Текст книги "Восхождение Величайшего Мага (СИ)"

Автор книги: Imeninik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 138 страниц)

Глава 13

Выпускной оказался слишком будничным. Если бы не выкрутасы Рудэуса, для Нилрема он прошел бы как обычный день. Такой же, как и все до этого.

Что до своего брата, Нил был крепко уверен, когда они отправились за поселок, что-то в нем изменилось. Как никак, а пять лет с этим человеком под одной крышей растешь, заметить неуловимое изменение, Нилрем сумел. Из-за клятвы, ему не доводилось спрашивать Руди, чем же он так отличился в прошлом, что сейчас дальше сада Зенит выходить боялся. Нил не мог помочь Рудэусу словами, а простые попытки взять за шиворот и выкинуть за пределы дома, пусть и были, но безуспешны. Рудэус, когда дело касалось Нилрема не сдерживался, и подобил настоящим берсеркам, так же резко открывал второе дыхание, да и вообще.

«Он перепрыгивал на продвинутую ступень в мастерстве меча!»

Рокси что-то изменила в нем, а что именно, Нилрем уже не знал.

Как и утверждалось выше, последний экзамен прошел гладко и без задоринки. Заклинание святого ранга – Грозовые облака, собирало влагу в небе. До чего разрушительная магия, когда дело касалось ранга святого и выше. Один раз, на небе сам бог молний Зевс, решил одним глазком осветить местность, запустив молнию, но благо, она никого не задела.

Что Рудэус без запинки произнёс заклинание, делая самобытное, используя знания из мира технологий. Грозовые тучи, должны поддерживаться маной, но он, как истинный книжный червь, дополнил его, доведя до того, что оно стало самостоятельным.

Сказать, что это удивительно, это ничего не сказать, ведь перед глазами Нилрема, раскрывалась истинная, дикая, свирепая магия. Сама природа, которую он твердо решил подчинить.

Как только дело подвелось к старшему Грейрату, заклинание с самого первого своего веяния пошло другой стезей. Оно было откровенно слабым. Небо заволокли тучи, которые не могли посоперничать с заклинанием Рокси и Руди. Они были светлее, словно Нилрем пытался пропустить сквозь них больше света. Травмирующий опыт прошлого накрыл его с головой, что не странно. Чем больше человек боится того или иного направления, тем он слабее в нём.

Но, каким бы слабым не было заклинание, оно все ещё было достаточно масштабным, чтобы классифицироваться как Святое. Он прошел тест, пусть и со скрипом. По самомнению маленького вундеркинда прошел удар. Мысленно, Рокси могла только приободрить блондина. Не сказать, что ей не понравился такой результат. Все же быть умелым во всем невозможно.

Так закончилось их обучение, которое продлилось очень недолго. Впрочем, оно принесло им столь много нового, что при слове «Магия», двое братьев будут бессознательно вспоминать одну молодую магичку с синими волосами и большой шляпой.

* * *

Следующие дни потянулись длиннее обычного. После получения ранга Святой Воды, Нилрема охватила лесть за столь быстрое поднятие в рангах. Освободившееся время, он, как и Рудэус ещё по инерции продолжали тратить на разбор и совершенствование магии. Подаренные книги были прочтены и осмотрены со всех сторон. Нилу не нравилась идея обменяться подарками, но он считал, что одни знания нужно обменивать на другие знания. Потому книга по флоре ему пришлась по вкусу.

Новый день начался с того, как тихо заворчался в своей постели Нил открывая заспанные глаза. Улица ещё не начала освещаться солнцем, но её лучи давно прошли сквозь плотную атмосферу врываясь в комнату мальчишек через окно.

– Э? – не принято было у Нила просыпаться в такую рань, как, впрочем, это действо несвойственно и мальчику на которого он смотрел.

Его дражайший брат, стоял на коленях, держал руки в молитвенном жесте и, старший был готов поклясться, о чем-то бормотал, как сутру. Или, что более вероятно и логично – молитву.

«Не припомню, чтобы он был набожным», мысли мальчика окончательно пришли в движения, когда он заметил на полу белую ткань. Именно напротив неё и сидел Рудэус – молился.

Сперва Нилрем усмехнулся, прикрывая назад глаза. В мыслях он принял все видимое за сон. Конечно, парень принимал и даже в некоторой степени понимал увлечение его младшего. Перерожден, а действовать не может, все же глаза мозолят такие красивых женщины. Но чтобы его брат, тот, кто победил его на последнем тесте от Рокси, молился трусам… малец не мог принять такое.

– Чьи это трусы?!

Рудэус вздрогнул, когда услышал шипящий голос брата. Тот широко открыл глаза, подрываясь с мягкой постели.

– Богини! – на автомате тут же выкрикнул парень, и мигом затыкая себе рот. – О… то есть, Р-рокси.

– Да? Тогда ладно…

Нил назад упал на кровать и через мгновение заснул.

Недоумевающее лицо Рудэуса ускользнуло от его глаз. Первый же, принял решение больше так не подставляться и просто делать это в другом месте. Всё-таки, уже больше одного человека знают о его реликвии. И пусть первая хранит обет молчания, второй отреагировал слишком странно.

«Он принял это? Без отвращения и брезгливости?» Руди и сам не мог понять, какие эмоции испытывал его брат, но поскольку тот ничего против не сказал, то и запретом это не считается.

Для Нила же, важно было другое. Его особо не заботило то, чем занимается его родственник, пока это не касалось старшего Грейрата, он был спокоен. Вопрос, который волновал Нила заключался в том, кому принадлежат трусы. Если Зенит, он бы их сжег без промедлений, а если Лили, то рассказал бы горничной о всём. Считая себя должником, старший сын Пола собирался им содействовать пока не выплатит свой долг.

* * *

На пустой поляне стоял мальчик. Опаляемый лучами полуденного солнца, он тяжело дышал. С его лба скатывались капли пота, вся рубаха пропиталась им, отчего плотно прилегала, принося не самые приятные ощущения. Много кто, увидь мальчишку в его текущем состоянии, сразу же бросились бы ему на помощь. Ещё бы, на лице Нилрема читался страх, боль и невыносимое недомогание.

Закрыв свои голубые глаза, малец приступил, как и в первый раз, к эксперименту. Сердце застучало с непривычной скоростью, все сильнее и сильнее. Подобно новенькому спорткару, оно разгонялось до немыслимых величин.

При таком большом пульсе, обычный человек давно бы умер ведь сердце не может выдержать таких нагрузок. У мальчика все было под контролем. Он непрерывно исцелял себя, тем самым увеличивая диапазон своих возможностей. Ускоренное сердцебиение, ускоряло и кровоток, а нагруженные до предела вены давно начали выступать по всему лицу.

Это состояние, давало Нилрему несколько преимуществ. Во-первых, так он убирает «природный предел», который наложен на любого человека, да и живое существо в целом. Много историй ходили о том, как бедная женщина поднимала многотонные машины, только завидев под ней свое чадо, или как бабушка на закате жизни, выносила сундук с вещами с горящей избы, а после, сундук не могли поднять и четверо крепких парней.

Такой механизм и вправду есть в человеческом теле. Он позволяет поднимать невиданные тяжести, бегать на предельных скоростях для человеческого тела, но только на мгновение.

Своей магией, Нилрем насильственно вводил себя в это состояние. Усиление, отключение всех болевых пороков. Адреналин в крови зашкаливал!

Любой, кто бы попытался провернуть такое без непрерывного лечения, выгорел бы за первую минуту, разорвав все вены и капилляры.

Реакция обострилась, нюх, слух зрение, все сузилось в одну единственную точку, которая в обычном, животном мире создана дабы пересилить себя, сделать последний шаг и выжить. Исцеление позволяло растянуть этот мизерный момент в десятки если не в сотни раз. Фактически, суперсила, только плата за неё не менее велика.

Деревянный меч в руках Нилрема, израненный, потрёпанный, уже далеко не та ровная древесина какой она была год назад. Этот меч блестел на солнце, ведь он впитал в себя столь много пота и крови. Этот деревянный меч олицетворял собой все усилия, которые прилагал Нилрем.

Тогда же, мальчик побежал. От такого крохотного человека никогда и никто, не будет ожидать феноменальной реакции или высокой силы. А ведь он её проявлял. Не просто сила, скорость, точность, все аспекты человеческого бытия сошлись на пике. Обманутый организм мальчишки, считал, что перед ним невиданная угроза жизни, поэтому как никогда прежде, выдавливал все резервы, останавливал ненужные процессы, такие как пищеварение, и сосредотачивался лишь на одном.

Силуэт мальчика шел рябью, а от него во все стороны выходили ветряные слэшы. Остаточные образы сменяли друг друга на колоссальной скорости.

И даже так… Даже так, Нилрем продолжал тренировку не дольше парочки минут. Как завершения, он подбежал к дереву, и взмахнул по нему деревянным мечом. Раздался оглушительный удар. Рука мальчика не выдержала силы, согнулась в обратную сторону, однако дело было сделано. Шестидесятилетнее дерево затрещало, наклонилось и оперлось о другие деревья. Его ствол был разрублен более чем наполовину.

– Фух, нехорошо, – сейчас Нилрем не ощущал боли, поскольку его состояние блокировало входящие сигналы для дальнейшей борьбы или бегства, и потому на лице появилась исключительно тень омерзения.

Он выпрямил руку с противным хрустом, а после исцелил.

Подобно огню от ракетного двигателя, сердце мальца затухало, возвращаясь в обычный режим работы. Проводя уместную аналогию, только что, свеча загорелась ярче пламени от костра. Любому, будь то маг или воин, после такой взбучки было бы плохо, и даже не получив серьёзных травм, им пришлось бы ещё долго восстанавливаться. Нилрема же обходила эта сторона из-за непрерывного исцеления… Или нет?

– Так, что там дальше? – физически восстановив свое тело, парень прислушался к своему внутреннему состоянию. Маны, в его случае, осталось где-то половина.

«Невероятно энергозатратный режим. Когда практиковался на пойманных животных, такого не было», про себя подумал Нил.

Впрочем, скинув все на первую реальную попытку использовать свой «Сверхлимит» он приступил к следующему этапу.

На этот раз, в руках парня сверкнул настоящий охотничий нож. Как-то раз, он забрал такой у парня, чуть больше его возраста. Тот хвастался им как новой игрушкой, говорил, сколь много за раз этот нож мог веток перерубить. Безусловно нож был не из плохого металла, но и качественный изделием его не назовешь.

Уже поднося его к запястью, Нил вдруг отдернул руку.

– Очистить, очистить забыл, – вздохнув, как вздыхают перед красной кнопкой «Пуск», над рукой Нилрема явился водяной шар, а под ним огонь.

Вода быстро закипела, и тогда он сунул в пузырь кипящей воды клинок ножа. Подержав так минут пять для надежности, все вернулось на круги своя.

Весь эксперимент заключался в довольно странном, но необычном опыте, который недавно приобрёл перерожденец. Поскольку ему была доступна целебная магия без слов, он мог крутить ею как это делается с другими стихиями. Одного дня, он просто продолжал себя беспрерывно лечить, и наносить небольшие раны. Эксперименты, как можно заметить, приводился в жизнь большой ценой. В итоге, подобного истязания, Нилрем переборщил с силой, и из руки полилась кровь. Вот тут, что самое странное, только она соприкоснулась с деревянным полом, на нем, за несколько секунд вырос зеленый мох. Подобая ковру, тот разошелся с начала и до конца. На пол упала всего капля, а результат в десяток сантиметров по диаметру.

На этом испытания не закончились, и рана больше не волновала парня, наоборот, легкая царапина прибавила в размере вываливая ещё больше крови. Куда бы она не падала, везде, как под действием невиданного удобрения, словно зарождалась жизнь. На, казалось бы, безжизненном полу, появлялась разного рода плесень, где-то даже грибы выросли.

Тогда Нилрем остановился, решив повременить с вредительством самого себя, причинять себе больше боли не хотелось. В конце концов, легкая эпопея закончилась просьбой Лили почистить пол от всего нароста, который там появился. А после был разговор с Рокси и помощью ей.

Сейчас же, научившись подавлять собственные рецепторы боли, пятилетний ребенок фактически взял свой организм под контроль. Вся нервная система была как на ладони. Единственное до чего он не касался, была гормональная система, но к ней он проявит интерес только после того как подрастёт.

Резанув по запястью, как скрипач смычком по струнам, из раны тут же потекла артериальная, светло-красная кровь. Закрыв глаза, Нилрем прислушался к себе. Странное холодящее чувство, как при магии воды охватило разум попаданца. Сказать наверняка что это было, он не мог. Словно новая магия, которая возбужденно ждёт своего прихода в мир облизывается на приоткрытые двери. Совсем как водяная пушка. Неуловимое, подобая слову, которое вертится на языке, но все так же остаётся неизвестным.

Слабость легла на плечи, горой, а Нилрем без промедления исцелил рану. Его лицо побледнело, а под глазами образовались темные круги.

– Магия и вправду, лучшая, ха-ха, – голос был уставшим, сдавленным. Запас магии подходил к концу, как только физическое тело полностью исцелилось. Объем маны все ещё, увеличивался, но этого было недостаточно. У Рудэуса давно нет такой проблемы как «магоистощение».

Опустив глаза, Грейрат наткнулся на большой расцветший кустарник. Различные цветы да травы всевозможных направлений.

– О, это же жаропонижающее, при лихорадке, – присев, Нил сорвал несколько любопытных экземпляров которые видел в книге по Флоре. – а это от простуды… ничего себе тут клад для травника. Это все моя кровь? С чего бы? Хм, я использовал исцеление, помню Рокси так дерево исцелила, только как…

Новый феномен, о котором никто и ничего ему не рассказал. Придется маленькому магу все разузнать самому.

* * *

– Так я не понял, ты где был?! – дом встречал меня совсем-совсем не дружбой и лаской.

Был тот самый знаменитый вечер, когда темно, но ещё тепло. Над головой сгущались тучи, а я был слишком слаб чтобы позаботиться о чистом небе.

Предо мной стоял отчим. Ноги на ширине плеч, руки сложены замком на груди, что отсылает к закрытости и серьезным намерениям. Пол Грейрат, успешный авантюрист вышедший на пенсию и живущий в свое удовольствие. Тренирует двух детишек, меня и ещё одного извращенца. Впрочем, и сам он изврат похлеще Рудэуса. Слышал, видел.

Так с какой стати он на меня кричит?!

До моего прихода, здесь находился он и Рудэус. Слышал некий такой звонкий «Шлёп», как удар по лицу, пощечину, а после и показался на глаза. Видимо под горячую руку попал.

– Гулял, – не понимая ситуации, ответил привычным словом.

– Чего с собой Рудэуса не взял? Ты посмотри, что он сделал! – какое суровое лицо состряпал отчим, а как тверд был его тон. Не видел ещё такого родителя.

– А что он сделал? – вопрос адресовался Рудэусу. Тот стоял справа, прикрывая рукой щеку. Видимо прилетело ему, от Пола? Хех, бить детей нехорошо.

– А, я расскажу, все вам сейчас расскажу, – брат не казался мне обиженным, скорее расстроенным.

Из дальнейшего рассказа я понял только то, что Пол любитель сперва ударить, а потом спросить. Не то, чтобы данная истина не была мне известна, но я точно в ней укоренился. Дело было вот в чем. Рудэус впервые ушёл во внешний мир сам, в одиночку. И прогуливаясь по местным достопримечательностям, наткнулся на шайку оболтусов. Кажется, я их даже знаю, вот они-то как раз и задирали какого-то парнишку. Рудэус конечно заступился и прогнал обидчиков (они испугались одного вида Рудэуса), да только один из них, позже приперся к нам с фингалом на лице и матерью. Его мать пыталась выискать у рыцаря деревни… компенсацию, наверное… Я до конца так и не понял из-за истощения.

Пол вспылил, не дав Рудэусу объясниться, а меня сюда приплели чисто за компанию.

– П-прости Руди, я не знал, – после объяснительной, Пол словно поплыл. В попытке окончательно не стать лужицей за неправильное действо, он начал извиняться, на что Рудэус извинения благородно принял и кивнул.

В дом мы заходили уже вместе, я, Пол, Рудэус и Неловкая тишина. Тишина оказалась такой неловкой да напускной, что Зенит, вышивающая некий орнамент на крохотном платочке, решила спросить в чем дело.

Мы оставили взрослых наедине, а сами отправились к себе. Меня одолевала усталость самого большого масштаба, однако, выкроить секунду времени и спросить:

– Щека ещё болит? – мои губы сумели.

– Немного, – пожевав её рукой, он чуть отдернул руку. Видимо разорвались внутренние капилляры, может быть синяк.

– Лови, – протянув руку, я без промедлений исцелил лицо брата. – это твое единственное достоинство после магии, храни его.

– Ха, очень смешно.

Видимо шутка и вправду показалась ему суховатой. Впрочем, шутить я не мастак, для этого есть клоуны да шуты. Тот же Пол, кто он если не шут гороховый? Ах, как же хочется спать…

Глава 14

А теперь сначала. Есть у меня брат, которого я логично считал интровертом, ведь тот не выходил из дома. Но все оказалось по-другому. Абсолютно неверные выводы были проделаны из-за изначально неверных входных данных.

– Бред! Как ты… Ты! Сумел завести друга?! – Рудэус коварно усмехнулся, а после подмигнул мне, словно так и должно быть, и издеваться над Нилремом, то есть мной, в порядке вещей.

– Ну как тебе сказать, – многострадально начал этот хвастун. Актёрская школа в заброшенном театре его ждёт, не дождётся. – друг, это то, чего просто так не получить…

– Ой знаешь, мне надоело твое общение, давай продолжим в тишине.

Причина, по которой я здесь якшаюсь с Рудэусом, заключалась во вчерашнем инциденте. Мачеха наслушалась Пола, и строго запретила нам гулять отдельно. В её просьбе виднелся материнский инстинкт, и если обобщать, то лучше мы вообще никуда больше не пойдем, а поскольку это невозможно, она просила держаться вместе. Отворот-поворот сделать не получилось, вот и шагаю с этим порождением противоречий, как с каким-то товарищем!

Он обогнал меня. Обошел меня… Меня! У него один друг, у меня их ноль. Не то, чтобы я был слишком обескуражен, но…

– Что такое, выглядишь подавленным. Стыдно признать, что не умеешь заводить друзей? – как же его лицо меня бесит.

Я умею заводить друзей, просто здесь не то время. Нет понятного меню, кому мне отправлять запрос на дружбу? Какое-то варварство. Я цивилизованный человек двадцать третьего столетия, мне неясны эти древние обычаи с улыбками, словами и языком тела. Так завлекают в секты, но никак не предлагают дружить.

– Ха, ты ещё слишком мал, чтобы понять мои мысли, – все же, он слишком юн. Куда ему до моих свершений. Он даже толком исцеляющую магию колдовать не сумел. Ха-ха, какой простолюдин.

– Ты всего на несколько сантиметров выше, нечего меня мелким обзывать.

Кажется, он не понял моей претензии. Я ведь не о росте.

Дорога лежала, как ни странно к дому того самого мальчишки, которого спас Рудэус. Он собирался позвать его играть с нами, ведь ощущал в нем что-то родное. Как мне поведал брат, имя его друга Сильф, и он был застенчивым красавцем.

То ли кто-то оказался латентным геем, то ли парень и вправду был красив настолько, что его оценил изврат на подобии Рудэуса. Уже боюсь представить, что же там такое на солнце вылезет.

Оказавшись в непосредственной близости с избой, на глаза, изначально упал мужичок, довольно тонкого происхождения. В сравнении с Полом, этот человек… А, прошу прощения, уши не заметил, Эльф, производил впечатление отличного лучника или тихого убийцы.

– Ого, вижу вас теперь двое, уж не пришли ли дразнить мою кровиночку? – с острым подбородком мужик улыбнулся. Он добродушно махнул нам как шпане, кем мы по сути и являлись, а после тут же пошел в дом звать сына. – Эй, Луффи, к тебе друзья!

Даже со двора было слышно его голос.

– Пф, а руки растягиваются? – от тихого комментария моего брата я приподнял глаза к небу.

Хм, Ван Пис достаточно популярная манга, которая продолжает выходить и в моем времени. Правда я особо этой культурой не интересовался, все же мне больше игры по душе.

Из дома к нам вышел…

– Супард?

– А?

Изумрудные волосы, явный признак того рода демонов. Только с выводами я, видимо, погорячился, все же Супарды, как ведала Рокси – безжалостные и свирепые демоны, которые убивают за косой взгляд. Да и популярного красноватого камня во лбу, не заметил. Местные страшилки меня нисколько не пугали. Единственное, чего добилась Рокси своими россказнями, так это то, что к зеленоволосым я буду относиться с осторожностью.

Мальчик… и вправду миловидный. Слишком миловидный. Так вот, этот мальчишка удивился, завидев с Рудэусом ещё и меня, а после моих слов, так и вовсе спрятался за спиной брата, украдкой выглядывая на меня.

– Ну же, Нил, не пугай Сильфа, – неловко улыбаясь меня ткнули кулачком. – его недавно задирали за цвет волос, поэтому…

– А, ясно, – спокойно ответил я, вновь всматриваясь в пугливого зайчонка. – тогда прости, я был предвзят. Меня зовут Нилрем Грейрат.

Я было протянул руку, но её не жали больше трех секунд, колеблясь. Мои закрытые в улыбке глаза чуть приоткрылись.

«Какое немощное создание. Ты должен быть благодарен, что я с тобой вообще заговорил». Странно, пока полуприкрытыми глазами смотрел на Сильфа, он словно прочитал мои мысли, перепугался и в спешке, неуклюжо пожал мне руку.

«Мягкая», прошлось в голове. Слишком мягкая. Но, я все же с мечом практикуюсь, наверное, сказывается…

Опустив в голове подсказки к истине, я решил прибегнуть к самому простому варианту. Если Рудэус утверждает, что Сильф парень, мне нет причин ему не верить. Тем более, брат, кажется, более заинтересован в этих вещах, для меня большинство детей андрогенны.

– Грейрат? – смазливый отец Сильфа вклинился к нам, он казался немного удивленным. – и ты тоже сын Пола?

– Да, я Рудэус Грейрат, – брат незамедлительно кивнул.

– Хо, слышал о вас от него, все уши прожужжал, как маленький ей богу, – видимо не нравилось этому лучнику хвастливый отчим. – ой, извините за грубость, я Роулз. Охочусь тут в лесу, если что.

– Хм, – мой взгляд обратился к сторожевой башне, откуда определенно удобно смотреть на окрестные земли. Видимо и вправду лучник.

– Вы уж не серчайте на Луффи, в предков пошел, – особо цельно его глаз зацепился за меня.

– Не волнуйся, я не подвержен стереотипам.

– Я тоже не позволю кому-либо измываются над Сильфом. Клянусь именем отца.

Вот же ж, выдал номер. Каким отцом? А, уточни, этим или прошлым? Ха-ха, какой высокомерный.

– И вправду, как и говорил Пол, – горькая улыбка проскользнула на лице Роулза. – завидую я ему.

– А что Пол говорил? – Рудэус не отказал от вопроса.

– Да то… его сыны столь самостоятельны, что совсем не дают ему побыть отцом.

«Хм, не хорошо, я исправлю эту оплошность», проскочила быстрая мысль.

Видимо был слишком слеп, раз считал, что Полу все равно на поведение своих сыновей. Казалось бы, понять я это должен был и раньше, но слышать такое от посторонних… сложно.

– Мы тут, пойдем тогда, маленько поиграем, хорошо? – пока я был зарыт в себе, брат уже заканчивал разговор.

– Конечно, только в лес не суйтесь, там звери могут ещё обитать.

– Конечно, мы приведем Сильфа вечером, а если нас не будет, то с большой вероятностью, вам лучше начать нас искать. Боюсь тогда у нас могут возникнуть проблемы.

Выдает же иногда мой брат хорошие мысли. Вот как навесит на себя обязанностей, так сразу на человека похожим станет.

– А-ага, – даже Роулза удивил.

– Не бойся, дядя лучник, если что-то случится до вечера, я попытаюсь дать знать, – прикоснувшись пальцем к своему уху я продолжил. – подам звуковой сигнал, так что, держи ухо в остро.

– А…

Что-то я совсем выбил папашу из колеи. Ну и ладно.

Отправившись на зеленое поле, а по правде придя к одинокому дереву на небольшом холме, откуда открывался вид на поля нашей славной деревни Буэна, мы принялись… Учиться магии с нуля?

– А, Рудэус, что ты делаешь?

– Как что? Учу Сильфа магии, он сам попросил.

– Угу.

Что «Угу»? Как это понимать?!

Сейчас Рудэус за бесценок выдает знания, которые мы покупали? Неужели мой брат решил пошутить? Он рассудка решился? Это было выше моих пониманий, потому я просто отошёл подальше от этого фирменного безобразия по выбрасыванию денег на ветер, и сел, прислонившись спиной к коре дерева. Собирался уже слезу стирать о светлой памяти Учителя Рокси, которую Рудэус так быстро позабыл и нашёл себе целого друга, как остановился.

Нужно смотреть на это, с другой стороны. Учить это всегда сложно, а если учить правильно, то и сам учитель закрепляет материал. Правильно? Правильно. Так что, делает он это не столь бескорыстно, сколь я гадал и корил его. Да и, к каким вершинам может дотянутся абориген, стоит проверить, ведь именно этим и занят Рудэус. Стоило прояснить эту щепетильную ситуацию, (не занят брат благотворительностью) как от сердца отлегло спокойной гладью озера, я ведь могу его регулировать как захочу.

То, чем был занят Рудэус, было тем, что называется обучение. Он взял себе в ученики маленького эльфа. Обучал он его не так, как нас таскала Рокси, а более… Более по-детски, простыми словами пытаясь пояснить пока что, не слишком сложные термины. Если он так продолжит и дальше… боюсь выше продвинутого уровня Сильф не потянет. На пальцах это сделать будет невозможно.

Маги этого мира, по моим представлениям были достаточно образованы, чтобы появлялись маги Королевского ранга, но вот Императорский и выше, уже уровень легенд и мифов. Не удивляйтесь, ведь даже маги уровня Святого редкость. Тут явный перекос в сторону мечников, что с системой магии вполне вяжется. Сколь бы могущественен не был маг, если ему придется больше минуты читать заклинание против мечника – он труп. Более того, что чем выше ранг заклинания, тем оно масштабнее. Правда относиться это лишь к магии стихий. Целебная просто становится глубже.

– А теперь, давай водяной шар, хм, в ту сторону! – Рудэус, гад ползучий, указал прямо на меня, а Сильф, гад податливый, тут же навел свою робкую ладонь на мое лицо и произнес заклинание. Начальные заклинания не требуют долгих арий, потому, когда я вернулся из мира мыслей, между шаром и моим ликом осталось не больше метра.

Естественной реакцией было бы содрогнуться, начать боятся или прикрыть лицо руками, однако этого не произошло. Приученный к внезапным выпадам и атакам Пола, в голове мелькали его слова, когда тот всем видом показывал и рассказывал, как подло использовать стиль бога севера, но ведь сам его прекрасно использует. Как оправдывается отчим: «Все это сила привычки». Так что, ко внезапным атакам у меня был слабый иммунитет.

«Если использую огонь, попаду под пар, а если огонь и воздух могу и подпалить Сильфа, его шар получится слишком слабым, поэтому…» за доли секунды, мысли проносились в голове. Когда руку покрыла корка из земли, а после разрослась до квадрата я просто и незатейливо создал на руке преграду в виде камня, как если бы вода была надоедливой девчушкой.

А после, пришлось ловить головой, летящий за первым заклинанием, повторный водяной шар. Он летел быстрее прошлого, и подозреваю уже зачем, все дабы сбить траекторию прошлого, то есть в идеале, меня не должна была коснуться и одна капля. Хотели припугнуть меня?

– Рудэус, не далеко ли ты зашёл? – поднимаясь на ноги, с моей кисти сбрасывался слои земли. Я ухмыльнулся, когда завидел как брат прячется за Сильфом. По предсказуемому шаблону, маленькое подобие Супарда, сжалось.

– Прости, неудачная шутка получилась! – мне казалось, Рудэус осторожный малый, но и он бывает впадает в детство.

– Ничего-ничего, я не сержусь.

– Правда?

– Неправда.

Как только лицо Рудэуса показалось из-за спины робкого мальчика, я тут же за него ухватился. Все же, моя ладонь не была такой большой, так что пришлось цапать его за нос и тянуть к себе.

Пригнувшись, я продолжил говорить так, дабы Сильф не слышал.

– Даже потуши я огнём воду, о паре забыл? Он мог оказаться опаснее любой воды.

– П-прости, я не собирался тебе вредить, честно, просто ты там мирно спал, а я учил Сильфа.

– На меня свою ответственность не ложи, сам вызвался его учить, впрочем…

Выпрямившись, руки сами, без моей на то особой поддержки нашли себе кратчайшую дорогу к Сильфу. Облокотившись на тонкие плечи, и встав позади, своими руками, и губами, начал тихо направлять:

– Эльф, готовь новый заряд, – Рудэус обречено улыбнулся.

– Н-но…

– Ничего не бойся, сейчас он сможет посоперничать со мной, а я отразил твою воду. Поступим так, создай огонёк, – придавая уверенности я похлопал этого изумрудноволосого по спине, когда он заканчивал зачитывать заклинание. – и чего он у тебя такой слабый… ты боишься огня?

Есть здесь такая штука, как специализация и слабость. Обуславливается чисто психологическими барьерами, и означает следующее: «Ты становишься слабее в том или ином элементе магии которого боишься». Не обязательно открыто его боятся. К примеру тот же огонь. Можно обжечь себя, а после менее терпимо относиться к стезе огня. Так что все это в голове и страха нет.

– Нет, – вот, видите, как сразу мне ответил эльф? Так отвечают лжецы.

– Послушай, на самом деле, огонь достаточно простая реакция окисления. Его не нужно боятся, ведь ты его контролируешь. Ты ведь не боишься нагретой еды. А представь, что воздух – это нагретая еда, просто она настолько горячая что обжигает.

– Я не совсем понимаю…

– Хорошо, с какого момента?

– С начала…

На этом этапе опознания, какую прорву знаний надо втиснуть в мелкую черепушку, я осознал, что сейчас что-то яснить молодому будет долго. Над собственной ладоней сотворился шар огня. Махнув кистью, вместо непонятливого Сильфа, мне довелось бросать огонь в Рудэуса.

Ладно, не получится через Сильфа в него запустить его, сделаю это сам.

– Учи его достойно.

* * *

Где-то на следующей неделе я начал замечать это. Даже мой неприхотливый взгляд, только встречаясь с глазами маленького эльфа, как тут же резался о него. Словно пальцем по наждаке проводил. Неприятно, неестественно и противоречиво.

И тут до меня наконец дошло. Не было никакого Сильфа, нет и его мужской милоты. Когда в существе преобладает женское начало над мужским, стоит задуматься. Может он – девочка? Все это было детским лепетом, до момента как я спросил об этом напрямую. Так уж получилось, что начал я разговор наедине с Сильфом.

Он продолжал учиться под чутким глазом Рудэуса и строгой поддержкой от меня.

Помнится, брат ушёл за чем-то, кажется забыл свою излюбленную книгу. Я же, осознав обречённость учёбы, начал разучать все что было в книге по анатомии. Уже как несколько месяцев я вел собственные заметки, которые удобно укладывались в чистый пергамент. Новые страницы естественно ложились в книгу.

Тогда то, оставшись наедине, обратился к Сильфу с вопросом.

«Ты ведь не мальчик?» Колдовство, которое тогда творил Сильф, прервалось, словно я раскрыл секрет мирового уровня. Он всегда был скромным, я бы даже сказал, закомплексованным. К знакомым, таким как я и Рудэус он относился спокойно, но брось его в комнату незнакомых людей, и кто знает, что случится.