Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 79 страниц)

Мурзик издал низкое, утробное рычание – долгое, полное ненависти, направленное на завод. Его шерсть стояла дыбом, хвост распушился до размеров лисьего и когти скребли землю.

Даниил никогда не видел кота таким. Мурзик всегда был спокойным, царственным, слегка надменным. Даже в роще, когда ощущал дискомфорт, он просто нервничал. Но сейчас… сейчас в нём была чистая, неразбавленная ненависть. Словно не просто кот смотрел на завод, а что‑то древнее, могущественное, абсолютно враждебное тому, что творилось за теми стенами.

Даниил присел на корточки рядом с котом, положил руку на его спину.

– Тебя тоже тошнит от этого, да? – тихо проговорил он. – От этой мерзости – этого яда.

Мурзик не перестал рычать, но чуть прижался к руке Даниила. Словно говоря: я с тобой, что бы ты ни решил.

Даниил вернул взгляд на завод. Он всю дорогу сюда думал – взвешивал и пытался найти рациональные аргументы за и против.

За – это не моя проблема. Если я начну действовать, начну копать, начну привлекать внимание – это разрушит всё, что я пытался построить здесь.

Против – я единственный, кто понимает, что происходит. Единственный, кто чувствует истинную природу этой угрозы. Если я не буду действовать, кто будет? Полиция? Мэр? Экологи? Они не видят. Даже не чувствуют. Для них это просто ещё один завод с небольшими экологическими нарушениями.

А я знаю правду и если промолчу…

Даниил закрыл глаза, представляя, как через месяц, через два, через полгода эта отравленная вода продолжит течь в землю. Как «зона смерти» вокруг завода будет расширяться, как мигрени у людей станут постоянными, как агрессия перерастёт в насилие и даже как дети начнут рождаться больными.

Город медленно, но верно превратится в мёртвое место.

Неужели он будет стоять в стороне и смотреть, потому что «это не его проблема»? Потому что «он хотел спокойной жизни»?

Нет.

Даниил открыл глаза.

Я так не могу. Я пытался убежать от прошлого, пытался стать другим человеком – забыть того, кем был, но некоторые части себя нельзя просто отрезать. Я дал себе клятву никогда больше не использовать свои способности для манипуляции. Никогда не лезть в чужие головы, но это не значит, что я должен стоять в стороне, когда людей убивают. Даже если они сами этого не понимают…

Даниил медленно выпрямился, продолжая смотреть на завод. Его новое желание спокойной жизни столкнулось с его пробудившейся совестью и совесть… победила.

Он не знал ещё, как конкретно будет действовать, но знал одно точно – он должен действовать.

Мурзик перестал рычать. Посмотрел на Даниила янтарными глазами – и в них читалось одобрение, словно кот понимал его решение и поддерживал.

Даниил присел, почесал кота за ухом.

– Похоже, нам предстоит непростое дело, дружище, – тихо сказал он.

Мурзик мурлыкнул – коротко, но выразительно. Я готов.

Даниил поднялся, взял кота на руки и направился обратно к велосипеду, оставленному у подножия холма.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, сумерки сменились ночью, а огни завода «Деус» на горизонте стали ярче – словно глаза хищника, смотрящего на город.

Я найду способ остановить это, и найду союзников, если понадобится. Потому что если не я, то кто?

Он сел на велосипед, Мурзик устроился в корзине, и они поехали обратно в город.

Глава 19

Утро в «Эдеме» было идеальным.

Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо в мягкие оттенки золотого и розового. Воздух был таким чистым, что каждый вдох ощущался как глоток родниковой воды. Тишина, нарушаемая только пением птиц и шелестом листвы.

Я стоял в своём личном саду – уединённой части «Эдема», куда имели доступ только я сам и несколько доверенных людей.

Сад был моим убежищем – местом, где я мог просто… быть и отдыхать от всей внешней суеты.

Я шёл по узкой дорожке из белого камня между клумбами, внимательно осматривая растения. На руках садовые перчатки, в кармане халата лежали инструменты для ухода за растениями.

Большинство растений здесь были редкими, дорогими, требующими безупречных условий, но даже среди них были особенно капризные, с которыми я бился долгое время и никак не мог победить эти оттенки разных цветов.

Полуночные розы.

Я подошёл к ним и замер.

Розы были необыкновенны. Почти чёрные как сама ночь лепестки. Такое ощущение, что они поглощали свет вокруг себя – словно маленькие чёрные дыры, притягивающие и удерживающие темноту. Алый оттенок, с которым я боролся долгое время, начал потихоньку уходить. Это было заметно и это радовало. Наконец‑то я добился того, чего хотел.

Я медленно шёл вдоль клумбы, рассматривая каждый куст. Форма лепестков – идеальная. Глубина цвета, структура бутонов – безупречная. Недели работы «Небесного Сада» дали результат. Розы наконец приближались к тому идеалу, который я представлял.

Остановился у третьего куста, наклонился ближе, изучая особенно крупный бутон, и вдруг замер. На листьях под бутоном – виднелись странные пятна. Небольшие, размером с ноготь мизинца, желтовато‑серые, с неровными краями. Таких пятен быть не должно. Вообще не должно.

Я осторожно коснулся одного из листьев, провёл пальцем по пятну и почувствовал в энергии, питающей розы, появилось что‑то чужеродное.

Я закрыл глаза, сосредоточился, позволил своему восприятию расшириться. Начал сканировать почву – никаких изменений. Затем воду – с ней тоже было все в порядке. Может, удобрения некачественные? Проверил и их – все нормально.

Тогда я расширил область сканирования и коснулся Лей‑линий. Обычно они ощущались как ровный, могучий поток чистой энергии, – широкая река света, текущая через землю, питающая всё живое вокруг.

Но сейчас… Я нахмурился, продолжая держать глаза закрытыми. В этом потоке появился привкус. Едва уловимый, но отвратительный. Словно совсем легкий, тухлый запах, замаскированный другими более яркими ароматами.

Словно в чистейшую родниковую воду кто‑то добавил ложку дёгтя или выплеснул ведро помоев в горный ручей. Химическое загрязнение «Кокон» бы отфильтровал, значит природа грязи энергетическая.

Я развернулся и направился к выходу из сада. Нужно было выяснить источник и немедленно.

По дороге к командному центру меня нагнала Фея. Она материализовалось из воздуха с характерным мягким звоном, облетела вокруг моей головы, изучая выражение лица, и зависла прямо перед носом, скрестив крошечные руки на груди.

– Доброе утро, Ваше Темнейшество, – её голос был бодрым, но я слышал в нём озабоченность. – Судя по вашему выражению лица и направлению движения, случилось что‑то неприятное. Дайте угадаю – ваши капризные цветочки снова жалуются на качество обслуживания?

– На стеблях признаки болезни, – коротко ответил я, продолжая идти. – В энергии появилось загрязнение.

Фея перестала ехидничать. Её лицо стало серьёзным.

– Загрязнение? Внутри «Кокона»? Это невозможно. Все фильтры работают штатно, я проверяла систему вчера вечером.

– Загрязнение проходит по каналам, которые «Кокон» не фильтрует, – я толкнул дверь командного центра. – Оно идет по лей‑линиям.

Фея замерла на мгновение, осмысливая.

– Чёрт, – выдохнула она. – Если кто‑то влезает в лей‑линии за пределами «Небесного Сада»…

– … то их действия влияют на всю энергетическую сеть региона, – закончил я, проходя к центральному голографическому столу. – Включая зону под моей защитой.

Я активировал стол жестом руки. Над поверхностью возникла трёхмерная карта региона – Воронцовск в центре, окружающие города и территории вокруг.

– Мне нужно провести глубокое сканирование, – сказал я, глядя на карту. – Найти источник загрязнения.

Фея тут же влетела между мной и голограммой, заняв позицию прямо перед моим лицом.

– Стоп‑стоп‑стоп, – она подняла крошечную руку. – Ваше Темнейшество, вы хоть помните, что произошло несколько недель назад? Маленький проект под названием «Небесный Сад»! Когда вы выжали из себя больше половины резерва, чтобы накрыть куполом весь город?

Я посмотрел на неё спокойно.

– Помню.

– И вы помните, что ваш личный резерв после этого проекта составляет меньше 2 %, а остальной объем уходит на поддержание «Небесного сада»? – продолжала Фея, скрестив руки. – Прямое ментальное сканирование всего региона при вашем текущем состоянии – это как пытаться вскипятить океан зажигалкой. Технически возможно, но крайне нерационально и опасно для вашего здоровья.

– У меня нет времени на постепенное восстановление, – ровно ответил я. – Что‑то отравляет энергию региона. Если не остановить это сейчас, то…

– Тогда давайте хотя бы не будем торопиться, – перебила Фея. – Не жгите резерв на тотальное сканирование с первой секунды. Давайте сначала послушаем, о чём пищат муравьи. У вас есть целая сеть информаторов – мэры, управленцы, люди на местах. Используйте их, а потом, если понадобится, можете играть в детектора энергетических аномалий.

Я молчал несколько секунд, обдумывая её слова.

Фея была права. Мой резерв действительно сильно истощился, т. к. «Небесный Сад» потребовал колоссальных затрат – не только на запуск, но и на постоянное поддержание. Рисковать стабильностью всей конструкции ради быстрого сканирования было нерационально.

– Хорошо, – кивнул я. – Собираем информацию через обычные каналы. Связывайся с остальными.

– Уже на связи, – Фея слегка светилась, передавая данные.

Я активировал систему связи. Через несколько секунд передо мной появились окна с лицами ключевых людей моей команды.

– Господин? – Алина первой откликнулась, уже наклоняясь к своим экранам. – Что‑то случилось?

– У нас проблема, – сказал я без предисловий. – Энергетическое загрязнение распространяется по лей‑линиям. Источник за пределами «Небесного Сада», но влияет на всю региональную сеть, включая «Эдем». Нужно найти источник и сделать это быстро.

Алина нахмурилась, её пальцы уже летали над виртуальными клавишами.

– Признаки? Что конкретно искать?

– Энергетические и природные аномалии, жалобы на здоровье, странное поведение людей, экологические отклонения – всё нестандартное. Радиус – сто километров от Воронцовска, начинайте с ближайших городов.

Глеб молча кивнул, уже доставая планшет.

– Мои люди на местах начнут опрос через контакты. Дам знать, как только что‑то всплывёт.

– Антон, – я переключился на командира «Стражей». – Готовь группу. Как найдём источник, потребуется быстрая мобилизация.

– Будет сделано.

– Алина, – я вернулся к техническому директору. – Координируешь сбор данных. Полная картина мне нужна через несколько часов максимум. Всё, что найдёте – сразу докладывать.

– Уже открываю каналы с мэрами и управленцами, – Алина кивнула, не отрываясь от работы. – Дам знать, как только соберём что‑то конкретное.

Я отключил связь и снова посмотрел на карту региона. Где‑то там был источник, что‑то отравляло землю, и это нужно было найти и уничтожить.

Следующие два часа прошли в напряжённом ожидании. Я вернулся в свой сад, пытаясь отвлечься работой с другими растениями, но мысли постоянно возвращались к розам и к тому грязному привкусу в энергии, который я чувствовал.

Фея периодически появлялась, сообщая о ходе сбора информации. Алина искала в сети любые признаки, а Глеб получал отчёты от своих людей на местах, но пока ничего конкретного – обычные жалобы, которые были в любом городе.

А потом позвонил Степан Васильевич.

Я был в саду, когда Фея материализовалась передо мной с серьёзным выражением лица.

– Повелитель, звонит мэр. Говорит, это срочно.

Я выпрямился, снял садовые перчатки и кивнул. Фея активировала связь, и передо мной возникло голографическое изображение мэра Воронцовска.

Степан Васильевич выглядел встревоженным. Его обычно спокойное лицо было напряжённым, на лбу блестел пот.

– Господин Воронов, извините, что беспокою, но… у нас необычная ситуация.

– Говори, – коротко сказал я.

– Беженцы, – Степан провёл рукой по лицу. – За последние пару дней в Воронцовск прибыло больше полутора тысяч человек. Просто приехали, без предупреждения, без документов на переезд. Семьи с детьми, старики, молодёжь. Мои люди опросили нескольких – все они из одного места.

Он сделал паузу, и я уже знал, что он скажет дальше.

– Из Котовска. Все до единого – из Котовска.

– Котовск. Город в семидесяти километрах к западу от Воронцовска, – тут же дала справку Фея.

– Что они говорят? – спросил я. – Почему бежали?

– Говорят о «моровой язве», – Степан покачал головой. – О том, что в городе невозможно находиться. Постоянные головные боли, вспышки агрессии, люди становятся раздражительными, злыми, нападают друг на друга без причины. Дети плачут по ночам и все жалуются на кошмары, а врачи ничего не находят, но все говорят одно – нужно уезжать, пока не стало хуже.

Два события мгновенно сложились в моей голове. Загрязнение энергии и массовое бегство из Котовска – всё было очевидно.

– Степан, продолжай принимать беженцев. Обеспечь их временным жильём, а Алина выделит средства из резервного фонда.

– Есть, господин, – Степан кивнул с облегчением.

Я отключил связь и повернулся к Фее.

– Свяжи меня с остальными.

Через минуту передо мной снова появились окна с Алиной, Глебом и Антоном.

– Источник в Котовске, – сказал я без предисловий. – Мне нужна полная информация о том, что там происходит. Алина, начинай собирать данные о Котовске – что там строилось последние месяцы, какие компании работают, кто владеет предприятиями – всё.

– Уже в работе, – Алина кивнула, её пальцы летали над клавишами.

– Антон, – я посмотрел на командира «Стражей». – Собирай группу разведки. Едешь в Котовск. Задача – найти источник загрязнения. Визуальная разведка, энергетическое сканирование на месте, опрос местных. Действуй быстро, но осторожно. Если обнаружишь что‑то опасное – не вступай в контакт, сразу докладывай мне.

– Понял, господин, – Антон кивнул. – Когда выдвигаться?

– Через час. Бери лучших.

– Есть.

Я посмотрел на Фею.

– Свяжись с Лебедевым. Он должен знать, что происходит в регионе через свои каналы. Кто наверняка вкладывал деньги в Котовск последние месяцы и строил что‑то крупное.

– Уже набираю, – Фея светилась, устанавливая связь со столицей.

Через несколько секунд в воздухе появилось ещё одно окно – лицо Константина Лебедева, моего финансового директора и главы «Эдем‑Агро». Он сидел в своём столичном офисе, за спиной виднелись панорамные окна с видом на город.

– Господин Воронов, – Лебедев кивнул вежливо. – Слушаю вас.

– Котовск, – сказал я. – Мне нужна вся информация о том, кто там работает. Какие компании или кланы вкладывали деньги. Что строилось за последние полгода. Используй все свои каналы.

Лебедев нахмурился, явно что‑то вспоминая.

– Котовск… Насколько помню, туда вкладывались несколько региональных кланов – Соколовы, Тихоновы и Лисицины. Проект какого‑то производственного комплекса – завод «Деус Инжиниринг Групп». Запустили недавно, сейчас уже работает.

– Кто управляет проектом? – спросил я.

– Точно не знаю, – Лебедев покачал головой. – Нужно поднять документы, проверить через свои каналы. Дайте мне время, я выясню все детали – кто стоит за проектом, что именно они там строят, схемы финансирования, технологии. Всё.

– Сколько времени потребуется?

– Несколько часов. К вечеру будет полный отчёт.

– Хорошо, – кивнул я. – Действуй.

Лебедев кивнул и отключился.

К вечеру доклады начали поступать.

Я сидел на балконе, глядя на голографическую карту региона, когда Фея материализовалась рядом с моим плечом.

– Ваше Темнейшество, Антон на связи. Говорит, нашёл источник.

Я кивнул, и перед голографическим столом появилось окно видеосвязи.

Антон стоял где‑то на улице – за его спиной виднелись промышленные здания, серое небо. Он был в тёмной штатской одежде, но я знал, что под курткой у него полный комплект боевого снаряжения. Рядом с ним ещё несколько фигур – его люди, «Стражи», тоже в штатском.

– Господин, – Антон говорил тихо, но чётко. – Мы в Котовске. Нашли источник, это промышленный комплекс «Деус Инжиниринг Групп» на западной окраине города.

Он повернул камеру, показывая массивное здание из бетона и стекла в отдалении. Даже через видеосвязь я чувствовал что‑то неправильное, исходящее от этого места.

– Энергетический фон вокруг завода ненормальный, – продолжал Антон, возвращая камеру на себя. – Мои люди, у которых хоть какая‑то чувствительность, жалуются на давление и тошноту. Один из бойцов просто не смог подойти ближе чем на двести метров – его вырвало. Это не обычное производство, господин. Что бы они там ни делали, оно отравляет всё вокруг.

– Охрана? – коротко спросил я.

– Периметр держат наёмники, – Антон оценивающе посмотрел в сторону завода. – Визуально – второй сорт, но их много. Человек пятьдесят‑шестьдесят только на внешнем периметре. Вооружены стандартно – автоматы, бронежилеты. Камеры по всему забору, патрули каждые пятнадцать минут. Внутри наверняка ещё столько же. Серьёзно укреплены.

Он сделал паузу.

– Разрешите провести более глубокую разведку? Проникнуть внутрь, посмотреть, что именно они там делают?

– Нет, – ответил я. – В этом нет необходимости. Держите наблюдение с безопасной дистанции, подождем докладов остальных.

– Понял, господин.

Антон отключился, и я снова посмотрел на карту. Котовск – завод «Деус».

Следующей на связь вышла Алина. Её лицо появилось в голографическом окне – она была в своём командном центре, окружённая экранами с данными.

– Господин, у меня есть информация, – начала она без предисловий. – Я попросила «Лину» проанализировать ситуацию с энергетическим загрязнением. Она наша лучший аналитик по стратегическому планированию, и у неё есть… необычный взгляд на вещи.

Я кивнул. «Лина Миронова» – новый начальник отдела стратегического планирования, которую Алина хвалила последние месяцы. С виду скромная девушка с аналитическим умом, я помнил ее.

– Что она выяснила?

Алина активировала данные на своём экране.

– «Лина» предполагает, что это дилетантская попытка скопировать наш принцип работы с лей‑линиями, – Алина указала на схему. – Кто‑то пытается выкачивать энергию из лей‑линий для питания своего производства, но делают они это варварски, без понимания системы. Они не фильтруют энергию, не стабилизируют потоки, а просто качают и качают! А «грязную» уже отработанную энергию сбрасывают обратно в сеть – как промышленные стоки в реку.

Я нахмурился, изучая схему. Это объясняло загрязнение, кто‑то действительно пытался использовать лей‑линии, но делал это настолько грубо и неумело, что отравлял всю региональную сеть.

– «Лина» говорит, что если они продолжат работать в таком режиме, – продолжала Алина, – загрязнение будет распространяться. Через месяц оно достигнет критического уровня не только в Котовске, но и в соседних городах. Через три месяца может затронуть даже «Эдем», несмотря на защиту «Кокона».

– Хорошая работа, – сказал я ровно. – Передай «Лине» мою благодарность. Её анализ был очень полезен.

Алина кивнула с гордостью – явно довольная тем, что её протеже оправдала доверие.

Через несколько минут на связь вышел Лебедев.

Константин сидел в своём столичном офисе, перед ним лежала стопка документов и планшет с данными. Его лицо выражало профессиональное презрение – то выражение, которое он обычно припасал для особо отвратительных бизнес‑конкурентов.

– Господин Воронов, у меня есть полная информация о проекте в Котовске, – начал он, листая документы. – И она… неприятная.

– Слушаю.

– Проект, как мы и думали, финансируется коалицией региональных кланов – Соколовы, Тихоновы и Лисицины. Все они – малые кланы, пострадавшие после краха Великих Кланов в столице и пытаются найти новые источники дохода. Вложили в этот проект они весьма немалую сумму.

Он перелистнул страницу.

– Управляет проектом человек по имени Матвей Чернов. Основатель и владелец компании «Деус Инжиниринг Групп». Происхождение – неизвестно, появился на сцене три года назад, буквально из ниоткуда. С тех пор построил небольшую, но агрессивно растущую империю, используя методы, которые я бы назвал… нечистоплотными.

Лебедев усмехнулся холодно.

– Господин, этот Чернов – шакал, который научился носить волчью шкуру. Его методы – отжим активов у ослабленных компаний, шантаж, промышленный шпионаж и дешёвые копии чужих технологий. Он не создаёт ничего нового, а паразитирует на чужих идеях, выжимая из них максимум прибыли минимальными затратами. Опасен не силой или умом, а своей предсказуемой, циничной эффективностью и полным отсутствием моральных ограничений.

Я слушал молча, и внутри нарастало раздражение.

– Что именно он построил в Котовске? – спросил я.

– Официально – завод по производству промышленного оборудования, – Лебедев посмотрел в документы. – Но я поднял данные через свои каналы и узнал больше. Господин, он нанял двух бывших инженеров из «Эдем‑Агро» – тех, кого мы уволили за некомпетентность полгода назад. Они работали на вспомогательных должностях, имели доступ к некоторым нашим схемам работы с энергетическими системами. Не полный доступ, но достаточный, чтобы понять базовые принципы.

Я нахмурился.

– Ты хочешь сказать, что Чернов пытается скопировать наши технологии?

– Именно, – кивнул Лебедев. – Но у него нет ни знаний, ни ресурсов, ни понимания, как это работает на самом деле. Он взял обрывки информации от уволенных инженеров, добавил дешёвое оборудование и попытался запустить систему. Судя по тому, что происходит в Котовске, результат предсказуем.

Он сделал паузу, глядя на меня через экран.

– Господин, Чернов не остановится. Для него этот проект – шанс войти в большую игру, стать игроком регионального масштаба! Он вложил в это все деньги кланов‑инвесторов. Если проект провалится, он потеряет всё, поэтому он будет держаться до последнего, даже если его завод отравит весь регион.

Я молчал несколько секунд, обрабатывая информацию.

Три доклада сложились в единую картину.

Значит некий паразит взял обрывки моих технологий, которые украл через уволенных инженеров, построил завод в Котовске и запустил варварскую систему выкачивания энергии из лей‑линий и теперь отправил весь регион.

Я посмотрел на голографическую карту перед собой. Котовск – это был источник заражения, которое медленно, но неумолимо расползался по региону. К моим розам, моему «Эдему» и моему «Небесному Саду».

Раздражение сменилось гневом. Они посягнули на мой Порядок.

Кажется, пора преподать урок всем, кто посмеет устраивать рядом с моей территорией подобное.

* * *

Я стоял перед голографическим столом и изучал три доклада от своих специалистов. Все они складывались в единую, отвратительную картину.

Матвей Чернов. Шакал, укравший обрывки моих технологий через уволенных инженеров. Построивший завод в Котовске. Запустивший варварскую систему выкачивания энергии из лей‑линий. Отравивший весь регион и продолжающий работать.

Зона заражения все сильнее расползалась, приближаясь к моему «Небесному Саду».

– Фея, – сказал я тихо. – Собери всех в командном центре. Немедленно.

– Уже вызываю, – ответила она,

Он отравлял весь регион. Отправлял мой «Эдем» – мои розы.

Через десять минут дверь командного центра открылась, и вошли остальные. На голографическом столе появилось окно видеосвязи. Константин Лебедев присоединился к совещанию.

Все заняли свои места и замолчали, ожидая меня.

Я не торопился, давая им несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. После посмотрел на карту.

– Завод «Деус Инжиниринг Групп» в Котовске отравляет лей‑линии всего региона, – начал я. – Источник загрязнения распространяется. Угрожает «Эдему», «Небесному Саду» и всей системе, которую мы построили.

Я провёл рукой над столом, и голограмма изменилась, показывая зону распространения загрязнения – красное пятно, медленно расползающееся от Котовска.

– Вы все видели доклады друг друга. Вопросы есть?

Молчание. Все понимали ситуацию.

– Хорошо, – я выпрямился, глядя на них. – Тогда слушайте приказы.

Антон чуть подался вперёд.

– Протокол «Выжженная земля», – произнёс я, и увидел, как Антон мгновенно напрягся, понимая масштаб того, что я сказал. – Антон, ты берёшь все подразделение «Стражей», всё тяжёлое вооружение и действуешь. Задача одна – уничтожить завод полностью.

– Какой состав группы? – спросил Антон, уже переключаясь в рабочий режим.

– На твоё усмотрение. Бери столько людей и техники, сколько нужно для гарантированного результата. Это не скрытая операция и не точечный удар, а устранение угрозы с максимальной эффективностью.

– Понял, – Антон кивнул коротко.

Я повернулся к Глебу.

– Глеб, твоя задача – периметр безопасности вокруг Воронцовска. Никто не входит и не выходит из зоны без нашего разрешения.

– Сколько людей мне выделить? – Глеб говорил спокойно, деловито.

– Столько, сколько нужно для контроля периметра. Координируйся с Антоном и мэром по времени и маршрутам.

– Будет сделано, – Глеб кивнул тяжело.

Я повернулся к окну видеосвязи с Лебедевым.

– Константин, ты остаёшься на связи и продолжаешь работу по Чернову. Найди его слабые места – в структуре его бизнеса, финансовх потоках, связах с кланами‑инвесторами. Всё, что поможет разобрать его империю после того, как мы уничтожим завод.

Лебедев кивнул, делая пометки в своих документах.

– Хорошо.

Я снова посмотрел на карту, на светящуюся красную точку.

– Ещё раз повторю для всех, – сказал я тихо, но все напряглись, слушая. – Мне не важно как вы это сделаете, мне нужен результат.

Я поднял взгляд на Антона и Глеба.

– От этого завода не должно остаться ничего. Ни строений, ни оборудования, ни возможности восстановления. Ясно?

– Ясно, господин, – Антон и Глеб ответили одновременно.

Алина подняла взгляд от планшета.

– Господин… это такая масштабная военная операция. Если что‑то пойдёт не так, если будут жертвы среди гражданских…

– Поэтому Глеб обеспечит эвакуацию при необходимости, – ответил я спокойно. – Но альтернативы нет, Алина. Каждый день работы этого завода – это ещё один шаг к катастрофе.

Алина помолчала, потом медленно кивнула.

– Понимаю. Извините.

* * *

«Эдем» ожил, превратившись из тихого рая в военную базу за считанные минуты.

На плацу перед казармами выстраивались колонны «Стражей». Чёрные внедорожники, бронетранспортёры с усиленной защитой, грузовики с тяжёлым вооружением. Бойцы в полной боевой экипировке проверяли автоматы, получали боеприпасы из арсенала, слушали короткий инструктаж Антона.

Я стоял в своём саду, в тишине и покое «Эдема», держа в руке увядающий цветок Полуночной розы.

Я медленно сжал цветок в ладони до хруста.

Охота началась.