Текст книги "Восхождение Величайшего Мага (СИ)"

Автор книги: Imeninik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 138 страниц)

Сложив руки замком, Парень словно кинул вызов девочке. «Ну говори, я послушаю».

И Аиша не подкачала. Ей было не впервой клонить голову в просьбе сильному. За свой короткий век, ей удалось заметить, как много сильных и выдающихся людей землю топчут, а на подобное готовы слюни пускать.

«Если такая маленькая девочка как ты, слёзно попросит кого-то о помощи, то он обязательно откликнется», определенно, мать Аиши заботилась в первую очередь о её благополучии.

– Господин авантюрист, прошу, спасите мою матушку!

Ровные девяносто градусов, и даже стой здесь Рудэус, держа транспортир, он не смог бы не восхититься идеальным поклоном! Подобное прошло бы с названным Грейратом, но Нилрем фыркнул:

– Не смей склонять голову, Аиша, ни перед кем.

Разогнавшись, Аиша мышкой юркнула поближе, взяв в кулачки подол собственного платица, лукаво спрашивая:

– Даже перед вами?

Нилрем ощутил тычок смешком.

На самом деле, даже зная парня, привести его в логический тупик очень непросто. Но вот столкнув самомнение с озвученной мыслью, могло заставить его задуматься и выбрать между двух зол одно. Подобным промышлять Нилрем дозволял разве что близким людям, и, конечно, такая умная девочка как Аиша, не была вне круга. Опустились поднятые к небу плечи, Нилрем тихо буркнул:

– Ну… я исключение.

С огромным перевесом победило его самомнение, а прошлые слова шли дальше, лесом.

– Тогда… – уже повиснув в его объятиях, Аиша вновь мельком заметила красивую, красную бабочку, которая каким-то образом влетела в зал. – Спасите мою матушку, её держали далеко, и я не могла ничего сделать, очень вас прошу! Я знаю где она! Идёмте, отведу!

Ещё не научившись различать реакции брата, его лицо показалось ей равнодушным, потому она скривила мордашку и пустила слезу попутно выдавая из себя урчащие звуки. Нилрем был готов улыбнуться, похлопать сестре за подобный талант. Будь это их первая встреча, он несомненно поверил бы на слово. Но… он уже видел настоящие слёзы Аиши и знал им цену. Она не могла быть такой маленькой.

– У тебя нет причин бояться. Мои товарищи решат вопрос, – тронув землю, и отодвинув от себя непонимающую сестру, Грейрат заключил её в каменную клетку, окунув девочку во мрак с тремя маленькими отверстиями по бокам. Он отделил себя от родного человека. По пути крови, Нилрем считал, что должен идти один. Иначе в этом нет никакого смысла.

– Нет! – осознав, как рушатся иллюзии её обмана, малышка расширила глаза. Аиша бросилась к стене, яростно стуча по стенкам кулачком. – нет, нет, нет! Не надо! Остановись!

– Не волнуйся, – Нилрем оставил сестру позади, в плотной коробке дабы она ничего не видела. – я закончу быстро.

– Не надо больше… Прекрати… глупый брат…

Маленькая ручка выбилась из сил, а колени так устали, что опустились вниз. На лице Аиши вновь появились две дорожки слёз, она заныла. Так потихоньку ныло маленькое сердце.

Была ли то забота о Паксе? Что ж, врать Аиша себе не будет. Те месяцы, что она прожила, обучая Пакса не стоили и одного мгновения, за которое она увидела брата. Кажется, Нилрем неправильно истолковал слёзы Аиши, когда её держали в плену. Уже тогда она ощущала себя в полной безопасности. В слезах содержался не страх, то было счастье. Как такая маленькая и гениальная горничная могла забыть голос Учителя? Голос брата, который все приносил им с Норн забавные истории, веселые уроки с магией… Это было удивительно, но, ей все было понятно сразу. Так почему же именно сейчас она сидит во тьме, в тюрьме, как непослушное проклятие и пускает слезы?

Все же…

О стенку что-то стукнулось; Аиша удивлённо подняла глаза с земли, шмыгнув носом в последний раз. Догадалась, что-то была голова. К ней, в одно из тех немногочисленных отверстий, залетела бабочка. Красивая, красная.

– Ну и чего ты хочешь?

Аише больше не казалось таким простым делом обвести брата словами.

«Он даёт мне шанс?» Дворец, его интриги и законы по которым жила раньше Аиша, калёным клеймом отпечатался на её уме. Впрочем, не столько дворец, сколько виноваты его обитатели, они заставлял Аишу учиться врать, недоговаривать, обманными словами искать выход… Не знай малышка магии, а её мать по-прежнему оставалась калекой, все могло сложиться по-другому. А так…

– А вы исполните, то, чего я хочу?

– Тебе не кажется, что исполнять желания должен другой персонаж?

– Такой как Джин?

– И как? Я схож с ним?

Прищурившись, Аиша мелко улыбнулась. Её грустила мысль о том, как человек за стеной не видит простых последствий от убийства принца целого королевства.

– А мне не видно.

– Ну так сейчас…

Приложив руку к клетке, вся земля поплыла, вновь обращаясь в ничто, и открывая вид на сияющие, пускай слегка подпорченные слезами глаза сестры.

Пусть сейчас Нилрем сидел на земле и был где-то на одном уровне со стоящей сестрой, но даже так, он умудрился холодно и высокомерно пропеть свою балладу:

– Похож? – Нилрем надавил на девочку глазами.

– Нет… – тихо промямлила она. Атмосфера в бальном зале и без того не располагала к приятной беседе, которой, как и всем беседам в мире, положено начинаться со слов: «Красивая погода».

– Вот и не мечтай о несбыточном, – и всё же гнев свой унять было сложно. В любую секунду, Нилрем мог заново вспыхнуть, и броситься на недобитого принца. Аиша видела это в его взгляде.

– Тогда… тогда мне можно просьбу? Одну, я больше не попрошу! – она оставила свою неряшливость и беззаботность. Села на тот же пол, что и отдыхающий брат, и без намёка на веселье, продолжила. – Не убивайте седьмого принца Пакса Широнского, прошу.

Уставившись на сестру, Нилрем осознал всю её серьезность. И если эту хрупкую вещь в девочке сейчас сжать, уничтожить одним словом «Нет», то больше она не будет выдавать свои слова прямо. Нилрем мог все прочитать в этих дрожащих, заплаканных глазах. А совершить мог ещё больше, лишь бы больше не «читать» этот красный взгляд. Если брат мог понять сестру, то та, видимо не до конца понимала его. Нилрем возложил слишком большие надежды на неё.

– Поясни.

Слово оказалось на странность тихим и мягким, в сравнении с прошлым окриком Аиши. Та слегка перемнулась в насиженном месте, окинула взглядом того, кто был за спиной брата.

– Если вы совершите подобное, то вас объявят в розыск по всему королевству.

– И что же? Почему я не должен этого делать?

Первый вопрос от Нилрема, который и вправду звучал так правильно. Если выбирать между двумя вариантами ответов «да» и «нет», на вопрос, «Убить ли Пакса», Аиша ответила бы «да». Но перед ней не бланк с вопросом и двумя ответами, перед ней живой человек действия которого имеют свои последствия. И сейчас этот самый брат, как новорожденный спрашивает «почему мне нельзя убивать принца страны, в которой я нахожусь?»

«Это нелепо!» Истинно так мыслила Айша Грейрат.

– Убив принца Пакса, вы умрёте. Вас казнят, приговорят к повешенью или пустят голову на плаху, или сожгут! Вы хотите этого?! – осознав, как она приблизилась, как яростно сжала кулаки, чуть не заглядывая в рот к брату, Аиша резко отстранилась, как от огня. Взгляд упал в пол. Продолжила уже медленно и все мельче выдавая голос, желая, чтобы все её слова улетели в пустоту. – вам до конца всей жизни придётся провести в бегах… мое спасение не стоит подобных жертв.

Разрывающая сердце тишина, заставляла Аишу погружаться во все более темные уголки разума. Лицо практически не менялось. Оно все так же смотрело в пол, но за сомкнутыми губами зубы сжимались все сильнее, а брови понемногу опускались.

На голову хмурой малышке опустилась рука во второй раз. За собственными мыслями Аиша не заметила, как тихо Нилрем пересел поближе.

Взметнув голову, она заметила, как безмятежно лицо брата, и как тот, теперь уже вместе с ней, смотрел на скованного стеной Пакса.

Нилрем прикоснулся к земле рукой, и ближе выросла стена, закрывая неугодного принца полностью. На ней же, начала собираться масса податливого как пластилин камня. Нет, то была темная земля, болото. Без лишних рук, кусочек деформировался и изменялся. Он не принимал конкретного вида, пока маг не начал говорить:

– Аиша, я уверен, тебе известно, что такое сокровище, – брат подвинул к себе сестру, ткнув её плечо своим. Его голос оказался вкрадчивым. – Но, абсолютно так же, я уверен, что ты не знаешь кое чего важного, – камень-пластилин, застыл, впервые приняв свою форму. То была темная куча монет. – Ты не знаешь одной важной детали. Я дорожу своим сокровищем больше всего на свете. Их драгоценность, их блеск, их редкость. Основа основ их права называть себя сокровищем, ценностью. Иногда это гора денег, – стоило произвести «гора денег», как монетки сжались в одну маленькую. – А иногда и памятная монета. Ты только представь, Аиша, есть люди, которые и кусок ткани обзовут священным…

Аиша непонимающе склонила голову к плечу, когда недоделанная пластичная масса очертила силуэт треугольника, а после распалась.

– А есть и сумасшедшие, которые принимают за ценность любовь, – вот в этом моменте, брови девочки метнулись вверх. Ей учили другому… – Впрочем, ты наверняка уже заждалась финала, и он уже вот сейчас; все это время я вел к тому, что у каждого есть что-то ценное лично для него. Скажи, Айша, что для тебя самое ценное?

– А… – потянувшись материальной ценности, её же обычно и представляют в виде сокровища, девочка застыла. Мельком взглянув на лицо брата она у неё в голове словно щёлкнул переключатель.

«Не всегда «сокровище» – это именно вещь», вот к чему клонил старший Грейрат все это время. Но в таком случае, малышка пришла к обычному и заурядному «мама», после чего моментально застыла каменной гладью. Чтобы лучше думалось, девочка приставила палец к губам и посмотрела в потолок.

А на нём, ей показались все туманные ответы. Её мысли буквально обрисовывались в необычных узорах того купольного потолка. Туда, как на проекторную гладь проецировалось все больше и больше знакомых.

«Кроме матери в образе была и я сама, и мама Зенит, и папа Пол, и даже нерадивый братец, который сейчас поучал свою умную сестренку. А к ним в довесок подошла и сестрица Сильфи, за ней и неизвестный брат о котором я знаю только со слухов, а ведь кроме него, за ним были и Джинджер и несколько добрых рыцарей поместья. Но ведь это только живые ценности. А как же моя любимая форма горничной и…»

Мысли Аиши понеслись в пляс, а она сама вдруг поняла, как много любит, ценит, лелеет, и как много ей хочется сохранить в целости и сохранности.

– Я понимаю, – словно загадочный волшебник, Нилрем улыбнулся, а его сестре удалось оторваться от потолка. – сложно выбрать что-то одно, верно? А знаешь, что является сокровищем для меня? Смотри, – пока Аиша летала по небу, вспоминая что ценит, а что можно и выкинуть, Грейрат не бездействовал. Он создавал отдельный холст, а на нём и картину. – вон там, наш дом, а рядом с ним есть Зенит, Лили, Пол, на его руках малышка Норн, а вон в углу с высунутым языком брат Рудэус. Как видишь, я назвал не всех, и тебе не составит труда дополнить мой рассказ. Все это, весь клочок земли, пока что, моя собственность, моё сокровище.

Аишу прижали к себе ещё ближе, подставляя под нос братское плечо.

– Так скажи мне, сестра моя, властен ли я над своими сокровищами или нет? Должен ли я карать тех, кто их пугает, кто им пускает кровь и пытается убить?

– Дорогой брат… ты, против всего королевства…

– Уж одно маленькое королевство как-то сдюжаю, или моя сестрица не верит в братца? Если так сложит судьба, ты будешь первой принцессой.

– А как же Норн? Нас будет две.

– По соседству, кажется, лежало второе.

Айша медленно опустила взгляд в пол. Ей не показалось. Её брат определенно тот ещё чудак, приравнявший людей к золотым монетам и жаждущий всех их защитить, нет, сгрести под крыло.

«А сможет ли он все удержать?» Непонятливо озирнувшись, Аиша внимательнее сощурилась и тут же удивилась.

То тело, которое выстроил её брат, было вовсе не телом ребёнка, который жил и не тужил. Не мышцы, а стальные канаты. Где-то в глубине своего сердца, девочка всегда мечтала о таком брате. Сильный, надёжный и с огромным сердцем, которое вместит всё на свете. Хотелось переложить на него все беды и тревоги, что были, есть и будут. Но так она оступиться в глазах родного не могла. Ей не позволяла и собственная гордость. Вот почему, сначала тихо и шепотом, а в конце громко и почти криком, она сказала:

– Я не хочу, чтобы мой дорогой брат был убийцей, чтобы за ним гнались знакомые мне рыцари, чтобы они пострадали! Ты ведь не знаешь? Так слушай, я расскажу тебе все! Все до последней капли!

Выразить хоть слова против, парень банально не успел. Стоило воздуху в небольших лёгких девочки закончиться, как она делала короткий, моментальный вдох и могла говорить на нем ещё с минуту. Поведала Аиша, в спешной форме, как жила здесь, как думала и как работала. За то, что делала на уроках магии, брат не забывал пригрозить ей цепким взглядом. Но та, словно и не замечала тех гримас, которые ей строил брат, все хвасталась, какой же уважаемой госпожой она оказалась, когда сказала о своём уровне магии. Не обошла стороной и сверх меры, поведала собственную историю о рыцарях Пакса, и как он держал их родных под стражей.

За всю историю, Нилрем не редко хмурился. Не часто сестре удавалось добиться его улыбки или кивка, за правильное действие. И все же их разговор, который по случайности превратился в монолог-исповедь, показал картину, нет, не целиком, но более развернуто. Впрочем, в одном, Грейрат так и не спешил соглашаться.

– Не вижу причин не убивать Пакса.

– Он принц!

– Да хоть король планеты, пойми, Айша! – в силе воскликнул маленький маг, уронив голову в руки, умываясь ладонями. – Хорошо, скажу прямо. За то, что принадлежит мне, за свои сокровища, я готов пойти и против мира.

«Готов сразиться с каждым в мире», вот, что услышала сама Аиша. Отшатнувшись в сторону, она помотала головой и вновь завопила, капризно ударяя ножкой по коврику.

– Ты глупый или что?! Или как?! Глупый брат! Глупый, жадный и совсем не слышащий свою умную сестрёнку! Меня не нужно беречь, я сама могу справиться. Почти как год я хорошо справлялась и без тебя! Бестактный чурбан, который не слушает других, да слышит только себя!

Что удивительно, так это доброта, с которой девочка говорила на первый взгляд обидные вещи. Настолько в голосе сестры плескались яркие и светлые феи, что Нилрем невольно ухмыльнулся.

– Да? Моя дражайшая сестра, ты попалась мне на глаза, теперь ты моя, тут нет другого выхода, – приятные слова кольнули девочку, но та, не собиралась разглаживать хмурое лицо. – Из твоего рассказа, а я готов ему верить, мне помнится, будто в последние месяцы, моя «умная сестрёнка» все меньше видит мать. Не под стать моему характеру на кого наговаривать, но… – Нилрем наклонился, и кивнул в сторону Пакса носом. – Кто-то явно хотел вас разделить, и только слепой, ну или ребёнок, не увидит отрицательной тенденции. Признай, Аиша, будь все так хорошо, как ты рассказываешь, вы бы ушли ещё три месяца назад.

«Возможно…», Взглянув на свои воспоминания с этой стороны, все и вправду начинало ей казаться не так радужно. Впрочем, признавать ошибку сейчас, значило дать добро на убийство принца Пакса. А этого Аиша не могла допустить уж никак. И вместо слов, новых споров и аргументов, она сложила руки замков и подбоченилась, надулась аки грозный и злой воздушный шар. Поступив, как и полагается ребёнку её лёт, она тем самым дала полный карт-бланш.

– Вот и разрешили спор.

Нилрем только ступил к Паксу, как Аиша вцепилась ему в ногу и заныла.

– Ну не надо! Дорогой брат!

– Эй! Аиша, не позорь Грейратов! Я ношу эту фамилию! Не тяни меня за ногу, отпусти!

– Не будь убийцей! Я не люблю убийц!

– Какое мне до этого должно быть дело? Брысь!

– Я… Я все расскажу маме! Она тебя тоже разлюбит! И вообще, я всем-всем в мире буду говорить какой ты плохой! Ну не убивай Пакса!

– Моя капризная, до судороги в пятке, сестра… Уж не развилась ли в тебе страшная-страшная головная хворь, с которой жертва влюбляется в насильника, а в нашем случае, Аиша влюбилась в принца Пакса? Поверь, если убрать последнего твоя болезнь сама пройдёт…

Дослушав брата, Аиша натуральной ростовой куклой застыла. Несколько секунд слова Нилрема крутились в её голове все повторяясь и повторяясь, подобно эху на высокогорье. Прошла молчаливая минута и девочка сперва неконтролируемо задрожала, прыснула в руку и захохотала, но не отпустила его ногу.

Усталый взгляд парня подрезал углы, он натурально смягчился, улыбнулся и закрылся.

«А может, на сегодня и вправду достаточно? Подарить помилование свинье, за которую так печётся сестра? Если уж, ей так смешно от одной мысли, чтобы быть ему пассией, то я спокоен», подобные мысли окружили парня непробиваемой стеной. Вдруг оказалось, что и маны в нем не так, чтобы «целый бак», да и не может Нилрем столь долго опираться просьбам сестры. Он не железный. Даже монстр в глубине его глаз зевнул, отмахиваясь от намеченной цели.

Разжались кулаки-гири – ранее казалось, их не разжать и вдесятером – сбросилась старая кожа вражды, разгладилось лицо.

– Хорошо, я понял, капризная горничная.

Этот момент вполне мог войти в историю, как книга: «О том, как склонять на свою сторону великих, будучи ребенком». Если и ставить её на полку в разделе сказок, то только в соседство к «Давид и Голиаф».

– Ура! – девочка подпрыгнула, и начала победно смеяться, прыгать и даже бегать вокруг брата. А тот, прикрыв рукой глаза, отсчитывал десяток секунд, прежде чем направиться к Паксу.

Остановившись, Аиша мигом ухватила его за руку.

– Ты обещал! – обвинительный тон, казалось бы, принёс и того больше детства на лицо Аиши чем прошлое ребячество.

– Я помню, – махнув на принца рукой, Нилрем продолжил: – Как думаешь, что будет если оставить его вот так, в стене?

Открыв рот на манер буквы «О», Аиша закрыла один глаз и легонько коснулась головы кулачком, шутливо говоря:

– Прости, не подумала.

Опустив это недоразумение, в которое превратилась его сдержанная и умная сестра, Грейрат направился к Паксу. Естественно, младшенькая Грейрат не упустила шанса, и энергично пристроилась справа, сложив руки сзади на манер Учителя.

Добравшись поближе, Нилрем поднял руку и кровь, которую разметало по всей округе в радиусе десяти метров, дрогнула. Она поспешила собраться в небольшую сферу, размером с голову ребёнка.

– А что это? – округлив глаза, Аиша с интересом потянула пытливую моську вперёд. Не удивительно, что ей сразу стало интересно, она впервые видела подобное колдунство. Интерес появился бы у любого мало-мальски опытного мага.

Тыкнув указательным в слишком допытливый носик младшенькой, старший нежно отвадил её на парочку десятков сантиметров назад.

– Лечение, – лаконично обозвав сбор крови лечением, Нилрем продолжал показывать мистерии на яву. Комок крови влетел в Принца, а после и сам принц оторвался от стены. Тот словно научился летать, если не смотреть на Нилрема и корчащие гримасы боли Пакса, то тело седьмого на престол и вправду взлетело как пёрышко. Впрочем, со знаменитым заклинанием «Вингардиум Оссалеви» это, имело мало общего.

Уложив его перед собой тело, Аиша тут же стушевалась, робко ступив за спину брата. Её любопытные глазки сверкнули пугливостью, но продолжали выглядывать из-за плеча Нилрема. А тот, буквально смахнул с тела принца пыль, подобно археологу, который нашёл древнюю мумию. Особо не заботясь о том, как должен ощущаться этот вид лечения, Нилрем проводил легкий эксперимент. Не пропадать же добру, правда ведь? Лечить можно и без специальной магии.

Не магией, а кровью, вот что было новым словом технологий за которую взялся её создатель. Главное, такой способ позволял лечить, не используя особо много магии, как это бывает в обычном случае. Главное, что приходилось вправлять вручную ноги и руки.

Аиша следила за братом и процессом исцеление с своей, не обознанной в магии, точки зрения. Её колокольня не видела и сотой доли тех мелких операций, которую проводил Нилрем, и все же, со стороны, все выглядело не менее увлекательно. Раны на теле Пакса затягивались, как только к ним подбиралось светящееся красным светило. Ей казалось, что по венам Принца разливалось настоящее солнце, его лучи, но только красные. Внезапно, как и всегда, на плече Нилрем она заметила не слишком большую алую бабочку. В тишине света та сверкала, подобно далеким звёздам, ну а сейчас, на ярких лучах естественного светила, все было наоборот, она была темнее. Протянув к бархатнокрылой бабочке свой робкий палец, на радость Аише, Красная, словно не по годам продвинута, так же, как и сама горничная, без вопросов забралась на палец, где и остановилась.

Приблизив розовый ноготок с бабочкой поближе, к изумрудным фонарям, Красная порхнула крыльями, открывая весь их многогранный калейдоскоп сложных узоров. Бабочка словно показушничала, хвасталась нарядом, и это заставило Аишу расплыться в улыбке.

– А как зовут этот вид? – спросив брата о неизвестном, тем самым останавливая на несколько секунд работу, Нилрем бросил взгляд назад и приняв к сведению, кивнул:

– Красная Лилия.

– Как маму?

– А Лили – красная?

– Нет… – умное насекомое перепрыгнуло на плечо девочки, откуда ещё несколько раз двинула своими крылышками, мимолетно чиркая и шею Аиши. Та захихикала, но очень тихо. Так, чтобы не потревожить брата в его несомненно важном деле. Девочка вновь позвала бабочку к себе на руку и та, как ни странно, поддалась порыву приказа.

Аиша больше не сомневалась в разумности своей… пускай будет новой подруги.

Но вот, голову девочки занял другой вопрос, не вечно же ходить бабочке без имени? И только заметив, что Нилрем закончил работать, это было понятно по утомленному выдоху, она быстро спросила.

– Дорогой брат, а у неё есть имя?

– У неё? Что?

Мысли сестры были скрыты от взора Нилрема, не помогал даже глаз видящий ману разлитую вокруг.

– А, нет. У бабочки нет имени.

Про себя добавив: «У неё до сегодняшнего дня и названия вида не было».

– Тогда, можно я назову её?

Увидев, как брат махнул рукой, мол: «Называй как хочешь», Айша не забыла сказать: «Спасибо», и подняв бабочку на пальце к лицу, медленно, по слогам сложила:

– Со-на-та… Да, Соната, – и стоило ей дать бабочке имя, как радость улетучилась с лица девочки.

Узрев подобное преображение, мальчик не отказал себе в вопросе.

– Чего грустишь?

Посмотрев на уважаемого брата снизу-вверх, малышка смахнула прядь волос за ухо.

– Да вот, ведь буду я грустить за Сонатой, она же проживет не очень долго.

«Откуда у нее подобные знания?» Впрочем, не долго сотрясался ум маленького мага. Он мягко хмыкнул, и успокоил сестру словами:

– Это пустяк, ведь моей капризной Аише приглянулась особая бабочка, – улыбнувшись, Нилрем щёлкнул пальцами. И тут же, небольшое пространство заполонили с десяток похожих по окрасу братьев и сестер Сонаты.

Зажглись звёзды в недрах изумрудных глаз и не было ничего более приятного, чем видеть искреннюю улыбку на лице своего сокровища.

– А-а, что они делают? – посчитав, что если сказано «особые», то обязательно в смысле, «делают что-то особое», брат Аиши едва не брякнул: «они пьют кровь».

– Их жизнь. Если ты будешь её беречь, вечна. Впору будет Сонате грустить о своей хозяйке.

– Она бессмертна? А почему?

– Потому что такова моя воля.

Новыми красками для Аиши заиграло существо на её пальце. Малышка почему-то посчитала, что если Соната никогда не умрет, то она уже сейчас в обязательном порядке прожила не меньше шести лет. Осмотрев свою ровесницу по-новому, Аиша молча кивнула Сонате, будто услышала её.

– Ладно, здесь мы закончили, веди меня к Лили, помнится мне, ты говорила, знаешь где она.

Аиша вдруг вздрогнула, как если бы услышала неприятный её уху гром, и медленно кивнула.

– К-конечно, – признаться брату, что специально солгала, она не могла. Ей хватило и того, что Нилрем оставил Пакса со сломанной рукой, пояснив это надуманной причиной о саморазвитии последнего.

Мелкими шажками они втроём (Нилрем, Аиша и Соната на плече у последней) двинули по коридору, в конце которого, как надеялась Аиша должна быть тренировочная площадка. Последний раз, она видела Лилию именно там.

На постройке, засыпанной песком, где рыцари оттачивали свое владение мечом. Напротив, манекенов – огромные валуны, а рядом стойкой с подбитыми и не один раз ношенными мечами.

Просканировав всю местность и не найдя искомого, Аиша покосилась на брата, ожидая там увидеть гнев или что-то их того же рода негативных эмоций. И он там был, но не гнев, а презрение. Нилрем оценил площадку и выдал свое независимое экспертное мнение и оценку «мусор». Правда только мысленно, отчего Аиша приняла все на свой счёт.

– П-прости, я… – ей оставалось добавить «не знаю», как яркая вспышка пролетела в голове. – думаю, она может быть в покоях.

Поскольку Нилрем и не обижался на свою сестру, он ей кивнул, провожая взглядом, и спокойно говоря: «Вперёд».

Уйдя, чуть ли, не побежав по коридорам, на разветвлении при букве «Т», Айша неожиданно столкнулась с незнакомкой.

Обе вскрикнули нечто тонкое и писклявое. Аиша «Тья!», незнакомка «Мя!»

Поскольку незнакомка была старше, Аиши минимум вдвое, то и ростом она удалась. Девочка ударилась лбом о плоскую грудь, а из девушки весь воздух выбили.

Первой среагировала красновласая, схватив горничную за плечи, лицо незнаемой особы слегка нахмурилось и стало строже.

– Кто ты? Что здесь делаешь?

Тряхнув Аишу как денежную свинушку, незнакомка просила ответов, так и не соизволив осмотреть свое окружение.

– Мари, это моя сестра.

Застыв от голоса, а после быстро бросив в его источник беглый взгляд, Мари тут же отпустила удивленную Аишу, отвернула всю себя к проходу откуда сама только выбежала и резко затараторила спиной к Нилрему.

– У-читель, я рада, что вы нашли свою сестру, я-я вот тоже её искала! – ступив два шага спиной к Грейрату, Мари оказалась лицом к лицу с Аишей. Красноволосая пустила собственные руки в расход, трепая по голове, плечам и в целом, пролетев ураганом по форме малышки. – как вижу ей ничего не грозит, и она в порядке…

Аиша нескромно хотела заметить, а не дура ли Мари, но уловив непростую стену в говоре девушки чуть лучше к ней приглянулась. И тут же, вспыхнуло понимание. Пускай до любовных утех, Аише ещё как до Асуры пешком, но вот влюблённость она определяла лучше некоторых закостенелых в этом деле парней.

Смущенная Мари, в это же время, больше всего желала спрятать лицо руками (оно пускай и оставалось укрытым лишь легким румянцем, где большую часть нагрузки взяли на себя кончики ушей, но рефлекс не отменялся). И пускай, в мечтах юной девушки, она это делает фатой, но вот именно сейчас, заметив обнаженную полуулыбку сестры Учителя, Мари слегка пришла в себя.

Розовые щёки остыли, а сама она поднялась и бросила в сторону Нилрема уничижительно холодный взгляд от которого даже сам Нилрем слегка остолбенел. Подобное случалось не редко, и на бытовом уровне уж никак не способствовало почве для подозрений о чувствах Мари. Мальчик и вовсе удивлялся тому, как быстро девочка приходит в себя и учится, вернув себе большую часть адекватного состояния для своего возраста. Грейрату было совсем не до поиска глубинных истин в чрезмерно холодном взгляде Мари которая тем самым скрывала свои чувства. Да и не пытался он даже начинать искать, когда на носу часть его семьи может ждать смертельная опасность.

– Учитель, вы куда-то спешите?

Кивнув, маг сдержанно повёл рукой:

– Мы ищем горничную Лилию, считай мою мачеху, она должна преподавать уроки фехтования. Аиша знает больше.

– Понятно, значит, Аиша… я пойду с вами.

– Конечно… подожди, а где Карла и Роулз? – приподняв брови Нилрем одному богу ведомым образом умудрился ещё и нахмуриться.

– Остались снаружи, выслушивать потрепанных рыцарей.

– Потрепанных? – Аиша без спроса чиркнула словами чужой разговор. Разговор Мари и Нилрема. Последний просто отметил, что все рыцари, по тому как буднично говорила Мари оказались живы, а значит, и беспокоиться было не о чем. Но вот для Мари, перекинуться словами с Учителем казалось приятным, даже блаженным временем. Сейчас его бесспорно забрали. Сверкнув тяжелым взглядом, Мари попыталась надавить на Аишу.

– Они оказались до того ничтожными, что учителю пришлось сжалиться над подобными слабаками.

В исполнении брата, подобное сработало бы сразу, тут же все вышло слегка по-другому. Младшая Грейрат уже коснулась понимания, сколь далёк её брат от нормы, но и считать тех, кто был с ней так добр, полными ничтожествами, ей было неприятно. Образ Джинджер, сам всплыл в голове.

– Они не слабаки…

– Довольно.

И все затихли.

– Аиша, ты уж потерпи, но Лилия подождёт. Она не слабачка и за себя парочку минут постоит, в случае если ей сейчас грозит опасность, – переведя взгляд на Мари, Нилрем выбросил к ней пальцы, легкий статический заряд в оголенное плечо, «Ай!» От юной девушки, и он спокойно продолжил. – Не время для споров. Мари, заберём Роулза с Карлой и уже тогда пойдем к Лили.

Мысли Нилрема продолжали блуждать где-то на отметке «Как Роулз отпустил Мари одну», и «Надеюсь с Лили все в порядке». Он был словно бабочкой, которая не замечает урагана, просто потому что находился в его эпицентре.

Бросив друг другу недобрый взгляд, девчонки, тут же ухмыльнулись. Недобро, зло и как-то по-сопернически. Впрочем, куда шестилетней девочке тягаться с двенадцатилетней? Вот и Мари так подумала, а после мурлыкнула.

– Тогда иди за мной, братец.

Уйдя вперёд, Мари бросила насмешливый взгляд на Аишу, удивление которой можно было ложкой снимать с лица, столь плотным и явным оно было.

Девочка ощутила внутреннее опустошение, как если бы у неё забрали её магию, или то, в чем она никогда не сомневалась. Называть Нилрема братом до сего дня, было «эксклюзивным» правом Аиши. Пускай, понимала, что придётся делиться подобным правом и с Норн, но вот это?! Делить ещё и с какой-то Мари?

«Это война!» В ещё совсем юном сердечке загорелся ревностный огонёк, и кто знает, как тот остынет, подобно всему живому, со временем, или же его чем-то потушат.

Считая себя проигравшей, уже на подходе к выходу Аиша вдруг проронила фразу, от которой уже Мари покорежилась в лице. Благо она была ведущей, и Нилрем не видел ту неприкрытую рожицу.

– Уважаемый брат, а ты ещё меня получишь магии? Я же твоя первая ученица, верно?

– Верно, но давай слегка опустим этот вопрос, я обязательно к нему вернусь.

Счёт, который видели только две девушки, сравнялся, горя над ними кричащими цифрами «1–1».

Теперь, оказавшись снаружи, темно-красные волосы Аиши взметнулись вверх, а уши заложил тупой гомон. Восходящие порывы ветра простирались на целые километры, а вот шум, к тому времени как девочка привыкла к светлому небу уже истаял. Словно никого и не было.