Текст книги ""Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

Соавторы: Александр Лукьянов,Владимир Журавлев,Станислав Лабунский,Александр Тихонов,Ирина Гостева,Владимир Атомный,Михаил Белозёров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 239 (всего у книги 341 страниц)

А вот Сергий доходчиво объяснил, что его угроза распространяется и на меня, поэтому занятия по рукопашному отменить не удалось. Мы с Мариной едва успели помочь Снежане с размещением, как уже было нужно бежать, а что началось на тренировках – лучше не вспоминать. В деда будто бес вселился. Я в итоге не преминул спросить про сыновей графа, а тот ответил:

– Кого я только не учил, Игорёша, – зыркнул он и прихлебнул из чашки, бодренький. Мы же едва дух в теле держим – растянулись на лавках. – А ты смотри не думай, что за тебя зуботычины буду раздавать. Это я просто мимо проходил. Интересно стало о чём речь ведёте. Вдруг, думаю, по грибы собрались, так я подскажу, какие лучше не собирать.

Мы, словно икая, рассмеялись. Надрывно и умирающе.

Отдав долг учению, неспешно двинулись к гостинице. Наконец настала пора разговоров. Как и всегда – всей сути я сказать не могу, с каждым человеком есть свои ограничения.

– Значит, обрюхатил и свалил из Колывани, – хихикнула Марина. – Да никого попало, а дочь самого графа Александрова. Это… просто верх смелости и вольнодумства. Уверена, когда поползут слухи, ты станешь героем.

– Только этого не хватало, – проворчал я. – Ты лучше пресекай их.

– А на что сговорились? – как завзятая сплетница, сощурилась Марина. – Она тайно родит и типа ничего не было? Или аборт?

– О Боги, нет. Я пообещал графу, что разберусь с проклятьем родового имения, а он, взамен, даст добро на свадьбу.

У Марины распахнулись глаза, полны удивления и тех самых ноток, что будят мою совесть.

– Прости. Я понимаю, что это неприятно и…

– Так-так, – закивала она, – что там за “и”?

– Ну, – повёл я головой, – как бы… мы с тобой близки, а тут снегом на голову это всё. Наверняка ты чувствуешь себя преданной, но это вовсе не так.

Идём по аллее в сторону дома, где остановилась Снежана.

– А как? – невинным голоском поинтересовалась огнёвка.

– Марин, ну чего ты меня мучаешь?! Я и сам не знаю, как всё так вышло.

– Даже помучить теперь нельзя? – изумилась она.

– Можно, – проворчал я, наливаясь тяжестью и смотря под ноги. – Имеешь полное право.

– Ах-ха-ха! – залилась та смехом. От моего косого взгляда её разобрало пуще прежнего, аж досада берёт.

– Ну чего?

– Ой, Котик, – с трудом успокаиваясь, схватилась она за рукав, – ты просто нечто. Приятно, знаешь ли, немного поиграть с твоими чувствами. Самую малость. Иди ко мне!

Она откровенно прижалась и притянула для поцелуя. Страстного и жадного.

– Я же не дура какая-нибудь. С самого начала было ясно, что тебя несёт по жизни вихрь. А вот если будешь заглядывать ко мне – это будет хорошо.

– В смысле заглядывать?

– Ну, ты же к этой благородной красотке переселишься теперь.

– Так, я курить хочу, – нервно отозвался я и потянул Марину к скамейке. Быстро забил, глубоко затянулся, привычно ощущая, как дурманящий яд пошёл по жилам. Потом говорю:

– Не хочу я никуда переезжать. Мне в Удаче хорошо.

– А графская дочка?

– Её Снежана зовут.

– Игорь, ты что хочешь оставить её одну там? – прыснула Марина.

– Нет. Пусть с нами живёт.

– Ага. Ты ничего не забыл? Снежана – это представительница рода Александровых. Дочь графа, одного из Шести. Какая к чёрту гостиница?

Я пожевал губы и подвигал бровями.

– Спросим у неё, короче.

– Вот ты простой, – рассмеялась девушка. – Даже если согласится, то бросит тень на репутацию. Тебе потом граф спасибо не скажет.

– У меня нет других вариантов пока.

– Хи-хи, ладно.

– Когда придём, дашь нам некоторое время на поговорить? Это касается будущего ребёнка.

Через минут десять уже оказались на месте. Дом из престижных, в три этажа. Отряд охраны по периметру. Словно золотая клетка для дивной птицы.

Марина порывалась остаться снаружи, мол, поболтает с ребятами, ногами на качельке подёргает, но я настоял на обратном. Служанка быстро оповестила госпожу о нашем прибытии и вот уже в гостиную вошла Снежана. Статная, душистая и красивая, в лимонном платье до пят.

– Ты наконец расскажешь, что это за девка рядом с тобой отирается?

– Меня зовут Марина, госпожа, – склонилась она. – Прошу простить за навязчивость. Я здесь по воле Игоря.

– Это правда, – кивнул я, откровенно любуясь дочкой графа. – Давай присядем и я всё расскажу. Так соскучился, ты не представляешь себе.

– Как-то было непохоже, – дернула она головой. – Хорошо. Аннушка!

Снежана извлекла колокольчик из кармашка и несколько раз позвонила. Получив указание накрыть стол, служанка поспешила на кухню.

Потекло размеренное повествование. К моменту ожидаемых вопросов про будущее нашей дочки, Марина всё верно поняла и ушла помогать Аннушке по кухне. Я удостоверился, что нас никто не слушает и уже тогда говорю:

– Свою первую дочь я пообещал кое-кому. Не подумай чего плохого, это не жена-игрушка и не жертва. Она станет адептом великой силы.

– Я не понимаю, – помотала девушка головой. Жадно осушив бокал с вином, я пересел к ней на софу и взял за руку. Снежана заметно вздрогнула.

– Просто поверь мне. Я не называю имён из желания уберечь тебя. Чем меньше людей будет знать о существовании этого тайного общества, тем лучше. Наша дочь станет последователем этой школы и проживёт долгую, достойную жизнь.

– А что, если я не захочу? Игорь, ты хоть понимаешь, как это всё звучит? – румянец стал разливаться по щекам всё больше волнующейся Снежаны. – Сначала папа устроил скандал. Я думала стены дома упадут нам на головы. Заставил ехать с ним и всю дорогу рассказывал, как будет тебя убивать. Я чуть с ума не сошла. Ничего не помогало. И упрашивала, и плакала от бессилья, и грозила покончить с собой. Братья тоже вдруг ополчились. Даже Олег. А ведь обычно всегда меня защищал. Представь? Собрались все и едут лишать тебя жизни. Это потом уже стало известно, что в Москве совет созывается. Я чего только не передумала, какие только варианты не перебрала. Уже хотела нож в живот воткнуть, – всхлипнула Снежана, перейдя на жаркий шёпот. – И тут ещё, в Петергофе. С одной стороны – папа с братьями, с другой – ты. И все готовы друг друга поубивать. Ты не представляешь каково мне… Почему наша дочь должна куда-то уходить?

– Потому что я обязан им жизнью, моя милая, – мягким голосом сообщил я, поглаживая по руке. – Все мы обязаны. Просто уже не помним заслуг этого тайного общества. Много воды утекло с тех времён, когда были спасены. И, конечно, имея я возможность, то обсудил бы это всё до зачатия.

Смущение взяло верх и у Снежаны дёрнулись в улыбке уголки губ.

Говорю:

– Давай не будем сейчас думать и гадать. Ещё столько лет впереди. Сейчас есть дела поважнее.

– Да, кстати! – с новой силой запылала яшма в её глазах. – Что это ещё за Марина? Ты меня на простушку променял?!

– Цветов в саду много не бывает, – улыбнулся я.

– Это как? – захлопала она глазами.

– Это значит, что ты красивая, ценная и менять я тебя не собираюсь.

– А она тогда чего с тобой ходит? – полушёпотом спрашивает Снежана. Служанка и обсуждаемая персона уже за дверью.

– Вы подружитесь, точно тебе говорю. Тебе знаешь, как весело будет?

– Я и сама могу найти себе развлечения, – прошипела Снежана напоследок, а на стол уже стали расставлять первые и вторые блюда.

Марина вдруг подхватила белоснежную салфетку и склонилась к Снежане.

– Госпожа, – томно прошептала она, – позвольте я смахну крошечку…

И действительно, нежно прихватив за подбородок, она лёгким движением провела тканью в уголке рта Снежаны. Сцена выполнена столь намекающе, с буквально плещущейся похотью из уст, глаз и приоткрывшегося декольте Марины. Я подумал, что моя высокородная возлюбленная сейчас ударит безумствующую простушку, может даже прикажет ребятам из охраны наказать её, но щёчки раскрасил румянец, Снежана сглотнула и говорит:

– Благодарю.

– Позвольте я поухаживаю за Вами? – тут же спросила Марина, не думая выпрямляться и всё так же находясь в двух пядях от лица.

– Хорошо.

– Ань, – обрадовано воскликнула Марина, принимая нормальное положение, – я тут сама управлюсь.

Служка поклонилась и вышла.

Я сижу глупо улыбаясь. Марина, похоже, лишена всяких скоб. Нужно неожиданным манёвром взять крепость – она бросится на штурм так, словно всю жизнь только и ждала этого момента.

Пару раз едва не подавился. Моя шальная огнёвка напитала банальную трапезу такой томной подоплёкой, что Снежана только и могла бросать растерянные взгляды на меня.

Вопрос: кому и где жить, встал после. Хоть и вымотался уже, но я снова начал дипломатично вводить новоприбывшую в наш петергофский быт. К счастью, на время беременности, граф Александров велел дочери пожить в Санкт-Питербурге, где есть всё для достойной жизни и, главное, обеспечения безопасности. Но заглянуть в гостиницу Марина Снежану таки уговорила, мол, чтобы знала куда ехать в случае чего.

Оставив девушек наедине, я вышел покурить. С чувством мощнейшего облегчения. Это же подумать только – ещё несколько часов назад мне грозила смерть, даже более того – я был готов её принять, но вот ураган утих и паруса надувает уже простой морской ветерок.

Пока курил, пообщался с ребятами из охраны. Вообще они стояли молча, я сам подошёл – всё же мою будущую жену охраняют, мать моих детей. Нужно понять, насколько можно доверять. За короткое время выслушал пару десятков анекдотов и, в целом, убедился в надёжности. Эти не только патрулями в жизни ходили – под руководством Ортеговича довелось зачищать бандитское логово, а также ловили летучую тварь по ближайшим деревням, весьма досаждала хозяйству. Меня знают и уважают, поэтому просьбу смотреть в оба и, если вдруг что, отправить весть, восприняли спокойно, без обиды. Крепко пожав руки, я вернулся в дом.

Девушки успели построить планы на вечер. В честь приезда столь значимой персоны, а также по целой череде поводов: долгожданная встреча, беременность, мирное разрешение конфликта, – мы будем праздновать, не щадя кошелька и невзирая на простой статус приглашённых: Ивана с Катериной. Снежана быстро заразилась от Марины тягой на шалости и безумные поступки. Времени на подготовку почти не осталось, так что мы скорее отбыли. Нужно подготовить гардероб и уговорить брата с его девушкой. Вечер обещает быть грандиозным.

Глава 10

Какая свадьба без драки? И хотя у нас не свадьба вовсе, но драку никто не отменял.

Ресторан выбрали красивый. Много стекла, хрусталя и света. Большие окна и вычурная роскошь. Вообще я предлагал занять более спокойное место, но тут уже Снежана скомандовала не спорить и мы влились в сверкающее великолепие зала.

Иван и Катерина в нарядной, но при этом простой одежде – костюм-тройка и чёрно-белое платье с длинным рукавом. Это всё, что удалось найти за короткое время. Марина же снова облачилась в кожу, продолжая искать идеал эффектности и понемногу докупая то куртку, то штаны. Красный декоративный плащ и алые губы – роковая часть образа.

Наиболее достойна выбранного зала, конечно, Снежана. Её роскошное бледно-винное платье, в купе с рубиновым колье, производят неизгладимое впечатление. Как и Иван, к месту мы явились в плащах, пусть даже и воспользовались тёплым экипажем – эдаким великаном среди мелких собратьев припаркованных рядом. Под плащ я надел снежно-белую сорочку и брюки. Но не обычного кроя, а с проставкой в паху и коленях – вдруг придётся ногами махать.

Как в воду глядел. Нам хмель голову не кружил, как-то все воздержались, разве что слабенький мёд или квас, который пили мы с братом, а вот господам дворянам, что нагрянули в ресторан посреди веселья, он застлал разум.

Самое обидное, что мы только разгулялись. Уже и песни пошли, и ансамбль заиграл требуемое, а тут эти пошатывающиеся маги. И ведь могли пройти мимо, но окна большие, внутри светло и яркие наряды. Мужчинам захотелось потанцевать.

– Мы не танцуем, – с усмешкой заявила Марина. Снежана так вообще проигнорировала.

Я склонился к уху Ивана и говорю:

– Брат, сдвинь столы так, чтобы когда эти утырки полетят, меньше посуды разбили. Прям дорожку к окну сделай. Я попробую оттянуть драку.

А белобрысый дворянин тем временем начал хватать Марину за руки, да и остальные оживились. Огнёвка ловко отбилась и дала пару точечных ударов по болевым. Молодой маг взвизгнул и, оглашая зал криком, завалился на пол.

– Так! – проорал я. – Тихо все, тихо. Ну, чего смотрите. Дамы не желают танцевать.

– Тебя…– едва волоча языком, стал говорить ближайший, но полезли с репликами остальные и он долго добивался тишины, чтобы продолжить, – тебя… забыли спросить. Мы… хотим танцевать и… точка!

– Готово, – шепнул Иван.

Упавший оказался подлым малым, чуть отделавшись от боли, плюнул огненным шаром в Марину. Я едва успел заметить колебания эфира и интуитивно исторг струю воды. Раздался лёгкий взрыв и всё тут же заволокло паром. Я, не упуская и терции времени, кинулся к противникам.

Три на ногах, один пытается подняться. Первый стоит боком – двоечка в голову, коленом в живот. Слышен хруст. Второй уже полубоком. Я зарядил с ноги в грудь, но в последний момент одумался и по инерции залепил локтем в скруте – сознание вылетело тут же.

В теле ярость, руки просят крови. Еле сдержался, чтобы не пробить третьему в сердце – это бы вызвало разрыв жил и мгновенную смерть. Но нельзя. Поэтому бью в подсаде в колено и тут же встречаю локтем в голову.

Последнего ударил уже в присядке ребром ладони, словно рубя. Пар к этому времени стал рассеиваться, я вызвал лёгкий ветер и вот уже сбежавшимся служащим явилась картина с четырьмя поверженными магами. Разбился всего один бокал.

Чуть погодя в ресторан прибежал патруль. Я продемонстрировал бляху, дал показания и велел зачинщиков драки отправить сначала к лекарю, а потом в темницу. Никаких поблажек и уступок. Оскорбление чести, угроза жизни, порча имущества. На утро обещал явиться для дачи письменных показаний.

Не прошло и десяти минут, как зал принял прежний вид, а нас искренне поблагодарили за изящное решение конфликта. Снежана распорядилась, чтобы счёт выставили семьям мерзавцев.

Мне даже пришлось успокаивать дочь Александрова, грозящую четырём незадачливым пьяницам всяческими карами, мол, как посмели, но я постарался остудить пыл. Ребята, конечно, дураки, но своё уже получили. Вернее, дополучат. Варить их в чанах с маслом или медленно поджаривать на углях не стоит.

Страсти понемногу улеглись и мы продолжили. Стараниями владельцев ресторана и руками прислуги, инцидент практически выветрился из сердца, уступив место веселью и радости. К нам даже присоединились ещё трое дворян, но адекватных и дружелюбных. Как я понял – узнали в Снежане дочь графа. На одном из перекуров, ко мне вышла сначала Марина, а потом и Снежана.

– Котик, ты меня поразил этим выстрелом, – успела признаться огнёвка до появления второй девушки. – Как успел?

– Пришлось поднапрячься. Хотел обратить воду в лёд, но не вышло.

– Да, меня тоже это вопрос волнует, – заявила Снежана, подыскивая место, куда сесть. Я поднял руку, привлекая внимание обслуги, но те не заметили, пришлось щёлкнуть пальцами со вспышкой. Вскоре для всех вынесли стулья.

Я перезабил и говорю:

– Какие бы вы не были одарённые, а защищать вас надо в первую очередь. И дело не в гневе Геннадия Андреевича, а в моих принципах. Думать-то и некогда в такие моменты. Просто сражаешься. Убиваешь и стараешься выжить.

– Я видела много состязаний и даже серьёзных драк, – проговорила Снежана, – вспомнить хотя бы колыванский отбор в гимназию. И там, и сейчас, ты показываешь совершенно иное мастерство, Игорь. Мои братья и отец тоже владеют навыками рукопашного боя. Это действенная школа, доступная только самым могущественным родам. Но, мне кажется, что даже на их фоне ты выделяешься. Кто был твоим учителем?

Я посмеялся.

– Не был, а есть – это Сергий. Помнишь, мы с Мариной на занятия пошли – вот.

– Поняла, – коротко кивнула Снежана, но решила дополнить, – а на отборе разве ты не показывал то же мастерство?

– Ой, там было всего несколько трюков, что мне удалось освоить в портовых драках. Зато очень действенных, ибо ничего жёстче этих безжалостных драм я пока не встречал.

– Расскажешь о какой-нибудь из? – воспылала интересом графская дочь.

– Естественно, – улыбнулся я, памятуя о её пристрастиях.

На следующий день учёбе тоже было не суждено случиться. Проснулись поздно, пока минули завтрак и проводы Снежаны – уже обед, а там и занятия у Сергия.

Ещё и показания пришлось дать. Поправшие правопорядок уже успели прийти в себя и протрезветь. В тесной комнатке для посетителей громко ругалась дородная дворянка, которая оказалась родственницей одного из задержанных. Я попросил главу тюрьмы не раскрывать причин моего прихода и роли в заключении преступников.

Позже, не доходя школы, Марина мне рассказала одну из последних сплетен-страшилок. Муж какой-то знатной особы, оказался любителем сходить налево. Не то чтобы это было для супруги тайной, просто всё ей хотелось поймать изменника в процессе и тем самым прижать. Каждый раз он ловко проворачивал встречи и жена кусала от досады локти. Марина особенно отметила, что той даже не столь важен стал сам факт измены, сколько хотелось победить в необычном соревновании. И таки удалось, но не совсем желанным образом.

Мужа нашли убитым в гостинице. В комнате была ещё и любовница, тоже мёртвая. Широкую огласку же новость получила в силу особенностей смерти – оба тела были буквально раздавлены, словно попав под огромный кузнечный пресс. Сломанной оказалась и кровать и даже доски пола местами треснули. Тела удалось опознать лишь чудом, ибо магическая их часть уже успела полностью раствориться, но сохранились лица.

Подозрения пали на жену. Та же клялась и божилась, что об изменах знала уже давно, но лишь хотела застать мужа за непристойным делом. Дать пощёчину, высказать обиду в лицо, но никак не убивать. От казни её спасла только стихия и возможности – вдова оказалась Новиком-водником.

– Так, – глянул я на часы, – минут тридцать ещё есть. Давай зайдём за сапожками, которые ты хотела, и у меня табак на исходе.

Немногим позже сели на скамейке перед парадным входом в гимназию. Я раскурил трубку и говорю:

– Странно. Бытовые конфликты обычно легко разъясняются. Может, она просто подослала наёмного убийцу?

– Да, похоже на то. Поэтому она до сих пор под стражей.

– Скорей всего, вину таки возложат на неё. Раз такой шум поднялся, нужно обязательно довести до конца. Или казнь, или сошлют в острог.

– Котик, а ты бы не мог повлиять на приговор? – вдруг спросила девушка.

– Зачем?

Она встретила моё удивлённый взгляд открыто.

– Это прямая родня швеи, у которой я постоянно бываю. Мы стали уже достаточно близки и хочется помочь.

– Даже не знаю, Морена…– покачал я головой. – Ортегович в Москву укатил, а замглавы тот ещё пёс. Здесь нужны доказательства.

– Жаль, – скуксилась девушка. – Она постоянно в слёзы срывается, мол, не могла Зинка такое сотворить.

Я глубоко вдохнул и натужно выдохнул.

– Посмотрю, что можно сделать.

– Ой, Котик, правда? – искренне изумилась она.

– Только ради тебя.

Марина бросилась обнимать и целовать, я едва успел убрать горящую трубку. Прохожие одарили нас осуждающими взглядами.

После занятий боем, уговорил Марину зайти ещё на часик на тренировочные площадки, где отрабатывают практическую магию. В большинстве своём боевые атакующие конструкции.

Может потому, что я только недавно начал развиваться в стихийной сфере, но какого-то отторжения ни к одной не испытываю. Все даются более-менее хорошо. Проблема только в тренировках. Дабы на поле боя солдат мог легко вызвать любимую форму, нужно тысячу раз натренировать её на площадке. Мне формы даются лишь благодаря высоким возможностям в концентрации.Хотя мы не тренировали стихийную магию в Свейском Королевстве, но я ни дня не сидел без дела. Не потому что не хотелось, а потому что отец жёстко следил за тренировками. До сих пор есть лёгкий жар обиды от успехов Биркира, вот только теперь стало понятно – пусть он и был всегда впереди, но мы двигались и росли. Сейчас я могу легко вызвать ледяное копьё, водяной или иной хлыст, сжать огонь в шар, либо же просто заставить аэр двигаться быстрее. Ничего особенного, но это одни из наиболее используемых форм в бою.

– И чего делать будем? – громко спросила Марина, стоя на расстоянии пятидесяти шагов.

– Давай устроим шуточную дуэль. Только ты меня бей по-настоящему, а я буду рядом с тобой.

– А чего это мне поблажки?

– Это не поблажки, – рассмеялся я. – Просто, если мужчин шрамы красят, то ты же не хочешь себе такое уродство?

Она залилась смехом.

– Нет, конечно. Иначе ты потеряешь ко мне интерес.

– Думаешь, я только из-за постели с тобой?

– Всё, хватит вопросами бросаться!..

В меня полетел шар. Быстро! Проще увернуться, но мы здесь для другого. Задал эфиру форму водяной стены, как вдруг мяч пробил её.

Слабее и почти не опасный, но благодаря скорости он обдал правую руку жаром, а нос скрутило от запаха палёных волос. Я зашипел от боли.

– Лови ещё! – звонко прокричала Марина, а ко мне уже мчит новый снежок из огня. Маленький, такие легко творить, словно горох через трубку пулять, набив им рот.

Я завертелся волчком. Пришлось таки отступить к последнему бастиону – моим способностям в рукопашном бою, его акробатической части. Скачу, верчусь, уклоняюсь! У Марины громовская школа во всей красе – простота, скорость, мощь.

Взяла досада. Я же не заяц, чтобы скакать и бегать. Нужно показать, каков он – чин Гридя. Наследник ли я рода или слабак?

Распластавшись в очередной раз в воздухе, на короткий миг, я выбил из головы все мысли, а также чувства пространства и тактику дальнейших движений. Словно остановившись во времени, но без умения Ахримана.

Представляю, как ветер обрушивается на водную гладь, как подхватывает её. Сначала мелкой моросью, потом каплями, и вот уже ввысь стремительно поднимается бурлящая стена воды.

Теперь нужно скрепить образ магическими формулами. Они простые, но каждая должна оставаться в уме как раскалённое железо. Нужна большая концентрация. И чем сложнее образ, тем больше формул.

Я сумел провернуть всё это за доли секунды. Смог бы и на поле боя, но это огромный риск. Без ложной скромности нужно согласиться, что большинству такое недоступно, только уникумам, вроде Нестора.

Готовая конструкция издала особый звон и тут же потянула из меня силы. Жадно, ненасытно, я едва успел ограничить эти аппетиты, как, наконец, ловко приземлился на ноги, а мир наполнился рёвом. Со свистом и хлопками, с влажным запахом свежести вверх ударила струя воды. С каждым мгновением она становится мощнее. Сердце замерло от страха за Марину и я большим усилием остановил рост. Вокруг тысячи пудов воды, перевитые жгутами воздуха, и вся эта титаническая масса вращается с безумной скоростью. Уже успела в землю закопаться на сажень, отчего к бело-голубой гамме примешалась коричневая.

Наше состязание окончилось. Остается ждать, когда отпущенная мною сила израсходует себя и стихия угаснет. Ничто не может прорваться сквозь грохочущую стену. Кличет ли меня Марина, а может, кто прибежал подивиться, не представляется возможным – я крепко увяз в самом центре водяного буйства.

Наконец запас начал иссякать и стихия медленно осела. В ноги толкнулись волны, побежали по земле дальше и обильно обрушились в специально устроенный для этого арык.

На меня смотрят две пары глаз: Маринины и учителя по маг.физ-ре. Девушка – шокировано, а наставник полон восторга.

– Вот это ты молодец! – заключил он, к сожалению, не запомнил имени.

– Спасибо, – поклонился я. – Ничего, что мы тут…

– Важно иное, Игорь…– он прервался, ибо не сумел перепрыгнуть ров и грохнулся в него. Я бросился на помощь.

Вскоре учитель снова предстал пред глазами, нисколько не смутившись падением.

– Важно, что ты можешь создавать столь сложные формы. Давай почаще на занятия приходи, хочу посмотреть, как будешь справляться с другими. Из стандартного ряда.

– Очень постараюсь, господин магмейстер.

– Брось величать, я всего лишь преподаватель, – хлопнул он по плечу.

– Зато очень хороший, – ответил я улыбкой. – Скажите, почему готовая форма сосёт силы без остановки? Я едва успел это остановить.

– Пробелы в образовании, дружище, – усмехнулся он. – Суть в том, что ты должен рассчитывать, насколько сильным будет результат. Надо чуть припугнуть, едва-едва даёшь напитаться, ну, а коли там прям замес пошёл – бей в полную силу. Лучше вложиться в один удар, чтобы уж наверняка.

– Вообще не понятно, когда стоит остановится, – признался я.

– Тут только с опытом приходит чувство. Так что, не пропускай физру, – подмигнул он. – Ладно, мне пора обратно. Ах ты ж чёрт! Абдулов прётся…

Я помог перебраться учителю через ров, Марина встретила ободряющим взглядом, вцепилась в руку.

– Колыванский! – воскликнул замглавы ещё издалека. – Что тут происходит?

– Не переживайте, Вениамин Игоревич, – вступился учитель, – это я попросил показать его свои возможности.

– А кто это будет теперь убирать, – зло процедил тот, запыхавшись и рассыпая искры ненависти из глаз.

– Ну, кроме “кротов” некому, – развёл руками лучший, как мне теперь кажется, преподаватель в гимназии. – Я сейчас составлю отчёт и дам заявку.

Замглавы удостоил каждого уничтожающим взглядом и разъярённым комом двинулся обратно.

– Я ваш должник.

– Распрямись, Игорь. Мне радостно видеть такие успехи. Да ещё и напоказ. Клановцы-то берегут семейные наработки.

– Простите, как Вас зовут, а то я никак не могу вспомнить? – протянул я руку.

– Сычёв Мыккла Эввнэнчевич, если по-саамски, а так, можешь Николаем Ивановичем звать, – улыбнулся он.

– Мне будет трудно только отчество запомнить.

– Ну, как удобней, Игорь.

Мы попрощались. Потом я пожал руки некоторым из сбежавшихся зевак, а когда они оставили нас наедине, снова пришло время для перекура.

– Вот всегда ты так, – в шутку пожурила Марина.

– М?

– Ка-а-ак дашь, размахнёшься… словно хочешь показать ничтожность.

Я заглянул ей в глаза.

– Довлеть над тобой, Морена, я предпочитаю в кровати.

– Ух ты! Считается.

– Сегодня, если честно, стихия едва не вышла из-под контроля. Мне же хотелось создать достаточно сильный, но небольшой вихрь, чтобы можно было сократить дистанцию с тобой.

Выпущенный дым, душистым облачком стал медленно подниматься, теряясь в листве деревьев над скамейкой.

– У-у, сокращать со мной дистанцию надо и почаще, Котик, – прижалась она.

– Ну! Не на людях же, – хыхыкнул я.

– Ты же знаешь, – уставилась она полными страсти глазами, – как порой захлёстывает желание.

Мои губы взяла кривая улыбка.

– Пошли в гостиницу тогда.

– Боюсь, не дойду.

– Ты тут собираешься?!

– Давай найдём укромный уголок? – взмолилась она, потирая обтянутыми в чёрную кожу ножками.

– Ладно, пошли, – подхватил я её под руку.

Меня охватили кураж и томление. Мы скорей поспешили с людной аллеи в сторону переулков и закутков, а я, в один момент замерев, попробовал окинуть округу тонким зрением. Хоть и плохо, но удалось. Наметил путь.

С основного проспекта мы сворачиваем на широкую улочку, уже на ней, меж двухэтажных домов, взбегаем по лесенке, потом вниз во внутренний двор. Ещё марш – в сухой склад, устроенный в подвале. Пищат в полумраке немногочисленные мышки, настороженно глянул облизывающийся кот в глубине, ноздри ласкает запах фруктов и сена.

Объятый страстью, я подхватил Марину и прижал к массивной деревянной опоре. Впился в губы.

Поцелуй потянулся пылкий, со сладкими причмокиваниями. Подхватив рукой её голову, я сильней прижимаю, в то время, как языки стараются выяснить, кто главный. Сплетаясь, толкаясь и щекоча.

Дальше всё окутал туман страсти. До её миниатюрной груди я добрался быстро, лаская и руками, и ртом, а вот с кожаными штанами пришлось повозиться. Но, как только они прекратили сопротивление, наши тела воссоединились.