Текст книги "Напряжение 1-7. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Владимир Ильин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 119 (всего у книги 170 страниц)

Глава 11

Пробуждение вошло в комнату в облике симпатичной девушки в белом халатике, объемной тенью скользнувшей вдоль светлых штор, скрывающих новый день.

– Отличное утро, чтобы спасти мир! – бодро произнесла Ника, широко распахивая занавески.

Из окна был виден внутренний двор больницы с мощеными тропинками меж синих елей. Там же стояли скамейки с сухими по осеннему времени небольшими фонтанами.

Вечер вторника закономерно завершился вчера, оставив в памяти маетное чувство от невысказанного и неуслышанного – невеста, после известия о близком конце света, не пожелала продолжать прогулку и вести беседы. Все скомкалось до спешной поездки обратно в больницу Шуйских, разумно просчитанную безопасным местом. А попытка навестить палату Ники с оставшейся бутылкой вина и завершить беседу обернулась неловким перетаптыванием возле двери после настойчивой просьбы уйти. Оттого все слова, что наш личный конец света грозил состояться куда как раньше, а до нынешнего – почти год, так и остались при мне.

В итоге марочное вино немыслимой редкости досталось случайно проходившему по коридорам дежурному врачу. Тот аж растрогался и пообещал тщательнейшим образом изучить мой диагноз. Но я-то абсолютно здоров…

– Потом мир спасу, – потянулся я на кровати, касаясь кожей прохлады белых простыней, и закинул руки за голову, уставившись в потолок.

– Максим! – присела рядом Ника и заглянула мне в глаза. – Нам нужно серьезно поговорить.

Моя рука тут же переместилась поближе к ее коленкам. Маскируя маневр, пододвинулся чуть вверх, подбив подушку под спину.

Взгляд был целеустремлен, равно как и движение пальцев к гладкой коже.

– Я крайне заинтересован.

– Власти не станут выполнять твои требования, – укусив зубами нижнюю губку, напряженно произнесла Ника. – Просто…

– Я знаю, – прервал я невесту, легко соглашаясь.

Ощущая заодно приятный изгиб ее тела и продвигаясь рукой дальше и ниже.

– Но если понимаешь, то мир надо спасать для простых людей! Они поддержат тебя, если ты сделаешь им такой подарок! – с жаром произнесла Ника, подаваясь ко мне ближе.

– Это политика, – пожал я плечами, тоже подвигаясь ближе.

И с торжеством ощущая, как ладонь легла чуть выше коленки. Но жест был скорее дружеским и поддерживающим, оттого не возымел реакции.

– Одиночку никто не станет слушать. Поэтому надо стать политической силой, с которой придется считаться.

– Но у нас нет времени!

– Отнюдь. Презентация нашей программы состоялась вчера ночью, – отметил я. – А до того мы громко заявили о своем создании в субботу.

Пальцы аккуратно двинулись по ножке.

– Максим, я серьезно! – Ника хлопнула меня по ладони.

– У нас самые благородные мотивы! – с жаром заверил я, не убрав руку. – Мы за любовь и мир!

– Руку! – клацнула Ника.

Я отступил, но только для того, чтобы присесть рядом и полуобнять невесту, собравшуюся возмущенно встать.

– Я хотел сказать, что людям нужен позитивный пример решения задач, которые им не под силу. Прозрачные устремления и способность добиваться результата.

– Для этого стоило отдать меня похитителям? – погрустнела девушка.

– Нет, – ответил без заминки. – Никого не следует отдавать. Но теперь все знают, что даже в самый мрачный миг есть решение. У него есть имя и к нему можно обратиться.

– К тебе? – хмыкнула Ника.

– Почему только ко мне? Политической силе нужны соратники и сторонники… – перешел я на мягкий шепот, направив ладонь по спинке девушки. – Прекрасная леди, не желаете соединиться со мной в одном политическом блоке?

– Так, хватит! – резко отодвинулась от меня невеста и встала на ноги, возмущенно развернувшись ко мне. – Ты только об одном и думаешь!

– О тебе, – не ощутил я в себе покаяния.

– В такой серьезный момент! Когда мир на краю гибели! – всплеснула она руками.

– Мир постоянно на краю… – проворчал я, откинувшись на постель. – И что теперь, не любить тебя?

– Нет, но… – смутилась Ника, – надо ведь думать и о других!

– Я – только с женой!

– Я не в этом смысле!.. Надо спасти планету! Чтобы как в сказке, которую ты мне обещал!

– Вот, кстати, насчет сказок! – пришел мой черед возмущаться. – Похищенная принцесса была? Была! Я ее из логова дракона спас? Спас! Дракона прогнал? Прогнал! И что там в сказке должно быть дальше? – вопросил я с укором.

– И жили они долго и счастливо! – язвительно ответили мне, намекая на мрачные перспективы, этому препятствующие.

– Да, но до этого же – секс!

Ника отчего-то только головой покачала и лицо ладонью прикрыла.

– Ага, вот вы где! – бесцеремонным вихрем влетела в палату Аймара Инка и отчего-то оглядела нас с довольством охотника.

Была она одета в белое платье до пола с золотым шитьем, явно приобретенное вчерашним вечером в присутствии добродушного и наверняка слегка обедневшего Артема – все золотые украшения в виде сережек, колье и браслетов были новыми. Одних узких браслетов было с десяток – по пять на каждой руке, что мелодично звучали при каждом нетерпеливом движении запястья.

– Вот ее надо было в аппарате МРТ забыть, – меланхолично отметил я, – в Екатеринбурге причем.

– Фи! – с непонятным равнодушием отнеслась транжира к подначке. – Пойдем! – чуть ли не приплясывала Аймара на месте, глядя то на нас, то на коридор. – Пойдем-пойдем, чего покажу! Ну пойдем!

– Может, пойдем? – вопросительно посмотрела на меня Ника.

– Нет; сейчас ее разорвет от нетерпения – это интереснее, – с любопытством глядел я на Инку.

– Да я!.. Да вы!.. – выдохнула та зло. – Ну и помрете страшной смертью, даже не зная от чего! – Она направилась к выходу, зло чеканя шаг.

– Предлагаю вернуться к нашему разговору, – чопорно обратился я к невесте, игнорируя гостью.

– Э… мм, я лучше действительно пойду посмотрю. – И Ника выбежала вслед за заморской принцессой.

– Да что за день… – грустно вздохнул я, взбивая подушку.

Затем все-таки оделся и принялся застилать постель.

– Максим! – влетела в палату Ника и ухватила за руку. – Пойдем, срочно пойдем! Тебе надо это увидеть.

Была она чем-то всерьез обеспокоена, оттого дежурная шутка про Артема, сладкое и тех, кто пытался его этого сладкого лишить, замерла на устах. Хотя…

Да еще из коридора вновь заглянула Инка, многозначительно и довольно улыбаясь.

– Пойдем посмотрим. – Я дозаправил кровать и направился вслед за девушками.

Идти пришлось не так и далеко – буквально в коридор, а затем в техническое помещение у внешней стены больницы, выходящее окнами-бойницами на центр города. В первую очередь, разумеется, оглядел помещение и нашел его ничем не примечательным – кроме разве что Артема, выглядывающего на улицу. Но тут Артем сдвинулся от оконного проема в сторону и указал на небо.

Где-то над северо-западом Москвы, в центре иссиня-темного неба отливала серебром снежной шапки на солнце высоченная гора с острым пиком, отбрасывая длинную утреннюю тень на добрую треть города. Мой взгляд, проследовавший от вершины вниз, на долгий десяток секунд остановился на широкой линии под горой – закрытой туманной дымкой, но почти столь же синей, как и остальные небеса…

– Очень интересно, – выдал я искренне.

– Ты понимаешь, что это значит? – с демонстративной гордостью прочеканила за моей спиной Аймара.

– Квартиры подорожают, – уверенно кивнул я. – Вид на горы, однако.

– Мои родители приехали за мной, – чуть мрачнее озвучила свою версию Инка. – Покайся, ибо их гнев упадет на твою голову!

– Ну, так-то она далеко… – скептически оценил я расстояние, с учетом того, что был виден весь немалый профиль горы.

– Ха, да на тебя хватит и многотонных осколков, что разлетятся во все стороны! – плохо скрыла она возмущение.

– Тю… – хмыкнула Ника рядом со мной, собравшись и более не отражая паники. – На меня как-то двадцать тонн падало.

А Артем отчего-то задумчиво глянул на меня.

– И что?.. – осторожно уточнила Инка.

– И ничего, – пожала плечами невеста. – Отряхнулась, домой пошла.

– Ты, наверное, была в каске, – проскрипела Аймара зубами.

Но была тут же мягонько обнята Артемом, уловившим начало перепалки, оттого приобнявшим ее за плечи и направившимся вместе с ней на выход.

– Ну какая еще каска? – мягко пожурил ее он. – Зачем? Это же жена Максима!

– А, точно!.. – словно вспомнив самоочевидный факт, взбодрилась Инка. – Ну, на этих болезных гору уронить – истинное милосердие!

– Уж лучше оставить жить и мучиться, – не согласился с ней Шуйский. – В этом будет настоящая мудрость и хитроумие Аймара.

– Мне кажется, они хотели нас обидеть, – выразила свое мнение Ника, глядя вслед ушедшим.

– Нет, это просто крайне бескультурные люди. Представляешь, берут билеты в Большой театр, чтобы три часа смотреть в потолок.

Шаги в коридоре участились, чтобы побыстрее затихнуть.

– Тебе не страшно? – Слегка поежившись и отпустив эмоции, Ника вновь покосилась на окно.

– Это должно быть страшнее конца света? – задал я риторический вопрос и пожал плечами. – Тем более она еще не упала.

– Пока не упала, – эхом произнесла Ника, сжав мое плечо. – Может, отдать им Инку?

– Да как? Ей тут сейчас медом намазано, она сама не уйдет, – вздохнул я, разглядывая небывалый горизонт. – Этим двоим сейчас надо придумывать, что делать, чтобы не выставить родичей Инки дураками. Аймара угрожают целой стране из-за глупости двух влюбленных…

– Из-за того, что ты ее похитил, – поправила меня невеста.

– Это было давно и неправда, – отмахнулся я. – Но сегодня все именно так, как я говорю.

– Инка все еще хочет твоей крови.

– Тогда есть вариант уронить гору первым, – почесал я затылок.

– На столицу?! – до боли сжала Ника мое плечо.

– Все равно ведь все подумают на Аймара.

– На миллионы людей?!

– Какие Аймара подлые и кровожадные… – поцокал я языком. – Смерть им и разорение. Война объединенными силами всей страны. Не до Самойловых всем будет точно. А там и Шуйские сойдут за посредников.

– Ты ведь никогда так не сделаешь, верно?.. – задрожал голос Ники.

– Наша политическая программа направлена на спасение мира, – веско отметил я.

Рядом выдохнула невеста.

– Но городом можно пожертвовать.

На ногу больно наступили каблуком.

– Ладно. Готов спасти этот город от себя, – покосился я на нее. – За поцелуй.

– Это шантаж?!

– Раз меня не любишь, то хотя бы мир спасешь, – печально произнес я.

Ника помялась на месте, заглянула через мое плечо в коридор, оглянулась на окно и порозовела щеками.

– Я…

– Да и ладно. Подумаешь – Москва…

– Нет! То есть не поэтому! Просто… Просто каждый раз, когда я… Ну… Когда получалось так… то происходило что-то ужасное… – в сердцах выдохнула она. – То мальчик ногу сломает, то руку, то отек Квинке получит, потому что у него аллергия на мои духи!..

– Ника… – удержал я ее, касаясь локотков.

Заглянул в глаза и произнес крайне убедительно, тщательно проговаривая каждое слово:

– Огромная. Гора. Над. Городом. Которая. Упадет. Куда хуже?

– Всегда может быть хуже! Вот, например, вчера…

– Целуй! – строго произнес я.

И сделал все сам, потому что главное отличие нашей политической силы – настойчивость и умение добиваться своего.

– Так все-таки любишь или только ради спасения мира? – заглянул я в ее глаза после того, как мы смогли оторваться друг от друга.

Ника глубоко дышала, поставив руки согнутыми между мной и собой, но так и не сделав ни единого движения, чтобы оттолкнуть. Наоборот, скорее стараясь быть ближе.

Но после этого вопроса меня все-таки толкнули, а в помещении через мгновение остался только слабый аромат, тишина и вид на гору, которая пока еще не сорвалась вниз.

Глава 12

Мягко закрылась за мной пассажирская дверь седана, чтобы немедленно быть открытой снаружи.

– Ты куда? – настороженно спросила Ника, разглядывая меня сверху вниз.

С учетом того, что я искал ее почти час по всей больнице, явление хоть и желанное, но несколько запоздалое.

Немного неловко разыскивать по коридорам вполне работающей и функционирующей больницы спрятавшегося от тебя человека. Вокруг кашель, серые лица, обеспокоенные родственники и медики, для которых Ника неожиданно успела стать своей – смогла трудоустроиться. Вернее, ее трудоустроили, прознав про способности Целителя. Ну и сломанный аппарат МРТ тоже надо было окупать. И все это при полном ее одобрении – с прицелом остаться здесь на практику, ежели удастся восстановиться в университете по своей специальности. Самый же простой вариант поиска с системой охраны и камерами на этажах блокировали люди Шуйских – их немало понаехало со вчерашнего дня для обеспечения безопасности в тревожное и нестабильное время возможного начала войны между княжествами.

– В университет.

– Но тебя же ищут? – встревожилась она.

– Розыск сняли еще ночью.

То ли как символ того, что мы были услышаны. То ли как аванс и приглашение к беседе.

– А если это ловушка?

– Как раз и проверю. Без тебя, – произнес я строго. – Вон охрана есть, в машине сопровождения.

Неведомо с какого момента перемещаться по столице на двух машинах стало нормой. Но внутреннее ощущение правильности этого поведения присутствовало.

– Охрана надежная? – сурово уточнила невеста, запахивая медицинский халатик под холодным ветром.

– Надежная. Ты давай не мерзни, – указал я взглядом на вход в больницу.

– Раз надежная, то нечего мерзнуть, – покладисто согласилась Ника и потеснила меня на сиденье, протискиваясь рядом.

– Куда! – запоздало запротестовал я.

– С тобой. – Девушка перелезла через мои ноги и расположилась рядом.

Быстренько стащила больничный халат и закинула за подголовник назад, оставшись в белом джемпере и джинсах.

– Поехали, – бодро постучала она по сиденью водителя и уставилась на экран вынутого из кармана сотового телефона.

Машина, разумеется, осталась стоять на месте.

– Предлагаю тебе вернуться. – Я коснулся пальцами переносицы и помассировал. – Все проверю, тебе расскажу. Завтра вместе поедем.

– Еще не хватало, чтобы меня и сейчас отчислили… Потом прогулы отрабатывать, за зачетами бегать… – пробубнила Ника, листая страничку за страничкой. – Быть похищенной – еще не уважительная причина!

– Я договорюсь, – мрачнел я, осознавая упрямство невесты.

Ника уронила руку с сотовым и посмотрела перед собой. Затем выдала куда отчетливее и серьезнее:

– Когда-нибудь цепь счастливых совпадений и твоя удача закончатся. Я хочу быть рядом в этот момент.

– Совпадений нет. Все идет так, как должно быть.

– Например, когда ты умирал на моих руках? Два раза. Ах нет, трижды! – проявился нервный смех в ее устах.

Я прикрыл глаза.

– Если засыпать песок в готовую форму и запечь, то на выходе все равно получится ваза – какими бы случайными ни были песчинки. Надо просто добавить побольше огня, – жестко произнес я. – Еще больше. Тогда все получится.

– А я не за тебя боюсь, – стоило открыть мне глаза, встретил меня напряженный взгляд, – а за них. За этот мир. Тебя-то я спасу… – робко и примирительно улыбнулась она. – Но ведь если тебя сегодня схватят, может ли быть так, что гора упадет? – вкрадчиво спросила она.

– Целуйте чаще, и миру ничего не грозит! – назидательно-мудро поднял я палец ввысь, грустно вздохнув от вида невесты, деловито вернувшейся к изучению сотового. – Поехали, – скомандовал я водителю.

А тот передал напарнику по рации. Но тронуться до того, как рядом с ним сел невозмутимый Веня, к прискорбию, не успел, хотя зло это было знакомое, оттого терпимое.

– Тут в новостях пишут, что плотная визуализация горы создана кланом Аймара, прибывшим в преддверии международного культурного форума двух государств, – деловито произнесла Ника.

– А у нас есть такой форум? – заинтересовался я.

– Уже да.

– Логично… Иллюзия в полнеба вряд ли способна испугать. Только осыпь, снег и мелкие камешки все равно станут падать вниз.

– Ну мало ли что падает с крыш и деревьев… – предложила она вариант отговорок. – Хотя вот сейчас читаю на городском форуме – кто-то поднял квадрокоптер и долетел. Есть видео.

– Ему верят?

– Сейчас почитаем… Хм… Тема перемещена или удалена. Видео тоже недоступно, – нахмурилась Ника.

– Оперативно. То есть официально горы нет, – кивнул я своим мыслям. – Зачем кому-то паника и эвакуация?

– Так бы хоть кто-то спасся… – помрачнела она.

– Верят, что все контролируют, – пожал я плечами. – Жертвы от давки сильно ударят по репутации. Тем более что больших городов в стране много.

Ника притихла, осознавая, что гору вполне можно уронить на любой спящий и ни о чем не подозревающий город.

– Как-то с ними ведь борются? – шепнула она, подразумевая Аймара.

– Зовут князей Юсуповых, – поведал я о том, что успели собрать мои люди.

– Они могут противостоять? – с надеждой повернулась Ника ко мне.

– Они ее роняют вниз. В удачное место. Внизу же пытаются минимизировать ущерб, – сухо произнес я. – Потом идут в заморский поход и пробуют превратить Анды в плоскогорье.

Более мы как-то не разговаривали до самого прибытия в университет. И только там Ника позволила себе горькие междометия в адрес огромной толпы студентов, радовавшихся выглянувшему солнцу, синему небу и необычному украшению небес. Делались фотографии, толкались люди на обзорной площадке, бликовали экраны фотоаппаратов у вершины университетского шпиля.

В иллюзию верили, об Аймара говорили с почтением и искренним любопытством. И никакой тени смерти на жизнерадостных лицах – наверняка так же жители Помпеи смотрели на спящий вулкан.

– Сказать им? – все-таки не сдержалась невеста.

– Пойдем на лекции, – вздохнул я. – Их осталось-то всего две.

Потому что утренние мы успешно проспали.

Явление горы над городом в чем-то нам даже помогло – оттянуло внимание сокурсников и большинства студентов. Хотя кое-кто оборачивался и привлекал внимание своих товарищей яростным шепотом, тыкая в нашу сторону. Последовали фотографии – незаметные и сделанные вполне открыто, однако в тренде соцсетей была гора-над-городом, а лейтмотивом закулисных обсуждений – похищенная принцесса Аймара. Многие догадывались, что иллюзия явлена ради нее. Еще большее число студентов знало об огромной премии золотом за ее нахождение – и кое-кто всерьез собирался прочесывать город после занятий.

К нам с расспросами не приставали – Ника предусмотрительно села за парту рядом, а я все еще оставался кровником Черниговских. Поток же у нас подобрался исключительно умный, оттого желающий обходить неприятности по широкой дуге. Иногда, правда, неприятности приходят сами. И я не о горе.

В звуке широко распахнутой двери потоковой аудитории не было ничего предвещающего беды. Но тишина, установившаяся за этим, заставила обратить на себя внимание.

Щелкнули перстни от закачиваемой в них Силы, а ладонь, тут же нашедшая и сжавшая руку Ники, распространила щит и на нее. Но нас не пришли убивать – в священное место, согласно всем высоким договоренностям запрещенное для выяснения отношений. Хотя в любом поколении находились отчаявшиеся.

Впрочем, щит был тут же сброшен – исходя из норм вежливости.

В дверях, шагнув внутрь всего на пару сантиметров, остановилась очаровательная леди в приталенном платье, набранном из белых и кремовых лент, скрепленных тканевым поясом. Высокая прическа, украшенная серебряной заколкой с крупным жемчугом, подчеркивала стройную шею с милыми ямочками над ключицами. Правая ладонь над левой, сложенные у живота, и на указательном пальце тяжелый перстень с гербом Рюриковичей.

А еще – с десяток свитских, что жужжали осиным роем вне пределов аудитории, пытаясь пробиться к госпоже, но меж ними стоял Веня, который знал русский на уровне этикетки для мороженого, оттого пройти им не удавалось.

Как еще принцессу-то пропустил?..

Девушка окинула аудиторию истинно царским взором – чуть выше голов, не останавливаясь ни на ком и милостиво улыбаясь. Пока не увидела меня.

Затем мягким шагом двинулась к нашей парте.

Отчего-то теперь уже мою руку сжимали, но чувствовалось, что вовсе не в знак поддержки и защиты.

– Это кто? – мрачным шепотом вопросила Ника.

– Принцесса Елизавета, из Рюриковичей.

– Откуда ты ее знаешь?! – зашипела она.

– Телевизор смотрел, – мягко освободил я руку и встал с сиденья, как полагается перед красивой и очень опасной девушкой.

– Вы – Максим? – остановилась принцесса за пару шагов, улыбнувшись мне вполне мило.

И одновременно умудрившись окинуть Нику пренебрежительно-ироничным взглядом.

Вся аудитория притихла в ожидании ответа. Хотя еще два Максима из соседних потоков робко потянули руку вверх.

– Я.

– Очень приятно познакомиться со своим мужем, – проворковала она, похлопав ресницами.

Я, конечно, привык думать быстро. Но в этот миг действительно впал в легкий ступор. Во всяком случае, была хоть одна уважительная причина, почему я не успел перехватить вскинувшуюся с места Нику.

– В императоры через постель! Какая пошлость! А я думала, выхожу за приличного человека! – выдала она яростно, подхватила тетрадь с ручкой, громко отодвинула стул и, зло ступая, вышла из аудитории.

– Ба-али-ин… – мрачно посмотрел я Нике в спину, осознавая всю бесполезность погони и выяснений отношений.

Вздохнул, перевел взгляд на принцессу:

– Чего пришла? Когда уйдешь?

– А я теперь никогда не уйду, – мягко и вкрадчиво произнесла она. – С тобой, мой милый, до последнего дня этого света.

Так… Понятно.

– А это точно тот Максим? – не удержался мой тезка с потока, Емельянов. – Я просто тоже…

Принцесса чуть наклонила голову, затем обозначила жест рукой – и более не сдерживаемый Веней свитский почтительно пробежался по аудитории, чтобы вручить ей конверт.

Елизавета картинно открыла его, достала новенький паспорт и распахнула на первой странице. Затем мельком взглянула на фото, после чего на меня.

– Точно, – подтвердила она, протягивая мне документ.

Рядом горестно выдохнули двое других Максимов. И даже одна Максима.

Я автоматически принял паспорт. Посмотрел на свое фото. Без особого удивления прочитал «Юсупов» в графе фамилии. Перелистнул на страницу семейного положения. Обнаружил строку с именем принцессы. Захлопнул документ и положил в карман.

Елизавета позволила себе довольную улыбку.

– Значит, жена? – бесстрастно произнес я.

– Да, дорогой.

– Пойдем, – обошел я ее и направился к выходу.

Девушка последовала за мной – сначала в коридор, потом по коридору. Потом по лестнице вверх, потом растерянно повернулась вслед выброшенному мною вниз на ступени перстню, тут же перекрывшему щитом путь для свитских. Новые коридоры и лестницы, пока мы не остановились возле глухой и массивной запертой двери без номера кабинета и таблички.

– Не желаешь поделиться, куда мы идем, муж мой? – чуть недовольно произнесла принцесса, которую последние несколько коридоров пришлось вести за руку, чтобы не отставала.

– Разумеется. – Я отыскал нужный ключ и отворил дверь.

После чего зашел в небольшую комнату, весьма напоминающую дорогой гостиничный номер – с оббитыми тканью стенами, мягкими креслами, столиком с вином и разложенными на нем свежими фруктами и массивной кроватью в центре помещения.

Вежливо дождался, пока слегка растерявшаяся принцесса зайдет внутрь. Захлопнул дверь, сбросил на кресло пиджак и принялся расстегивать рубашку, начиная с верхних пуговиц.

– Объяснись, – стал жестким ее голос.

– Жена? Жена, – равнодушно произнес я, аккуратно вешая рубашку на спинку кресла и стягивая с себя футболку.

– Ты что себе позволяешь?!

– Если что – развод за дверью. Можем разбежаться прямо сейчас. – Я остановился перед ней с обнаженным торсом. – Уходишь?

– Муж мой, вы желаете оскорбить свою супругу этим… этим… Местом! – поджав губы, повела она рукой по комнате. – В стенах университета, как с какой-то первокурсницей!

«Не с какой-то, а вполне определенной», – погрустнел я.

– На стенах шумоизоляция. На окнах – пленка. Впрочем, если вам нравится без них – можно убрать, – сделал я шаг ближе.

– Но откуда тут эта комната?! – отступила она на полшага, бегая взглядом по сторонам.

Однако за дверь не уходила.

– Крупная взятка и знакомства в деканате.

Подошел ближе и коснулся края пояска на платье.

– Уходишь?.. – шепнул ей мягко.

Взгляд принцессы перестал метаться и спрятался от меня, но почему-то на уровне моего живота. А места за ее спиной не осталось, чтобы отступать. Зато все еще можно было скользнуть за дверь – я не перекрывал выход.

– А ты… Ты правда спасешь мир?.. – смущенно шепнула она.

– Я – честный человек! – веско ответил ей, потянув за поясок.

И узел легко поддался, опав тканью на мягкий ковер.