Текст книги "Восхождение Величайшего Мага (СИ)"

Автор книги: Imeninik

сообщить о нарушении

Текущая страница: 126 (всего у книги 138 страниц)

На едине остались озадаченные лица, бросающие взгляды друг на друга.

– И чего это она? – в неопределенности махнул ладонью Рудэус в сторону ушедшей подруге.

– Женщины, – с саркастической улыбкой Гал повторил жест младшего. – Нервы у неё сдают, вот и беситься. Сам понимаешь, преддверие большой битвы, многие не переживут. Давление, понимаешь?

«Понимаю» совсем не весело кивнул Руди. Он то, собственно, и сам хотел развеять голову, оттого и бродил по лагерю… Вот только находил здесь только больше поводов для стресса. От буравящих в пустоту солдат, до тишины окрестностей, природы. Никак иначе как подкрадывается буря. Воздух пропитался едким привкусом озона.

– Да…

Сдавленный ответ заставил Галахада отставить заготовленную реплику подальше. Сейчас они размеренно шагали, не спеша показаться на глаза кому попало.

Тропы повели их к единственному месту всех пересечений – столовой. Пустые лавы и столы ещё вчера ломились от еды. Солдаты, рыцари и герои вчера вкушали как цари. В сей час никто не ел, еда не лезла в рот.

«И хорошо» подумал Руди: «Мне не хотело бы блевать». Вскользь зацепили взглядом нескольких солдат. Один бренчал на струнах мелодраму, еще двое отбивали ритм ногами, а остальные, пятеро, качались в такт.

Весёленький мотив сдавил тисками человеческое сердце.

«Тошно».

Рудэус поджал губу, насупился и кинул руки по карманам.

«Нельзя позволить войне продолжаться!» Парень так хотел развеяться, гуляя по округе, что ненароком укрепил решимость идти в деле до конца.

Отбивая ноги у порога главного шатра, Галахад таки решил забрать серьезность друга.

Случилось все так просто и легко, что только диву можно подаваться:

– Притормози, я тут подумал, – лёгкий слог повеял моментально. Схватили Руди за плечо и тормошат.

Грейрат поддался относительно легко, ведь именно таков был человек он по натуре – тяжесть не любил держать, предпочитая лёгкость в голове и над душой.

– М?

– Да вот, хочу спросить, как у тебя так получилось, – Галахад поднял ладонь на уровень лица и оттопырил указательный, а потом и средний палец. – Двух милашек в общую постель уложил, а секретом с друзьями не делишься.

«Э?! Это все, о чем ты думал, пока мы шли?!» Красноречивые мысли часто проявляются на лице, как в нашем случае.

– Они же не близняшки, что б считать за одну. Эрис у тебя такая, – Гал развёл ладони в жесте «больше». – А Рокси вот такая, – ладони сблизились, показывая «поменьше». – А ты ещё и не стесняешься играться с ними перед всеми, мне завидно, так и охота тебя кулаком по голове стукнуть.

– Да я ничего такого…

– Ага, не ты так Эрис подойдет и шлепнет тебя по заднице, знаем-знаем, ты бы видел глаза Рутры и как он их выпячивает на подобное своеволие в командном штабе, – рыцарь пальцами открыл веки шире номинального размера. – Но знаешь, это ещё куда ни шло, все же с характером Эрис многие смирились, и ничего не выказывали, куда сложнее стало после известия о том, что у тебя появилась вторая жена – Рокси.

– Я ничего не делал! Оно само!

«Оно» и вправду прошло как-то мимо Рудэуса, даже согласия не спрашивали. Главный приз в лице Грейрата узнал о дуэли между Рокси и Эрис опосля, постфактум. «Муж» (в лице Эрис) одобрила вторую «жену».

– Я-то сразу понял! – в такт поторопился Гал, плеснув в ладони. – Старший Ланс и ещё несколько знакомых думают аналогично, – юноша с ухмылкой постучал пальцем по виску… По виску чужой головы, отчего тут же поспешил отойти на шаг в сторону. Галахад обнажил острый ряд зубов. – Но, как ты мог заметить, у нас есть женская часть команды… Состоящая, правда, только из двух девиц, не считая твоих, но да не суть, и вот они поползновение на нравы общества считают святотатством.

– Хочешь сказать, Мордред придерживается веры в Милиса?

– Не, другая ему молится, Мор же… Хм, старший Ланс пытался говорить с ней на эту тему, но она все время убегала, – Галахад взял паузу, переводя взгляд то на лагерь, то на небо. Полминуты выдалась запинка, прежде чем он подозвал Рудэуса пальцем и наклонился прошептать на ухо секрет: – Ты может не замечал, но Мор у нас дева не целованная, за ручку не держанная, за грудь не лапанная, и вообще, её замашки деревенского пацана отпугивают потенциальных партнёров.

– Даже тебя?

– Что значит, даже меня?! Я вообще порядочный! – в выставленную колесом грудь пришелся удар кулаком. – С друзьями не сплю, если они того сильно не просят, а Мор не просит, она смотрит на тебя и твоих жен, все думает и не надумается. В общем, меня сюда не приплетай, я свое дело знаю.

– Ага, как же.

– А то, я же как… Как рыцарь, помечающий великое зло!

«Мне кажется, или он себя так успокаивает?»

– В любом случае, спасибо что поделился, теперь я, кажется, понимаю в чем проблема с Мор.

«В чем-то она похожа на меня… или нет, и я опять надумал себе не весь что? В любом случае, я понимаю её злобу, ведь сам когда-то сыпал проклятиями в сторону воркующих парочек».

– И хорошо, взаимопонимание – залог успеха. Но все же, к Рутре подойди и передай о своем решении. Ранее он выдал тебе несколько дней на раздумья и твой моментальный ответ не помешал этому времени пройти.

– Не убегу же я перед самим порогом, – хмыкнул Руди.

– Отлично, замечательно, великолепно. Тогда иди, и я пойду, тут недалеко видел загорелую незнакомку с кошачьими ушами.

Больше всего, Галахад напоминал стихийное бедствие. Появится и пройдет он только тогда, когда ему вздумается.

Вздохнув, Рудэус вразвалочку прошел в палатку, толкая ткань рукой. Лицо моментально окатило теплотой и дымом. Здесь, не отходя далеко от центрального круглого стола, без устали пыхтели командиры. Степенный шум имел характерную для штаб-квартир форму. Люди здесь, решали судьбы сотен и тысяч. Все они творили несомненно исторические вещи, но главным, как всегда, отдельно воспоют лишь одного.

Рутра, или с недавних пор, король Рутра Пендрагон, он же «Герой Спорных Земель», располагался отнюдь не у стола, где бережно пыхтели в трубки командиры. Будто бы на шахматной доске, герой стоял отдельной призрачной фигурой. Рутра отделился от советников и генералов просто потому что не переносил дым от табака, вот и оставалось его величеству, выглядывать головой наружу (через импровизированное, не слишком ровно вырезанному в палатке окно) да вдыхать воздух посвежее.

Впрочем, рядом с невольной иконописной фигурой короля, без особых возражений, находится Эктор – первый советник и правая рука Рутры, его самое доверенное лицо, которому первее всех предоставляли важные отчеты. Прямо сейчас, рыцарь Эктор зачитывал племяннику сводку новостей, а Рудэус, обогнув толпу у стола, успел подслушать только часть от части.

– …рпост заняли тысяча солдат, среди которых половина – вампиры. Есть надежные сведения, что туда подъедет Нилрем Грейрат Асура…

– Брат вскоре будет здесь?

– Да, – без утайки кивнул Рутра, отходя от окна. Эктор тут же опустил руки с бумагами и тактично замолчал. – Это проверенная информация, в ней можно быть уверенным.

– Шпионы? – мигом предположил юный маг.

– Разведчики, если позволишь, – парень ущипнул себя за переносицу, и слегка вздохнул. – Асура, как и любое другое государство не монолитно, всегда есть недовольные. Хоть в случае с Нилремом, недовольных непропорционально мало.

– Это справедливо и для нас.

– Справедливо. Именно поэтому мне требуется как можно скорее закончить поход, иначе то, что мы всей нашей командой собрали, может очень быстро развалиться, – Рутра дернул подбородком в сторону порога. – Дядя, не против если мы с Рудэусом пройдемся здесь рядом?

– Не обязательно спрашивать разрешения по каждой мелочи, я твой советник, а не мама, ты волен поступать так, как считаешь нужным, – не смотря на смиренность полученного ответа, Рутра бросил следующие слова не моргая:

– Поступлю, следуя твоим рекомендациям. Я покину штаб и прогуляюсь по местности в компании одного Грейрата.

– Но…

– Дядя.

– Ладно… Только недалеко, слышишь?

– Конечно, дальше двух десятков шагов от стен частокола не пойду.

Дорога за стены лагеря прошла относительно стремительно. Не успелось задать ни единого вопроса. Все это время, Грейрат внимательно следил за провожающей его спиной странного человека.

Мысли мелко зароились, решили вспомнить кто же этот Рутра на самом деле, и какими подвигами он заслужил беспрекословное доверие всех окружающих.

Отступление.

Ещё в долине меча, Рутра заслужил репутацию «страшного меча». Он, неизвестный юноша столь молодых кровей, пришёл в обитель Бога меча Гулу Фариона не ради силы, обучения или меча из его коллекции, Рутра появился там, поскольку ему нужен был весомый титул… Нет, не так, титул оказался просто приятным бонусом. Главной причиной являлся неподдельный авторитет в глазах людей. Это сейчас Рудэус понимает, как важно иметь «Мировое имя». Без него, не получилось бы так быстро подавить военную активность в Спорных и объединить глубоко несчастных людей в подобие страны. На тот момент Грейрат уже как год являлся незаменимым членом в составе «Рыцарей круглого стола».

Высеченное в списке мировых сил прозвище «Бог людей» не могло отсылать ни на кого другого кроме как Рутру. Великий воин, сильнейший из тех, кого когда либо видел Руди.

И тем не менее, было за спиной у сильнейшего человека то, что затмевало личную силу и титулы.

Это первое, что приходит на ум при взгляде на Рутру – доброта.

«Лучезарная доброта», «Теплая доброта», «Невинная доброта»?

Нет, тут, как считал Рудэус, крылось кое-что иное… как от матери или отца, смотря кто ближе… ощущение безусловной теплоты. Такая глупая доброта.

Не имеющая аналогов черта, присущая только ему. А вместе с тем, высокая харизма, большое обаяние и щепотка некоего… таинства… Делало его человеком излишне располагающим.

Неумёхи, забывшись укрепить волю, начинали условно «расплываться» перед ним, будто в их организм попадала щепотка алкоголя.

Поначалу Рудэус побаивался этакого юношу, но после осознал, что Рутра сам не рад быть постоянным центром притяжения, как если бы на панеле приборов вечно горела лампочка с припиской «душа компании».

«Он словно последний босс Икеменов* (из яп. слэнга Ikemen – используемый для описания симпатичных мужчин в японской поп-культуре) смешанный с последним боссом хоста* (еще одно сленговое обозначение, значащие «парень из хост клуба» – заведения, где молодые, зачастую красивые парни развлекают клиентов, зачастую девушек.)»

Подобное сравнение возникло само собой ещё в первые недели знакомства, но вот, спустя столько лет совместных приключений… И в горе и в радости, Грейрат мог прийти только к одному выводу:

«Рутра не притворяется… Он рыцарь с головы до пят, и никто не может это отменить. Добрый и сильный, словно эти слова создавали под него, само воплощение светлого. Учитывая кем, я был ранее… Мне казалось, мы совершенно на разных уровнях не в мою пользу, или, что более вероятно, мы просто из разных, хах, миров, опять-таки, не в мою пользу».

Конец отступление.

Монолог в голове был призван напомнить в первую очередь самому Рудэусу, с кем он собирается говорить. Это не бандит, не мудрый старик и не вспыльчивый ребенок. Перед ним, сверкая ещё не сошедшей славой триумфальных побед, личность экстраординарная.

Выходя за пределы лагеря, Рутра сбавил шаг, позволив поравняться с ним Грейрату. Вместе, они пошли вдоль деревянной стены, рядом с небольшим рвом.

– Значит, – поводья первенства взял Рутра. Будучи ближе к стене, он приподнял руку и начал проводить ею по колодам. – Ты не изменил своего решения?

– Верно.

– Жаль, – немедля произнёс юноша, будучи чем-то очень огорченным. – Не пойми превратно, это очень смело с твоей стороны, – искренне кивнул Рутра, мягкой дланью зачесав затылок. – Будь я на твоем месте, даже не знал бы что мне делать. К счастью, братьев и сестёр у меня никогда не было.

«Странно это… К счастью?» Руди нерешительно покосился на парня, и выдал совсем отличное от мыслей:

– Не знал, что у тебя нет родственников.

– Разве? Мне казалось это многим известно, – задумчиво прошептал парень следующие строки: – Кажется, или обо мне знают слишком мало?

Удивительно, но как с такой аурой можно оказаться хуже «инвалида»? В том смысле, что про Грейратов, кажется все знали все, в особенности про Пола и его молодость.

– Так, Руди, твои родители успешно добрались? – Рутра быстро вышел на другую тропу диалога.

– В последнем письме говорилось, что они успешно пересекли границу. Отца узнал на заставе старый знакомый, – утаивать от Рутры информацию совершенно не хотелось. – Так что, думаю они найдут себе прибежище у семьи Лили.

– Помнится мне, её отец – Август, держал школу фехтования.

– Ага, – Руди не стал говорить, что Август уже как двенадцать лет прикован к кровати и шагу без жены ступить не может. Именно им, Лили отсылала большую часть дохода, которую получала за работу горничной в его семье.

Размеренные шаги двигали лагерь. Сперва частокол и ворота, потом второй вход. Из-за стены выглядывали макушки в шлемах – её стражи. Изредка, с башни от дозорных приходился кивок, на что Рутра активно махал им рукой.

Так, они обошли круг, болтая о семье и делах не насущных. Разглагольствовать о подарках двум жёнам в разгар близкой войны мог только Грейрат, тогда как Рутра активно ему в этом содействовал. Заканчивалась одна тема, Рутра неуловимо морщился как от зубной боли, и быстро приводил вторую.

Полтора круга спустя, или же, с полчаса неторопливого хода и король все же решился.

– Что ты думаешь о Хитогами?

Пендрагон в тот же миг вырвался вперёд, поскольку Рудэус встал на месте. В кратком ожидании ответа, Рутра так и не приблизился.

«А что ты бы хотел услышать?» Руди мотнул головой, сбрасывая наваждение.

– Я… Не могу ему доверять, – и вновь из уст лились правдивые слова

– А мне?

– Ты здесь, – с усмешкой кивнул Грейрат. – А вот Хитогами где-то там. Я так и не понял, какую игру он затевает, однако в тебе я могу быть уверен.

– Приятно слышать, – поблагодарив юного мага, рыцарь продолжил. – Знаешь, у меня схожие ощущения от него. Он видит будущее, говорит, как лучше поступить, но в конце концов… слова остаются словами, верить им беспрекословно просто нет смысла.

Сомнения отпечатались на лице короля. Рутра неосознанно засмотрелся на собственную ладонь.

– И все же, нельзя отрицать и того, что Хитогами помог найти твоих рыцарей.

Большую часть, если не сказать, что всех ныне верно подданных королю Рутре рыцарей круглого стола было найдено с подсказок бога. Он видел будущее, он знал кого стоит взять, с кем поговорить и так далее и тому подобное. Каждая такая встреча, это неизбежный рок судьбы.

– До сего момента, нас всегда вела незримая рука Хитогами, но знаешь что? Даже богам неизвестно итогов нашего сражения. Хитогами не может видеть будущее только двух существ, – Рутра хмуро дернул веком. – Первым является Злой Бог Дракон Орстед, а вторым король Асуры Нилрем Грейрат Асура.

– Мне он такого никогда не говорил…

– А ты спрашивал?

По потупленному взгляду, Пентрагон закономерно вывел не озвученный ответ.

– Погоди, хочешь сказать, Хитогами считает моего брата реинкарнацией Лапласа именно потому что не видит его будущего?

– Возможно, – просто пожав плечами, Рутра лишь доказал, что уже размышлял в этом ключе.

– А ты не мог бы спросить его об этом?

– Хах, – глупо усмехнулся рыцарь, словно только сейчас раскрыли его давнюю шалость. – На самом деле… я Хитогами в последний раз видел ещё когда только телепортировался, то есть, на небесном континенте.

Настала пора для Рудэуса открывать свой рот в немом удивлении.

– А кто тогд…

– Дядя.

– Господин Эктор?!

– Именно. Впрочем, его устами с нами говорит сам бог, так что формально дядя выступает мостом. Хитогами помогает, я верю в это, однако… именно его слова, слова моего дяди принесли мне весть о Нилреме.

– А что конкретно говорил Хитогами? Мне рассказывали только в общих чертах.

– Конец, – рыцарь ответил, как отрезал. – Конец всему миропорядку. Взращенный демон в человеческом теле направит человечество на путь боли и крови.

– Скажи, Рутра, ты ведь не считаешь Нилрема реинкарнацией Лапласа?

– Именно потому что я видел Нилрема, я не могу говорить наверняка, – в отличии от Руди, Рутра видел куда больше странных совпадений с образом ненавистного всеми Лапласа. – Именно поэтому, мне хотелось бы положиться на тебя в этом вопросе.

– Конечно! Для этого я и здесь!

– Я точно не знаю, как будут проходить переговоры, но первым, как вестником доброй воли, пойдешь именно ты. Нилрем не тронет собственную кровь и по крайней мере, выслушает тебя. От тебя же… Будет зависеть судьба этого мира.

* * *

Глаза короля устали пребывать во тьме. Ушам короля надоела тишина. Разум короля измучился мариноваться в немощном и старом теле. К сожалению, каждый день месяца словно специально тянулся как можно дольше, причиняя как можно больше страданий одним фактом жизни.

Не каждый в сотню лет способен пережить длительные путешествие, тем более, когда столетие проводишь в средние века. Только духи ведают какой ценой Грейрата перевезли от одного места к другому. Быстро и надёжно. В одной карете – Нилрем, Мари и двое королевский лекарей, в другой – ещё четыре специалиста по медицине. Не трудно представить как часто приходилось делать перерывы и остановки.

«Все больше меня начинает раздражать тема жизни» мысли Нилрема оставляли желать лучшего, впрочем, в его ситуации ничего поделать он не мог. Существование подобных древностей как он противоречило законам природы. Стоит ли говорить о жизни, когда на деле, что со стороны, что от первого лица, такая жизнь казалась выживанием?!

Киширика Киширису очень точно рассчитала современные возможности целителей. Удержать старика от случайного падения в ад они вполне могли. А вот уберечь сто восьмидесятилетнего старика уже никак не смогут.

Форпост встречал короля тихо, едва ли как-нибудь заметно. Оно и ясно, король ведь уже здесь и смотрится вполне естественно и бодро. На глаз простого люда, Грейрат показал лицо впервые, чины почётные сказали: «Он король». Вот люди и не споря, простенько плечами жали, приговаривая: «Так и быть».

А большего крестьянам и не надо, для них, простые истины не нуждались в сложном аргументе. Другое дело солдаты, чьи рожи расплывались от улыбки. Их новый царь не трус и готов стоять здесь, в авангарде, лицом к лицу с могучими врагами! Ай да король! Ещё и лекарь знатный, а значит не позволит умереть бойцам! О чем ещё мечтать обычному солдату?

Окромя простых солдат, крепость населяли Дети Ночи. Им запудривать мозги сложнее, впрочем, делать этого не нужно. Правду о реальном нахождении Грейрата попросту невыгодно скрывать ведь самозванцем, оказавшимся на месте почитаемого Бога, оказался никто иной как Карс Бладлайн – владыка, его первый заместитель.

Именно сей метаморф бежал к карете всех ловчее и быстрее.

Панацея ступил на землю, как к ней тянулся подоспевший гость.

– Мой Бог, – лицо молодого «Нилрема» поплыло, сменился цвет волос. Пред старым на колено встал Владыка Карс, глубоко кренясь к земле. – Рад вашему прибытию.

Приветственно кивнув, Карс встал и выпрямил осанку. Бладлайн в очередной раз сменил внешность к прежней, а старого Грейрата повели не абы куда, а на крепостную стену, откуда доносился юный голос паренька. Крики, к слову, отнюдь не боли, так точно совпадали с прибытием царя, что не узнать, о чем и кто там глотку рвёт казалось святотатством.

С поддержкой двух сторон, Нилрема подвели к нужному направлению.

«Глаза не видят, уши не слышат». Нилрем проклинал тот день, когда создал невероятное добро на грани чуда, из-за которого теперь в его душе зияет колотая пустота. Муки существования отбирали последние капли ностальгии, пускай разумом он понимал, винить здесь некого, но вот в страданиях и унижениях он справедливо (лишь на свой взгляд) мог обвинить девчонку Джинкс.

Впрочем, вместо мыслей о чуждой ситуации субъекте, Грейрат приложил немало сил дабы узреть одну единственную черточку отличную от остального пейзажа. С подобным Нилрему зрением, вполне возможно темным силуэтом на поляне из кустов и трав мог оказаться рослый камень, однако, черточка уж слишком резво двигалась как для валуна. Крики этой «чёрточки» пускай и достигали Нилрема, но понимать от этого он их не стал.

Повертев головой, король подметил обеспокоенные лица Карса и Мари.

– О чём лепечет глашатай?

– Он заявляет, – Карс запнулся на секунду. – Что является вашим братом.

– Ру-дэус? – с трудом молвил Нилрем пересохшими губами.

– А ещё, – Мари сильнее сжала подхваченную руку. – Он вызывает тебя на дуэль.

– Каков наглец, – редкая усмешка посетила стухшее лицо Грейрата. Протяжный вздох окончился на смехе. – Ха-ха-ха!

Тяжёлый, долгий, старый смех того, кто близок к смерти больше остальных.

– Вас это забавляет? – удивленно заморгал Владыка Карс.

– Ещё как, – искренне ответил старый маг. – Он бросил вызов старику, верно думая, что я сейчас не годен дать ему отпор.

– Но это так! – Мари как никто иная знала о той слабости, которую временно испытывает её любимый.

– А вот и нет, – заключил старик, дернувшись, но так и не сумевший сбросить якорь в виде барышни. – Я иду к нему.

– Это очевидная ловушка.

Новый звонкий голос эхом прозвучал из темных казематов. Анна-Роуз вынырнула словно из самой тени мира, и аккурат дополнительно схватила Нилрема за руку.

– Моя кровь права, – поспешил и Карс ухватиться за плечо Грейрата. – Ваш брат сейчас на стороне врага. Его очаровали силы Хитогами.

– Что я, что он, что Нанахоши – мы не подвластны чарам лже-божества.

– Не только магией людей склоняют, – с учёным видом вздернула подбородок младшая Бладлайн.

– Я не отступлюсь, пустите!

«Стальными лапами сковали, ироды!»

– Нет, не пустим, – отчеканила Мари. – Пока ты не восстановишь магию, мы тебя никуда не пустим.

– И ты, Карс?

– Мой Бог, поймите, все ради вашей безопасности. Силы врага непредсказуемы…

– Там сейчас один человек. Он мой брат…

– Это не отменяет того факта, что он из вражеского лагеря, – незвано Анна-Роуз, как впрочем и остальные соучастники «преступления» против чести короля, оказались в роли гласа разума, того самого, которого в сей сложный час так не хватает старческой макушке. – Он ведь учился вместе с тобой, а значит, по меньшей мере умеет невербально колдовать, как та же Аиша и Норн, – повернув голову к фигуре в поле, Бладлайн оттянула повязку с глаза, обнажая всем известный дар. – Хм, его запас магической силы колоссальный… На порядок больше чем у Нилрема.

– Кровь моя, тактичней будь, – как на дочурку шикнул Карс, и та, хмыкнув высунула язычок.

– Нет нужды, Карс, я знаю о талантах брата лучше всех вас. По объемам маны он обходил меня всегда. Зато во всем другом мое умение работать с маной куда тоньше.

Нилрем перестал пытаться каждый миг ковыльнуть к проходу, а потому «ручники» ослабили свою хватку. Против трёх… да что там, против одной Мари идти невозможно, а больше и подавно.

– Завтра. Завтра ко мне должна вернуться магия.

– Так сложно подождать до завтра? – склоняя голову спросила Анна-Роуз.

– Да, сложно.

Понятливо улыбнулся Карс, в то время как барышни фыркнули на высказанную глупость.

Окинув взглядом силуэт Руди, Нил скрылся в форте.

Тем же временем, Рудэус присел, дабы отдышаться.

– Ух, кажется… осип, – сглотнув слюну, парень медленно потер шею. – Нилрем так и не явился… Если все и дальше пойдет так, как предсказывал Хитогами… Нет, завтра приду снова. Я должен.

Уже по завтра, повторилась клоунада. Руди, аки утренний петух, в час раннего восхода солнца повторил задумку – вновь звал короля, словно то был не правитель а мальчишка из соседнего двора.

Сомнениями полнились глаза солдат, стоящих на заставе и лениво поглядывающие на юношу у горизонта. Им было ясно – не отреагирует монарх, он определенно занят делами поважнее!

Однако, сколько бы не думалось крестьяну, а по итогу их король таки ступил за крепость. По меньшей мере сотни глаз прицельно целились на молодую спину «Нилрема» в роскошном одеянии. Подле «Нилрема» устроился старик. Ещё вчера приежджая фигура полностью покрыта мраком. Обычному солдату не спешили доносить, кем являлся старший, знали люди только то, что шишка важная, раз сам король спешил встретиться со стариком.

«Он кто-то вроде учителя для короля, я сам слышал, как почтенный поднимал голос на его величество и тот ему ничего не делал» наведение долго не пустует. Если официально объяснять никто и никому не собирается, народ найдет себе удобный заменитель.

Меж тем, процессия из двух людей все отдалялась от порога крепости, все больше смазываясь в единую фигуру. А суть проста, что «Нилрем» что старик, оба разодеты одинаково парадно.

Спустя какое-то время, заметить можно было только красные плащи в виде точек.

А Рудэус зря время не терял, узрев людей что близились к нему, он начинал строить из земли комфорт, как стол и стулья. Из сумки вынул он три чашки. Их содержимое определилось крайне быстро – обычный травяной чай. Делов немного, всего-то ничего над чайничком и чашками стоять. Не окажись у Руди за плечами продолжительного опыта в бытии поваренком, пришлось бы повозиться дольше. А так, единственной рукой, Рудэус уложился в срок.

– Ты все-таки пришёл, – не скрывал облегчения Руди, когда поднимался на ноги. – Рад тебя видеть.

Гости встали, озадачив юношу своим молчанием. Старик кивнул, и к удивлению Грейрата старшего (всего на несколько минут) «Нилрем» изменил лицо, будто так и надо. Действие достойно зваться жутким «лицемерием», вот только Рудэус воспринял этот ход по своему… С опаской.

Маг отпрыгнул от стола, немедля ни секунды зажигая внутреннюю силу, направляя заклинание «каменный снаряд» на беззащитных приглашенных гостей.

– Вы кто такие?! – край вечных битв – Спорные Земли подточили Руди, обострив его чуйку на ловушки. Ситуация такой казалась, действовал он соответственно.

– Спокойно, – не спеша проливать свет на ситуацию пояснил старик, поднимая руку. К тому моменту ложный Нилрем полностью преобразился в свой изначальный вид. Реальный Нилрем только-только начал проявлять инициативу. – Рудэус, брат мой из другого мира.

– Нил? – словно треснули незримые колонны представлений. Один Грейрат так долго и усердно в голове крутил придуманную сцену, что не помыслил об иллюзорности подобных грёз. Шок овладел юным магом, впредь, диктуя проявлять на каплю больше здравого сочувствия.

– Со мной понятно что, – перебирая ногами, Нилрем сел на заготовленный стул. – А вот с тобой – неясно.

– А… – заторможено ответил Руди и проморгался, сбрасывая лёгкий шок. Переведя взгляд с брата на мрачноватого мужчину позади, Грейрат хотел уже пригласить его к столу, вот только Карс тактично отказался, действуя на огромное опережение. – Ладно… Погоди, Нил, ты же Нилрем Грейрат, да? Не его теска или злой двойник?

– Нет.

– Знаю! Ты прибыл из далекого будущего чтобы предупредить себя прошлого, то есть, настоящего о грядущей катастрофе, но по случайности решил зайти ко мне?

– С чего ты взял, что я опущусь к подобному клише?

– Так ведь… – Руди помассировал подбородок, оценивая взглядом опытного специалиста лицо очень-очень старого брата. – А как ещё пояснить твой вид?

– Приплыли… – невесело вздохнул Панацея. – Вам Хитогами что, вообще мозги спалил, что вы забыли о моём проклятии?

– Проклятие? Ага, проклятие! Погоди, хочешь сказать, твоим проклятием все это время была старость? – смелое предположение было встречено взглядом из-под лба, то есть, хмуро. – Прости… Можешь пояснить?

– Я все поясню, но прежде, ответь на несколько моих вопросов, – к тому моменту, Рудэус успокоился и сел за стол, подавая чаши с чаем. – Первый, что с твоей рукой?

Парень покосился на замотанный обрубок и как-то криво усмехнулся.

– Это долгая история…

– Мы никуда не спешим, – резонно подметил Нилрем на что получил неожиданный ответ.

– Спешим, – уверенности Руди не занимать. – Отсутствие руки связано в первую очередь с моей глупостью.

– Кратко, но честно, – кивнул старик. – Хорошо, поверю на слово. Второй вопрос касается Ланс Е’Лота. Наша первая встреча произошла на небесном континенте, где он отчетливо знал о моем проклятии, чем кичился мне в лицо, желая быстрой смерти, как ты можешь это объяснить?

– Господин Ланс Е’Лот очень вежливый мужчина, он не мог говорить тебе такие вещи! – Нилрем не мог знать какие тяготы легли им на плечи, однако результат сплочённости ему не нравился. Рудэус считает кровожадного врага Панацеи своим другом.

«Не хорошо» условные шансы закончить диалог без драк уменьшились на десять процентов.

– Остальное ты пропустил мимо ушей? – внезапно поинтересовался Карс, чем словил на себе две пары родственных глаз.

– Нет, – замотал головой юноша, возвращаясь к теме перекрёстного опроса. Руди подхватил чашку чая. – Прости Нилрем, сам не знаю, что на меня нашло. Господин Ланс Е’Лот очень много раз помогал и заботился обо мне, а если выпьет больше нормы так и вовсе начнет видеть во мне покойного сына. Он… чем-то напоминает мне Руиджерда.

«Впервые слышу!» Не подал виду старик, тем самым продолжая:

– Он воин…

– Он рыцарь!

Протест ещё какое-то время висел в воздухе, а Нилрем пристально заглядывал Рудэусу в глаза.

«Уж не сломили ли разум сему простаку?»

– Короче, я уверен что до сего дня, таких деталей твоего проклятия не знал никто, даже Хитогами.

– Занятно, – по слогам бросил Панацея. – А знаешь, что ещё занятно? Твоя уверенность в чужой непогрешимости. Хитогами хорошенько всем мозги промыл.

– Да хватит видеть во всём его происки, – замотал головой Рудэус, не нарочно поднимая тон беседы. – Хитогами не всесилен, он многого не знает.

– Он знает все, и в этом его слабость, – своим тоном старик будто выставлял точки. – По правде, меня, лучшего целителя мира, оскорбляет мельтешащая перед глазами культя. Бьет в сакральное место – гордыню Панацеи, если угодно. Чтобы родной мне человек, да имел проблемы со здоровьем? Смешно! А ведь я думал подарить тебе новую конечность, как только моя магия вернётся. Однако, сейчас меня переполняют сомнения. На чьей ты стороне, Рудэус Грейрат?

– Нилрем.!

– Мой Бог.!

Их выкрики слились в ответный хор протеста. Рудэус, понятно, возмущался недоверием к своей персоне. Никого не образуют сомнения на свой счёт. А вопрос просто бред, на уровне: «Кого ты любишь больше, папу или маму?».

Карс свой голос вовремя подал от осознания той формы лжи, в которую его ввели намеренно.

«Пойдёте только тогда, когда магия вернётся».

Нилрем соврал, а Карс не стал дотошно проверять, да навязался в спутники. Окажись в то время рядом Мари иль Анна-Роуз, такого бы не произошло, поскольку те потребовали бы доказательств.