Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 79 страниц)

– Стабилизация локального пространства, – бормотал Стрельников, сравнивая формулы из разных источников. – Создание зоны концептуальной неизменности… Все они писали об одном и том же, но разными словами.

Он открыл очередной файл – трактат под названием «О Природе Абсолютного Закона», написанный одним из основателей Магиархата, Архимагом Константином Непреклонным. По официальной истории, этот человек умер от старости в своем замке, но архивные документы рассказывали другую историю.

«…Константин исчез на пятьдесят седьмом году жизни во время попытки создать то, что он называл „Концептуальным Якорем“. Обнаружена лишь выгоревшая лаборатория и записки, большей частью нечитаемые. Некоторые фрагменты сохранились…»

Стрельников активировал голографический проектор и начал изучать сохранившиеся страницы рукописи Непреклонного. Текст был написан дрожащим почерком, местами переходящим в неразборчивые каракули – почерком человека, балансирующего на грани безумия.

«…видел за завесой реальности то, что не должен видеть смертный разум… есть силы, способные переписывать законы мироздания как ребенок переписывает задачку в тетради… но есть и то, что не может изменить даже бог… основа основ… якорь, удерживающий реальность…»

Дальше шли безумные формулы и схемы, но среди хаоса символов Стрельников различил знакомые элементы. Это были те же принципы, о которых писали другие «еретики» – создание зоны стабилизированной реальности, где никто не сможет изменить фундаментальные законы.

– «Закон Равновесия», – прочитал он название центральной диаграммы.

Схема изображала сложный артефакт – кристалл особой формы, окруженный системой резонаторов и стабилизирующих элементов. Это была скорее тюрьма, чем оружие.

«…в радиусе действия Якоря реальность становится абсолютно стабильной… никто не может изменить ее законы, переписать ее правила… даже сущности высшего порядка теряют способность к локальной коррекции мироздания…»

Стрельников отклонился в кресле, чувствуя прилив адреналина. Он нашел то, что искал. Способ связать его, лишить главного преимущества.

«Это клетка для бога.» – проговорил он мысленно.

Однако создание такого артефакта требовало ресурсов и знаний, которых у него не было. Некоторые компоненты, упомянутые в схемах, считались мифическими. Другие были настолько редки, что их местонахождение было засекречено на высшем уровне.

Стрельников посмотрел на свое удостоверение. Формально он был отстранен от полевой работы и не имел права запрашивать секретную информацию, но формальности еще никого не останавливали, если речь шла о спасении мира.

Он активировал защищенный канал связи и начал составлять запрос в отдел глубокой разведки. Его пальцы быстро набирали текст:

«Запрос данных по компонентам артефакта „Закон Равновесия“. Требуется информация о местонахождении: Кристалла Вечной Стабилизации, Эссенции Неизменного Времени, Порошка из Костей Первых Магов. Уровень допуска – высший. Лично. Инквизитор И. Стрельников.»

Он колебался секунду, зная, что этот запрос может стоить ему не только карьеры, но и свободы. Использование служебных каналов для неавторизованных целей каралось тюремным заключением.

Но затем он вспомнил лицо Воронова во время ритуала – абсолютно спокойное, скучающее лицо существа, которое играло с реальностью как ребенок с игрушкой и нажал кнопку отправки.

Запрос ушел в зашифрованном виде в глубины государственной машины. Теперь оставалось ждать.

Стрельников сохранил все найденные схемы на защищенный, носитель и спрятал его во внутреннем кармане. Он понимал, что только что начал свою настоящую с силой, угрожающей самим основам реальности.

Мир считал его сломленным и изгнанным инквизитором, но Игорь Стрельников знал правду – он только что сделал первый шаг к созданию оружия, способного остановить бога.

Глава 14

Штаб клана Соколовых разительно отличался от роскошных особняков других аристократических семей. Здесь не было позолоты, мраморных колонн или старинных картин. Только сталь, армированное стекло и десятки тактических экранов, отображающих информацию в режиме реального времени.

Патриарх Дмитрий Соколов стоял перед центральным монитором, разглядывая графики «утечки мозгов». Его суровое лицо, изрезанное шрамами от несчастного случая в юности, не выражало никаких эмоций, но те, кто знал его долго, могли различить признаки нарастающей ярости в том, как он сжимал и разжимал кулаки.

– Патриарх, – осторожно обратился к нему заместитель, – биржевые сводки показывают, что акции Волконских, Змеевых и Медведевых больше не падают. Они пока замерли и это значит, что их поддерживает правительство искусственно. Я думаю, что вскоре начнется рост. Будем еще покупать?

– Мне плевать на их акции, – рыкнул Соколов, не отводя взгляда от экрана. – Деньги можно заработать, а вот украденные мозги так просто не вернешь.

На экране показывали кадры «Стражей Эдема» в их невероятной тактической броне. Соколов видел то, чего не замечали обычные зрители – техническое совершенство, которое опережало время на десятилетия.

– Сколько наших людей сбежало к этому Воронову? – спросил он.

– Точные цифры пока не готовы, но… – заместитель нервно откашлялся, – как минимум семнадцать ключевых специалистов. Включая Дмитрия Волкова.

– Волкова⁈ – взорвался Патриарх. – Того самого придурка, который три года сидел в подвале и разрабатывал свои невозможные сплавы?

– Именно его, сэр. Он ушел, забрав все свои разработки.

Соколов развернулся к своим подчиненным. В его глазах горел огонь, который они не видели уже много лет.

– Вызывайте командира «Когтя». Немедленно.

Через десять минут в зал вошел человек в темной военной форме без знаков различия. Полковник Максим Острый – командир элитного диверсионного подразделения клана, специализирующегося на промышленном шпионаже и «изъятии» технологий.

– Слушаю, Патриарх, – коротко доложил он.

Соколов активировал голографический стол, и на нем появились досье сбежавших инженеров. Лицо Дмитрия Волкова светилось в центре проекции.

– Максим, послушай меня внимательно, – голос Патриарха стал тих, но в нем звучала убийственная ярость. – Эти люди не просто ушли от нас. Они украли наши разработки, наши идеи, наше будущее. Воронов – не просто конкурент. Он вор, который переманил моих лучших людей.

– Понял, сэр. Ваши приказы?

– Теоретический анализ – это для слабаков из университетов, – продолжил Соколов, показывая на экран с изображением «Стражей». – Мне нужен образец. Живой, материальный образец их технологий.

Острый внимательно изучал голограммы:

– Задача ясна, Патриарх. Конкретная цель?

– Мне все равно, как ты это сделаешь, – Соколов подошел ближе к командиру. – Подкупи техника. Устрой засаду на транспорт. Проведи рейд на одну из их мастерских. Через месяц на моем столе должен лежать один комплект брони «Стража» и одна их винтовка. Его технологии должны стать нашими – любой ценой!

– А если они окажут сопротивление?

– «Стражи Эдема» – профессиональные солдаты, это видно невооруженным глазом, – признал Соколов. – Но ты тоже не курсант. У тебя есть команда из двадцати лучших спецназовцев империи и неограниченный бюджет на операцию.

Острый кивнул:

– Потребуется время на разведку. Их «Эдем» превратился в настоящую крепость.

– Времени у тебя месяц, но результат мне нужен гарантированный, – Соколов указал на досье Волкова. – И если представится возможность – верни мне этого предателя. Живым. Я хочу лично объяснить ему, что значит кусать руку, которая тебя кормила.

– Будет сделано, Патриарх.

Когда Острый ушел, заместитель осторожно спросил:

– Сэр, а не опасно ли начинать прямую конфронтацию с Вороновым? После того, что он сделал с тремя кланами…

Соколов повернулся к нему с выражением абсолютной уверенности:

– Те трое были политиками, интриганами, любителями закулисных игр. Мы тоже пробовали бороться с ним в «белых перчатках» и проиграли. Я – инженер и солдат. Воронов думает, что может запугать всех своими фокусами с древней магией? Пусть попробует остановить пулю из снайперской винтовки заклинанием.

Он снова посмотрел на экран, где повторяли кадры триумфа Кассиана:

– У него есть технологии, которые нужны мне и я их получу. Не важно, сколько это будет стоить.

* * *

Клан Мефистовых

В зале совещаний клана Мефистовых собрались все главы департаментов. Атмосфера была напряженной – старики сидели за длинным столом с каменными лицами, а в центре зала, развалившись в кресле и закинув ноги на стол, находилась Лилит Мефистова.

Ее наряд был вызывающим даже по меркам молодежной моды – сверхкороткая юбка, яркий топ, множество аксессуаров. Она смотрела в потолок, словно происходящее ее совершенно не интересовало. Присутствующие мужчины всеми силами старались смотреть только в свои документы, но капли пота на их лицах выдавали нервозность.

– Ну что, дяденьки, – протянула Лилит, не меняя позы, – начинайте свои скучные доклады. Только покороче, а то я засну.

Глава финансового отдела, пожилой Иван Потехин, нервно откашлялся:

– Госпожа Лилит, согласно вашим указаниям, мы начали активные операции по скупке активов павших кланов. За прошедшее время нам удалось приобрести пятнадцать процентов долговых обязательств энергетического сектора Волконских.

– И? – Лилит даже не повернула голову в его сторону.

– Они пока не знают, что их новый кредитор – это мы. Операции проводились через подставные компании в трех юрисдикциях.

– Мало, – зевнула Лилит. – Ужасно мало. Удвойте усилия. Нет, утройте. Я хочу владеть контрольным пакетом их долгов к концу месяца.

Илья икнул и даже победел слегка:

– Но это потребует огромных средств…

– У меня есть огромные средства, дяденька, – Лилит наконец посмотрела на него, и в ее глазах мелькнуло что‑то опасное. – Вопрос в том, есть ли у вас мозги, чтобы ими правильно распорядиться?

– Конечно, госпожа! Будет исполнено!

Лилит снова откинулась в кресле:

– Следующий.

Глава разведывательного отдела, седой мужчина с военной выправкой, поднялся с места:

– Госпожа, по вашему приказу мы собрали максимум информации об объекте «Воронов». К сожалению, данных крайне мало.

– Говорите, что знаете.

– Объект ведет себя пассивно после событий в Магистериуме. Укрепляет периметр «Эдема», не выходит на публичные мероприятия. Наши источники сообщают о массовом притоке в его регион ученых, инженеров и магов нестандартных специализаций.

– А что с их технологиями?

– Проанализировать не удалось, – признался разведчик. – Нет ни одного образца экипировки «Стражей Эдема». Наши агенты не могут проникнуть на территорию комплекса – охрана безупречна.

Лилит рассмеялась – звонко и жестко:

– Как интересно! Значит, наш новый игрок умеет хранить секреты.

– Попытаться завербовать кого‑то из его окружения?

– Нет, – Лилит покачала головой. – Пока рано. Я не хочу его пугать. Пусть думает, что мы его игнорируем.

Она села прямо и обвела взглядом присутствующих:

– А теперь слушайте внимательно, старички. Я объясню вам, как мы будем играть в эту новую игру.

Все в зале замерли.

– Мы не будем нападать на него, как дураки Соколовы, которые наверняка уже планируют какую‑нибудь военную операцию, – продолжила Лилит. – Мы становимся сильнее, изучаем и растем, поглощая активы павших кланов.

– Вопросы есть, дяденьки? – спросила она, вернувшись в кресло.

– Нет, госпожа Лилит, – хором ответили старейшины.

– Тогда идите работать. У нас империя на завтрак.

Когда двери зала закрылись за последним из подчиненных, Лилит развернулась к оставшимся старейшинам клана. Эти седые мужчины, которые еще недавно считали ее неопытной девчонкой, теперь смотрели на нее с плохо скрываемым ужасом.

– Ну что, дедушки, – сказала она, снова закидывая ноги на стол, – теперь поговорим по‑настоящему.

Старший из них, Василий Мефистов, осторожно откашлялся:

– Лилит, твои… методы, безусловно, эффективны, но не кажется ли тебе, что мы движемся слишком быстро?

– Слишком быстро? – переспросила она с издевательской интонацией. – Дедуля, пока вы тут думали «как бы не наделать ошибок», три самых могущественных клана империи превратились в посмешище за один день. А мы за эти же сутки захватили пятнадцать процентов их бизнеса.

– Но этот Воронов… он опасен, – вставил другой старейшина. – То, что он сделал с древним ритуалом…

Лилит рассмеялась:

– Конечно опасен! Именно поэтому он такой интересный. Скучные, предсказуемые враги – это для скучных, предсказуемых людей. А я не такая.

Она встала и подошла к голографическому экрану, на котором было изображение «Эдема»:

– Вы все поняли мою стратегию? Мы не нападаем в лоб, как делают примитивы. Мы не устраиваем политические игры, как делали те трое навозных жука, которых он уже размазал.

Лилит провела пальцем по проекции:

– Мы становимся сильнее, изучаем его слабости. Затем покупаем все вокруг него – землю, людей, ресурсы. А когда придет время…

Ее голос стал мечтательным:

– Мы скупим его компанию акция за акцией, переманим его людей лучшими предложениями. Мы лишим его поставщиков, подкупив их или купив их компании.

Старейшины переглядывались с растущим пониманием.

– И когда он останется один в своем прекрасном саду, окруженный пустотой, – продолжала Лилит, и на ее лице появилась искренняя улыбка, – я лично приду к нему с документами о банкротстве. Интересно, какое у него будет лицо в этот момент? Сохранит ли он свое олимпийское спокойствие, когда поймет, что проиграл?

По залу снова разнесся ее зловещий смех:

– Ка‑Ка‑Ка! Представляете? Великий и ужасный Калев Воронов, который заставил дрожать патриархов, превратится в обычного банкрота! А я буду стоять рядом и наслаждаться каждой секундой его падения!

– Лилит, – осторожно сказал Василий, – а что если он попытается применить против нас те же методы, что и против других кланов?

– А вот это, дедуля, и есть самая интересная часть, – глаза Лилит заблестели. – Против Волконских, Змеевых и Медведевых у него был компромат – их реальные преступления. А что он найдет на нас?

Она обвела взглядом присутствующих:

– Мы никого не убивали, не занимались коррупцией в государственных масштабах. Мы просто… очень хорошо умеем зарабатывать деньги и тратить их с умом.

Лилит вернулась в кресло:

– Самое худшее, что он может на нас найти – это то, что мы жестокие капиталисты, но это не преступление. Таков мир.

– Но он может попытаться использовать силу…

– Конечно может! – воскликнула Лилит. – И это будет замечательно! Потому что если великий реформатор и народный герой Калев Воронов начнет убивать бизнесменов только за то, что они его обыграли в честной коммерческой войне, то кем он станет в глазах своих обожателей?

Старейшины молчали, пораженные цинизмом и в то же время логикой ее рассуждений.

– Он загнал себя в ловушку своим же имиджем, – заключила Лилит. – Он стал символом справедливости, борцом с коррупцией. И теперь он не может просто убивать неугодных – это разрушит всю его легенду.

Она мечтательно посмотрела на потолок:

– А я буду медленно, методично разрушать его империю совершенно законными способами и он ничего не сможет с этим поделать, не превратившись в то же чудовище, против которого сам же и боролся.

Зал погрузился в тишину. Старейшины наконец поняли, что перед ними сидит не избалованная девчонка, а хищник, который может соперничать в жестокости с любым из павших патриархов.

Но в отличие от них, Лилит была намного умнее.

* * *

Кабинет Лилит

Личный кабинет Лилит Мефистовой был полной противоположностью залу совещаний. Здесь не было деловой строгости – только дорогая мебель в ярких тонах, коллекция редких артефактов и огромный панорамный экран, занимавший всю стену.

Лилит сидела в кресле, поджав под себя ноги, и изучала фотографию Калева Воронова. Изображение было сделано во время его выхода из Магистериума – спокойное, невозмутимое лицо человека, который только что перевернул мир.

На ее лице не было ненависти, которую можно было ожидать. Только голодный интерес исследователя, обнаружившего новый интересный образец.

«Мой дурачок‑брат даже не понял кто ты такой,»  – размышляла она, медленно поворачивая голографическую проекцию. «Те трое мертвецов видели в тебе угрозу, которую нужно уничтожить. Глупые Соколовы видят в тебе конкурента, у которого нужно украсть игрушки.»

Лилит откинулась в кресле, и на ее губах появилась мечтательная улыбка:

«А я вижу в тебе… аномалию. Красивую, опасную, совершенно уникальную аномалию. А я очень люблю аномалии – они такие интересные! И тем больше удовольствия, когда берешь их под контроль.»

Она встала и подошла к экрану, провела пальцем по изображению лица Кассиана:

«Давай сыграем в нашу новую игру, дорогой. Ты так славно поигрался с моим братцем и его дружками… Теперь моя очередь. Посмотрим, сможешь ли ты сохранить свое спокойствие, когда столкнешься с настоящим противником.»

* * *

В саду «Эдема»

Я стоял среди своих роз, аккуратно подстригая увядшие бутоны. Вечерний воздух был свежим и прохладным, наполненным ароматом цветов. Идеальная тишина, которой я так дорожил.

Внезапно меня пробрал странный, необъяснимый озноб. Чувство было настолько неожиданным и неприятным, что я невольно выпрямился и осмотрелся по сторонам.

Никого не было. Сад был пуст, охрана патрулировала периметр, все системы безопасности функционировали нормально, но ощущение не проходило – словно кто‑то наблюдал за мной из тени, изучал, планировал что‑то.

На мое плечо села фея‑ИИ:

– В чем дело, мой Лорд? Вы выглядите обеспокоенным.

– Странное ощущение, – пробормотал я, продолжая осматриваться. – Словно за мной наблюдают.

Фея хихикнула:

– О! Согласно местным суевериям, это означает, что у вас появилась горячая поклонница. Кто‑то думает о вас с особым… интересом.

– Бред, – отмахнулся я и вернулся к розам.

Глава 15

Мэр Степан Васильевич не спал уже двое суток. Его кабинет превратился в военный штаб во время осады – стол завален документами, а кофейные чашки громоздились пирамидами на каждой свободной поверхности.

Последствия столичного хаоса докатились до Воронцовска как цунами. То, что казалось далекой политической бурей, внезапно стало непосредственной угрозой существованию города.

В приемной мэрии выстроилась очередь из представителей различных кланов, и это были совсем не те скромные просители, которые приезжали раньше. Теперь они приходили как завоеватели.

– Степан Васильевич, к вам еще одна делегация, – сообщила секретарь Марина, заглядывая в кабинет с измученным лицом. – От клана Макаровых.

– Который час по счету? – устало спросил мэр.

– Седьмой за сегодня. До этого были представители Зубровых, Травниковых, Соловьевых…

Мэр тяжело поднялся с кресла. За два дня он постарел на десять лет.

В приемную вошли трое мужчин в дорогих костюмах. Их лидер, представившийся как Дмитрий Макаров, даже не поздоровался. Он сразу перешел к делу:

– Мэр, время деликатности прошло. Клан Макаровых намерен разместить в вашем городе наше региональное представительство. Нам потребуется эксклюзивный контракт на охранные услуги для всех местных предприятий, право первоочередного выкупа промышленных земель и размещение наших сил безопасности.

– Сил безопасности? – переспросил мэр.

– Триста человек личного состава. Полностью экипированы, имеют право на ношение оружия и проведение операций по защите наших интересов.

Степан Васильевич попытался сохранить дипломатический тон:

– Господин Макаров, понимаете, наш регион находится под… особым покровительством господина Воронова. Любые изменения в статус‑кво могут…

Макаров нагло рассмеялся:

– Ваш «Хозяин с холмов»? Он сидит в своем саду и выращивает цветочки. Очень мило. Мы его трогать не собираемся – пусть играет в садовника сколько душе угодно.

– Но тогда зачем…

– Затем, что его регион – очень аппетитный кусок, – перебил его представитель клана. – Процветающая экономика, лояльное население, стратегическое расположение. И что самое главное – никакой реальной защиты.

Макаров подошел к окну, откуда был виден весь город:

– Договаривайся, мэр, пока мы предлагаем партнерство, а не забираем все силой. Потому что если откажешь нам, завтра придут Мефистовы. А послезавтра – кто‑нибудь еще. И каждый следующий будет менее… дипломатичным.

После ухода делегации Макаровых мэр рухнул в кресло. Он понимал, что это только начало. В городе уже начинались стычки между местными охотниками и прибывшими «охранниками» различных кланов.

* * *

Дверь кабинета мэра распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. В кабинет ворвались Георгий и Влад, даже не постучавшись. За ними толпой валили местные торговцы, мастера и просто обеспокоенные граждане.

– Степан Васильевич! – заорал Георгий, не обращая внимания на то, что мэр говорил по телефону. – Немедленно вызывайте полицию! Эти суки из клана Соколовых захватывают наши склады!

– Какую полицию⁈ – перебила его Анна Лемешева, владелица торговых центров. – Половина местных копов уже получили «предложения о работе» от этих кланов!

– Степан Васильевич, делайте что‑нибудь! – кричал владелец стройматериалов, размахивая какими‑то документами. – Они требуют пятьдесят процентов от оборота! Пятьдесят! Это же грабеж средь бела дня!

Мэр положил трубку и попытался восстановить порядок:

– Граждане, прошу вас, по одному…

– По одному⁈ – взорвался мастер Брок, протискиваясь к столу. – Да они уже треть города поделили между собой! Мефистовы заявили, что мой кузнечный цех теперь под их «опекой»!

– А Зубровы перекрыли дорогу на север! – добавил кто‑то из толпы. – Говорят, теперь за проезд надо платить пошлину!

Влад стукнул кулаком по столу:

– Степан Васильевич! Мои парни готовы воевать, но нас всего тридцать человек против тысячи! Где армия? Где ФСМБ? Где, блядь, государство⁈

– Влад, не выражайся… – начал мэр.

– Да пошло оно в жопу, это государство! – рявкнул охотник. – Когда нам деньги платить было нечем, нас никто не видел! А теперь, когда мы встали на ноги, все суки сбежались!

В кабинете началась настоящая какофония. Все кричали одновременно:

– Требую вызвать армию!

– Какую армию, они же все продались!

– Надо закрыть город!

– На какие шиши? У нас же нет своих войск!

– А где Воронов? Почему он молчит?

– Может, он с ними договорился?

– Заткнись! Не смей такое говорить!

Мэр встал и заорал громче всех:

– ТИШИНА! ВСЕ ЗАТКНУЛИСЬ!

Кабинет постепенно затих.

– Господа, – сказал мэр, вытирая пот со лба, – я понимаю ваши эмоции. Но паника нам не поможет.

– А что поможет? – спросила Анна. – У нас нет армии, нет полиции, нет денег на частную охрану!

– У нас есть Воронов, – тихо сказал Георгий.

– Да где он, этот Воронов⁈ – взорвался владелец стройматериалов. – Сидит в своем замке и цветочки выращивает! А мы тут дохнем!

– Не смей! – рявкнул Влад. – Если бы не он, ты бы до сих пор в долгах сидел!

– А сейчас что, лучше⁈ Меня разоряют на корню!

Кабинет снова загудел от споров. И тут заговорил старый Кирилл, который все это время молчал в углу:

– Хватит орать как базарные бабы!

Все повернулись к нему.

– Дедушка Кирилл, – с уважением сказал Георгий. – У тебя есть идеи?

– Есть. Только слушать будете или снова орать начнете?

– Слушаем, – хором ответили все.

И тогда Кирилл поднялся со своего места. Старый охотник выглядел усталым, но в его глазах горела решимость:

– Господин Воронов не вмешивается, потому что считает это не своим делом, – начал Кирилл. – Формально он прав – он никому ничего не должен.

– Ну и что теперь? – раздраженно спросила Анна.

– А то, что надо сделать это его делом! – рявкнул старик. – В древних законах есть титул «Лорд‑Протектор». Дает полный суверенитет над территорией и право гнать взашей любых внешних засранцев!

Мастер Брок недоверчиво хмыкнул:

– Красиво звучит. А кто ему этот титул даст? Император небось?

– Мы сами дадим! – отрезал Кирилл. – По тому же древнему праву народ может попросить защитника принять титул Лорда‑Протектора!

В кабинете наступила тишина. Не мирная, а напряженная – как перед грозой.

– Ты предлагаешь сделать его нашим царьком? – медленно произнесла Анна.

– А что, лучше эти пиявки нас высосут? – огрызнулся Георгий. – Если Воронов согласится, он одним указом всех этих паразитов пошлет!

– А если не согласится? – спросил Влад.

– Тогда хотя бы будем знать, что рассчитывать не на кого, – пожал плечами Кирилл. – И начнем готовиться к войне.

Мэр протер лицо руками:

– Господи… мы же фактически предлагаем ему стать монархом…

– Лучше один честный монарх, чем сто жадных ублюдков! – заорал мастер Брок, и половина кабинета загудела в поддержку.

– Он хотя бы справедливый! – крикнула Анна. – И не жрет нас заживо!

– И порядок наводить умеет! – добавил Георгий.

Мэр поднял руки, призывая к тишине:

– Ладно, ладно! Голосуем! Кто за то, чтобы идти к Воронову с этим предложением?

Руки взлетели вверх одна за другой. Дружно, почти агрессивно.

– Единогласно, – констатировал мэр. – Завтра утром идем в «Эдем». И надеемся, что он нас не пошлет к черту.

– А если пошлет? – спросил кто‑то.

– Тогда умрем красиво, – мрачно усмехнулся Влад.

* * *

Утро. Мэрия Воронцовска. 6:30 утра

Степан Васильевич не спал уже третью ночь подряд. Он метался по своему кабинету как угорелый, пытаясь одновременно звонить, одеваться и инструктировать подчиненных. На столе валялись недопитые чашки кофе, окурки и мятые документы.

– Марина! – орал он секретарше, которая появилась в дверях с растрепанными волосами. – Где мой парадный костюм? Тот самый, что на торжественное открытие завода!

– В химчистке, Степан Васильевич! – крикнула она в ответ.

– Какого черта в химчистке⁈ Сегодня же судьбоносный день!

– Вы сами отдали! – защищалась секретарша. – Сказали, что пивом залили на юбилее директора школы, когда Василий Петрович тост говорил!

Мэр выругался матом и схватился за голову обеими руками. В этот момент дверь кабинета со скрипом распахнулась, и внутрь влетел мастер Брок, красный от возбуждения:

– Степан Васильевич! А транспорт кто организует? На чем поедем? У меня только велосипед!

– Да какая разница! – взмахнул руками мэр. – На рейсовом автобусе поедем!

– На автобусе⁈ – возмутился Георгий, протискиваясь в переполненный кабинет. – Мы же не на дачу катимся! Это официальная государственная делегация!

– Тогда служебный транспорт бери!

– Какой транспорт⁈ – заорал Влад, появляясь следом. – У города всего две машины на ходу! Одна без кондиционера, а вторая дымит как паровоз!

– А давайте кортеж соберем! – предложил помощник мэра, заглядывая через плечо Влада. – Как у настоящих VIP‑персон!

– Из чего кортеж, умник⁈ – рявкнул Георгий. – Из самокатов⁈

– А что, у кого машины есть? – спросил мэр, оглядывая толпившихся в кабинете людей.

– У меня джип, – пожал плечами Георгий. – Правда, стекло заднее треснутое…

– У Анны иномарка хорошая, – добавил кто‑то. – Только она еще спит небось.

– Разбудите! Тащите сюда!

В этот хаотичный момент в кабинет каким‑то чудом втиснулась Анна Лемешева:

– Степан Васильевич! – запыхавшись, выкрикнула она. – А может, оркестр возьмем? Как в прошлый раз? Чтобы солидно выглядело! Помните, как тогда Воронов оценил?

Мэр на секунду замер, глядя на нее как на спасительницу.

– Господи, а ведь правильно говоришь! – воскликнул он, хлопнув себя по лбу. – Марина! Срочно собирай всех музыкантов города! Кого найдешь – тащи сюда!

– Каких музыкантов⁈ – запричитала секретарша. – Сейчас же половина седьмого утра! Люди спят!

– По домам беги! Руками из кроватей таскай! Говори, что Третья мировая началась! Или что город горит!

– А что играть‑то будем? – спросил кто‑то. – Ноты где?

– Да что угодно! «Катюшу»! Гимн! Марш Мендельсона! Лишь бы громко и торжественно!

* * *

Час спустя. Площадь перед мэрией

У здания мэрии собралась самая пестрая компания, которую город видел за всю свою историю. Мэр наконец‑то нашел приличную одежду – костюм‑тройку, одолженный у директора местного банка (который был на два размера больше). Мастер Брок напялил свою единственную парадную куртку кузнеца с медными пуговицами. Охотники Георгий и Влад появились в чистой форме.

За ними жалась группа из пяти сонных музыкантов.

– А на чем поедем‑то? – спросил трубач, потирая глаза. – И во сколько там это все?

– Собрали что смогли, – доложил помощник мэра, тыча пальцем в разношерстную автоколонну. – Ваша служебная машина, джип Георгия, иномарка Анны Петровны, и еще дядя Петя на тракторе согласился поехать.

– На тракторе⁈ – ужаснулся мэр. – Это же не кортеж, а цирк какой‑то!

– Зато надежно! – защищался помощник. – И гудок у него громкий! Издалека слышно будет!

– А флаг города где? – спохватился мастер Брок.

– Вот! – гордо показал дядя Петя, привязывая к антенне трактора полотнище.

– Ладно, поехали! – махнул рукой Степан Васильевич. – Главное – добраться и не опозориться окончательно!

– А вдруг он нас опять не примет? – засомневался кто‑то.

– Примет! – решительно заявил мэр. – У нас же оркестр есть!

Странный кортеж тронулся в путь по главной дороге города. По дороге к ним присоединялись еще машины – кто‑то из местных, увидев процессию, решил поехать посмотреть на историческое событие.

* * *

У ворот «Эдема»

Когда эта пестрая армада подкатила к воротам комплекса, мэр вылез из машины и попытался выпрямиться с достоинством государственного деятеля.

– Оркестр! – скомандовал он дрожащим от волнения голосом. – По местам! Играть торжественный марш!

Музыканты неуверенно заиграли что‑то отдаленно напоминающее торжественную мелодию. Звучало это не очень складно – кто‑то еще окончательно не проснулся, а барабанщик явно не попадал в ритм.

– Громче! Увереннее! – шипел мэр. – Мы же представляем весь регион!

У массивных ворот «Эдема» появился Глеб в сопровождении четырех «Стражей». Он смотрел на эту картину с выражением человека, который не может поверить своим глазам.

– Господин мэр, – очень осторожно поздоровался он. – Чем обязаны… э‑э… такому… торжественному визиту?

– У нас дело государственной важности! – провозгласил мэр, стараясь перекричать фальшивящий оркестр. – Официальное обращение от имени всего населения Воронцовского региона!

В этот момент трактор дяди Пети победно и оглушительно просигналил, заглушив даже музыку.

– Приехали! – радостно заорал дядя Петя из кабины.

* * *

Кассиан

Я работал в своем саду, наслаждаясь моментом почти абсолютной гармонии, когда это случилось. Сначала это была лишь едва уловимая вибрация в воздухе, фальшивая, режущая нота в идеальной симфонии шелеста листьев и пения птиц. Я замер, прислушиваясь. Звук нарастал. Он был очень, очень знакомым.

Это был духовой оркестр звук провинциального, любительского коллектива, где медь надрывалась, пытаясь взять слишком высокую ноту, барабан жил своей, отдельной от остальных инструментов жизнью, а флейта периодически издавала душераздирающий визг.