Текст книги "Море опалённое свободой (СИ)"

Автор книги: Dtxyj

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 50 страниц)

С Данки он столкнулся на лестнице, когда тот важно размахивая зонтом-тростью спускался, уже сменивший униформу на обычную одежду.

– Какие у нас завтра пары? – спросил с ходу Цурбус, понимая, что задерживать друга будет не вежливо.

– Мммм, – задумался Данки. – Фехтование, спорттренинг, кулачный бой, огнестрел и методы стратегии. Дополнительно навигация. Всё по две пары.

– Спасибо, – буркнул Цурбус, спускаясь с Данки по лестнице. Тот махнул рукой и, не оборачиваясь, пошёл к выходу.

Вернувшись в комнату и никого из «врагов» не встретив, Бахму открыл блокнот и сверился с тем, что списал с доски. Что и требовалось доказать. Расписание было подменено, Лорени так часто делал, чтобы столкнуть Цурбуса лбами с преподавателями. Но, увы, у Бахму был невидимый друг, в котором он никогда не сомневался. И ум, которым он умел рационально пользоваться. Правда, в случаях издевательства не всегда спасало это серое вещество.

Вырвав страницу с неправильным расписанием и скомкав листик, а потом, выбросив его в урну, Бахму занёс новые данные в строчки блокнотика. Потом вернулся к замоченной одежде, прикрыл окно, убрав набежавшую на подоконник дождевую воду. Взял пропахший личинками ракушек учебник по стратегии, принялся его листать, вспоминая некоторые моменты из азов. Так прошла остальная часть дня. Ночь не принесла никаких перемен…

*Боцман – старший унтер-офицер, ведающий судовыми работами.

**Канони́р – рядовой артиллерии, буквально пушкарь.

***Кок – судовой повар.

====== 2 глава Сладкий Ло ======

Лорени, сколько себя помнил, был извечно любимчиком не только своих родителей, но и окружающих его людей. Мама в нём души не чаяла. Отец, после её смерти, потакал всем капризам своего любимого ангелочка. Тётки сюсюкались с ним до сих пор, позволяя всё, даже алкоголь и групповой секс, предоставляя для него специальных «чистеньких» и очень красивых милашек. Шоршель был тем местом, где можно было окунуться в разврат и веселье, однако, и здесь нужно было быть осторожным. Лорени был совершеннолетним. Однако, пить и прозябать ночи напролёт в клубах сомнительного происхождения было, мягко говоря, не прилично. Особенно, если ты имеешь ТАКОГО отца.

Но Лорени в пик своей молодости и наглости, честно говоря, плевал на всякие там мелкие законы. Хотя, устав чтил и верил в него. Правда, верить становилось всё труднее и труднее, потому что рядом, вместе с ним, в одном заведении учился СЫН ПИРАТА!!!

Лорени ненавидел пиратов лютой ненавистью. Он готов был всех их уничтожить, может, поэтому и пошёл по стопам отца. Злость его была обоснована. Пираты бесчинствовали на просторах Великих Вод долгое время, и всё это время никто, даже мировой морской союз, не мог их успокоить. Потом в царстве Ансэрит случилось горе, умер их царь, и на смену ему пришёл его сын, пятилетний мальчишка. Лорени был тогда совсем крохой. Но эту историю знают все. И вроде пираты успокоились, смирились с безысходностью того, что ими управляет совсем ещё ребёнок. Однако, по истечению нескольких лет, один из пиратов поднял восстание, вышел в просторы Великих Вод, и снова корсары начали свои бесчинства. Так продолжалось несколько лет, а потом адмирал Иренди придумал очень опасный план, как угомонить морских разбойников. И действительно угомонил, убил самого опасного и бесчестного пирата Охура Джан Гура, стал героем и адмиралом. Потом через полгода дорос и до директора Академии.

Всё было прекрасно и хорошо. На семью Иренди сыпались золото и богатства. Правители одаривали отца драгоценными вещами. Но мама с каждым днём истаивала на глазах у маленького Лорени, как туман исчезает по утру. Она всегда была больной, а переживания за мужа оставили свой грубый и неизгладимый след на здоровье женщины. Через пять месяцев после окончания той страшной битвы, она умерла. Лорени тогда было восемь лет.

Вот и вся история ненависти юноши к пиратам. Они убили его мать. Не выстрелив и не проткнув её сердце рапирой. Они истерзали её душу и нервы по мужу, которого она каждый день и каждую бессонную ночь выглядывала в окна их дома и ждала. Лорени страдал очень сильно. Боль от потери любимой мамы сжигала его сознание ненавистью к корсарам, но поделать мальчишка ничего не мог. Тогда-то он решил пойти по стопам отца, хотя обещал маме этого не делать.

– Ах, милый, – всплеснула руками пухленькая, ярко накрашенная и слегка вульгарно одетая женщина, вырвав Лорени из воспоминаний. Тётка Моски, как всегда, была жизнерадостна, красива и немного уже стара. Что не говори, а годы брали своё. Женщине несколько месяцев назад стукнуло сорок шесть. Замужем никогда не была, хотя детей имела. Правда, они разлетелись кто куда, но уж точно не пошли в Морскую Академию, как сделал это Лорени.

Женщина стояла на пороге его комнаты в клубе «Шоколадная морячка». Здесь у юноши было, так сказать, укромное местечко. Комнатка была небольшая, но всяко просторнее тех, которые занимали девчонки. Это питейно-развлекательное заведение звалось гордо клубом, но на самом деле было обыкновенной таверной и борделем, где могли утолить свою жажду по алкоголю и женщинам простые моряки. Хотя, иногда захаживали сюда и капитаны с адмиралами. Но для них, как и для Лорени, была отдельная дверь.

– Привет, – отозвался юноша и, скинув сумку с плеча, стянул мокрый мундир. Кинул его небрежно на пол. Тётка тут же метнулась к одежде и, подобрав её, как-то трогательно и ласково посмотрела на своего племянника. Нравилось Лорени, что вокруг него прыгали на носочках.

– Мой сладкий, – ворковала тётка, развязывая галстук-бант и расстёгивая на мокрой рубахе пуговки. Иренди ей даже не пытался помочь. – Ну, надо было взять зонт, – ласково упрекала она его. – Ох, уж этот Хэнги, чёрт бы его побрал, вечно где-то прозябает, а мой сладкий котёночек мокнет под этим сраным дождём.

Голос Моски постоянно изменялся, пока она говорила сию тираду. А потом в проёме мелькнула тоненькая фигурка девушки, и тётка тут же обратила на неё внимание, кидая ей в руки мокрые вещи.

– Люи, приготовь горячую, травяную ванну и сестёр позови, – потом повернулась к Лорени, расстёгивая ему ремень. – Сейчас, мой сладкий, мои кошечки тебя обогреют, обласкают. Вылижут всего и спатушки уложат.

Люи после приказа хозяйки испарилась, штаны с Лорени были сняты, как впрочем, и трусы. Тётку юноша не стеснялся, там у него было всё в порядке. Как и её девочек, которые тут же ворвались в комнату, заворковали вокруг племянничка хозяйки и потом потянули в ванну.

– Ммм, Лооо, – протянула голубоглазая блондинка, намыливая ему, наверно, в сотый раз голову. После бурного принятия «оздоровительной» ванны, Лорени был в лёгкой дрёме. Так хотелось выйти из этого корыта, но сил не было. Раздал их на трёх соблазнительниц женского пола. – Ты всё равно маленький негодник.

– Это ещё почему? – тихо пробормотал Лорени, и по его левой руке скользнула перистая мочалка. Это вторая из сестёр мыла ему в сто пятый раз руку. Почему-то Иренди не возражал. Ему нравилось, когда его облизывали. Да. Именно так, облизывали.

– Потому что три дня не появлялся, – мурчала девушка, массируя ему голову. – Совсем забыл нас.

– Мугу, – муркнула третья, облизывая пальцы на его левой ноге и слегка покусывая их. При этом её пенистая мочалка в сто десятый раз намывала его ногу. – Забыл.

– Нельзя же так с нами, – вторила, мяукая, вторая девушка и вот, добравшись до плеча мочалкой, оставила ласковый след от поцелуя на его итак зацелованных щеках. – Мы тебя так любим…

– Ах, – вздохнула первая. – Страдаем…

– Мучаемся без тебя, – закончила вздохи третья. – Поросёночек, ты наш.

Потом опять было то, что было пять минут назад в течение часа. Потом уже Лорени ничего не мог поделать, кроме, как перевалиться через ванну. Девушки его отвели в комнату, уложили спать и легли рядом с ним, закутавшись в мягкие и вкусно пахнущие тёплые простыни. Иренди только блаженно выдохнул, притянул за талию первую, это была старшая из сестёр, Ильо. У неё грудь была большая и бёдра пошире. И сама она была слегка пышновата и очень аппетитна. Не такая тощая и плосковатая, как например, вторая – Ульви. Люи же была хоть и младшая, но сиськи имела средней величины и возможно через лет пять заимеет такую же грудь, как и старшая. Но Лорени было всё равно. Женщины и груди ему нравились всякие.

Утро встретило Лорени солнечными лучами и запахом булок с джемом. Быстро одевшись в свеженькую и вкусно пахнущую униформу, юноша позавтракал, нацеловался с сестрицами, чмокнул тётку в щёку и отправился в Академию. Сегодня день обещал быть веселым и хорошим. Сегодня он вдоволь настебётся над пиратским ублюдком, который последние четыре года ему спокойно жить не давал.

Не то, чтобы Иренди нравилось издеваться над Цурбусом. Ему это было противно, но ещё противнее было учиться в одной группе и в Академии с этим человеком. Бахму Джан Гур был настоящей катастрофой и головной болью Лорени. Что только юноша не делал, чтобы эта мразь исчезла из его поля зрения. От мелких пакостей, типа ведра говна на его голову, до настоящих издевательств в роли преподов, которые ему не просто занижали оценки, а ещё и измывались над ним. Несколько раз Лорени его избивал с друзьями. Потом чуть не отрезал ему член, но тут, правда, Цурбус оказался проворным. Раскидал толпу и смылся в море. Пираты плавали лучше, чем остальные люди этого мира, но Лорени в это не верил. Хотя, тогда он нырнул глубоко, а потом его след простыл. А как-то разрисовали его вонючими красками из китового жира.

И вот, оказавшись в империи Юйвхве – Лорени любил иногда посещать маленькие, малоизвестные страны – он натолкнулся на настоящий клад. Узнав то, что Цурбус гей, Иренди чуть не прыгал от радости до самого неба. Тогда, конечно, он подло сбежал. Надо было наподдать вонючему пиратскому гомику, но он был в чужой стране, тем более в той, которая гомосятине потворствовала. А значит, избей он Цурбуса, и его запихнули бы за решётку. Этого он не желал, потому и сбежал. В голове тут же родился план мести.

Пай-милашку он нашел сразу же. На втором курсе учился один засранец, который на самом деле был не пай, а настоящим исчадием ада. Наверно за свой жестокий норов и отправил его папашка подальше от родной земельки в Морскую Академию. Может потому, что он встревал и по мужикам тоже? Правда, упрекни его в этом, и он тебе тут же кровь пустит, и сделает это тихо и незаметно, даже никто и не скажет, что это был он. Договорившись с Яфси за хорошие отметочки, потому что парень учился не ахти, Лорени разработал такой план, от которого сам был в неописуемом восторге. Уверенный, что это сработает он быстрыми шагами начал продвигаться к его осуществлению, не забывая при этом и о мелких пакостях.

И вот вчера осуществление плана началось, но какие-то придурки прокололись своими детскими хихиканьями. Но Лорени не слишком злился, Яфси был из тех, кто делает своё дело чётко и до конца. Осталось только за малым, наблюдать со стороны и в момент, когда мальчишка окажется в одной постели с этим ублюдком, сфоткать, а ещё лучше вызвать полицию, чтобы она констатировала факт изнасилования. И прощай, Цурбус, тебя ждёт виселица, ну или тюрьма!!!

Выйдя из клуба ровно в половину восьмого, Лорени быстро пошёл по направлению к Академии и уже через пятнадцать минут был у её ворот. Его тут же облепили подхалимы, которых Иренди искренне считал друзьями и этим он тоже гордился, думая, как о своих заслугах. Через пять минут он вошёл в само здание, а ещё через пять, оказался в раздевалке тренировочной комнаты для фехтования.

Как и ожидалось, Цурбус был в раздевалке. Как раз стягивал со своего худого тела рубашку. В довольно просторной комнате стоял отвратительный запах тухлой рыбы. Его принёс Цурбус. Как он не пытался отмочить свою униформу в дорогих средствах для стирки, ничего не получилось. Хотя, всё же запах был уже не такой стойкий и противный.

Лорени не слишком удивился тому, что Бахму пришёл на первое занятие по фехтованию. Увы, у Цурбуса был невидимый друг, который был видим только Лорени и самому Бахму. Несколько раз он пытался перетащить Данки на свою сторону, но тот упорно и даже как-то легко стоял на своём мнении и месте. Против Данки Иренди ничего не имел, однако, его невидимая дружба с Бахму изрядно раздражала юношу.

Короче, подделочное расписание не помогло. Бесило, но не настолько, чтобы биться с пеной у рта о косяк двери. Вместо этого, достав из сумки кусок морской глины, Лорени бросил её в сторону Цурбуса и точно попал тому в голову. Глина, противно воняя, растеклась по красивым, чёрным волосам Бахму. На мгновение Цурбус замер, потом быстро стянул штаны и, схватив полотенце, направился в душевую. А в душевую дверь неожиданно оказалась закрытой. Недолго думая, Цурбус вернулся назад на своё место. По дороге он стянул красную ленту с волос и принялся вытирать их сухим полотенцем. Многие залюбовались этим шикарным полотном из волос. Иренди это взбесило, но на пустые слова времени не было. Через минуту должен был начаться урок.

Цурбус стоял первым в шеренге. Был он выше всех на потоке – метр восемьдесят пять. Что будет с ним через год? Но за два месяца каникул Бахму подтянулся ровно на пять сантиметров. Лорени оказался в середине строя, чему оказался недоволен. Иренди считал, что должен быть лучше Цурбуса во всём. А уж высоким и офигенным красавчиком он хотел быть. Очень сильно хотел!!!

Сам же Лорени не был уродом и отталкивающей моськи не имел. Волосы были огненно-рыжими, за два месяца каникул слегка отросли. Лоб – невысоким, но и не низким. Глаза зелёные, большие, обрамлённые длинными, рыжеватыми ресницами. Уродские веснушки. Нос был нормальным, пацанячим. А вот губы какие-то припухлые, но не толстые! Однако, когда Лорени дулся, они становились, как вареники! О, как же это всё бесило! Ну, и был ещё у него комплекс неполноценности, правда, знала о нём только Моски. Своё отражение он ненавидел, однако, всегда уверял окружающих, что он «обалденный красавчик»! На удивление с ним соглашались, и где-то в глубине души Иренди вдруг стал думать, что он действительно красив. Но когда рядом оказывался пиратский ублюдок… Ааааа!!!

Фехтование прошло легко и без инцидентов. Молодой преподаватель был мягок, но в меру строг. Гонял по полной, кривил носом, когда подходил ближе к Цурбусу. Разбив потом поток на группы, в которых они состояли, он бросил остальных на самоподготовку и полностью посвятил вторую пару первой группе.

Напарником у Цурбуса по фехтованию оказался парень, который стоял рядом с ним в шеренге. То есть второй по росту. Он нервно оглядывался, чтобы сбежать от вонючего пиратского ублюдка, который к тому же являлся геем. И тут ему неожиданно помогли. Новенький, который был на полголовы ниже Цурбуса, пригласил сына пирата на спарринг. И Бахму не стал отказываться.

Лорени краем глаза следил за действиями Цурбуса. Как впрочем, и многие другие. Лорени точно знал, что Бахму не был слабаком. За четыре года он за ним наблюдал практически неотрывно. И приходил постоянно к выводам, которые не слишком его радовали. Раздражали.

Однако, новенький был им ещё не известен. От спарринга пиратского ублюдка и Волдина отвлек препод, который хлопнул в ладоши, и юноша углубился в своего партнёра. На удивление им оказался Данки. Спокойный вид, иногда с толикой лени и раздражения. Равнодушный к фехтованию. Предпочитал иметь оружие – мозг. Им он пользовался не плохо, но Лорени уже знал, что капитаном в их группе будет он, сын адмирала и директора. Но сделать помощником Данки, была неплохая идея. Вполне возможно, Муар перепрыгнет на сторону Лорени.

Урок по фехтованию закончился быстро. Лорени полностью был поглощен своим противником. Данки хоть и был слабее него, но отпор давал. Зачастую просто уклонялся от ударов, неотрывно смотрел в глаза Иренди, потом на руки его и на ноги. У Лорени сложилось такое впечатление, что Муар читал его, как открытую книгу. За годы учёбы, Иренди лишь несколько раз был в паре с Данки, и это было на первом курсе. Потом он постоянно был оппонентом Бахму, потому что с пиратским ублюдком никто не хотел становиться в пару. И вот, после трёх лет, они снова были противниками. Лорени понял – Данки не простой человек.

Душевую открыл один из подхалимов Лорени. Он же её и закрыл, когда Цурбус вошёл в раздевалку, а через пять минут вошёл Иренди и кинул в Бахму вонючую грязь. Тот ещё жук. Но Цурбус к всеобщему удивлению в ванную не пошёл. Он переоделся, взял свои вещи и вышел. На уме Бахму было одно: «Буду вонять, и пусть эти гондоны нюхают и задыхаются от своего же тупизма».

День шёл в своём русле, и Лорени изредка стебался над Бахму и ему вторили сотни глоток. На стратегии, когда Цурбус почти опоздал, так как его закрыли мастерски в туалете, весть поток, четыреста семьдесят глоток, исключая одиннадцать человек, среди которых был Данки, новенький и сам Бахму, загорланили: «Пидрила – смазкой надрочило». Логики в этой крикульке не было, но Цурбус, сделав морду кирпичом, прошёл к своему месту у окна на пятой ступени. Сел, вынул из сумки тетрадь и тут же стал получать приветы в виде бутылёчков со смазкой.

Один из таких бутыльков ему подложили в сумку, в тот момент, когда он смотрел в окно. Как извернулись, Бахму и не понял, сумка-то была закрыта, но, придя в комнату, он обнаружил синий бутылёк с кричащей этикеткой. Внизу под надписью была приписка: «Качественный возбудитель». Приплыли, если не стоит, воспользуйся и ночь блаженства тебе обеспечена. Бахму сначала хотел выкинуть его в мусорку, а потом подумал: «Бутылка явно не из дешёвых, пусть побудет». Остался год. Да, и этот год он будет не полностью проводить на территории Шоршель или кораблях, принадлежащих Академии. Сойдёт в каком-нибудь порту, найдёт себе парня…

Лорени возвращался в общежитие, решив, что сегодня не пойдёт к тётке и домой, когда рядом мелькнула фигурка. Тоненькая, маленькая, с копной золотистых волос.

– Привет, Ло, – сказал просто Яфси, пристраиваясь к легко идущему Иренди.

– Ты чего светишься? – тут же спросил юноша, быстро оглядевшись. – И где тебя весь день призраки носили?

– Мне по математике влепили двояк, – не отвечая на вопрос Иренди, в тон ему, ответил Яфси. – Знаешь ли, после нашего договора, это как-то не совсем радует.

– А ты чего хотел? – пожал плечами Лорени. Даже не думая останавливаться. Здание общежития уже показалось. – Что сделал ты, чтобы получить оценку выше? Только столкнулся с ним в коридоре и похлопал перед ним своими глазищами.

– Если бы не твои полудурки, – гневно зарычал тот, – я уже бы его затащил в кровать. Твои деграданты и жополизы испортили мой спектакль, и ты скажи спасибо, что я хоть не порвал на кусочки каждого из них. И не подложил эти кусочки тебе в кроватку.

Лорени остановился, трёх метров не дойдя до общежития. Он был выше Яфси, это бесспорно, однако злость паренька делала его наравне с Иренди.

– Не трогай моих друзей, иначе, сам будешь кровью захлёбываться. Я не угрожаю, но со мной тоже шутки плохи. Когда ты разведёшь этого сраного ублюдка на трах, тогда и подходи ко мне. У нас с тобой был договор такой и никакого больше. Хочешь слететь, тогда давай решим этот вопрос сейчас.

– Какой ты смелый, Лорени, – шипел в ответ Яфси, стреляя гневно глазами. – Хочешь рискнуть здоровьем – рискни, но не стоит переходить мне дорогу. Я сделку не отменю, но и ты позаботься о том, чтобы мне было комфортно.

На минуту воцарилась тишина. Яфси дал Иренди время пораскинуть мозгами, и только после того, как он кивнул, паренёк направился в сторону общежития. Лорени скривился, идти в здание с этим сопляком не хотелось. Лучше минут пять подышать воздухом…

– И, кстати, Ло, – обернулся к юноше Яфси, уже открывая дверь. – Ты ошибаешься, в отличие от Бахму, у тебя вообще нет друзей.

Как ни странно, а его слова засели в голове Иренди прочно. Войдя в свою комнату, он, присев в кресло, стоящее у окна, час потратил на то, чтобы понять, что имел в виду Яфси. «Нет друзей»? Как это? У него вон целая Академия дружбанов. Начиная от двенадцати лет и заканчивая двадцатью. Начиная от преподов и заканчивая капитанами кораблей морского содружества. А этот засранец говорит, что у Лорени нет друзей?!

Стук в дверь оборвал мысли юноши. На пороге стояла девушка лет шестнадцати. Кажется, она училась на втором курсе. В руках она держала ведёрко, в нём поблескивала странная субстанция. А, вот и друг. Лорени, конечно, не помнил её имени, но он зал, зачем она пришла и что принесла. Новые литры коровьего говна. Надо окончательно утопить этого ублюдка в вони. Хмыкнув, Иренди вышел из своей комнаты и тут же столкнулся с ещё несколькими ребятами. Обменявшись приветствиями, они пошли в другое крыло.

У него есть друзья. И их много. А есть ли они у Бахму? Нет, нету. Яфси ошибся, либо просто захотел разозлить Иренди. Но Лорени не собирался вестись на этот трюк, он был достаточно взрослым, чтобы понимать многие вещи из жизни.

Да, так думал Лорени. И был абсолютно не прав.

====== 3 глава Блан “Б” ======

Галеон* «Сфера», многопалубное и многомачтовое судно, грузно оторвалось от пирса Шоршель и, набирая ход, устремился в море. Поблескивая в лучах закатного солнца своими окрашенными в позолоту бортами, он взял курс на восток. «Сфера» не был создан для дальних путешествий. Он не был создан для перевозки каких-либо вещей. Его создали специально для переговоров, деловых встреч, балов и парламентского часа, которые в основном проходили при закрытых дверях и в вечернее время, плавно перетекающее в ночное. Вот и сейчас, приняв на борт всех, кто должен был присутствовать на парламентском часе мирового сообщества, галеон плавно уходил в море. Он отойдёт на несколько миль от порта и будет кружить вокруг него, пока не закончится эта глобальная встреча.

Хэнги Иренди осмотрел себя критически в большое зеркало и тут же перевёл взгляд на вошедшую в огромную комнату женщину. Глядя на неё украдкой, он поправил итак великолепно завязанный бант-галстук, потом одёрнул манжет кителя, когда в комнату вошёл какой-то старикашка. Потом отмахнулся от официанта, который предложил ему бокал шампанского, и снова посмотрел на своё отражение. Идти на эту встречу, адмирал не хотел. Но именно потому, что он адмирал, он должен был присутствовать на парламентском часе.

Парламентский час мирового сообщества всегда протекал медленно, лениво, скучно и надменно. А всё потому, что восседали за круглым столом пятьдесят представителей двадцати пяти стран с титулами и регалиями, завоёванными не на морских боевых аренах. Таких, как адмирал Иренди, было очень мало, и то, лишь те, которые приглашались дополнительно на встречи. Хэнги был именно таким. В состав мирового сообщества он не входил, а вот специалистом и консультантом был. А ещё он был стратегом, что его слегка напрягало. Потому как тактик он, если честно, был не очень хороший.

Нет, тот план, который уничтожил огромное количество пиратов и их лидера Джан Гура, он придумал сам. Быть собакой мирового сообщества Иренди не желал, понимал, что рано иди поздно он из героя превратится в преступника, но, всё же, шёл на поводу у царственных особ из-за сына. Он очень сильно любил Лорени и не мог позволить тому прозябать в нищете, и готов был делать для его благополучия всё, даже продать дьяволу душу. Что собственно, Хэнги чувствовал, сегодня и произойдёт.

Глашатай громко объявил о начале парламентского часа, попросил присутствующих в большой комнате, где находился адмирал, занять свои места. И Хэнги поплёлся в другую, более просторную, комнату. Идя, словно на экзекуцию, он переступил порог и оказался в залитом ярким, золотистым светом зале, в центре которого стоял круглый стол. Пройдя полукруг, он оказался рядом с двумя стульями с высокими спинками с символикой Джиншеппе и, положив ладони на эфес сабли, замер, как изваяние. Через минуту подошли две дамы и сели на стулья, сухо поприветствовав Иренди. Две старые, еле передвигающиеся, женщины были вершиной славного дворянства королевства Джиншеппе и состояли в мировом сообществе, гордо об этом говоря каждому. По мнению Иренди, которого, конечно, никто не спрашивал, не так уж и важно сидеть за этим столом, скучно переговариваясь о делах насущных.

Вошёл главенствующий лорд, и все притихли, как только этот старик уселся на своё место. Вообще, среди присутствующих в этом зале, кто восседал за столом, молодых не было. Уважаемые старцы, которым давно уже было за шестьдесят. И именно они были представителями власти и считали себя, чуть ли не королями. В воздухе запахло тщеславием и надменностью, от которой слегка затошнило. Хэнги не ненавидел это сообщество, но он знал насколько оно влиятельно и сильно, невзирая на то, что состояло сплошь из стариков.

– Итак, начнём наше совещание, – протянул дрожащим, старческим голосом старикашка. Он тут же слегка повернул голову в сторону, и замерший за его спиной уже не молодой, но и не такой уж старый мужчина заговорил.

Полчаса Иренди сражался с наплывами сна. Моргал глазами, смотрел в окно, считал летающих рыб, всплывающих в его сознании. Потом с трудом давил зевки и мечтал о том, чтобы это сообщество, наконец, закончилось.

– И более насущная проблема, – проговорил всё тот же мужчина, которому главенствующий лорд дал право слова. Его звали Фельп Буу, князь У Мень-хул. И по должности он был советник главенствующего лорда. – Пираты. Прошло восемь лет с войны с Джан Гуром и настало время действовать. План по уничтожению царства Ансэрит был утверждён ещё пять лет назад, и медленными шажками мы продвигались к его осуществлению. Сейчас настало время более плотно приблизиться к этой волнующей нас теме.

– Адмирал Куку, – заскрипела миледи Вланда, одна из старух королевства Джиншеппе. – Прошу, говорите.

Вот и сон, как рукой, сняло. Как ни странно Иренди всё же надеялся, что сообщество уймётся со временем. Забудет про пиратов, которые после войны с Джан Гуром совсем притихли. Но не тут-то было. Хэнги немного растопырил ушки.

– План, проработанный нами пять лет назад, – заговорил седовласый мужчина. – Успешно продвигается к своему завершению.

– Это приятная новость, и, всё же, у нас появились некоторые неприятности, – проговорил Фельп Буу. – Наши агенты доложили, что несколько месяцев назад Волвар Великолепный исчез. Его не убили, он не покончил жизнь самоубийством. Просто однажды отправился по каким-то государственным делам и исчез. Где он, не знает даже Мама.

– Удивительно, – пробормотал Куку, с ним удивился и Хэнги, но и рта не раскрыл.

– Это очень насторожило нас. Более того, всё чаще приходили от наших агентов сообщения, что Волвар собирает под своим крылом пиратские остатки от войны с Джан Гуром. Он принимает под своё крыло изгнанных и вновь берёт с них клятву.

– Поэтому мы решили осуществить план «Б», – продолжил старик, и здесь Хэнги удивился ещё сильнее. Значит, были ещё планы? – Мы не собираемся менять тот, что был изначально, просто решили слегка его доработать. Заручиться поддержкой и каналами связи. Поскольку Волвар исчез, и у нас есть предположения, что он отправился в Мёртвые зоны, мы решили взять в союзники наркобаронов.

– Нарко… – Хэнги не вытерпел и открыл свой рот. Вернее, так получилось. Он был в шоке. Уж такого поворота событий адмирал никак не ожидал. Его вдруг осенило, что это сообщество сошло с ума!

– Не стоит так удивляться, – поднял руку князь. – Это только на момент уничтожения Ансэрит, не более.

Иренди хотел сказать слово против, но промолчал, вовремя прикусив язык. Спорить и высказывать своё мнение, здесь было запрещено. Но в такие моменты Хэнги всегда вспоминал, почему он здесь. Ради кого он здесь.

– Для вас будет большая работа, адмирал Иренди, – обратился к нему старик. – Мы посовещались и решили возложить на вас обязанности парламентёра.

Посовещались? Парламентёра? А спросить самого Иренди никто не додумался?

– Не знаю, смогу ли я оправдать столь ответственный шаг, господин Буу, – проговорил Хэнги, стараясь скрыть своё волнение и недовольство. Вот теперь он точно убедился в том, что это сообщество безумно.

– Иренди, – проскрипела Вланда. – С этим вы точно справитесь.

Конечно! Справится. Как и многие здесь присутствующие. Вот только они из благородных и знатных семей, а Хэнги простой дворянчик, можно сказать, нищета, который сумел выбраться из бедноты только с помощью своих сил, своих возможностей и своего упорства. Короче, Хэнги в очередной раз понял, что в этом стойбище, он «козёл отпущения». После такого от него точно захотят избавиться. Свидетель такого позора им не нужен.

Заскрипела вторая старуха, но её адмирал не слушал. Потом вступил ещё кто-то, обещал, кажется, много богатства и титул. Иренди быстро соображал. Мысли вскипали в голове волной, в душе клубились в чёрном водовороте эмоции. Он давно понял, что план об уничтожении царства Ансэрит не сулит ему ничего хорошего. Его заставили вступить в это дерьмо, и, если честно, для такой всё-таки мелкой сошки, как он, этот путь будет вести к неизбежному концу. А если ещё отправят его к наркобаронам, то после такого точно пристрелят.

«Успокойся, Хэнги, – думал Иренди. – Не пори горячку. Соглашайся. Там что-нибудь придумаешь».

– Мы подготовили письмо, – вновь заговорил Буу. – Вы должны будете отвезти его им. Адмирал Иренди, именно на вас мы возложили эту миссию.

Полтора часа ада закончились, и Иренди не стал оставаться на светский раут, сославшись на то, что дурно себя чувствует. Однако подарок от одной из старух пришлось взять и, конечно же, выпить с ней бокал шампанского в знак признательности. Но как только этот бокал опустел, Иренди пулей вылетел из комнаты.

Его тошнило. Его злило. Его трясло. Он вышел на палубу, закурил и метнулся к верёвочной лестнице. За бортом, прикреплённая к кораблю, болталась шлюпка. Хэнги вдохнул побольше вечернего воздуха, посмотрел назад, на залитые светом окна, потом перемахнул через перила и быстро спустился в судёнышко. До форта он догрёб сам, а когда осталось несколько метров до пирса, опустил вёсла на дно шлюпки и лёг рядом с ними, устремив взор на тёмное небо. Как быстро стемнело?

Оказавшись на палубе Шоршель, он тут же отказался от сопровождения, вдруг вынырнувшее, откуда ни возьмись, и, снова закурив, побрёл к дому. Однако, пройдясь несколько метров, замер. Дома сейчас никого. Он пустой, вот уже несколько лет. Лорени, либо в общежитии, либо у Моски, а любимая жена несколько лет назад отдала богу душу. Как Хэнги её любил, просто не описать словами. Он носил её на руках, целовал ей ноги, утопал в её синих глазах и любил такой любовью, которой нельзя вообще любить. Что было бы с ним, после её смерти, если бы она не оставила маленькое чудо, родившееся от их совместного брака, Иренди не знал. Лорени стал центром вселенной, целым миром, и теперь только для него он жил. Потому никак не мог позволить себе умереть сейчас и никак не мог позволить остаться сыну в нищете. Нужно было срочно думать о дальнейших действиях, не ставя под угрозу план сообщества и одновременно не ставя под угрозу жизнь Лорени.