Текст книги "Море опалённое свободой (СИ)"

Автор книги: Dtxyj

сообщить о нарушении

Текущая страница: 46 (всего у книги 50 страниц)

Здесь ему снова перегородили путь. Лорени отбился, схватился со вторым подоспевшим пиратом, попытался увернуться, но сабля задела его рубаху. Он прыгнул на другую палубу, подскользнулся, упал, потерял палаш, но за ним уже не побежал. Подскочив на ноги, снова ринулся прочь, ускользая от картечи. Тяжело дыша, он ворвался в следующий коридор, потом прыгнул в какое-то окно. Скользнул в дыру в стене, снова трюм, пушечная палуба. Вот попалась очередная подводная лодка, он зацепился за потолочный косяк круглого проёма, подтянулся и нырнул в него вперёд ногами, и снова побежал. Скользнул в сторону, вырвался на палубу фрегата, перепрыгнул через дыру, взлетел по поваленной мачте и прыгнул в бассейн планктона. Эта часть была не забита кораблями.

Лорени огляделся, ненадолго успел затеряться. Уже через секунду послышались голоса пиратов, брань и их топот. Иренди судорожно думал, хотя в таком положении думать практически невозможно. Он нырнул в развороченную корму галеона, оказавшись в каюте капитана, которая была частично затоплена и заросшая планктоном и морским плющем. Подбежал к перекошенной створке двери и здесь наткнулся на шпагу. Она была воткнута в лист планктона, её уже окутал плющ, но Иренди это не остановило. Послышались над головой шаги, это головорезы шли по палубе галеона, прямо по следам Лорени, словно знали, куда он мог пойти. Судорожно ободрал частично морское растение с оружия, выдернул его из листа планктона и заскрипел зубами от досады. Шпага была покрыта тонкой плёнкой мха. А к чёрту, главное, чтобы было оружие. Потом резко развернулся и снова кинулся к двери.

За спиной послышался плеск воды, это кто-то спрыгнул в бассейн. Но Лорени оборачиваться не стал. Ему крикнули в спину, он откинул преградившую путь створку, юркнул в узкий, заваленный досками коридор, понимая, что это может быть тупик. Послышался выстрел, картечь разнесла стену над головой, полетели щепки, но Лорени останавливаться не стал. Продираясь вперёд, он, в конце концов, вырвался в просторный коридор субмарины и замер. Прямо на него, с перекошенным от гнева и злости лицом, шёл один из преследователей.

Для боя на шпагах места было мало. Лорени оглянулся, через доски продирался второй головорез, за его спиной маячил ещё один. Где-то в бассейне слышался голос ещё кого-то. Понимая, что попал в печальное положение, Лорени ничего другого не придумал, как хмыкнуть, показав ряд прямых, белоснежных зубов. Потом пожал плечами, поднял наверх глаза. В палубе мелькнула дыра, и Иренди, даже не подумав, сделал шаг назад, оттолкнулся от стены, запрыгнул на приваленную к противоположной стене доску и подпрыгнул вверх. Ухватившись рукой за зубастый край дыры, он закинул шпагу на палубу, подтянул к груди ноги. Внизу раздалось злобное рычание, кто-то попытался его ухватить за ногу, кто-то взмахнул саблей, она застряла в стене. Послышался щелчок затвора и до ушей подтягивающегося Иренди донеслось:

– Эй, ублюдок, спускайся. Иначе, сделаю в тебе ещё одну дырку.

– Извини, – сдавленно проговорил Лорени, продолжая своё дело. – Но ты, так или иначе, сделаешь во мне пару тройку дыр. Так что, если хочешь, стреляй, а я, пожалуй, побегу дальше.

– Крыса! – кто-то заорал, потом раздался выстрел. Стрелок наверно был плохой, а может так было задумано. Боль прорезала тело и сознание. Выстрелили в ногу, с раной, конечно же, не набегаешься. Но Лорени всё же оказался на палубе и, кусая от адской боли губы, прихрамывая, ринулся прочь. Из раны сочилась кровь, оставляя следы. И понимая это, Иренди юркнул в небольшую, пробитую на уровне ног дырку. Она оказалась в двери. Сама створка была забита досками. Словно кто-то пытался защитить эту каюту от злодеев. Каюта оказалась лазаретом! В голове у Лорени возникла странная идея. Настало время сражаться, а не бегать, если конечно, здесь было то, что нужно было для сражения.

Докторский шкафчик оказался приоткрыт, и Лорени тут же подбежал к нему. Обезболивающее он нашёл сразу, может потому, что пузырёк стоял на второй полочке, на уровне глаз. Открыв его зубами, он выдул всё его содержимое, слегка поморщился, но уже в следующую секунду брал другую склянку. Странно было видеть препараты в разграбленном корабле, может просто у них срок годности вышел, и их решили оставить здесь? Всё равно ненужные. Наверно, так и было, потому что медикаменты были очень ценными и дорогими. Однако, читать срок годности времени не было, слышались шаги пиратов.

Схватив большой пузырёк со снотворным, он некоторое время искал шприц, бегал глазами по полкам, но так его и не нашёл. От досады Лорени заскрипел зубами, затем медленно повернулся к двери. Тонкая струйка крови тянулась из коридора в эту дыру, прямо в лазарет, и дураку было понятно, Иренди спрятался здесь. Лорени глубоко вздохнул, затаился, как и его преследователи. В низко проделанную дыру они лезть рисковали, однако, точно задумали что-то ужасное.

Послышался скрип курка, он дёрнулся в сторону. Выстрел. Лорени пришлось оставить свою идею усыпить головорезов, потому что это становилось ещё более опаснее для его жизни. Он отбросил бутылёк со снотворным, схватил на ходу странный скальпель, больше похожий на мини тесак, сунул его в карман штанов и побежал к окну. В дверь уже ломились, и, надо сказать, несчастная створка поддавалась легко. Скорей всего доски сгнили от времени.

Превозмогая боль – обезболивающее ещё не подействовало, а если срок годности истёк, то навряд ли подействует – Лорени вылез в окно, благо оно было разбито, и прыгнул вниз, на палубу. Боль отдалась во всём теле, когда он приземлился. Лорени задохнулся, в глазах потемнело, слёзы брызнули из глаз. Над головой снова послышалась отборная брань, и Иренди, превозмогая боль, поспешил дальше, заходя в тесный трюм.

«Я с ними, со всеми, не справлюсь, – думал Иренди, шаря глазами по сгнившим полкам трюма. – Надо что-то придумать. Кстати, а где моя шпага?» Шпаги в руке не оказалось, Иренди даже не понял, где он её оставил. То ли на палубе, когда вылезал из коридора, то ли в лазарете. Но в этот момент взгляд наткнулся на пушки. Каким-то образом, Лорени из трюма вышел на пушечную палубу или, быть может, это в трюме были пушки? Корабли оказались так навалены друга на друга, что с трудом можно было разобрать где что и какая часть палубы.

Лорени тут же бросился к одной из пушек. Не надо от этого орудия ждать чего-то сверхудачного, но схватившись за тяжёлый металл, Иренди, кусая губы в кровь, развернул пушку в сторону входа в трюм. Потом замер, у него же не было спичек. Спичек не было, но на глаза удачливо попалась зажигалка, удобно устроившаяся на маленьких, аккуратно сложенных ядрышках. Смачивая пересохшее горло слюной, Иренди схватился за зажигалку, потом за ядро. Закинул его в дуло пушки, в этот самый момент послышались снова голоса. Подняв глаза, Иренди увидел, как в проёме в трюм появилась тёмная фигура. Ему что-то крикнули, но юноша даже не стал разбирать слов.

Щёлкнул курок – щёлкнул кремень зажигалки. Раздался выстрел – Лорени поднёс тонкую струйку огня к фитилю. Картечь пролетела мимо, скорей всего была предупреждающая, а может противник специально промахнулся. Голова Иренди чуть дрогнула в сторону, в этот раз он разобрал слова.

– Эй, ублюдок, даже не пытайся, – басил кто-то из головорезов. – Этим пушкам лет тридцать. Всё отсырело…

Фитилёк задымился, сверкнул несколькими искрами и стремительно стал истаивать, превращаясь в пепел.

– Это у тебя мозги отсырели, – буркнул хрипло Лорени, делая шаг назад, чтобы не зацепило откатом. – Или член…

Хохотнул и юркнул за стеллаж, потому что один из головорезов поднял пистолет. Пират выстрелил, но так и не попал. Гакнула пушка, повалил дым. Откат был сильнее положенного, но Лорени, вырвавшись из своего маленького укрытия, бросился к ядрышкам и схватил ещё одно. Превозмогая боль, скрипя зубами, задыхаясь в дыму от выстрела и ненавидя всех пиратов снова, он закатил второе ядро в ствол пушки. Быстро зашёл за чугунное чудо человеческих рук и, решив поменять сгоревший фитиль, замер, огляделся. Да, было бы слишком хорошо, найди Лорени пушку, ядра, зажигалку. Жаль, что для фитилей в этом мире места не нашлось.

Со злости, он чуть не пнул чугун, но во время остановился. Дым рассасывался, и он теперь отчётливо видел две тени. Кто-то кашлял, ругался, плевался и обещал прикончить «сучоныша» так, что при нахождении трупа и мама родная не узнает.

Посмотрев назад, Лорени увидел лестницу наверх, но точно знал, что от двоих не убежит и битву проиграет. Заскрипел зубами, пометался взглядом по полкам, посмотрел на ровную пирамидку ядер, но и там фитилей не было. Потом моргнул, словно пелена с глаз спала, схватился за ядрышко. Дым совсем рассосался, и до одного из громил оставалось метра три. Лорени кинул в него ядро, потом схватился за второе. Под жуткую брань, он швырнул в обидчика третье и угодил в плечо. Пират взвыл, а Лорени, вспомнив, что из лазарета он вынес странный скальпель, вытянул его из кармана штанов и метнул, в разогнавшегося и грозно спешащего к нему, пирата. Скальпель попал точно в горло, тот захлебнулся кровью, а Лорени, зарычав, бросился к лестнице. За ним спешил второй головорез.

Уже ненавидя эту боль – скорей всего обезболивающее было просрочено – Иренди забрался на палубу, но там его ждал ещё один пират. Из головы преступника сочилась кровь, которая несколькими струйками текла по лицу. Зрелище было страшным, но этот человек был жив. Он сплюнул, Лорени сглотнул. За спиной услышал рычание преследовавшего его пирата, выдохнул с сожалением и закусил губу от обиды. Да ну нафиг, неужели всё? Перед глазами мелькнул образ улыбающегося Цурбуса, в ноздрях защекотал приятный запах цветов. По лицу скользнул ветер, но Лорени показалось, что шёлк волос.

Когда послышались выстрелы, Лорени, конечно, вздрогнул, но тут же подумал, что у окруживших его пиратов пистолетов не было. У того у кого он был, скорей всего от выстрела из пушки двинул ноги. А потом над кладбищем разлетелось:

– Именем Его Величества царя Волвара Великолепного, сдавайтесь!

Пираты засуетились, запаниковали, бросили на палубу клинки, подняли руки, и Лорени, оглядевшись и приметив нескольких человек выходящих из-за кораблей, приподнял свои. А потом нервно хмыкнул.

– Вы власти? – хриплым голосом спросил он, не веря собственным глазам и ушам.

– Власти, – отозвался один из окруживших в форме пиратов человек. – А ты кто?

– Я, – тут же заговорил Иренди, вспоминая, что где-то там, за кладбищем или перед ним, остался сражаться с Аденжурлем Цурбус. – Друг лорда Джан Гура, Цурбуса Джан Гура и сын адмирала Иренди. Он там сражается с Аденжурлем…

Лорени хорошо ориентировался в пространстве, но указал он всё же направление чуть неверно. А может, капитан «Элибесты» и Цурбус в пылу сражения просто чуть сдвинулись в сторону.

– Там, – указал немного в сторону человек в форме, – наши уже пошли туда.

– Спасибо, – шепнул Иренди и, бросив взгляд на то, как власти укомплектовывают в кандалы пиратов, поспешил в нужном направлении.

Человек его не остановил, но Лорени его бы не послушал, скажи тот «стой». Он спешил, спешил на помощь к Цурбусу, молил всех богов, чтобы они ему помогли. Нога болела, но, кажется, Иренди уже сросся с этой болью. Почему-то на глаза наворачивались слёзы, губы дрожали, в горле застыл ком горечи. Кладбище не хотело заканчиваться, и Иренди казалось, что оно бесконечное. Но когда закончился последний борт очередного корабля, и Лорени спрыгнул в бассейн, оставив за спиной искорёженные временем корабли, его взору предстала не менее ужасная картина.

На мгновение сердце Иренди остановилось. Дышать стало нечем, дыхание перехватило. Он даже несколько раз прикрыл глаза, а потом их открыл. В нескольких метрах от него стоял Аденжурль, пронзая своей шпагой тяжело дышавшего Цурбуса. В лучах заходящего солнца, под опалённым красным пламенем небом, Лорени показалось, что само время остановило свой бег.

*Полуют – надстройка в кормовой части судна.

====== 14 глава Последний укол ======

Как только Лорени стремительно побежал к кладбищу, Цурбус тут же попытался встать на пути у бросившихся за ним головорезов. Троих удалось задержать, а вот четверо всё же успели проскочить. Взмахнув шпагой, он окинул всех холодным взглядом, скосил его на Аденжурля, который тут же бросился на юношу, невзирая на то, что бедро было проколото.

Цурбус метнулся к головорезам, спугнул их строй шпагой, кто-то даже попытался вступить с ним в бой, но тут подоспел Аденжурль. Он налетел на Бахму с таким остервенением, что Цурбус сразу же получил четыре пореза: два на груди и два на руках. Трое головорезов отступили, переглянулись, но бежать к кладбищу не собирались. Посчитали, что на парня хватит и четверых. Про своего друга они уже забыли, хотя, когда схватка закончится, вспомнят, помянут, всплакнут.

Цурбус отбивался, как мог, однако понимал, что капитан «Элибесты» его теснил, и перевес схватки был на его стороне. Но своих позиций Бахму сдавать не собирался. Из памяти вырывались самые затаённые воспоминания – чему обучал Цурбуса отец. Его слова снова атаковали мозг, наставления, картинки того, как он показывал тот или иной удар, укол, блокировку, уход, скольжение… Да, Джан Гур был идеален в фехтовании, чего не скажешь о его сыне. Хотя, у Цурбуса просто не было достаточно хорошей практики. К тому же наносить удары с желанием убить, это абсолютно другое, нежели наносить их в целях обучения.

– Сучонок, – хрипел Аденжурль, взмахивая шпагой. Кажется, уставать он не собирался, да и рана его мало беспокоила, но Цурбус решительно отмёл эти мысли. У Бахму теперь было два преимущества: молодость и рана на бедре Аденжурля. – Крысёныш… Ублюдок!

Слова-оскорбления вылетали из уст пирата с каждым уколом, но Цурбус пока парировал их, скользя по планктону в бассейне и выжидая, когда же капитан «Элибесты» сделает хотя бы одну ошибку. И пират практически её сделал, но вовремя успел отбить летящую в его грудь шпагу Цурбуса. Бахму выгнулся, чтобы нанести этот удар, но не хватило доли секунды. Аденжурль поставил неуклюжий блок своей шпагой, клинок скользнул по стали пиратского оружия. Капитан «Элибесты» тут же провернул несколько раз шпагу вокруг своей оси, делая кистью небольшой круг. Цурбус чуть не потерял своё оружие. Пришлось отступить и на мгновение остановить бег схватки. Оба тяжело дышали, были мокрые, кровавые и желающие остановить этот поединок, как можно скорее.

– Знаешь, чего тебе не достаёт для победы? – хрипло, сглатывая слюну в тщетной попытке промочить горло, проговорил Аденжурль. Бахму ничего не ответил, вступать в диалог не хотелось, особенно с капитаном «Элибесты». – Ненависти, – ответил Аденжурль, когда со стороны оппонента не послышалось ни звука. – Если бы ты меня очень сильно ненавидел, то, быть может, и победил бы.

– По мне, – всё же проговорил Цурбус. – Так ненависть мешает в битве. Лишь равнодушие может холодить кровь, мозг и сердце. Лишение всяких эмоций, так говорил Охура Джан Гур, способствует победе даже в самой безнадежной битве. Я вас ненавижу, Аденжурль, но не до такой степени, чтобы хотеть убить. А вот вам, как раз таки, и мешает это чувство. Да, ещё и то, что во мне вы видите моего отца, которого уже однажды убили. Не пойму вашего желания убить меня. Только ли из-за того, что я его сын?

– Из-за этого, мой мальчик, только из-за этого, – прохрипел пират и без предупреждения бросился на Цурбуса.

И снова обмен ударами, уколами и быстрые уходы из-под опасности. Аденжурль и Цурбус сплелись в единый клубок, но именно в этот момент Бахму увидел насколько пират устал, что рана его всё-таки сильно тревожила. Цурбус осознал, что если не воспользуется этим моментом, то капитан «Элибесты» рано или поздно пронзит его сердце своей шпагой. И Цурбус, взяв свои последние силы в кулак, через несколько ударов и блокировок, изменил направление боя в своё русло, жестоко и грубо навязав его Аденжурлю.

Пират захрипел, заскрипел зубами, зарычал, но уже ничего не мог сделать. Цурбус теснил его, гнулся, приседал, выворачивал свою руку, прыгал, отбегал и снова нападал. Аденжурлю показалось, что Бахму ускорился, но он знал, это стал медленнее он сам и уже чувствовал, как холод смерти тихо и непринуждённо подкрадывается к его сердцу, зажимая его в ледяные тиски. Аденжурлю стало страшно, злость накатила огромной волной, и он, зарычав, бросился в глупую атаку, открывшись.

Цурбус ушёл в сторону, парировав удар клинком, развернулся, стукнул пирата эфесом по голове, потом пнул его от всей души в спину. Аденжурль отлетел в сторону, готов был упасть, но остался стоять на ногах, погрузив руки в воду и упираясь ими в планктон. Цурбус взмахнул шпагой, пират выпрямился, отбил удар, но следующий уже не смог. Правда, чуть отклонился в сторону, и тонкое лезвие клинка проскользнуло по виску, пронзило ухо, а когда вырывалось обратно, отрезало часть ушной раковины. Капитан зарычал от боли, но взмахнул своей шпагой и отступил. Цурбус продолжил нападать, Аденжурль отбиваться. И быть может, исход битвы был бы предрешён, если бы не выстрел из пистолета. Секунда, Бахму отвлёкся лишь на секунду, утратив пыл сражения и движение схватки, а вот Аденжурлю этого хватило. Он, захрипев, выкинул тело вперёд, пронзая Цурбуса своим тонким и острым клинком.

Выстрел произвёл один из головорезов Аденжурля, когда осознал, что капитана теснят, и быть может ещё через три-четыре минуты шпага молодого Джан Гура пронзит его сердце. Это был отвлекающий манёвр. Капитан ничего не говорил своим людям и приказывал не вмешиваться в битву, но пират рассудил по-своему. Иногда надо ослушиваться приказов, хотя за всю свою жизнь сделал это только раз.

Цурбус нахмурился, посмотрел на тяжело дышавшего и окровавленного Аденжурля. Тот не спешил вытаскивать шпагу, словно тем самым подчёркивая то, что он выиграл этот поединок. А потом они вместе опустили глаза вниз. Клинок пронзил плечо Бахму. Цурбус нахмурился сильнее, то ли ненависть, то ли злость исказила его лицо. Аденжурль цыкнул, поняв, что его шпага не достигла сердца Цурбуса.

– Цурбус! – послышался родной и дорогой крик Лорени, но на этот раз Бахму не собирался реагировать на посторонние шумы. Шпага Аденжурля скользнула назад, но Цурбус перехватил её ладонью, взмахнул своей шпагой, но не успел опустить. Послышался новый выстрел, а затем голос, знакомый и почти родной, но не такой дорогой, как голос Лорени.

– Капитан Таджи Аденжурль, именем Его Величества царя Волвара Великолепного предлагаю сложить оружие и сдаться. В противном случае, у нас есть право на ваше полное уничтожение.

Аденжурль скосил взгляд в сторону и посмотрел на худого, холёного и вполне приятного на внешность молодого человека. Тот держал в руках мушкет последней модели и был настроен решительно.

– Ты кто такой? – спросил хрипло Аденжурль.

– Данки Муар, князь Ле-Турфи, к вашим услугам. Но, капитан Аденжурль, не стоит тратить время на то, чтобы его запомнить.

Пират хрипло хмыкнул, вновь посмотрел на Цурбуса, который продолжал держать его шпагу, всё ещё вонзённую в плечо. Руку со своей шпагой Цурбус так и не опустил, оставив её занесённой над головой. И всё же Аденжурль сделал свой выпад. Он не хотел сдаваться, это было выше его достоинства. Как и не хотел умирать в какой-нибудь тюрьме или вздёрнутым на нок-рее. Волвар с такими, как Аденжурль, не церемонится. Он беспощаден к изгнанникам и отверженным, и совсем недавно он лишил Аденжурля своей милости, забрав кое-что очень важное и ценное.

Пират выдернул из плеча Цурбуса шпагу, Бахму захрипел сквозь стиснутые зубы от боли, но взмахнул шпагой в сторону, отступив, встав в стойку и приготовившись для очередного укола со стороны Аденжурля. Но Данки выстрелил первым. Картечь, угодив в руку, в которой капитан «Элибесты» держал шпагу, пробила кость выше запястья, и Аденжурль с криком боли выронил своё оружие. Вторая картечь угодила пирату в плечо и заставила его отступить на несколько шагов назад от Цурбуса. Третья пробила ногу, и Аденжурль упал в воду, хрипя от боли, пронзавшей всё его тело.

– Именем Его Величества Волвара Великолепного, – тихо, но с расстановкой проговорил Данки, подойдя к пирату. – Капитан Аденжурль, вы арестованы.

Цурбус, после этого зашатавшись, сам готов был повалиться в воду, но его подхватил Лорени, и они осели на планктон вместе, постанывая каждый от своей боли.

– Лекарь! – закричал Лорени, блуждая взглядом по окрестности. – Есть здесь лекарь?

– Есть, – кто-то крикнул в стороне, и от кладбища уже летел полненький мужичок, крепко держа пухленькой рукой саквояж.

А округа наполнялась людьми. Головорезов повязали ещё тогда, когда Данки представлялся Аденжурлю. И теперь на самого капитана надевали кандалы, безжалостно и грубо. Аденжурль был некогда первым помощником самого Джан Гура, сейчас же отверженный и отринутый самим царём. Данки, наблюдая за всем этим, перевёл взгляд на Цурбуса, на кричащего Лорени и, закинув мушкет на плечо, пошарил в кармане штанов в поисках пачки сигарет. Выудил её, прикурил. К тому моменту, уже и толстенький лекарь добежал до Цурбуса и Лорени, плюхнувшись с разбегу на коленки в воду.

– Всё хорошо, – бормотал Бахму. – Ты как? – он скользил ладонями по Иренди, выискивая раны, и к своему ужасу находил их.

– Только нога, а так ерунда, – отзывался Иренди, прижимая свою ладонь к ране на плече Цурбуса. – Чёрт, я так… Так…

– Всё хорошо. Я же говорю, всё хорошо, – шептал Цурбус, поглаживая Лорени костяшками пальцев по щекам и глядя на то, как он кусает губы, чтобы не заплакать.

– У меня чуть сердце не остановилось… – бормотал он, сглатывая ком горечи.

– Так, молодые люди, – плюхнулся рядом лекарь, в мгновение ока, расстегивая свой саквояжик. – Что тут у нас?

Он быстро надел на нос большие и уродливые очки и начал осматривать Цурбуса и Лорени, что-то бормоча себе под нос и шаря, не глядя, по карманчикам саквояжа. В ту же секунду появлялись тампоны, бинты, скляночки, бутылочки и тюбики, которые порхали в полных пальчиках лекаря с такой скоростью, с какой начали свою схватку Аденжурль и Цурбус.

Рубаха на плече Цурбуса в ту же минуту оказалась разорванной, как и жилет, в рану вылился один пузырёк, потом другой, потом воткнули большой тампон, потом тампон убрали, надавили странной, жёлто-зелёной мази, от которой защипало глаза. В следующее мгновение что-то зашипело, забурлило, Цурбус успел почувствовать жуткую боль, потом ему захотелось разодрать рану ногтями, потому что она зачесалась. Получил по руке шлепок, который ясно сказал, что этого делать не стоит. Потом снова большой тампон, и лекарь в ту же секунду переместился к ноге Лорени.

Иренди моргнуть не успел, а Цурбус в этот момент пытался сражаться со страшным зудом, может, поэтому и не заметил, но лекарь так же ловко разодрал с помощью скальпеля штанину Лорени, что-то прицыкнул, помотал головой.

– Айя-я-я-яй, – вздыхал лекарь и выливал один пузырёк за другим, потом промачивал рану тампоном, потом вонзил в неё какую-то палочку с намотанной ватой на конце, подёргал внутри раны. Лорени замычал от боли. В тот же момент палочка была отброшена в саквояжик, и сразу же было вылито ещё пару пузырьков на рану. Снова тампон, потом мазь и те же самые симптомы, что у Цурбуса, которому к этому моменту уже спокойно перевязывали рану.

Для сравнения – Данки успел выкурить чуть больше половины сигареты. Следивший за всем этим, Муар был несказанно сильно удивлён.

– Наш эскулап, – проговорил рядом оказавшийся капитан властей. – Хороший лекарь, но мы, – здесь он чуть понизил голос и присунулся ещё ближе к уху Данки. – Стараемся к нему за помощью не обращаться без особой надобности.

– Ничего, – улыбнулся Муар, вынул из кармана пепельницу и затушил в ней бычок. – Им полезно.

Случилось всё вот как: Хэнги и Юрую освободили из комнаты, где их запер Аденжурль, и пока они спускались вниз, адмирал объяснил администратору, что случилось и кто был его постояльцем несколько часов. Конечно же, администратор схватился за голову и быстро погнал одного из своих работников к властям. Иренди-старший не стал дожидаться военных, он пришёл к выводу, что на данный момент важнее всего была доставка принцессы Юрую в Мурашельши. Потому веруя в своего сына и в то, что он вернется живым и невредимым, адмирал и принцесса быстро направились на «Сирену Моря», где возле шлюпки их ждал Данки. Муар решил пока есть свободная минутка просто прогуляться по пирсу.

Иренди в двух словах рассказал Муар о случившемся, и Данки решил отправиться на поиски Лорени и Цурбуса, в компании с властями.

– Ты с ума сошёл? – тихо пробормотал адмирал, уже ступая в шлюпку.

– А вы предлагаете предстать перед взором Волвара без его посла? – просто парировал Данки.

– Ты прекрасно знаешь, что это не так.

– Тогда и вы, адмирал, знаете, что сейчас вернувшись на корабль, поднимете паруса и отправитесь в Мурашельши, а я отправлюсь с властями на поиски нашего капитана и посла. Когда найду их, попрошу корабль, и мы тут же отправимся следом за вами. Во всей этой истории должна быть трезвая голова и здравый рассудок. Предположения о том, что, быть может, Цурбус будет не в состоянии объяснить властям, кто он и с чем его едят, строить не будем. А о том, что капитан Иренди не уполномочен решать кое-какие вопросы и совершенно не в курсе происходящего, очевидно и опасно для нас с вами, царя Волвара и моего друга, лорда Джан Гура.

– Я считаю, князь прав, – отозвалась за спиной адмирала Юрую, и он обернулся к ней. – Только я хочу вас ещё кое о чём попросить. Мой корабль захвачен пиратами, он стоит на одном из причалов. «Княжна Моря». Пожалуйста, освободите их.

– Да, конечно, – слегка поклонился Данки и как всегда мило улыбнулся. Шутливо отсалютовав адмиралу, быстро направился в сторону участка. Ну, а потом не составило труда и корабль отыскать, и Аденжурля, потому что многие вспоминали бегущего на всех парах рыжеволосого молодого человека. Да, ещё заявление с плантации морских цветов пришло о рыжеволосом воре, мерзавце и тому подобное. Сеть властей в Ансэрит удивляла и поражала. Через несколько минут гудел весь порт, да и сами жители порта охотно способствовали поиску преступников.

Сейчас, глядя на эту полудохлую – у Данки просто других слов не было, как можно было описать то, что он видел – парочку, он понимал, что поступил верно. К тому же Волвар просил его проследить за Цурбусом ещё, чтобы быть уверенным, что парню точно не грозит опасность. Приказ царя он выполнил, но вот потрёпанный вид Бахму его слегка разочаровывал. Придётся подробно объяснять, почему он не поторопился спасти лорда Джан Гура.

А Лорени и Цурбус к тому времени уже были перебинтованы и действительно казались чуть живыми от врачевания толстенького лекаря. Но они крепко держали друг друга за руки, а Лорени так ещё и приобнимал Бахму, прижимая его к своей груди. Ну, прямо парочка голубков, которая не особо волновалась по поводу того, что вокруг сновали другие люди, да лекарь над ними сидел, как коршун.

Уже через три минуты подлетели дирижабли, куда капитан властей командовал отводить арестованных. Аденжурль был в полубессознательном состоянии, и его, взвалив на носилки, поволокли к летательному аппарату. Данки с каким-то безразличием смотрел на капитана «Элибесты», скорей всего смирившегося с тем, что его казнят, либо он сгниёт в тюрьме.

– Капитан, – позвал Данки усатого капитана властей, и тот быстро к нему подбежал. – Нам бы корабль или дирижабль для того, чтобы нагнать наш корабль.

– Сейчас будет, – отозвался мужчина, задирая голову вверх. – А вон он уже летит. Но знаете мне надо бы рапорт составить, опросить посла и капитана «Сирены Моря».

Пока летели до кладбища, Данки в двух словах объяснил капитану суть предстоящей работы и что случилось. Усатый дядька спросил только о деле, покивал и принялся раздавать приказы своим людям.

– Боюсь, что нам придется писать его уже на борту «Сирены Моря», мы не можем задерживаться, – проговорил Данки. – Если вы не против, мы досконально опишем случившееся, и я лично отправлю все на ваше имя и участок.

– Добро, – кивнул капитан.

– Только адрес оставьте, – проговорил Муар и отдал свой мушкет, который, кстати, он и позаимствовал у капитана.

– Ага, – снова кивнул мужчина, поковырялся в карманах, выудил старенький, потрёпанный блокнотик, маленький карандашик и, наслюнявив его, начал аккуратно выводить буквы. Данки, обратив на это внимание, внимательно проследил за действиями мужичка, нахмурился, а потом, пожав плечами, снова обратил свой взор на Цурбуса и Лорени.

Через двадцать минут, когда Лорени и Цурбус поднялись на борт дирижабля, поддерживая друг друга – за ними семенил лекарь, вызвавшись доставить до «Сирены Моря» раненых – Данки взошёл следом за ними, в последний момент взяв у капитана властей клочок бумажки с адресом участка. Махнув рукой и сказав очередное спасибо, он переступил порог дирижабля. Дверь закрылась, и через минуту летательный аппарат стал набирать высоту. Рассказав пилоту курс «Сирены Моря», Муар присел в удобное кресло в большой каюте и, прикрыв глаза, решил немного отдохнуть.

Всё происходило слишком быстро. Появление Данки, а перед этим выкрик Лорени. Цурбус был рад услышать голос Иренди, но отвлекаться от Аденжурля не мог. Потому близость Лорени и его горячий шёпот, дрожащие губы, голос, слёзы в глазах и радость от того, что всё закончилось, его радовала. Лорени был жив, хоть и ранен. Потом был безумный и беспощадный лекарь, который решил с ними лететь до «Сирены Моря». Потом дирижабль, просторная каюта, где они все и поместились. Цурбуса положили на мягкий диван, Лорени положили на другой диванчик, поменьше.

– У вас ноги короче, – объяснял лекарь, суетливо сминая подушки. – Значит, вам лежать здесь. Правда и этот диванчик небольшой, но для вашей раненой ноги в самый раз. Вытягивайте её и кладите на подлокотник.

Лорени следовал приказам лекаря, смущался из-за того, как тот отзывался о его росте, поглядывал на сидевшего на диване Цурбуса и мечтал остаться с ним наедине. Наедине в любом случае не получилось бы, потому что здесь был ещё Да-н-ки. Встретившись с Бахму глазами, Лорени ощутил прилив радости, что всё закончилось благополучно. Тот момент, когда он увидел пронзённого Цурбуса, он хотел бы не вспоминать и навсегда забыть. Действительно, в тот миг сердце Лорени остановилось, и на последнем придыхании он выкрикнул его имя. Это получилось так дико и громко, что Иренди сам же и испугался своего окрика. А потом поковылял вперёд, сжимая кулаки и точно зная, что растерзает Аденжурля на части. Когда Лорени делал уже следующий шаг, то Цурбус вдруг зашевелился, схватился за шпагу и замахнулся своей. А потом появились снова они – власти и Данки в придачу. Тоже, герой! Спаситель…