Текст книги "Восхождение Величайшего Мага (СИ)"

Автор книги: Imeninik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 138 страниц)

– Эй, ты, ответь на мой вопрос, где я могу найти Анну-Роуз? – не смотря на то, что теперь все давление сосредоточилось на этих двух, ни Нилрем, ни очкастая не выказывали внешне и толику нервозности.

– Я не могу вам этого сказать, – деловито поправила та очки.

– Разве не ясно? Я не прошу тебя, я приказываю. Сейчас же. Немедленно.

– Но я и вправду не могу ответить на ваш вопрос, поскольку не знаю куда отправилась принцесса и её свита.

– А кто тогда знает?

– Не з…

– Довольно, – не желая больше слушать слова этой девушки, Нилрем проплыл к выходу. – В любом случае, когда она появится, передайте что Нилрем Грейрат ищет с ней беседы.

На этом группа вышла на коридор.

– М-да, не повезло нам, – по тону Томы нельзя было сказать, он так издевается или взаправду был рад не увидеть Анну-Роуз.

– Вы только посмотрите на него, он ещё и глумиться над нами, – Мари недобро зыркнула на Тому.

– Д-да нет же! Мне очень-очень жаль, что мы не встретились с ней, – Тома не хотел получить по голове снова, как когда две «пленницы» очнулись и были очень возмущены тем, как их носили, и за что лапали. А ведь Тома – парень честный и в подлости почти никогда не впадает.

– Прекратите свои глупости, мне нужна тишина.

Грейрат впал в мысли, размышляя как лучше всего поступить дальше. Гоняться за Анной-Роуз по всей академии, что себя на смех поднять. Этого он не хотел, но и просто оставлять факт о маньяке, который потенциально может использовать Его магию, было не делом.

«Поспешил», вздохнул Нилрем, и тюкнулся носом в сторону лестницы. Им нужно было спуститься на первый этаж.

– Значит, так, на сегодня можем разойтись…

– То-ома! – как только их ноги ступили на громкий первый этаж, так сразу же позвоночник Ульберта похолодел. По его коже прошлись мурашки, а крик такой знакомый и болезненный, что Тома сразу же боязливо обернулся.

И не зря. На него, семеня меж других учеников неслась машина смерти Касами – подруга детства Томы, которая строила из себя бандитку-пацанку, и которая одевала под юбку короткие шортики.

– Что ты здесь делаешь?!

– Тома! Ты должен быть на уроках! Почему я должна выслушивать упреки учителей по твоему поводу?! А?!

Тома мигом сообразил, цепочка диалога перед его глазами отмоталась вверх, к моменту, где стоящий подле него великий маг обещал ему освобождение от занятий. Брошенный обиженный взгляд полный слез на Нилрема особого эффекта не возымел. Нилрем, в ответ, равнодушно принял обналиченную ложь и бросил глаза в даль кромешную, где высматривал далекие крупицы знаний. Всего секунду, прежде чем тихо сообщить ему:

– Беги.

И Тома побежал, побежал, как только умел он. Красиво, легко и с очень громким слоганом:

– Не-ве-зу-ха!

Касами же, пробегая рядом с Нилремом и компанией удивительно сильно преобразилась, приняв вид более порядочной ученицы. Сбавила темп, выпрямила осанку и кивком поздоровалась с Грейратом.

А вот с Риннией и Пурсеной, случился инцидент. Им Касами едва не поклонилась на манер смертного к богу.

– Добрый вам день, старшие!

– А? – у Ринии тут же вздыбились ушки, и её подавленное состояние словно рукой сняло. – Да, да, доброго и тебе, младшая.

– Доброго-нано.

Выждав одни только ей понятные три секунды, Касами вновь рванула в бой, с утроенной силой, ведь теперь ей придется догнать Тому которому дали большую фору.

– Видимо она с вас взяла пример хулиганки, – на эти слова Нилрема, Мари задумчиво провела глазами спину девушки.

– Мы очень известные, Босс!

– Именно, мы очень полезные!

И ведь какая загвоздка, обращались то они к Нилрему.

– Не я ваш Босс. Отныне вы подчиненные Мари, её свита. А поскольку Мари под моим протекторатом, то и вы так же частично под него попадаете, – разъяснив принцип иерархии, для Ринии и Пурсены, в целом ничего не изменилось. Просто между ними и Грейратом появилась ещё одна ступенька в виде Мари.

– Тогда, – с придыханием кошка и псица теперь повторяли недавние действия Касами, поклонившись Мари. – Хозяйка, позаботьтесь о нас!

– О… – удивлённо выдала девушка, перекидывая взгляд то на одну, то на другую. – Я… постараюсь оправдать ваши надежды? Верно я сказала?

– Не хватает власти в голосе, но для первого раза будет достаточно.

Таким образом, Мари набрала свою первую свиту, пока, ещё не очень хорошо представляя, чем именно они будут заниматься. Она ведь не знала, что так быстро наберет к себе двух не последних зверолюдей. Поскольку все и так расходились, пока что, Мари наказала Ринии и Пурсене тихо отсидеться до завтра. Разойдясь на дуэты, Мари с Нилремом ещё какое-то время проводили вместе только вдвоём.

Ближайшая тропинка завела их к библиотеке, что не так уж и странно. Привыкла девушка, что её избранник одержим знаниями, в особенности сейчас, когда ему с каждым годом угрожает все большая опасность. Библиотека академии не шла ни в какое сравнение с библиотекой в школе Милиса. Естественно, сравнивать эти два заведения не слишком корректно, однако…

Тут парочка остановилась. Остановилось время, остановился свет. Остановилось дыхание, остановилось учащенное сердцебиение, а зрачки так активно расшились, что сразу было понятно, Мари смотрит на нечто очень тёмное.

Со второго этажа на первый, своим великолепием осматривалась она. Анна-Роуз Бладлайн. Скучающий взгляд притягательной фигуры вечно творил беды. Обойдя знакомую Мари, и встретившись с Нилремом, Роуз всего на секунду услышала нечто, чего не должна была слышать никогда – внутренний позыв. То, чего никогда не ощущала, но о чем активно говорили её сородичи, подружки и мать. Анна-Роуз никогда не ощущала активной жажды крови. После обращения её язык ощущал кровь слаще мёда (как, впрочем, и остальные Дети Ночи), однако и эта сладость приедается, и она могла, в отличии от остальных, спокойно отказаться от крови на некоторое время. В отличии от ненасытных низших сородичей, чьи инстинкты, время от времени просто глушат любой рассудок и в приказном порядке требуют кровь здесь и сейчас, Анна-Роуз считала себя выше всего этого. Считала до сего дня.

Её рассудок помутился всего на секунду, однако, когда туман в голове прошёл, а взгляд сфокусировался, было поздно. Анну-Роуз внимательно созерцало безграничное небо. Глаза что не знают о её происхождении смутно ощутили родство. На грани сознания Нилрем, к своему удивлению, ощутил слабую тягу. Последнее время он активно следит за состоянием организма, и потому сумел подловить мизерное чувство.

«Так вот она какая… Сереброволосая, холоднокровная, Анна-Роуз Бладлайн».

Время вновь пошло своим ходом.

– Я так понимаю, Анна-Роуз? Я искал тебя для разговора.

– Коли искал, то поднимайся.

Глава 89

Вспышка, свет, затемнение. Повторить.

У всех нас, вне зависимости от пола и возраста, при встрече с новым индивидуумом мимоходом образуется первое впечатление. Оно мимолётно и не всегда соответствует характеру или требованиям человека. Для примера подберём Нилрема Грейрата, человека с неоспоримо строгими критериями во вкусе. Не в его сути, с интересом осматривать простую девицу, даже если та будет «принцессой» или «королевой». В первую очередь Грейрат ценил силу, потом верность и уже после, мог получше разглядеть внешность. Уж кому как не лучшему в мире целителю знать, какие гнилые комки характера иногда прячутся за миловидной внешностью.

Однако, по отношению к Анне-Роуз, все его предустановки словно смело водой, унесло ураганом. Стать, рельеф лица, молодые черты и естественно, бездонные синие глаза. Чем-то её фигура вверху напоминала его самого, возможно поэтому глаза так бессовестно притягивались к ней. Грейрат моргнул, словно сделал фотографию на память (и кто-то даже мог услышать щелчок затвора), высекая Анну-Роуз на монументе разума.

Её приподнятые в улыбке уста, её плавные и простые движения, её взгляды и взмахи рукой, все это пыталось привлечь его внимание и оно, чёрт возьми, его привлекало. При любых других обстоятельствах, с любой иной барышней Грейрат никогда бы не позволил себе так рьяно строить положительное впечатление. Это должно быть немыслимым.

«Что-то с ней определенно не так». Рядом с такой девушкой Грейрат был готов показать себя больше, чем того заслуживает только что встреченная незнакомка.

Беря на рассмотрение противоположность – Анну-Роуз Бладлайн – при детальном осмотре можно было заметить как её зрачки быстро расширились. Все случилось ещё быстрее. Она и заметить не успела, как уже оказалась плененной его взглядом, голосом, характером. Уже в начале разговора с Нилремом, кусочек за кусочком раскрывалась её суть, обнажалась истинная натура. Сие Роуз осознавала как никогда, потому внутренне вся сжималась от нарастающего страха.

«Сколько ещё он сумеет вытащить из меня правды, прежде чем я адаптируюсь?» Её сердце одолевал как страх, так и восхищение. «Да что это за человечишка такой?!» Содрогаясь внутри, внешне, Роуз походила на фарфоровую куклу, никак физиологически не выдавая свое подвешенное состояние.

Пока Грейрат и Мари поднимались на второй этаж библиотеки, Анна-Роуз проплыла к столику, за которым недавно млела от приключенческих романов. Мать её часто заседала в этой библиотеке и вчитывалась в разного рода заумные книги, бестиарии, вот девушка и нашла себе занятие поприятнее. Надув щёки, Роуз была огорчена, что так и не дочитает конец главы, который предвещал массу эмоций. Быстро кинув в книгу закладку (а поскольку гости уже топтались у порога, то действовала она наспех), принцесса скинула книгу на стул и тут же на неё села.

Вышедшие на второй этаж с читальными столиками гости, заметили только одиноко пьющую свой чай девушку с аристократически приподнятым мизинцем. Анна-Роуз кинула взгляд на своих гостей и вновь участился её пульс, а по телу пролетела незаметная дрожь.

Простой разговор на тему погоды, что состоялся в аккурат начала диалога, с лёгкость мог вызвать пожар в её сердце. Будь Грейрат более напорист и она не сумела бы ему противиться, ни одному из его движений.

Это в некоторой степени напомнило ей прошлое, где она такой же беззащитной куколкой, была обращена Карсом.

Опосля погоды, скрестив ноги, и виляя своим правым носком, Роуз ответила на вопрос о более насущном.

«Что ты здесь делаешь?» В контексте разговора, вопрос не вызывал раздражения своей прямотой, а задавшая его Мари явно не питала негатива. Только-только начав ощущать себя более… некомфортно.

Меж тем, Роуз вкратце рассказала о своей матушке, и её странной тяге к книгам, которое ранее никогда не замечалось. Нилрем не смел плохо высказываться о той, кто подобно ему ищет истину в бумаге.

И тогда, сыграв свою роль на отлично, слово взял Грейрат.

В это же время, внутренняя натура Бладлайн раз за разом пыталась взять вверх. Она слышала его расчудесный низкий тембр, она видела его глубокие и умные глаза, а еще, её словно током жалило, когда ей удалось «случайно» коснуться его руки своей.

Можно сказать, с первой встречи между ними пролетела искра.

Находящаяся рядом Мари, будто третья мировая сила, очень непонятливо рассматривала своих знакомых. Она не могла не заметить эти неловкие ужимки. Ей как бы и хотелось их познакомить, но ведь не с подобным взрывоопасным эффектом она желала столкнуться. Повторилась полуторагодовая встреча с Аишей, но только хуже. Младшая сестра Нилрема, по мнению Мари, ещё очень не скоро сможет составлять «адекватную конкуренцию», и потому шуточные стычки оставались на прежнем уровне, раздражая собой только голову Грейрата. Сие полу-романтическое переглядывание между Анной-Роуз и Нилремом, острой булавкой тыкало ей прямо в сердце.

Хуже исхода и придумать сложно. Весь задор молодки тут же спал и будь у неё право голоса (которое на тот момент узурпировал Нилрем), она без промедления бы, увела Панацею от темы с убийцей, а ещё лучше, убрала бы Анну-Роуз с его глаз.

Впервые Мари ощутила непонятную эмоцию так сильно и чётко. Ревность голодным зверем, тявкала на свою же хозяйку: «Зачем ты их познакомила?!» Но было уже поздно.

Разговор о важном начался с короткой предыстории, где Анне-Роуз предоставила доклад о убийце невинных. Действовал он осторожно, на окраинах города, и по первой местные считали это проделками злых духов или диких забредших Магзверей. Послали туда стражу, но ни один не вернулся. А инциденты, как появлялись, так и продолжают появляться. Крайней точкой, где люди начали говорить о Маньяке, стало появление очевидца. Пьянчуга, что от шума посреди ночи поднялся из хлева, и в диком перегаре заметил, как убийца кусал свою жертву – беззащитную девицу – за шею. С того времени, свидетелей становилось все больше, а вот маньяк стал действовать все менее осторожно. Видимо ощутив безнаказанность и слабость местных жителей, он взял за привычку, каждую неделю забирать себе жертвенную овечку. Что хуже, область его охотничьих угодий все ближе подбиралась к городу.

Основной целью маньяка, всегда были молодые девушки, реже, матери с ребёнком.

Принцесса подчеркнула, что власти не особо намерены создавать панику, и высылают регулярный патруль в успокоение граждан, однако мало чем тот на самом деле полезен. А меж тем, за маньяком забронировалось прозвище – Джек Потрошитель.

Закончив с общей информацией, Анна-Роуз перевела разговор в русло иного толка.

«Я прямо заявляю – желаю известности и почестей». Причиной для такой знатной дамы, взяться за дело и самолично его закрыть, служило именно это стремление. Вернее, таковым оно было на поверхности. В деле более глубоком, как Кандидат в Короли Крови, Анна-Роуз не может просто так позволять низшему порочить и втаптывать в грязь её расу. Если кто прознает, что Дети Ночи промышляют подобным, то будущие слухи о ней и того гляди враз станут с отрицательным окрасом.

«В таком случае и мне стоит выразить свой интерес». Необязательным дополнением, Грейрат решил поставить все точки над ё. «Этот серийный убийца, по словам очевидцев, использовал особый вид убиения. Собственно, моя область интересов лежит именно там».

Принцесса ещё несколько раз переспрашивала на счёт этого интереса, однако ничего внятного рот Грейрата для её ума не доводил.

На этом закончилась основная часть описания, и началась заключительная. Кто, что и как делает.

Со своей стороны Нилрем предоставлял убойную силу короля воды, Анна-Роуз брала своей информационной сетью, ну а Мари… Мари в общем…

* * *

– Апчхи! – хорошенько чихнула, кидая тревожные взгляды по сторонам. Вокруг темнота, безлунная ночь словно была создана для такого рода преступлений, и Мари, прогуливалась вдоль обезлюженных домов не от скуки, понятное дело. – Предатели, – и тихо добавила. – Ох и дурное тут ощущение, ещё как дурное.

Её попросили выйти в роли приманки и среди просящих находился её вечный благодетель, отказать которому она не решалась. Никогда не решалась, однако моментами могла проявить свою собственную натуру.

Кинув взгляд сперва на ночное небо, в котором без устали преобладала радуга звездных цветов, а потом в обратном – на ближайший пустующий домик, где как за ширмой, прячутся её условные наниматели, Мари тяжело втянула воздух, и так же страдальчески его из себя выдохнула. Всем и каждому показывая, как же сильно она недовольна сложившимся устоем.

Следящий пошагово за барышней Грейрат, устало ущипнул себя за переносицу и на секунду отвлекся от бесцельно бродящей по округе Мари. Её одинокая фигура зазывала к себе на огонёк убийцу половинку часа, а тот, то ли слепой, то ли по мальчикам. Созерцая на практике исполнение умно звучащего плана, Нилрему он больше не казался таким уж адекватным. Детским – да, хоть сколь безопасным – нет.

Деактивировав глаз магической силы, Нилрем скользнул взглядом по ближайшей фигуре, по личику Анны-Роуз (из примечательного, Грейрат подметил, сколь часто она то подвигает себя ближе к нему, то отдаляется на целых два шага, будто застыла в нерешительности), и точно так же быстро, Нилрем вернул себе самообладание, обращаясь носом к Мари. Задавать интересующие его вопросы он мог, и не глядя на собеседницу.

– Ты уверена, что это сработает?

– В каком смысле? – Роуз меж тем, вовсе не забылась в мечтаниях, пялясь на одну светлую шевелюру, вовсе нет, она просто не следила за Мари как договаривались, и вместо этого пристально следила за объектом куда более интересным и загадочным.

– Сама подумай, если убийца не дурак, то он вряд ли попадется в столь явную ловушку, – в целом это было верное суждение. Уж если человек будет бродить там, где по многочисленным слухам, последние полгода обитает маньяк, то правильно предположить, что этот человек или не дружит с головой, или что-то задумал. А зачем ему, собственно, ещё идти в безлюдное место, если не на встречу с убийцей?

– Не беспокойся, он точно появится, – в отличии от большинства, Анна-Роуз не скрывала, своего анатомического знания. Будто принцесса лично отдала приказ своему человеку нагонять страх на крестьян, а сейчас решила чужими руками его прибить, чтобы не буянил сильно. Подобные мысли мелькали в голове Нилрема, накладываясь как на её образ, так и на слухи о манипуляторной стерве. – Рано или поздно.

Перед Грейратом Анне-Роуз оказалось сложнее прятать ложь. Заметила девушка это, как водится в жизни, слишком поздно, и уже успела выболтать слишком много правды и личных интересов. Она понимала, какая картина складывается в чужой голове, однако и заявлять перед ним, что она высший чин представителя иной расы, где вся иерархия строится в зависимости от ранга было бы большой ошибкой. К чему смертному знать, что происходит на самом деле? Роуз приберегла этот козырь только на случай, если ситуация станет совершенно неконтролируемой. А ещё, она по глупости забыла подтянуть с собой близняшек или хотя бы шестёрку, так заболталась, что, позабыв о статусе, сама направилась на поиски убийцы.

«Однако же, что именно он хочет изучить?»

Пристальное разглядывание великого мага привносило мало плодов в том направлении. Заместо этого, главную мысль – Изучить и понять Нилрема Грейрата – постепенно царапали иные наплывающие мыслишки не совсем нормального характера. Она этого не замечала.

Её дыхание учащается, её температура поднимается, ротовая полость в купе с обильной слюной начинала подтачиваться проступающими клычками. Алые глаза заострились, только бы ещё больше убрать всю тьму с его профиля, только бы чётче узреть его беззащитную шею, его пульсирующую вену, пока ноготки, непослушными белочками, начинают выдвигаться.

Чем дольше и пристальнее Анна-Роуз погружалась в омут Нилрема, в его запах, в его вид, в его эстетику, тем сложнее было оттуда выбраться.

Внутри девушки словно вспыхивали огоньки пожара, начиная с точки ниже пупка, заканчиваясь разливающимся по всему телу жару. Аномальную тягу к Грейрату невозможно было назвать случайностью, это походило на какую-то закономерность. Знать бы Роуз ещё какую, ведь бросаться на него всем телом, желая выпить досуха, вылизать, откусить кусочек, словно он и есть божественная амброзия, суть живого, начало и конец, это определенно ненормальные чувства. И сейчас Анна-Роуз активно борется с самой своей первородной сутью, лишь бы не случилось так, чтобы помощь понадобилась не Мари с поимкой убийцы, а Нилрему с усмирением её самой.

В некотором смысле, подобное желание было даже унизительным. Бладлайн так терпко облизывается на виднеющуюся за белым мехом пальто шею, что чувствовала себя низко. Это как понимать свою слабость, но все равно ею упиваться. Как знать, что вредно есть этот кусок пирога, однако он так гипнотизирует глаза, так манит к себе, что совершенно ничего больше не важно.

Без мысли, без проблем, просто возьми, протяни руку…

– Роуз, ты меня слышишь? Анна-Роуз?

– А?! Д-да, точно, – принцесса очнулась от подавляющего воздействия, и тут же ужаснулась. Она уже протягивала к нему руку, уже обнажала когти и клыки, и только ночь и глаза Нилрема, которые решили не смещаться с Мари, спасли одну девушку от раскрытия. – Можешь повторить? Мне плохо слышалось.

К тому моменту, как Грейрат скептически бросил взгляд на Анну-Роуз, она уже была такой как и прежде. Сдержанной, холодной, беспристрастной.

– О чем ты на днях говорила с мелкой шайкой?

– Не понимаю…

– Тома Ульберт, парень с темным ёжиком на голове, мой новый подчинённый, с которым мы встретились в аккурат его… проблем. На тот момент его окружила группа из шести или семи людей, и все за ним следовали по пятам из самой академии, где на него их натравила именно ты, просив привести Тому к себе.

Недоумевающе склонив голову, Роуз ещё не вспомнила о том, что случилось пару дней назад. Незначительность столь легкой манипуляции, словно руки помыть перед завтраком – ничего не стоит. Только спустя секунду, её губы округлился в форму бублика, и она сама припомнила.

«Те ничтожества, что откуда-то прознали о нашем секрете и возжелали вечной юности?» Ответ на вопрос Нилрема будет ложным.

– Ах, припоминаю, припоминаю, – сказанное смылось в тот тон, при котором выражают некую досаду. – Произошло явное недопонимание, как с моей стороны, так и со стороны этого… Томы. Я ведь до сегодняшнего дня даже не знала его имени, с чего мне приказывать кому-то его схватить? – на самом деле, на тот момент Анна-Роуз была в игривом настроении, и хотела просто поиздеваться над несчастным.

– Понятно, однако ты так и не ответила на мой вопрос, – подметив очевидное, Роуз осталось только пожать плечами, хрупко взяв в ладонь лицо.

– Да бродяжки это были. Я ведь как никак принцесса, естественно, что ко мне тянется всякая челядь с надеждой пойти ко мне на службу. Эти студенты просто хотели устроится в жизни.

– Так вот в чем дело, – услышав во втором ответе больше искренности, Нилрем утолил любопытство и перестал говорить.

«Если он закончил, мне тоже следует о чем-то его спросить» Анна-Роуз видела в их уединении возможность узнать получше человека от одного запаха которого её мысли начинали влетать в туман.

После первой же встречи Бладлайн чётко и ясно осознала, что никаких контактов этому Нилрему с её свитой лучше не устраивать. Не знала Роуз, какой «крышесносный» эффект ощутят те, кто ниже её по иерархии, однако знать этого она и не хотела, просто ограничит их контакт с ним до минимума, прикажет тут же уходить, если в ореол их обаяния или поле зрения попадет Нилрем Грейрат.

Возвращаясь к насущным делам, вопросов которые Роуз хотела задать было столь много, что вот так сразу выбрать первый важный не было возможности.

«Сперва спросить, не виделись ли мы ранее, уж очень мне знакомо твое имя» Анна-Роуз совершенно позабыла прошлое, а свита, что напомнит о потерянном воспоминании, увы, отсутствовала. Время не то, да и не знала девушка, ответит ли этот парень на её расспросы, и в-третьих, крик немного мешал думать.

– Крик? – Роуз бросила внимание в противоположную сторону от спины Грейрата. В совершенно другой стороне от Мари, тишину, пронзительным девичьим криком, озарила мольба о помощи.

– Вот он! – в раз загорелся Грейрат, и мигом бросился в сторону звука, позабыв о спутницах.

– Подожди секунду, – слова Роуз, которая неуклюже приподняла подол платья (барышня приоделась не по погоде) и побежала за Нилремом, прошли куда угодно, но не в голову юноши. Сама принцесса крови, на низких каблуках, спешила как остановить Нилрема запутав того словами, руками или в худшем случае уже магией, так и увидеть предателя. Хотя бы на пару секунд быстрее юноши, тем самым, достать его быстрее остальных, ведь если этот предатель во всеуслышание обратиться к ней с почтением и назовёт своей госпожой, выкрутиться будет затруднительно. Однако и она и Нилрем совершенно не ожидали увидеть пролетающую мимо них Мари.

Кому приглашения на вечеринку выписывать вредно, так это сей обиженной моське, что на зло всём, пользуясь магией запустила себя прямой наводкой на крик. Жаль только, она плохо слушала своего учителя, и ещё совершенно не разбирается в баллистике, иначе бы догадалась, что между ней и криком ещё несколько плотных застроек, в одну из которых она и влетела на полном ходу пробивая стены и поднимая немало пыли.

– Я в порядке, – мигом запротестовала Мари. Только Роуз с приоткрытым ртом просела на две секунды, Нилрем и не подумал обращать на это внимание. Он быстро перепрыгнул через забор, и за один прыжок забрался на трехэтажное здание.

Сверху вид всегда был лучше. Как на ладони, маг недовольно бросал взгляд на каждую тайную тропу смертников и воров. Не смотря на опасность данного района, в нем все ещё проживали семьи, которым просто некуда и не на что переехать в иное место поспокойнее.

«Уже наверное привыкли слышать каждый день крики» внезапно пришла в голову мысль Нилрема. Сидящие как в клетке куры, все ждут, ждут и молятся на то, что смерть гарантирована соседу, а не им, совсем позабыв о том, что лис однажды переступит дом соседа и перейдёт порог их хлипкого деревянного убежища.

Приставив руку к уху, тем самым слегка увеличивая диаметр внешнего уха Грейрат прислушался к поникшей атмосфере. Острый крик, как прозвучал, так и потух в воздушном эхо. После него весь мир притих.

Где-то вдали звонко стукнулось что-то металлическое, звучащее подобило дверному замку, и скорее отсылало к его закрытию, чем к убийце. Серийный маньяк где-то пожирает свою жертву, вопрос где же?

– Придётся ориентироваться по нюху, – стоило Нилрему разочарованно сместить акценты своего чутья, как перед ним едва не распахнулась карта. Метафорическая карта запахов и смрада. Миазмы нечестивого и грязного сопровождали города во все их времена, и все же, здесь Грейрат и отыскал металл. Запах крови вёл к тому, кто без права пользуется его открытием – магией крови.

Весь его энтузиазм направился в одном направлении. Грейрат вновь подпрыгнул, однако на этот раз, долго он не летел, вмиг исчезнув из чужого поля зрения.

Роуз недовольно цокнула языком, когда юноша исчез. Как она могла его упустить, ещё не думалось, думалось как бы правдоподобнее объяснить свое прибытие, ведь её нюх и общее чувство направление, теперь прекрасно указывали ей путь к младшему сородичу.

– Нужно поторопиться, – решив оставить на потом сцену с диалогом, Бладлайн ускорила ходьбу в спринтерский бег, минуя здания и виртуозно дрейфуя меж углами.

Понадобилось всего лишь несколько минут, как первый финишировавший участник пересек финишную черту.

Находилась сия прелесть в неприятном месте. Здесь было ещё тучнее и темнее. Сюда свет заходил в гости, но не возвращался.

«Вечно они выбирают самые темные и мокрые места» Анна-Роуз, поправила платиновую прядь волос, убирая её с лица. Барышня спешила, и оставаться в красоте при подобных скачках на время очень непросто.

– Однако я первая, – её голос полнился довольством, а цокающие по каменной брусчатке сапожки пританцовывали воздушным танцем. – Ах, может он и сильный маг, но до меня ещё далеко.

Бладлайн мало знала каким великим человеком является Нилрем Грейрат по прозвищу Панацея, и как страшится его простой народ, в своем двойственном суждении, то восхваляя как целителя, то понося по чем свет знает, как странного мага. Конечно, крохи знаний припадали и о Кровавой Ведьме Мари, в частности, о её великой силе. Анна-Роуз придерживалась принципа «Знать надо всех, а тех что держишь близко, знать досконально суждено». Что Нилрем, что Мари – все пришли совсем недавно и то, что Бладлайн знает их прозвища уже немало.

– Ну что ж, младший, покажись на свет, быстренько, – плеснув в ладони, Анна-Роуз затребовала. Спустя секунду она затребовала громче, притопнув ногой. – Вылезай.

Гортанная угроза стала последним средством, что понадобилось для исполнения приказа. На её глаза, во тьме, под тьмой и в тьме, приполз горбатый мужичок. Рот его обмазан кровью, волосы на голове вздыблены и торчали в разные стороны. Один его вид вызывал позыв брезгливости, а стоило ему дрожащими губами молвить слово, как Роуз скрипнула зубами.

– П-п-прошу п-проще-ения, моя Госпожа. Я не смею ослушаться ваших слов.

– Только барон? – тонкие брови взметнулись вверх, когда Бладлайн определила ранг младшего. – Ты зачем шумишь под моим крылом? Этот город и его окрестности моя территория.

– М-моя Г-ос-спожа, но м-мне сказали, что это ваш приказ. Что в-вы желаете с-смерти зде-ешних.

Что-то не сходилось.

«Не могло этого быть. Как я могла подобное приказывать? Не дура же…» так и думала Бладлайн. Она прекрасно понимала, что именно случится при подобных приказах. Даже в порыве злости это были недопустимые мысли, что уж говорить о словах. Подобная наглая ложь значила только одно, кто-то смел говорить от ее имени, кто-то, кто наделён властью больше барона.

– Кто тебе это сказал?

Нетерпение переполнило чашу, и та громыхнулась вниз, со своего постамента, расплескав содержимое.

Одновременно со словами Роуз, совершился приказ от кого-то иного. Кого-то, кто ещё таился в тенях и просто выжидал удобного момента.

– Пей.

Повинуясь чужой воле, младший тут же выпил пузырь чего-то неизвестного, а Роуз совершенно не заметила подвоха.

– Ты чем занимаешься? Выполняй приказ, – отдай она именно приказ быстрее, и этого возможно было бы предотвратить, ведь её приказ перекрыл бы иной. Мужчина уронил опустошенную колбу и обнял себя. Он заскулил, задрожал ещё пуще прежнего, а спустя секунду зарычал будто раненный. Зрачки его налились красным, из ногтей полезли дикие когти, которые рвали в клочья его же тело. Изо рта начали выпирать верхние клыки. Вокруг сходящего с ума мужчины успела образоваться лужа крови, в то время как Роуз прикрывшись ладонью, отошла на несколько шагов.

Энергично воскликнув свое противное:

– Ты что сотворил?! – Бладлайн так и не поняла что произошло. Не так, не понимала, как это произошло? Голосовые приказы, отказывали исполнятся, складывалось впечатление, что ревущий от боли мужчина вот-вот взорвется на тысячу мелких кусочков.

Бросив короткий взгляд на пустующую колбу у земли, Анна-Роуз медленно вернула глаза назад, отходя ещё на шаг.

«Это вещество вызывало подобное… бешенство?»

– Если ты более не мой слуга, тогда умри.

Приняв боевую модель поведения, она более не собиралась как-то разбрасываться вопросами.

Тем временем, крик мужчины поутихли, оставив по себе жалкий скулёж, и прихрюкивания. Роуз взмахнула рукой как плёткой, и из пальца тут же пролилась багровая кровь. Темная, венозная кровь собиралась в парящий шар на привязи, где вместо поводка была та самая дорожка крови к ладони Роуз. Она же и подпитывала шар, увеличивая его в размерах. За секунду застоя, момент, когда ещё никто не нападал, а звуки и вовсе прекратились, у принцессы крови образовалось копьё. Парящее над её ладонью копье, чье острие, мгновение спустя, торчало из туши страдальца.