Текст книги "Темный Лорд устал. Пенталогия (СИ)"

Автор книги: Afael

Соавторы: Алексей Сказ
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 79 страниц)

Их стремительное движение вперед резко прервалось. Невидимая кинетическая волна, легкая как порыв ветерка, но плотная как стена, ударила их в грудь. Не было ни взрыва, ни вспышки света. Просто два крупных, тренированных тела, весивших под сотню килограммов каждое, без единого звука взмыли в воздух и, пролетев через весь зал, с оглушительным грохотом врезались в дальнюю стену, осыпая штукатурку. Они остались лежать там, в груде собственного элитного снаряжения, не в силах даже пошевелиться.

Я не потратил на это и сотой доли процента своей силы. Просто легкий импульс.

– Похоже, ваша охрана сегодня не в настроении, – с легкой усмешкой заметил я, переводя взгляд обратно на окаменевшего от ужаса Шульгина. – Что ж, придется обойтись без них.

Я поднял руку.

Шульгин инстинктивно вздрогнул. Как примитивно.

Я указал на его грудь, где красовались несколько дорогих орденов – символов его продажной власти. В ту же секунду блестящий металл потускнел, покрылся уродливой ржавчиной и с тихим шелестом осыпался на пол кучкой праха.

Толпа ахнула. Шульгин с ужасом уставился на свою грудь.

Я перевел взгляд на бокал с элитным шампанским в его руке. Золотистая жидкость на глазах помутнела, загустела и превратилась в отвратительную, вонючую болотную жижу.

Он выронил бокал, и тот с хрустальным звоном разлетелся по мраморному полу.

– Это… это невозможно… – прошептал он.

– Вы мешаете мне отдыхать, господин Шульгин. А я этого очень не люблю. – произнес я тихо. – Как насчет выразить свои «искренние извинения»?

И тогда я нанес последний удар. Я не коснулся его. Просто… пожелал и его тело подчинилось.

На глазах у всей ошеломленной элиты этого города, высокопоставленный чиновник Валерий Шульгин, могущественный и влиятельный, согнулся, опустился на одно колено, затем на второе. Он потянулся к моему ботинку, испачканному пылью заброшенных складов, достал из кармана шелковый платок и начал его чистить. Медленно. Тщательно. С выражением абсолютного ужаса на лице.

– Завтра утром, – произнес, глядя на его склоненную голову, и мой голос был слышен всем в зале, – все необходимые мне разрешения будут подписаны. Вы меня поняли?

Он судорожно кивнул, не смея поднять глаз.

Я развернулся, чтобы уйти, но остановился на полпути. Я не спешил. Представление еще не было окончено. Я медленно, с холодным любопытством, обвел взглядом застывшую в зале толпу.

Тишина была такой густой, что в ней можно было утонуть. Сотни глаз – глаза представителей кланов, их жен и наследников, влиятельных чиновников и богатых промышленников – были прикованы ко мне, но как только мой взгляд останавливался на ком-то, тот немедленно его отводил. Кто-то отворачивался, делая вид, что его заинтересовал гобелен на стене. Кто-то начинал лихорадочно поправлять свой наряд. Дамы прижимали к губам бокалы с шампанским, их пальцы дрожали.

Я не угрожал им. Не говорил ни слова. Просто смотрел и в этом моем безмолвном взгляде каждый из них читал простое, ясное послание: «Сегодня это был он. Завтра это можете быть вы. Не мешайте мне».

Урок был усвоен. Я видел это в их бегающих глазах, в напряженных позах, в той ауре страха, которая теперь плотно окутала этот зал.

Удовлетворенный произведенным эффектом, я пошел к выходу сквозь расступившуюся, застывшую в ужасе толпу.

«Это было… прямолинейно, Ваше Темнейшество, – прозвучал в моей голове голос ИИ. – Вы только что объявили войну всему городу».

«Я всего лишь провел дезинфекцию, – мысленно ответил я ей. – Если не травить тараканов время от времени, они начинают слишком много о себе воображать».

Но уходя, я с раздражением думал о том, что мне снова пришлось лично выходить из дома и тратить время на этих насекомых. Глеб хорош для физической защиты, но для решения подобных вопросов, для ведения дел с этим миром, мне нужен был кто-то другой. Еще один «буфер». Специалист иного рода. Моя вторая рука.

Глава 12

На следующее утро после моего, как оказалось, нашумевшего визита на бал, я сидел в библиотеке. Тишина была хрупкой. Я почти физически ощущал, как за пределами поместья нарастал информационный гул.

«Оперативная сводка, Ваше Темнейшество», – раздался в моей голове голос ИИ, на этот раз лишенный привычного сарказма. Она перешла в рабочий режим.

– Докладывай, – произнес я, глядя в окно.

«Имя „Калев Воронов“ стало самым обсуждаемым в закрытых сетях местной элиты. Зафиксирован рост поисковых запросов по вашей персоне на многократно, – бесстрастно начала она. – Финансовые регуляторы, очевидно, по указке кланов, инициировали официальную проверку всех счетов, связанных с родом Вороновых. За последние восемь часов я отразила сорок семь попыток несанкционированного доступа к нашей внутренней сети. Атаки примитивны, но на их отражение уходит часть вычислительной мощности и, соответственно, вашей энергии».

Я поморщился. Как и ожидалось. Тараканы зашевелились.

– Что-нибудь еще?

«Да, Ваше Темнейшество. Нанятые кланом Мефистовых шпионы заняли наблюдательные позиции по периметру ваших владений. Пока они не предпринимают активных действий. Глеб держит их под контролем».

Я кивнул. Мой новый «сторожевой пес» уже отрабатывал свой гонорар. Глеб мог справиться с физическими угрозами, с теми, кто решит перелезть через забор, но он был абсолютно бессилен против этой новой, «цифровой» осады. Постоянные кибератаки, финансовые проверки, сбор информации – все это создавало ненужный, выматывающий шум, который отвлекал мой ИИ и, что самое главное, отвлекал меня.

Строительство «Эдема» требовало не только кирпичей и денег. Оно требовало логистики, закупок редких материалов, финансовых транзакций, защиты от информационных угроз. Я не собирался заниматься этим лично. Это было скучно и недостойно меня.

Мой прагматичный разум быстро пришел к единственному верному выводу. Мне нужен еще один «буфер» нового типа. Если Глеб был моим «мечом» и «щитом», то теперь мне нужен был тот, кто станет моим «мозговым центром».

Моя вторая рука. Гений, способный не просто отражать атаки, а вести свою собственную, агрессивную игру в этом цифровом мире. Тот, кто возьмет на себя всю эту сложную, утомительную рутину, освободив мое время для действительно главного – созерцания того, как строится мой сад.

«Задача, – мысленно сформулировал я приказ для ИИ. – Начать новый поиск. Мне нужен самый блестящий технический ум в этом городе. Критерии: гениальность, недооцененность и, что самое важное, – острый конфликт с текущей системой».

Я откинулся в кресле, глядя на пустую стену библиотеки. Мой мозг, привыкший оперировать судьбами цивилизаций, теперь был вынужден решать примитивную кадровую задачу. Это раздражало, но ничего не поделаешь.

«Принято, Ваше Темнейшество, – без промедления ответила она. – Анализирую открытые и закрытые кадровые сети, архивы научных институтов и корпоративные базы данных».

Передо мной, в воздухе, возникла голографическая проекция. Сотни, тысячи файлов замелькали с невероятной скоростью, отбраковываясь по заданным мной фильтрам. Слишком консервативен. Слишком лоялен клану. Недостаточно умен. Мусор, мусор, мусор.

В итоге на экране остался один-единственный файл. Фотография молодой девушки, лет двадцати пяти, с умными, но уставшими глазами и копной непослушных рыжих волос.

«Алина Романова, – зачитала ИИ ключевые данные. – Инженер-физик, программист. Специализация – теория передачи энергии и прикладная метафизика. Выдвинула революционную гипотезу о возможности прямого преобразования хаотичной энергии Разломов в стабильную форму. Ее теории напрямую угрожают монополии клана Соколовых на производство энергетических ячеек. В данный момент проходит процедуру лишения научной лицензии по обвинению в „лженаучной деятельности“ и „фальсификации данных“. Инициатор слушания – корпорация „Сокол-Энерго“».

Гений, которого система пытается уничтожить, потому что ее идеи угрожают их кормушке. Идеально.

– Где она сейчас? – спросил я.

«Слушание будет проходит сегодня днем в главном зале Научно-Исследовательского Института. Судя по всему, это финальное заседание.», – доложила ИИ.

Я поднялся с кресла. Кажется, пришло время для еще одного незапланированного визита.

* * *

НИИ. Зал Ученого Совета.

Алина была гением. Это не было преувеличением или самолюбованием, а простым фактом. С самого детства, пока ее сверстницы играли в куклы, она разбирала старые механизмы, пытаясь понять, как они работают. В Академии она была лучшей на своем потоке, ее дипломная работа о нестабильных энергетических полях произвела фурор. Ее ждало блестящее будущее в одной из корпораций или в престижном НИИ.

Она выбрала науку. Ее целью было не богатство, а знание и она совершила прорыв. Годы бессонных ночей, тысячи симуляций и рискованных экспериментов привели ее к революционной теории о возможности прямого преобразования хаотичной энергии Разломов в стабильную, чистую форму. Это была энергия, способная изменить мир. Покончить с монополией кланов на ископаемое топливо и дорогие энергетические ячейки.

И в этом была ее главная ошибка.

Ее открытие угрожало не просто научным догмам. Оно угрожало многомиллиардному бизнесу корпорации «Сокол-Энерго», дочерней компании могущественного клана Соколовых, а они не собирались сидеть сложа руки.

Сначала они пытались ее купить. Предлагали огромные деньги за то, чтобы она свернула свои исследования. Она отказалась. Затем они пытались ее запугать. Анонимные угрозы, саботаж в ее лаборатории, увольнение ее научных руководителей. Она не сдалась.

И тогда они решили ее уничтожить. Не физически, нет. Гораздо хуже. Они решили уничтожить ее имя, репутацию и ее мечту. Используя свое влияние, они организовали это «слушание» в Ученом Совете, набив его своими людьми – старыми, консервативными профессорами, чьи научные взгляды застыли еще в прошлом веке и которые были обязаны клану Соколовых своими теплыми креслами.

Теперь Алина стояла перед этим высоким президиумом, чувствуя себя так, словно ее пригвоздили к позорному столбу. За длинным столом сидели они – седовласые, обрюзгшие профессора, столпы местной науки. Их лица выражали скуку и плохо скрываемое презрение. За их спинами, скрестив руки на груди, стоял лощеный представитель «Сокол-Энерго», и его самодовольная ухмылка говорила обо всем. Это был не научный диспут, а трибунал.

– … таким образом, – вещал председатель совета, старый догматик, чьи собственные теории устарели еще полвека назад, – на основании заключений экспертной комиссии, мы приходим к выводу, что расчеты инженера Романовой являются безосновательными, а ее гипотеза – опасной и лженаучной фантазией!

– Но мои расчеты верны! – с отчаянием в голосе воскликнула Алина, указывая на голографический экран за своей спиной, где висели ее формулы. – Вы даже не пытались их проверить! Вы просто…

– Молчать! – оборвал ее председатель. – Вы обвиняете комиссию в некомпетентности? Ваша карьера, девушка, окончена.

Алина почувствовала, как к глазам подступают слезы ярости и бессилия. Она знала, что права, но ее правота была никому не нужна в мире, где все решали деньги и власть. Ее теория могла изменить мир, дать ему потенциально бесконечный и чистый источник энергии.

Вот только она угрожала бизнесу тех, кто сидел в этом зале. Ее гениальность была ее преступлением и сейчас ее мечта, ее работа, вся ее жизнь вот-вот будут уничтожены этими старыми, трусливыми догматиками.

– … и на основании вышеизложенного, совет постановил: лишить инженера Алину Романову научной лицензии за лженаучную деятельность и подрыв устоев фундаментальной физики.

* * *

Кассиан

Я прибыл к зданию Научно-Исследовательского Института на том же черном «Аурелиусе». Вышел из машины и широким, спокойным шагом направился к главному входу. Охрана на входе, двое крепких мужчин в форме, попыталась было меня остановить.

– Стоять! – начал один из них, преграждая мне путь. – Вход на заседание только по специальным…

Он не договорил.

Я не стал замедлять шаг. Когда расстояние между нами сократилось до пары метров, я сделал едва заметное движение рукой, словно отгоняя от себя слишком назойливое насекомое.

Невидимая кинетическая волна ударила их, точно также как их коллег на недавнем празднике. Мужчин впечатало в стену и прижало к ней, не давая пошевелиться. Охранники распластались на стене как жуки.

Я не потратил на это и сотой доли процента своей силы. Просто убрал мусор с дороги.

Далее просто прошел между ними, не удостоив их даже взглядом. Администратор за стойкой, видевшая эту сцену, с тихим писком сползла под стол.

ИИ уже вывел на сетчатку трехмерный план здания с отмеченным маршрутом. Я шел по гулким коридорам, и мои шаги эхом отдавались от мраморных стен. Люди, спешащие по своим делам, инстинктивно жались к стенам, освобождая дорогу.

Подойдя к нужной двери я не стал стучать. Просто… толкнул. Вложив в это движение ровно столько силы, чтобы тяжелые створки распахнулись настежь и с оглушительным грохотом ударились о стены, а затем шагнул в зал.

Все головы повернулись в мою сторону. На лицах седовласых профессоров отразилось возмущение. Представитель «Сокол-Энерго» нахмурился.

– Что это такое? Охрана! – взвизгнул председатель. – Вывести этого молодого человека!

Я проигнорировал их всех. Даже не смотрел на них. Мой взгляд был прикован к большому голографическому экрану, где все еще светились ее формулы. Я медленно прошел через весь зал и остановился перед экраном.

«Какая драма, Ваше Темнейшество, – прошелестел в моей голове голос ИИ. – Врываетесь в последний момент, чтобы спасти прекрасную даму. Очень в духе тех самых героев, которых вы так презираете».

«Заткнись, – мысленно бросил я. – Это не спасение. Это рекрутинг».

Я взял со столика стилус. Два охранника, наконец очнувшись, двинулись было ко мне, но замерли на полпути, когда я мельком на них взглянул. Они вспомнили, что им платят недостаточно, чтобы связываться с тем, кто может заставить их коллег целовать мраморный пол силой мысли.

Я повернулся к экрану. Работа Алины была гениальна. По-настоящему гениальна, по меркам этого мира. В ее теориях была дерзость, искра истинного понимания, но ей не хватало опыта. Не хватало знаний.

Ее сложнейшие, многоэтажные выкладки были похожи на прекрасный, но неустойчивый дворец, которому не хватало одного-единственного замкового камня в фундаменте.

– Хватит уже пялится! Эти выкладки ошибочны! – крикнул мне в спину один из профессоров. – И немедленно прекратите это хулиганство!

Я усмехнулся. Прямо под ее самой сложной формулой, на которую она, видимо, потратила годы работы, я начал писать. Ничего не исправлял. Просто вывел одну короткую, невероятно простенькую строчку. Одну-единственную формулу. Это и был тот самый замковый камень. Эффект был…

…подобен взрыву бомбы! Бомбы, которая аннигилировала все живое, оставив лишь вакуум, через который не могло пробиться ни единого звука. В зале воцарилось абсолютное, мертвое молчание.

Старые профессора, которые секунду назад брезгливо отворачивались от экрана, теперь подались вперед, их рты приоткрылись, а в глазах застыло неверие, сменяющееся ужасом.

Присутствующие профессора в отличие от Алины, может, и не понимали всей глубины этой формулы, но они видели ее изящество, ее пугающую простоту и ее абсолютную, неоспоримую правоту. Они поняли, что только что на их глазах произошло нечто, что перевернуло всю их науку с ног на голову.

Алина смотрела на экран, и по ее щекам текли слезы, но это были не слезы отчаяния. Это были слезы гения, который всю жизнь бился головой о стену и только что увидел, как кто-то подошел и небрежно нарисовал на этой стене дверь.

Я дал им мгновение, чтобы насладиться своим унижением, а затем, одним движением стилуса, стер свою гениальную строку, снова делая эту тайну своей и только своей.

Затем повернулся к ошеломленной Алине, игнорируя застывшие восковые фигуры профессоров.

– Ваши теории верны, но неполны. Ваше оборудование – примитивно, – произнес я спокойно, и мой голос прозвучал в тишине очень громко. – Я предоставлю вам любые ресурсы, неограниченный бюджет и полную свободу действий. Но вы будете работать на меня и только на меня! Мне нужен ваш ответ. Сейчас!

Она посмотрела на меня, потом на пустой экран, следом на бывших «коллег».

– Я согласна, – ответ был чуть ли не мгновенным.

Очевидная картинка сложилась в ее голове. Ей только что предложили выбор: полное забвение в этом мире старых догматиков или сделка с таинственным, пугающим, но гениальным незнакомцем, который только что подарил ей ключик от самой вселенной.

«Очередная жертва вашего обаяния, Ваше Темнейшество, – с удовлетворением констатировала ИИ. – Идеальная рабыня для ваших цифровых интриг».

Глава 13

Алина

– Я предоставлю вам любые ресурсы, неограниченный бюджет и полную свободу действий, но вы будете работать на меня и только на меня! Мне нужен ваш ответ. Сейчас! – в ее ушах все еще стоял уверенный голос таинственного незнакомца.

А также ее собственный, чуть ли не мгновенный ответ.

– Я согласна.

Она смотрела на него. На этого таинственного, пугающего незнакомца, который только что ворвался в ее личный ад, с легкостью растоптал ее мучителей и показал ей проблеск истинного, непостижимого гения. Также она видела униженные, искаженные злобой лица профессоров, а также побелевшего от ужаса представителя корпорации.

Было очевидно, что в этом городе, в этой стране, для нее все было кончено. Поэтому выбор был прост: полное забвение или сделка с этим странным гением. Впрочем, даже если бы не это, почему-то она чувствовала, что перед этой личностью она просто не могла дать иного ответа…

Он коротко кивнул, словно получил единственно возможный ответ.

– Хорошо. – Он протянул ей небольшую карточку из темного, матового металла. – Адрес. Жду вас завтра, в девять утра. Будьте вовремя.

И, не говоря больше ни слова, незнакомец развернулся и так же спокойно пошел к выходу, оставляя за собой мертвую тишину и зал, полный сломленных, униженных людей. Алина самозабвенно смотрела ему в спину, сжимая в руке карточку.

На следующий день, ровно в девять, Алина стояла у входа на большую стройку. Ее встретил хмурый, молчаливый мужчина с лицом ветерана, который представился Глебом. Он не задавал вопросов. Просто провел ее вглубь территории.

То, что она увидела, поразило ее до глубины души. Работа кипела с невероятной скоростью. Огромные каменные блоки, казалось, сами плыли по воздуху, вставая на место с идеальной точностью. Бригада рабочих под руководством прораба двигалась как единый, слаженный механизм. Их движения были подозрительно слишком точными, слишком эффективными для обычных людей. Это напоминало настоящую симфонию строительства, вот только дирижера она пока не видела.

Глеб провел ее к большому временному шатру, который снаружи выглядел как обычная армейская палатка. Но внутри… внутри это был сверхтехнологичный командный центр. Голографические экраны, потоки данных, сложные диаграммы и в центре всего этого, с чашкой чая в руке, стоял он. Тот самый таинственный незнакомец.

Он кивнул, указывая ей на центральный голографический стол.

– Добро пожаловать в «Эдем», инженер Романова.

Перед ней развернулся полный проект и Алина забыла, как дышать. Это были не просто чертежи, а мечта любого физика, любого инженера. Автономный энергетический реактор, работающий на принципах, которые она только-только начала теоретически осмысливать. Многослойные защитные контуры, вплетенные в саму ткань пространства. Вычислительные центры, чья мощность опережала все существующие в мире суперкомпьютеры на десятки, а то и больше лет. Это было невозможно, но в тоже время гениально.

– Ваша роль в этом проекте, Алина, – произнес Кассиан, отрывая ее от созерцания, – должность технического директора. Вы отвечаете за все. Энергетика. Технологии. Логистика поставок и, что самое важное, – он посмотрел ей прямо в глаза, – за цифровую безопасность. Я передаю вам полный административный доступ и неограниченные ресурсы. От вас требуется только одно.

Он сделал паузу.

– Результат и чтобы меня не беспокоили по мелочам.

Алина смотрела на чертежи, на этого странного, пугающего человека, и понимала, что только что шагнула из своего маленького научного мирка в совершенно иную лигу. Лигу, где правили не догмы, а результат и где невозможное было просто очередной технической задачей.

* * *

В то время как я знакомил своего нового технического директора с масштабом ее будущей работы, в другой части города, в залитом неоном пентхаусе, кипела бессильная ярость.

Виктор, начальник службы безопасности клана Мефистовых, стоял перед своими лучшими людьми. Его лицо было непроницаемым, как гранит, но в его ауре плескалась холодная, концентрированная ненависть.

Виктор был не просто подчиненным. Он был темной стороной Родиона Мефистова. Если Мефистов был «эстетом унижения», который ломал врагов ментально, то Виктор был мясником, который разбирался с теми, кто не был достоин внимания хозяина. Он начинал как обычный вышибала, но его заметили за патологическую жестокость и полное отсутствие совести. Именно Виктор пытал должников, устранял конкурентов и зачищал следы после самых грязных дел клана.

Его верность была верностью цепного пса, которого спустили с цепи и позволили вдоволь упиваться кровью.

Мефистов дал ему власть, безнаказанность и возможность реализовывать свои самые темные инстинкты и теперь тот, кто это сделал, тот, кто отнял у него его «игровую площадку», должен был заплатить. Ярость Виктора была яростью хищника, у которого отняли его добычу и его право убивать.

– Он не просто победил хозяина, – чеканил он каждое слово, обращаясь к элитной диверсионной группе, собравшейся перед ним. – Не просто забрал деньги. Он унизил нас! Растоптал имя Мефистовых на глазах у всей элиты, а на следующий день нагло выкупил землю, которую мы планировали осваивать!

Он обвел взглядом бойцов. Это были лучшие из лучших: бывшие спецназовцы, маги-боевики. Каждый из них стоил небольшое состояние.

– Ваша задача, – продолжил Виктор, – не убийство. Пока нет. Ваша задача – разведка. Вы должны проникнуть на его территорию. Оценить уровень его защиты. Установить скрытые маячки, собрать образцы почвы, воздуха, чего угодно. Мы должны понять, с чем имеем дело, но, – он сделал паузу, и в его глазах блеснул хищный огонек, – если вам представится возможность захватить его живым, не раздумывайте. Хозяин хотел бы… поговорить с ним лично.

Командир группы, наемник по прозвищу «Призрак», лишь коротко кивнул. Он был оснащен по последнему слову техники: личный камуфляжный артефакт, подавители магических сигнатур, пси-блокаторы. Для него это была рутинная работа. Еще один выскочка-маг, возомнивший о себе слишком много.

* * *

Глубокой ночью группа «Призрака» бесшумно скользила сквозь лес, приближаясь к границам владений противника. Они двигались как тени, их шагов не было слышно.

«Призрак» не был обычным наемником. Его настоящее имя было давно забыто, заменено позывным, который стал легендой в теневом мире. Он и его команда, «Фантомы», были элитой. Не громилами для грязной работы, а хирургами.

Бывшие оперативники кланового спецназа, уволенные за «чрезмерную жестокость и несанкционированные методы», они нашли свое призвание в частном секторе. Их нанимали, когда нужно было решить проблему тихо, чисто и навсегда. Их презирали, но их услугами пользовались все – от глав кланов до правительственных чиновников.

Для Призрака эта миссия была рутиной. Очередной выскочка-аристократ, возомнивший о себе слишком много. Он слышал слухи о том, что случилось с Мефистовым. Псионическая атака? Ментальный срыв? Чушь. Скорее всего, этот Воронов использовал какой-то неизвестный нейротоксин или запрещенный артефакт. Магия всегда была хорошим прикрытием для более грязных дел.

– Группа, проверка снаряжения, – его голос был тихим, почти беззвучным шепотом в зашифрованном канале связи.

– Подавители магии в норме, – доложил техник «Эфир».

– Пси-блокаторы активны, – отчитался маг поддержки «Мираж».

– Чисто, – коротко бросил снайпер «Тень», уже занявший позицию на дереве.

Они были готовы. Их снаряжение стоило больше, чем годовой бюджет небольшого города. Их навыки были отточены десятками подобных операций. Они не боялись магов. Они были специалистами по их устранению.

– Помните, – сказал Призрак своим людям. – Наша задача – разведка. Никакой самодеятельности. Вошли, установили маячки, взяли образцы, ушли. Наш наниматель, Виктор, заплатил щедро, но он из тех, кто не прощает ошибок. Работаем чисто.

Он усмехнулся про себя. Вся эта история с «проклятой землей» и «всемогущей сущностью» была бредом для запугивания дилетантов. На самом деле, все было просто. У каждого мага есть источник силы. У каждой защиты есть предел. И у каждого человека есть точка, надавив на которую, он ломается. Нужно было просто ее найти.

– Периметр чист, – доложил техник группы, глядя на показания своих сканеров. – Никаких барьеров. Ни магических, ни технологических. Вообще ничего. Похоже, наш зазнайка потратил все деньги на землю и на охрану уже не хватило.

Призрак снова усмехнулся. Как и ожидалось. Легкая работа.

– Входим. Двигаемся осторожно. Не шуметь.

Они пересекли невидимую границу участка. Первый шаг. Второй. Ничего не произошло.

– Чисто, – доложил техник. – Я же говорил…

Он не договорил. Экран его сканера замерцал, покрылся помехами и с тихим щелчком погас.

– Что за черт? – выругался он. – Помехи. Мощные.

– У меня тоже, – доложился «Мираж». – Навигатор сошел с ума. Показывает, что мы в центре океана.

– Связь с базой пропала, – хрипло сказал Призрак в свою гарнитуру, но в ответ услышал лишь шипение статики. – Мы одни.

Он поднял руку, приказывая всем замереть. Усмешка сползла с его лица, сменившись напряженной сосредоточенностью. Он был опытным наемником и знал, что это значит. Это не были просто помехи. Они уже были внутри ловушки. Только ловушка была невидимой.

* * *

Кассиан

Я сидел в своем временном командном центре перед большим голографическим экраном. На нем, в режиме ночного видения, отображались точки, обозначающие диверсантов, которые неуклюже крались по моему лесу. Рядом со мной стояла Алина, ее глаза были прикованы к экрану. Она наблюдала с профессиональным любопытством и плохо скрываемым волнением. Для нее это было первое боевое крещение в роли моего технического директора. Для меня же – очередной сеанс борьбы с насекомыми.

«Они отключили все свои приборы, Ваше Темнейшество, – доложила ИИ в моей голове. – Перешли в режим полного радиомолчания. Пытаются двигаться по старинке, используя компасы и карты. Наивно.»

Я сделал глоток остывшего чая и лениво взмахнул рукой.

– Начинаем представление. Фаза первая: «Дезориентация».

* * *

Призрак сжал челюсти от злости. Все их оборудование было мертво. Экраны погасли. Связь с базой превратилась в белый шум. Их просто отрезали.

В голове Призрака, в абсолютной тишине, проносился анализ. Это была не просто постановка помех. Помехи можно отфильтровать, обойти. Снаряжение это позволяло. Это было нечто иное. Их просто… выключили. Словно кто-то подошел к рубильнику и обесточил все их оборудование.

Никаких следов магии, никаких энергетических всплесков. Чисто. Абсолютно чисто. И от этого становилось по-настоящему неприятно.

Миссия из простой превратилась в сильно непростую. Теперь они были слепы, глухи и отрезаны от мира. Их снаряжение, стоившее целое состояние, превратилось в бесполезный хлам.

Что он чувствовал? Не страх. Страх – это для новичков. Он чувствовал профессиональное унижение.

– Идем по компасу, – рыкнул Призрак и повел отряд дальше. Он закончит эту миссию со снаряжением или без него.

Они шли уже пятнадцать минут, строго на север, по выверенному азимуту, к предполагаемому центру участка, но луна, которая по всем законам астрономии должна была быть у них за спиной, теперь нагло светила им прямо в лицо.

Деревья, казалось, повторялись. Вот та же самая уродливая сосна с раздвоенным, как змеиный язык, стволом, которую они проходили пять минут назад. Он был в этом уверен.

– Компас врет, – прошипел он и обратился к своим людям шепотом. Его техник, молодой парень по кличке «Эфир», с ужасом смотрел на прибор в своей руке. Стрелка не просто сбилась. Она бешено вращалась, как одержимая.

– Всем ориентироваться по звездам, – скомандовал Призрак, пытаясь сохранить в голосе спокойствие. – Двигаемся дальше.

Они пошли, но с каждым шагом ощущение иррациональной неправильности лишь нарастало. Лес вокруг них начал жить своей жизнью. Тропинки, которых не было ни на одной из их карт, появлялись из ниоткуда, маня в густую чащу, и тут же исчезали, стоило отвести от них взгляд. Тени деревьев вытягивались и корчились, принимая уродливые, человекоподобные формы.

А потом начались звуки.

Сначала это был едва слышный детский смех, доносящийся, казалось, со всех сторон одновременно. Затем он сменился тихим, зовущим шепотом и этот шепот был самым страшным. Он не был безликим. Шепчущий, казалось, знал их.

«Ты снова нас подвел, Призрак», – прошептал ему на ухо голос его бывшего командира, которого он не слышал уже два года.

– Вы это слышали? – нервно спросил один из бойцов, здоровяк по имени «Молот», вскидывая автомат. Его лицо было бледным.

– Это иллюзия, – процедил Призрак, хотя его собственное сердце колотилось в груди. Он был опытным наемником, сталкивался с псайкерами, но это было нечто иное. Слишком тонкое воздействие. Слишком объемное и реальное. – Ментальная атака. Пси-блокаторы на максимум! Держать строй!

Но было поздно. Паника уже пустила свои корни.

– Она зовет меня… – пробормотал «Эфир», глядя в темноту широко раскрытыми глазами. – Мама?

В следующую секунду «Молот» с диким криком открыл огонь по теням, его автоматная очередь вспорола тишину и стволы деревьев.

– Прекратить огонь! – рявкнул Призрак, бросаясь к нему и выбивая оружие из его рук. – Ты идиот⁈ Ты нас всех выдашь!

– Там! Оно было там! – кричал «Молот», его глаза были безумны. – Оно смеялось надо мной!

– Здесь ничего нет! Это все у тебя в голове! – кричал в ответ Призрак, пытаясь удержать свой отряд от полного распада.

* * *

Кассиан

– Они напуганы, – констатировала Алина, не отрывая взгляда от голографического экрана. Ее голос был смесью научного любопытства и благоговейного ужаса. – Жизненные показатели всех пяти объектов нестабильны. Зашкаливает уровень адреналина, пульс рваный. Они в состоянии паники.

Точки, обозначающие диверсантов, беспорядочно метались по карте, то сбиваясь в кучу, то разбегаясь в разные стороны. Их тактика, их профессионализм, их хваленая выучка – все это рассыпалось в прах перед лицом иррационального, первобытного страха.