Текст книги "Темные Волшебники. Часть вторая. Сила (СИ)"

Автор книги: Chirsine (Aleera)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 75 страниц)

Минерва МакГонагалл была настроена куда менее благодушно и сразу же дала новую тему, плавно перешедшую в практическую работу. Тут прелести школьной жизни в полной мере ощутил на себе Рон. Трансфигурацией он летом не занимался, исключая написание сочинения в самом начале каникул, а в учебник он не заглядывал и подавно. Это сослужило младшему из братьев Уизли злую службу. После сдвоенного урока профессор трансфигурации, пробежавшись глазами по его сочинению (наполовину списанному у Поттера, наполовину перекатанному из учебника), порекомендовала Рональду возобновить свои занятия с Гарри и Гермионой, а так же запомнить, что в его случае отсутствие постоянной практики равносильно самоубийству.

Следующим в расписании шло УЗМС, которого Гарри Поттер ждал, как манны небесной. Хотя, в отличие от своих друзей ни на трансфигурации (где они с Гермионой Грэйнджер опять без особого труда всем показали «класс» и первыми справились с заданием), ни на Чарах (где ему вообще ничего делать ни пришлось) он «неприятностей» на себя не навлек. Но к хижине Хагрида все трое шли с явным нетерпением – хотелось поскорее побывать на первом практическом уроке Ухода за Магическими Существами. Впрочем, не им одним было интересно, что же такого припас к уроку преподаватель…

Хагрид ожидал студентов возле своей хижины. Он прохаживался туда-сюда, всем своим видом выражая нетерпение. Клык же, напротив, мирно разлегся на пороге и тихо млел, греясь на теплом осеннем солнышке.

– Идемте скорее! – воскликнул Хагрид, когда ученики подошли достаточно близко. – У вас будет очень интересный урок! Все за мной!

Лениво поднявшись со своего места, Клык вместе со студентами последовал за Хагридом к просторному загону у края Запретного леса.

– Э-э… все тут? Никто не потерялся? Ладно, тогда встаньте все возле изгороди – чтобы видно было, – сказал Хагрид, проходя вдоль изгороди-частокола. – А теперь откройте учебники.

Разговоры между учениками стихли. Они недоуменно уставились на лесничего.

– Интересно знать, как же мы их откроем? – спросил Джереми, демонстрируя свой экземпляр «Чудовищной Книги о Чудовищах», крепко перевязанный бечевкой. Остальные последовали его примеру. Часть учеников предпочли стянуть их ремнем, другие использовали большие скрепки, а кто-то так же как Джереми использовал веревку.

Хагрид озадаченно почесал в затылке.

– И что, никто не может их открыть? – удивленно спросил он. – Ну-ка, Гарри, у тебя как с книжкой обстоят дела?

Тот с показным спокойствием достал из сумки свой учебник, свободный от каких-либо скрепляющих средств, и продемонстрировал его остальным.

– Ну, эта… молодец! Покажи остальным, как надо с книжкой обращаться, а я пока приведу кое-кого…

Лесничий, одобрительно хлопнув Гарольда по плечу, скрылся за деревьями.

– Что, и здесь не удержался от выпендрежа? – ехидно осведомился «гриффиндорский Крыс».

– Это не «выпендреж», а готовность к уроку, – отрезал Гарри. – Чтобы открыть книгу, вам достаточно будет просто погладить ее по корешку. Гермиона, дай, пожалуйста, свой учебник…

Джереми закатил глаза в притворном восхищении, наблюдая, как его брат гладит по корешку зловредный учебник и тот спокойно раскрывается на нужной странице.

– О-о! Всего лишь погладить! Как же мы не догадались? Это же так просто…

– Утихни, Поттер, а не то сейчас на тебя дементора натравим – будешь в больничном крыле до вечера валяться, страдалец ты наш, – влез Малфой.

Джереми под гоготание слизеринцев покраснел и что-то пробурчал, сделав вид, что последнее слово все-таки осталось за ним.

Тем временем вернулся Хагрид. За ним, на импровизированных поводках-цепях, следовали около десятка необычных существ – наполовину лошадей, наполовину орлов. Они постоянно порывались обогнать Хагрида и, с силой оттолкнувшись когтистыми передними лапами, взвиться в небо. Лесничий же был вынужден их постоянно одергивать, натягивая на себя «поводки». Оказавшись внутри загона, Хагрид надел большие кольца, которыми заканчивались цепи, на выступающий из частокола особенно крупный выступ.

– Знакомьтесь, ребятки, это – гиппогрифы, – лесничий довольно оглядел толпу изумленных учеников. – Красавцы, верно?

Отшатнувшиеся от изгороди при виде гиппогрифов, студенты, лучше разглядев этих диковинных зверей, стали подходить ближе – испуг и удивление сменились восхищением их изяществом и красотой.

– Кто хочет – подойдите ближе, – сказал Хагрид, с довольным видом потирая руки.

Вперед вышел Гарри. За ним, чуть позже, нехотя выдвинулись из толпы Рон и Драко. Из гриффиндорцев осмелилась приблизиться к гиппогрифам только Гермиона, и то ее постоянно одергивал Джереми.

– Самое главное, что вы должны запомнить, – сказал Хагрид. – Гиппогриф – зверь очень гордый. И очень умный, да. Никогда не грубите ему, иначе не долго вам и на тот свет попасть.

Джереми упорно продолжал гримасничать, на этот раз изображая своего брата, демонстрирующего как правильно работать с учебником по УЗМС. На урок и объяснения учителя гриффиндорцу и его друзьям было глубоко плевать.

– Гиппогрифы еще очень любят выдержанность, неспешность. Вот подойдешь ты к нему, – продолжал рассказывать лесничий, – и поклонишься. Потом ждешь, поклонится ли он в ответ. Если поклонился, можешь подойти и погладить – гиппогриф тебя не обидит. А вот если на поклон не ответит – уноси скорее ноги. Когти-то у них видели какие? Вот так вот. Ну, а теперь кто хочет с ними познакомиться?

Сочетание гриффиндорского безумия со слизеринской наглостью еще никому ничего хорошего не приносило – вызвался первым Гарольд.

– Э-э… а кроме Гарри? Неужели никто не хочет? Ну, тогда ладно. Иди сюда, Гарри, представим тебя Клювокрылу, – Хагрид указал на сизого гиппогрифа, смирно стоящего в стороне. – Сейчас я его отвяжу…

Гарольд бодро перемахнул через изгородь и с явным нетерпением приблизился к Клювокрылу. Гриффиндорцы, свято верившие, что такая явная наглость со стороны слизеринцев должна быть наказа, заулюлюкали, когда гиппогриф взмахнул передними лапами и царапнул острыми когтями воздух перед собой.

– Ты, Гарри, эта… потише и поспокойней – я же говорил, что любят они степенность и чинность, делают только то, что хотят. Гиппогрифа к чему-то принуждать, ей-Мерлин, гиблое дело! Ну, смотри ему прямо в глаза и постарайся не моргать – гиппогрифы не верят тем, кто часто моргает.

Когда Клювокрыл, в ответ на спокойный и уверенный немигающий взгляд Гарольда уставился на того своими ярко-оранжевые глазами.

– А теперь кланяйся, – подсказал Хагрид, наблюдая за поведением гиппогрифа.

Поттер послушно поклонился и снова поднял голову. Гиппогриф кланяться в ответ не спешил и очевидно раздумывал, чем ему лучше ответить на такое, по его мнению, нахальство. Но то ли присутствие Хагрида помогло, то ли врожденные способности Гарольда договариваться с животными сделали свое дело, но Клювокрыл низко поклонился.

– О, как хорошо вышло! Он тебя признал! – обрадовался лесничий. – Теперь можешь подойти и погладить Клювика.

Гиппогриф в ответ на осторожные поглаживания по клюву и голове зажмурился и даже пару раз курлыкнул от удовольствия. Слизеринцы в дружном порыве захлопали. Не обращали внимание на происходящее только спорившие друг с другом из-за какой-то мелочи Драко и Джереми.

– А теперь можешь его поводить по загону или даже покататься, – разрешил Хагрид, наблюдая за успехами своего ученика. – А пока может еще кто-нибудь хочет зайти в загон и познакомиться с гиппогрифом?

После триумфального успеха Гарольда, с искренним счастьем на лице водившего по загону Клювокрыла, желающих прибавилось. Студенты безбоязненно перелезали через изгородь и подходили к гиппогрифам, которых отвязывал для них Хагрид. После недолгой прогулки, Клювокрыла решили еще с кем-нибудь познакомить. На беду, этим «кем-то» стал Драко Малфой, не прекращавший своих препирательств с Джереми Поттером.

Одному Мерлину известно, как так случилось, но Гриффиндорский Крыс, на которого Малфой-младший уже готов был с кулаками наброситься, попытался спрятаться за гиппогрифом. Клювокрыл его тонкого юмора не понял и уже собирался было доходчиво объяснить мальчику при помощи удара копытами, почему не стоит ошиваться возле его крупа, как Малфой, плюнув в сердцах, обозвал гриффиндорца последним трусом и уродом. Клювокрыл принявший это на свой счет, сразу же потерял интерес к Джереми, который уже успел отскочить подальше и насмешливо показал язык несостоявшемуся противнику. Сверкнули серо-стальные когти, и Малфой с криком отшатнулся в сторону, зажимая кровоточащую рану на руке.

Хагрид с усилием оттащил гиппогрифа в сторону, снова надевая на него ошейник и проверяя, крепко ли держит цепь.

– Ты как? – Гарольд, помогавший успокаивать гиппогрифа, подошел к другу.

Малфой в ответ неопределенно махнул здоровой рукой, на больную же Блэйз Забини пыталась наложить хоть какие-то лечащие чары, чтобы уменьшить кровопотерю.

– Малфой, живой? Что с твоей рукой случилось? – побледневший Хагрид, подходя к столпившимся вокруг блондина слизеринцам.

– Все в порядке – мадам Помфри за пару минут все вылечит, – тот попытался изобразить на лице беспечность.

– Ты чем слушал-то? – стоявший в стороне Рон нервно кусал губы. – Тебе же сказали: гиппогрифы очень ранимы! Малфой, какого Мерлина ты к нему полез?

– Так я же не его имел в виду! – воскликнул Драко, морщась от боли в руке.

– А кого?

– Так за ним «Крыс» прятался!

– Моргана подери, Малфой, тебе палец покажи, и ты уже бесишься! – рявкнул Гарри. – Ты чем думал вообще?

– Отведите его в лазарет, – Хагрид, наконец, собрался с мыслями. – Урок окончен, можете расходиться, – добавил он.

– Хагрид, извини! – крикнул Малфой-младший в спину, удаляющемуся в лес вместе с гиппогрифами, лесничему. – Я не специально!

– Специально или нет, мы узнаем потом, – проворчала Блэйз. – а пока тебе надо к мадам Помфри. Драко, да идем же!

– Надо будет извиниться за Малфоя, – пробормотал Гарольд. – Мы ему первый урок сорвали… Ужасно.

Рон тяжело вздохнул, наблюдая за тем, как следом за остальными слизеринцами идут к замку и студенты Гриффиндора. От ало-золотой массы отделилась Гермиона Грэйнджер, решившая, видимо подзадержаться.

– Мальчики, мне так жаль! – сказала она, подходя к двум слизеринцам, ожидавшим возвращения Хагрида. – Это просто отвратительно со стороны Джереми так поступить!

– Да оба они хороши – друг друга живьем сожрать готовы, – Рональд передернул плечами. – И оба ничего из объяснений Хагрида не слушали! Откуда ж Клювокрылу было известно, что Малфой не к нему обращается, а к «Крысенышу»?

Гермиона в ответ могла только кивнуть.

– Я с ним поговорю, – наконец сказала она. – Нельзя, чтобы из-за этого происшествия Хагрида сместили!

– Малфой будет нем, как рыба, – мрачно пообещал Уизли. – Мы об этом позаботимся. Действительно, нам только еще не хватало, чтобы Хагрида сняли с преподавательской должности из-за его глупости!

– Ладно, идемте на обед, а там разберемся, что делать, – произнес Гарри.

Но и на обеде их поджидал не очень-то приятный сюрприз.

– Слушай, Гарри, а с чего это у нас ноль баллов? – спросил вдруг Рон, уже две минуты буравивший напряженным взглядом доску с названиями факультетов и количеством их баллов.

– Что? – невнятно переспросил Поттер. – Где «ноль»?

– Глянь на доску.

– Э? Что за новости? Да быть этого не может! У нас ноль, а Гриффиндору добавили еще двадцать! С какой такой радости? Мальсибьер!

– Что? – староста Слизерина, слушавший в пол уха пересказ Панси Паркинсон о произошедшем на уроке Ухода за Магическими Существами, повернулся к ним.

– Почему у нас ноль баллов?

– Как «ноль»? – Дерек поперхнулся пирожком. – Где вы это увидели?

Глянув на доску, он присвистнул.

– Не знаю, – выдавил Мальсибьер парой секунд позже. – Но седьмой курс тут не при чем. Мы даже, наоборот, сегодня сорок баллов заработали!

– С нас тоже баллов не снимали, – покачал головой Рональд. – Гарри на Трансфигурации двадцать заработал, да и Малфой на Чарах постарался… Это не мы.

– А где шестой курс? – Катрин, впавшая в прострацию при виде живописной картины «Факультет Слизерин: ноль баллов», наконец вернулась в реальность.

– Их еще нет.

– Как и Блэка, – заметил Гарри.

– А какой у них последний урок? – прищурился Мальсибьер.

– ЗоТИ.

Слизеринский стол погрузился в молчание.

– Я их убью, – пообещала Лестранж. – За два урока потерять полторы сотни баллов! Уму не постижимо!

– Посмотрите на Снейпа, – шепотом произнес Рон, кивая в сторону вошедшего в Большой Зал Мастера зелий.

Северус Снейп, направляясь к преподавательскому столу, скользнул взглядом по доске с баллами факультетов и… замер на месте. Нахмурившись, он еще раз посмотрел на доску, решив, что полное отсутствие вышеозначенных баллов у его факультета ему просто-напросто померещилось.

– О-па, вот так сюрприз, – пробормотал Рон, когда рядом со Снейпом остановилась МакГонагалл и удивленно уставилась на опустевшие песочные часы для баллов зелено-серебряного факультета. По ее вытянувшемуся лицу, медленно приобретавшему ярко-красный оттенок, можно было подумать, будто деканом Слизерина является именно она, а не Северус Снейп, что-то ей спокойно объяснявший.

Двери Большого Зала снова распахнулись. Красный, как флаг Гриффиндора, Сириус Блэк пулей метнулся к преподавательскому столу, не удостоив своих коллег даже кивком головы. За ним вошли в Зал шестикурсники Гриффиндора и Слизерина, затравлено озираясь по сторонам и неестественно тихие.

– Грисер, – прошипела Катрин, привлекая к себе внимание слегка осоловелой после занятий шестикурсницы.

– М-м? – Энни, мыслями явно далекая от мира сего, повернулась к ней.

– Какого черта наш факультет лишился всех баллов? – рявкнула Лестранж и с размаху воткнула вилку в кусок мяса на своей тарелке.

Энни нервно сглотнула.

– Мы ждем объяснений, – поторопил ее Дерек, дожевывая злосчастный пирожок.

На фоне кровожадно сверкавшей глазами Катрин он выглядел более чем миролюбиво, и Грисер, после недолгих раздумий, «доложиться» об «успехах» на ЗоТИ решила именно ему:

– Мы с профессором Блэком слегка не сошлись во мнениях относительно его предвзятости к нашему факультету.

– Вы что, ополоумели? Спорить с Блэком? С этим прогриффиндоренным до мозга костей прихвостнем Грюма? Да я вообще удивляюсь, как он вас из школы не исключил! – Лестранж вскочила с места, грозно нависая над Энни. – Большей глупости я в жизни не слышала! У вас, что, вообще головы на плечах нет?!

– Ну а чего ты на меня-то орешь? – Грисер максимально возможно отодвинулась от разъяренной старосты.

– Катрин, у вас просто еще не было уроков с Блэком, – вступился за подругу Джек Сандерс. – Он баллы снимает за любую мелочь: косо глянь – уже двадцатку, как пить дать, сдерет!

– Так с закрытыми глазами сидеть надо! – прошипела в ответ Катрин.

– Тише, тише, народ, это еще не конец света, – Розье усадил ее обратно на скамью и придвинул тарелку, недвусмысленно намекая, чтобы Като перестала орать на весь Большой Зал. – У нас еще куча времен чтобы отыграться…

– Ага! Весь год! Мы набираем баллы, а Блэк их подчистую снимает и добавляет Гриффиндору!

– Цыц, Лестранж, умолкни и не дергайся! Я уверен, Снейп это все так просто не оставит. Он гриффиндорцам на зельях апокалипсис локальных масштабов устроит. И у нас, между прочим, есть отличная возможность на это полюбоваться – после обеда будет сдвоенная алхимия с алознаменниками.

– Кстати, смотрите-ка – МакГонагалл Блэка отчитывает! – Грисер кивнула в сторону преподавательского стола.

– Это все ерунда, господа, этим мы не удовлетворимся! У меня уже есть парочка хороших идей, как отомстить Блэку! – заговорщитски произнес Мальсибьер, потирая руки.

– Кому и за что надо мстить? – к столу подошли порядком приободрившийся Драко и Блэйз, вернувшиеся из лазарета.

– Обернись и все поймешь, – посоветовал Рон, утыкаясь в учебник по трансфигурации.

Малфой-младший послушно обернулся и, разом переменившись в лице, покосился на свою перебинтованную руку.

– Это не из-за тебя, – успокоил его Поттер.

Драко с облегчением вздохнул и уселся на скамью рядом с друзьями.

– А кто тогда постарался? – спросила Блэйз, устраиваясь напротив.

– Шестой курс на ЗоТИ с Блэком. Так что, Малфой, отличился сегодня не только ты один…

– Кстати, тебя действительно полоснул когтями по руке гиппогриф? – спросила Катрин, показав кулак попытавшейся побыстрому сбежать из-под ее надзора Энни.

– Ну да, ничего страшного, скоро заживет, – быстро произнес Драко. – Так что там с шестым курсом?

Мальсибьер и Лестранж переглянулись.

– А поподробнее? – в один голос воскликнули они.

– Да что тут можно подробно-то рассказывать? – Малфою эта темя была явно неприятна. – Ерунда…

– Из-за этой ерунды, к твоему сведенью, у Хагрида будут большие проблемы, – хмуро сообщил Гарольд.

– Ну, извини! Я же сказал, что сожалею! Я не нарочно….

– Малфой, специально для тебя повторяю наш план на вечер: если мы еще будем живы после астрономии, заглянем к Хагриду – у него и будешь все эти свои «не нарочно» высказывать. А нам, вообще-то уже пора – через пять минут урок начнется.

– Поттер, а чего это ты так пессимистично к астрономии относишься? Ты же вроде бы неплохо разбираешься во всех этих расчетах… – спросил Эйвери, торопливо дожевывая котлету.

– Просто я в общих чертах себе представляю, чем мы с этого года будем там заниматься, – таинственно ответил Гарри.

* * *

Из кабинета астрономии, после двух уроков «вычислительной пытки», ученики выходили вразвалочку, на ощупь определяя где верх, где – низ, где – стены, а где и вовсе лестницы начинаются. Шли притихшие и присмиревшие, что для третьего курса Гриффиндора и Слизерина было из ряда вон выходящим. Никто никого не подначивал, не обзывал и не пытался поколотить. Казалось, мысли у толпы в тридцать человек были одни на всех: «Придти в гостиную, завалиться спать до ужина, домашнюю работу не делать и вообще отослать всех подальше к Мерлиновой бабушке».

Рон Уизли героически пытался согнать с себя сонное оцепенение, в которое он впал на второй минуте урока после короткого и непродолжительного шока от увиденных на доске формул. Малфой, из чистого интереса взявший конспекты урока у Гарри Поттера, поворачивая пергамент под разными углами, пытался разобраться в том, что на нем написано. Сам Гарольд вместе с Гермионой шли где-то в самом конце процессии, обсуждая заданный им обоим усложненный вариант домашнего задания.

– Как подумаю, что такой же ужас будет твориться на нумерологии, благодарю Мерлина, Моргану и родителей за то, что не записался на эту пытку, – несколькими минутами позже сказал Драко, наблюдая за тем, как от их дружной компании отделяется Гермиона Грэйнджер, надумавшая заглянуть в библиотеку.

– М-м? – спавший на ходу Рон повернул голову в его сторону. – Я с тобой полностью согласен. Особенно после того, как случайно на днях заглянул в тот замечательный талмуд, который Гермиона подарила нашему Поттеру.

– Не понравились формулы? – ехидно спросил Гарольд.

– Я, конечно, понимаю, что в зельеварении пропорции ингредиентов высчитывать сложно, поэтому, кстати, мы и напортачили с зельем в прошлом году, но в сравнении с тем, что творится в этой нумерологии… Мне же теперь кошмары сниться будут с этими уравнениями, которые надо будет подставить в универсальную формулу вычисления компонентов!

– Уизли, не пугай меня! Мне Флитвик и так задал к понедельнику откопать какие-то особые чары, о которых даже я ни слухом, ни духом…

– Кстати, как там поживает моя домашняя работа? Помнишь уговор?

Посмеиваясь, мальчики пересекли Холл и вышли наружу. До хижины Хагрида они добрались за несколько минут и, услышав в ответ на стук бормотание Хагрида, вошли.

– Эта… привет, – тоскливо произнес полувеликан. – Малфой, ты-то как?

– Отлично, – преувеличенно бодрым голосом отозвался Драко. – Серьезно, Хагрид, ничего страшного.

– Э-эх… ну я и молодец… проучетельствовал всего один день, а уже дров наломал… – Хагрид тоскливо покосился на плиту с закипающим чайником.

– Эй, ты о чем? Никто же тебя не уволит! – нахмурился Гарри. – Малфой жив-здоров, все нормально…

– Не, думаю я, за немногим стало… Всем уже известно, что случилось. Школьному начальству доложат – они точно скажут, что я не с того начал. Да и правы, наверное, будут – у вас самое первое практическое занятие.… Эх, я подумать должен был сначала, да больно уж не терпелось вам показать…

– Но Хагрид, я же не собираюсь никому жаловаться! С чего ты это взял? Я признаю собственную вину – я не слушал твои объяснения, и это только моя вина, – возмутился Малфой. – За спиной этого гиппогрифа прятался Джереми Поттер и я…

– Нет, я же все-таки учитель… моя это ошибка. Надо было с флоббер-червей начинать или еще с кого-нибудь посмирнее.

– Так, ну хватит! Объясни мне по-человечески, почему ты решил, что что-нибудь случится? Малфой же не пойдет на тебя никому жаловаться! – вспылил Гарольд.

– Дык ему самому вовсе необязательно жаловаться… – пробормотал лесничий, отводя глаза в сторону.

Малфой-младший ойкнул и зажал рот рукой.

– Что? – недоуменно спросил Рон. – Чего ты…

– Ме-ерлинова борода…. – Драко закусил губу. – Хагрид, я сейчас же пойду писать письмо родителям, чтобы они и думать не смели ни о чем таком…

– Ладно, не важно. Чаю-то будете, что ли?

Поттер облегченно вздохнул: если Хагрид переключился на чай, значит, все нормализуется.

Глава 6. Предзнаменования

От лесничего Гарри, Рон и Драко ушли почти перед самым ужином. Да и то, будь их воля – мальчики посидели бы у него до самого отбоя, но Хагрид ни с того ни с сего вспомнив о том, что времена нынче неспокойные, решил самолично довести троих слизеринцев до Большого Зала. В общем-то, никто не ожидал от него столь резкого перехода от уже почти трехчасовой лекции о сфинксах и мантикорах к недовольному бурчанию по поводу дементоров, от которых, по мнению все того же Хагрида, особого проку не было – одно расстройство в прямом и переносном смыслах.

В результате к ужину мальчики пришли одними из первых. Постепенно стали подходить и остальные студенты – кто-то группами, кто-то поодиночке. Некоторые даже осмелились явиться на ужин в компании библиотечных книг – этих счастливчиков (а точнее – любимчиков мадам Пинс) легко можно было отличить от основной массы учащихся благодаря тому, что их фолианты периодически вспыхивали бледно-желтым светом наложенных чар, защищающих от физических повреждений.

Где-то ближе к концу ужина в Большом Зале наконец-то появились старосты Слизерина, в очередной раз куда-то запропастившиеся сразу после сдвоенного урока зелий у семикурсников. Алекс Розье, в красках описывавший как, сколько и за что Снейп снимал баллы с Гриффиндора, прервал свой рассказ.

– Ну? Получилось? – спросил он.

– А то! Посмотри на преподавательский стол и сразу все поймешь, – самодовольно усмехнулся Мальсибьер. – Я же говорил – моя мстя будет ужасной! Можешь мне памятник ставить. Теперь я даже не сомневаюсь, что автоматом получу зачет по Чарам на ЖАБА.

– Во-первых, не мне, а – нам, – перебила его Катрин, – поскольку Флинт тоже не в носу ковырял, пока ты пытался накладывать заклинание на дверь кабинета Блэка…

– Стоп, ребята, по-моему, я пропустил что-то очень интересное, – к ним повернулся Монтегю. – При чем тут Блэк и дверь его кабинета? И, кстати, Мальсибьер, ты будешь или нет себе сосиски брать? Между прочим, есть хотят все!

Дерек на попытки товарища стащить прямо у него из-под носа блюдо с сосисками протестующее замычал.

– Вы еще передеритесь, – снисходительно сказала Катрин, решившаяся в отличие от всей честной кампании ограничится салатом. – И, возвращаясь к предыдущей теме, – да, мы с Дереком решили восстановить справедливость.

– А куда дальше восстанавливать-то? – фыркнул Драко, кивая в сторону доски с баллами.

У Гриффиндора налицо было их полное «отсутствие присутствия». Проще говоря – такой же ноль, как и у Слизерина несколько часов назад. Теперь же, на счастье всех учеников «змеиного» факультета количество их баллов увеличилось до пятидесяти.

– Э-эх, что бы мы делали, если бы нашим деканом был не Снейп, а кто-нибудь другой, – вздохнул Рон.

– Лапу бы весь год сосали, – буркнул Маркус. – Не туда смотрите, народ. Надо на преподавательский стол смотреть.

– Да, действительно, что-то Блэка не наблюдается, – подтвердить Розье. – А с ним Дамблдора и Флитвика с МакГонагалл.

– И какой отсюда можно сделать вывод? – Лестранж насмешливо подняла брови.

– Так вы наложили на Блэка какое-то заклинание? – удивленно переспросил Монтегю, переводя взгляд со старост на Флинта. – Ну вы и молодцы, ребята!

– И чем вы его так приложили, что для расколдовывания потребовалась помощь МакГонагалл и Флитвика? – поинтересовался Гарри.

– Ну, мы не прямо его самого заколдовали, а дверь в кабинет Блэка… – скромно заметил Дерек, – но суть одна и та же: наш второй преподаватель Защиты сейчас лежит в Больничном Крыле, а старичок-директор в компании доброй тетушки Минервы и Флитвика дружно пытаются снять с него чары «одервенения».

– В смысле – «одервенения»? Что-то типа «Ступеффая» что ли? – продолжал допытываться Монтегю. – Или он по-настоящему деревом стал?

– Второе ближе, – ответил ему Драко. – Вы же «Radoces Agere» использовали, верно?

– Ага, – кивнул Дерек. – А ты его, оказывается, тоже знаешь?

– Знаю, но накладывать не умею. Уизли, не надо делать сосредоточенное лицо и пытаться самостоятельно перевести название заклятия – оно звучит как «Пускать Корни».

– И что, Блэк действительно пустил в землю эти самые корни? – спросил Розье.

– Во-первых, в замке пол каменный, если ты не помнишь, – съязвил Флинт. – А, во-вторых, насколько я помню, у него даже листва прорезалась, хотя, вроде бы не сезон – осень уже на дворе. Но это все ерунда. Самое главное, ребятки, в том, что он в больничном крыле будет неделю, как пить дать, валяться.

– Какой удар по самолюбию квалифицированного аврора! – фыркнул Гарольд. – Первая неделя – и та уже в ведении мадам Помфри. Только я что-то сомневаюсь, чтобы эта была именно неделя. По-моему, вы свои силы слегка переоценили – Дамблдор тоже не лыком шит.

– Поттер, снять это заклинание раньше недели просто физически невозможно – у него основа взята из трансфигурирующих чар повышенной длительности, относящихся к третьему уровню сложности, – сказала Катрин. – Поэтому, кстати, мы втроем его накладывали – у Мальсибьера просто мозгов бы не хватило точно все выполнить…

– Но-но, не надо трогать мои мозги! Ну, или по крайней мере то, что от них осталось, – пошутил Дерек.

– Вот и я о том же… Смотрите-ка, а вон и Дамблдор идет.

Директор Хогвартса спокойно прошествовал на свое место, будто бы меньше пяти минут назад и не пытался снять наложенное на преподавателя редкое заклятие. Однако садиться на свой трон он не торопился и, дождавшись наступления тишины, произнес:

– Прошу учеников шестых и седьмых курсов ненадолго оторваться от своих занятий и внимательно меня послушать.

Вышеозначенные студенты, после обращения директора лично к ним, подняли глаза на преподавательский стол. Дерек и Катрин, подмигнув однокурсникам, изобразили на лицах живейший интерес и тоже уставились на Дамблдора.

– В результате чьей-то крайне своеобразной шутки, профессор Сириус Блэк попал в Больничное Крыло, и всю следующую неделю его будет заменять профессор Люпин…

– Хотя изначально, наверное, именно Блэк должен был заменять Ремуса, – задумчиво протянул Гарри.

– Ты о чем? – спросил Малфой.

Тот в ответ сделал большие глаза.

– Ах да, твой крестный же об… – он замолк на полуслове, получив от Рона чувствительный пинок под столом.

– Кстати, я тут вспомнил, – со смехом произнес Маркус, – Листья-то у Блэка красные были…

– Может, еще и в золотую крапинку? – фыркнул кто-то.

– Точно! Гриффиндоркисй дуб!

– Ну, насчет принадлежности к Гриффиндору – это отдельная песня, – светским тоном заметила Энни. – Но вот то, что Блэк – дуб дубом, это верно на все сто!

Старшекурсники разразились неприлично громким смехом.

* * *

Первым уроком на следующий день у третьего курса Слизерина была Защита от Темных Сил. Вместе с Гриффиндором. Гарри Поттер сразу же после ужина ушедший в старую часть хогвартских подземелий, благополучно пропустил завтрак и, как обычно, появился только перед самым началом урока.

– Ну? Проверил свою змеиную живность? – поинтересовался Малфой. – Как василиск поживает?

– Говори тише, – поморщился Рон. – Между прочим, не все знают, что второй вход в Тайную Комнату остался незапечатанным директором.

– Да Дамблдор его, наверное, даже не нашел! – фыркнул Драко.

– Или сделал вид, что не нашел. Я сильно сомневаюсь, что если бы он захотел, то не смог был прогуляться и проверить, как себя чувствует эта милая зверушка… серьезно, Гарри, как там поживает твой змееныш?

– Так себе поживает, – поморщился Поттер. – У него опять глазницы гноиться начали. Нет, ну на кой Мерлин Фоукс ему глаза выклевал? Я эту птицу, эту индюшку огненную, Моргана ее побери…

– А мне все-таки спокойнее знать, что если уж в замке и живет василиск, то он хотя бы не может взглядом убивать, – пожал плечами Малфой-младший.

– Чурбан ты бесчувственный, а еще и ведь и эмпат! – вскипел Поттер. – Не стал бы он никого убивать – спал бы себе и спал в Тайной Комнате! Но нет, обязательно надо было…

– Успокойся, я не имел в виду ничего такого, – смутился Драко.

– Да ну как же!

– Действительно, Гарри, хватит уже, – вклинился Рональд. – Я сегодня-завтра сварю противовоспалительное зелье, и мы пойдем проведать твоего змея. Что ты из-за него так переживаешь?

– Да ну вас!

– Поттер обиделся, – прокомментировал Драко, наблюдая за тем, как его друг демонстративно отсаживается к Гермионе Грэйнджер. – Все, сейчас будут астрономию обсуждать.

– С чего это ты взял? – с улыбкой переспросил Рон.

– А о чем же еще можно говорить с Грэйнджер?

Со звоном колокола, ознаменовавшим начало урока по ЗоТИ, в кабинет вошел Ремус Люпин с журналом курса в руках. Следом за ним в помещение «вплыл» большой шкаф из черного дерева, дверцы которого были заперты на ключ.

– Доброе утро, – поприветствовал он учеников. – Учебники вам пока не понадобятся, можете убрать их в сумки.

По классу пошел удивленный ропот. Первый и последний на данный момент практический урок им устроил Локонс, и все его хорошо запомнили. Особенно то, как преподаватель, чуть ли ни одним из первых выскочил за дверь, оставив разбираться с пикси четверых второкурсников.

Шкаф угрожающе затрясся.

– Ничего страшного. Здесь всего лишь обычный боггарт. Вам нечего бояться, – Люпин поспешил успокоить занервничавших студентов, часть которых собралась даже отсесть с первых парт в конец класса. – Кто-нибудь из вас знает, что такое боггарт?