Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 72 (всего у книги 79 страниц)

– Анализ показывает… их показатель TRIR по садоводству ужасен.

Хозяин посмотрел на неё с сомнением.

– TRIR?

Фея изобразила самое серьёзное выражение лица, хотя внутри умирала от смеха.

– Total Recordable Incident Rate, – объяснила она. – Обычно применяется для оценки травматизма на производстве, но я адаптировала метрику для садоводства. Их текущий показатель – катастрофический. Они буквально травмируют всё вокруг каждым движением лопаты.

Хозяин продолжал смотреть на экран, где Степан Васильевич руководил рабочими, которые продолжали неправильно сажать цветы. Он увеличил изображение на одном конкретном рабочем, который сажал розу слишком близко к другому кусту.

– Они нарушают корневую систему, – сказал он тихо, и каждое слово было как удар молота. – Они не учитывают дренаж, лишь создают конфликт корней – что за дурость.

Он сжал лейку так сильно, что Фея услышала тихий скрип металла.

Ага, лейка не выдержит. Придётся заказывать новую – одни расходы!

– Они создают мне работу.

Хозяин выпрямился, посмотрел в сторону ворот.

– Я должен это прконтролировать, – сказал он холодно.

И пошёл к выходу из сада.

Фея последовала за ним, едва сдерживая улыбку.

О да,  – подумала Фея. – Кто‑то точно сейчас получит личный мастер‑класс от Лорда‑Протектора по правильной посадке цветов. Это будет весело – очень весело!

* * *

Фея материализовалась рядом с Хозяином, когда он вышел из ворот «Эдема», и первое, что произошло – музыка резко оборвалась. «Полёт Грифонов» замер на полуноте, словно кто‑то выдернул шнур из розетки.

Толпа замерла.

Рабочие с лопатами, женщины «Женсовета» с граблями, беженцы с транспарантами и Степан Васильевич в своей соломенной шляпе.

Семьдесят человек застыли, как статуи, глядя на хозяина.

Он стоял у ворот в своих брюках и рубашке, руки сложены за спиной, лицо абсолютно непроницаемое.

Тишина была абсолютной. Даже ветер перестал дуть.

Она видела, как Степан Васильевич побледнел, но держался молодцом. Морозов рядом с ним выглядел так, словно сейчас упадёт в обморок.

Хозяин не смотрел на мэров. Даже не повернул головы в их сторону. Его взгляд был направлен на поляну, где рабочие начали сажать цветы. Он пошёл к одному из них – тому самому, который неправильно сажал розу.

Рабочий замер, держа лопату, и посмотрел на Хозяина снизу вверх с выражением человека, который встретил божество и не знает, молиться или бежать.

Хозяин остановился рядом с ним, посмотрел на ямку, которую тот выкопал, потом на саженец розы в руках рабочего.

– Нет. Это неправильно, – сказал он холодно. – Здесь будет конфликт корней.

Рабочий моргнул.

– Ч‑что?

Хозяин указал на соседний куст петунии, который уже был посажен.

– Расстояние между розой и петунией – сорок сантиметров. Корневая система розы развивается радиально на глубину до шестидесяти сантиметров. Петуния – на тридцать. Через два месяца корни войдут в конфликт, и роза задавит петунию. Петуния погибнет.

Рабочий стоял, открыв рот, глядя на Хозяина.

– На тридцать сантиметров левее, – продолжил Хозяин. – И делай глубже. Копая так неглубоко ты нарушаешь дренаж.

Рабочий судорожно кивнул, быстро переместился левее и начал копать снова.

Хозяин повернулся к другому рабочему, который сажал какие‑то цветы у края клумбы.

– Ты. Стой.

Второй рабочий замер, как вкопанный.

Хозяин подошёл, посмотрел на его работу.

– Глубина ямки – пятнадцать сантиметров, но для этого вида нужно минимум двадцать пять. Иначе корневая система не закрепится, и первый же сильный дождь вымоет растение.

Он указал на землю.

– Копай глубже и добавь дренажный слой – мелкий гравий на дно, на три сантиметра.

Второй рабочий кивнул так быстро, что можно было подумать, что у него шея сейчас сломается.

Хозяин выпрямился, оглядел поляну, и я видела, как его взгляд сканировал каждую деталь – каждую ямку, каждый саженец, каждый неправильно уложенный рулон газона.

Потом он повернулся к ближайшему рабочему, державшему лопату.

– Лопату, – сказал он.

Рабочий вздрогнул.

– М‑мне?

– Нет. Не тебе. Ему, – Хозяин указал на другого рабочего, стоявшего рядом. – Копай здесь в двадцать пять сантиметров глубиной.

Он развернулся к Степану Васильевичу, который потянулся к колонке.

– Степан, не вздумай включить музыку.

Степан Васильевич судорожно кивнул. Он подошёл ближе, ведя за собой бледного Морозова.

– Господин Воронов, – начал Степан с осторожной улыбкой, – мы решили помочь! Привести территорию в соответствие с вашими высокими стандартами!

Хозяин даже не повернулся к нему. Продолжал смотреть на рабочего, который копал ямку.

– Ваши стандарты – это хаос, Степан, – сказал он сухо, не отрываясь от контроля за копкой.

Степан открыл рот, закрыл, не зная, что ответить.

Морозов воспользовался моментом – видимо, решил, что раз Хозяин ещё не убил их, можно попробовать. Он шагнул вперёд, и Фея увидела, как он собрался с духом:

– Лорд‑Протектор. Спасибо за помощь беженцам, вы дали им кров, еду, безопасность. Мой город…

Хозяин наконец повернулся к нему и посмотрел на него холодным взглядом.

Морозов замолчал на полуслове, побледнел ещё сильнее, но не отступил.

Хозяин молчал несколько секунд, изучая его. Потом медленно кивнул.

– Я знаю о твоей проблеме, мэр Морозов.

Морозов выдохнул с облегчением.

Хозяин спокойно продолжил:

– Моя команда уже нейтрализует Чернова. Его завод и экономика вскоре будут уничтожены.

Морозов замер, глядя на него с шоком.

– Вы… вы уже?..

– Да, – Хозяин повернулся обратно к рабочим, проверяя их работу. – Но мои Стражи не могут войти легально в Котовск и убрать наемников оттуда.

Он посмотрел на Морозова через плечо.

– Если ты хочешь, чтобы я закончил уборку… дай мне официальное, подписанное тобой разрешение на вход Стражей Эдема в Котовск для «обеспечения порядка и защиты гражданской инфраструктуры».

Морозов стоял, пытаясь переварить услышанное. После чего лихорадочно закивал, когда до него дошел смысл слов хозяина.

– Да! Да, конечно! Я подпишу! Что угодно!

Хозяин кивнул, удовлетворённый.

– Хорошо.

Он вернулся к контролю за рабочими, отдавая команды:

– Ты. Газон укладываешь неровно, поэтому выровняй края. – после повенулся к следующему. – А ты денаж забыл. Добавь гравий.

Степан и Морозов стояли в стороне, наблюдая за тем, как Лорд‑Протектор лично руководил посадкой цветов. Морозов посмотрел на Степана и прошептал:

– Степан Васильевич… это… это правда сработало?

Степан повернулся к нему, и на лице была торжествующая улыбка.

– Иван Петрович, я же говорил. Доверьтесь мне.

Морозов судорожно выдохнул, и на лице появилось что‑то похожее на надежду.

– Вы… вы действительно гений.

Степан скромно пожал плечами.

Фея же внутри хохотала, смотря на эту картину.

А ведь и правда гений. Кто бы ещё додумался бы прийти к своему Лорду‑Протектору с субботником? Да так, чтобы это еще и сработало?

Степан наклонился к Морозову и прошептал:

– Видите? Хозяин не может вынести вида некомпетентной работы. Он обязан был выйти и всё исправить.

Морозов посмотрел на него.

– Вы… вы это специально?

Степан усмехнулся.

– Конечно. Хозяин – перфекционист. Он не мог устоять.

Морозов молчал, переваривая услышанное.

– Степан Васильевич… вы манипулировали Лордом‑Протектором?

Степан посмотрел на него серьёзно.

– Я не манипулировал. Я просто знаю, как он думает.

Морозов покачал головой с благоговением.

– Вы либо самый умный человек, которого я знаю, либо самый безумный.

Степан усмехнулся.

– Почему не оба?

Фея наблюдала за происходящим и чуть не впадала в истерический хохот. Ведь она на все сто была согласна с этой оценкой!

Тем временем хозяин закончил инструктировать рабочих – все цветы теперь сажались правильно, с соблюдением дренажа, расстояния и прочих критически важных параметров, о которых обычные люди даже не задумывались.

В этот момент из толпы беженцев вышла группа женщин. Человек десять, а может и больше и во главе – жена Степана, Валентина Ивановна, в цветастом платке и резиновых сапогах, и ещё несколько женщин из «Женсовета».

Они решительно направились к хозяину. Валентина Ивановна, смелая женщина (или очень глупая, Фея ещё не решила), подошла первой и громко сказала:

– Лорд‑Протектор! Спасибо вам за всё, что вы делаете для нас!

Хозяин замер и медленно повернулся к ним. Фея прекрасно знала это выражение лица и оно не предвещало ничего хорошего.

Женщины окружили его, и началось щебетание:

– Вы спасли наш город!

– Мы так благодарны!

– Можно мы увидим ваш сад? Мы слышали, он прекрасен!

– Мы тоже хотим помочь с Порядком!

– Проведите нам экскурсию, пожалуйста!

О боже, это золото. Чистое золото.

Фея видела, как на лице Хозяина медленно появлялось выражение, которое она видела редко – паника. Лёгкая, едва заметная, но паника. Хозяин стоял, окружённый толпой благодарных женщин, и выглядел как человек, попавший в ловушку.

Он может справиться с врагами, с политикой, с экономическими кризисами, но как справится с «этим»?

Хозяин посмотрел на Глеба. Глеб демонстративно отвернулся, глядя в её сторону.

Предатель!

Потом Хозяин посмотрел на неё – прямо на неё. И Фея тут же поняла, что сейчас будет.

– Фея, – сказал Хозяин по внутреннему каналу, и голос был холодным, как арктический лёд. – Анализ ситуации.

Фея внутренне вздохнула, едва сдерживая улыбку и смех, после чего быстро запустила расчёты имиджа, лояльности населения и PR‑последствий. Данные были… неутешительными для Хозяина.

Она ответила, стараясь звучать серьёзно, хотя бы наполовину:

– Анализ имиджа показывает, что отказ группе благодарных женщин, которые только что публично восхваливали вас, вызовет сорок процентов падения лояльности населения. Плюс минус пять процентов. – Она сделала паузу. – Вы должны согласиться, Ваше Темнейшество.

Хозяин посмотрел на неё долгим, холодным взглядом. Фея продолжала сдерживать улыбку, но плечи предательски дрожали.

Хи‑хи‑хи. Он сейчас взорвётся.

Потом что‑то в его взгляде изменилось. Фея увидела – это был холодный расчёт, месть или план.

О нет. Что он задумал?

Хозяин развернулся к женщинам. На лице появилось нечто отдалённо напоминающее вежливость.

– Мой главный администратор процессов «Эдема», – сказал Хозяин ровным тоном, указывая на Фею, – лично проведёт вам экскурсию.

Фея застыла.

Что?

ЧТО⁈

Женщины радостно зашумели:

– Ой, как замечательно!

– Спасибо, Лорд‑Протектор!

– Мы так рады!

Фея стояла, глядя на Хозяина с выражением абсолютного шока.

Хозяин посмотрел на неё. И сказал тихо, но так, чтобы только она слышала:

– Веди. И улыбайся.

ЭТОТ СУКИН СЫН!!!

Фея открыла рот. Закрыла. Снова открыла. Слов не было – абсолютно никаких слов.

Я… я главный AI системы! Я координирую всю инфраструктуру! А он хочет, чтобы я водила экскурсии для… для бабушек с граблями⁈

Хозяин уже развернулся и шёл обратно к воротам «Эдема» вместе со Степаном и Морозовым – явно обсуждать документы о вводе Стражей в Котовск.

Женщины окружили Фею, щебеча:

– Какое счастье! – Покажете нам розы? – А правда, что Лорд‑Протектор лично выращивает редкие сорта?

Фея стояла, пытаясь переварить происходящее. Она медленно выдохнула, сложила руки за спиной и изобразила на лице что‑то отдалённо напоминающее улыбку.

Ладно. Хорошо и прекрасно. Если он хочет игру – он её получит!

Фея повела их на территорию Эдема, предвкушая последствия.

– Итак, дамы, – начала Фея голосом, полным ехидной сладости, – добро пожаловать в «Эдем». Просьба не трогать руками редкие венерианские розы. Они плотоядные и могут откусить палец, если почувствуют запах страха.

Женщины ахнули.

– П‑плотоядные?

– Ну разумеется! – Фея летела впереди, указывая на совершенно обычные розы. – Лорд‑Протектор лично вывел этот сорт, скрестив земную розу с… хм… инопланетным растением из сектора Альфа‑Центавра. Видите эти шипы? Они содержат нейротоксин. Лёгкий, конечно. Вы просто потеряете чувствительность в руке на пару часов.

Женщины отшатнулись от роз.

Фея продолжала, едва сдерживая злорадство:

– А теперь – налево. Здесь у нас сектор, где Хозяин лично… – она сделала паузу, изображая задумчивость, – учит белок квантовой физике. Да‑да, вы не ослышались. Белки и квантовая физика. У нас очень… особенный подход к образованию фауны.

Одна из женщин неуверенно подняла руку.

– А… а это правда?

Фея повернулась к ней с самым серьёзным выражением лица.

– Мадам, в «Эдеме» всё возможно. Мы же под управлением Лорда‑Протектора и он может превратить любой хаос в порядок одним взглядом. Вы думаете, научить белку квантовой физике для него сложно?

Женщины молча переглянулись.

Фея усмехнулась про себя.

Хозяин хотел, чтобы я провела экскурсию? Получите экскурсию! Я устрою самую занимательную экскурсию для своего обожаемого Хозяина!

Она продолжала вести группу дальше, рассказывая всё более абсурдные истории про «телепатические тюльпаны», «гравитационные лилии» и «кусты, которые могут предсказывать погоду».

Хи‑хи‑хи! Месть – это блюдо, которое подают холодным. И очень, очень ехидным!

Глава 12

Конференц‑зал на двенадцатом этаже штаб‑квартиры «Ворон Групп» был воплощением корпоративной эффективности.

Белые стены, матовое стекло и голографический стол в центре, на котором мерцали логотипы компании. Кондиционер работал так тихо, что его почти не было слышно, но воздух был идеально прохладным – ровно двадцать два градуса.

За столом сидели шестеро человек.

Все молодые – от двадцати пяти до тридцати пяти. В деловых костюмах, с ноутбуками или планшетами перед собой. Лучшие аналитики и операционисты, которых смогла найти Алина за последние сутки.

Сергей – координатор логистики, крепкий мужчина лет тридцати с короткой стрижкой и спокойным, уверенным взглядом. Бывший военный, перешедший в частный сектор.

Вера – специалист по рискам и страхованию, женщина лет двадцати восьми с холодным лицом и идеальной укладкой. Работала в трёх страховых компаниях, прежде чем «Ворон Групп» переманила её.

Тимур – финансовый аналитик, худощавый парень с очками и нервными движениями. Гений цифр, но социально неуклюжий. Сидел, покусывая карандаш, глядя в свой планшет.

Настя – специалист по разведке и конкурентному анализу, девушка лет двадцати шести с короткими тёмными волосами и острым взглядом. Умела находить информацию там, где другие видели только пустоту.

Олег – менеджер проекта, самый старший в группе – тридцать пять лет. Полноватый, самоуверенный, с привычкой перебивать других. Амбициозный до наглости.

И шестой – Кирилл, младший аналитик, совсем молодой, лет двадцати трёх, который сидел в углу и старался не привлекать внимания.

Они ждали уже десять минут, переглядываясь, перешёптываясь, листая документы на своих экранах.

– Кто‑нибудь знает, что это вообще такое? – тихо спросил Тимур, наклонившись к Сергею. – Меня Алина вызвала в шесть утра. Сказала – срочно, бросай всё, приезжай.

– Меня тоже, – кивнула Вера. – Сказала, что это приоритетная задача от самого Воронова.

– От Воронова? – Олег усмехнулся скептически. – Серьёзно? Он вообще знает, что мы существуем?

– Тихо, – шикнула Настя, кивнув на дверь.

Дверь конференц‑зала открылась, и вошла Алина.

Все мгновенно выпрямились, закрыли рты, уставились на неё.

Алина была в строгом чёрном костюме, волосы убраны в тугой пучок, лицо спокойное, но напряжённое. Она прошла к голографическому столу, положила планшет, окинула собравшихся оценивающим взглядом.

– Доброе утро, коллеги, – сказала она ровным, официальным тоном. – Благодарю, что собрались так оперативно. Понимаю, что для некоторых это было неудобное время, но ситуация требует немедленных действий.

Она активировала голографический стол. Над поверхностью появилась карта региона, на которой мигала красная точка – Котовск.

– Как вы знаете, – продолжала Алина, – наша компания столкнулась с агрессивными действиями со стороны промышленного объекта «Deus Engineering Group» в Котовске. Этот завод создаёт критическую угрозу для региона и, в частности, для наших операций.

Она сделала паузу, давая словам осесть.

– Господин Воронов поручил нам подготовить ответ. Комплексный, быстрый и абсолютно эффективный ответ.

Олег поднял руку, не дожидаясь разрешения.

– Алина, прежде чем мы начнём… какие ресурсы в нашем распоряжении? Бюджет? Сроки? Ограничения по методам?

Алина посмотрела на него холодно.

– Ресурсы – достаточные. Бюджет – открытый. Сроки – семьдесят два часа на первый удар. Ограничения – одно: всё должно быть легально и без прямого насилия. Мы не криминальная структура, господин Пахомов. Мы бизнес‑компания и действуем в рамках закона.

Олег кивнул, явно довольный ответом.

– Отлично, тогда у меня уже есть предварительный план. Если позволите…

Он начал что‑то говорить про «прямое давление на финансовые потоки», «блокировку кредитных линий» и «санкции через наших партнёров в банковском секторе».

Алина слушала молча, не перебивая, остальные тоже слушали краем уха, но их взгляды были прикованы к неприметной женщине, что вошла с Алиной и стояла сздаи сбоку.

Невысокая, худенькая, в сером деловом костюме, волосы собраны в аккуратный пучок, на носу – круглые очки в тонкой оправе. Лицо бледное, почти незаметное. Она держала планшет в руках и смотрела в пол, словно стараясь не привлекать внимания.

Они даже не сразу заметили, когда она вошла. Она просто… появилась рядом с Алиной, как тень.

Олег закончил свою речь, откинулся на спинку стула, явно довольный собой.

– Вот такой подход, – заключил он. – Прямой, быстрый, эффективный. Думаю, это именно то, что нужно господину Воронову.

Алина кивнула.

– Спасибо, Олег Викторович. Интересные мысли.

Она повернулась к невзрачной женщине рядом с собой.

– Однако руководить этой операцией будет не я. И не вы, Олег Викторович.

Олег моргнул, удивлённо глядя на неё.

– Кто же тогда?

Алина сделала шаг в сторону, освобождая место у голографического стола.

– Руководить операцией будет наш ведущий стратегический аналитик, – сказала она официально. – Лина Миронова.

Невзрачная девушка медленно подняла голову.

Шестеро человек за столом уставились на неё с плохо скрываемым недоумением.

Лина? Кто это вообще такая?

Тимур быстро пролистал внутренний справочник на своём планшете. Нашёл профиль: 'Миронова Лина Сергеевна. Стратегический аналитик. Отдел планирования.

Олег откровенно усмехнулся, не скрывая скепсиса.

– Алина, без обид, но… серьёзно? Мы говорим об операции уровня господина Воронова, а нам дают… – он окинул Лину пренебрежительным взглядом, – … аналитика из одела планирования?

Лина стояла, не двигаясь, глядя в пол. Пальцы сжимали планшет так сильно, что костяшки побелели.

Алина посмотрела на Олега холодным взглядом.

– Господин Воронов лично утвердил кандидатуру Лины Сергеевны. Если у вас есть возражения, можете адресовать их непосредственно ему.

Олег замолчал, побледнев. Алина повернулась к остальным.

– Лина, пожалуйста. Расскажите коллегам о плане.

Лина медленно подняла голову. Сделала шаг к голографическому столу. Положила планшет на край. Глубоко вдохнула.

И заговорила.

– Д‑доброе утро, коллеги, – голос был тихим, неуверенным, с лёгким заиканием. – М‑меня зовут Лина. Я… э‑э… буду координировать эту операцию.

Она подняла взгляд на собравшихся, и на её лице была робкая, извиняющаяся улыбка.

– Я п‑понимаю, что это… неожиданно, но господин Воронов… он утвердил план, который я п‑представила. И… я постараюсь не подвести.

Олег закатил глаза, но промолчал. Настя смотрела с любопытством. Сергей – с настороженностью. Вера – с безразличием. Тимур – с сочувствием.

Лина активировала голограмму. Над столом появилась схема – завод «Deus Engineering», окружённый тремя узлами.

– Наша з‑задача, – продолжала она, всё ещё заикаясь, – не объявить войну. Не п‑применять силу. Наша задача – создать для объекта три критические уязвимости за с‑семьдесят два часа.

Она указала на первый узел.

– Сырьё. Узел «КриоГаз‑31». Ключевой п‑поставщик промышленных газов в радиусе трёхсот километров. Без него у Чернова встанут резка, сварка, т‑травление.

Второй узел.

– Логистика. «Октан‑Порт». Основной внешний перевалочный узел, где оформляются грузы на выход из региона. Любая задержка – срыв графиков и н‑нервозность партнёров.

Третий узел.

– Страховки. «СеверРиск». Перестраховочный пул Чернова. В их полисе есть… – она замялась, поправила очки, – … есть регламентный триггер. Два мелких страховых инцидента подряд – и они автоматически приостанавливают покрытие до уточнения условий. А без покрытия банки режут кредиты.

Она сделала паузу.

– Внутрирегиональный «СевТранс» не трогаем. Сушим внешние артерии – их борта п‑простаивают сами.

Она подняла взгляд на собравшихся.

– Мы будем работать чисто. Только… очень аккуратное использование существующих правил.

Тимур слушал, и постепенно его скептицизм сменялся интересом.

План был… хорош. Очень хорош. Элегантный, жёсткий, но легальный.

Олег, однако, не унимался.

– Лина, – сказал он снисходительно, – это всё звучит красиво на бумаге, но ты понимаешь, что «КриоГаз» – это монополист с крепкими связями? Что «Октан‑Порт» контролируется региональными властями? Что…

– Я понимаю, – тихо перебила его Лина, и в её голосе впервые появилась стальная нотка. – Именно поэтому я выбрала именно эти узлы.

Она провела рукой по голограмме, и над столом появились новые данные.

– Формально «КриоГаз» неуязвим, все допуски в норме. Прямая атака не пройдет. Поэтому мы используем их же регламенты против них. Мы организуем «анонимную» жалобу в инспекцию труда. Повод – любая формальная мелочь, скажем, нарушение маркировки тары. Это – законный триггер, который обяжет  инспекцию начать внеплановую проверку. Пока они будут следовать процедуре и закрывать акт, у нас будет до семидесяти двух часов.

Олег замолчал, уставившись на цифры.

– С «Октан‑Портом» – та же логика. Это их основной внешний стык. И у них есть прекрасный внутренний циркуляр о технике безопасности, который обязывает их проводить «учебные тревоги». Мы просто дадим им повод её провести. Анонимный сигнал о нарушении – и порт обязан встать на час для регламентной проверки. Всё строго по их же инструкциям. Никто не виноват, а час на вывоз потерян.

Она подняла взгляд на Олега, и на её губах появилась слабая, но заметная улыбка.

– А по «СеверРиску» мы используем их же регламентный триггер. Мы спровоцируем два малых, не связанных инцидента, которые их собственный технадзор будет вынужден  оформить. Первый: мы инициируем внеплановый медосмотр смены. Там «случайно» окажется человек без нужных справок. Смена будет задержана, первый инцидент зафиксирован. Второй: мы вызовем ложное срабатывание датчика CO₂. Автоматика остановит линию ровно на одиннадцать минут. Этого достаточно для временной приостановки покрытия до уточнения условий.

Тимур усмехнулся. Настя наклонилась вперёд, глядя на схему с интересом. Сергей кивнул медленно – план начинал ему нравиться.

Олег сидел, сжав челюсти, явно не довольный тем, что его перебили и поправили.

Лина сделала ещё один глубокий вдох, и её голос стал чуть увереннее.

– Господин Воронов утвердил другой… более деликатный сценарий, чем прямое давление. Мы будем… – она замялась, подбирая слово, – … аккуратно разбирать его фундамент – кирпичик за кирпичиком.

Она сделала паузу.

– Наша задача на эти семьдесят два часа добиться зафиксированных, официальных задержек. Мы должны заставить его сорвать контракты. Нам нужна паника и нервозность его контрагентов – вот наша настоящая цель. Полная «дегидратация» начинается именно так: сначала мы парализуем его этими ловушками и удерживаем на месте, а потом он высохнет сам.

Она посмотрела на Алину, словно ища поддержки. Алина кивнула коротко.

– Лина, раздайте роли.

Лина кивнула, повернулась обратно к команде.

– Хорошо, Сергей, – она посмотрела на координатора логистики, – вы будете работать с «Октан‑Портом». Нужно инициировать внеплановую проверку и задержать продление лицензии. Легально, через экологический надзор.

Сергей кивнул.

– Понял. Сколько времени?

– Сорок восемь часов на з‑запуск. Результат через семьдесят два.

– Сделаю.

Лина повернулась к Вере.

– Вера, вы – страховки. «СеверРиск».

Вера усмехнулась.

– Я так понимаю, поджигать мы ничего не будем? Как мне создать «инцидент»?

– Никак, – спокойно ответила Лина. – Вам и не придётся – в этом вся суть. Нам не нужен доступ на объект Чернова, ведь наши «инциденты» – это срыв поставок из‑за «КриоГаза» и задержки в «Октан‑Порте».

Она сделала паузу.

– Ваша задача – самая тонкая. Вы должны проконтролировать, чтобы эти два сбоя были юридически зафиксированы его контрагентами. Как только «СеверРиск» получит два официальных уведомления о срыве обязательств, у них сработает триггер. Они сами увидят в Чернове рискованный актив и приостановят покрытие.

Вера кивнула.

– Интересно. Я все сделаю.

Лина повернулась к Тимуру.

– Тимур, вы – финансы. Вы отслеживаете реакцию рынка. Как только Вера получит документальное подтверждение сбоев от «КриоГаза» и «Октан‑Порта», у Чернова начнутся фактические задержки.

Она поправила очки.

– Ваша задача – использовать эти факты, чтобы легально усилить давление. Никаких анонимных слухов, я хочу, чтобы вы подготовили молниеносный аналитический отчёт для ключевых инвесторов, основанный только  на этих данных о срыве поставок. Рынок ненавидит неопределённость, но ещё больше он ненавидит подтверждённые риски. И вы откроете короткие позиции по его контрагентам. Пусть они увидят, что его проблемы – это их проблемы.

Тимур кивнул, его глаза хищно загорелись.

– Понял. Я могу ещё запустить несколько коротких позиций на его поставщиков. Легально, через наши фонды.

Лина улыбнулась – впервые искренне.

– Д‑да. Отлично.

Она повернулась к Насте.

– Настя, ваша зона ответственности – ловушки. Когда Чернов поймёт, что мы перекрыли ему сырьё и логистику, он начнёт… огрызаться. Он будет в панике искать обходные пути. И мы должны их ему предоставить – но на наших условиях. Вы подготовите три приманки.

Она перевела взгляд на схему.

– Первое: подставной поставщик промышленных газов, который «случайно» выйдет на него с предложением, как только «КриоГаз» встанет. Второе: фальшивый тендер на логистику, который появится, как только «Октан‑Порт» начнёт сбоить. И третье – «случайная» брешь в системе безопасности порта. Очень соблазнительная дыра, в которую можно пролезть, только нарушив закон. Мы не просто ждём. Мы даём ему три спасательных круга, и каждый – с камнем. Как только он за него ухватится, мы поймаем его за руку.

Настя усмехнулась.

– Ханипот, значит. Люблю такое.

– Д‑да, – Лина кивнула. – Именно.

Она повернулась к Кириллу, младшему аналитику в углу.

– Кирилл, вы – сводки. Каждые четыре часа нужен отчёт о статусе всех трёх узлов. Что работает, что застопорилось, где нужна корректировка.

Кирилл кивнул испуганно.

– Хорошо.

И наконец Лина повернулась к Олегу.

– Олег Викторович, вы – координация. Общая сводка метрик, связь между всеми направлениями. Вы будете… – она замялась, подбирая слово, – … моим правым глазом.

Олег усмехнулся с плохо скрываемым сарказмом.

– Правым глазом. Как мило.

Лина не отреагировала на сарказм. Просто кивнула.

– Да. Спасибо.

Она обвела взглядом всех собравшихся.

– Дедлайн – семьдесят два часа. Это значит, что мы работаем круглосуточно с перерывами на сон. Без перерывов на обед дольше двадцати минут. Если кто‑то не любит дедлайны… – она слегка улыбнулась, поправляя очки, – … это взаимно.

Несколько человек усмехнулись.

Олег закатил глаза.

Лина сделала паузу, потом добавила тихо:

– Господин Воронов ожидает результатов и я н‑не собираюсь его подводить. И… – она посмотрела на каждого по очереди, – … надеюсь, вы тоже.

Алина, стоявшая у стены, кивнула с одобрением.

– Вопросы? – спросила Лина.

Тимур поднял руку.

– А что, если Чернов ответит? Если он поймёт, что мы за этим стоим, и начнёт контратаку?

Лина посмотрела на него, и на её губах появилась слабая, но заметная улыбка.

– Тогда он попадётся в наши ловушки. Именно поэтому Настя готовит приманки.

Она сделала паузу.

– Мы хотим, чтобы он огрызнулся. Это часть плана.

Тимур кивнул медленно, впечатлённый. Больше вопросов не было.

Лина выдохнула, явно облегчённо.

– Тогда… приступаем. У каждого из вас на планшетах уже есть детальные инструкции. Первый чекпоинт – через двенадцать часов. Работать будем прямо здесь, так что перебирайтесь.

Она кивнула Алине.

– Спасибо, что выслушали.

Алина кивнула, повернулась к команде.

– Коллеги, к работе. Удачи.

Люди начали вставать, собирать свои вещи, переговариваться вполголоса.

Олег встал последним, бросил на Лину презрительный взгляд и вышел из зала, не прощаясь.

Сергей подошёл к Лине, протянул руку.

– Хороший план, – сказал он коротко. – Надеюсь, сработает.

Лина пожала ему руку, улыбнулась робко.

– Спасибо.

Вера прошла мимо, кивнула холодно, но уважительно.

Настя подмигнула.

– Ханипоты – это весело. Люблю с таким работать.

Тимур задержался у двери, обернулся.

– Лина… если нужна будет помощь с финансовой моделью, обращайся. Серьёзно.

Лина кивнула благодарно.

– Спасибо, Тимур.

Когда все вышли, в зале остались только Лина и Алина.

Алина подошла к ней, посмотрела внимательно.

– Хорошее начало, – сказала она тихо. – Но это только начало. Дальше будет сложнее.

Лина кивнула, сняла очки, потёрла переносицу.

– Я знаю.

Алина положила руку на её плечо.

– Господин Воронов доверяет тебе. Не подведи.

– Не подведу, – твёрдо ответила Лина.

Алина кивнула и вышла из зала. Лина осталась одна.

Она стояла у голографического стола, глядя на схему – завод «Deus Engineering», окружённый тремя узлами.

Медленно, очень медленно, на её губах появилась улыбка Лилит Мефистовой.

– Ну что, Матвей Чернов, – прошептала она в пустоту зала. – Поиграем? Птенчики мне попались занятные. Посмотрим. как они себя поведут.

Лина коснулась имени «Олег Пахомов», и рядом с ним появилась небольшая иконка – красный флажок.

Она усмехнулась.

– Ты думаешь, я не вижу? – тихо сказала она, глядя на имя. – Ты думаешь, я не знаю, что ты будешь делать?

Она свайпнула экран, и рядом с именем Олега появилась новая пометка: «Наблюдение. Приоритет.»