Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 79 страниц)

Глава 4

Рассвет в «Эдеме» был идеальным. Первые лучи солнца мягко скользили по террасе моих личных покоев в почти достроенном особняке, освещая тщательно подобранную мебель и безупречно ухоженные растения в кадках. Воздух был свеж и чист, наполнен ароматами цветущих кустарников и утренней росы.

Я сидел в любимом кресле на террасе, наблюдая, как просыпается мой мир. Строители уже приступили к работе – их молоты и голоса доносились приглушенно, не нарушая утренней гармонии благодаря акустическим барьерам Алины. Первые лучи солнца играли на поверхности искусственного пруда, где плавали белые лилии.

Но главное, чего я ждал, – это мой утренний ритуал. После открытия кофе неделю назад латте стал неотъемлемой частью моего дня. Идеальный баланс горечи и сладости, структурированная гармония в чашке – это было как медитация, только лучше.

Обычно в это время появлялся Арсений с подносом, на котором стояла чашка с безупречно взбитой пеной, но сегодня время шло, а повара все не было.

Наконец на террасе появилась знакомая фигура, но что‑то было не так. Арсений выглядел бледным и виноватым, словно ученик, который забыл выучить урок. В его руках был привычный поднос, но даже издалека я видел, что содержимое чашки выглядит… иначе.

– Добрый день, господин, – начал он с необычной для него осторожностью. – Ваш утренний кофе.

Он поставил поднос на столик рядом с моим креслом. Я взглянул на содержимое чашки и нахмурился. Пена была взбита правильно, рисунок выглядел аккуратно, но цвет был не тот. Слишком светлый, недостаточно насыщенный.

– Что это? – спросил я, поднимая чашку.

– Э‑это латте, господин, – заикнулся Арсений. – Только… только я был вынужден использовать другие зерна. Те особенные, эфиопские сорта, что мы заказывали… они застряли на таможне. Новые внезапные проверки, говорят. Таможенники требуют дополнительные документы, которые поставщик не может предоставить немедленно.

Я сделал первый глоток, надеясь, что различие окажется минимальным.

Это было неплохо. Напиток был горячим, молоко хорошо взбито, пропорции соблюдены. Любой нормальный человек остался бы доволен.

Но это было не то.

Баланс был нарушен. Горечь оказалась более резкой, послевкусие – менее богатым. Та самая идеальная структура, которая делала утренний латте жидким воплощением порядка, была утрачена. Это был просто кофе с молоком, а не гармония в чашке.

Я молча поставил чашку обратно на поднос, едва сделав пару глотков. Арсений смотрел на меня с выражением человека, который ждет приговора.

– Господин? – осторожно спросил он. – Что‑то не так?

Я не ответил сразу. Внутри меня поднималась холодная волна раздражения – не ярость, но определенно недовольство. Мой идеальный утренний ритуал был испорчен какими‑то бюрократами на таможне, которые вдруг решили устроить «дополнительные проверки».

– Это приемлемо, но… – наконец произнес я ровным голосом, но Арсений, проработавший со мной достаточно долго, понял, что это не комплимент. – В следующий раз предупреждай заранее о таких… изменениях.

– Конечно, господин! Я уже связался с поставщиком, они говорят, что вопрос решится в течение недели, максимум двух…

Я жестом остановил его. Неделя или две некачественного кофе. Прекрасное начало дня.

– Свободен, – сказал я, и Арсений поспешно удалился с подносом.

Я остался один на террасе, глядя на восходящее солнце. День только начинался, а гармония уже была нарушена. Это была мелкая, казалось бы, несущественная деталь – неправильный кофе, но я знал цену деталям. Из мелких несовершенств рождается хаос.

Впервые за долгое время мое утро началось не с удовлетворения, а с раздражения. И что‑то подсказывало мне, что это только начало.

После испорченного завтрака я направился в лабораторию, надеясь, что хотя бы там дела идут по плану. Работа над мобильным оборудованием для очистки магических компонентов была критически важной – без нее мой план восстановления лей‑линий оставался лишь теорией на бумаге.

Еще не дойдя до двери лаборатории, я услышал голоса. Алина и артефактор о чем‑то спорили – их тона были тихими, но напряженными. Это уже настораживало. Обычно они работали в полном согласии.

Я вошел без стука. Алина стояла у главного стола, уставленного деталями и схемами, ее рыжие волосы были растрепаны от привычки теребить их во время размышлений. Напротив нее артефактор держал в руках какую‑то деталь и качал головой.

Они замолчали, увидев меня.

– Доложите, – коротко приказал я.

Алина и Марк переглянулись. В их глазах я читал смущение и вину.

– Господин, – начала Алина, явно пытаясь подобрать слова, – у нас возникла небольшая задержка с проектом.

– Какая задержка?

– Редкоземельные металлы, – ответил Марк, поднимая деталь в руке. – Тантал и рений, необходимые для создания стабилизирующих контуров. Партия должна была прийти еще на прошлой неделе.

– И где она?

– Поставщик ссылается на логистические трудности, – продолжила Алина. – У транспортной компании отозвали лицензию на перевозку стратегических материалов. Внезапно. Без объяснений. Они ищут новых перевозчиков, но это займет время.

Я молча подошел к столу и взглянул на схемы. Без этих металлов сдерживающие поля генератора были бы нестабильными. Вся конструкция могла взорваться при первом же включении.

– Сколько времени? – спросил я.

– Минимум две недели, – ответила Алина. – Максимум – месяц. Если найдем альтернативных поставщиков.

– А если не найдем?

Тишина.

Я почувствовал, как раздражение, зародившееся утром из‑за неправильного кофе, начало превращаться во что‑то более серьезное. Это уже не была мелкая бытовая неприятность. Это напрямую тормозило мой план восстановления лей‑линий.

– Логистические трудности, – повторил я тихо. – Отзыв лицензий. Как удобно.

Алина нахмурилась.

– Господин, вы думаете, это не случайность?

– Я думаю, что полагаться на примитивные внешние системы было ошибкой, – холодно ответил я. – Мы зависим от людей, которые не понимают важности нашей работы и могут подвести нас в любой момент.

Я обошел стол, изучая детали конструкции.

– Есть ли альтернативные решения? Можно ли изменить дизайн, чтобы использовать более доступные материалы?

– Можно, – неуверенно ответил Марк. – Но это будет менее эффективно и потребует полной переделки схем. Еще месяц работы, минимум.

– Значит, делайте, – приказал я. – И в следующий раз предусматривайте запасные варианты. Наша работа слишком важна, чтобы зависеть от капризов перевозчиков и бюрократов.

Я развернулся к выходу, но у двери остановился.

– Алина. Найди способ получить нужные материалы через альтернативные каналы. Если официальные поставщики не справляются – ищи неофициальных. Цена не имеет значения.

– Будет исполнено, господин.

Выходя из лаборатории, я чувствовал нарастающее недовольство. Утром – испорченный кофе. Теперь – сорванные поставки критически важных материалов. Два инцидента за одно утро.

Совпадение? Возможно. Но мой опыт подсказывал, что когда неприятности начинают идти чередой, за этим обычно стоит чья‑то злая воля.

Пора было собрать совет и выяснить, что именно происходит.

Я собрал экстренное совещание в командном центре. Алина прибыла с планшетом, полным тревожных данных. Лебедев подключился по защищенной связи из столицы, его обычно невозмутимое лицо выражало напряжение.

– Докладывайте, – приказал я, усаживаясь в кресло.

Алина активировала главный экран. На нем появилась карта региона, испещренная красными метками – каждая означала сорванную поставку, отмененный контракт, внезапную «техническую проблему».

– Господин, то, что произошло сегодня утром, – лишь верхушка айсберга, – начала она. – За последние сутки мы зафиксировали двенадцать срывов поставок по различным позициям. Кофе, редкоземельные металлы, специальные удобрения, магические кристаллы…

– Причины? – перебил я.

– Официально – разные, – ответил Лебедев с экрана. – Таможенные проверки, отзыв лицензий у перевозчиков, внезапные аудиты поставщиков. Но если смотреть на общую картину…

Он вывел на экран другую схему – сеть связей между компаниями, банками и регулирующими органами.

– Это скоординированная атака. Кто‑то с серьезным влиянием дает «рекомендации» всем, кто с нами работает. Неофициальные, но очень убедительные.

Я молча изучал схему. Картина была ясной – нас душили не грубой силой, а тонко и методично, используя бюрократические механизмы как оружие.

– Кто это может быть? – констатировал я.

– Почти наверняка это столичные кланы, – пояснил Лебедев. – Они используют расследование ФСМБ как прикрытие. Никто не хочет рисковать, сотрудничая с «потенциально токсичным активом».

– Масштабы? – спросил я.

– Катастрофические, – честно ответила Алина. – Если ситуация не изменится в ближайшие две недели, мы будем вынуждены заморозить большинство проектов. Включая восстановление лей‑линий.

Тишина в командном центре была оглушительной. Месяцы планирования, подготовки, надежд – все это рисковало превратиться в прах из‑за прихоти каких‑то стариков в столице.

Именно в этот момент дверь командного центра распахнулась с грохотом, нарушив все протоколы. В проеме стоял Арсений, его обычно спокойное лицо было искажено паникой, а белоснежный китель слегка помят.

Алина и Лебедев на экране удивленно обернулись на него. Я почувствовал, как мое раздражение от утренних неудач и только что полученных новостей начинает трансформироваться во что‑то более опасное.

– Господин! – выдохнул Арсений, подбегая к столу. – Простите! Я знаю, что не должен был врываться, но… это катастрофа! Нам только что отказал поставщик с Южных Пиков!

Я не отрывал взгляда от карты блокады, мое лицо оставалось бесстрастным. После докладов о срыве поставок на сотни миллионов какая‑то мелкая проблема с провизией казалась незначительной.

– Это неважно, Арсений, – ровным голосом произнес я. – У нас есть более серьезные проблемы.

– Но господин, вы не понимаете! – голос повара дрогнул от отчаяния. – Это был наш единственный поставщик чая «Серебряные Иглы» ! У нас осталось всего две пачки! Теперь и ваш вечерний ритуал… он под угрозой!

В командном центре повисла мертвая тишина. Алина застыла с открытым ртом. Лебедев на экране медленно опустил свой планшет.

Я медленно, очень медленно повернул голову от карты и посмотрел на своего повара. Утренний кофе. Дневные поставки. Вечерний чай. Они перекрыли все – от рутинных проектов до моих самых важных личных ритуалов.

Моя вселенская скука и раздражение на миг сменились чем‑то гораздо более опасным.

– Итак, – произнес я тихо, и каждое слово падало в тишину как капля кислоты. – Утром они испортили мой кофе. Днем сорвали критически важные поставки для восстановления лей‑линий. А теперь… теперь они посмели тронуть мой чай?

Рядом с моим ухом материализовалась фея‑ИИ, прижав крошечные ладошки к щекам.

– Ах, вот теперь они перешли черту, – прозвенел ее голосок. – Объявили войну вашим священным ритуалам. Глупцы. Они понятия не имеют, что только что разбудили.

Я смотрел на карту блокады, на красные метки, опутавшие мой мир. Экономическое давление. Логистические проблемы. Бюрократические игры.

Все это было терпимо, пока касалось только бизнеса.

Но чай… это было личное.

– Что ж, если они так хотят войны… – произнес я, и в моем голосе появились стальные нотки. – … они ее получат!

Глава 5

Влад, лидер «Железных Грифонов», с удовлетворением закрыл за собой тяжелую дверь их новой штаб‑квартиры. Прохладный утренний воздух ударил в лицо. За спиной остались два этажа, набитые лучшим снаряжением, о котором они еще полгода назад и мечтать не могли. Впереди – гудел и жил их новый мир.

– Осторожнее! – рыкнул Дэн, отталкивая Кирилла с пути проносящегося мимо джипа, из которого гремела музыка. – Совсем ездить разучились, мажоры столичные.

Центральная улица, еще недавно бывшая тихой и полупустой, теперь напоминала муравейник. Потоки людей и машин сплетались, создавая шум и наполняя город суетой. Дорогие седаны с тонированными стеклами соседствовали с потрепанными грузовичками фермеров, а между ними лавировали доставщики.

– Гляди‑ка, – Дэн ткнул большим пальцем в сторону новой, ярко освещенной витрины. – Магазинчик со шмотками открыли. «Силанский шик». Кому он тут нужен?

– Тебе, может, и не нужен, – усмехнулся Кирилл, поправляя свой рюкзак. – А вот жены и подруги тех, кто теперь работает в «Ворон Групп», думают иначе. Деньги в городе появились, Дэн, и люди хотят их тратить не только на броню и оружие, но и на предметы быта.

Они пересекли дорогу и пошли по противоположной стороне. Воздух пах кофе, из булочной доносился тонкий аромат свежей выпечки. Кафе тоже открывались, спеша накормить людей свежим завтраком. Город жил.

– Кстати, о работе, – Кирилл достал свой планшет, и его лицо помрачнело. – Опять тревога от Гильдии. На «Гнилые Топи» уже три отряда созывают. Совсем распоясались твари.

Дэн недовольно фыркнул.

– Три отряда… Это ж плату на всех поделят. Снова за три копейки в грязи копаться. Хорошо, что у нас контракт с «Агро» есть, а то бы с голоду сдохли. Спасибо Хозяину, хоть он платит как следует.

– Это не ради денег, Дэн, ты же знаешь, – спокойно ответил Влад, его взгляд скользил по толпе. – Это обязанность. Правительство требует, чтобы все активные группы откликались на угрозы. Если Разлом не закрыть вовремя, он может стать постоянным ты знаешь это лучше меня.

Кирилл мрачно кивнул, выводя на экран планшета карту мира с несколькими зловещими красными пятнами.

– Какрядом с моим родным городком или в африканской «Мертвой зоне». Большие карантинные зоны, кишащие монстрами. Не хотелось бы, чтобы Воронцовск повторил их судьбу. С каждым месяцем Разломов все больше, и твари из них лезут все злее. Поэтому Гильдия и перестраховывается, сгоняя на каждую дырку побольше народу.

– Вот именно поэтому нам и нужна новая «чешуя» от Брока, – заключил Влад, останавливаясь перед массивной вывеской «Стальной Клык». – Твари все злее, и старая броня уже скоро перестанет держать удар. Наша работа на плантациях – это деньги, но работа в Разломах – это безопасность всего этого, – он обвел рукой шумную, полную жизни улицу. – Ладно, хватит болтать. Погнали.

Настроение в команде было деловым и сосредоточенным. Они были частью этого нового, процветающего мира. И они были теми, кто стоял на его защите.

* * *

Оружейная лавка «Стальной Клык» была лучшей в городе. Это было единственное место, где Охотник мог заказать себе доспех, а не купить штампованную консервную банку. Владелец, старый и хмурый мастер по имени Брок, был живой легендой. Он помнил город еще до упадка, когда его отец ковал мечи для гвардии старых Вороновых. Он пережил нищету, отказываясь закрывать свою кузню, и продолжал работать, выполняя мелкие заказы для таких же нищих, как он, Охотников.

Он знал «Грифонов» еще со времен, когда они были оборванными мальчишками, которые могли предложить за починку старого лука лишь пару монет и клятву расплатиться после следующего контракта. И он чинил. Ворчал, ругался, но чинил, потому что уважал их упрямство.

Когда «Грифоны» вошли, жар кузни ударил им в лицо. Брок, огромный, похожий на медведя мужчина с седой бородой, как раз заканчивал полировку массивного нагрудника.

– А, вот и мои богатеи, – пробасил он, не отрываясь от работы. Его голос был подобен скрежету металла о камень. – Пришли за своими игрушками? Готовы, стоят в углу.

Влад с благоговением провел рукой по гладкому металлу. Это была не броня, а произведение искусства. Легкая, идеально подогнанная, созданная из редких сплавов. Но чего‑то не хватало. Руны. Гнезда для усиливающих кристаллов были пусты.

– Брок, а где зачарование? – спросил Кирилл. – Мы же договаривались на полный комплект. Сопротивление огню, усиление кинетики…

Старый мастер отложил полировочную ткань и вытер руки о кожаный фартук. Он с сожалением развел своими огромными руками‑кувалдами.

– Броню я сделал, парни, – сказал он, и в его голосе слышалась искренняя досада. – Но вот с магией – беда. Поставщик кристаллов из столицы вчера разорвал контракт. В одностороннем порядке. Говорит, «форс‑мажор». Какие‑то новые «рекомендации» от торговых гильдий. У меня ни одного приличного камня для рун не осталось. И когда будут – неизвестно.

«Грифоны» замерли. Их предвкушение сменилось сначала недоумением, а затем – раздражением.

– Как это «неизвестно»? – прорычал Дэн. – Мы заплатили аванс! Нам через три дня выходить на патрулирование в предгорья, там чаще всего появляются твари, плюющиеся огнем!

Брок тяжело вздохнул и сел на дубовую скамью, которая жалобно под ним скрипнула. – Я верну вам деньги за зачарование, – сказал он. – Но кристаллы из воздуха я не сделаю. Говорят, это по всему региону так.Кто‑то очень серьезный перекрыл поставки

Он посмотрел на них своими усталыми, но мудрыми глазами.

– Я не знаю, в какие игры играет ваш Хозяин, – продолжил он тише. – Но он разозлил очень больших и злых псов в столице. И они решили укусить не только его, но и нас с вами.

Влад мрачно кивнул.

– Мы разберемся.

– Разберетесь, – хмыкнул Брок. – Вы теперь большие ребята, но даже вам не обойтись без хорошего железа. Он гений, наш Хозяин, спору нет. Город из пепла поднял. Но если бы он, со своими знаниями, хоть раз заглянул ко мне в кузню… – в глазах старого мастера на мгновение вспыхнул огонь профессионального азарта. – Мы бы с ним такое оружие сковали, что Гильдия удавилась бы от зависти. Он ведь понимает суть вещей, так я думаю. Глядишь, и разработает что‑то новое скоро, раз такая петрушка с поставками…

Он снова тяжело вздохнул, и огонь в его глазах погас. – Ладно, чего болтать. Забирайте броню. Крепкая, удар держать будет. А с магией… будем надеяться, что Хозяин решит этот вопрос в скором времени.

Разочарованные и злые, они вышли из оружейной. Идеальная броня без магии была просто красивой, дорогой железякой.

– Ладно, – мрачно сказал Влад, пытаясь сохранить самообладание. – Обойдемся пока старой. Нужно пополнить запасы эликсиров. В прошлый раз мы почти все потратили.

Они вышли из жаркой кузни на шумную улицу. Дэн, не выдержав, с силой пнул попавшуюся под ногу бумажку.

– Да какой к черту «форс‑мажор»⁈ – прорычал он, поворачиваясь к товарищам. – Столичные крысы нам просто кислород перекрывают, вот и все! Старик Брок врать не станет. Если он говорит, что поставок нет, значит, их действительно нет! Может, съездить в столицу и объяснить этим ублюдкам в пиджаках, что так дела не делаются?

– Успокойся, Дэн, – спокойно ответил Кирилл, сверяясь с чем‑то в своем планшете. – Кулаками тут не поможешь. Не нужно быть гением, чтобы увидеть закономерность. Это не просто срыв поставок. Они специально бьют по снабжению, чтобы ослабить Хозяина, а мы – просто побочный ущерб в их игре.

– Побочный ущерб⁈ – взвился Дэн. – Да мы тут на переднем крае! Если тварь прорвется, она сожрет не какого‑то там патриарха в столице, а наши семьи!

Влад положил тяжелую руку на плечо здоровяка, заставляя его остановиться.

– Кирилл прав, это скоординированная атака. Но и Дэн прав, сидеть сложа руки нельзя. Сначала проверим алхимиков. Нужно понять масштаб проблемы. Пошли.

Он повел отряд дальше по улице, но сам уже понимал: слова Брока и анализ Кирилла были правдой. Невидимая удавка, накинутая на шею их покровителя, начала затягиваться, и первыми нехватку воздуха почувствовали именно они.

Алхимическая лавка «Ведьмин Котелок» была еще одним чудом возрожденного города. Она открылась всего несколько месяцев назад, и ее появление стало настоящей сенсацией. «Котелок» предлагал столичный уровень и ассортимент. Кристально чистые эликсиры регенерации, боевые стимуляторы, редчайшие реагенты для зачарования – здесь было все, о чем простой региональный Охотник раньше читал только в каталогах.

Хозяйка лавки, молодая и острая на язык женщина по имени Эльвира, была такой же аномалией, как и ее товар. По слухам, она была столичной штучкой, наследницей какого‑то разорившегося рода, которая, вместо того чтобы искать богатого мужа, приехала сюда вести бизнес. Она была умна, обаятельна и вела дела с хваткой акулы, пытаясь подмять под себя весь местный рынок алхимии.

Обычно «Ведьмин Котелок» был забит Охотниками, а сама Эльвира, бойкая и веселая, рассказывала о какой‑нибудь новинке, но сегодня «Грифонов» встретила удручающая тишина и пустые полки. Аккуратные ряды, где раньше теснились зелья выносливости и регенерации были пусты. Лишь в углу сиротливо стояла бутыль с надписью «Средство от бородавок».

Эльвира сидела за прилавком, подперев щеку рукой, и ее обычно энергичное лицо было усталым и злым.

– Все, что было, скупили еще вчера, – объяснила она, едва взглянув на вошедших. – А новые реагенты из столицы не приходят. Говорят, на складах ФСМБ все проверяет из‑за «особого положения» в регионе. У меня у самой только настойка от кашля осталась. Будете?

Дэн с силой ударил кулаком по прилавку.

– Да что за чертовщина! И здесь та же песня!

– Тише, – шикнул на него Влад, но сам чувствовал, как внутри закипает глухая тревога.

– Одними овощами сыт не будешь, – зло пробормотал Кирилл. – Они дают силу и выносливость, спору нет. Но в серьезном Разломе, когда тебе оторвет руку или тварь плюнет кислотой, без лечилок – смерть.

Влад молча кивнул. Он смотрел на пустые полки, на растерянное лицо хозяйки, и впервые за последние месяцы почувствовал себя уязвимым. Их сила, их успех, их новая жизнь – все это оказалось построено на фундаменте, который кто‑то невидимый начал методично выбивать у них из‑под ног.

* * *

К полудню слухи о тотальном дефиците магических товаров перестали быть просто слухами. Они превратились в лесной пожар, охвативший весь город. И эпицентром этого пожара стал скромный кабинет мэра Воронцовска, Степана Васильевича.

Степан Васильевич был хорошим мужиком. Не гением, не героем, а простым, честным хозяйственником, который любил свой город и десятилетиями с болью в сердце наблюдал за его упадком. Возрождение, которое принесла с собой «Ворон Групп», он воспринял как личное чудо. И теперь, когда этому чуду угрожала опасность, он чувствовал себя так, будто у него пытаются отнять единственного, долгожданного ребенка.

Он стоял у окна своего кабинета, глядя на бурлящую жизнью центральную улицу. Новые, чистые тротуары, яркие вывески, гул голосов и смех – еще полгода назад он и представить себе такого не мог. Он помнил, как ходил по этим же улицам, и видел лишь заколоченные витрины и серые, уставшие лица.

«Он, конечно, странный, этот парень,  – думал мэр, вспоминая свое единственное короткое общение с Калевом Вороновым. – Смотрит так, будто ты не человек, а пыль на его ботинке. Ни улыбки, ни теплого слова».  Но потом его взгляд теплел. «Зато сын мой, Ванька, его чуть ли не боготворит. Говорит, Хозяин – настоящий мужик, строгий, но справедливый. Дал ему работу в логистическом отделе, зарплату очень хорошую. Не было раньше в городе таких зарплат. А ведь Ванька еще недавно о подработке на лесопилке думал».

Именно эта искренняя благодарность и заставила его тогда, вопреки всем протоколам и страху, лично поехать с оркестром к воротам «Эдема» и пригласить этого странного, пугающего аристократа на День Города. Он хотел, чтобы люди видели своего спасителя. Хотел, чтобы Калев увидел, как город благодарен ему. И теперь, когда столичные крысы решили задушить их возрождение, он чувствовал не только страх, но и праведный гнев.

Дверь его кабинета, не выдержав напора, распахнулась, и внутрь хлынула разгневанная делегация. Это была вся элита нового Воронцовска: хмурый, как грозовая туча, мастер Брок, чьи руки‑кувалды были сжаты в кулаки; элегантная, но злая алхимик Эльвира; и несколько командиров Охотничьих групп, включая самого Влада; ну и еще целая толпа народа.

– Васильич, так нельзя! – проревел Брок, нависая над столом мэра. – У меня заказы на месяц вперед, а железо зачаровать нечем! Столица молчит! Мои ребята скоро без работы останутся!

– Мэр, это не просто срыв поставок, это саботаж! – подхватила Эльвира, ее голос звенел от ярости. – Мои каналы в столице, которые работали как часы, внезапно отказались со мной работать! Это экономическая война с Вороновым, а мы – на линии огня!

– Мои ребята отказываются идти в «Гнилые Топи» без зелий! – жестко добавил командир другой группы. – И я их не виню! Что мне делать, мэр? Приказ правительства нарушать? Или людей на верную смерть посылать?

Степан Васильевич вскочил с места, его доброе, полное лицо было красным от напряжения и бессилия. Он взмахнул руками, призывая к тишине.

– Граждане! Товарищи! Охотники! Я все понимаю! Думаете, я сижу сложа руки⁈

Он развернул к ним свой голографический монитор. На экране висела стопка исходящих сообщений, помеченных красным значком «не прочитано». Адресаты: Канцелярия губернатора, Торговая палата столицы, Департамент по контролю за Гильдиями.

– Я пишу! Я звоню! Я требую объяснений! – почти кричал он. – А в ответ – тишина! Они просто нас игнорируют! Для них мы – пыль под ногами, захолустье, которое можно раздавить в их играх с Хозяином!

В кабинете повисла тяжелая тишина. Все поняли. Официальная власть, на которую они привыкли полагаться, была абсолютно беспомощна.

Они остались одни.

Мэр тяжело опустился в кресло. Он обвел взглядом полные отчаяния и гнева лица и принял единственное возможное решение. Он медленно поднялся, и в его голосе зазвенела сталь.

– Значит так, – сказал он. – Если гора не идет к Магомету… Вся наша надежда – на него. На Хозяина. Он дал нам эту новую жизнь, и только он может ее защитить.

Он посмотрел прямо на Влада, затем на Брока и Эльвиру.

– Я соберу официальную делегацию. Мы пойдем к его воротам. И мы не уйдем, пока он нас не выслушает! Хватит им в столице решать наши судьбы. Раз у нас есть свой правитель, то с ним мы и должны выкарабкиваться из всего этого! Ему, наверняка, тоже сейчас несладко!

В глазах делегатов вспыхнула новая, отчаянная надежда.

* * *

Вечером таверна «Последний Шанс» была забита до отказа, как и всегда в последние месяцы. Только сегодня атмосфера изменилась до неузнаваемости. Исчезли громкий смех, хвастливые байки о победах в Разломах и споры о том, чья новая броня круче. Вместо этого в густом воздухе висел злой гул.

Влад и его «Грифоны» сидели за своим обычным столом в углу, молча поглощая ужин. Он не ел, а сканировал зал, и картина ему не нравилась. Лица Охотников были мрачными, кулаки сжаты, а разговоры велись вполголоса, полные яда.

От стола ветеранов доносился хриплый голос:

– Я свой силовой молот повредил в последнем рейде. Брок говорит, без столичного сплава починить не сможет. Мне теперь что, с дубиной на тварей ходить?

За другим столом, где сидела молодежь, царило отчаяние:

– Контракт на «Гнилые топи» горит! Нам нужно минимум тридцать зелий от яда, а их нигде в городе нет! Эльвира сказала, ждать недели три, не меньше!

Но громче всего звучали споры за центральным столом.

– Я говорю вам, это все из‑за Хозяина, – шипел одноглазый охотник, которого все звали Циклопом. – Доигрался наш аристократ! Разозлил столицу, а они нам всем теперь гайки закручивают!

– Заткнись, старый хрыч! – тут же взвился молодой, рыжий парень с нашивкой «Огненных Саламандр». – Да при чем тут Хозяин? Он нам работу и силу дал! Это кланы‑ублюдки нам мстят, что мы больше от них не зависим! Они хотят нас снова под свой сапог загнать!

– А какая разница, кто виноват⁈ – встрял третий. – Факт в том, что завтра мне идти в патруль с голой задницей, потому что мой щит разваливается, а починить его нечем!

Влад видел, как уверенность и лояльность, которые еще вчера казались незыблемыми, на его глазах давали трещину. Благодарность к Хозяину была велика, но страх за собственную шкуру оказывался сильнее. Охотники – народ прагматичный.

Кульминация наступила внезапно. Рыжий парень из «Саламандр» вскочил из‑за стола и ткнул пальцем в Циклопа.

– А я слышал, ты вчера у Эльвиры последние три флакона регенерации скупил! – прорычал он. – Пока мы тут думаем, как выживать, ты запасы делаешь, старая крыса!

– Я купил то, что было в продаже! – огрызнулся Циклоп, вставая. – Может, тебе тоже стоило думать головой, а не задницей, и подготовиться?

– Ах ты!..

Словесная перепалка мгновенно переросла в драку. Рыжий бросился на Циклопа, тот сбил его с ног ударом кулака. Зазвенела разбитая посуда, полетели стулья. В следующую секунду в драку ввязались их товарищи. Таверна взорвалась криками и грохотом.

– Дэн, Кирилл, за мной! – скомандовал Влад.

Они втроем врезались в гущу дерущихся. «Грифоны» были сильнее большинства местных Охотников – месяцы тренировок и «чудо‑овощей» давали о себе знать. Они растаскивали дерущихся, как щенков, не обращая внимания на случайные удары.

Через пару минут все было кончено. В таверне стоял разгром, а бывшие соратники смотрели друг на друга с ненавистью. Город, еще вчера бывший символом процветания и единства, впервые показал свое озлобленное трудностями лицо.

Влад, потушив драку и видя мрачные, озлобленные лица Охотников, понял, что это не просто ссора. Это был симптом серьезной болезни, которая могла уничтожить все, что они построили. Он поднялся в свой тихий кабинет, оставив внизу гул недовольных голосов, и активировал защищенный канал связи. Он должен был доложить об этом тому, кто отвечает за порядок в их системе – Константину Лебедеву.

На голографическом экране появилось спокойное лицо финансиста. Он сидел в своем стерильном столичном офисе, и на его фоне хаос и запах пролитого пива в таверне казались чем‑то из другого, низшего мира.

– Господин Лебедев, – начал Влад, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и по‑военному четко. – У нас проблемы.

Лебедев медленно поднял взгляд от своего планшета.

– Проблемы? – в его голосе не было тревоги, лишь холодное любопытство. – Надеюсь, они имеют финансовое выражение? Потому что другие типы проблем меня интересуют мало.

Влад сжал кулаки. Этот цинизм «Костыля» всегда действовал ему на нервы.

– Еще как имеют, – отрезал он. – В городе зреет бунт. Дефицит ресурсов – это полбеды. Люди начинают терять веру. Лояльность Хозяину, на которой все держится, начинает трещать.

– Лояльность – это эфемерная категория, Влад, – лениво поправил его Лебедев. – Давайте оперировать фактами. Мне нужны цифры. Процент недовольных, количество сорванных контрактов, потенциальные убытки. Ваши эмоции я к делу не пришью.

– Хорошо, вот вам факты, – прорычал Влад, теряя терпение. – Мои ребята сегодня не смогли зачаровать новую броню. Алхимики сидят без реагентов. Еще неделя такой блокады, и половина Охотников в этом городе не сможет выйти на задание. А когда они не смогут зарабатывать, знаете, что они начнут делать? Они начнут уезжать. А те, кто останется, начнут задавать вопросы. Например, почему их всемогущий Хозяин не может решить такую простую проблему.