Текст книги "Темные Волшебники. Часть вторая. Сила (СИ)"

Автор книги: Chirsine (Aleera)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 75 страниц)

– В каком смысле?

Поттер мысленно заскрипел зубами: однообразные вопросы и нежелание делиться информацией при всей, в общем-то, радушности и уступках «принимающей стороны», ему уже порядком поднадоели.

– Я представитель Дамблдора, если тебе так проще, – он обернулся на несколько секунд, чтобы смерить Крама недовольным взглядом.

– Мой клан…

– Твой Мерлинов клан, Моргана его подери, с нами дел никаких никогда не имел, – оборвал его Гарри. – Я это отлично знаю.

– То есть вас мало волнует, что мы собираемся снова заключить договор с Темным Лордом и его людьми? – тот замер посреди полутемного коридорчика как вкопанный.

– Нас это вообще не колышет, – заверил его слизеринец, выходя на просторную площадку второго этажа Астрономической башни. – Все, прибыли, – он демонстративно уселся на подоконник одного из панорамных окон и, скрестив руки на груди, выжидательно уставился на Крама.

– Каковы ваши условия? – без перехода спросил тот.

– Не «наши», а мои, – поправил его Поттер. – Я тут по собственной инициативе. Ты больше и близко к Гермионе не подходишь. Не заговариваешь с ней. Вообще, делаешь вид, что ее никогда знать не знал. Взамен могу сообщить пару интересных сплетен.

Виктор Крам соображал очень быстро. И ситуацией владел гораздо лучше. А думать в первую очередь о выгоде клана его, как и Флер Делакур, приучили уже давно – методы воспитания у обеих ветвей представителей магии умертвия практически ничем не отличались.

– Согласен. Непреложный обет…?

– Зачем? Я и так верю. На слово, – он демонстративно прокрутил в пальцах палочку, чтобы собеседник не обманулся легкостью тона. – Говорят, Старшая ветвь, – Крам поморщился, – жаждет заключить кое с кем договор. Чтобы посторонние маги помогли им разобраться с отступниками раз и навсегда. Якобы из-за того, что собственные каноны им это запрещают. На самом деле просто руки марать не хотят, чистоплюи, Моргана из побери. К слову, вышеупомянутый «кое-кто» находится в глубокий раздумьях на счет выгоды от этой сделки.

– Что они пообещали вам? – голос посланника Младшей ветви клана умертвия враз охрип. Дело-то, оказывается, попахивало объявлением войны. Ладно бы еще официальной, так нет ведь – все дела собирались иметь исключительно «подпольную» классификацию.

– Библиотека Университета Таинств.

Виктор выругался в полголоса – довод «за» был весьма весомый. «Носторомовцам» такие штучки крыть было нечем, даже если внезапно потребуется завоевать расположение таинственных и хитрых английских магов.

– Договор еще не заключен, – многообещающе поведя бровями, напомнил Гарольд. – Поговори со своими, вдруг чего дельного предложат, – посоветовал он.

– Я обладаю достаточными полномочиями, чтобы решать самостоятельно… – заносчиво начал Крам, но на половине фразы умолк. С выражением обреченности на лице он сел прямо на каменный пол, привалившись спиной к стене. – И что делать? – он запрокинул голову, врезавшись затылком в шероховатую кладку стены. – М-мерлин! – схватился за голову.

Поттер с показным безразличием отвернулся к окну и вжался носом в стекло, пытаясь разглядеть, что происходит снаружи. Нарушать образовавшуюся между ними сухую, но неожиданно мирную тишину он не собирался не под каким предлогом – Крам сам решать должен.

– И что мне делать? – наконец сдался он. Теперь уже целиком и полностью. – Поттер, войди в мое положение, – Виктор поднял голову, – я был направлен на встречу с одним из людей Темного Лорда, но я даже до сих пор не знаю, кто он! А теперь еще и об интригах главной ветви обязан думать.

– В первую очередь подумай, что тебе больше нужно, Крам, – мгновенно отозвался тот. – И даже не рискуй с попытками играть на две стороны. Не ваше с Флер это занятие.

И не его, само собой, но Поттер хотя бы некоторый опыт в подобных делах имел. А опыт, полученный под мудрым руководством Альбуса Дамблдора был ценнее во сто крат.

…И все-таки неимоверно хитрющий старик Дамблдор был прав. Давным-давно уже и практически во всем. Гарольд тряхнул волосами – собственная глупость едва ли не до косточек пробрала. Ничего-то он не знал, этот их гениальный Альбус Дамблдор. Никогда ничего толком не знал, потому что сам в полной информационной изоляции давно уже сидит. Нет у него сейчас информаторов, кроме Сорвина, Снейпа, да их самих – глупых, несобранных мальчишек, вечно свой нос везде сующих. Фицджеральд Сорвин со своим бывшим учеником, похоже, информацией делиться не так уж и хочет. Снейп – не может. Его в кругу Пожирателей и так принимают очень холодно. А они втроем… пожалуй, самый ненадежный источник из всех. Потому что наслушаются где-нибудь сплетен, болтовни посторонней, надумают сами чего-нибудь, набредут на кем-то случайно оброненные крохи информации… И каких только выводов не понаделают! Ох уж эти их выводы! Ей Мерлин, лучше бы помалкивали иногда. Или не лезли вообще. А Дамблдору – разбирайся со всем. Что из вываленного ему детские уши случайно услышали, что воспаленные дуростью мозги сами добавили, а что внезапно и правдой может случайно оказаться.

Альбус Дамблдор ситуацией тоже не владел. Как можно владеть тем, чего не знаешь досконально? Чего не знаешь вообще? Да никак. Зато можно сориентироваться. Всегда держать нос по ветру и в случае чего мгновенно перестроить все планы в соответствии с новыми обстоятельствами. Вот чему все эти три с половиной года их директор Хогвартса учил. Невозможно и нереально предугадать все заранее – Гарри это на собственной шкуре ощутил в полную силу. Можно лишь в общих чертах план набросать. Можно и нужно, потому что когда тонкие просчеты и детально проработанные идеи окажутся бесполезными, гибкий «каркас» можно будет всегда изменить под происходящее. И получить максимум всего, что причитается победителю.

И как Дамблдор при такой уникальной логике в свое время в Гриффиндоре учился? Неужто потом жизнь так сильно поломала и заставила кардинально все взгляды поменять? Ой ли? И так ли уж его «очернила» нежданно-негаданно свалившаяся на голову сила Триады, уже темной Триады? Есть и должно быть что-то такое, что не меняется никогда. На что повлиять невозможно ничем и никак.

…Альбус Дамблдор, директор школы Хогвартс, кавалер ордена Мерлина Первой Степени и обладатель целого множества громких титулов, до сих пор их учит. Полагаться на себя. Быстро ориентироваться в событиях и определять ценность информации. Послать к Моргане всяческие стереотипы.

Делай, что делаешь, и будь, что будет.

– Можешь считать, что я – официальный дамблдоров представитель, что я говорю от лица Триады или кого еще вы там считаете нашим мозговым центром, – твердо произнес Гарри Поттер, спрыгивая с подоконника. – И мы пока еще ни на чьей стороне не выступаем. Если Младшей ветви клана нужна будет помощь и вы нас о ней попросите, мы не откажем. Вас мало, Виктор. Может быть вы и сильнее, но вас очень мало. Если пойдете за Темным Лордом, станет еще меньше. Он и его люди снова проиграют, и тогда вас перебьют. Какие бы страшные секреты вы у своих братьев не выкрали, не поможет. Не спасет.

Виктор Крам, совсем уже запутавшийся во всех своих заданиях, целях и желаниях старшекурсник Болгарской школы магии Дурмстранг и известный во всем мире ловец, молча слушал. Он пытался сориентироваться в ситуации и сделать все, что от него зависит.

– Повторяю, хотите помощи? Мы ее вам дадим. Хотите войны, получите и ее. Все на ваш выбор. Ты сказал, у тебя есть полномочия, – Гарольд встал прямо перед ним, скрестив руки на груди. – Так решай. Только сделай все-таки однозначный выбор. За положительный ответ будет зачитываться выдача того, с кем ты должен был встретиться в Хогвартсе.

– Я даже не знаю, кто он, – угрюмо отозвался Крам.

– Так узнай, – пожал плечами Гарри. – Тебе это в любом случае необходимо. Или если ты еще не знаешь, на чьей стороне вам выступать, решай. Думай. Выбирай. Времени всегда хватит все переиграть… Дорогу обратно на второй этаж, надеюсь, сам найдешь как-нибудь. Мне пора.

– Их должно быть двое, – быстро произнес Виктор, оглядываясь на него. – Наблюдатель и посол Темного Лорда. Двое, Поттер.

Тот только плечами пожал. Насвистывая себе под нос незамысловатый мотивчик и сунув руки в карманы брюк, Гарольд направился в коридор. Уже в спину ему донеслось едва различимое:

– Да знаю я, чего все вы хотите! – Крам, судя по шелесту ткани, поднявшийся с пола, пнул стену. – Стравить нас, а самим в стороне постоять и посмотреть! – до слизеринца снова донесся звук глухого удара. – А сами – в стороне… Ммарионеточники. Кукловоды вечные. Всех обведете вокруг пальца, а нам-то что делать?

– Это уже не мне решать, – буркнул себе под нос Гарри, ускоряя шаг.

Не ему. И хорошо, что пока не ему. Думать будут другие – много старше и много мудрее. Те, кто давно уже на себя взвалил принятие подобных решений. Те, на ком они уже мертвым и тяжким грузом висят не одно десятилетие. Его это пока не касается. И Драко с Роном тоже. К счастью. За ними и так грешков полно уже водится.

Итак, грустные мысли стоит оставить на потом. До встречи с Альбусом Дамблдором и очередным ему отчетом о творящихся в Хогвартсе делах. А пока… а пока его ждет библиотека. Точнее – Гермиона Грэйнджер. Поттер замер на месте. Прищелкнул пальцами и быстро огляделся, припоминая, где находится ближайший потайной ход между этажами. Потайной и кратчайший. Чтобы не мотаться по Залу Лестниц и зайцем не прыгать через исчезающие ступени, а заодно и с Крамом опять не столкнуться. Этого ему не надо. Пока петлял по полутемным и обросшим паутиной ходам, поднимался и спускался по раскрошившимся кое-где ступенькам, прокручивал в голове состоявшийся разговор. Успел даже сам порадоваться своей находчивости и хорошо подвешенному языку. Шутка ли? В кой-то веки поступил в соответствии со всеми слизеринскими канонами. Никаких глупых выходок и бесполезных драк.

Определенно, за такую сложную и тонкую организационную работу он заслуживает серьезного поощрения.

Мадам Пинс, заметив спешащего побыстрее обозначить свое присутствие в хогвартском «храме знаний» Гарольда, недовольно нахмурилась. Смерила слизеринца подозрительным взглядом, но ничего не сказала. Только указала кончиком пера в сторону секции Магических Существ.

Поттер удивленно почесал в затылке, но таки благодарно кивнул и направился в указанном направлении. Его ужасно заинтересовало, что же такое могла искать Гермиона о магических существах? Неужто еще кого-то хагридовы соплохвосты (и так уже резко сократившиеся в численности) заинтересовали? Как-то не верится, что Гермиона именно УЗМС выбрала для своей проектной работы…

Гарри охнул, мгновенно выдавая свое присутствие, и сам себе отвесил подзатыльник.

– Вот ведь дурак-то, – пробормотал он, рассеянным взглядом скользя по книжным полкам. За давностью времени и насыщенностью событий он давным-давно уже забыл про курсовую работу по нумерологии, которую он выбрал как альтернативу сдаче экзамена, разработанного лично профессором Вектор.

– Не сомневаюсь, – сухо произнесла Гермиона, захлопнув книгу, и выжидательно уставилась на слизеринца.

Перед ней на столе возвышалась цела гора подозрительно выглядевших учебников о магических существах разных годов выпусков и под разными редакциями. Они периодически перемежались с толстенными энциклопедиями о драконах.

– Э-мм… привет? – улыбнулся Гарри, почуяв, что дело пахнет жареным. – Как утро началось?

– Отвратительно, – Гермиона взяла со стола другой фолиант и демонстративно в него уткнулась. Похоже, с хорошим настроением у Лучшей ученицы Гриффиндора обозначились явные проблемы. Сказался разговор с Виктором Крамом.

Поттер, вздохнув, устроился на скамье напротив.

– Что читаешь? – поинтересовался он, приглядываясь к обложке книги. – «Драконология»? Это еще зачем?

– Пытаюсь найти информацию о золотых драконьих яйцах, которые получили Чемпионы в первом туре, – на тон ровнее и спокойнее ответила она.

– А тебе… м-м… в голову случаем не приходило, что это могут быть какие-то артефакты? – осторожно спросил Гарольд.

– Гарри! – гриффиндорка снова захлопнула книгу и возмущенно на него уставилась. – Не лезь под руку! Само собой, я уже проверила секцию Артефактов, – Поттер присвистнул, попытавшись представить, во сколько надо было Гермионе встать и отправиться в библиотеку, чтобы к этому времени прошерстить все имеющиеся книги на тему магических артефактов с особыми свойствами.

– А о том, что это могут быть специально созданные к Турниру артефакты, ты не думала?

Грэйнджер в задумчивости подняла на него глаза.

– Это только Кубок Огня каждый раз используется один и тот же. А вот артефакты для заданий Турнира не обязательно берутся из уже существующих. Это исходя из логики, что сами задания каждый раз должны быть непохожими друг на друга, – развил свою мысль Гарри. – И вообще, с какой такой радости ты всем этим занимаешься? Или ты уже вместо моего брата собралась участвовать во втором туре?

– Я хочу ему помочь. У Джереми и так сейчас большие проблемы, – устало произнесла она, откладывая книгу в сторону.

– Это у него проблемы? – насмешливо переспросил Поттер. – Как раз у Джереми проблем нет вообще – почти все за него делается… п-фф!

– Джереми снятся странные сны, – Гермиона пожала губы. – Про Вол… Сам-Знаешь-Кого и Пожирателей Смерти.

– Ой ли? – задумчиво пробормотал Гарольд. – Уж первый-то точно пока еще в этом мире отсутствует.

– «Пока еще»? – девушка вскочила с места. – Что это значит?

– Мерлин Великий, Гермиона, а то будто бы ты не знаешь! – раздраженно отозвался он. – Да уже который год Темного Лорда в наш мир вернуть пытаются!

– Тебе лучше об этом знать, – тихо произнесла она, снова опускаясь на скамью.

– Кажется, мы это уже обсуждали, – Поттер взлохматил волосы на затылке и, недолго думая, пересел к Гермионе. – Да что у вас там такое на факультете творится, что все носятся как ошпаренные? Впервые за все четыре года Гриффиндор себя ведет тише воды, ниже травы, – Гарри обнял ее за плечи и легонько встряхнул. – Ну?

– Да ничего вроде бы, – неуверенно ответила она, придвигаясь ближе. – Просто все какие-то подавленные ходят. Джереми постоянно кошмары снятся, с ним уже ребята в одной спальне опасаются находится.

– Интересно, почему это я про его ночные кошмары с непосредственным участием Темного Лорда последним узнаю? – буркнул себе под нос Гарольд. – Уж это-то меня напрямую касается…

– …Он вечно раздраженный ходит, срывается на всех. А теперь и профессор Грюм всех стращает: темные силы, мол, так и жаждут нам всем в глотки вцепиться, а Гриффиндор – единственный оплот светлого будущего…

– Ну, как представитель тех самых «темных сил», я тебе со всей ответственностью заявляю, что вцепляться вам всем в горло мы не собираемся, – бодро заявил Гарри. – Во всяком случае, в ближайшее время, – он ободряюще улыбнулся.

– Но ты говорил, будто Сам-Знаешь-Кто скоро возродится! – возразила гриффиндорка.

– Ничего подобного, ты меня, наверное, не так поняла. И он не «Сам-Знаешь-Незнаешь-Запутлся-Уже-Кто», а Волан-де-Морт. В конце-то концов, все мы, – на «мы» он сделал ударение, – только и занимаемся тем, что пытаемся ему помешать это сделать. До сих пор как-то удавалось. И что вообще за упаднические настроения? Дело скоро вообще до того дойдет, что вместо Гриффиндора Слизерину придется занять должность главных хохмачей Хогвартса… Ну-ка, пошли, – он внезапно вскочил с места и потянул за собой Гермиону. – Покажу тебе одну интересную вещицу. Гарантирую, развеселишься, когда увидишь.

– Но… книги!

– Да Мерлин с ними, потом вернешься. Гермиона, пойдем, не киснуть же тебе тут в одиночестве весь день!

Особого одобрения на лице Мадам Пинс, глядевшей вслед быстро скрывшимся в коридоре студентам, не отразилось. Однако на ее молчаливой поддержке действиям юного Поттера это никак не отразилось – нечего девочке в одиночку в библиотеке, да еще и в таком отвратительном настроении. Тягу к знаниям во всех видах библиотекарь Хогвартса одобряла безусловно, но только не в том случае, когда она могла послужить предлогом для того, чтобы забиться в какой-нибудь угол и тихо пострадать над книжкой о своей печальной судьбе. Библиотека – это вам не беседка в саду.

…Весь коридор и несколько лестничных пролетов они преодолели бегом. Видимо, чтобы расстроенная Гермиона не успела как следует сориентироваться и сообразить, куда ее тащат. А потом и упереться на месте.

– Гарри, куда мы…?

– Скоро узнаешь. Кстати, – он остановился, ожидая, когда к площадке подойдет лестница на нужный этаж, – ты уже взяла у профессора Вектор тему для курсовой работы? – будто бы невзначай осведомился Поттер.

– Нет, а зачем мне? Я собиралась экзамен сдавать, – непонимающе пожала плечами Грэйнджер.

– Очень жаль, – с явным сожалением вздохнул тот. – А то я как раз думал тему комплексных чары как следует разработать. Ну, то есть мы с Роном, – уточнил Гарри. – Я собирался таким образом от Вектор откреститься, а он заодно это все как проектную по Древним рунам намеревается представить. И нам только для успешной работы третьего не хватало. Малфою во всем этом участвовать толку нет вообще никакого – он ни на Нумерологию, ни на Руны не записывался, так что пока все дело встало на месте…

Он с удовольствием наблюдал за тем, как меняется выражение лица девушки: тоска и усталость медленно, но верно вытесняются заинтересованностью, а затем и неприкрытым желанием ввязаться в какую-нибудь научно-исследовательскую авантюру. Да что там, даже жизнерадостный блеск в глазах вернулся!

– Ну, я бы могла… – начала Гермиона. – То есть, было бы здорово, если бы я с вами… Но это все не слишком поздно? – обеспокоенно переспросила она.

– Да нет, что ты. Часть необходимых вычислений уже сделана, – опять-таки для пользы дела пришлось покривить душой. – Осталось все перепроверить и обмозговать как следует. А там и чем Мерлин не шутит? Вдруг что-нибудь интересное обнаружим. Так ты с нами?

– Было бы здорово… То есть, я согласна, – разгоревшаяся научным энтузиазмом Гермиона мыслями уже, судя по всему, направилась к своей будущей совместной курсовой работе. – Нужно только будет профессора Вектор предупредить, что я… Э-мм, Гарри, а зачем мы идем к директорскому кабинету?

– Угадай с трех раз, – шутливо предложил тот, останавливаясь перед каменной горгульей. – Дамблдор у себя? – спросил Поттер у статуи.

Та скривила морду и отвернулась.

– Там вообще никого нет? – горгулья снова сделала страшную морду. – Сорвин? Или еще кто-нибудь? Триада?

Она замахала крыльями, призывая Поттера унять свой разболтавшийся язык.

– Понятно, значит, нам как раз можно будет…

– Гарри, да ты что! – гриффиндорка в ужасе замахала руками. – Это же кабинет профессора Дамблдора! А ты туда наведаться собираешься, как к себе домой!

– Да ладно тебе! Может, он мне разрешил, – усмехнулся он. – И «как к себе домой» все равно не получится – меня эта каменюка обычно только под страхом полного уничтожения пускать соглашается.

Горгулья надменно закивала.

– Ну чего тебе стоит, а? Мы же все равно пройдем, – увещевал ее Гарольд.

Каменная стражница ненадолго задумалась. На самом деле весь этот спектакль повторялся из раза в раз, но надо же было все-таки как-то свою гордость продемонстрировать и общую полезность доказать.

Горгулья, оскорблено махнув хвостом, отползла в сторону. В качестве жеста доброй воли даже свой постамент чуть-чуть отодвинула.

– Ну вот видишь? – беззаботно улыбнулся Гарри, первым ступая на винтовую лестницу к директорскому кабинету. – Кстати, по поводу золотого яйца. Вы с ним что-нибудь делать пробовали?

Опасливо оглядывающаяся по сторонам Гермиона, последовавшая за ним, утвердительно закивала.

– Открывать пытались, – сообщила она. – Всей гостиной. Сразу же после окончания первого тура. Но из него какой-то резкий свист послышался, мы чуть не оглохли.

– Свист, да? – задумчиво пробормотал Гарри, ненадолго останавливаясь перед дверью.

– Гарри, а может все-таки не надо? – неуверенно спросила девушка. – Может обойдемся как-нибудь без того, что ты мне показать хотел?

– Ну уж нет, никак не обойдемся, – твердо произнес он, входя первым в директорский кабинет и утягивая за собой мявшуюся на пороге Гермиону.

Приветственно курлыкнул со своего насеста Фоукс.

– Слушай, а вы магией не пробовали? Ну, на яйцо то воздействовать.

– Работают только отпирающие чары. Джинни там еще какие-то подозрительные заклинания пробовала, – Грэйнджер неодобрительно поджала губы, – но у нее ничего не вышло.

– А в огонь его сунуть не пробовали? – спросил Гарольд, оглядывая полки в поисках той самой «вещи», которую он собирался продемонстрировать гриффиндорке. – Или в воду? Или под землю? Открыть дистанционно и попытаться послушать.

– Нет, не пробовали. Но, знаешь, с «послушать» тогда огонь и земля отпадают сразу, – заметила девушка.

Они переглянулись.

– Вот и ладненько, – почти пропел Поттер. – Значит, хоть что-то разрешилось.

– Вроде, – с сомнением произнесла она.

– Пусть братишка попробует в воду яйцо сунуть и послушать, что там с этим свистом станет. Эх, жалко, конечно, я по поводу следующего Тура еще ничего не известно, – посетовал тот, – но это все ничего. Так вот, зачем мы сюда, собственно, и заявились, – повернулся к Гермионе. – Навскидку, назови мне самые известные хогвартские артефакты.

– Ну, знаешь ли… – надулась она. – Откуда же я вот так, с ходу… – она обвела кабинет задумчивым взглядом. – О, меч Годрика Гриффиндора!

– Отлично, – одобрительно кивнул Гарри, – еще что-нибудь?

– Ну-у… Омут Памяти профессора Дамблдора. Говорят, он какими-то особенными свойствами обладает…

– Тоже ничего. Еще?

– Гарри, честное слово, откуда же я знать могу? Зал Лестниц, Тайная Комната, Выручай-Комната – это же все помещения, хоть они и зачарованы особым образом! Ну, есть еще потолок Большого Зала…

– Я же прошу предметы перечислить, а не местные достопримечательности, – он с улыбкой склонил голову на бок, облокотившись на край стола.

– Может быть, реликвии других основателей, – гриффиндорка замялась. – Но в замке ли они…

– На самом деле, мало кто может точно перечислить все хогвартские артефакты – явно обнаглевший Поттер обошел вокруг стола и расселся на директорском троне.

– Гарри, ну что ты в самом деле! – возмутилась девушка, хмуро за ним наблюдая. – Это же…

– Кабинет профессора Дабмлдора, я знаю. Так вот, их-то, по большому счету не так уж и много. Есть кое-что, о чем вообще не упоминается и о чем знает только директор – это первое. Реликвии основателей – это второе. Перстень Слизерина, чаша Пуффендуй, колье Когтевран, меч Гриффиндора… Но из них здесь находится только последний. Вот, на подставке под стеклянным колпаком лежит. И почему-то его считают сильнейшим из всех, даже «Величайшим артефактом Хогвартса» называют, – сказал Гарольд нарочито-удивленным тоном. – А это на самом деле не так.

– Да что ты говоришь, – скептически фыркнула девушка, усаживаясь на диванчик у окна.

– Я совершенно серьезно. Посмотри на четвертую сверху полку шкафа. Она прямо перед тобой.

– Ну и?

– Что видишь?

– Книги по трансфигурации, какие-то колбы, стеклянные весы, – перечислила она, – и… Сортировочная Шляпа, – удивленно закончила гриффиндорка.

– В яблочко, – довольно произнес Гарри.

Она нервно хихикнула.

– Ты это серьезно? Сортировочная Шляпа, ветхая, древня, единственное назначение которой – первокурсников распределять… и «величайший артефакт». Глупость какая. Поверить не могу, – покачала головой Гермиона.

– Во-от, я же говорил – будет весело. А еще веселее все станет, когда ты убедишься в моей правоте.

– Жду-недождусь доказательств, – она скрестила руки на груди.

– Как по-твоему Шляпа распределяет первокурсников? – заметив, что Гермиона собирается что-то сказать, Гарольд предупреждающе вскинул руку: – Я не спрашиваю, что за магия на нее наложена – это совсем другое. Я же говорю о том, на основе чего Сортировочная Шляпа это делает.

– Ну как это… Она определяет качества каждого студента и выбирает ему подходящий факультет.

– Детские сказки! – фыркнул Поттер, отворачиваясь к окну. – Если бы все было так, как ты говоришь, я бы давно уже в Гриффиндоре сидел с вами всеми за компанию – потому что такой же безрассудный дурак.

– Да что за глупости, Гарри! – всплеснула руками Гермиона. – Если Шляпа решила, что у тебя достаточно качеств, чтобы обучаться в Слизерине…

– Ага, то есть мои качества как слизеринца перевешивают мои же качества как гриффиндорца, – с ухмылкой закивал он. – И что тут больше на глупости похоже? Нет, ну ты сама подумай, как это все вообще сравнивать можно в пределах одного характера? У меня что, хитрости больше, чем смелости? Это как вообще?

Грэйнджер пожала губы, но, судя по нахмуренным в задумчивости бровям, идею в целом оценила.

– Так вот, по-моему, дело тут совсем не в личностных качествах. Это все сказочки для маленьких детишек. Принципиально невозможно, основываясь только на одних качествах еще несформировавшегося – вот в чем весь финт – характера, решать, куда именно кого отправить. Говорю как на духу: не будь у меня принципа на тему того, чтобы не учиться с братцем на одном факультете, я бы в Гриффиндоре был. Гермиона, ну что я, сам себя, что ли не знаю? Не отрицаю, что-то слизеринское во мне есть, – девушка захихикала в кулачок, – но всякой ненужной дури типа безудержной смелости и жажды до всяких приключений тоже хватает. Но что-то же Шляпу остановило и не дало ей меня на ваш факультет отправить.

– Да ты мне рассказывал в конце третьего курса о своем… к-хм… решении на этот счет, – она резко посерьезнела.

– Это-то меня и насторожило, – Поттер откинулся на спинку трона. – Если бы Шляпа ориентировалась только на личностные качества, ничего бы не произошло. Определенно, здесь есть что-то еще, – заговорщитским тоном сказал он.

– Хочешь сказать, Сортировочная Шляпа может и варианты своего выбора предугадать? – помедлив, произнесла гриффиндорка. Тут же фыркнула и от отмахнулась от кивнувшего Гарольда. – Вот уж точно глупости. Как такое возможно?

– А как возможно работа Маховиков Времени? Как вообще весь Хогвартс возможен, а? И ничего Шляпа не предугадывает, видит она все.

– Ну, Гарри, знаешь ли… Что-то ты уже лишка махнул. Сортировочная Шляпа, которая судьбы хогвартских студентов читает как книги и корректирует, как ей вздумается? – она засмеялась в голос. – Спасибо, очень смешно, – утерла выступившие слезы. – Правда, ты меня развеселил, можешь быть доволен. Даже все страшилки профессора Грюма с этим конкуренции не выдерживают. И вообще, если она так много знает о прошлом и будущем учеников, почему же она отправила Тома Риддла в Слизерин? А?

Поттер молчал – эту «карту», в отсутствие информации, крыть было нечем.

На лестнице послышались чьи-то шаги.

Гриффиндорка, испуганно ойкнув, мгновенно вскочила с диванчика и замахала руками на Поттера – чтобы тот на всякий случай убрался подальше от директорского трона. А то мало ли что… Гарри ее беззвучным мольбам не внял.

В результате глазам Альбуса Дамблдора предстала интересная картина: Гермиону, честно пытавшуюся оттащить его в сторону от директорского стола Гарольд бесцеремонно усадил к себе на колени и попытался поцеловать. Главное средство нервного успокоения себя не оправдало, и Поттеру вместо девичьих нежностей достался пинок в голень и звонкая оплеуха. К его чести надо заметить, что и то, и другое девушка влепила скорее от перепуга, чем от нежелания. Мыслимое ли дело – обжиматься прямо на директорском троне?

– К-хм, – деликатно прокашлялся Дамблдор, заинтересованно вглядываясь в открывающийся из окна вид на квиддичное поле. – Мисс Грэйнджер, если вас это заинтересует, я буквально только что закончил разговор с мистером Джереми Поттером. Не думаю, что он успел отойти далеко. А к мистеру Гарольду Поттеру у меня есть отдельный разговор, если он соизволит ненадолго задержаться.

Смущенная девушка неразборчиво что-то пролепетала в благодарность профессору и поспешила ретироваться.

– Я бы не сказал, что однозначно одобряю ваш с мисс Грэйнджер выбор моего кабинета, как лучшего места для свидания, – нейтральным тоном заметил Дамблдор. – Конечно же, понимаю, юность, жажда… как это теперь молодежь говорит? Экстримальных ощущений?… Так вот Гарри, это было несколько нескромно с твоей стороны.

– Это чистая случайность, сэр, – сконфуженный Поттер перебрался на диванчик, отсев на дальний его край. – Мы в ваш кабинет зашли в чисто научных интересах, – невинно хлопая глазами, добавил он.

– В самом деле? – директор погладил подставившего ему шею феникса, обошел стол и сел на беспардонно захваченный до этого Гарольдом трон. – И что же вас так заинтересовало?

– Распределяющая Шляпа, профессор.

– Достойный объект для изучения, – оценил Дамблдор под довольное курлыканье Фоукса, которому тот насыпал в кормушку нечто, подозрительно напоминающее птичий корм.

– Только мы все никак понять не можем, сэр, почему Распределяющая Шляпа, при всех ее неоспоримых достоинствах и огромных возможностях, отправила Волан-де-Морта… то есть, тогда еще – Тома Риддла, в Слизерин? – поделился «наболевшим» Поттер. Надо же ему будет в следующий раз что-то осмысленное Гермионе на это ответить.

– Очень интересный вопрос, Гарри. Пожалуй, правильнее всего будет сказать, что он напрямую связан с тем, что я рассказал тебе, мистеру Уизли и мистеру Малфою после второго курса.

– М-мерлин! Да неужели и Шляпа как-то связана с…? – охнул Гарри.

– Не совсем, – директор Хогвартса тонко улыбнулся. – Во всяком случае, не напрямую, – он ненадолго замолчал. – Что мня всегда поражало, так это поразительная любовь потомков к переиначиванию деяний своих предков. Или, еще хлеще, самих личностей тех, кому обязаны своим сегодняшним днем. Некая нездоровая мания прямо-таки, – Дамблдор покачал головой.

Поттер что-то неразборчиво-согласно пробурчал, упершись взглядом в пол.

– Почему-то никому из твоих сверстников или даже, грешным делом сказать, моим сверстникам, – старец отпустил короткий смешок, – и в голову не приходит, что, например, Годрик Гриффиндор не был самоуверенным и безрассудным идиотом, бросающимся на каждый меч. Ну не был он таким. И быть не мог. Никто не задумывается, что у Салазара Слизерина, помимо его воспетых в веках хитрости и изворотливого ума, имелись какие-то другие качества. А Мерлин, которого все мы почитаем едва ли не за отца всей Магии (хотя этот титул к нему принципиально не применим), на одних лишь только справедливости и доброте далеко бы не ушел. И достопочтенная Моргана тоже вряд ли на одном всемирном злобстве обрела бы свою славу. И это я привожу для наглядности лишь наиболее яркие примеры.