Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 79 страниц)

Глава 11

Посёлок городского типа Велихово. Утро.

Мой «Аурелиус» плавно остановился на въезде в посёлок. Следом притормозила чёрная машина мэра Воронцовска – Степана Васильевича.

Я вышел из машины, и первое, что увидел, – толпу.

Человек пятьдесят, а может, больше. С плакатами в руках, некоторые – в шапочках из фольги. Да, именно из фольги, словно это должно было их защитить от чего‑то.

На плакатах красовались надписи:

«НЕТ СТЕРЖНЯМ СМЕРТИ!» «КУПОЛ ВОРОНОВА ВЫЗЫВАЕТ ИМПОТЕНЦИЮ!» «МЫ НЕ ПОДОПЫТНЫЕ КРОЛИКИ!»

Я молча смотрел на эту картину, пытаясь понять, что за маскарад они устроили.

Глеб вышел из машины следом, встал рядом со мной, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемым.

Степан Васильевич выбрался из своей машины, поправил галстук и подошёл ко мне, вытирая пот со лба.

– Господин Воронов, – начал он нервно, – я… я не ожидал такого масштаба протеста. Обычно люди рады вашим проектам…

Я не ответил, продолжая смотреть на толпу.

Впереди толпы стояла женщина лет пятидесяти, полная, в ярком цветастом платке и потёртой куртке. В руках у неё был мегафон, и она кричала в него так громко, что голос эхом разносился по посёлку.

– НЕ ДАДИМ ОБЛУЧАТЬ НАШИХ ДЕТЕЙ! НЕ ДАДИМ ПРЕВРАТИТЬ НАШИХ МУЖИКОВ В ИМПОТЕНТОВ! ВОРОНОВ – ВРАГ НАРОДА!

Толпа вокруг неё скандировала, размахивая плакатами.

Антон «Молот» стоял неподалёку со своими Стражами. Они образовали оцепление вокруг строительной площадки, где должен был устанавливаться стержень.

Антон подошёл ко мне, кивнул.

– Господин, обстановка под контролем. Никто не прорвётся к стержню, но… применить силу к гражданским я не могу.

Я кивнул.

– Все нормально.

Я посмотрел на женщину с мегафоном, потом на Степана.

– Ты её знаешь? – спросил я.

Степан побледнел.

– Это… это Тамара Игоревна – Мэр Велихово. Она всегда была… эксцентричной, но не настолько.

Я смотрел на эту Тамару. Она продолжала орать в мегафон, размахивая руками, и толпа послушно скандировала вслед за ней.

Интересно.

– Степан, – сказал я спокойно. – Ты мэр и она мэр. Поговори с ней и успокой их.

Степан вздрогнул.

– Я… господин, я не уверен, что она меня послушает…

– Попробуй, – повторил я.

Степан сглотнул, кивнул и нервно пошёл к толпе. Я остался стоять рядом с Глебом, наблюдая.

Степан подошёл к Тамаре, поднял руки, пытаясь привлечь внимание.

– Тамара Игоревна! – крикнул он, стараясь перекричать шум. – Прошу вас! Давайте поговорим спокойно!

Тамара повернулась к нему, и на лице было выражение презрительной ярости.

– А! Степаша приехал! – заорала она в мегафон. – Продажный лизоблюд Воронова! Пришёл нас запугивать⁈

Толпа зашумела, некоторые начали свистеть.

Степан покраснел, но продолжал:

– Тамара Игоревна, это же прогресс! Это чистый воздух! Лорд‑Протектор делает это для блага людей! Стержни безопасны, они…

– ЗНАЕМ МЫ ВАШ «ПРОГРЕСС»! – заорала Тамара, перебивая его. – ОБЛУЧАЕТЕ НАС СВОИМИ ЛУЧАМИ! ХОТИТЕ НАШИХ МУЖИКОВ В ИМПОТЕНТОВ ПРЕВРАТИТЬ! А ПОТОМ И ДЕТЕЙ НАШИХ УКРАДЁТЕ! ВОН ИЗ НАШЕГО ПОСЁЛКА, ИРОД!

Она указала на Степана пальцем, и толпа взревела.

Кто‑то из толпы швырнул в Степана гнилым помидором. Попал прямо в плечо и Степан отшатнулся, а потом полетел ещё один и ещё.

Один помидор пролетел мимо Степана и шлёпнулся прямо у моих ботинок.

Я посмотрел на помидор. Потом на толпу.

Глеб мгновенно шагнул вперёд, заслоняя меня. Неизвестно кого он сейчас спасал. То ли меня от помидоров, то ли толпу от участи быть стертыми на месте.

Я поднял руку, останавливая его. Злиться на этих примитивов все равно что обижаться на обезьяну за то, что она обезьяна.

– Не надо, – сказал я спокойно.

Глеб замер, но напряжение не спало.

Я посмотрел на Тамару. Она продолжала орать в мегафон, размахивая руками, изображая праведный гнев.

Рядом с моим плечом материализовалась Фея. Она тоже посмотрела на Тамару, потом на толпу, и усмехнулась.

– Ваше Темнейшество, – прошептала она, – это инсценировка. Плохая, кстати. Уровень актёрского мастерства – ноль целых ноль десятых.

Да, она была права.

Слишком театрально, словно выполняет чей‑то план. Она имитирует истерику и не верит в то, что говорит.

Я кивнул, не отводя взгляда от Тамары.

– Антон, – позвал я.

Антон подошёл, остановился рядом.

– Господин.

– Ты отслеживал ее переговоры? – спросил я тихо.

Антон кивнул.

– Так точно, господин. Наши сканеры засекли переговоры её помощника с неким человеком. Судя по связям – местный бандюган по кличке «Борзый» – они и украли стержень. Видимо, беспокоятся, что вы их выдавите из региона.

Фея хихикнула.

– Дааааа, наш Лорд‑Протектор такой! Лично борется с бандитизмом на местах! Супергерой прямо!

Я бросил на неё холодный взгляд.

– Фея, – сказал я. – Найди их базу. Где этот «Борзый»?

Фея закрыла глаза, и я почувствовал, как она расширяет сканирование – невидимые волны магии распространялись по посёлку, анализируя сигналы, перехватывая разговоры.

Через несколько секунд она открыла глаза и усмехнулась.

– Старый кирпичный завод в трёх километрах отсюда.

Я кивнул.

– Антон, – сказал я, поворачиваясь к нему. – Ты остаёшься здесь и охраняешь площадку. Никто не подходит к месту установки.

Антон кивнул.

– Слушаюсь, господин.

Я посмотрел на толпу, на Тамару, которая продолжала орать в мегафон, развернулся и пошёл обратно к машине. Глеб последовал за мной.

– Господин? – спросил Степан, подбегая ко мне. – Мы… мы уезжаем?

– Нет, – сказал я, садясь в машину. – Ты остаёшься здесь. Я еду к этим дегенератам.

Степан побледнел.

– К… к бандитам⁈ Господин, это опасно! Может, позвать полицию?

Я посмотрел на него холодно.

– Не нужно.

Я закрыл дверь. Глеб сел на переднее сиденье.

– Глеб, – сказал я. – Построй маршрут на старый кирпичный завод. Три километра на север.

– Понял, господин.

Машина тронулась, оставляя позади толпу в шапочках из фольги, орущую Тамару и растерянного Степана.

Фея отдыхавшая на моём плече, сидела с издевательской улыбкой.

– Ваше Темнейшество едет лично разбираться с местными бандюганами. Как романтично.

Я не ответил, глядя в окно на проплывающий мимо посёлок.

* * *

База бандитов «Борзого». Старый кирпичный завод. Через 15 минут.

Мой «Аурелиус» остановился у ржавых ворот цеха. Я вышел из машины, оглядел территорию. Это действительно был заброшенный завод: разбитые окна, осыпающиеся стены, груды мусора. Типичное место для того, чтобы прятать краденое.

Глеб вышел следом, встал рядом со мной.

– Господин, – сказал он тихо. – Пятнадцать боевиков внутри и вооружены. Позволите мне зачистить?

Я покачал головой.

– Нет. Идём.

Я направился к входу в главный цех. Глеб последовал за мной на шаг позади, как тень.

Дверь была приоткрыта, и изнутри доносился громкий визг – звук болгарки, режущей металл. Или… пытающейся резать.

Я вошёл внутрь.

Главный цех был огромным, пыльным, с высокими потолками и разбитыми окнами. Посреди цеха, на полу, лежал мой стержень – конструкция из материалов «Эдема», серебристо‑серая, идеально ровная.

Вокруг стержня столпились пять‑шесть бандитов. Один из них, здоровенный мужик в грязной майке, пытался распилить стержень огромной болгаркой. Снопы искр летели во все стороны, шум стоял невыносимый.

Но стержень оставался невредимым. На нём не было даже царапины.

Я, скрестив руки на груди, остановился в нескольких метрах от них, и дождавшись, пока они устанут от бесполотных попыток распилить его, спокойно сказал:

– Диск не тот. Обычный абразив его не возьмёт.

Стоило шуму болгарки стихнуть, как все медленно повернулись. Увидели меня – одного человека в идеальном чёрном костюме, который стоял посреди их базы, словно зашёл в офис на совещание.

Бандиты замерли, глядя на меня с выражением полного непонимания.

Я продолжил, пояснив свою позицию:

– Тебе нужен диск с корундовым напылением или, в идеале, вольфрамо‑молибденовым. Иначе ты просто сожжёшь инструмент.

Здоровяк с болгаркой опустил ее, посмотрел на меня растерянно.

– А… да? – выдавил он. – Спасибо, мужик…

Прошла секунда.

Потом до него дошло.

Он все еще смотрел на меня. На мой костюм, который стоил больше, чем вся их банда зарабатывала за год. На Глеба позади меня, который выглядел как ходячий танк.

– … Погоди‑ка, – медленно выпалил здоровяк. – Какого хрена⁈

Он бросил болгарку, схватил арматуру, лежавшую рядом.

– Мужики! Вали его! – заорал он.

Остальные бандиты мгновенно схватились за оружие – кто‑то за автоматы, кто‑то за монтировки и арматуру.

Здоровяк с рёвом бросился на меня, замахиваясь иструментом. Я не двинулся с места, а просто посмотрел на него и ментально толкнул .

Здоровяк резко затормозил в метре от меня, словно врезался в невидимую стену. Его ноги подкосились, арматура выпала из рук, и он рухнул на колени, тяжело дыша.

– Что за… – выдохнул он, глядя на свои трясущиеся руки.

Фея вновь материализовалась рядом, и голос её прозвучал весело, как у спортивного комментатора:

– Первая попытка атаки! Неудачная! Боец падает, не дойдя до цели! Ноль баллов за технику!

Другой бандит с автоматом вскинул оружие, целясь в меня.

– Стой, сука! – заорал он и нажал на курок.

Щелчок. Автомат не выстрелил. Бандит в панике дёрнул затвор, попытался снова.

Щелчок. Щелчок. Щелчок.

Ничего.

Я телекинетически заблокировал ударник. Простейшая манипуляция.

– Вторая попытка! – прокомментировала Фея. – Огнестрельное оружие! Но осечка! Боец в замешательстве!

Бандит с визгом швырнул автомат в меня. Автомат остановился в воздухе в полуметре от моего лица, повис на секунду, потом упал на пол с лязгом.

– Метание предметов! – Фея хихикнула. – Неудачно! Предмет не достиг цели!

Третий бандит попытался подбежать ко мне сбоку, размахивая монтировкой. Я даже не повернул головы – просто ментально надавил  на его ноги.

Он споткнулся на ровном месте, упал лицом вперёд, монтировка со звоном покатилась по полу.

– О! Падение на ровном месте! – Фея всплеснула руками. – Классика! Минус десять баллов за координацию!

Четвёртый бандит достал пистолет, прицелился, выстрелил. Пуля вылетела из ствола, но в метре от меня резко свернула вправо, вонзившись в бетонную стену.

Бандит выстрелил ещё раз. Пуля снова ушла в сторону.

– Стрельба! – Фея покачала головой. – Ужасная точность! Или… не точность? Боец явно целился, но промахнулся на два метра! Загадка!

Я стоял неподвижно, наблюдая за их попытками. Да, я издевался, но они стащили мой стержень. Должен же я компенсировать себе потерю времени?

Пятый бандит попытался броситься на меня с ножом. Я ментально усилил давление и его развернуло. Один раз, другой, потом он чуть не всадил нож себе в ногу и с ужасом бросил его.

– И снова падение! – Фея развела руками. – Господа, это уже не бой, это комедийное шоу!

Остальные бандиты замерли, глядя на своих товарищей, которые лежали на полу, пытаясь подняться, но не в силах это сделать.

Главарь – худой с татуировками на шее – стоял, держась за автомат, и лицо его было белым как мел.

– Что за… что ты такое? – прохрипел он.

Я холодно посмотрел на него.

Надоело.

Я усилил ментальное давление. Все бандиты в цехе мгновенно рухнули на колени, словно на них навалили тонны груза. Они не могли пошевелиться и не могли говорить, только дышать.

Воздух в цехе стал плотным и давящим, словно гравитация увеличилась в несколько раз.

Главарь смотрел на меня снизу вверх, и в глазах был парализующий ужас – это существо только‑только начало осознавать разницу между нами.

Я медленно подошёл к нему, остановился в метре.

– Ты украл мою вещь, – сказал я спокойно. – Ты создал шум и потратил мое время. Я мог бы превратить тебя в слюнявого идиота, как и всех вас…

Главарь пытался что‑то сказать, но из горла вырывалось только хриплое дыхание.

Я продолжил ровным голосом, усиливая ментальный нажим и попутно ломая его волю к сопротивлению:

– Сейчас ты вернёшь стержень, потом позвонишь своей Тамаре и скажешь ей, что «шапочки из фольги» больше не нужны. Что стержни – это очень хорошо и ты лично будешь охранять их установку.

Я наклонился чуть ближе.

– Ты понял?

Главарь, трясясь, выдавил сквозь зубы:

– П‑понял…

Я выпрямился и убрал ментальное давление. Бандиты рухнули на пол, задыхаясь, как рыбы выбрашенные на берег.

Я повернулся к Глебу, который всё это время стоял у входа.

– Глеб.

– Господин.

– Мы нашли бесплатных монтажников для всех стержней в секторе Гамма.

Глеб кивнул, и на его лице мелькнула тень усмешки.

– Понял, господин.

Я вышел из цеха, оставив бандитов лежать на полу. Фея летала вокруг меня, с интересом осматривая завод.

– Ваше Темнейшество, – сказала она тихо, – эти идиоты слишком тупые, чтобы придумать такую операцию сами. Украсть стержень, организовать протест через Тамару… это требует планирования. У этих же уровень IQ чуть выше чем у обезьяны.

Я остановился у машины, посмотрел на неё.

– Да, я думаю, что их кто‑то использовал.

Фея кивнула.

– Возможно дал наводку, а возможно, даже проплатил. Бандиты – просто инструмент. Слишком жадный инструмент, который решил распилить стержень вместо того, чтобы просто его спрятать или отдать.

Я задумался.

Кто‑то пытается саботировать проект. Занятно… очередные беспокойные муравьи.

– Фея, – сказал я. – Установить круглосуточное наблюдение за всеми стержнями. Скажи Алине, что на них нужно поставить сигналки. Любая подозрительная активность – докладывать мне немедленно.

Фея кивнула.

Я сел в машину.

– Обратно в Велихово, – сказал я водителю.

Машина тронулась, оставляя позади старый кирпичный завод и стонущих бандитов.

* * *

Посёлок Велихово. Через час.

Мой «Аурелиус» вернулся на площадку, где должен был устанавливаться стержень. Я решил прокатиться по окрестностям, а уже потом вернуться в поселок.

К тому моменту Антон уже забрал идиотов с завода, о чем мне доложил.

Я вышел из машины и увидел картину, которая вызвала у меня… удовлетворение.

Бандиты «Борзого» – все пятнадцать человек, бледные, злые, с синяками и ссадинами – помогали устанавливать стержень, установку которого саботировали местные. Они работали молча, но достаточно эффективно. Второй стержень лежал в грузовике.

Антон стоял рядом, скрестив руки на груди, и наблюдал за процессом с усмешкой.

Толпа в шапочках из фольги всё ещё стояла неподалёку, но теперь они молчали, глядя на происходящее с растерянностью и шоком.

Тамара, мэр Велихово, стояла впереди толпы с мегафоном в руках. Она смотрела на бандитов, потом на Стражей, потом на меня.

Наши взгляды встретились. Она побледнела и её пальцы сжали мегафон так сильно, что костяшки побелели. Я продолжал смотреть на неё холодно, не отводя взгляда.

Тамара судорожно сглотнула. Потом медленно подняла мегафон к губам, и голос её прозвучал… совершенно по‑другому.

– ГРАЖДАНЕ! – заорала она, вкладывая в голос все своё усердие.

Толпа замерла, глядя на неё с недоумением.

– СТЕРЖНИ «НЕБЕСНОГО САДА» – ЭТО БЛАГО! – продолжила Тамара, и голос становился всё громче, всё восторженнее. – ЭТО ПРОГРЕСС! ЭТО ЧИСТЫЙ ВОЗДУХ ДЛЯ НАШИХ ДЕТЕЙ!

Она развернулась к толпе, размахивая руками.

– ЛОРД‑ПРОТЕКТОР ВОРОНОВ – НАШ СПАСИТЕЛЬ! ОН ДЕЛАЕТ ЭТО ДЛЯ НАС! ДА ЗДРАВСТВУЕТ ЭДЕМ! ДА ЗДРАВСТВУЮТ СТЕРЖНИ!

Толпа стояла в полном шоке несколько секунд. Потом, словно по команде, люди начали нерешительно кивать, потом ещё громче.

– Да здравствует Эдем! – выкрикнул кто‑то.

– Воронов – наш защитник! – подхватил другой.

Через минуту вся толпа скандировала, размахивая теми же плакатами, на которых час назад было написано совершенно противоположное.

Позади я заметил других жителей поселка, которые смотрели на этот цирк с выражением «Испанского стыда» на лицах.

Тамара стояла впереди, орала в мегафон, и на лице было выражение почти фанатичного восторга.

– Вау, ваше Темнейшейство. Кажется, у нас тут рекорсдсмен по спортивному искусству «переобувания»! Не часто увидишь такую оперативность. – выдала свою оценку Фея.

Степан Васильевич подошёл ко мне, неловко взглянул, и дрожжащей рукой вытер пот со лба.

– Господин Воронов, э‑это было пострясающе. Как вам удалось?

Я не ответил, продолжая смотреть на Тамару.

– Степан, – сказал я спокойно. – У этой Тамары… контракт с городом?

Степан кивнул быстро.

– Д‑да, господин. Ещё два года.

Я повернулся к Фее.

– Фея. Найди юридический повод для импичмента – саботаж инфраструктурного проекта Лорда‑Протектора. Подготовь документы.

Фея кивнула, уже работая над запросом.

– Будет готово, Ваше Темнейшество.

Я посмотрел на Степана.

– Степан. Завтра назначишь здесь временного, но компетентного управляющего.

Степан выпрямился, и на лице появился восторг.

– Слушаюсь, господин! Я знаю идеального кандидата! Он…

Я поднял руку, останавливая его.

– Не нужно подробностей. Просто сделай.

Степан кивнул, кланяясь.

– Будет сделано, господин!

Я повернулся, посмотрел на строительную площадку. Бандиты почти закончили установку стержня – массивная конструкция уже стояла вертикально, уходя в землю на несколько метров.

Порядок восстановлен.

Антон подошёл ко мне, кивнул.

– Господин, стержень будет установлен через двадцать минут. Охрану я оставлю на месте до полного завершения работ.

– Хорошо, – сказал я. – Следи за тем, чтобы эти «монтажники» не сбежали. Они будут работать на всех остальных стержнях в секторе Гамма.

Антон усмехнулся.

– Понял, господин. Они никуда не денутся.

Я кивнул, развернулся и пошёл обратно к машине. Я сел в машину, Глеб следом.

– В Эдем, – сказал я, откидываясь на спинку сиденья и закрывая глаза.

Машина тронулась, оставляя позади Велихово, толпу в шапочках из фольги, орущую Тамару и бандитов, устанавливающих стержень.

Тишина. Наконец‑то тишина.

Я почти задремал, когда Фея вновь материализовалась на моём плече.

– Ваше Темнейшество, – сказала она тихо.

Я открыл глаза, посмотрел на неё.

– Что?

Фея свайпнула свой голографический планшет.

– Нужно ваше мнение: В HR‑отдел вчера упало очень любопытное резюме. От некой Лины Мироновой. Алина просит вашего разрешения на её собеседование.

Я нахмурился.

– Лины Мироновой? Кто это? И что же в ней любопытного?

Фея кивнула, показывая мне данные на экране.

– На первый взгляд ничего особенного. Возраст – двадцать четыре года, провинциальное образование, скудный опыт и все остальное, но вот само резюме составлено… интересно. Очень грамотно и Алина говорит, что девушка произвела на неё сильное впечатление.

Я посмотрел на данные, пролистал несколько строк.

Лина Миронова.

– Разреши Алине провести собеседование, – сказал я, закрывая файл. – Если девушка компетентна – пусть берёт.

Фея кивнула.

– Будет сделано.

Я снова откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза.

Наконец‑то всё идёт по плану.

Машина мчалась по дороге обратно в «Эдем», и за окном медленно проплывал город.

Наконец‑то можно вернуться к розам.

И я очень надеялся, что совсем скоро мне больше не придется заниматься подобным. План «Небесный Сад» следовало реализовать в кратчайшие сроки и любой ценой.

Глава 12

Лилит Мефистова сидела в своей временной квартире на окраине Воронцовска и изучала письмо.

'Уважаемая Лина Александровна Миронова!

Рады сообщить Вам, что по результатам рассмотрения Вашего резюме и аналитической записки, приложенной к заявлению, Вы приглашены на финальное собеседование на должность аналитика в отделе стратегического планирования компании «Ворон Групп».

Дата: 10 сентября 2025 года. Время: 10:00. Место: Комплекс «Эдем», корпус B, кабинет 301.

Обратите внимание: собеседование будет проходить на территории комплекса «Эдем». При себе иметь: паспорт, дипломы об образовании, рекомендательные письма (при наличии). На въезде получите временный пропуск.

С уважением, Алина Романова, Технический директор «Ворон Групп»'

Лилит улыбнулась – той особой, хищной улыбкой, которую никто и никогда не видел на лице скромной провинциалки Лины Мироновой.

План сработал и сработал идеально.

Она откинулась на спинку дешёвого, скрипучего дивана в этой жалкой съёмной квартирке – двухкомнатной норе с дешевыми обоями, допотопной мебелью и видом на серые промышленные корпуса. Место, которое она выбрала специально, ведь идеально соответствовало легенде бедной, но талантливой девушки из глубинки, приехавшей покорять большой город.

Последний месяц был… интересным. Утомительным, но интересным.

Лилит поднялась с дивана и подошла к маленькому, запотевшему окну, глядя на город за стеклом.

Воронцовск изменился до неузнаваемости за тот год, что здесь правил Воронов.

Когда Лилит впервые приехала сюда месяц назад, она ожидала увидеть типичный умирающий провинциальный город – серые бетонные коробки, обшарпанные фасады, разбитые дороги, грязные улицы, депрессивное население, влачащее жалкое существование.

Вместо этого она увидела… преображение. Город словно восстал из пепла и расцвёл новой жизнью.

Фасады зданий были отремонтированы и перекрашены в светлые, приятные глазу цвета. Дороги – идеально ровные, без единой выбоины. Тротуары – чистые, вымощенные новой плиткой. Уличное освещение работало везде, превращая вечерний город в россыпь тёплых огней. Витрины магазинов сияли, привлекая покупателей. Кафе и рестораны были полны людей. Детские площадки – новые, яркие, безопасные – были заполнены смеющимися детьми.

Город дышал, жил и процветал.

И повсюду – цветы.

Клумбы на каждом углу. Вьющиеся растения на фасадах зданий, превращающие серый бетон в вертикальные сады. Аккуратно подстриженные газоны изумрудной зелени. Деревья вдоль улиц с аккуратными приствольными кругами. Цветочные композиции у входов в магазины, офисы, жилые дома. Даже автобусные остановки были украшены горшками с яркими цветами.

Люди здесь буквально помешались на цветах. Лилит видела, как они ухаживали за клумбами у своих домов с почти религиозным рвением. Как гордо демонстрировали друг другу свои балконы, превращённые в миниатюрные оранжереи. Как обсуждали сорта роз и тюльпанов с таким энтузиазмом, с каким в других городах обсуждали футбол или политику.

Это было… странно. Даже жутковато. Словно целый город попал под какие‑то чары и превратился в помешанных на садоводстве фанатиков.

Лилит понимала, что происходит на самом деле. Люди так благодарили Калева.

Воронов дал этим людям новую жизнь: работу, безопасность, надежду и красивый, чистый город, в котором можно было гордо жить, а они в ответ украшали его ещё больше, делая его прекраснее с каждым днём, потому что хотели отплатить ему хоть как‑то. Хотели показать, что достойны того, что он для них сделал.

Примитивная психология масс, но чудовищно эффективная.

Лилит смотрела на зелёные, цветущие улицы внизу, на отремонтированные здания, на довольные лица прохожих, на клумбы с поздними осенними астрами и хризантемами и чувствовала, как внутри шевелится то самое чувство.

Зависть.

Он построил мечту, преданность, любовь и даже веру.

Эти люди готовы были умереть за него. Она видела это в их глазах, когда они говорили о Лорде‑Протекторе. Слышала это в их голосах, полных искренней благодарности и обожания и это было… впечатляюще. Раздражающе, бесяще, но впечатляюще.

Лилит вернулась к дивану и взяла с журнального столика старое, потрёпанное зеркальце – единственную по‑настоящему ценную вещь в этой квартире.

Посмотрела на своё отражение.

Лицо изменилось за последний месяц. Не магически – нет, это было бы слишком рискованно в городе, где правил такой монстр, как Калев Воронов. Нет, она изменила его по‑старому, проверенному способу.

Волосы, когда‑то роскошные платиновые локоны, были перекрашены в тусклый, невзрачный каштановый цвет и небрежно собраны в простой хвост. Никакого макияжа – только чистое, бледное лицо с лёгкими тенями под глазами (результат специальной диеты, которая делала её худее и бледнее). Дешёвые очки в пластиковой оправе, хотя зрение у неё было идеальным – но очки добавляли образ «книжного червя». Одежда – простые, скромные вещи из масс‑маркета: серая водолазка, тёмные джинсы, поношенные кроссовки.

Ничего общего с Лилит Мефистовой – роскошной хищницей.

Сейчас в зеркале она видела Лину Миронову – тихую, застенчивую, немного неуклюжую провинциалку, которая боится больших городов и мечтает просто найти хорошую работу.

Идеальная маска.

Лилит улыбнулась своему отражению – той самой хищной, холодной улыбкой, которую Лина Миронова не улыбнулась бы никогда.

Через три дня она войдёт в «Эдем». В логово самого опасного и интересного противника, которого она встречала за всю свою жизнь.

Лилит отложила зеркальце и взяла со стола планшет. Открыла файл с информацией о «Ворон Групп», которую она собирала последний месяц.

Компания была впечатляющей. Действительно впечатляющей: передовые технологии, огромные инвестиции, лучшие специалисты региона, переманенные астрономическими зарплатами и условиями работы. Проекты, которые могли изменить весь регион и не только регион.

И во главе всего этого, он – Калев Воронов. Человек, который меньше чем за год превратил умирающий город в процветающий центр.

Лилит чувствовала, как внутри разгорается желанное чувство – азарт и предвкушение.

* * *

Десятое сентября выдалось холодным и пасмурным. Мелкий дождь моросил с серого неба.

Лилит – нет, сейчас она была Линой, нужно было помнить об этом, всегда помнить – стояла перед воротами комплекса «Эдем» и делала вид, что нервничает.

Это было несложно. Она отлично умела притворяться.

Сжала в руках старенький, потёртый портфель с документами. Поправила дешёвые очки на переносице. Глубоко вдохнула, изображая волнение, и шагнула к охраннику у входа.

– Здравствуйте, – произнесла она тихо, неуверенно, с лёгким провинциальным акцентом, который натренировала до совершенства. – Я… я на собеседование – Лина Миронова. Меня ждёт госпожа Романова в десять утра.

Охранник – крепкий мужчина лет тридцати с профессиональным, непроницаемым лицом – кивнул и проверил что‑то на своём планшете.

– Документы, пожалуйста.

Лина торопливо, слишком торопливо, словно боясь опоздать, достала из портфеля паспорт и протянула охраннику дрожащей – специально дрожащей – рукой.

Охранник просканировал документ, сверил фотографию с лицом, кивнул.

– Я провожу вас до корпуса B, госпожа Миронова. Вы впервые в «Эдеме», вам будет сложно сориентироваться самостоятельно.

– О, спасибо! Вы очень добры! – выдохнула Лина с «искренней» благодарностью.

Они вместе прошли через массивные ворота, и…

Мир изменился.

Лилит – настоящая Лилит, скрытая под маской робкой Лины, – мгновенно почувствовала настоящее потрясение. Она увидела «Эдем».

Лилит остановилась как вкопанная, забыв на мгновение даже о своей роли.

Перед ней раскинулся… рай, материализованный в реальность.

Идеально ровные аллеи из светлого камня, который словно излучал мягкое свечение изнутри. По обеим сторонам – сады. Не обычные городские клумбы, а настоящие произведения искусства. Деревья самых невероятных видов – некоторые она даже не могла опознать – с идеально сформированными кронами. Цветы всех цветов радуги, цветущие одновременно, хотя по законам природы это было невозможно. Кустарники, подстриженные в сложные геометрические формы. Небольшие водопады, струящиеся по искусственным скалам и впадающие в кристально чистые пруды, где плавали яркие рыбы.

Воздух. Боже, воздух здесь был другим. Чистым, свежим, наполненным ароматом цветов и трав, но не приторным, а идеально сбалансированным. Каждый вдох был наслаждением.

Здания. Футуристические здания из тёмного стекла и светлого металла, которые не нарушали гармонию садов, а дополняли их. Плавные линии архитектуры, огромные панорамные окна, отражающие зелень, крыши‑террасы с висячими садами.

Голографические панели, парящие в воздухе, показывающие информацию. Дроны, бесшумно патрулирующие территорию. Система орошения, работающая автоматически. Освещение, которое подстраивалось под естественный свет, создавая идеальную атмосферу.

Это был мир, построенный тем, кто понимал порядок, гармонию и красоту на уровне, недоступном обычным людям. Мир, где каждая деталь была продумана и где не было ничего лишнего.

Технологии, которые на десятилетия опережали всё, что было даже в столице. Ресурсы, вложенные в создание этого места, исчислялись миллиардами. Интеллект, необходимый для проектирования всего этого…

– Госпожа Миронова? – обеспокоенно позвал охранник. – С вами всё в порядке?

Лина моргнула и быстро изобразила восторженное изумление, широко распахнув глаза.

– Я… это так красиво! – выдохнула она с восторгом. Ей в этот раз не нужно было притворяться. – Я никогда не видела ничего подобного! Это как… как в сказке!

Охранник улыбнулся с явной гордостью.

– «Эдем» действительно особенное место. Господин Воронов создал здесь совершенный мир. – Он жестом пригласил её следовать за ним. – Пойдёмте, я покажу вам дорогу.

Лина послушно зашагала рядом, продолжая изображать наивное восхищение, таращась по сторонам и ахая при виде особенно красивых уголков.

Он построил не какую‑то крепость, не бункер или защищённый комплекс, а самый настоящий идеальный мир – свой личный рай. Место, где всё было именно так, как он хотел.

«Ты построил рай, Воронов,» – думала Лилит, продолжая идти рядом с охранником и изображать восхищённую провинциалку. – «А я заберу его у тебя. По кусочку, по крупице, пока не останется ничего. Ты будешь смотреть, как всё, что ты создал, переходит в мои руки, а после я тебя уничтожу.»

Они подошли к зданию корпуса B – элегантному строению из тёмного стекла с вертикальными садами на фасаде.

– Вот мы и пришли, – объявил охранник. – Ресепшен внутри, они оформят вам временный пропуск. Удачи на собеседовании, госпожа Миронова.

– Спасибо вам огромное! – искренне поблагодарила Лина, и охранник, довольный, развернулся и пошёл обратно к воротам.

Ресепшен встретил её стерильной чистотой и футуристическим дизайном. Стены из тёмного стекла и полированного металла, голографические панели с информацией, мягкое, рассеянное освещение. За стойкой сидела молодая девушка в строгом деловом костюме.

– Здравствуйте, – робко начала Лина, подходя к стойке. – Я Лина Миронова, на собеседование к госпоже Романовой…

– Одну секунду, пожалуйста, – вежливо улыбнулась девушка, проверяя что‑то на компьютере. – Да, вижу вашу запись. Сейчас оформлю временный пропуск.

Она протянула Лине небольшую пластиковую карту с её фотографией и надписью «Временный посетитель».

– Третий этаж, кабинет 301. Удачи на собеседовании!

– Спасибо, – пробормотала Лина, принимая пропуск дрожащими пальцами.

Кабинет 301 нашёлся легко. Лина подошла к двери, подняла руку, чтобы постучать… и замерла.

Сердце билось быстрее. Но не от волнения – Лилит не волновалась никогда. От предвкушения. Ведь сейчас начнётся игра. Настоящая игра.

Она постучала. Три коротких, неуверенных стука.

– Войдите, – раздался из‑за двери женский голос. Спокойный и уверенный.

Лина толкнула дверь и вошла внутрь.