! Все равно не увидишь, да! Но я все расскажу! Он-ни же всю страну травят! И м-меня т-тоже, – расплакался он.

Но веры в эти слезы не было – совсем.

– Сколько их? Где?

– В-вертолет! Б-будут ждать! Там, где мы встретились. Прямо, направо, двести метров, б-большая поляна.

– Я примерно дорогу помню, – успокоил задумавшуюся Свету.

На Артема предпочитал больше не смотреть.

– Н-не ходите! Дети! Т-там два «учителя» и т-три «ветерана»! Он-ни все дозу приняли. С-считай, рангом выше! Зовите Д-долгоруких, я д-дам показания, – дрожал он, лязгая зубами из-под синих от холода губ.

– Закончили, – холодно ответил Артем.

Деревянное острие взлетело еще один раз.

– А как же свидетель? – перевел я обескураженный взгляд с тела на Свету.

– Я – свидетель, – хмуро ответил Артем, вставая и направляясь в сторону леса. – Моего слова достаточно.

– Ты не заметила, его, когда несли, сильно головой о деревья било? – шепотом поинтересовался я у Светы.

– Почти как тебя.

– Но меня вообще не било!

– А кто обещал ступни отрезать? – криво улыбнулась она, поднимаясь.

– Да я же чтобы внимание отвлечь! – возмутился уже нормальным голосом.

– Это ты сейчас так говоришь, – покачала она головой, двигаясь к Федору. – Если бы нас рядом не было, совсем по-другому могло получиться.

– Да никогда!

– Так же никогда, как Артем – снимать кожу зубами, – горько произнесла Светлана.

– Но он же… – растерялся я.

– …Страшно об этом сейчас переживает. Так же, как если бы ты исполнил свои угрозы. – Она подняла на меня взгляд на секунду. – Ему сейчас очень плохо.

Света присела возле Федора, помогая ему, спящему, устроиться поудобнее на мокрой земле.

Посмотрел на берег, на тела врагов, на траву под ногами. Тайком глянул на спину Артема, устроившегося поодаль на коленях и положившего скрипку перед собой. Нет, ну я бы точно никогда, и Света говорит ерунду, но… Все-таки даже если Артем стал чудовищем, он мой друг. На крайний случай найдем ему принцессу. Пусть целует и расколдовывает нашего ботаника-пессимиста обратно. С этими мыслями направился к нему и присел чуть позади справа.

– Пашу будем спасать или ты метишь на его парту в нашем классе? – с ворчанием обратился к нему.

Он легонько вздрогнул и как-то странно на меня посмотрел.

– Я спасу, – перевел он взгляд на скрипку. – Я не могу иначе.

– Ну он мой друг тоже.

– Мой род гарантировал его семье безопасность. За деньги и привилегии. Не за то, чем занимался его отец, – спохватился он и поспешил пояснить: – Мы не знали о его бизнесе и удавили бы собственными руками, если бы знали.

– Паша не знал, – уверенно произнес я.

– Это не имеет значения, – пожал Артем плечами. – Тот же бандит врать мог или заблуждаться, а может, говорил правду. Пусть решает суд. Но пока – слово дано. Оно должно быть сдержанно.

– А спасти его просто потому, что он Пашка?

– Это тоже важно, но во вторую очередь. – Он нагнулся он к скрипке и принялся крутить дальний винт сверху, ослабляя струну. – У нас, аристократов, особое отношение к обещаниям.

– По Долгоруким не скажешь.

– Долгоруких больше нет, – произнес Артем со спокойной уверенностью.

– Такого огромного клана с землями и городами? – усомнился я.

– Падая в пропасть, можно дышать, – вытянул он первую струну, аккуратно отложил в сторону и приступил к снятию второй. – Долгорукие достаточно высоко, чтобы падать пару лет.

А по мне так вряд ли. Хотя бы потому, что среди них есть Игорь. Этот точно обязан уцелеть, он мне торт должен.

– А ты чего это делаешь? – заинтересовался я уже третьей снятой струной, отвлекая Артема от мрачных мыслей.

Вроде так берег свой инструмент, а сейчас чуть ли не с силой выдирает струны и не глядя откидывает винты в траву.

– Мне же как-то надо спасти Пашу.

– Так пойдем и спасем? – недоуменно посмотрел я.

– Ты же слышал, там два бойца с рангом «учитель», – поднял он на меня взгляд. – Скорее всего, ранг на нижней планке, слабенький, но с учетом химии не пробить даже Свете.

– Но ты все равно собираешься пойти? – не находил я связи между его словами.

Если мы слишком слабы, это не повод пойти и убиться. Это значит, что надо стать сильнее. А пока – оставить проблему организаторам. Паша ведь нужен бандитам живым и совершенно не нужен мертвым, значит, даже если помощь слегка запоздает, – ничего страшного.

– Я обязан пойти, – нахмурился он, со звоном выдергивая последнюю струну. – Чтобы род исполнил свое слово. Чтобы не стать, как эти… Это ведь всего лишь бандиты, Максим.

– Где-то в этом лесочке есть дерево с вмятиной в твой череп величиной, – расстроенно покачал я головой.

– Ты обо мне ничего не знаешь, – хмыкнул он, раскручивая металл струны в обратную сторону, обнажая тонкие серые и серебристые нити, составлявшие ее сердцевину.

Металл был небрежно отброшен в сторону, а нити бережно собраны и ловко свиты в крупное кольцо, закрепленное двойным узлом.

– Это что? – подался вперед я, смутно чувствуя легкое покалывание, будто исходящее от него.

Или кажется? Но ощущение сродни пыльце, попавшей в нос.

– Долгая история.

– Я тебе, на секундочку, жизнь спас, – укорил я его, загораясь любопытством и принимаясь ходить вокруг, как кот вокруг сметаны.

Сунулся бы ближе, но он ловко убирал ладонь от моего носа, умудрившись одновременно свить новое кольцо. Первое уже накинул на левую ногу, совершенно нечестно поджатую под себя.

– Это Света, – бросил он взгляд в ее сторону. – Отблагодарю ее потом.

– Я смотрю, много ты видел, лежа под кустом, – отреагировал я спокойно, не собираясь хвастать или спорить.

Куда интереснее было умыкнуть четвертую струну.

– Ну-ка!

Провал.

– Ладно, – вздохнул он, надевая второе странно широкое кольцо на правую ногу и принимаясь за создание третьего. – Ты с историей как?

– Не очень, – повинился я.

– Тогда будет проще, – дернул он плечом. – В общем, история создания нашего княжества немного отличается от официальных хроник. По ним нас отправили в пустые земли. На карте там действительно никаких надписей в те времена не было, даже большинство рек без названий. Но тем, кто жил на тех землях до нас, было плевать на карты, нарисованные чужаками, – сжал он губы в мрачной улыбке.

– А оглавление этой истории можно сразу посмотреть?

– Да там в общем-то немного осталось. Мы считали земли своими, а они не хотели уходить. Когда пятая часть родичей померла в окрестных лесах, пришло понимание, что надо мириться. Свадьбы играть и родственниками друг друга называть, а не убивать. Только у предка сыновей не осталось, всех на службе убили. Но тогда подумали, что можно принять в род их жениха, обвенчав с нашей невестой. Все равно наша кровь сильнее. У нас ведь уже была Сила крови, а это такая вещь… Даже не у каждого князя тогда еще пробудилась. Дети у предка родились бы нашими, не чужими. Да не грызи ты струны!

Я поспешно отложил железку, на которой вроде оставались следы того самого «искристого».

– В общем, предок слегка ошибся, – подытожил Артем, надевая на правое и левое запястья кольца, свободно свисавшие с рук – еще солидное расстояние осталось, хоть голову суй.

– В чем ошибся? – подтолкнул я его.

– Они древнее нас оказались. Сила Крови своя была, сильнее нашей. Был один род, стал другой. Но предок ничего поделать не смог, старый он был, а это уже во внуках проявилось.

Важно ли, что вместо Шуйских появился кто-то еще? Мне – без разницы, потому лучше спросить у Артема.

– Это плохо?

– Хлопотно в детстве, – нахмурился он, вставая с колен и проверяя, чтобы кольца из нитей не спадали. – Там, в древности, нельзя было жить в лесу, не став частью леса. А у нас вокруг город. Очень сильно по сознанию бьет. Только вот это рядом и спасает, – указал он на самодельное украшение.

– Так что это? – чуть не подпрыгивал я от нетерпения.

– Ты сейчас не сильно удивляйся, – ответил Тема, вновь опускаясь на землю и вставая на все четыре конечности, будто перед отжиманием. – Просто оставайтесь тут и ждите помощи. Света!

– Да? – отозвалась девушка.

– Охраняй их.

– Хорошо.

– Артем, – нахмурился я, напоминая о своем вопросе.

– Пряди волос прадедов, – произнес он голосом, словно пропущенным через железную бочку.

В этот миг будто волна прошла по его телу, искажая, ломая привычные линии человеческого силуэта. И моментом позже, словно гром после яркой вспышки, дикая волна Силы заставила отшатнуться на пару шагов.

Там, где только что был Артем, в коричнево-зеленом урагане, захлестнувшем пространство на несколько метров, под звуки сошедшей с гор лавины рождалось нечто огромное, изредка в своих порывах давая разглядеть гигантские лапы и бурый бок.

– Они превращают тебя в это?! – в восторге пытался перекричать я рокот.

– Они. Сдерживают. Мою. ЯРОСТЬ!!! – диким ревом донесся искаженный голос из магического урагана.

А парой секунд позже из шторма Силы выступил гигантский медведь. С меня высотой, он, даже ступая, отчетливо сотрясал землю. Отпечатки лап украшали длинные борозды от когтей, отливавших иссиня-черным. Из зубастой пасти исходил не пар – сама Сила была ему воздухом. А шкура – мягкая, приятная такая на ощупь.

– Хороший, хороший мальчик, – провел я рукой, а затем заполошно сунулся в потайной карман рубашки и выудил запечатанный в пластик стратегический ресурс. – Ам? – предложил я, распаковав котлету.

Зверь грозно рыкнул и небрежно отвернул морду. А затем жадно принюхался и смахнул угощение с ладони шершавым языком.

– Как знал, как знал, – чуть не прослезился я. – Давай, присаживайся на лапы, я залезу.

Тут зверь совершенно невежливо яростно взревел и рванул в туманный лес.

– Медвеежооонооок! – расстроенно протянул я ему вслед. – Света!

– Да?

– Охраняй Федора.

– Хорошо.

Блин, теперь еще медведя спасать.

– Где Максим? – прозвучало, когда младший Самойлов проснулся.

Света поправила ему воротник, удобнее устроила у себя коленях, запахивая на нем чуть сбившийся пиджак Максима.

– Он скоро вернется, – ответила она то, что Федор наверняка желал услышать.

Мальчик дернулся, оперся о землю и упрямо выполз из ее объятий.

– Он мне обещал, – глухо прозвучал детский голос.

– Ты в безопасности. Он тебя не оставил и особо позаботился, чтобы…

– Он ничего не понял, – чуть пошатнувшись, встал Федор на ноги и подошел к своей сумке.

Одним движением мальчик вытряхнул все содержимое в траву. Оказалось там, мягко говоря, много. Больше, чем могло поместиться в сумке.

Но даже несмотря на то что самыми габаритными оказались инструменты, подставки, весы и катушки с материалами, по земле рассыпался ассортимент украшений небольшого ювелирного магазина.

– Максим очень о тебе заботится. Скоро он выручит Пашу и вернется обратно.

– Скоро… Вернется… – мрачно прозвучал голос Федора, выискивающего что-то особенное в россыпи драгоценностей. – Я уже слышал. Выручит и вернется.

Необходимым оказался небольшой мешочек из замши, стянутый сверху шнуром.

– Максим никогда не врет.

– Она тоже. Никогда.

Содержимое мешочка было извлечено бережно и тут же надето на пальцы.

Странные перстни. Грубоватые, сделанные будто наспех. Только камни отличались от дешевой безделицы – как на подбор крупные, с явным дефектом посередине, будь то трещина или грязный наплыв, рассекавший агат, рубин, карбункул, аметист и яхонт – по два каждого вида.

– Федор, иногда нужно идти и спасать друзей. На то они и друзья.

– Почему друзья не спасли ее? – поднял он на Свету тяжелый взгляд, неуместно-чужой для хрупкого второклассника.

– Кого? – мягко уточнила девушка.

Мальчик словно замкнулся в себе, сел на землю, перебирая перстни в руках.

Света не стала к нему лезть с разговорами, вернулась к привычному делу – сжигать нервы в тоскливом напряжении, сканируя все вокруг, и всматриваться в небо, ожидая, когда разойдутся хмурые грозовые тучи над головой – тогда можно будет дозваться до помощи.

И только до уха сам собой долетал повторяющийся мотив детского стишка, произносимого устами Федора: «Придет серенький волчок и утащит за бочок…»

Невольно заинтересовавшись после очередного повтора, Света краем глаза присмотрелась к мальчику.

Самойлов будто играл в какую-то детскую игру: щелкал перстнями на разных пальцах под нехитрый мотив, выбивая звуки из камней. Только хмурился совсем не по-детски, то и дело снимал перстни, правил их своим талантом и надевал вновь.

Занят – хорошо. Пусть не переживает, достаточно, что она… специалист в этом деле. Но что-то все равно легонько тревожило душу. Будто просмотрела что-то.

Света внимательно прислушалась к чувствам, встала и осмотрела окрестности. Все чисто, не то. Но ведь что-то увидела… У Федора среди вещей? Красивые драгоценности, но… Федор! Пальцы!

С холодеющей от ужаса спиной Света заметила кровь, истекающую из-под перстней на руках мальчика.

– Федор! Ты что делаешь?!

– Все нормально, – удостоил он ее коротким взглядом. – Почти получилось.

– Сними перстни! Это очень опасные вещи!

– Я знаю. Я же их сделал. Ну-ка, еще раз… «Придет…»

Вместо звука камней – треск стекла, сломленного холодом и впускающего стужу в дом.

– Федор!

– …серенький…

И без того далеко не ясный день потемнел, посерел до кадров черно-белого кино.

– …волчок…

В сером мире растекалась черная клякса, будто прорастая в метре перед мальчишкой, упрямо поднимающимся на ноги, несмотря на лютый холод вокруг и ужас, которым веяло от вызванной твари.

Света титаническим усилием заставила себя сдвинуться с места и пойти в сторону Федора. Она закроет мальчика своим телом. Потому что иначе ОН все равно ее убьет.

– …и укусит…

Перстни на руках сияли кроваво-красным, пульсируя в такт сердцу, а на землю с них медленно капала черная кровь.

– Б-бе-еги-и, – тянулся голос Светы в будто бы застывшем времени мира.

Во времени, где привычную скорость имели только двое – черное облако и мальчик, его призвавший.

Дикий скрежет сминаемого ржавого металла возвестил окончательное прибытие Твари в мир.

– …моих врагов.

И тут же вопль повторился вновь – мальчишка, слабый, маленький перед разросшимся до уровня двухэтажки мраком, схватил его плоть перстнями.

– Заткнись.

Звук прекратился.

– Федор! Отойди! – остановилась рядом Света, пробуждая щиты и готовясь к смертоносной атаке.

– Спокойно, – устало ответил младший Самойлов. – Уже все.

– Э-эт-то что такое?!

– То, что обитает под кроватью.

– Зачем?!

– Сейчас оно пойдет и спасет моего брата, – сквозь зубы произнес Федор. – Пойдет и спасет! Иначе я уничтожу его самого!

Тварь дернулась под сжавшейся рукой со вспыхнувшими перстнями и простонала, как несмазанная дверная петля.

– Мать не спас! – ударил мальчик второй рукой, уже не скрываясь плача. – Только посмей! Не спасти! Максима!

От каждого удара Тварь съеживалась, а после последнего уже уступала Федору ростом.

– Там еще Артем, – ворохнулся в Свете вассальный долг и тут же был погашен заботой об опекаемом. – Федор, не надо. Ты не успеешь, – увещевала она, нервно поглядывая на мрак. – Они справятся раньше, чем ты добежишь.

– У того, что живет под кроватью, много обличий, – потер Федор щеку, оставив кровавый развод от пальцев. – Вырасти крылья! – ударил он монстра.

Тварь поспешила преобразиться, формируя туманные кожистые плоскости в десяток метров каждая. И седло для пилота.

– Артема не тронет, – решительно произнес мальчишка. – Я прослежу.

– Стой! А я? – растерялась Света.

– Вот. – Спохватившись, Федор одной рукой выудил из внутреннего кармана мышку. – Охраняй Лучинку.

Девушка словно сомнамбула приняла мышь и прижала руку с питомицей к груди.

Федор подхватил с травы жемчужный браслет и пару перстней, а мгновением позже небо в вышине стало еще чернее от взлетевшей к облакам тьмы.

– Так не пойдет, – встряхнулась Света.

Положила мышку в оставленный Максимом пиджак, зацепив ниткой пуговицу пиджака и часть конструкции из проволоки на Лучинке. Впрочем, если захочет – перегрызет и ее.

– Если умная, останешься здесь, – закусила девушку губу до крови и с тоской посмотрела в сторону чащобы. – У тебя хоть выбор есть.

Девушка в бело-сером платье рванула в сторону леса.

Где-то там, в лесу, верхушки деревьев тронул первый порыв начинающейся грозы.