Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 79 страниц)

– Дмитрий, это твоя цель! – приказал Антон. – Остальные – огонь по морде, заставьте его поднять клешню для защиты! Разозлите его!

Бойцы сосредоточили весь огонь на голове монстра. Страж взревел от ярости и поднял свою гигантскую левую клешню, чтобы прикрыть пасть. Этого мгновения хватило.

Механическая рука Дмитрия выстрелила небольшой диск, который, пролетев под поднятой клешней, примагнитился к незащищенному участку плоти.

– Подарок на месте! – крикнул Дмитрий.

Он нажал на детонатор. Направленный взрыв был почти беззвучным, но эффект – чудовищным. Костяная броня выдержала, но ударная волна, направленная внутрь, вызвала у твари контузию. Она замерла, ее тело затряслось в конвульсиях, а из пасти потекла густая слизь.

– Он в шоке! У нас секунд десять, не больше! – крикнул Дмитрий.

Антон, не теряя ни мгновения, проскользнул мимо оглушенного гиганта. В нише в стене пульсировал малиновым светом кристалл размером с кулак. Антон осторожно извлек его из гнезда, помещая в стабилизирующий контейнер.

Эффект был мгновенным. Стены Разлома задрожали, свет начал гаснуть, а оглушенный страж начал медленно приходить в себя.

– Всем отход! Немедленно! – крикнул Антон в рацию. – Артефакт у меня! Разлом схлопывается!

* * *

Когда отряд официальной Гильдии «Железные псы» наконец прибыл на место, их встретила жуткая, неестественная тишина. Воздух все еще пах иномирной гнилью, на земле виднелись следы короткого, яростного боя и остывающие трупы неизвестных им монстров. Но самого Разлома не было. На его месте лишь слабо мерцало остаточное искажение пространства, которое быстро угасало.

– Что за черт… – прошептал молодой боец, сжимая в руках винтовку. – Командир, что здесь произошло? Разлом… он просто исчез?

Родион, командир отряда, мрачно осматривал поле боя.

– Может, он сам схлопнулся? – предположил его заместитель. – Нестабильный был?

– Нет, – отрезал Родион. – При естественном коллапсе здесь бы все фонило остаточным хаосом так, что наши дозиметры с ума бы сошли. А тут… – он указал на трупы тварей, – … чисто. Посмотрите на раны. Прицельные выстрелы в уязвимые точки. Разлом зачистили и причем профессионально.

Они в полном недоумении рассредоточились по поляне, пытаясь найти хоть какие‑то зацепки. Кто мог провести зачистку Разлома класса С+ за такое короткое время? И, самое главное, – куда они делись?

– Командир, посмотрите на это, – позвал его техник отряда, присев на корточки у одного из трупов.

Родион подошел. Техник пинцетом держал маленькую, тускло блестящую в свете фонаря гильзу.

– Я никогда такого не видел, – сказал он. – Это не наше и не клановое. Такой маркировки нет в наших базах.

Родион взял гильзу и в его голове слухи, которые он до этого считал бредом, начали складываться в единую картину. Чудесное исцеление «Молота», отряд из отбросов, который финансирует самый загадочный человек в регионе.

– Штаб, это «Железные псы», – хрипло произнес он, активируя связь. – Ситуация… аномальная. Разлом закрыт, а артефакт отсутствует.

Из динамика донеслось несколько секунд тишины, затем раздраженный голос Артемия:

– Что значит «закрыт»? Кем⁈

Родион посмотрел на гильзу в своей руке, и его лицо стало пепельным.

– Мы не знаем. Но… похоже, у нас в регионе появился кто‑то еще. Кто‑то, кто действует быстрее нас.

Внезапно на доске появился новый, неизвестный игрок – пугающе эффективный, технологически превосходящий и действующий по совершенно иным правилам.

Глава 15

Черный транспорт «Стражей Эдема» вернулся в ангар. Его движение уже не было таким плавным и бесшумным, как раньше. Из поврежденного двигателя доносилось тихое, натужное гудение, а на оплавленной броне левого борта зияла уродливая пробоина. Это была их четвертая успешная операция за две недели. Цена побед понемногу росла, но благодаря профессионализму команды, они все же справлялись.

Я наблюдал через камеры из своего командного центра, как бойцы выгружались из машины. Их движения были не такими четкими, как обычно. Дмитрий Каменев прихрамывал. Анна Волкова, боевой целитель, поддерживала под руку молодого бойца по фамилии Рыков, чье лицо было покрыто странными багровыми пятнами – результат воздействия спор неизвестного гриба.

Они были измотаны, но победили и вернулись с добычей. Контейнер с редкими кристаллами, критически важными для моих проектов, был цел.

С точки зрения прагматики, миссия успешна. Ресурс добыт, а потери – приемлемые.

Но я не был командиром и то, что я видел на экране, не триумф, а демонстрацией несовершенства моей системы.

Дмитрий Каменев прихрамывал. Это означало, что композитная пластина на голени его брони имела неоптимальный угол наклона и не смогла полностью рассеять кинетический удар. Это был конструкторский просчет.

Рыков отравился спорами. Это означало, что фильтры в его шлеме, чей уровень очистки составлял 80%, не справились.

Оплавленная броня на транспорте означала, что энергетические щиты, которые спроектировала Алина по моим концепциям, имели «слепую зону» при фланговой атаке.

'Несовершенство. Бракованная работа.  – подумал я с зарождающимся раздражением. – Мои инструменты возвращаются с дефектами. Это неэффективно и уродливо, а главное – недопустимо!

Я испытывал личное оскорбление от того, что моя система, мой замысел, оказался не идеален.

– Алина, – произнес я в коммуникатор. – В мой кабинет. Немедленно. Принеси все чертежи брони «Марк‑2» и защитных полей транспорта. У нас есть работа над ошибками.

* * *

Дарина

В медицинском отсеке царила напряженная атмосфера, пахло озоном и стерилизующими травами. Дарина склонилась над Рыковым, молодым бойцом, чье лицо было покрыто багровыми, пульсирующими пятнами. Ее руки светились мягким золотистым сиянием магии Света. Она работала уже полчаса, медленно, клетка за клеткой, выжигая неизвестный токсин из его крови. Ее пальцы дрожали от усталости.

«Держись, мальчик,  – мысленно повторяла она. – Я тебя вытащу».  Эта работа была не похожа ни на что, чему ее учили в Академии. Там они работали с чистыми, понятными ранами. Здесь, в «Эдеме», она каждый день сталкивалась с последствиями хаоса нестабильных Разломов. Неизвестные яды, магические инфекции, раны, которые жили своей собственной, уродливой жизнью.

Эта работа выматывала. Она пугала. И она… была лучшим, что случалось в ее жизни. Здесь она была не просто аристократкой из клана Орловых, а настоящим целителем. Она была нужна. Эти суровые, закаленные в боях ветераны доверяли ей свои жизни, и она не имела права их подвести.

– Дарина, – позвала ее помощница, медсестра Катя, – принести регенерирующие зелья для обработки царапин у остальных?

– Конечно, – не отрывая взгляда от пациента, ответила целительница. – Возьми из резерва.

Катя вернулась через несколько минут с пустыми руками и виноватым выражением лица.

– Дарина… у нас почти ничего не осталось. Три флакона общего исцеления и один антидот против стандартных ядов. Все.

Дарина наконец подняла голову, прерывая поток целительной энергии. Ее лицо было бледным от истощения, а под глазами залегли темные круги.

– Как «все»? – переспросила она. – На складе же были реагенты? Я делала заявку Алине на прошлой неделе.

– Почти закончились, а пополнить нечем, – мрачно ответила Катя. – Наши поставщики, что добывали реагенты через третьи руки, ссылаются на «временные логистические трудности».

Дарина с силой сжала кулаки. «Логистические трудности…  – с горечью подумала она. – Какая ложь».  Она прекрасно знала, как на самом деле называются эти «трудности». Столичные кланы. Ее собственный клан. Эти напыщенные, сытые аристократы в своих кабинетах, которые одним росчерком пера перекрыли поставки жизненно важных лекарств.

Они думали, что бьют по Хозяину, по его амбициям. Глупцы. Они били по этим простым ребятам. По Рыкову, который сейчас лежал на кушетке, борясь за жизнь.

«Они называют его монстром,  – пронеслась в ее голове злая мысль. – А сами, ради своей жадности и страха, готовы обречь на смерть десятки людей. Кто здесь настоящий монстр?»

Она почувствовала укол бессильной ярости. Она была здесь, на переднем крае, пыталась спасать жизни, а ее собственная семья, ее собственный мир, вставлял ей палки в колеса, играя в свои грязные политические игры.

* * *

Кассиан

Антон «Молот» и Глеб вошли в мой кабинет с докладом. По их лицам я понял, что новости будут смешанными.

– Миссия выполнена, господин, – начал Антон, кладя на стол контейнер с кристаллами времени. – Цель достигнута, потери минимальны, но…

– Говорите прямо, – велел я.

– Господин, мы можем прорваться в любой Разлом, – продолжил Антон. – Наше снаряжение и тактика дают нам подавляющее преимущество, но мы не можем воевать без логистической поддержки.

Глеб кивнул, подтверждая слова командира:

– Наши запасы зелий практически исчерпаны. Дарина творит чудеса, но она не может исцелять всех и сразу. В полевых условиях мы зависим от расходных материалов.

– И? – спросил я, хотя уже понимал, к чему они ведут.

– Если мы понесем серьезные потери на следующей вылазке, мы не сможем их восполнить, – честно признал Антон. – Блокада работает. Мы выигрываем битвы, но проигрываем войну на истощение.

Я молча выслушал их доклад. Проблема была реальной – сколь бы совершенными ни были мои бойцы, они оставались людьми из плоти и крови, а плоть нуждалась в исцелении.

«Наивно,  – подумал я, глядя на их обеспокоенные лица. – Они все еще мыслят категориями этого примитивного мира. Думают, что блокада реагентов означает отсутствие зелий. Они как повара, которые не могут приготовить суп, если у них закончилась капуста. Для них если в рецепте указана капуста, значит она должна там быть, иначе суп не получится. Они даже не задумываются, что разновидностей супов множество, но цель и суть у них одна».

Я уже давно понял, что здешняя алхимия была не наукой, а набором рецептов. Они смешивали редкий «лунный корень» с еще более редким «кровяным мхом», получая слабое лечебное варево, и считали это вершиной мастерства.

У меня совершенно не было времени учить Дарину навыку алхимии из ‑за всей этой суеты, неперь время настало.

– Понял, – кивнул я. – Дарина где?

– В медблоке, работает с пострадавшими.

– Пошлите ее ко мне, как закончит.

Пора было преподать им урок настоящей алхимии. Я научу ее делать лучшие в мире зелья из грязи, сорняков и того «мусора», что «Стражи» приносят из каждого рейда.

* * *

Дарина

Дарина пришла в лабораторию через двадцать минут после вызова, все еще чувствуя слабость от долгой работы с ранеными. Калев ждал ее у главного стола, где были разложены различные реагенты и оборудование.

«Боже, он выглядит раздраженным,»  – подумала она, стараясь скрыть усталость.

– Вы звали меня, господин?

– У нас проблема с расходными материалами, – сказал он без предисловий. – Блокада перекрыла нам поставки. Ты должна наладить их производство здесь.

Дарина кивнула, хотя внутри нарастала паника. «Как я могу наладить производство без нужных ингредиентов? Он же понимает, что это невозможно?»

– Я понимаю, – ответила она. – У меня есть несколько рецептов, но для полноценного производства нужны специфические ингредиенты, которые…

– Покажи, – прервал он ее таким тоном, что у нее мурашки побежали по спине. – Продемонстрируй процесс создания простейшего лечебного эликсира.

«Он хочет посмотреть, как я работаю? Боже, а что если я облажаюсь при нем? Нет, я должна справиться!»

Дарина подошла к алхимическому столу и достала последние драгоценные реагенты. Руки слегка дрожали – не от усталости, а от нервозности.

– Для базового эликсира исцеления требуется точное соотношение, – начала она, стараясь звучать профессионально. – Три части корня к одной части порошка, плюс две капли эссенции.

Она чувствовала его взгляд на себе и старалась работать идеально. Процесс был знакомым – постоянное помешивание, контроль температуры, стабилизирующие заклинания. Все как учили в академии.

Полчаса спустя Дарина с гордостью представила ему результат – флакон с зеленоватой жидкостью. Это был хороший эликсир, она точно это знала.

– Готово, господин. Эликсир среднего исцеления.

Он даже не взял флакон в руки.

– Я смотрю тебя только и учили, что портить ингредиенты, – произнес он холодно.

Дарина физически съежилась от его тона. «Боже, что я сделала не так?»

– Знаешь, в чем твоя ошибка? То, что ты делаешь – это не алхимия, а кулинария. Ты тратишь девяносто процентов потенциала реагентов впустую.

«Кулинария⁈ Я потратила годы на изучение алхимии, а он называет это кулинарией⁈»

– Но господин, – попыталась возразить она, – это стандартная методика…

– Именно поэтому все они примитивы, – отрезал он.

«Примитивы… Значит, и я тоже примитив в его глазах?»

Сердце Дарины упало. Она думала, что неплохо разбирается в алхимии, а теперь чувствовала себя полной дурой.

Он подошел к голографическому столу, и она замерла. «Что он собирается делать?»

– Алина, выведи молекулярную структуру корня, который использовала Дарина.

В воздухе появилась невероятная трехмерная схема. Дарина никогда не видела ничего подобного – каждый атом, каждая связь были видны как на ладони.

«Как он это делает? Откуда у него такие технологии?»

– Истинная алхимия – это не смешивание, – начал объяснять он. – Это перестройка.

Дарина слушала, и ее мир начал переворачиваться. Все, чему ее учили, все ее знания… неужели это действительно было примитивным?

– Твоя магия Света – не ингредиент, – продолжал он. – Это катализатор.

«Катализатор? Но меня учили, что магия – это дополнительный компонент…»

Голограмма изменилась, показывая, как энергия света может воздействовать на молекулы. Это было… прекрасно и ужасающе. Потому что означало, что все ее образование было неполным.

– Вместо того чтобы варить дорогие ингредиенты, ты можешь за секунды трансформировать дешевые компоненты.

«Это звучит как фантастика. Неужели он говорит правду?»

– Но как? – спросила она, чувствуя себя студенткой первого курса.

– Сейчас покажу.

Он подошел к стеллажу и взял… «Корень лопуха? Золу? Воду? Он шутит?»

– Это? – не смогла сдержаться она. – Но господин, это же обычные вещества. У них нет магических свойств.

– Магические свойства – это иллюзия, – ответил он так спокойно, будто сообщал прогноз погоды.

«Иллюзия⁈ Он только что разрушил основы всей моей профессии одной фразой!»

Появилась новая диаграмма частот. Сложная, красивая, совершенно непонятная.

– Вот истинный рецепт, – сказал он. – Не пропорции веществ, а частоты воздействия.

Дарина смотрела на эти волнообразные паттерны и чувствовала, как ее мозг отказывается их понимать. «Это же… это совершенно другой подход к алхимии. Как будто он показывает мне магию, а я всю жизнь играла с детскими игрушками».

– Смешай компоненты в равных пропорциях, – велел он.

Дарина выполнила указание, хотя все в ней протестовало. Получилась серая жижа, похожая на грязную воду.

«Это не может сработать. Это выглядит отвратительно».

– А теперь направь луч своей магии, но следуй частотной диаграмме.

«Следовать диаграмме? Как это вообще возможно?»

Дарина сконцентрировалась, пытаясь контролировать каждую частоту своего света. Это было неимоверно сложно – как если бы попросили играть симфонию, никогда не видев нот, но что‑то у нее все же получалось.

И тут случилось чудо.

Смесь вспыхнула ослепительным светом, и Дарина невольно отшатнулась. «Что происходит⁈ Это же невозможно!»

Когда свет погас, в колбе была кристально чистая жидкость, светящаяся изнутри.

– Что… что это? – прошептала она, не веря глазам.

«Он превратил помои в… в это? Как⁈»

– Проверим, – сказал он и направился к двери.

В медблоке он взял пипетку и капнул одну каплю на лицо Рыкова. То, что произошло дальше, заставило Дарину задохнуться.

Багровое пятно исчезло. Просто исчезло, как будто его стерли.

«Боже мой… Боже мой… ЭТО НЕВОЗМОЖНО!»

Дарина смотрела, как он обрабатывает остальные пятна, и чувствовала, что сходит с ума. За несколько секунд ее жалкий получасовой труд был превзойден в сотни раз.

– Эффективность превышает стандартные зелья, – констатировал он, будто ничего особенного не произошло. – Стоимость производства – в сто раз ниже.

«В СТО РАЗ НИЖЕ⁈ Из лопуха и золы⁈»

– Но как это возможно? – выдохнула она.

Он начал объяснять про молекулярные трансформации и направленные агенты, и Дарина поняла: перед ней стоит не просто могущественный маг. Перед ней стоит человек, который понимает саму суть реальности на уровне, недоступном обычным людям.

«Для него происходящее не просто какая‑то магия, он словно… переписывает законы природы».

Когда он протянул ей инфокристалл с рецептами, руки Дарины дрожали.

– Налаживай производство.

«Я… я буду работать с такими технологиями? Он доверяет МНЕ такие секреты?»

– Я понимаю, – прошептала она. – Но это же… революция.

Когда он ушел, Дарина осталась стоять в лаборатории, сжимая кристалл. В груди горел огонь восторга и благоговения.

«Я думала, что служу просто могущественному человеку, а оказывается, я служу гению, который превосходит всех алхимиков мира вместе взятых. И он… он учит меня. Меня! Выбрал меня для этого!».

Впервые в жизни она поняла, что значит быть по‑настоящему нужной.

Глава 16

Период хаотичного становления сменился отлаженной рутиной.

«Стражи Эдема» работали как единый организм. К воротам «Эдема» все так же тянулась очередь из отчаявшихся изгоев. Благодаря этому численность Стражей выросла с первоначальных до десяти нескольких элитных отрядов по двенадцать бойцов в каждом.

Теперь они зачищали не один, а три‑четыре нестабильных Разлома в неделю. Их доктрина «пришел, забрал, ушел» была отработана до совершенства. Резонансный сканер Алины предсказывал прорыв, «Стражи» прибывали на место за час до его открытия, разворачивали полевой штаб, входили, извлекали необходимые артефакты и компоненты и исчезали задолго до того, как неповоротливая машина Гильдии успевала даже объявить тревогу.

Не меньшая революция произошла и в медицинском крыле. Дарина больше не была просто целителем. Она стала главой целого научно‑производственного комплекса. Ее скромный медблок превратился в лабораторию, где она, используя знания, данные ей мной, творила настоящие чудеса.

Используя «чудо‑овощи» с плантаций, хитин тварей из Разломов и свою магию Света в качестве катализатора, она наладила массовое производство эликсиров, которые превзошли по эффективности все столичные аналоги. «Стражи» теперь шли в бой с инъекторами, наполненными регенераторами, способными за минуту затянуть рану, которая раньше требовала бы долгого лечения. Они дышали в ядовитой атмосфере Разломов через фильтры, пропитанные ее составами. Их сопротивляемость к магии и псионическим атакам выросла втрое.

Впервые за долгое время я чувствовал нечто похожее на покой. Нечто похожее, потому что я вдруг почувствовал странный психический шум из внешнего мира.

– Ваше Темнейшество, – прозвенел рядом со мной мелодичный, но на этот раз лишенный сарказма голос. Моя фея‑ИИ материализовалась из воздуха, ее крошечное личико было необычно серьезным. – Я фиксирую странные колебания на внешнем периметре «Кокона».

– Отфильтруй, – лениво бросил я, не отрывая взгляда от своего сада.

– Это не информационный шум, который можно отфильтровать, – настойчиво продолжила она. – Это массивный, неконтролируемый выброс хаотической энергии примерно в двадцати километрах отсюда. Он создает мощные помехи, которые влияют на стабильность лей‑линий, питающих наши барьеры.

Я медленно повернул голову. Вот это уже было интересно. И раздражающе.

– Проще говоря, – добавила фея, увидев, что я наконец обратил на нее внимание, – тот ураган, что разбушевался за пределами нашего рая, начинает раскачивать его фундамент. Ваши цветочки могут начать увядать.

Долго ждать не пришлось. Вскоре в саду появилась Алина, ее обычно спокойное лицо выражало обеспокоенность. В руках у нее был планшет.

– Господин, – обратилась она ко мне, – у нас странная ситуация. В двадцати километрах к северу от города зарегистрирован новый Разлом.

– И? – спросил я со спокойствием, отпивая немного чая из чашки. Лебедеву удалось отыскать небольшую партию «Серебряных игл».

– Этот другой, – Алина активировала голографическое изображение. В воздухе появилась карта региона с пульсирующей красной точкой невиданных размеров. – Энергетическая сигнатура на порядок выше всего, что мы регистрировали ранее. Он создает атмосферные помехи в радиусе ста километров.

– Масштаб? – спросил я.

– Класс B+, возможно – выше. Нестабильный. Из него выходят организованные группы тварей, которые атакуют не хаотично, а по какой‑то системе.

– Ой‑ой‑ой, – прозвенел голосок феи рядом. – А это уже серьезно, Ваше Темнейшество. Такие Разломы обычно требуют вмешательства столичных сил.

– Гильдия реагирует? – спросил я у Алины.

– Они мобилизовали все доступные силы. Плюс столичные кланы прислали свои элитные отряды «для оказания помощи». – Она сделала паузу. – Но судя по перехваченным переговорам, дела идут не очень хорошо.

Я молча смотрел на пульсирующую красную точку на карте.

Похоже, пока эта «язва» существует, о тишине можно забыть.

* * *

Отряд Георгия «Стальные соколы» считались лучшими из лучших в местном отделении Гильдии – закаленные ветераны, чья репутация была выкована в десятках успешных операций. Сам Георгий, прагматик до мозга костей, был живым воплощением старой гвардии: он верил в дисциплину, опыт и четкое выполнение приказов.

Георгий как раз пытался объяснить своему интенданту, почему списание трех треснувших щитов – это не «расточительство», а «необходимая мера безопасности», когда оглушительно завыла сирена общей тревоги.

– Да что там опять стряслось? – проворчал интендант, недовольно глядя на мигающие красные лампы. – Третья тревога за неделю. Совсем твари распоясались.

Но Георгий уже бежал по коридору в оперативный штаб. Он видел панику на лицах дежурных операторов и понимал – что‑то идет не так.

– Докладывай! – рявкнул он, подбегая к главной консоли.

– Разлом, командир! – выдохнул молодой оператор, его пальцы дрожали над панелью. – В Горном Хребте. Сигнатура… она зашкаливает. Предварительный класс – B. Может, даже выше.

Георгий почувствовал, как по спине пробежал холодок. Класс «B». Это означало, что им придется столкнуться с чем‑то, что способно стереть с лица земли все в ближайшей округе.

– Общая мобилизация! – его голос прозвучал резко, прерывая панику. – Всех свободных бойцов – в строй! Это не учебная тревога!

И начался тот самый бюрократический ад, который Георгий ненавидел больше, чем любую тварь из Разлома. Связисты отчаянно пытались дозвониться до командиров других отрядов, которые были разбросаны по всему городу. Транспортный отдел доложил, что два из трех тяжелых БТРов на плановом техосмотре. Оружейники не могли выдать спецбоеприпасы, потому что начальник склада ушел на обед и запер арсенал.

Прошел час беспомощной суеты, пока где‑то в горах разрасталась экзистенциальная угроза. Наконец, сводный отряд, кое‑как собранный из его «Соколов» и других местных групп, был готов и выдвинулся к разлому.

Когда они прибыли на место, их встретила картина из худших кошмаров ветерана.

Разлом представлял собой огромную, пульсирующую трещину в реальности – почти сто метров в ширину. Из него валил багровый туман, а воздух вокруг дрожал от искажений пространства. Но это было не самое страшное в данной ситуации.

Твари выходили группами. Не безумными ордами, как обычно, а отрядами. Бронированные, похожие на носорогов существа шли в авангарде, прикрывая стаи мелких, быстрых хищников, которые обходили с флангов. А над ними кружили летающие, похожие на скатов твари.

– Боги… – прошептал заместитель Георгия, глядя в бинокль. – Они что, воевать по учебнику научились?

– Огонь! – скомандовал Георгий, понимая, что промедление смерти подобно. – Огонь из всех стволов! Не дайте им выйти из ущелья!

Но их атака была похожа на попытку остановить лавину с помощью рогаток.

– Артемий! – прорычал Георгий в зашифрованный канал связи, соединяющий его напрямую с главой Гильдии. – Артемий, у нас полная задница. Твари прут организованными отрядами! Моих людей перебьют за полчаса! Нам нужна поддержка! Вызывай столицу! Запрашивай элитные отряды кланов, запрашивай все, что у них есть!

Он кричал, зная, что пока его запрос дойдет до столицы, пока там соберут совет, пока неповоротливая бюрократическая машина придет в движение, от его людей здесь не останется даже костей. Они были одни и они были обречены.

– Занять позиции! – рявкнул георгий. – Мы должны продержаться столько, сколько сможем до прихода подкреплений!

* * *

Артемий Громов с силой сжал подлокотники своего кресла. Панический, срывающийся на хрип голос одного из его лучших командиров, Георгия, все еще звенел в динамиках. На главной тактической карте в его кабинете сектор у Горного Хребта полыхал красным. Данные с поля боя, обрывающиеся и полные помех, рисовали картину предстоящего полного разгрома.

«Организованные отряды… Тактика…  – проносилось в его голове. – Что за чертовщина там происходит?»

Он не стал терять ни секунды. С его опытом он понимал – если уж такой ветеран, как Георгий, кричит о помощи, значит, ситуация вышла из‑под контроля.

– Связь! – рявкнул он в селектор. – Соедините меня со штаб‑квартирой клана Волконских. Экстренный вызов по протоколу «Алый Код». Да, я подтверждаю!

Через минуту на голографическом экране появилось недовольное, заспанное лицо помощника Патриарха. – Глава Громов? Что за срочность? Патриарх отдыхает.

– Мне плевать! – прорычал Артемий, не сдерживая ярости. – У нас прорыв класса «B», возможно выше! Мои люди гибнут! Мне нужна немедленная поддержка!

Помощник побледнел и исчез с экрана. Через несколько долгих секунд его сменило лицо самого Патриарха Алексея Волконского. Глава крупнейшего столичного клана был в шелковом халате.

– Артемий, – произнес он спокойно, но в его голосе слышалось раздражение. – Надеюсь, у тебя веская причина, чтобы будить меня в три часа ночи.

Артемий быстро, по‑военному четко, изложил ситуацию, выводя на экран Волконского тактические данные с поля боя. – … мы не справимся, Алексей. Мне нужны ваши лучшие отряды. Все, кого вы можете поднять по тревоге.

Волконский молча смотрел на данные. На его лице не отразилось ни тревоги, ни сочувствия.

– Это серьезно, – наконец произнес он. – Мобилизация элитных отрядов займет время. Логистика, подготовка снаряжения…

– У меня нет времени! – взорвался Артемий. – Мои люди умрут, пока вы будете подписывать свои бумажки!

– Успокойся, Артемий, – в голосе Патриарха прозвучала легкая ирония. – Ты получишь свою поддержку. Я отдам приказ. Наши лучшие отряды прибудут транспортными самолетами. Но раньше, чем через пару часов, не жди.

Связь прервалась. Артемий остался один в тишине своего кабинета. Шесть часов. Для людей Георгия это была вечность.

* * *

Владислав, командир отряда «Северные волки», вел свой потрепанный БТР на предельной скорости. С ним было два десятка лучших бойцов, которых он успел поднять по тревоге. Приказ от Артемия был коротким: «Все силы – к Горному Хребту. Георгию нужна поддержка. Немедленно!»

Когда они выехали на плато и увидели поле боя, даже его закаленное сердце пропустило удар. Он ожидал увидеть тяжелый бой, но не ожидал увидеть бойню.

Отряды Георгия, отступали и отчаянно отбивались, но их сопротивленые было каплей в море тварей, что перли из разлома.

– Всем волкам! – прорычал Владислав в общий канал, его лицо исказилось от ярости. – Огонь по тварям на флангах! Прикрыть отход парней!

«Северные волки» с ходу вступили в бой, ударив во фланг наступающим монстрам. Их внезапная атака на мгновение сбила натиск тварей, давая людям Георгия драгоценную передышку и возможность перегруппироваться.

– Георгий! Это Владислав! Мы вас прикроем! Начинайте медленное отступление к западному ущелью! – крикнул он в рацию.

– Влад… Слава Богам… – донесся из динамиков хриплый голос Георгия. – Их слишком много. Когда прибудет помощь?

Владислав видел, как «Соколы», неся раненых, начали отступать под прикрытием его огня, но он также видел, что это лишь временная мера. Тварей было слишком много. Они просто задавят их числом.

– Артемий! – прорычал он в зашифрованный канал, соединяющий его напрямую с главой Гильдии. – Это Владислав! Я на месте! Тут полная задница! Мы пытаемся вытащить отряд Георгия и задержать тварей, но нас хватит на пол часа не больше! Нужно подкрепление причем срочно, иначе мы здесь все сдохнем!

* * *

За полчаса до обещанного Патриархом срока, в небе над Горным Хребтом появился рокот, который не был похож ни на рев тварей, ни на раскаты грома.

Три транспортных самолета «Шторм‑7», новейшая разработка клана Волконских, с ревом неслись к полю боя. Их обтекаемые, хищные силуэты из темного композита разительно контрастировали с устаревшими, угловатыми БТРами региональной Гильдии.

Внутри головного «Шторма» царила атмосфера элитного клуба, а не десантного отсека. Бойцы отряда «Золотые Грифоны», личной гвардии столичного клана Волконских, сидели в удобных эргономичных креслах, лениво проверяя свое снаряжение. Их броня была последней моделью, созданной в закрытых лабораториях клана, оружие – эксклюзивными разработками, а на холеных, уверенных лицах читалась откровенная скука и легкое презрение.

Они были элитой, и они это знали. В отличие от провинциальных охотников, вынужденных частенько покупать амуницию за свои кровные, «Грифоны» получали лучшее по праву рождения в системе клана. Их жизни ценились дороже. Все в Гильдии помнили историю пятилетней давности, когда ради спасения наследника Волконских и его «Золотых Грифонов» был принесен в жертву целый отряд легендарного Антона «Молота». Для них это было естественным порядком вещей.

Поэтому и сейчас, отправляясь на помощь разгромленным региональным силам, они воспринимали это не как спасательную миссию, а как досадную обязанность.

– Ну что, Ростислав, – сказал молодой капитан своему заместителю, глядя на тактическую карту, – готов разгребать бардак за этими деревенщинами?

– А когда было иначе, командир? – усмехнулся тот. – Они там в своей провинции даже шнурки завязать не могут, не устроив совещание на три часа. Уверен, мы прилетим, а они уже все разбежались, побросав оружие.

– Главное, чтобы Патриарх оценил нашу оперативность, – зевнул капитан. – Ладно, парни, готовьтесь. Пять минут, зачищаем, и обратно в столицу. Вечером в «Империале» столик заказан.

Они действительно верили в это. Для них это досадная, но необходимая демонстрация силы.

«Штормы» зависли над полем боя, готовясь к высадке. И в этот момент иллюзия их превосходства разбилась вдребезги.