Текст книги "Темные Волшебники. Часть вторая. Сила (СИ)"

Автор книги: Chirsine (Aleera)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 75 страниц)

Одним словом, пришлось от этого удобного варианта отказаться.

Из-за этого же потребовалось переносить и трибуны – с берега на откровенно подозрительные плавучие конструкции. Чтобы Чемпионы не успели околеть окончательно, пока будут в воду заходить (или когда им придется выбираться обратно на берег). О том же, что сама вода и близко теплой не была, скромно решили умолчать. Пусть, мол, моржеванием займутся, что тут такого? А вот пока из воды вылезать будут, могут простудиться вполне, это да. Этого надо избежать. На получившуюся в результате конструкцию даже взглянуть было больно и печально за сам факт ее существования. Поэтому трибуны решили убрать: дорогие зрители пусть так толпятся (заодно и не замерзнут на холоде – попрыгают и побегают, если вдруг что), а для Чемпионов можно причал этакий небольшой организовать.

Ну а кто из-за собственной дури и неуклюжести в виду навернется… ну так на все воля Мерлинова.

– А неплохо они там все устроились, – Малфой прищурился, вглядываясь в меланхоличные ползанья по судейской плавучей трибуне.

– Зато мы все тут – ну вообще не сахарно, – приплясывая на месте, чтобы хоть немного согреться, пробурчал Рон. – И, причем, выпрошенное у мадам Помфри зелье от головной боли я, похоже, не взял, – констатировал он, общупав все карманы на предмет наличия в них скляночки с искомым содержимым.

– Ну и дурак, – вздохнул Драко. – Себе же яму вырыл – это вы тут с Поттером загибаетесь от головных болей, а мне-то это все…

– Малфой, не жужжи, – прервал его Гарольд. – Честное слово, от твоей болтовни голова еще больше раскалывается, чем когда надо параллельно двумя телами управлять!

Вообще-то ситуация была не настолько драматична, какой ее изволил обрисовать Гарри Поттер: особенных морально-психических усилий от трех слизеринцев не требовалось. Контролировать их двойников практически не было нужно – они скромно стояли в сторонке, изредка подавая признаки жизни переступанием с ноги на ногу и поворотом головы в ту или иную сторону.

На счастье Триады и откровенно нервничавшего Альбуса Дамблдора (кому надо было и кто знал, в чем это выражается, тот уже давно заметил нервозность директора Хогвартса) особенно активные действия пока что предпринимать нужды не было.

– Чертовы министерские! – в сердцах ругнулся Джек Сандерс. – Надо же было догадаться растянуть над трибунами блокирующие чары! Теперь ни одно согревающее заклинание использовать нельзя! Тьфу, пропасть!

– А ты что, так жаждешь получить трезубцем по лбу от морского народа? – Энни приплясывала на месте, чтобы согреться. – Организаторы, вон, уже по самое «не балуйся» получили, так что осторожничают. Они-то там, конечно, у себя в Министерстве морской народ за разумных существ-то не считают, но все равно перед гостями неудобно как-то. Скандала боятся. Эти же все, – она неопределенно мотнула головой, – только и ищут, на чем бы Фаджа подловить. Да его уже и свои-то спихнуть подальше жаждут…

– Я этого старикана и раньше не понимал, а теперь и подавно, – в полголоса произнес Драко Малфой плотнее завернулся в утепленную мантию. Поморщился от громких и обидных воплей столпившихся впереди слизеринцев, таким образом провожавших в «заплыв» Виктора Крама, решившего воспользоваться чарами частичной трансфигурации. Эстетикой, конечно, тут и не пахло, зато функциональности было хоть отбавляй – акулья голова давала массу преимуществ.

– А он тут и непричем, – сонно зевнул Гарольд, привалившийся для большей устойчивости и наличия хотя бы какой-то опоры к толстой деревянной балке, служившей опорой для второго яруса «якобы трибун». – Это же Фадж решил в молчанку поиграть…

– Да я не об этом, – вяло отмахнулся Драко. – Хотя, знаешь ли, старик в любом случае мог бы извернуться и сообщить нам, в чем будет заключаться второе состязание. Если бы ему нужно было нас в известность поставить.

Рон скорбно шмыгнул носом. Потом еще раз и куда менее скорбно – назревал насморк. За третьим хлюпом, особенно долгим и громким, последовало поминание Великого Мерлина и различных достоинств родственников всех присутствующих организаторов Турнира.

– Где-то тут у меня было бодроперцевое припасено… – пробормотал Рон, охлопывая карманы. – Или не припасено… или я его в гостиной забыл… Вот ведь гадость! А-апчхи! Тьфу, Моргана всех побери! Ну что за гадость-то такая! – воскликнул.

– Зачем всех-то уж сразу? – покосился на него стоявший неподалеку Йоркхард.

– А до кучи, – мрачно шмыгнул носом Рональд, продолжая поиски скляночки с зельем в карманах. Взъерошенный и натянувший чуть ли не до ушей слизеринский шарф и высоко поднявший меховой ворот зимней мантии, он больше напоминал нахохлившегося на ветке сильно простуженного воробья.

Драко прошелся туда-сюда по трибуне и остановился рядом с бортиком.

– Зачем все утро нам в головы долбить, что использование духов Триады не только нежелательно, но уже и чуть ли не строжайше запрещено? Что за заворот мозгов? – он недовольно скривился.

Гарольд философски пожал плечами.

– Эй, гляньте на «Крыса»! – воскликнул Теодор, указывая на бегущего по тонкому мостику к плавучим трибунам Джереми Поттера. – Чуть не опоздал, герой! Жабросли так долго искал?

Джереми на полном бегу поскользнулся и рухнул в воду. Слизеринцы разразились громким хохотом.

До судейской трибуны четвертый Чемпион добирался влпавь.

– Будем считать, что приводнение уже произошло, – фыркнул Эд Эйвери, своим заявлением вызвав новую волну обидного для хохота.

– Что ж, мистер Джереми Поттер уже… кхм, приступил к исполнению задания, – прокомментировал Людо Бэгмен, наблюдая, за тем, как Джереми отплывает дальше и ныряет, – а это значит, что все четыре Чемпиона находятся в Озере и разыскивают похищенных, – постоянно прерываясь на какое-то невнятное шуршание и бульканье, продолжил он. – Ну а нам с вами остается ждать, пока кто-нибудь из них появится на поверхности.

– Всплывет брюхом кверху, – мрачно пошутил Дональд Уэйзи.

– Типун тебе на язык! – замахала на него руками Энни. – Сплюнь и по дереву постучи! Министерство же весь Хогвартс разнесет, если тут что-нибудь случится!

– Дорогая моя Энни, – начал Дональд, попытавшись фамильярно приобнять Грисер за талию (а то и чуть пониже), за что тут же получил хороший удар в челюсть, – тьфу! Ну что ж ты так сразу-то, а?

– Следи за руками!

– Это Турнир Трех Волшебников, – произнес Джек Сандерс, – вот что Донни имел в виду. На нем Чемпионы раньше просто пачками мерли. И поэтому ничего страшного, согласно правилам не случится…

– Так эти ваши «раньше» – это, по мнению Министерства, времена дикие и непросвещенные, – влезла Мари Стоун. – А сейчас на дворе двадцатый век. Как там магглы говорят? Гуманизм и демократия, вот. А это значит, что будь Турнир хоть Шести, хоть Семи Волшебников, ни один из них убиться до смерти не должен. Иначе не гуманизм будет, а варварство средневековое.

– Нет, ну как завернула-то! – покачал головой Уэйзи, растирая челюсть. – Энни, синяк же будет! Чего бьешь так сильно?

– Следи за руками, – все так же воинственно повторила Грисер, пригрозив Уэйзи кулаком, и, поправив капюшон мантии прошлась туда-сюда по деревянному настилу.

Энни огляделась, приметила тихо-мирно задремавшего у дальней опорной балки Поттера и хитро-хитро ухмыльнулась. Приложила палец к губами – старшекурсники сопроводили ее действия хихиканьем и для конспирации возобновили мерный гул болтовни – и, старясь как можно меньше шуметь на общем фоне, прокралась к дальнему краю первого яруса трибуны.

– Эй, меня хоть кто-нибудь слушает? – возмутился Драко, переводя взгляд с Рона на Гарри. Первый увлеченно рылся в карманах, а второй вполне натурально всхрапнул пару раз, демонстрируя тем самым свою непричастность ко всем несправедливостям мира сего. Поэтому уязвленный до глубины души невниманием к своей персоне Драко не стал препятствовать задумке Энни Грисер. Даже отошел на пару шагов, чтобы не мешать.

Старшекурсница с крайне пакостливым выражением лица подобралась к дремлющему на холодном ветру Поттеру и собралась уже было быстрым и коротким пинком его отправить в полет через низенький бортик трибуны прямо в Большое Озеро, как непросчитываемый фактор внезапности в лице того же Поттера ее саму отправил «за борт». Выглядело все донельзя банальным «поскользнулась на влажном настиле, не удержалась и упала». Только уж больно быстро все произошло и слишком уж незначительной преградой для крепкого девичьего тела оказался бортик трибуны.

Вытаскивать свою неуемную кузину, плещущуюся в ледяной воде и крайне некультурно выражающуюся в сторону как самого Гарри Поттера, так и всей сложившейся ситуации в целом, полез «самый крайний из всех самых крайних» (как его окрестили товарищи) – Джек Сандерс. В процессе чуть сам в воду не кувыркнулся, но драгоценную родственницу, всю вымокшую и продрогшую (ругающуюся уже сквозь крепкий зубовный перестук), из воды таки вытянул. И они вдвоем, просушив наскоро одежду Энни, отправились выпрашивать у своих запасливых и умудренных холодом товарищей запасы Огденского, которые они наверняка всеми правдами и неправдами притащили с собой. Сугубо согрева ради, само собой.

– Поттер, хватит придуриваться! – Драко упер руки в бока.

– Что, и тебя отправить освежиться? – лениво осведомился Гарольд. – Если что – обращайся. Мне не трудно.

– Ты Дамблдора, Моргана его побери, лучше всех знаешь и все эти его зубодробительные планы понимаешь, так? Ну и объясни мне, Поттер, какого Мерлина они с Сорвиным сначала нам втирали про важность Триады и использования ее сил на благо Магической Общественности…

– Не втирали, – прервал его подошедший к ним Рон. – Вообще ничего не говорили на этот счет.

– Умолкни, Уизел! – отмахнулся от него Малфой и снова повернулся к Поттеру. – Так вот, какого Мерлина Дамблдор теперь каждый раз трясется как неизвестно кто, стоит нам только чары дупликации использовать? Он же теперь не только против Духов, но и этих самих… как их… ну, дупликаций этих… выступает. Мол, воля б моя, я бы вас вообще в это дело не впутывал. Ну и так далее, – Драко сделал неопределенный жест рукой. – И кто бы мне теперь объяснил, что все это означает!

– Мало ли что, – неопределенно пожал плечами Гарри.

– Но так, извини меня, пожалуйста, кардинально мнение поменять! Это…

– Не настолько уж и кардинально, – Рон запустил руку в свои взлохмаченные рыжие вихры. – Он, как мне помнится, и раньше без особенного восторга воспринимал идею участия Триады. Помнишь про лимит времени на пребывание в нашем мире для Духов? Если его весь сейчас растратим, потом может нехватить на что-нибудь очень важное, и останемся мы вообще без какой-либо помощи. Профессор Дамблдор об этом прекрасно знает, вот и призывает нас ерундой не заниматься.

– Да? Правда что ли? – наигранно-недоверчиво переспросил Малфой-младший. – Нда, старик в своем репертуаре…

Они замолчали, настороженно переглядываясь.

– Ничего-то хорошего нас, в общем, не ждет… – подытожил Гарри, растирая замерзший лоб. Огляделся по сторонам, вытянул шею в сторону гриффиндорской трибуны и оббежал глазами всех там наличествующих, а после крайне непоследовательно поинтересовался: – Кто-нибудь Гермиону видел сегодня?

– Нашел, у кого спрашивать! – фыркнул Драко. – И, самое главное, о чем! Тут не до твоей Грэйнджер, знаешь ли!

– Это тебе не до нее, – заявила подошедшая к нему со спины Блэйз. – А Гарри волнуется за свою подружку. Вот хоть раз бы ты за меня так волновался, а?

– Мерлин Великий, Блэйз! У меня чуть сердце не остановилось, честное слово! Ну нельзя же так подкра…

– Я с тобой не разговариваю! – гордо объявила Забини, отворачиваясь от него.

– Чего? – не понял Малфой. – Но…

– Не-раз-го-ва-ри-ва-ю! – по слогам повторила она.

– Кстати, вы заметили..? – Рон расплылся в каверзной ухмылке. Общий градус коварности портило только беспрестанное шмыганье носом. – Гарри впервые не стал отрицать, что Грэйнджер – его подружка. Каково, а?

– П-ф-ф… какое событие! – Поттер закатил глаза. – Не иначе как снег красный пойдет скоро!

– Мне холодно, – объявила Блэйз.

– Так ты же со мной не разговариваешь! – хмыкнул Драко, скрестив руки на груди.

Девушка коротко глянула на него, и Малфой безропотно поднял палочку.

– Ладно, хорошо. Пускай меня за это авроры в Азкабан сажают, 0 – недовольно пробурчал он.

– Так уж и в Азкабан! – фыркнула Забини.

Они снова замолчали, вслушиваясь в комментарии Бэгмена, последние минут двадцать лопочущего какие-то глупости, чтобы только чем-то время занять и не замерзнуть самому.

– …тень под водой! – вещал Людо Бэгмен. – Дамы и господа, внимание! Может ли это быть один из Чемпионов? У нас уже есть победитель?

Трое слизеринцев протолкались в первые ряды, чтобы посмотреть, кто из Чемпионов первым справился с заданием второго тура.

– И это Флер Делакур! – разнесся над трибунами радостный возглас комментатора. – Вот она, победительница… А? Что?… Прошу прощения, уважаемые зрители, мисс Делакур приплыла без жертвы, которую она должна была освободить на дне Большого Озера из плена морского народа. Таким образом мисс Делакур выбывает из соревнования. Насколько я понял… да-да… Ах вот оно что! – он на некоторое время снял заклятие усиления со своего голоса, чтобы прояснить некоторые моменты произошедшего. – Как мне стало известно, – продолжил Людо Бэгмен через некоторое время, вернувшись к своим комментаторским обязанностям, – помешала мисс Делакур стая гриндиолу, отрезавшая ей путь в подводный каньон с похищенными. Что ж, очень прискорбно, да… Посмотрите туда! Посмотрите! Еще один Чемпион! – Бэгмен, находившийся на судейской трибуне, перегнулся через деревянный бортик, указывая куда-то вперед. – И похоже это… Да, это мистер Джереми Поттер! О, да! Вот он, первый победитель второго тура! Напоминаю, дамы и господа, – затараторил Бэгмен, – тот из Чемпионов, кто за наименьшее время успеет вернуть похищенного, автоматически становится победителем и получит возможность первым приступить к выполнению третьего задания! Итак, мисс Джиневра Уизли спасена, и теперь о ней и о мистере Поттере позаботится присутствующая здесь мадам Помфри, школьная медсестра… – он снова замолчал – только что выбравшийся из воды Джереми, едва ли не до хрипоты срывая голос и сильно размахивая руками, что-то доказывал столпившимся вокруг него организаторам и судьям. – Прошу прощения, дамы и господа, выяснились новые обстоятельства…

– Ме-ерлин побери! – простонал Драко Малфой, неприятно кривясь. – Ну что же это такое?

– А? Что случилось? – забеспокоился Рой Йоркхард.

– Опять! – Рональд звучно скрипнул зубами.

Гарри смолчал – ему не до того было. Ангол, как глава Триады, обязан был первым вмешаться в назревающий спор.

– Да что такое? – к ним шагнула Мари Стоун.

– Уважаемые дамы и господа, прошу внимания! – нетвердым голосом начал Людо Бэгмен.

К счастью, «Сонорус» в своем усиливающем свойстве рапространялся только на его голос, иначе бы все присутствующие услышали бы мрачную ругань между собой организаторов и судей, успевши сообразить, что дело откровенно запахло жареным.

– Похоже, мы растревожили своим присутствием местную стаю гриндиолу, – по трибунам явственно пошли шепотки. – И именно по этой причине, как сообщил мистер Поттер, задерживаются два других Чемпиона – мистер Крам и мистер Диггори, которые в отличие от него не успели выбраться из каньона до появления гриндиолу, – шепот достиг ранга возмущенных переминаний с ноги на ногу и разговоров уже в полный голос. – Однако прошу вас от имени организаторов Турнира ни о чем не беспокоиться! Если в течение двадцати минут Чемпионы и морской народ, помощь которого для подобных ситуаций была оговорена заранее, не справятся, к ним будут направлены авроры… – Бэгмену снова пришлось снять заклятье усиления голоса – ругаться в полную громкость с капитаном отряда авроров было не очень-то сподручно.

А было о чем – авроры наотрез отказались лезть в ледяную воду, да еще и Моргана знает куда плыть, чтобы в результате быть живьем сожранными (как многомудро выразился кто-то из стражей магического порядка) мерзкими подводными тварями. И вообще, раньше надо было думать, где это второе состязание устраивать. В принципе, их тоже можно было понять – ни за что ни про что послали детвору спасать и охранять, в то время как куда менее неблагодарным делом было выслеживать каких-нибудь магов-контрабандистов или внезапно активировавшихся экстремистов-Пожирателей. Вот это было бы дело – явная польза Магическому Миру и Аврориату, а так – тьфу, а не работа!

– Понесла-ась, – раздраженно буркнул себе под нос Драко Малфой, вместе с друзьями пробираясь через толпу встревоженных слизеринцев к шаткому и узенькому мостику-переходу к следующей трибуне и оставив Блэйз под согревающими чарами в гордом одиночестве. – Ну вот чисто принципиально нельзя спокойной хотя бы один тур провести! Хоть в лепешку надо разбиться, но проблем каких-нибудь найти на свою голову! М-мерлин и Моргана вас всех побери!

– Хватит жаловаться! – оборвал его Поттер, кривясь от нарастающих головных болей. – Мантикора задери, еще три трибуны до судейской… я ж с ума сойду!

– Вот-вот! И я о том же! – Драко благоразумно решил на конфликт своего друга в таком состоянии не вызывать – даже на чисто шуточный и несерьезный – это могло быть весьма чревато.

Пока юные слизеринцы неслись на максимально возможной скорости к судейской трибуне, стараясь при этом еще и контроль над своими двойниками не потерять, те самые двойники простаивали в сторонке и всячески избегали участия в разгорающемся конфликте.

– Никто из моих людей, Корнелиус, не полезет в такую холодину в воду! – от разгоряченного спором командира отряда «Мантикора» Энтони Кроули, проявившего себя как раз таки в противоположную гордому названию сторону, разве что пар не валил. – Да и не хватит на всех жаброслей! А отправлять трех-четырех человек сражаться с целой стаей гриндиолу – это вы уж меня увольте, господин Министр. Во всяком случае – и я готов заявить об этом во всеуслышание – не за такой оклад!

Спорщики поутихли.

– А я говорил тебе, Корнелиус, что моих брать надо, – пробубнил Аластор Грюм, хитро-хитро поглядывая своим настоящим глазом на багровеющего от бешенства Министра Магии. – Они бы тебе тут жаловаться на низкую зарплату не стали. И не забыли бы про самые банальные чары головного пузыря, о которых даже ученики знают, – Кроули резко покраснел и попытался что-то вякнуть на эту тему, но ему кто-то мудро наступил на ногу и отвлек от несанкционированного вылаза в дискуссию. – Они бы тут ласточками сиганули в воду и в момент ребят достали со дна… Но ты же уперся, как осел! А я предлагал ведь!

– Аластор, хватит! – Корнелиус Фадж рубанул воздух рукой. – Я понял. Понял, говорю тебе!

– Ну конечно же не стали бы жаловаться! – влез-таки командир «Мантикор». – Привилегированный отряд, да на отдельном финансировании казначейства! Еще бы жаловались они! А вот как поднять обычным аврорам оклады – так кукиш нам всем! А после этого еще требуют, чтобы им тут детей из воды спасали! С жиру тут все беситесь, вот и устраиваете свои турниры! В стране положение нестаби…

Грозный Глаз со своей немаленькой силой и с неплохим размахом врезал ему кулаком в челюсть.

Дискуссия разом свернулась.

У разоравшегося в очередной раз о всемирной несправедливости Каркарова от удивления лицо вытянулось. Дамблдор, нервно поглаживая бороду, неодобрительно покачал головой. Мадам Максим что-то тихо и неразборчиво пролопотала по-французки, обращаясь к мелко вздрагивающей от холода даже под зачарованным пледом Флер и подошедшим к ним Гербиусу и Реджинальду Малфоям.

– Заткнись, мальчишка! Распустил тут нюни… – Грюм с достоинством поправил забравшийся рукав мантии и отряхнулся. – Совсем молодежь обнаглела уже! Ничего не знает, ничего не умеет, а подавай им сразу высокие оклады! Денег больше хочешь, да, сопляк? – побитый испуганно отшатнулся в сторону, придерживая левой рукой свороченную челюсть. – А вот ты сначала поработай-ка лет пять-шесть в ночную смену, да на холодке, да зимой! Побегай, поотлавливай по чащам оборотней да Пожирателей Смерти и вот потом уже заикайся о том, что платят мало! Тьфу, развелось вас таких! Платят им мало, мантикора задери… Эй, вы трое, – он обернулся к скромно примостившейся у дальней опоры и ни на что не реагирующей Триаде, – есть идеи какие-нибудь, как их там спасать? Поделитесь, если надумали чего, – гораздо мягче добавил он. – Пропадут же.

– Вполне вероятно… – начал Ангол.

С Гарри Поттер, находившимся ровно за одну трибуну и мостик до места развития событий, чуть не приключилась та же оказия, что и с Энни Грисер, только уже по естественным причинам – от перенапряжения. Сказывалась близость к дуплицированным двойникам.

– Самое пакостное, – едва переводя дух на бегу, начал Рональд, – что все у нас опытным путем выясняется.

Имел он в виду, собственно, только что вскрывшийся неприятный факт: чем ближе трое слизеринцев находились к контролируемым ими двойникам, там больше возрастали головные боли и тем сильнее проявлялись общая слабость и истощенность.

– Гарри, ты там живой вообще? – спросил Малфой, пребывавший в самом бодром состоянии из всех троих.

Поттер отмахнулся и продолжил путь сквозь толпу.

– …Вероятно, что имеет смысл отправиться, – медленно продолжил Ангол.

– Пожалуйста, помогите нам! – Джереми Поттер, выбравшийся из цепких и заботливых рук мадам Помфри, сделал пару неуверенных шагов в сторону Триады.

Маги не удержались и переглянулись.

– Там находится Гермиона Грэйнджер, моя подруга, – торопливо заговорил он. – Ее должен был спасти Виктор Крам, но он не успел из-за гриндиолу, а я…

Ключевая фраза была сказана. Гарри Поттер замер у края трибуны, судорожно вцепившись пальцами в бортик и отыскивая взглядом среди присутствующих Альбуса Дамблдора.

Директор Хогвартса на его умоляющее выражение лица отрицательно качнул головой.

Гарольд зло пнул ногой опору второго яруса судейской трибуны и упрямо сжал губы.

– А что они тут делает? – мгновенно вспылил Джереми, завидев своего брата и его друзей. Вместе с ним к новоявленным участникам событий настороженно повернулся и Грозный Глаз.

– Они будут помогать, – четко произнес Ангол, свободно прохаживаясь по трибуне.

На мгновение он встретился взглядом с директором Хогвартса, и свою досаду вынужден был выразить уже последний. Правда менее показным способом, но наредкость крепкими и белыми для его возраста зубами Альбус Дамблдор все же скрипнул знатно.

Не удержал, не послушались – в дело снова вступили Духи Триады. Во всяком случае, один из них – точно. Самый опасный и самый непредсказуемый.

Глава 42. Под водой и на земле

По водной глади озера кругами расходилась крупная рябь – ныряя глубже, Ангуис на прощание как следует хлопнул хвостом по воде. Судейскую трибуну окатило приличной волной. Больше всего досталось стоявшему у самого края деревянного настила Фаджу – полы его парадной мантии вымокли в момент. Как и дорогой костюм. Ангол оказался хитрее: вовремя успел отступить за спину Фаджа, и теперь только удрученно вздыхал, сочувственно похлопав вымокшего до нитки Министра Магии по плечу.

Фадж молчал, крепко зажмурившись и вцепившись в собственную палочку. Орать, ругаться и топать ногами со злости при подчиненных и заграничных гостях означало растерять последние крохи и так уже, собственно, отсутствующего престижа.

Подождав, пока волны сойдут на нет, к краю трибуны сунул нос Джереми Поттер, сосредоточенно что-то напряженно выглядывая в водах Большого Озера.

– Мистер Поттер, осторожнее, пожалуйста! Отойдите от края, иначе в воду кувыркнетесь! – предупредила его мадам Помфри, разносившая «спасенным» и их «спасателям», а так же просто всем желающим Бодроперцевое зелье, замешанное на рябиновой настойке – чисто в целях профилактики простуды.

– Профессор Дамблдор, а это точно водный змей был? – задумчиво спросил Джереми, склоняясь над водой еще ниже.

– Разве нет? – Дамблдор мысленно проклял проснувшуюся не к месту наблюдательность гриффиндорца и мощным усилием директорской воли подавил желание столкнуть неуемное дите в воду. Чтобы не болтал лишнего.

– Мне он почему-то напомнил василиска, – Поттер поднял на него кристально-чистые и абсолютно невинные глаза. – Ну, того самого, из Тайной Комнаты.

Фадж, накладывавший на одежду высушивающие чары, так и замер с открытым ртом. И тут же отправился в увлекательный заплыв по холодным водам Большого Озера, поскольку незаконченные заклинания имели свойство действовать самым непредсказуемым образом. В том числе и отвешивать нерадивым магам воздушные ускоряющие пинки.

– Ты в этом уверен, Поттер? – переспросил Ангол, с интересом гладя на буздыряющегося в воде у самой трибуны Министра.

– Мне повязка напомнила, – честно признался ничего не подозревающий о своей возможной участи Джереми. – Василиску же глаза феникс выклевал, помните, я рассказывал? И у этого, – он указал на поверхность воды, – тоже какая-то повязка была на морде…

Спихнуть мальчишку в озеро – как раз на вылезающего из воды Фаджа – Альбусу Дамблдору захотелось в два раза сильнее. Судя по напряженному пыхтению рядом, Ангола тоже мучило это желание.

Они синхронно заскрипели зубами.

– Это точно был василиск, – объявила Джинни Уизли, пробираясь к Джереми и становясь рядом с ним. – Я помню, как он выглядел и… – она наморщила лоб, будто бы собираясь еще что-то добавить, но не зная, как это сказать, – и еще, Гарри Поттер – змееуст. А, значит, это точно было василиском.

– Так ведь водный змей он же как бы тоже… змей, – не понял Ангол.

– А… – Джинни и Джереми переглянулись. – Но это точно был василиск! – хором сказали они.

– А Темный Лорд – злой и нехороший, а Альбус Дамблдор – добрый и всепрощающий, – пробурчал себе под нос маг Атаки, отходя. – Железная логика…

– Альбус, так у тебя еще и василиск был припасен на черный день? – криво ухмыльнулся Грозный Глаз Грюм. – Уважаю твою запасливость, – он полез во внутренний карман мантии за флягой. – Не хочешь глоточек?

Дамблдор принюхался и тут же отпрянул.

– Благодарю, но лучше воздержусь. Мне хватило Бодроперцевого зелья.

– Как знаешь, – пожал плечами Грюм и сделал несколько глотков. – Ух-х… Вот так-то лучше! – взвесив в руке флягу, сунул ее обратно.

– Аластор, лучше бы мне предложили, – стуча зубами от холода, пробормотал Фадж.

– Корнелиус, имейте совесть, вы же на работе! – ехидно отпарировал Грюм. – К тому же, там совсем на дне осталось, – добавил он, заглушая робкие фаджевы «так вы же вроде тоже на службе…».

– Значит, у вас там не просто змей, а еще и целый василиск? – поджал губы Каркаров.

– Прошу прощения? – обернулся к нему Дамблдор. – Не расслышал.

Директор Дурмстранга побагровел.

– Альбус, вы в школе держите ручного василиска! – заорал он. – Ничего странного в этом не находите?

– А кое-кто одно время целого Грин-де-Вальда в школе держал, – покачиваясь с носков на пятки, произнес в пространство Грюм. – И даже ручного. Совсем такого домашнего… И вроде бы тоже ничего особенного.

Авроры и Триада за их спинами тихонько покатывались со смеху.

– Где Грин-де-Вальд? Какой Грин-де-Вальд? – встрепенулся Фадж, чуть не расплескав из глиняной кружки Бодроперцевое зелье, переданное ему мадам Помфри.

– Василиск! – рявкнул Каркаров.

– Альбус, у вас василиск? – Министр Магии обернулся к Дамблдору. – Как это так?

– Да вот сам не знаю, как именно, – демонстративно развел руками тот. – Согласно официальному заключению, Корнелиус, никакой Тайной Комнаты в замке нет. Вы ведь именно на этом настаивали на заседании Визенгамота, не так ли? И мы были вынуждены пойти вам навстречу, – он удрученно вздохнул. – Так откуда же, позвольте узнать, может тогда взяться василиск? Если Тайной Комнаты, в которой он обитает, нет. А на территории Британии василисков уже… сколько лет не регистрировалось случаи встречи с василисками, Аластор?

– Очень много, – с напускной важностью ответил тот, воздев указательный палец к потолку трибуны.

Корнелиус Фадж явственно ощутил подставу. Большую и сочную. Его выставляли идиотом, но в чем именно, Министр так и не понял.

– Это вызовет огромнейший общественный резонанс! – продолжал бушевать Каркаров. – Василиск! К тому же, прирученный одним из учеников…

– Да успокойся ты уже наконец! – оборвал его Грюм. – Куда больший резонанс вызовет внезапное обнаружение Пожирателя Смерти! – он оскалился. – И этот совершенно внезапно обнаруженный Пожиратель уж наверняка приложил палочку к происходящему на Турнире. И его наверняка можно отдать под суд Визенгамота, даже если до этого он был оправдан…

И Каркаров действительно успокоился. Сразу. Даже перестал вопить про произвол, безобразие и бездействие властей. Даже соизволил отойти в сторонку и попросить у Поппи Помфри еще одну кружку с Бодроперцовым зельем, а то у него что-то вдруг в горле запершило.

Мадам Максим, которой все тонкости беседы высших чинов переводили со своими комментариями Гербиус и Реджинальд, сдержанно зааплодировала Дамблдору и Грюму.

Эта компания прекрасно знала, насколько ценен столь редкий момент приструнения больного на голову начальства и подлизывающихся к этому начальству «коллег».

– Но зрители… – смачно высморкавшись в дорогущий карманный платок (все равно вымокший и вконец испорченный), начал Фадж.

– Господин Министр, на мой взгляд, ваши волнения не обоснованы, – лениво произнес Ангол, почувствовав, что и ему пора внести свою лепту в разруливание ситуации. – Никто из зрителей, и я в этом уверен, не опознал в змее василиска.

– Как это – никто? А вот эти дети? А… а вон те дети? – под «вон теми» подразумевались очень тихо и скромно стоящие в сторонке Рон Уизли и Драко Малфой. С чего вдруг мутный взор Министра обратился на них, объяснить никто не смог ни до, ни после окончания второго тура.

Скорее всего, исключительно по-привычке. Потому что там, где в отчетах попадалась фамилия Поттер (или «Поттеры»), там же обязательно встречалась и Грейджер (на данный момент временно отсутствующая по уважительным причинам), и Малфой, и Уизли (тоже, чаще всего, в удвоенном количестве).

– И те, и эти дети видели василиска полтора года назад, поэтому и вспомнили, как он выглядит, – монотонно отчитался Ангол. – Кроме них больше в инциденте с Тайной Комнатой никто замешан не был.

Рон хотел было возмутиться, что он-де ничего не видел и пребывал в оцепенении, как самая честная жертва, так что нечего на него наговаривать, но ему очень вовремя наступил на ногу Малфой-младший. Ибо нечего им встревать в разрешение официальных вопросов на высшем уровне, а то еще вдруг взбрендит что в головы взрослым, и они же останутся в результате виноватыми. И ничегошеньки хорошего в этом не будет.