Текст книги "Море опалённое свободой (СИ)"

Автор книги: Dtxyj

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 50 страниц)

Тем временем, на приветствие адмирала, Аденжурль ухмыльнулся, сделал ещё один шаг вперёд и прожёг, стоявшего на коленях, Хэнги взглядом полным ненависти.

– Года идут, время нас старит, – заговорил он. – А вот память, как чистый лист, свежа и невинна. Всё вытянет из закоулков сознания.

Иренди-старший ничего не ответил на это высказывание. Только сильнее нахмурил свои брови.

– Давайте по существу, капитан, – отозвался Хэнги. – Чего вы хотите? Ваша ставка и ваш расчет?

– О, – вскинул брови Аденжурль, удивившись. – Всегда уважал вашу манеру не лить воду, а говорить только по существу. Но, вынужден вас огорчить, адмирал Иренди, мы просто попали в шторм, и нас выбросило на Светлый путь.

– К… Как? – даже как-то стушевался Хэнги. Что за чушь? – Вы хотите сказать, что рыбачили в океане, не зная, кого поймаете?

– Да, – кивнул пират. – Нас знатно потрепало, мы кинули якорь, кое-что подлатали. Выставили приманку, чтобы патрули не обнаружили в нас пиратов. А тут раз, и вы на горизонте. Как же не поживиться знатной добычей? Хотя, сначала мы не знали, кто плывёт на этом корабле. Но флаг вашей Академии заметили сразу.

«Вот говно», – подумали в одно и то же мгновение Лорени и Хэнги. Конечно, говно, словно бы ответил им на мысли взгляд Аденжурля. Так вляпаться мог только кадет пятого курса, но вовсе не морской офицер, прошедший сотни боёв.

– Вы не имели права на нас нападать, – вдруг взъярился Лорени, слегка подавшись вперёд. На его плечо тут же легла чья-то ступня, обутая в тяжёлый сапог. – Мы Академия Королевы Вуулла, кадеты, и состоим на практике…

Лорд внезапно сел на корточки, внимательно всмотрелся в лицо Лорени, приблизив своё очень близко. Юноша отстранился назад, но нога, стоявшая на плече, сильнее нажала на него, и Лорени пришлось, чуть ли не носом, столкнуться с капитаном пиратов.

– Кто таков? – спросил Аденжурль, ясно видя золотистую перевязь, что пересекала грудь Лорени.

– Капитан первой группы Лорени Иренди, – отчеканил Ло, а потом подумал, с чего это он так рьяно отчитывается перед этим пиратишкой?

– Ого, – снова удивился Аденжурль, и многие пираты зароптали, пряча свой смех в оскалах. – Ваш сын, адмирал?

Хэнги посмотрел в сторону пирата и кивнул. Его взгляд красноречиво сказал, что делать плохо Лорени не стоит. Капитан пиратов хмыкнул в очередной раз, потом снова посмотрел на Ло. Протянул руку, коснулся подбородка Иренди-младшего своими пальцами, сжал его. Лорени захотел вырваться, но ничего у него не получилось. Рука резко отпустила подбородок, пальцы скользнули по скуле, словно невзначай по губам и легли на щеку. Лорени заморгал часто, не понимая с чего вдруг такая ласка. А потом, когда до него дошло…

– Милый юноша, – довольно протянул пират, сверкая глазами.

– Ты, пидор уродливый, не трогай меня своими грязными руками! – загорланил Лорени, и в ответ послышался лишь гогот пиратов.

– Да неужели, – оскалился в звериной усмешке Аденжурль, вновь схватил его за подбородок и резко притянул к себе ещё ближе. Он хотел уже было присосаться к его губам, и Лорени это почувствовал. Хэнги открыл рот, чтобы остановить попытку пирата, но со стороны белого галеона послышалась странная возня, бормотание. Аденжурль, не отпуская подбородка парня, обернулся в сторону «Северного ветра». Туда же посмотрели Хэнги и Лорени, который делал попытки вырвать свой подбородок из цепких пальцев пирата.

Цокая каблуками своих сапожек, принцесса ловко спрыгнула с парапета на палубу, отряхнула с белоснежной, пышной юбки, расшитой рюшами и оборками, невидимую пыль, а может грязь. Посмотрела на спрыгнувших по обе руки пиратов и, поджав губы, устремила свой взгляд на открывшего рот в недоумении Аденжурля. Кажется, при виде Юрую он забыл и об адмирале, и о Лорени.

Принцесса была молодой, но не юной особой, однако, одевалась Юрую, как заправская школьница. До колен куполообразные юбочки, блузы с высоким воротом, затянутым на шнуровку или застёгнутые на пуговки. Рукава-фонарики, гольфы, туфельки на небольшом каблучке, либо сапожки. В длинных волосах обязательно ленточки. Кудри, либо косички. Фигура у Юрую была слегка полновата, однако все её оборки и рюши скрадывали лишний жирочик. На лицо Юрую была симпатичной, и, кажется, что полнота ей даже шла.

– Доброй ночи, лорд Павиосто, – холодным тоном отозвалась молодая женщина.

– Даа, – ещё не совсем придя в себя, протянул капитан пиратов. Потом бросил Лорени, встал и сделал шаг навстречу замершей принцессы. Через перила уже перекидывали трясущихся вельмож из её свиты. – Моё почтение, принцесса Юрую.

Лорд поклонился, сделав поклон до груди. Голос у него был весьма дружелюбным. И в тот момент, когда он разогнулся, встав прямо, море вокруг кораблей засветилось холодным, белым светом. С каждой минутой этот свет набирал большую яркость, и вот уже через некоторое время, оно стало казаться ярче диска луны и чуть бледнее солнца. Над морем или, скорей всего, в самом море наступил день.

– Никогда бы не подумал, что случайность может быть настолько денежной, – пробормотал Аденжурль, однако, при собственных словах нахмурился. Да, случайности не происходят сами по себе. Более того, удачи обычно имеют плачевные последствия. Аденжурль привык сам выбирать себе и случайность, и удачу. – Неплохой выкуп мы потребуем с вашего папеньки, моя дорогая принцесса.

– Тогда, если я такая удачливая, то могу требовать условия своего пребывания в вашем «доме», лорд?

– Слушаю, – слегка нахмурил брови пират и сделал несколько шагов к Юрую.

– Отпустить всех кадетов и матросов, которых вы захватили в плен, – требовательно и слегка высокопарно произнесла Юрую.

– Хмм, – наигранно протянул Аденжурль и оказался в шаге от молодой женщины. Она нисколько его не испугалась, лишь более вызывающе вскинула подбородок. – Какое интересное требование. Но, боюсь, моя дорогая, оно неосуществимо. Хотя, если вы мне предоставите кое-какие услуги личного характера…

И он, обхватив Юрую за талию, притянул резко к себе. Надо отдать должное, принцесса и в этот раз не испугалась, лишь вскинула тонкие, изящные бровки вверх.

– Мы втроём, вы, я и вон тот миленький паренёк, хорошо проведём времечко, пока твой папочка будет перекидывать миллиончики на мой счёт…

– Капитан, – заголосили с марса. – Корабль на горизонте!

Аденжурль нахмурился, отпустил принцессу и посмотрел наверх. По пустякам его никогда не беспокоили и не прерывали – это в его команде знали наизусть. Потому, корабль этот был действительно важным. Или по крайней мере просто был. А всё потому, что они заплыли далековато от морей, где разбойничали пираты, бросив якорь там, где им желательно не показываться.

Вынув из кармана трубу, Аденжурль раздвинул сегменты, прошёлся на квартердек и, приложив её к одному глазу, всмотрелся вдаль. Корабль был виден, чей он и что творилось на судне, можно было разобрать с трудом. Флагов видно не было. Вполне возможно, что это был патрульный корабль. Отсюда хоть и плохо, но прослеживалось то, что корабль побывал то ли в битве, то ли прошёл через шторм. Хоть море и излучало лучи света и казалось не морем, а пустым пространством, из-за чего складывалось такое ощущение, что корабль плывёт по воздуху, но что-либо разглядеть, пока что, было трудно. Отняв трубу от лица, Аденжурль постучал ею о ладонь, размышляя, а потом всё же повернулся к замершей на палубе команде.

– Отсоединиться от галеона. Погружение через семь минут.

Ответом было с десяток дружных глоток, потом суета. Никакого лишнего звука, никаких лишних действий. Всё чётко и слажено. Одни обрубали и отсоединяли абордажные крюки, другие кинулись на нижние палубы.

– Ну, что ж, – посмотрел пират сверху квартердека на палубу и оскалился. – Второй бой нам не нужен. Думаю, если мы тихонько уйдём, никто на нас в обиде не будет. Вас придётся взять с собой…

– Трус! – выкрикнул Лорени, перебив капитана. – Сражайся, трус, или ты боишься, что кто-то окажется сильнее тебя!?

Аденжурль вытянул пистолет из кобуры, которая болталась на ремне за спиной пирата под камзолом, быстрее, чем прошла секунда. Он выстрелил, и картечь прошла в миллиметре от лица Лорени.

– Глупец, – сказал мужчина с высоты квартердека. – Ни один хороший и здравомыслящий капитан, везя на своём борту столь ценный груз, не позволит свернуть с курса, даже, если кто-то тонет и орёт о помощи благим ругательством. Думаю, – Аденжурль положил ствол мушкетона* на плечо. – С таким показателем тебе хороший диплом не светит. Или за тебя всё сделает папочка?

– Капитан, – крича, вылетел на верхнюю палубу пират, так резко и неожиданно, что Лорени вздрогнул. – Кто-то привязал нас к галеону когтистыми гарпунами через пушечную палубу!

Три секунды Аденжурль перемалывал новость, потом выругался про себя. Как же он мог такое проворонить!?

– Хороший ход, адмирал Иренди, – в том, что это дело рук Хэнги, пират не сомневался. Вот только зачем он это сделал? Надеялся на корабль патрульных? Или они плыли в связке, да просто второй приотстал? Ладно, чёрт с ним. – Отсоединяйте, быстро!

– Уже делаем, но тут такое дело, – замялся пират.

– Ну, чего там?

– Кошки слишком прочно сидят в дереве, их достать будет очень сложно… Вернее, времени много займёт.

Аденжурль помрачнел, кинул взгляд на стоявшего на коленях Иренди-старшего, сунул пистолет в кобуру и снова посмотрел в трубу. Корабль стал виден отчётливее. Сейчас точно можно было рассмотреть порванные паруса, поломанную мачту, и то, что он кренился на один бок. На верхней палубе лежало несколько накрытых белоснежной тканью тел, скорей всего потери. Кто-то стоял и молился над ними. Аденжурль щёлкнул по краю линзы, и она вдруг стала выпуклой. Он схватился второй рукой за трубу и всмотрелся в человека, стоявшего у накрытых тел, с молитвенными руками. На предплечье красовалась золотистая перевязь капитана, намотанная так, словно бинт. Картинка стала отчётливее и ближе, но не настолько, чтобы узнать по профилю человека. Однако в этот момент, профиль показался пирату таким знакомым, что он почувствовал холод во всём своём организме. И только, когда этот человек отвернулся от покойников, и только тогда, когда он взошел на квартердек, только тогда, когда он посмотрел в сторону фрегата и галеона, поднимая трубу – только тогда Аденжурль сумел прочесть в этом юноше того, кого казалось бы успел уже забыть.

– Охура?.. Нет… Цурбус Бахму Джан Гур, – пробормотал он, но этот вздох услышали все, кто в этот момент находился на верхней палубе «Элибесты».

Коралловое море для Цурбуса было адом. Так получилось, что он и на королевскую улитку нарвался, и на миграцию, и на медуз, это обязательно, особенно, когда прыгаешь в воду. А так же ещё смог заблудиться в коралловом городе, хотя, в последнем оказался повинен не он, а тот горе-гребун, который всех уверял в том, что он чётко читает небесные карты. Так получилось, что над Коралловым морем в этот день было чистое голубое небо, и хрен по нему что-либо можно было прочесть.

Конечно, на него особо никто не ругался, пока блуждали между кораллами, успели насобирать ещё немного улиток, раскидав их по дну лодки. И, конечно же, насмотреться на прелести, которые им показывала сама природа. Кораллы были настолько феноменальны в своей ипостаси, что казалось будто ты на самом деле в городе, сотворённом руками богов. Открывшийся мир внутри моря оказался городом-небоскрёбом, изъеденным мошками, морской водой и птицами. Морской плющ и морская трава поднимались из морских глубин вверх, а потом, переваливаясь через арку коралла, падали вниз, красивым зелёным, цветущим водопадом. В течение дня морская трава высыхала, превращаясь к вечеру в сухоцвет и падала в море, чтобы утром снова подняться и оплести коралл.

Короче, к бригу они подплыли только глубокой ночью, когда на небе уже во всю горели звёзды. Перегружали улиток ещё с час, а когда Сальмит завидела огромную, она принялась танцевать какой-то странный танец, выкрикивать слова радости. А потом половину оставшейся ночи лезла к Цурбусу целоваться, успев нажраться до чёртиков. Короче, лишнее Сальмит, конечно же, забрала себе.

На следующий день рано утром они снялись с якоря и отправились домой. Шли легко, как всегда, непринуждённо. Матросы Сальмит орали песни, сама куратор пила вино, ненарадуясь на большую улитку. Дала ей странное имя, Пруфарья, и долгими часами рассказывала ей, сколько они с ней смогут сделать янтаря и потом загнать по охренительной цене.

Кадеты же подобрели по отношению к Цурбусу. Разговаривали с ним просто, правда, держали дистанцию и субординацию, потому что Бахму всё-таки был капитаном. Цурбус же, наоборот, никого в свой мир не пускал. Всё ещё злился на то, что они были прежде подкаблучниками Лорени, и точно знал, когда они вернутся в Шоршель, стоит Лорени щёлкнуть пальцами, и они тут же наделают Цурбусу новых пакостей.

Однако, на вторые сутки после отплытия из Кораллового моря, уже вечером, когда после ужина все решили отдохнуть – вернее, так решил Цурбус, дав людям немного передышки – прогремел тревожный звонок.

– Тихий шторм! – завопили на марсе, и уже всем было не до отдыха.

Кадеты и матросы моментально повскакивали. Сальмит, похоже, даже протрезвела. Цурбус кинулся на квартердек, поднося к лицу трубу, но она была не нужна. Было итак видно, как из глубин моря вырывались вверх небольшие куски земли. Море кипело, бурлило, пенилось, однако, волна не поднималась выше метра. Может, потому это явление звали «тихим штормом», но многие моряки говаривали, что лучше попасть в простой шторм, чем встретиться с редким «тихим». И вот, Цурбусу в очередной раз повезло.

Перегнувшись через парапет, он принялся раздавать команды. Тан потеснил Ай за штурвалом и вывернул его чуть ли не с мясом, уводя бриг в сторону. Теперь было не важно, куда они поплывут, главное подальше от этого ужасного явления природы. Мало того, куски земли вырывались из моря, так некоторые из них ещё и падали вниз, некоторые оставались в воздухе. Потом со временем они медленно опустятся в воду, но этот момент уже мало волновал команду.

«Лорд Тушка» сделал крутой поворот, паруса захлопали, заворачиваясь и наполняясь ветром. При таком повороте было сложно устоять на ногах, и Сальмит чуть не упала. Цурбус же схватился за поручни и, когда курс брига выровнялся, повернулся в сторону шторма. Уйти от такого опасного явления было практически невозможно. Те моряки, кто побывал в таком шторме рассказывают, что когда ты внутри него, время словно бы начинает вращаться с дикой скоростью. Многие, кто побывал в этой мясорубке, старели на лет десять это точно. Хотя, это были только слухи, но сейчас смотря на то, с какой дикой скоростью и зигзагом вырывались из воды камни и куски земли, Цурбус начинал верить в легенды.

Шторм охватывал большую площадь по ширине. Но, скорей всего, она казалась огромной из-за того, что многие глыбы падали вниз. Сам шторм шёл непрекращающейся волной подъёма, часто меняя угол, сторону и линию. Короче, он как-то странно ломался, словно с небес сходили молнии громовержцев. Бахму сглотнул. Он понимал, что уйти от такой дикости практически было невозможно. Шторм их настигал с колоссальной скоростью.

Тан рвал штурвал. Корабль то и дело бросало в стороны, однако, это лишь замедляло его скорость. Цурбус попросил штурмана выбрать один курс и идти им, но это не помогло. Шторм странным образом переместился вправо, потом неожиданно стал рваться в небеса прямо перед носом «Лорда Тушки». Тан выкрутил штурвал влево, но один из камней угодил в борт корабля, когда вырывался из морской глубины. Бриг качнуло, Тан сумел удержать штурвал в руках. Ветер наполнил паруса, и они быстро пошли прочь от шторма, но он следовал за ними неотступно, словно хотел потопить. В следующую минуту с неба со свистом упал кусок земли. Потом ещё один. Затем посыпались камни. Несколько из них пробили паруса. А потом шторм снова их нагнал. Три раза куски земли ударяли им в борта, однако «Лорд Тушка» уверенно стоял на своём, шёл вперёд, вернее туда, куда вёл его штурман. Страшны были не пробоины, страшно было получить таким вот куском по днищу. Корабль тогда переворачивался и тонул. Всё. Не успевали и глазом моргнуть, как уже оказывались на дне.

Последний упавший на них камень был мощнее и больше первых. Он просвистел страшную песню и врезался в мачту. Рангоут заскрипел, затрещал. Тан крутанул штурвал, уходя от следующей опасности. Корабль опасно накренился, один из кусков земли скользнул по борту, подтолкнув бриг к перекату. Ай отлетела от штурвала, чуть не вывалившись за борт. Её вовремя успел схватить Цурбус и кинуть в сторону Тана. Девушка ухватилась за штурвал и вместе с моряком вывернула его вправо. Корабль пошёл ровно, но грот-мачта** завалилась на палубу, накрывая всё парусами.

Через минуту они вышли из шторма, он стал отдаляться, иногда, конечно, порывался нагнать бриг, но всё было тщетным. Отойдя ещё пару миль, Цурбус приказал бросить якорь.

Всю ночь велись работы по устранению неполадок, проверки состояния судна. Утром, подведя итоги, Цурбус тяжело вздохнул – прогнозы были не утешительными. Мачту кое-как прибили, но до Шоршель её не хватит. В палубе обнаружились дыры. Их тут же залатали. Запасные паруса были израсходованы после того, как они попали в обыкновенный шторм, плывя ещё в Коралловое море. Залатав кое-как пробитые камнями паруса, Цурбус уткнулся вместе с Сальмит и Ай в карту. Слава богу, пробоин не было, уже радовало.

– Предлагаю Дрохшельм, – ткнула пальцем в точку на карте Сальмит. – Королевство Немболцит по крайней мере состоит в мировом сообществе. Есть вариант, что они нам охотнее помогут. Может, свяжемся с чудо-директором Академии.

Цурбус задумался, потирая губы. Конечно, Дрохшельм манил всем тем, что описала Сальмит, но путь до него составлял четверо суток. С такими поломками они будут добираться суток пятеро, а то и вовсе не доберутся.

– Я всё же…

– Ненавижу море Рассветов! – завопила Сальмит, перебивая Цурбуса. – У меня после него башка трещит!

– Меньше пить надо! – рявкнул Бахму и ткнул пальцем в кружочек поменьше. – Курс на Соль-Фунь.

– Ааааа…

Соль-Фунь был не фортом и не портом. Это была станция по добыче драгоценных камней. Огромный комплекс, стоявший на плаву и проникающий в недра морского дна, в поисках драгоценных камней, которые ценились порой даже дороже золота. Станция эта, конечно же, охранялась очень качественно и сильно. Многие пираты, посягавшие на её запас терпели крушение. Многие, кроме пресловутого Джан Гура, отца Цурбуса. Он-то и начал войну именно с Соль-Фунь, обворовав её настолько качественно и с такими потерями и ущербом, что мировое сообщество схватилось не только за голову. Идти в качестве капитана даже Академии Королевы Вуулла в этот рай для Цурбуса было опасным делом, потому Сальмит приказала всем, даже своим матросам, называть Цурбуса во время плавания по морю Рассветов капитаном Бахму. Народ дружно согласился.

Когда они подошли к морю Рассветов, то была уже ночь. Цурбус вторые сутки не спал, и потому, когда Сальмит вдоволь выспавшись, ступила на квартердек, он всё же согласился с куратором и завалился в гамак, растянув его прямо на верхней палубе. Однако, провалиться в сон ему не удалось, через несколько минут море стало светлеть, а ещё через некоторое время засветилась холодным, белым светом. Цурбус издал мучительный стон, поднялся и зашагал в сторону поручней.

Море Рассветов он тоже никогда не видел. Но смотреть на него оказалось болезненным. Глаза действительно начинали болеть, сама вода под днищем плескалась, казалось бы, каплями света, который вот-вот и оплавит дерево бортов. Но ничего такого не происходило. Вокруг было светло, но взглянув на небо, Цурбус к удивлению обнаружил, что небо продолжало быть тёмным, усеянное точками звёзд. Становилось неуютно и мрачно.

– Я тебе чего говорила, – недовольно бурчала Сальмит, подперев щеку рукой, облокотившись на поручни. Цурбус медленно, потирая глаза, поднялся на место капитана. – Это море сраное дерьмо. Не понятно, почему его прозвали Рассветов. Я бы назвала море Геморроя.

Цурбус взошёл на квартердек, потянулся, как будто нигде, кроме как здесь этого делать и нельзя было. Кадеты высыпали на палубу и во все глаза смотрели на представшую их глазам красоту. Бахму опять перегнулся через поручни, посмотрел на плескавшееся море.

– Это сверкают камни?

– Нефритовые водоросли, – отозвалась женщина, натягивая на глаза солнцезащитные круглые очочки. – Будь они не ладны. Их столько уже развелось. Специально выращивают, цепочки и браслеты из них делают. Конечно, красивые цацки, но грести через него лучше днём. Эх, башка опять будет болеть, – протянула снова свою песню Сальмит, но Цурбус её не услышал. Ему вдруг очень сильно захотелось прыгнуть в воду и посмотреть воочию на эти водоросли.

– Корабль по левому борту!

Бахму встрепенулся. Сальмит лениво зевнула.

– Успокойся, скорей всего, патрульный. Их здесь ошивается видимо-невидимо.

Но Цурбус вытянул из-за пояса трубу, и прежде, чем он успел поднести окуляр к глазу, с марса послышалось:

– Чёрно-красные паруса! Пираты!

– Какого?.. – Сальмит схватилась за свою трубу и встала рядом с Бахму.

Цурбус всмотрелся вдаль, но корабль был слишком далеко, чтобы что-то разобрать кроме цвета их парусов. Однако, то, что он увидел в трубу, его поразило ещё больше. Складывалось такое ощущение, что корабль завис в воздухе, а цвет парусов, который по идее должен был быть пока что не различим, был таким ярким, что казалось паруса горят.

– Что будем делать? – спросила Сальмит, облизывая губы. – С пиратами нам тягаться хрен получится.

– Да, они нас потопят одним выстрелом, – буркнул Цурбус, сглатывая. Да, если бы не адмирал Иренди, который привязал галеон к фрегату, ушли бы пираты под воду, а «Лорд Тушка» спокойненько бы прошёл море Рассветов, подлатал свои мачты, пополнил бы запас воды, который был на исходе и отправился бы домой. Но судьба сыграла злую шутку со всеми участниками этой встречи. Увы, об этом Цурбус пока не знал.

– Чего они там торчат? – продолжал бубнить Цурбус. – Может камни ищут?

– Ищут контрабандисты, а эти просто нападают, – отозвалась Сальмит. – Скорей всего, встали на якорь, чтобы что-то подлатать. Или может, кого уже поймали?

– Может…

– Но знаешь, меня смущает кое-что в этом корабле, – Сальмит смотрела в подзорную трубу и нервно кусала губы. – Чёрно-красные паруса, встречала я такие несколько раз. В последний раз, эти паруса приковали меня на якорь надолго. Пришлось взять временную подработку…

Что же делать? Цурбус быстро соображал. Мысли суетились в голове, как перепуганные тараканы, и он чётко понимал, что сбежать они тоже не смогут. Хотя, если сейчас повернут прочь, то возможно… Но это только возможно, а этот вариант Цурбуса не устраивал. Ему нужно было живым вернуться в Шоршель и привести в порт живую команду. Ему нужно получить этот чёртов высший бал, реанимировать то, что украл у него Лорени. Но Цурбус понимал, что битва с пиратами успеха не принесёт. Но сейчас ещё есть шанс, маленький шанс, остаться на плаву.

– Волдин! – крикнул он, стоявшему у парапета Туа и смотрящему в небольшую подзорную трубу. – Делаем «утку». Крен на правый борт, все запасы еды, воды и пушки перетащить на правую сторону. Будем делать вид, что в правом борту пробоина. Сальмит, соберите первую абордажную команду. Человек двадцать. Принесите белые простыни и накройтесь ими, притворившись покойниками.

Женщина тут же слетела с квартердека и принялась руководить кадетами.

– Камбуз, как дела с кровью?

– Ч?.. – не понял не высокого роста моряк, тоже из команды Сальмит.

– Нужно крови, обмазаться. Будем играть роли кое-как вырвавшихся из боя с пиратами.

– Понял! – ответил мужчина и тут же улетел на камбуз, прихватив за шкирку двух своих помощников, кадетов.

– Быстро, шевелимся! – гаркнул Цурбус так, что на палубе началась дикая суета. – Ай, отдай штурвал Тану. Тан, прижимайтесь к борту пиратов с правой стороны.

– Понял, – отозвался мужчина и принял из рук девушки управление кораблём.

– Уфрис, – окликнул он боцмана. – Принеси мне ящик с большой улиткой!

– С большой? – с сомнением переспросил Уфрис, тот самый, который заблукал в Коралловом море, когда они возвращались на бриг.

– Немедленно!

– Есть!

Цурбус ещё отдал ряд приказов, потом помог уложить абордажную команду на палубу и накрыть их простынями. Брызнула рыбья кровь, принесённой рыбы из камбуза. Сдёрнув с себя перевязь, он промочил её в крови и обмотал ею предплечье. Потом отдал ещё несколько указаний и, когда все разбежались по своим местам, сложив руки в молитве, склонил голову.

– А что мне делать, капитан? – спросил тоненький голосок Синдли.

Бросив на неё быстрый взгляд, он слегка растрепал её коротко остриженную шевелюру, потом указал на палубу.

– Плач, – только и сказал он. Девушка три секунды смотрела на Бахму удивлёнными глазами, а потом, кивнув, присела в нескольких метрах от него на доски и, склонив головку, стала шмыгать носиком.

– А мне что? – это была Ай.

– Тоже, – указал на Синдли Цурбус, и Ай тут же к ней присоединилась, полуобняв девушку. Бахму вздохнул и заговорил:

– Значит так, лежите тихо и смирно. Вы трупы. Когда я дам команду, тогда вскакиваете и начинаете кричать, что есть силы. Поведу в бой вас я, нам главное продержаться минут десять, до подхода второй команды. Поэтому трусость и страх оставляйте здесь. Понятно?

– Да, – тихо отозвались те, что были накрыты простынями.

– Вот и отлично. Удачи нам, – буркнул Цурбус и, резко повернувшись на каблуках сапог, прошёлся до квартердека, взлетел на него и, вынув трубу, снова посмотрел на корабль пиратов.

Некоторое время он всматривался вдаль. «Лорд Тушка» уже достаточно подошёл близко к пиратскому фрегату, чтобы Цурбус увидел лёгкую суету. Это могло означать только одно – пираты заметили бриг и теперь готовятся к бою. Бахму сглотнул, выдохнул судорожно. Вот, не хотел бы он встретиться с таким противником в первый свой поход.

«Лорда Тушку» заметно стало кренить, и Бахму расставил ноги шире, чтобы не упасть. От крена бриг слегка повело в сторону, но Тан легко смог вернуться на заданный капитаном курс. Но тех нескольких секунд хватило, чтобы Бахму заметил белоснежный галеон, выглянувший из-за фрегата.

– Тан, дайте слегка руля влево, – попросил он штурмана, и тот без лишних вопросов сделал плавный поворот в сторону.

Цурбус снова присмотрелся к галеону. Напоминал он ему «Северный ветер». И для того, чтобы точно убедиться в своей правоте – мало ли по Великим Водам ходит таких вот галеонов – Бахму всмотрелся в корабль.

– Это «Северный ветер», – пробормотал Цурбус, но его услышали.

– «Северный ветер», – радостно проговорили девушки, забыв о своих ролях.

– Кажется, на них напали. Они стоят в связке, – продолжал комментировать Цурбус. Девушки тут же сникли. Они-то думали, что белый галеон поможет им с пиратами, а оказалось всё наоборот?

– Вернитесь на заданный курс, Тан, – снова отдал приказ Бахму, и штурман его послушался. – А кто у нас капитан «Северного ветра»? – вдруг спросил Цурбус, теперь уже разглядывая пиратский корабль.

В ответ ему было что-то невнятное и нечленораздельное. Он отнял трубу от лица, посмотрел на девушек и повторил свой вопрос уже более резким голосом.

– Лорени Иренди.

– А?

Это действительно удивило. За всё время путешествия Бахму вспоминал о своём враге часто, да вот только как-то уж само его существование казалось теперь каким-то расплывчатым, ненастоящим. К тому же, чего уж душой кривить, как-то и не сильно хотелось знать, на каком корабле рассекает морские просторы сынок адмирала.

– Вот так сюрприз, – хмыкнул Бахму и снова посмотрел в подзорную трубу. – Вот и настало время заткнуть этого выскочку за пояс. Получить высший бал, спасая сыночка адмирала, это, пожалуй, чистый билет в шикарную, капитанскую жизнь. Но если в этой битве я умру, то все лавры достанутся опять этому уроду. Хммм, может уже не рисковать?

– Поздно, – ответил Тан, и Бахму вздрогнул. Ему казалось, он думал, а получалось, говорил все эти мысли вслух. – Они нас заметили. Уходить надо было тогда, когда мы ещё плохо видели друг друга.

Цурбус невесело хмыкнул, снова поднял подзорную трубу и на этот раз встретился с взглядом самого капитана пиратов. В том, что это был капитан, Цурбус не сомневался, но когда он увидел это ухмыляющееся лицо, то ему стало совсем плохо.

– Это Таджи Аденжурль, – выдохнул Бахму. Тан вздрогнул, чуть не выпустив штурвал. Штурман вывернул голову и посмотрел на юного капитана.

– Последняя с ним встреча нас так потрепала, что мы сейчас свою «Фортуну» по гвоздикам собираем. Надо было свернуть…

– Надо было… – эхом повторил Бахму, снова отнял трубу от лица и вдруг усмехнулся. – Тан, вы хотите жить?

– Ну, если бы не хотел, давно бы уже склеил ласты.

– Вот и я хочу…

Прошло минут пятнадцать, прежде, чем бриг плавно, скользя по светлому морю, подошёл к корме «Элибесты». Пройдясь взглядом по чёрным доскам фрегата и по золотистой надписи его наименования, Цурбус почувствовал горечь, плотно сжал зубы и устремил взгляд наверх. Корабль пиратов был выше на добрую палубу того корыта, на котором шёл Цурбус. К тому же, «Лорд Тушка» кренился на правый борт, а значит, был чуть выше своего уровня. Поэтому Бахму не чувствовал себя неуютно. Но взгляд холодных глаз лорда, что стоял на квартердеке, вгонял в ужас.

– Доброй ночи, лорд Павиосто, – поприветствовал пирата Цурбус. Правила приличия пиратского двора, говорили о том, что первым всегда заговаривает младший по возрасту мужчина, даже если он будет являться крон-лордом.

– И вам моё почтение, Цурбус Бахму Джан Гур, – и Аденжурль, схватив изящной рукой за края шляпу, снял её и, отставив ногу назад, склонился в глубоком поклоне, скользнув перьями по доскам квартердека. Настолько изящный и красивый поклон не мог ускользнуть от глаз принцессы, адмирала и Лорени. И если просто последний удивился этому поклону, который не был оказан даже Юрую, то Хэнги и женщина поняли, кому именно предназначалось это приветствие. Более того, те пираты, что были на верхней палубе при словах приветствия Аденжурля, сами поклонились, и не ниже своего капитана.

*Мушкетон – также известный как «абордажный пистолет» – разновидность огнестрельного оружия.

**Грот-мачта – вторая мачта, считая с носа.

====== 13 глава Встреча ======

Бриг плавно и медленно шёл вдоль борта фрегата, и Тан, видевший столь глубокое и почтительное приветствие пиратов, сам удивился. Штурвал чуть не выскользнул из его рук, но он успел удержать «Лорда Тушку» на заданном курсе. Цурбус же нисколько не был удивлён, лишь поставил ногу на стоящий рядом ящик с улиткой, прикрытый тонкой крышкой.