Текст книги "Море опалённое свободой (СИ)"

Автор книги: Dtxyj

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 50 страниц)

Недалеко от этого вулкана бурлил действующий. Он выбрасывал искры лавы, истекал ею. Вокруг него стояло больше кораблей, больше конструкций и жизнь бурлила такая, что казалось весь мир крутился вокруг этого вулкана. Воздух наполнился испарениями, дымом, пепла стало больше, море взволновалось, шлёпая по бортам корабля с яростью и свойственным только природе гневом. Лорени и Цурбус наблюдали за всем этим, затаив дыхание. Если в Заводи Склепии Бахму был, то через Чёрное море ему ни разу не приходилось плавать.

Потом они ушли на камбуз и вышли только вечером, когда по кораблю разлетелись крики, предвещающие опасность. «Фортуна» напоролась на гейзеры, хотя старательно обходила подводный, действующий вулкан. Шедшая следом «Сирена Моря», завидев, как перед самим носом у «Фортуны» взбурлила вода, резко ушла в сторону. Тан так же крутанул руля, когда с марса послышался возглас, но оказалось поздно. «Фортуна» скользнула в сторону, справа произошёл выброс пара вместе с водой, и огромный фонтан залил всю правую сторону «Фортуны». Кто попал под этот дождь, повалились на горячую палубу с криками боли. Тан сам чуть не угодил под эту опасность. Палубу заволокло дымом, вода исходилась паром, через который было тяжело и горячо дышать. На мгновение казалось, что лёгкие вот-вот и оплавятся.

Лорени и Цурбус сами чуть не угодили под опасный фонтан, но Бахму, вовремя схватив Иренди, затолкал его на лестницу, ведущую на нижние палубы. Лорени не удержался на ногах и повалился вниз по ступенькам. Цурбус старался остаться на ногах, спеша следом за Лорени. Вода гейзера, оказавшись на палубе, благодаря крену корабля скользнула в сторону лестницы и прыснула вниз, следом за ними. Лорени упал на спину, с задранными ногами вверх. Цурбус на него сверху, закрывая собой. Широкополая шляпа Бахму спасла лицо Лорени от ожогов. Вода прыснула на спину Бахму, скользнула по плащу, зашипела. Вреда вода не причинила.

Облегчённо выдохнув, Цурбус приподнял голову, посмотрел наверх, даже не собираясь слезать с Лорени, а потом посмотрел на перепуганного Лорени. Стало смешно, и Бахму, стараясь сдерживать смех, начал кусать губы и медленно, осторожно слазить с распластанного в нелепой позе Иренди.

– Ты как, нормально? – всё же спросил Цурбус, подавая руку Лорени для того, чтобы он опершись о неё встал. Иренди принял помощь Бахму, что само собой уже удивляло, но только не их. Как-то привыкли, что ли? Лорени оказался намного безобиднее, и иногда выглядел таким слабеньким, что его хотелось защитить.

– Блин, это что было?

– Понятия не имею. Пошли лучше Данки проведаем.

– Ага.

Больше этим вечером и уж тем более ночью юноши на верхнюю палубу не поднимались, хотя корабль бросало из стороны в сторону и иногда даже подбрасывало. Молодые люди старались об опасности не думать, но за ужином прислушивались к разговорам моряков. Помогать команде Сальмит не позволила.

– Вы ещё салаги, – сказала она и, проглотив бокал вина, как стакан воды, направилась прочь из столовой. Моряки довольно загоготали, завидев кислую физиономию Лорени. Потом, словно прося за свой хохот прощения, пододвинули тарелочку с конфетами. Печаль была забыта в тот же миг. «Предатель», – подумал Цурбус и неожиданно для себя отметил, что Лорени поедающий сладости очень милый. Потом за эту мысль долго себя корил, чуть ли от самобичевания не сходя с ума.

– А что там наверху? – всё же спросил Лорени, затолкав в рот сразу три конфеты.

– Жесть, – ответил с серьёзным выражением лица один.

– Ужас, – второй с такой же мордой.

– Вулканы все разом решили извергнуться, – ответил третий. Десять секунд тишины, а потом дружный гогот. Лорени от обиды поджал губы, выдул половину кружки чая одним махом и вскочил со своего стула, таща за собой Цурбуса.

– Пошли сами посмотрим, – сказал обидчиво и гневно Иренди, и Бахму пошёл следом за ним.

– Только накидки и шляпы не забудьте, – неслось им дружное вслед.

– Сами знаем, старичьё, – выкрикнул, не останавливаясь, Лорени, злясь на моряков. И чего вдруг развеселились, дураки? Он серьёзно спросил, а они всё шутки шутить. Блин, даже конфетки забыл, вот же чёрт. Стало как-то обидно, что даже остановился.

– Ты чего? – спросил Цурбус и заглянул в озлобленное лицо Лорени.

– Ничего, – буркнул он и направился к каюте. – Смешно им. А мне вот не смешно. Я что клоун, что ли, чтобы с меня смеяться?

– Ну, они же по-доброму, а вовсе не злобно, – буркнул, защищая моряков, Бахму.

– А тебе, что, не обидно? Они ведь и с тебя смеялись, – резко остановился Иренди и, развернувшись, посмотрел Цурбусу в глаза. Так получилось, что Бахму не вовремя затормозил и чуть не столкнулся с Иренди. Чуть не столкнулся, но остановился в опасной близости.

– Я уже привык, – буркнул хрипло Цурбус и сделал шаг назад. Нелепость ситуации ощутил и Лорени. Он резко развернулся, щёки слегка подёрнул румянец, который тут же исчез. Иренди прибавил шагу. Конечно, привык. Цурбус был постоянным виновником насмешек и издевательств со стороны Лорени и его… друзей в Академии. А сейчас, что? А сейчас они спокойно разговаривают, выполняют одну работу на двоих, при этом делают её слаженно и практично. И Цурбус уже кажется не таким уж и ненавистным, а даже наоборот очень приятным и… красивым. Лорени, ощущая странные изменения в своём организме и в своей душе, понимал, что уже прежним ему не стать. Цурбус впивался в него своими клешнями и, словно паук, опутывал сознание исключительно только собой.

На верхнюю палубу они не пошли. За маленьким окошком, невзирая на ранний вечер, смеркалось. Пепел закрыл практически всё небо, над водой густел пар. Юноши лишь выглянули в окно и решили остаться в каюте. Но как только почувствовали, что, оставшись вдвоём, начинают думать о всяких непристойностях, вспоминая не слишком давнее прошлое, спохватились и решительно пошли к Данки.

– Что вы ходите ко мне, как цыплята за курицей? – недовольно проговорил Муар, натягивая на себя рубашку. Выглядел он намного лучше, чем накануне, и Кураша этим вечером решил его выписать. Вернее, решил Данки, а Кураша, чуть-чуть поспорив, подписался под словами Муар.

– Ты уже собираешься на камбуз?

– Ну, да, – ответил Муар, шнуруя горловину рубахи. – Надоело валяться. Все кости от этого болят.

– У меня хорошая койка, – отозвался доктор, вписывая что-то в журнал.

– Я не про койку, я про то, что без дела лежать столько суток можно заработать себе ещё какую-нибудь болячку.

– Например, геморрой, – отозвался врач, не глядя на парней и продолжая выводить буквы. Данки, Цурбус и Лорени посмотрели на него так, как если бы он сказал что-то ужасное. В положении, в котором были и Данки, и Кураша, и даже Лорени с Цурбусом, слово «геморрой» цитировалось и воспринималось совершенно по-другому.

– Я о другом, – наконец, ответил Муар, и, пожелав доктору приятной ночи, они втроём вышли из лазарета.

– Ой, Ло, – позвал его Кураша и даже спохватился со своего креселка. – А ты чего, чай не будешь?

– Нет, – ответил как-то сконфуженно Иренди. Отказывать он не любил, но ведь Кураша был геем, и уже Данки выписался, потому надобность находиться в гостях у доктора вроде бы отпала. Было дело не до чая.

– В следующий раз, – ответил за него Цурбус и потянул его за собой. Лорени вздохнул облегчённо, но всё равно было неудобно. Может, в следующий раз, как-нибудь вечерком заскочить чайку попить, попеть «Морскую лирику». Кураша хорошо играл на гитаре и пел.

Цурбус ещё перекинулся несколькими словами с Данки, а потом они разошлись. Сходили приняли душ, и когда возвращались назад, им встретился Горол. Помощник капитана просил больше воду не расходовать до того момента, пока «Фортуна» и «Сирена Моря» не окажутся за пределами Чёрного моря.

– И вообще, закройтесь в своей каюте и до утра оттуда не высовывайтесь, – грозно приметил Горол и пошёл своей дорогой.

Качка была неимоверна, потому юноши в ответ кивнули, но всё равно заглянули в столовую, где столкнулись с матросами, которые что-то бурно обсуждали. Некоторые были уже перебинтованы, это означало, что получили ожоги. Лорени пожалел их, но вот кто-то увидел его и весело крикнул:

– Эй, Ло, как тебе гейзеры?!

– А что с гейзерами? – спросил кто-то.

– Да шлёпнулись они!

И снова хохот. Невзирая на тягостность ситуации, моряки выискивали во всех опасностях частичку радости, потому что всё время горевать сил даже у самого сильного не хватит. Цурбус лишь подивился, когда это их могли увидеть. Конечно, полёт был не слишком красивым и удачным.

Лорени же снова вспыхнул негодованием и, резко отвернувшись, вышел прочь. Кто-то что-то крикнул, но юноша не захотел даже слушать. Обида брала верх. Цурбус последовал за Иренди беспрекословно, и через пять минут они ввалились в свою каюту.

– Ты ведёшь себя, как маленький ребёнок, – проговорил Цурбус, стягивая сапоги.

– Я? – возмутился слегка Лорени, стягивая свои сапоги. – И в чём это выражается?

– В твоём поведении, – наставительно и терпеливо сказал Цурбус, взбивая подушку. – Моряки взрослые люди, как и ты, они всего лишь пошутили, а ты собрался целую вечность дуться на них?

– Да, ничего себе пошутили? – продолжал набирать обороты Лорени, повернувшись к своей подушке и делая с ней то же, что и Цурбус делал со своей. – Посмеялись надо мной и над тобой, кстати, тоже. Аж бесит.

– Вот поэтому я и говорю, что ты ребёнок, – буркнул Цурбус и лёг на спину.

Лорени от этой фразы посмотрел на Бахму удивлёнными, возмутительными глазами и лёг рядом с Цурбусом на спину. Даже в этот момент он не осознал того, что повторяет движения Бахму.

– Я не ребёнок. Я взрослый человек, а вот ты дурак.

Сказано это было от бессилия, потому что Лорени в этот момент осознал, что Цурбус прав. Дуться на взрослых мужиков было глупостью, но от того, что они посмеялись над ним, становилось как-то обидно. Это что же получается, моряки «Фортуны» такие же, как и его друзья из Академии? Сразу стало тоскливо и грустно.

– Я не дурак, – после недолгой паузы спокойно ответил Цурбус. – Просто говорю тебе правду.

В этот момент корабль так сильно качнуло, что они не удержались. Крен был в левую сторону, Цурбус покатился с койки и шлёпнулся лицом вниз, увлекая за собой Лорени и выворачивая руку. Иренди тихо закричал, покатился за Цурбусом и чуть не упал ему на спину, успев удержаться. Послышались крики, потом беготня по коридору, дальше тишина. Поднявшись, сели на кровать Цурбуса.

– Это что было? – спросил с опаской Лорени.

– Наверно то же, что и тогда, – буркнул Цурбус, посмотрев на Иренди и намекая на то, как он свалился с лестницы.

– Жесть, а не Чёрное море, – бормотнул Лорени, и снова крен. На этот раз вправо. Они упали на спину и продвинулись по простыням до края второй кровати, пытаясь ухватиться за что-нибудь, чтобы не упасть вниз головой. Но крен сместился снова влево.

Как неваляшки они болтались по кроватям, а кровати скрипели ножками по доскам пола следом за ними. Потом встали, но стоя было ещё хуже. Засобирались было пойти посмотреть, что там творится наверху, но вовремя остановились. Горол сказал оставаться в своей каюте, значит, помощника надо было послушаться. И потом, рассудили они, если что-то страшное, то лучше этого не видеть. Если помощь понадобится, их обязательно позовут. А мешать команде не стоит. И злить Сальмит тоже.

Потом решили, что лёжа такую сильную качку перенести легче, упали на кровати и, вцепившись в края, попытались таким образом удержаться хоть как-то на спинах. В итоге качка прекратилась через минут сорок. В последний момент она оказалась такой сильной, что Цурбус свалился на спину на пол, а сверху Лорени, тоже на спину. Поза опять же получилась не из приятных. Более того, скрипя по полу, просунулись в их сторону кровати. Парни с опаской на них покосились.

Потом Лорени задвигался, начал вставать. Цурбус, почувствовав, что задница Иренди делает не очень эстетические, но приятные движения в районе его паха, резко раздвинул ноги. Попка Иренди приземлилась на пол, рука соскользнула с края кровати, за которую он держался. Лорени шлёпнулся на бок, чертыхнулся и вновь попытался встать.

– Ты что делаешь? – возмущался он. Цурбус молчал. Член его принялся твердеть, что в очередной раз удивляло и раздражало. «Спи, скотина деревянная, тебе слово не давали»! – мысленно закричал своему органу Бахму и получил рукой по паху. Лорени случайно задел, когда переваливался через длинную ногу Цурбуса.

Стояк конечно можно было бы не заметить, если он только-только наливался кровью. И Иренди действительно не заметил, Цурбус в какой-то мере обрадовался. Вскочил следом на ноги.

– Давай спать, – бодро сказал он. Легли. За окном совсем стемнело, но был всего лишь вечер.

Но Цурбус уснуть не мог. Сколько бы он не уговаривал себя, что это простая реакция и пора бы успокоиться, его организм слушать доводы рассудка не хотел. Член наливался всё больше кровью, тело покрывалось лёгкой испариной. В голове клубился туман, дыхание становилось чаще и прерывистым. Цурбус понимал, что нужно срочно бежать в душ, но выходить из каюты запретили. А если осторожно? Мало ли что сказали? Но за окном, он скосил глаза в сторону, было темно и лишь изредка виднелись вспышки тонких искринок безудержно летящей из жерла вулкана лавы. Да и потом, если уж на то пошло, в душе принято мыться, а не мастурбировать.

Цурбус осторожно посмотрел на рядом лежащего Лорени. Кажется, Иренди спал. Дыхание было ровным, он не двигался. Правда, по тому очертанию, что из себя в темноте представлял Лорени, трудно было угадать, спит он или нет, но Цурбус решил, что Иренди уснул.

Сглотнув, Цурбус потянулся левой рукой к поясу штанов, расстегнул пуговку, потом тихо, как будто ширинка издаёт громогласный звук, он расстегнул замочек. Рука скользнула в штаны, потом в трусы и, наконец, коснулась горячего и каменного органа. При прикосновении Цурбус чуть не издал гортанный рык блаженства, вовремя успев прикусить губу. Капля слюны скатилась к краю губ, и ему пришлось слизнуть её. Из горла вырвалось судорожное дыхание, а потом Бахму снова прикусил нижнюю губу, чтобы ненароком не застонать.

Ладонь скользнула по стволу, обхватила член горячей ладонью, большой палец скользнул по головке. Прикрыв глаза, Цурбус стал делать волнительные движения ладонью, стараясь быть тихим, но не всегда это получалось. Странные звуки всё же разносились в тишине по каюте, да иногда вырывалось из горла прерывистое дыхание, полное наслаждения.

Кончил себе в ладонь и тут же с досадой подумал, как теперь быть со спермой. Открыв глаза, он заметил краем глаза, что тёмное пятно, которым был Лорени в темноте, слегка шевельнулось. Понимание того, что Иренди, может, не спал, либо Цурбус его разбудил, тут же взорвало сознание. Но, в конце концов, Бахму взрослый и в полном соку молодой человек, так почему же он должен прятаться от кого-то? Да потому, что это правильно прятаться, не прятаться – это уже извращения!

– Ты спишь? – тихо спросил он Иренди, но в ответ ничего так и не получил. Но почувствовал, как тело Лорени напряглось, дыхание чуть замерло. Цурбус нахмурился, вытер ладонь о простынь, поставив на заметку завтра утром её поменять. Потом слегка приподнялся и, протянув левую руку к Лорени, коснулся его паха.

– Ай, не тронь! – тихо вскрикнуло тёмное пятно, приподнимая голову и накрывая кисть Бахму своими ладонями. Правая кисть Цурбуса стукнулась о руки Иренди.

– Да у тебя стоит, – как-то уж сильно довольно произнес Цурбус, почувствовав нездоровый интерес. – На меня встал?

– Не твоё дело, – закричал Лорени и попытался отодвинуться, а потом встать с кровати. – Я пошёл в душ.

– Из каюты выходить нельзя, Горол запретил.

– Да мне пофигу, – вспылил Лорени и всё равно сел, свесив ноги с кровати.

Цурбус дёрнул Лорени на себя, и, не ожидавший этого, Иренди повалился на спину. Бахму тут же оседлал его, прижав к кроватям, положив ладони на плечи.

– Давай передёрну? – вдруг предложил он и сам своим словам подивился. Интересно, а кто сгорал от стыда и занимался самобичеванием совсем недавно, сорок минут простояв в душевой и семь раз порезавшись, пока брился? А потом, и снова потом… Сколько мыслей было сведено с ума одними лишь воспоминаниями о совместной мастурбации. Наверно, это была его тень. А может, вообще другой человек?

Другой точно, потому что пока Лорени соображал, что Цурбус ему предложил, Бахму уже расстёгивал ширинку Иренди и пробирался к стоявшему по стойке смирно органу. Самое противное в этой ситуации было то, что Цурбус завёлся. Даже не с полуоборота, а просто на пустом месте. Сказал: «Давай передёрну», и тут понеслась душа в рай.

– Не смей! – вдруг воскликнул Лорени и попытался отстранить наглые ручонки пирата, но было тщетно. Тогда он, собрав всю силу и отчаяние в кулак, перевернулся и оказался сверху. Цурбус упал на спину, издал стон и погладил выступающий из штанов Иренди бугорок. Лорени ахнул, подался вперёд и сразу же попытался отстраниться, но Бахму не сильно сжал его член. Иренди застонал, закусил губу, посмотрел молебно на лицо Цурбуса, но ничего, кроме темноты, не увидел.

– Иди сюда, – вдруг раздался в темноте горячий и приятный шёпот Цурбуса, и Лорени, ощущая поглаживания на своём члене, подался вперёд. Вторая, сцепленная рука легла на его ягодицы и потянула вперёд. Сначала Лорени вздрогнул, снова попытался отстраниться, правда, получилось у него это очень вяло и не правдоподобно. К тому же, Цурбус схватился за пояс штанов и потянул их вперёд, заставляя Лорени продвинуться к голове Бахму.

Приподняв голову, Цурбус прикусил выпуклость в штанах, лизнул ткань, потом снова прикусил. Лорени издал блаженный стон и прикрыл рот ладонью.

– Ты… Ты что делаешь?! – воскликнул он и снова сделал попытку отстраниться, но теперь душа и сердце не позволили ему этого сделать. Рука Бахму уже оттягивала пояс штанов и резинку трусов, пролазила внутрь, доставая оттуда налившийся кровью член.

И когда язык Цурбуса заскользил по стволу члена Лорени, он снова застонал, наклонился вперёд, оттопыривая попку. Поза была обалденная, вдруг подумал Цурбус, глядя, как тёмная фигура, которой был Иренди, делает странные пасы. Лаская член Лорени и ртом, и губами, и языком, и рукой, Бахму потянулся сцепленной рукой к своему, но Иренди тут же попытался её отстранить.

– Эй, – позвал Цурбус, оторвавшись от члена Лорени. Иренди легонько, но возмущённо застонал. – Мне тоже хочется кайфа. Давай, вместе со мной, поласкай меня, сладкий Ло.

И Цурбус опять коснулся сцепленной рукой своего члена, обхватил его ладонью, и к нему через некоторое время присоединился Лорени. Бахму выдохнул судорожно, скользнул языком по стояку Иренди. Тот мучительно и сладостно замычал, подставляя свой член горячему и влажному рту Бахму. Второй рукой Цурбус провёл по ложбинке между ягодиц и коснулся дырочки. Но всё это было уже через ткань штанов.

– Тебе нравится, сладкий Ло? – спросил Цурбус, заглатывая член Лорени до самых гланд. В то же время он скользил по своему жаркой рукой, переплетая её с ладонью Иренди.

– Да, – стонал Лорени, двигая бёдрами и выгибаясь в спине. – Мнхааа…ахх…да… Нрави… саа… Очень…

«Интересно, – вдруг подумал Цурбус, – а за конфеты Лорени сделает минет или даст себя отодрать хорошенько»?

Кончили они вместе, так вот получилось, что выстрелили одновременно. Цурбус вовремя успел вынуть член Иренди изо рта. Цурбус кончил себе в ладонь. Задыхаясь, Иренди повалился на бок, жадно заглатывая воздух. Руку Цурбус вытер о простынь, всё равно завтра менять. Лорени ещё толком не отдышавшись, отвернулся от Бахму, судорожно заталкивая в штаны свой упавший член.

– Придурок, – шептал Лорени, шмыгая носом. – Дурак…

Цурбус сначала ничего не говорил, сам заправлялся и пытался осознать то, что всё равно было неизбежным. Лорени Иренди начинал ему нравиться, и здесь уже ничего нельзя было поделать. Разве только утопить его за бортом «Фортуны», но эта мысль уже не радовала, а умиляла.

Бахму перевернулся на бок, быстро, словно пантера, сделал прыжок, чтобы поймать в свои лапы глупого зайчишку. Подсунул руку под голову Иренди, перехватил другой и притянул его к своей груди. Лорени не возмущался и даже не сопротивлялся. Он принял сей факт, как принимал его последние ночи и утра.

– Но тебе же понравилось, – шепнул он страстно на ухо Иренди и тихонько мыкнул. Бред. Завтра утром будет всё по-другому. Вернее, всё так же, как и всегда. То же самобичевание, тот же стыд и те же поиски той самой ненависти, которая уничтожала их все эти годы.

– Да, – тихо отозвался Лорени, разрушив напрочь вновь возводимый Цурбусом барьер. Сам Лорени был от этого ответа в не меньшем шоке, чем Бахму.

Эту ночь они не спали. Только тихонько лежали, притворяясь спящими и прижимаясь друг к другу, словно в последний раз.

====== 16 глава Одинокий призрак ======

К концу вторых суток они подошли к краю Чёрного моря. Оставалось пройти несколько миль, и они вырвутся, наконец, из этого хаоса и ужаса. Но впереди ещё была одна большая опасность. Два действующих вулкана-близнеца, стоявших в нескольких ярдах друг от друга, и между ними нужно было пройти. Конечно, их окружали защитные корабли, которые собирали и лаву, и камни, и пепел, и магму, и много ещё чего, но постоянное извержение волновало море. А вырывающиеся из жерла, то пепел, то лава, разбрасывающие свои капли, грозили выжечь палубы.

На «Фортуне» и «Сирене Моря» тут же начались работы по защите палуб. Цурбус и Лорени моментально схватились за щётки, кто-то уже тянул большое ведро со специальным веществом, предотвращающим возгорание. И в следующее мгновение закипела работа. В накидках, в шляпах, с платками на лицах, потому что дышать было тяжело тем воздухом, что висел над морем. Сальмит приказы не раздавала, кричать в таком положении, когда пепел мешал даже смотреть, было нереально.

Через десять минут работы были закончены. Палуба стала липкой, по ней тяжело было передвигаться, вот почему Сальмит не приказала заранее нанести защитное вещество. Но, моряки знали, лучше ходить по такой палубе, чем таскать вёдра с водой, порой в тщетной попытке потушить корабль. И вот через пять минут после нанесения защитного вещества из густоты пепла показались вулканы. Они высились над морем на несколько метров. По чёрным склонам стекали реки лавы, из которых поднимались удушающие испарения. Вокруг этих страшных монстров стояли защитные стены из каменного дерева, покрытые специальными растворами, предохраняющие от ядовитости лавы.

Команды двух кораблей дружно сглотнули. Многие, в основном кадеты, такого ада не видели. При приближении к вулканам, море стало менее спокойным. Волны заволновались, забились резче о борта кораблей, из воды стал подниматься пар. Лорени и Цурбус вглядывались вдаль, через плотную завесу пепла и, выхватывая из пробелов страшных братьев, молча, крестились. Бахму много раз читал об этом море, слышал про него легенды из уст моряков и пиратов, но никогда бы не мог подумать, что этот ужас существует на самом деле. «Неужели здесь живут люди»? – подумалось Цурбусу. «Да, живут, – отвечало подсознание, – те, кто стоит на страже границ, те, кто собирают вулканические породы, лаву и пар»…

Когда осталось несколько ярдов до вулканов, капитан приказала всем морякам спуститься с верхней палубы внутрь корабля, оставшись на квартердеке с Горолом и Таном. Лорени разочарованно поплёлся следом за Цурбусом, он очень сильно хотел посмотреть на этих двух монстров вблизи. Но приказ капитана не обсуждается, поэтому спустившись вниз, они, как и все моряки, отряхнули накидки и шляпы. Бахму приметил несколько дыр от пепла на своём головном уборе, повертел его в руках, рассматривая, а потом, махнув рукой на эту маленькую беду, направился со всеми в столовую.

Столовая всех не уместила, пришлось сесть на пол. Нокта принесла чая и конфет, Цурбус рефлекторно передвинул свои на сторону Лорени, беря в другую руку кружку с чаем. Приятно потянуло цитрусом, Бахму легонько улыбнулся. Чай Нокта заваривала отменный.

– Спасибо, – раздалось совсем близко, и Цурбус обернулся. Лорени, слегка покраснев, – хотя румянец скорей всего показался Бахму – захватил ручонкой пять штук конфет и, не глядя на Цурбуса, положил их в одну кучку со своими.

– М… – Бахму вовремя остановился, чтобы не сказать «мило». В этот момент Иренди показался маленьким, беспомощным ребёнком, которому, наконец, выпало счастье попробовать сладкое лакомство. – Пожалуйста, – Цурбус слегка смутился от своих мыслей. Пригубив чай, отвернулся.

Странности между ними продолжали происходить. Сегодня утром, открыв глаза, они снова это сделали. Подрочили друг другу. Ушли чувства вины и стыда, испарилось чувство ненависти. Бахму окончательно осознал – Лорени ему нравился. Как? Когда это случилось? Зачем? Он ответов на эти вопросы не знал, но понимал, что ждать ответа на новые чувства со стороны Иренди не стоит. Да, и виной всего этого была вот эта маленькая цепочка, что соединяла их. Цурбус решил понадеяться на то, что когда кандалы снимут с его руки, то и в этих странных чувствах отпадёт надобность. Они снова окажутся по разные стороны баррикад и снова станут врагами. Лорени со своей ненавистью никогда не расстанется. Но, чёрт возьми, что это был за ответ, в тот вечер, когда это случилось второй раз?!

Странные мысли вновь начали заполнять сознание Цурбуса, и он решительно повернулся к Лорени. Чтобы от них избавиться, нужно было чем-то себя занять. Поскольку работы не было, нужно было либо её найти, либо завербовать собеседника для пустого разговора. А поскольку с командой у Цурбуса сложились не такие уж и тёплые отношения, он решил отправиться на камбуз.

Повернув голову в сторону Лорени, он замер с открытым ртом. Иренди, запихав в рот подтаявшую конфетку, слизывал с пальцев шоколад, второй, той, что была сцеплена, пытался размотать ещё одну. Почувствовав себя очень и очень странно, Цурбус отвернулся и стукнулся легонько головой о стенку. Чёрт возьми, что за геморрой?! Мало того, что Лорени ему стал нравиться, так этот мерзавец ещё сексуально пальчики свои облизывает. А ведь эти пальчики сегодня утром хватались за кое-какие странные агрегаты. Но воображение, мерзкое существо, тут же нарисовало другую картинку: Лорени толкает эти пальчики себе в дырочку, пытаясь растянуть себя, стоя при этом «раком». Твою армаду, в штанах что-то шевельнулось!!!

Бахму резко осушил кружку с чаем, слегка морщась от того, что содержимое посудины ещё толком не остыло. Потом резко встал, потянув за собой Лорени. Он как раз собирался положить в рот развёрнутую конфетку, но благодаря тому, что Цурбус дёрнулся, она выпала из его рук.

– Ой, – вскрикнул не громко Иренди, поднимая сцепленную руку вверх, сам оказавшись в слегка не очень выгодном положении. Конфетку он терять не хотел. Тут же схватил её и, невзирая на то, что она повалялась по грязному полу, который они сегодня утром с Цурбусом вымыли, затолкал в рот, словно сладость кто-то хотел украсть. Потом быстро поднялся, облизывая пальцы. На полу осталась стоять кружка с чаем и лежать пара конфет.

– Ты чего так резко встал? – спросил совсем безобидно Иренди и нагнулся, поднимая с пола слегка позабытую сладость. Взгляд Цурбуса наткнулся на обтянутую белыми штанами попку Лорени, воображение снова сыграло злую шутку, в штанах надвигалась катаклизма. Сейчас его вулкан, вместе с братьями-вулканами, изольётся такой лавой, что кораблю мало не покажется. Или, скорей всего, Лорени.

– Пошли на камбуз, – чуть громче, чем ожидал, выкрикнул Цурбус и потянул Иренди за собой. Лорени, успев схватить конфеты, устремился следом за Бахму. Да что же это такое происходит?!

Ну, ладно, нравится ему Лорени, но не до такой же степени, чтобы смотреть на его задницу и возбуждаться? И не до такой, чтобы фантазировать о его развратном теле – хотя, почему развратном, кто скажет? – видя лишь то, как он облизывает пальцы. Бред какой-то!

Когда вошли на камбуз, Данки был так занят, что поговорить не удалось, хоть его Нокта и отпустила на перекур. Стоя в коридорчике с сигаретой в зубах и пепельницей в руках, Муар смотрел сквозь едкий дым на Цурбуса и думал о своём. Разговор был как всегда простым, однословным и лёгким. Лорени тихо наблюдал за друзьями и не мог понять, в каком же месте они друзья. В очередной раз, задаваясь таким вопросом, ощущал лёгкую зависть от того, что у Бахму он был, тот единственный друг.

Более того, Лорени стал ощущать странные чувства по отношению к Цурбусу. Уже то, что ему стало нравиться просыпаться в объятиях Бахму, говорило о многом. А когда пират делал ему минет и мастурбировал, то Лорени готов был все сладости мира отдать за один только повтор того, что было сегодня утром и в тот вечер. Да и сердце что-то стало в последнее время стучать быстрее и сильнее, как будто болезнь какая навалилась… А душа? Как она затрепетала, когда сегодня, да и вчера, и за завтраком сегодня, Бахму отдал ему свои конфеты. Может, можно было бы это причислить к радости, если бы не было сравнения. А ведь оно было. Особенно, когда ему отдают свои конфеты моряки. Такого Лорени по отношению к ним не чувствовал.

Данки ушёл на камбуз, а через два часа пришло сообщение о том, что корабли благополучно миновали опасную зону, оставив братьев за спиной. Можно было выйти на палубу, и все дружненько повалили наверх, заниматься дальнейшими работами. Много чего нужно было сделать. И команда занялась делом, но уже через полчаса их остановили на границе дозорные. На огромном корабле, что являл собой форпост, развивался на ветру флаг пиратов.

– И, что, у вас при входе на нашу территорию никто не проверял документы? – донеслось до драящих последний кусочек палубы Лорени и Цурбуса. Пепел ещё падал с неба, но уже был не таким густым. Пар был не таким сильным. Да и закатное солнце проглядывало веселее, возвещая о том, что пора бы уже и закругляться с работой.

Пираты досконально осмотрели корабли, поприветствовали адмирала, Лорени взволнованно следил за тем, что происходило на «Сирене Моря».

– Успокойся, – сказал тихо Бахму, выжимая тряпку в ведро. – Это законопослушные пираты, твоему отцу они ничего плохого не сделают.

– Так я тебе и поверил, – вдруг огрызнулся Лорени, и Цурбус почувствовал странную радость от этого. Вот и славно, Иренди его всё так же сильно ненавидит, как и прежде, а значит, на взаимность можно забить. – Все пираты убийцы и грязные ублюдки. Все они должны быть казнены!

– Ностальгия, – буркнул Цурбус, кидая тряпку на палубу и начиная оттирать маленький квадратик от недавно им же и нанесённого защитного вещества. Это всё, что осталось.