Текст книги "Море опалённое свободой (СИ)"

Автор книги: Dtxyj

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 50 страниц)

– Смотрю, у вас не плохо идут дела, милорд, – продолжил своё общение Бахму после тридцатисекундной паузы. – Всё странствуете по миру?

– О, да, – улыбнулся губами Аденжурль и ступил на ступеньку лестницы, чтобы сойти с квартердека. От того, что бриг плавно скользил по волнам, Цурбус отдалялся от пирата, и, кажется, не собирался двигаться с места. – Пиратствую.

– Увлекательно, наверно, – тихо проговорил Цурбус и заметил, что некоторые пираты подошли к поручням и смотрят на него злыми и полными ненависти глазами.

– Ну, не совсем, – пожал равнодушно плечами Аденжурль и ступил уже на палубу. Пираты из его команды в тот же миг ушли вглубь, однако, в поле зрения Цурбуса остались. – А ты я смотрю, ходишь под знамёнами Академии Королевы Вуулла, – и пират посмотрел на золотистую перевязь, что была намотана, словно какая-то тряпка, на предплечье Бахму и измазана кровью. – Уж слишком дерзко с твоей стороны так вызывающе смотреть мне в глаза.

– Я прошу за свою дерзость прощения, – тут же отозвался Цурбус, бриг неумолимо приближался к носовой части фрегата. – Но на данный момент я бы хотел порешить ряд насущных и волнующих меня и мою команду проблем.

– Где вас так потрепало? – кивнул, согласившись с юношей, капитан пиратов.

– Наткнулись на тихий шторм, – честно признался Цурбус, вдруг изменив своему первоначальному плану. Быстрый взгляд на полные ненависти глаза пиратов и на их капитана звякнули ещё более тревожной ноткой в голове. – Вот идём на станцию Соль-Фунь подправить нашего «Лорда». Случайно встретились с вами. И поскольку мы прекрасно осведомлены о вашей любви к битвам, то вот, предлагаю взамен вот это, – и Цурбус поддел носком сапога крышку ящика и откинул её прочь. Глазам пиратов предстала янтарная королевская улитка. Аденжурль удивлённо вскинул брови, пираты зароптали. – Мы же пойдём своим ходом.

– И ничего не разболтаете на посту Соль-Фунь? – слащаво усмехнулся Аденжурль.

– Если будут таковы ваши требования, то да. – «Лорд Тушка» уже поравнялся с носовой частью «Элибесты».

– Плохо играешь свою роль, мальчишка, – прошипел злобно пират, сразу же изменившись в лице. – В этой дерьмовой Академии вас ничему не учат. Пиратам верить нельзя! Это закон нашего мира.

– У меня в корабле пробоина, двадцать трупов, тридцать раненых! Вы когда-нибудь встречали тихий шторм, Аденжурль? – в голосе Цурбуса послышались нотки паники, но глаза оставались спокойными.

– Что за вопрос?..

– И как? Он пришёлся вам по вкусу, тихий шторм?

Бриг уже вышел за пределы фрегата наполовину. Аденжурль вскочил на полубак и, глядя с высоты своего корабля в бирюзовые глаза Цурбуса, проговорил:

– Да, мальчик мой, я много чего встречал в своей жизни и столь наивный блеф меня нисколько не проймёт. Тебе, как и этому галеону, надо было просто свернуть и пройти мимо. А ты, неся столь ценный груз, просто полез в пасть акуле.

– Мне очень жаль, Аденжурль, – крикнул Цурбус, сбегая с квартердека на верхнюю палубу. – Жаль, что вы до сих пор остались таким же наивным глупцом, который не может пойти на компромисс и не видит мир ярче, чем собственный цвет волос.

Пират заскрипел зубами. Потом хмыкнул и тихо произнёс:

– Открыть огонь.

– Огонь! – заголосила чья-то громкая глотка, и «Элибеста» разразилась небольшой канонадой из носовых орудий.

Одно ядро угодило в корму брига, однако, особого ущерба не принесло. Хотя, кают-компанию изрядно потрепало. Выбило стёкла из оконных рам, снесло часть стола, стоявшего у окна. Остальные же ядра пролетели мимо, шлёпнувшись в опасной близости от «Лорда Тушки». Тан заложил крутой поворот, Цурбус схватил взвизгнувших девушек и кинул их в сторону лестниц на нижние палубы, приказав уходить в лазарет. Сам же быстро проговорил:

– Пока лежите. Но как только я скомандую, вскакиваем и тихонько ступаем за мной.

– Есть, – отозвалось тихое и дрожащее.

«Лорд Тушка» под покровом клубов дыма, который получился от выстрела носовых орудий, ведомый твёрдой рукой Тана, скользнул через несколько минут вдоль борта галеона, оказавшись по другую сторону от фрегата. Мелькнули паруса, послышалась команда «Огонь!», и «Элибеста» снова разразилась канонадой, на этот раз левым бортом. Они стреляли через «Северный ветер», который спокойно стоял скованный цепями гарпунов с фрегатом. Полетели щепки, части палуб галеона, послышались чьи-то визги и крики. Бахму тут же скомандовал «Встать», резко обнажил саблю, и в тот момент, когда бриг выровнялся по борту галеона, тихо скомандовал: «Вперёд». Запрыгнув на парапет, он перемахнул через пространство, что разделяло «Северный ветер» и «Лорда Тушку», и ступил на палубу белоснежного галеона. В эту же секунду бриг разразился своими выстрелами. Ядра, запищав, взвились вверх, перемахивая через «Северный ветер».

Аденжурль спустившись после первого залпа на палубу, быстро раздавал команды, позабыв о своих пленниках. Ещё бы, против него выступал пират, пусть юноша, однако, он был рождён и воспитан в стране Ансэрит. Он знал азы морских битв пиратов, и если ему не хватало навыков и опыта, то Аденжурль, который провёл немало таких вот боёв, умел ценить даже несмышленого противника, особенно пирата.

После второй канонады, ответ пришёл незамедлительно. Однако, бил противник не через галеон, как вначале предположил Аденжурль, а стрелял вверх. Он успел лишь задрать голову, быстро сложить цепочку того блефа, что наплёл ему Цурбус. Пробоины в бриге никакой не было, весь крен был нужен вот для этого выстрела. Пусть он и получился хромоватый, зато несколько ядер по любому упадут на «Элибесту». Так оно и случилось. Два ядра угодили в мачты галеона, несколько полетели в воду, а вот остальные угодили точно на верхнюю палубу фрегата. Дальше была лёгкая суета, кто-то громко ругался, кто-то злился. Аденжурль уже подсчитывал ущерб корабля от такой атаки. Под воду уйти они не смогут.

Территорию кораблей заволокло дымом, но «Элибеста» ответила. Вновь сделав выстрел сквозь «Северный ветер». В этот-то момент из-за дыма и вынырнула абордажная команда брига. Кто-то засвистел, сообщая команде пиратов о нападении, но его свист тут же оборвался.

Цурбус скользнул на палубу фрегата так тихо и легко, словно был не человеком. Он перепрыгнул через присевшую у парапета женщину, в дыму её не заметив. Скользнул саблей по издававшему свист человеку, потом отправил на тот свет ещё одного и встретился с настоящей волной защиты.

– Предатель, – плюнули ему в лицо, но Бахму только нахмурился сильнее, краем глаза приметил стоящих на коленях в стороне адмирала и Лорени, а потом, взмахнув саблей, ринулся в толпу. Следом за ним, крича, устремились двадцать кадетов, готовые убивать врага, но при этом остаться в живых.

Бойня завертелась сумасшедшая. Цурбус был быстр, ловок, идеален. Лорени в первый раз видел Бахму таким сильным и восхитительным. Однако, восхищаться как раз таки он им не стал. Лишь сильнее разозлился, дёрнул связанными накрепко руками, заскрипел зубами. Что-то крикнул пробежавшему мимо него кадету, но юноша не заметил Лорени. Иренди дёрнул ещё раз руками, попытался встать. Это ему удалось. Отец уже стоял рядом, и направлялся он не в гущу сражения, а к закрывшей голову руками принцессе.

– Ло, за мной! – крикнул Хэнги и в пять шагов оказался возле Юрую.

«Лорд Тушка» тем временем, обогнув «Северный ветер», снова заложил оверштаг и уже направился к правому борту фрегата. Послышались кормовые пушки, но бриг резко ушёл влево и снова оказался рядом с галеоном. В этом повороте «Лорд Тушка» вдруг выпрямился, перестав крениться на правый бок, прошёл вдоль «Северного ветра» и, снова заложив оверштаг, выстрелил в носовую часть фрегата. Стоявшая на одном месте «Элибеста» была лакомым кусочком для любого движущегося корабля. Фрегат не успел ответить, так как одно ядро, из пяти вылетевших, угодило в пушечную палубу и частично её разворотило. Потом «Лорд Тушка» выровнял курс и скользнул по правому борту «Элибесты», захлёбываясь такой канонадой, что фрегат ему позавидовал.

– На абордаж! – послышался женский крик, от которого уже сжавшие в кольцо кадетов пираты, вздрогнули. Полетели абордажные крюки, женскому голосу вторил хор мужских глоток. Волна второй абордажной команды просто разметала пиратов по сторонам, и им не помог в этот момент даже опыт.

На палубе фрегата разразилась настоящая битва.

Как только «Лорд Тушка» выплюнул первую свою канонаду и вышел на новый курс, пройдя вдоль борта «Северного ветра», Волдин и ещё четверо моряков прыгнули в воду. Ловко нырнув под светлые волны моря, они всплыли через три метра на поверхность и тихонько, под шумы битвы, проплыли вдоль кормы галеона и фрегата. Прикрепив на ноги и руки прямо в воде кошки для лазания по кораллам, мужчины стали подниматься вверх по корме «Элибесты», впиваясь когтями в её дерево. Оказавшись на уровне пушечной палубы, Волдин осмотрелся и только потом начал свой ход влево, в сторону галеона. «Надо было проплыть», – мелькнуло в его голове, но и плыть в этот момент было опасно. Строение фрегата-субмарины было немного не таким, каким было у обычного фрегата или подводной лодки.

Оказавшись на левом борту фрегата, он вздрогнул, потому что в этот момент «Элибеста» решилась открыть огонь. Звуки выстрелов заложили уши, дым, которого итак было много, щипал глаза и проникал в лёгкие. Слава богу стрелял другой борт, не тот, по которому они ползли. Чертыхнувшись про себя, Волдину пришлось спуститься ниже, почти к самой воде. Следом за ним следовали моряки, молча и решительно, даже нисколько не осуждая действия помощника капитана.

Когда послышалась дикая канонада, разметавшая почти всю пушечную палубу, они оказались в районе трюмов. Вновь полезли наверх. Оказавшись возле окошка, из которого торчало дуло пушки, Волдин ухватился за края орудия с одной стороны, а с другой стороны моряк, они напряглись и толкнули её назад. Пушка поддалась, кто-то выкрикнул, Волдин и моряк прижались к борту, но никаких действий со стороны пиратов не последовало. Скинув с правой руки кошку, первый помощник капитана, в тот момент, когда послышался крик Сальмит «На абордаж», ловко скользнул в бойницу и, протиснувшись под пушкой, оказался на задымленной и запылённой палубе.

Вскочив на ноги, юноша скинул кошки, но прежде, чем он освободил от этого инструмента свою правую ногу, на него внезапно вылетел с криками пират. Шпага покинула ножны так быстро, что несчастный ничего не успел понять. Более того, Волдин даже не оторвался от своего дела, когда убивал пирата.

Они оказались в начале пушечной палубы, дальше шёл лёгкий переход, где были каюты канониров, потом выход на верхнюю палубу и люк в трюм. Один из моряков быстро открыл его, Волдин убил ещё парочку пиратов, посмевших мешать их делу, и спрыгнул вниз первым, пренебрегая лестницей. В трюме пиратов не оказалось. Да и зачем? Это была небольшая квадратная комната, поделённая на сектора. Сектора представляли собой камеры, маленькие и душные. Вместо дверей были решётки, а за решётками находились взволнованные кадеты и матросы «Северного ветра». Ключи висели сразу же у лестницы на выходе из трюма. Волдин улыбнулся, стянул связку с гвоздя и кинул её одному из матросов.

– Потом наверх, на помощь, – сказал он и поднялся на пушечную палубу, оставляя за матросами немаловажные дела.

Через несколько минут палубу начали заполнять матросы и кадеты с галеона, шумно говоря и радуясь свободе. Среди них, с постным лицом – кажется, он спал?! – оказался и Данки. Волдин с удивлением осмотрел его, заметил на щеке лёгкий порез.

– Бедняжка, – выдохнул он и сочувственно покачал головой. – На тебя же теперь не одна женщина не посмотрит. А если шрам останется?

– Ну, – проговорил, зевая Данки. – Зато ты в полном порядке.

Волдин кивнул, улыбнулся и коротко скомандовал: «За мной». Они потянулись раздражающе тонкой ниточкой, и, нисколько не удивляясь, Волдин заметил в первых рядах матросов. Кадеты же ступали следом и видно было, на поле боя идти не хотели. За исключением Данки и ещё парочки кадетов.

Они вырвались на верхнюю палубу с криками и с голыми руками, навалились на пиратов. Били, отбирали оружие и снова били, на этот раз уже стальными клинками. Волдин спокойно, размахивая своей шпагой, прошёлся через всю палубу. Когда он оказался прижатым к левому борту корабля, он столкнулся с принцессой, Хэнги и Лорени. Приостановился, проткнул какого-то пирата, опять не глядя, и сделал удивлённый вид.

– О, адмирал Иренди. Капитан Иренди? – здесь он так сильно удивился, как будто, то, что Лорени был капитаном для него оказалось шоком. – Рад вас видеть, – и слегка поклонился.

«Какая удивительная шпага? – вдруг подумал Ло, когда его взгляд наткнулся на клинок оружия, которое сжимал Волдин. Сталь слегка светилась зеленоватым светом, а сама она оставалась чистой, словно только что не убила человека? – Нет, это скорей всего море»…

– О, да вы связаны?! Развязать вам руки, адмирал? – обратился он к Хэнги, и тот посмотрел на юношу такими глазами, какими смотрят на своих врагов. Волдин хмыкнул, перевёл взгляд на Лорени, который, моргнув, наконец, оторвался от созерцания клинка.

– Нет, пожалуй, не буду этого делать. Оставлю сию привилегию нашему капитану, – и, обернувшись, он вырвал взглядом тонкую и гибкую фигуру Бахму из толпы сражающихся и, издав смешок, двинулся дальше, взмахивая своей шпагой.

Когда оказался возле дверей, ведущих в каюту капитана, не глядя, убил спешащего убить его пирата и пнул дверь. Вошёл, прошёл узкий в пять шагов коридорчик, пнул ещё одну дверь и оказался там, где обычно проводит своё время капитан. Здесь было относительно тихо и слишком спокойно. Нисколько не раздумывая, он прошёлся к столу, быстро окинул его взглядом, нашел песочные часы и разрезал их на две части кончиком шпаги. Часы не были большими, и песка в них было не много. Верхнюю часть часов Волдин смахнул кончиком шпаги, погрузил в золотистый песок пальцы, через несколько секунд выудил оттуда кольцо и, осмотрев его, сунул в карман. Потом вышел из кабинета, даже не оглянувшись.

Цурбус бился не на жизнь, а на смерть. Его сабля летала из стороны в сторону, назад, вперёд, над головой. Он гнулся и прыгал так высоко и так далеко, что порой казалось это не человек, а демон. Но таковы были пираты на самом деле, и Лорени, который впервые видел битву пиратов, широко открытыми глазами следил за Бахму, в тот момент не осознавая, что смотрит на человека, которого ненавидит.

Моряки и кадеты теснили пиратов, хотя те бились так, словно дьявол стоял за их спинами. А он действительно стоял. Пройдя до квартердека через гущу сражающихся, Аденжурль поднялся на своё место и там замер, глядя на битву. Некоторое время он стоял спокойно, облокотившись на штурвал, а затем встрепенулся и, ловко отпрыгнув назад, вынул из ножен шпагу. Послышался звон, казалось, он разрезал звуки боя, отдавшись в головах всех присутствующих протяжным скрежетом. Словно по команде пираты отступили, кадеты и матросы замерли, глядя на своего врага полными ненависти глазами.

– Хорошая «утка», мальчишка, – прошипел Аденжурль, его шпага была скрещена с саблей. Его глаза были так широко открыты, что Цурбусу казалось они вылезут из орбит. Кажется, капитан пиратов был слегка зол? – Но пираты сильнее кучки кадетов и слабаков. Ты думаешь, количество решит исход этой битвы?

Аденжурль разорвал скрещенные клинки, толкнув Цурбуса назад. Бахму почувствовал силу пирата, отступил на шаг, взмахнул саблей, снова скрестил клинок, но тут же шпага скользнула в сторону. В свете моря Рассветов она сверкала успокаивающим зелёным светом. Несколько минут они обменивались ударами, и всё-таки Аденжурль скинул Цурбуса с квартердека, вскочил на перила и прыгнул вниз. Бахму отклонился в сторону, отбил атаку шпаги, пригнулся, подпрыгнул, снова скрестил клинки. Потом был небольшой обмен, и оружие противника всё же скользнуло по намотанной на предплечье перевязи, достав до кожи. Бахму отпрыгнул назад, а за спиной притихли кадеты, матросы и пираты.

– Сдавайся, мальчишка, – проговорил Аденжурль. – Предлагаю переговоры.

– И какие ваши условия, лорд?

– Я отпускаю тебя, твоё корыто, матросов и кадетов. Оставляю себе лишь вон ту троицу. Вполне рациональное соглашение.

Цурбус метнул взгляд туда, куда указывал пират. В этот момент он заметил рядом с адмиралом и Лорени женщину. Она судорожно пыталась развязать узлы на верёвках, что сдерживали руки директора и его сына.

– Простите, милорд, – ответил Бахму, снова посмотрев на Аденжурля. – Но моя версия переговоров мне нравится больше.

Некоторое время капитан пиратов смотрел странным взглядом на юношу, а потом, вдруг ухмыльнувшись, сказал:

– Говори.

– На борту моего корыта есть пять ящиков янтарных улиток, плюс та, которую я вам предлагал. Это откуп за команду «Северного ветра», за адмирала и капитана Иренди, за вон ту женщину, за меня и мою команду. Ну и, конечно, за моё корыто.

Аденжурль присвистнул.

– А не много ли, мой мальчик?

– Вполне достаточно для того, кто скоро проиграет.

– М? – удивился Аденжурль и вздрогнул.

Цурбус плотно сжал зубы. На скулах заходили желваки. Море под днищами кораблей вскипело, а потом успокоилось. На левой щеке Бахму стал проявляться какой-то знак или шрам, а может и татуировка. Пока что оно было слабо видно, но все пираты, Аденжурль, адмирал с принцессой и даже Сальмит со своими матросами поняли, что сейчас пытался сделать Цурбус, и кем он был.

Капитан пиратов вынул пистолет из-за пояса так быстро, что никто, даже Цурбус, не заметили этого движения. Пуля прошлась по левой стороне щеки, оставив лёгкий росчерк, который тут же закровоточил. Знак в следующее мгновение исчез.

– Не буди Дно, глупец, – хмуро проговорил пират и, не успев убрать за пояс пистолет, снова вздрогнул.

– Да и вы не глупите, капитан, – промурлыкал мягкий голос, но Аденжурль точно мог сказать, что принадлежать он мог только пирату. Не обращая внимания на приставленный клинок к шее, медленно повернул голову в сторону и встретился с холодными, серыми глазами. Волдин был без очков, и у Цурбуса порой складывалось такое впечатление, что они ему не слишком и нужны были. Аденжурль скосил взгляд на приставленную к горлу шпагу, оценил слабоватый зелёный свет от клинка и отбросил пистолет.

– Как интересно, – проговорил пират. Волдин кивнул, отступил на несколько шагов в сторону, продолжая держать оружие на изготовке. В сторону Аденжурля теперь смотрел ещё один клинок. – Ну, что ж, давайте решим, чьё предложение останется в силе.

И началось. Волдин крутился, как юла, нанося удары, отступая, кружась вокруг Аденжурля и снова нападая. Не отставал и Цурбус, размахивая своей саблей, правда, по Бахму было видно, что он заметно устал. Аденжурль отбивался одной шпагой, и у него это неплохо получалось, против-то двух противников. И всё же Волдин был сильнее и быстрее. Он несколько раз наносил капитану пиратов порезы, снова отступал, давая дорогу Цурбусу, и опять нападал. Все, кто стояли в этот момент на палубе и видели этот бой, с трудом могли поверить в увиденное. Даже пираты пораскрывали рты. И когда Аденжурль вскочил на толстые перила и перемахнул на палубу «Северного ветра», седом за ним устремились Волдин и Цурбус. Даже тогда волна людей подлетела к парапету и устремила взоры на сражавшихся. Казалось бы, все забыли о том, что совсем недавно они были врагами.

Лорени первый раз видел такой бой. От этой схватки замирало сердце и перехватывало дыхание. Глаза постоянно норовили вылезти из орбит, рот открывался и глаза не успевали выхватывать кого-то из сражавшихся. Это было так быстро и так сильно, что Лорени где-то даже этому позавидовал. Но вспомнив, что сражаются пираты – а то, что Волдин пират, в этот момент у Лорени не возникло сомнений – юноша тут же себя одёрнул. Но капелька восхищения засела в душе и никак не хотела уходить. Особенно после осознания того, насколько чётко и лаконично действовали Цурбус и Волдин, казалось бы, совсем недавно встретившись. А может они были знакомы до Академии? Однако этот вопрос потеснился, потому что у Лорени в голове засел другой: «Неужели это Бахму? Неужели он такой сильный?».

Тем временем, полностью пройдясь в смертельной схватке по палубе «Северного ветра» и даже в один момент зажав Аденжурля, юноши снова оказались на борту «Элибесты», отступив, даже не сговариваясь. Толпа повернулась в сторону полубака, так как они оказались на носу. Снова послышался звон больше похожий на стон и скрежет металла о металл. Противный, протяжный, печальный. И снова минуты потянулись медленно, волнуя кровь. Вот они спрыгнули с полубака на палубу, Цурбус ловко сделал ложный выпад, Волдин подыграл, нанеся удар и скользя клинком по ноге пирата. Снова ложный выпад, и нога ударяет Аденжурля в живот. Он отбивает шпагой следующую атаку Волдина, но тот резко ушёл в сторону. Сабля Бахму с точностью вошла в плечо пирата, пронзив его насквозь и пригвоздив к доскам, у самой двери в каюту капитана.

– Знаете, что, Аденжурль, – зарычал в лицо пирату Цурбус, тяжело дыша. За его спиной команда «Элибесты» дернулась на помощь капитану, но Волдин взмахнул клинком. На доски палубы брызнул большой сгусток крови, и пираты остановились. Откуда только кровь взялась, шпага же была чистой? – Я, пожалуй, заберу своё предложение обратно.

– Нечестно играешь, мальчишка, – вторил ему пират, тоже тяжело дыша. Уставшие они были все, и Волдин в том числе. Волосы юного пирата стали влажными от пота, он тоже дышал прерывисто, но сил ему ещё хватало.

– Это вы позабыли честь, милорд. Закон пирата гласит: «Если слабая сторона предлагает компромисс, в котором обе стороны выигрывают пятьдесят на пятьдесят, то капитан пиратов должен согласиться». Я предложил вам стоящее предложение, но вы отказались. Мы сошлись в битве, и теперь вы проигравшая сторона. И значит, я имею право забрать своё предложение обратно.

– Проигравшая сторона? Не смеши меня, мальчишка! Во-первых, у вас двое на одного. А во-вторых, я ещё не сдался.

Цурбус выдохнул, злость затмила на доли секунды глаза. Он вырвал свою саблю так резко и быстро, что мало кто заметил это движение. Потом замахнулся и, оставив на груди Аденжурля кровавый росчерк, отпрыгнул на шаг назад. Пират захрипел от боли. Схватился за рану, сильнее сжал эфес шпаги, но в этот момент перед его лицом возникла другая шпага. Кончик её был направлен на горло Аденжурля, и в очередной раз встретившись с холодными, серыми глазами он прорычал:

– Ты кто такой?

– Волдин Туа. Вы меня не знаете.

Некоторое время Аденжурль смотрел на Волдина глазами полными ненависти, но тот даже не думал отводить взгляд. Потом капитан перевёл взгляд на Цурбуса, вдохнул побольше воздуха и выдохнул. Взмахнув шпагой, он вложил её в ножны. Волдин убрал свою шпагу, однако, как пират убирать в ножны её не стал. Аденжурль окинул взглядом своих пиратов, потом кадетов и матросов, посмотрел на принцессу, адмирала и Лорени, а потом, испепелив Цурбуса и Волдина взглядом, проговорил:

– Забирайте свой куш, капитан Джан Гур, но не смейте мне больше попадаться на глаза. Теперь ты мой враг, Истинный.

Потом открыл дверь в каюту и, переступив порог, пошёл по коридору, кривясь от боли в груди. Рана была не такой уж серьёзной, но боль она причиняла. Открыв дверь в каюту, он переступил порог комнаты. Некоторое время простоял у двери, скрипя зубами и сжимая кулаки, а потом, пройдясь к кровати, завалился на неё. Только через час, когда рана была перебинтована, а фрегат медленно шёл в форт пиратов отступников и изгнанников, Аденжурль подошёл к своему столу и заметил разрубленные часы. Быстро схватив склянку, он вытряхнул на стол песок, разворошил его и, ничего в нём не найдя, пробормотал:

– Волвар Великолепный…

В часах лежало кольцо, которое когда-то давно ему подарил царь, отец Волвара. Это кольцо означало подданство, преданность и положение в Ансэрит. Без кольца Аденжурль являл собой простого пирата, у которого единственное, что осталось – это титул и собственное имя.

Они перешли на борт брига быстрее, чем пираты успели поставить паруса на своём фрегате. Цурбус командовал точно и лаконично. Несмотря на бой, кадеты действовали как один, естественно из его команды. Никто им дорогу не переступал, потому убрав абордажные крюки, Тан повёл «Лорда Тушку» прочь от места боя. Только после этого все, кто столпились на палубе брига, облегчённо вздохнули и посмотрели назад на «Северный ветер», который был в ту же секунду потоплен пиратским фрегатом. Галеон был к этому моменту уже не в состоянии пересечь даже лужу, чудом лишь державшийся на плаву.

Но стоило «Лорду Тушке» проплыть несколько миль, как море справа потемнело, и с марса заголосили:

– Это Дно!

Все хлынули на левую сторону, чуть ли не давя друг друга. Однако, бриг был не настолько большой, чтобы люди смогли спрятаться в левой части корабля. Он даже накренился, чем вызвал крик Тана.

– Лечь в дрейф! – крикнул Цурбус, штурман его послушал. Приказы капитана не обсуждаются, даже если само Дно поднимается на поверхность.

Но всё же кто-то посмел перечить капитану «Лорда Тушки». Кто-то смелый из команды «Северного ветра», затонувшего несколько минут назад. Цурбус оглянулся на толпу по левую сторону корабля и хриплым голосом произнёс:

– Глотки закрыли.

И все замолчали. Но ропоток всё же был, и кто-то даже прыгнул в море, спасаясь от морского чудовища. Цурбус сглотнул, а когда корабль лёг в дрейф, сделал шаг к парапету и вздрогнул. Ахнула и толпа за спиной. Море лишь тихонечко всплеснулось, а из него стала подниматься чёрная, здоровущая туша. Бахму отступил. Цурбусу стало страшно.

Туша поднималась и поднималась. Казалось, она собирается коснуться сереющего неба. Ночь отступала, как-то за боем это произошло незаметно. Прошло несколько минут после начального подъёма чудовища, а затем туша начала движение назад, словно демонстрируя своё огромное тело. Вот она остановилась и огромный красный глаз уставился на маленького, по сравнению даже с этим глазом, Цурбуса.

– П… Прости, что разбудил, – проговорил слегка дрогнувшим голосом Бахму. На щеке у Цурбуса стал проступать знак. Он выкинул руку вперёд, чуть вверх, приветствуя огромного, даже по масштабам брига, кита. – Прости, – повторил Цурбус, потому что не знал, что ещё сказать.

Кит приоткрыл пасть, она оказалась тоже огромной, но беззубой. И всё же этого показательного момента хватило, чтобы вся женская часть кадетов, кроме принцессы, упала в обморок. Среди девушек, конечно же, были и парни.

Кит издал странный звук, больше похожий на перелив какой-то музыки, а потом, закрыв пасть, слегка приподнялся и шморгнул на Цурбуса. Ноздря у Дна была большая, и то, что вылетело из неё, окатило и Цурбуса и добротную часть палубы, но не задела, кроме Бахму, ни одного человека. Кит медленно стал опускаться вниз.

– Кажется, ты ему понравился, – констатировал факт, стоявший в метре от капитана Волдин. Цурбус, залитый соплями кита, повернул голову в сторону помощника, встретившись с совершенно невозмутимым лицом.

– Воняет, – отозвались с другой стороны, и Цурбус перевёл взгляд направо. Там стоял Данки, зажимая носик пальцами. Бахму посмотрел вперёд, туда, где уже на востоке медленно всходило солнце.

– Вечно я за всех отдуваюсь.

Цурбус хотел уже было поднять руку, чтобы вытереть губы и глаза, но в этот момент Дно, уплывая от брига, выкинуло из тускнеющего моря здоровый хвост и шлёпнуло им по тусклой воде – свет водорослей с рассветом начал истаивать. Большая волна окатила всю верхнюю палубу «Лорда Тушки», смыв тем самым сопли с тела Цурбуса и окатив солёной водой всех людей, в том числе и Волдина, и Данки. Несчастный бриг закачало…

Но стоило этому случиться, как к удивлению Волдина и Данки в волосах Цурбуса что-то блеснуло. Он поднял руку, коснулся этого чего-то и, кривясь, стянул с волос. Это была чешуя, маленькая, острая. Что было дальше, мало кто мог сказать, только лишь пираты могли ответить на этот вопрос. Пряди Цурбуса, не все и в основном у корней волос, стали превращаться в чешуйки, блестевшие голубовато-бирюзовым цветом. Они стекали ровным строем вниз и тут же осыпались на палубу, превращаясь в разноцветные капельки воды.

– Отличное начало дня, – пробормотал Волдин, глядя на восток.

– Я мокрый, – буркнул Данки, устало моргая глазами.

– Поднять якорь, – тихо, но твердо пробормотал Бахму, вынимая из головы очередную чешуйку. – Курс – Соль-Фунь.

Бриг тяжело и медленно тронулся с места, отвернувшись от восходящего на небе солнца. Море Рассветов стало тускнеть и через минут пять утратило свою яркость, снова вернув себе прежний цвет, цвет моря. Дно ушло вглубь Вод, снова уснув, а Цурбус, глядя на лучи восходящего солнца, первый раз за четыре года почувствовал острую тоску по дому.

====== 14 глава Попытка ======

До станции Соль-Фунь, которая располагалась в самом море Рифов, «Лорд Тушка» шёл двое суток. За это время Цурбус распределил задачи для своей команды, определил команду «Северного ветра» по разным углам несчастного брига, подарив с барского плеча адмиралу свою каюту капитана, а принцессе отдав каюту Волдина. Туа был недоволен, но ничего с приказом капитана поделать не мог.

– Я никогда бы не подумала, что встречу в нашей Академии настоящего Истинного, – проговорила Юрую, когда Цурбус провожал её в каюту Волдина.

– Прошу меня простить, что я… не узнал вас, – слегка смутился очевидной лжи Бахму. Если честно, он Юрую даже в лицо не знал.

– О, ничего страшного, – отмахнулась женщина, проходя в комнатку. Бахму услужливо приоткрыл ей дверь. Юрую была симпатичная, и, когда она улыбнулась Цурбусу, ему показалось, что подарила толику своего тепла. И грусти. – Спасибо вам, капитан Джан Гур, за спасение и помощь, – сказала она и поклонилась. Этот поклон никто не видел, только Бахму, потому что он был слишком низким для принцессы и для простого кадета, пусть и капитана. Цурбус ответил, низко склонив голову, но не так низко, как это сделала Юрую.

– Моё почтение, принцесса Юрую. Приятного вам отдыха.

И закрыв дверь, вернулся на палубу. Долго ещё командовал там, но когда дело дошло до команды «Северного ветра», которая успела расположиться и отдохнуть, всё же решился подойти к Лорени. Ло был их капитаном, и руководил он не очень убедительно, хотя это Цурбуса мало волновало. Ему нужно было задействовать команду капитана Иренди, потому что в своих рядах у него были раненые и даже несколько убитых. Прыгать через голову по уставу было нельзя, потому, собрав все силы в кулак, направился прямиком в сторону Лорени.

Иренди-младший был слегка не в своей тарелке. Его выбили события связанные с Аденжурлем, помощь Цурбуса и, конечно же, сражение Бахму с капитаном пиратов. Но отец вовремя толкнул локтем, сказав, что он пока что капитан и со своей командой должен разбираться сам. Лорени так и сделал, вот только сам чувствовал и видел, что получалось у него командовать, на фоне Бахму, отвратительно. Он старался, но его постоянно перекрывал окрик Цурбуса, который что-то приказывал своим людям, и к удивлению Лорени они его слушались. И всё же Иренди командовал и понимал, что рано или поздно надо будет переговорить с Цурбусом, как с капитаном спасшего их судна.