Текст книги ""Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

Соавторы: Александр Лукьянов,Владимир Журавлев,Станислав Лабунский,Александр Тихонов,Ирина Гостева,Владимир Атомный,Михаил Белозёров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 219 (всего у книги 341 страниц)

– Может, я эстет, ценитель исключительного. Вижу прекрасное там, где другим пусто.

– Витиевато болтаешь. Как будто грамотный.

– Что еще раз подчеркивает, что впечатленность тобой оправдана, моя фея, – выдал я, понимая, что начинаю нести вздор.

– Я не твоя! – стрельнула бровью Марина.

– Еще нет, но уже в моей паутине, – облизнул я губы, – прекрасный мотылек.

– Фу! Не люблю пауков, Игорь.

– А вкусно покушать? Давай я угощу тебя отличным ужином?

Она взяла меня под руку и отвечает:

– А если меня одолеет сонливость после? Будет где прилечь?

Меня аж огонь опалил, столь сильно взвилось желание. Склонился к уху и шепчу:

– Отнесу туда на руках, моя фея.

– Т-ты это… – проняло ее, что даже с шага сбилась, – не напирай так.

Я понял, что лучше действительно сбавить обороты – страсти плещется столько, что готов расплескать. А от того, что мы уединимся где-нибудь в подворотне, будет потом противно. Не с портовой же девкой встречаюсь!

– Все же удивительно, что ты пришла, – сменил тему я, видя, как раскраснелась девушка. – Думал, что после увиденного тебе будет не до того.

– Ты про то, как размозжил голову тому уроду? – осторожно переспросила она.

– Кхм-м… да.

– А что если скажу, что не переживаю из-за такого? – словно прощупывая, произнесла она.

Я понял, что у нее на этот счет есть еще какие-то соображения.

– Буду удивлен.

– И тебе не мерзко идти под руку с таким монстром?

– Это ты монстр? – рассмеялся я.

– Говорила же, что ты меня не знаешь еще.

– Марина, – томно глянул я на нее, – да у меня от предвкушения узнать, тело сводит. Можешь быть спокойна.

– Ну… чтобы ты потом не плевался и не блевал, – вдруг остановилась она и подняла голову, – скажу все как есть. Меня заводит вид кровавых драк. Когда ты расправился с тем червем, то я была готова хоть там отдаться. Ну, всё?! Расхотел со мной ужинать?

Я даже растерялся как-то. Неожиданно было такое услышать, тем более от девушки. Но именно отвращения не испытал. Стало только интересней узнать, что же она за человек и какие тайны скрывает внутренний мир.

– Ну, если мы просто поедим вместе, ничего особого не произойдет, – отшутился я.

– О! Уже «просто поедим»? – приподняла она бровь.

– Что ж, стоит признать, что действительно озадачился вопросом, какая ты. Вдруг и впрямь ужасная, а моя бравада тут же потускнеет, прознав об этом.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно кивнула она. – Я уж было подумала, что ты дурачок.

– Знаешь, – двинулся я, снова подставляя локоть, – сразу подумалось, а как ты, ну… находишь себе веселье? Ищешь потасовки или сама кого губишь? Просто если сама…

– Нет, я никого не обижаю первой, – серьезно отвечает она.

– Это людей, а может, над скотиной издеваешься?

– И с чего такие мысли? – картинно скривилась она, словно слышит это не первый раз.

– Ну, просто если я, допустим, люблю рыбный суп, то я его ем. Ты говоришь, что любишь жестокие побоища. Вот и подумалось…

– Нет.

– А как же тогда…

– Игорь, я ведь тебе сразу сказала, что больная на голову и что не надо ко мне клинья подбивать. Ты не послушал. Так вот – я понимаю, что там внутри, – постучала она по голове, – есть проблемы. И я вовсе не хочу свои проблемы перекладывать на других. Чтобы кто-то страдал. Хоть животное, хоть человек. Проживу тихо жизнь и помру. Всё.

Я глянул на огорчившуюся девушку, что в свете фонарей главной улицы выглядит очень милой. Может, и у меня есть странность, но после такого признания только сильнее захотелось быть с ней.

– Не против, если хотя бы сегодня ты не будешь одна?

– Ты правда этого хочешь?

Я уловил в голосе тщательно скрываемую надежду.

– Очень.

– Ну, я отговаривала, как могла. Потом не жалуйся, – улыбнулась Марина.

– Я?! Жаловаться? Еще чего. Это ты держись, еще узнаешь, какой я любопытный…

Чтобы не ошибиться с заведением, повел Марину в «Семь Морей». В темное время ресторан выглядит еще краше. Площадь перед ним хорошо освещается, шумят многочисленные посетители – от мужских компаний до чинных пар. Мы легко присоединились к общей атмосфере праздника, присаживаясь за свободный стол.

Я пошел распорядиться насчет комнаты и еды.

– Господин, – обратился ко мне распорядитель, – может, вы хотите отужинать уже в комнате? Только нам нужно будет некоторое время, чтобы все подготовить. Поэтому пока предлагаю лишь перекусить тут, а когда будет готова комната, мы сообщим.

Я согласился и внес половину суммы. Вышло много, потому что среди прочего распорядился поставить ванну с горячей водой, но, во-первых, я не волнуюсь и не держусь за деньги, а во-вторых, «Семь Морей» не дешевая гостиница, было бы глупо ожидать копеечных расценок. Одно только магически поддерживаемое освещение выходит в круглую сумму.

Марина быстро умяла свою порцию закуски, и я отдал половину своей. Наблюдать за девушкой очень интересно, ибо таких я еще не встречал. Да и симпатичная, что ни говори. Природа не обделила ни красотой, ни талантом. Ввиду этого первый вопрос:

– Ты дворянка?

– Нет, конечно, ты что.

– А почему тогда магия тебе подвластна? – резонно спросил я, любуясь, как легко и изящно она поглощает еду.

– Урод, наверное. Мама крестьянка, отец пахарь. Ничего необычного.

– И тебя это совершенно не волнует?

– Ну, твое удивление понятно, конечно, но знаешь, когда ты реально отличаешься, то на способности к магии обращаешь не больше внимания, чем на остальное.

– Например? – предвкушающе спросил я.

– Да хотя бы то, что когда папка в очередной раз начинал лупить мать, а все братья и сестры дружно принимались реветь да прятаться, я во все глаза смотрела. Меня завораживали эти ссоры.

– И часто он ее бил?

– Смотря что ты считаешь редко. Как вообще относишься к тому, чтобы иногда жену проучить? – сыграла она бровями.

– Хах, – несколько нервно отозвался я, – еще не женат, так что не знаю. Вообще, у нас так не принято.

– У вас? – тут же подхватила она, и я чуть язык не откусил с досады.

Пришлось додумывать, что на Мурмановом Берегу такие же порядки, что и на свейской земле. Женщина у нас равна мужчине, но не подменяет его. Как левая нога не заменяет правой. Обе важны и нужны. Впрочем, вполне может быть, что на дальнем севере Российской Империи действительно такие же порядки.

– Понятно, – кивнула она, – далеко же тебя закинуло. Ну, а лупил почти каждый день. Пока не померла.

Я только рот раскрыл, не найдя что ответить.

– Да, такой вот поворот.

– И что потом? Сколько тебе тогда было?

– Тринадцать.

Я подождал, давая понять, что на первый вопрос тоже хочу услышать ответ.

– Тебе правда интересно?

Закралось плохое предчувствие, но не отступать же. Кивнул.

– Он опять пьяный был. Может, чуть переусердствовал, да и залепил матери вот сюда, – показала она на висок. – Она быстро умерла. Папка еще, представляешь, – хихикнула она, – тряс ее, пихал, мол, чего тварь прикидываешься. Ну, а потом что-то там в его долбанутой башке переклинило, и полез он ко мне, ну, чтобы трахнуть, а я взяла да и пришибла алкаша вонючего.

– Черт подери! – с трудом удалось вымолвить. – Я не знаю, что сказать… а потом куда? Что было?

– Сбежала, – улыбнулась она. – Ну а что еще было делать? Ему бы за мать ничего не было. Бабу надо молотом, чтобы была золотом. А вот мне за батьку бы такое устроили перед смертью, что у тебя аппетит пропадет, если сказать.

– Да уже, – буркнул я.

– Понимаю, Игорь. Поэтому стараюсь не рассказывать особо ничего. Навидалась, знаешь ли.

– Это точно. Но ты вроде бы не особо переживаешь, да?

– Ага, – широко и искренне улыбнулась девушка.

Вскоре к нам подошел служка и пригласил в комнату. Идти не далеко – на первом этаже. Под впечатлением от услышанного жажда скорей затащить Марину в постель поутихла. Неожиданно для себя я проникся тяжелыми испытаниями, выпавшими на ее долю. Пусть и самой жертвой обстоятельств эта тяжесть не ощущается.

«Семь Морей» действительно отличное место – комната оказалась большой, с ширмой для принятия ванны, широкой кроватью, шкафами, столом и двумя стульями с высокими спинками. Несколько свечей щедро наполняют ее светом, а на полу лежит шикарный ковер.

Стол полон еды и напитков, а под ванну напихали раскаленных кирпичей, чтобы вода медленнее остывала. Служка поклонился и вышел, а я задвинул щеколду на крепкой двери.

– Спасибо, Игорь, – вдруг сказала девушка.

– За что?

– За прекрасный вечер.

– Но он же только начался.

– Просто я никогда раньше не проводила его так и… в восхищении даже только от комнаты.

Я обошел улыбающуюся девушку. Аккуратно приподнял подбородок и говорю:

– Считаю, что ты этого достойна. Не думай, что покупаю этим твое тело.

– Ой, мне бы и в голову не пришло. За те деньги, что ты отдал, можно было десяток шлюх взять. Что и поумелее, и покраше. Так что просто спасибо. Я ценю.

Я склонился и легко поцеловал ее.

– Пожалуйста, Марин. Хочешь понежиться в горячей воде?

– Мечтаю! – с горящими глазами сообщила она.

– Тогда прошу, – поднял приглашающе руку и, приобняв девушку, провел до парящей емкости. Рядом, на табуретке, теснятся мыла, скребки и мочало, а от самой воды идет приятный запах хвойного отвара.

Я помог Марине раздеться и с удовольствием стал любоваться наготой. Грудь действительно мала, но тело не смотрится детским, в нем есть женственность и грация, в том числе в бедрах. Попа кругленькая и вздернутая, а между расходящимися ягодицами видна промежность. И здесь меня взяла оторопь.

– Прости, но почему у тебя нет там волос?

Она хихикнула и, подбоченясь, развернулась, демонстрируя идеально гладкую кожу.

– А что?

– Да так просто.

– Я их убираю. Мне так больше нравится.

– А как именно? – удивился я. – Неужели бреешь?

– Ой, не-е-ет. Если сбривать, то потом, знаешь, как все чешется? Неудобно, а потом еще и болит. Я же огненный маг. Выжигаю.

– Эм-м… – озадачился я, став разглядывать ее пах в поисках ожогов.

Девушка заливисто рассмеялась.

– Не ищи, просто я могу контролировать огонь так, что уходят только волоски.

– Запах, наверное, при этом… – подумалось мне.

– Ну, знаешь!

– Прости-прости, это я так, чисто практически вдруг задумался, – улыбнулся я, а потом, приняв более серьезный вид, говорю: – Марин, выглядишь просто великолепно. Я восхищен.

– И даже маленькая грудь не отвращает? – с наигранной подозрительностью спросила она.

– Абсолютно. Боюсь, что она, наоборот, лишь притягивает. Хочу узнать, насколько мягка.

– Так приятно-о… ты бы знал, Игорь, – лучась глазами, ответила девушка. – Еще никогда такого не слышала.

Предаваясь ласкам, я ощутил, как девушка открыла во мне новые оттенки страсти. Еще там, перед ратушей, ощутил нечто сладко-садистское, но не понял нового чувства, зато сейчас оно уже вовсю расправило крылья.

Чудом не потерял контроль перед пиком, но успел умертвить семя и уже потом стал выстреливать, наполнять пылающее нутро девушки. Благодаря мастерству Синеглазых Ведьм, вершины чувств мы достигли вместе.

Чуть позже, отдыхая от любовных утех в горячих объятиях воды, мы с улыбкой переглядываемся. Я заметил, что блаженное выражение лица Марины немного омрачилось.

– Что такое? Тебе больно?

– Ой, это желанная боль. Ты бы знал, сколько ночей я лишь мечтала о ней. И о прочем тоже, – хихикнула девушка. – Просто, знаешь, я волнуюсь насчет беременности.

– Ты действительно странная, – рассмеялся я, – но это только заводит меня. А насчет детей не волнуйся. Я умертвил семя, оно бесплодно.

– Что, правда?! – она аж привстала. – Ты правда так умеешь?!

Я кивнул.

– Никогда о таком не слышала, – восторженно произнесла девушка. – Но как же продолжение рода?

– Это разовое действие, главное, не забыть, – сыграл я бровями.

Девушка закатилась смехом, а потом, вдруг посерьезнев, говорит:

– Игорь, ты это… хотя бы до того как уедешь в гимназию, проведи со мной еще время, ладно? Никогда так не было хорошо.

Я поднялся, глядя в темные ободочки глаз. Прихватив Марину за голову, притянул для поцелуя и страстно слился губами. Девушка с готовностью раскрыла горячий рот, принимая мой нахальный язык.

Оторвавшись, говорю:

– Мне тоже с тобой хорошо. Обещаю, что мы еще не раз встретимся.

– Но ведь ты же уедешь из Колывани, – огорчилась она.

– Хочешь со мной?

– Конечно! – воскликнула Марина. – Но у меня нет денег.

– Главное, что хочешь. Остальное не важно, – проговорил я и блаженно откинулся на стенку ванны.

Глава 13

Я покинул гостиницу позже, чем рассчитывал, Марина же останется до утра. Перед прощанием она рассказала, где работает и живет, так что, если «я все же не растеряю желания снова увидеть дурную девчонку», смогу наведаться. Не сомневаюсь, что именно так и будет.

Стоило лишь немного засмотреться на перемигивающееся звездами небо, как налетел пьяный посетитель. Меня отбросило на круп лошади, та испугалась и тут же лягнула. Пришлось до боли напрячь жилы, чтобы увернуться от удара. Прыгнул, перекрутился и оказался стоящим на этой самой лошади.

Пьяный дворянин улетел под нее, уже вовсю успокаиваемую конюхом. Меня обуяла злость, но бить высокородного я не имею права, так что попробую иначе.

Спрыгнул и полез вытаскивать упившегося. Им оказался мужчина средних лет, с признаками частых попоек на лице. Я вздернул его и стал кричать, какой он негодяй, поглядывая на стражников, – Новики тут же оживились и пошли в нашу сторону. Как и ожидалось.

Одной рукой я уже успел обшарить пояс и карманы. Стоило кошелю оказаться у меня, как охранники принялись нас разнимать. Я сделал вид, что пришел в себя, напустил на лицо страха, стал извиняться. Новики, видя, что пьяница совсем невменяем, махнули рукой, мол, вали скорее, что я и сделал. Стоило отвернуться, как довольная улыбка появилась на лице, а через мгновение меня и след простыл.

Позвякивая добытыми монетами, я направился в кабак. Конечно, усталость после любовных утех дает о себе знать, но и провести время с друзьями хочется. Тем более что в кармане шальные деньги.

Насколько шальные, узнал уже в заведении. Передал Ивану, а тот, подсвечивая взятой со стола свечой, выпучил глаза.

– Ты у кого это подрезал?

– Да черт его знает, – отозвался я, выдув полкружки пива, – дворянин какой-то.

– Да тут одного золота десять монет, – шепчет он, – а еще перстень и камни. Великие боги, вот это прибыток!

– Может, тогда вернуть? – как-то омрачился я, ибо уже остыл, а если подумать, то потеря таких средств будет очень огорчительна.

– Обойдется, – эхом отозвался белоглазый, все еще любуясь богатством. Остальные только поддержали. – Ладно, держи. Камни потом Гроту загоним.

– Пусть у тебя побудут, брат, – отвел я его руку обратно. – Чего мне с ними таскаться.

– Как скажешь.

Разговор охотно вернулся в русло обсуждения минувшего дня, когда мимо распахнутых створок кабака пробежала сначала одна группа стражников, а потом и другая. Безмолвно, лишь обменявшись взглядами, мы тут же покинули стол и припустили следом, а уже за нами подались остальные посетители.

Догнав заднюю группу, я спросил, что случилось. Оказалось, что вампир снова напал, только уже в стенах Вышгорода. Комендант поднял всех на уши, грозится казнить дежурных, проморгавших, как тварь перелезла через стену. Только вот мне подумалось, что вовсе не обязательно ему было это делать. Если в городе есть выходы из подземных тоннелей, то вампир точно пришел через них.

Ивана и банду не впустили. Я же сначала бежал с группой стражников, а когда тех забрал командующий на построение и получение команд, стал искать место трагедии сам.

Сорванная с петель дверь валяется поодаль. Струйка крови дотекла аж до порога и немного просочилась в щель наружу. В ночной тьме шепчется испуганная толпа, освещаемая множеством фонарей в руках солдат. Весь гарнизон на ногах. Лица злые, эфир гудит, чуть что – размажут.

Меня пропустили внутрь, но лишь потому, что знаком со стражниками. Они же и сообщили, кто убит. Сердце сжалось от боли, ведь это оказался дядя Степа.

Увидев то, что от него осталось, я едва не обломал ногти о дерево стен. Вроде не так давно знакомы, но пожилой стражник успел полюбиться, и тут, видя, во что превратил его упырь, из самой глубины стала подниматься багровая ненависть.

Убит не только дядька. Меня стало трясти от картины зверской расправы над всей семьей. Разорванные животы, переломанные конечности, раздавленные черепа – дом вмиг превратился в кровавый кошмар. Я вышел из него пошатываясь и стал хватать ртом воздух. В голове только одна осталась мысль – отомстить подлой твари, убившей из всех дворян почему-то именно дядю Степу. Отныне или я, или вампир. Жить сразу обоим больше не суждено!

Запах твари пропитал все вокруг. Я легко могу отследить, куда она побежала. Отбросив остатки сомнений, ринулся в погоню. Вослед послышались удивленные возгласы, но это уже не важно.

Бегу по кварталам. Чуть притухший запах стал усиливаться, пока я не оказался над решеткой водостока. Вампир ждет меня там.

Мерзко проскрипели ржавые петли. Я смело прыгнул в бездонную влажную тьму, питаемый ненавистью. В ушах засвистел воздух.

У меня есть возможность видеть во мраке, но тотемных способностей духи лишили. Для них упырь – это не враг, чего не скажешь про людей. И все же я найду и сражусь с проклятой тварью. Дядька Степа будет последним убитым.

Ноги ударились о воду, и тело вошло почти по пояс. Обостренный нюх обожгла вонь, но я смягчил ее усилием воли. Сместившись вбок, где уровень жидкости ниже, я побежал вперед, чувствуя, что упырь был тут совсем недавно.

Вскоре пришлось спускаться по стенке, ибо железная лестница полностью сгнила. Вонючая жижа срывается в этом месте с высоты трех ростов человека. Звериного зрения хватает, чтобы видеть даже немного дальше, но все же чувство пространства создается не только зрением. Я именно чувствую, где нахожусь и куда лучше не наступать.

Бег продолжился. Дух вампира все усиливается, и кровь наполняется огнем готовности к бою. Дыхание ритмичное, как у волка во время загона жертвы. Пусть тварь и сильна, пусть смертельно опасна, но и меня выковывала жизнь не абы как. Сегодня я хоть немного отомщу за близких, а дядя Степан именно таким и стал.

Тоннель сделал несколько поворотов, затем попался лаз в стене. Я уверенно свернул туда. Сердце бьется быстро, кровь несется по жилам стрелой, а чувства обострены до предела.

Лаз вывел к мелкой подземной реке, промывшей себе пещеру. Тут все провоняло вампиром. Вдруг раздался противный полукрик-полувизг – упырь почувствовал, что кто-то пришел.

По пещере разнесся быстрый бег копыт и когтистых лап, коими тварь периодически загребает, а буквально через миг массивное тело выпрыгнуло из-за обкатанного камня и наши взгляды встретились. Козлиные копытца тут же уперлись в мягкий камень пола, содрав верхний слой. Вампир меня узнал.

Только позволить мрази сбежать я не дам. Двойным воздушным жгутом хлестнул по бокам, параллельно сорвался с места, сокращая дистанцию. Упырь ощерился, показывая ужасные ряды частью обломанных зубов и наполняя пещеру нестерпимой вонью. Жгуты не нанесли большого вреда, но немного отвлекли. Я почти добрался до точки для прямого контакта.

Снова использовал магию, чтобы отвлечь. Тварь успела отпрыгнуть, и удар ногой прошел мимо. Я мгновенно прыгнул в атаку, сотворяя рукавицы и поножи. На ужасающего видом вампира обрушился град ударов. Таких, которые простого человека быстро бы убили, но для матерого упыря они не так страшны.

Ему удалось снова отпрыгнуть, потом сигануть вбок и отчаянно атаковать. Длинные, смертельно опасные когти прошли в пальце от вен шеи, но мне нельзя пугаться. Кровь едва не кипит от напряжения. Я резко сформировал команду, и ветер толкнул противника так, что тот крепко въехал в стену. Немного растерялся, а следом на него уже вновь обрушился вихрь моих ударов. Пару ударов прошли в корпус. Потом два ногой в пах, тут же по голове три, один в ухо, еще раз. Усилил рукавицы и со всей силы ударил в затылок. Упырь без чувств повалился на пол.

Ножа, чтобы отделить голову от тела, у меня не оказалось, и тогда пришла мысль создать некое подобие резака магией. Но и тут подвох – мана на нуле. Тогда, пусть и к вялой на фоне усталости, но радости, я вспомнил о родовом умении забирать магические способности. Наклонился к покрытому жесткой шерстью вампиру и стал раздирать грудь.

Поистине ужасающей тварью он был, ибо я чуть было не лишился последних сил, – настолько крепкое тело. И все же оно того стоило – погрузив пальцы в черное сердце, меня обожгла немалая мощь.

После этого смог создать резак. Свистящий звук прогоняемого через узкие магические грани аэра разнесся по пещере. Весь измазавшись кровью и кусочками плоти, я добился своего и устало осел на землю. Боевой раж только начал проходить. Стало жутко противно от того, что на меня налипло. Тело жалобно стонало, понукаемое волей, но отмыться сейчас нужно позарез.

Почти сомнамбулой я выбрался из катакомб канализации в город. Начиналось утро. Приходилось периодически прислоняться к стенке, чтобы хоть немного прийти в себя, ибо в глазах темнело.

Встретился хмурый отряд стражи. Они чуть было не атаковали, но быстро сообразили, что к чему. Я с готовностью свесился на плечах двух поморщившихся ребят. Вскоре мы были уже у коменданта.

Меня что-то спрашивали, и вроде бы я даже отвечал, но тело, поняв, что все кончилось, взяло поводья на себя. Мир померк.

Проснулся от голосов. Ощущения такие, словно провалился во что-то благоухающее. Тело сладко ноет. Предавшись глубокому зевку, я потянулся, наслаждаясь моментом.

– Он очнулся, очнулся… – услышал я шепот и резко поднялся.

Глаза быстро привыкли к обстановке. Сижу на роскошном ложе с мягкой периной. В небольшой уютной комнате. Хорошо обставленной и явно чьей-то, то есть не гостиничной.

Шептались девушки-служанки, с опасением поглядывая.

– Привет, девчата!

– С пробуждением, господин! – отозвалась одна, и обе склонились. – Как вы себя чувствуете?

– Средне-хреново, – рассмеялся я. – Красавицы, а где я нахожусь и что вообще произошло? Помню обрывками, что выбрался из-под земли.

– Господин, мы сходим за его высокоблагородием капитаном. Подождите тут, хорошо?

Я улыбнулся и кивнул. А потом бросил уже вслед, под звук урчания живота:

– Перекусить бы чего!

– Я принесу, молодой господин, – склонилась одна служанка в чепчике, из-под коего выбивались золотистые волосы.

Мне подумалось, что под капитаном они подразумевают Городецкого. Интересно, что он скажет? Мозг только начинает восстанавливать картину событий, хотелось бы сделать это быстрей. Но, судя по месту пребывания, ничего плохого я не учудил.

Светочка принесла похлебку и горячий хлеб, только из печи. Подумывала слинять, но я усадил напротив, придвинув массивный стул. Села прямо на загляденье: ножки вместе, руки на коленях, белый фартучек, а голубые глазки смотрят в пол. С некоторым стыдом признался себе, что она заслуживает большего внимания с моей стороны, чем могу дать. Вдруг на передник упала красная капля.

– Что случилось, Света?

– Все хорошо, господин.

– Нет, так не пойдет. Дай посмотрю.

Я взял ее руку, шумно проглотив сытный бульон со свежей зеленью. Развернул и обнаружил порез. К волнению онемевшей девушки, поднес кисть к губам и положил солоноватый палец в рот. Кровь быстро свернулась под действием магии. Я специально поиграл еще с перстом языком, добившись краски на лице, а потом отпустил.

– Будь аккуратнее.

– Да, господин, – выдохнула она. Я заметил, что дрожит.

– Ты прости, если что. Может, у тебя жених есть?

– Нет-нет, благородный господин! – вспыхнули ее глаза, и я первый раз встретился с их искрящейся глубиной. – Прошу не подумайте, что не ценю вашей заботы. Большое спасибо, господин.

– Свет, а где мы находимся?

– Это дом его высокоблагородия, капитана Городецкого Самуила Архиповича. Здесь он проживает вместе с досточтимой супругой, детьми и пожилой матушкой.

При упоминании матушки я заметил, как чуть-чуть дрогнул голос. Наверняка отношения не ладятся. Вдруг вспомнился дядя Степа, и настроение мигом упало.

– Господин? – всполошилась Светлана.

– Нормально всё.

– Не вкусно? Простите, пожалуйста. Давайте я поменяю.

– Говорю же, нормально всё! – несколько резче положенного отозвался я, и девушка, словно улиточка, тут же скрылась в раковину, в которой находилась до этого.

– Да, господин. Прошу прощения.

– Это ты прости, просто вспомнил тут… Дядька один погиб, стражник. Мы немного дружили.

– Вы о Степане Михайловиче? – вскинула с удивлением голову она.

– Ага.

Лицо служанки приобрело очень скорбный вид, а глаза заблестели.

– Ты тоже его знала?

– Да, господин. Очень был хороший человек. Такая жалость…

– Именно. Ну, теперь он хотя бы отомщен.

– А это правда, что вы победили вампира? – прошептала она.

– Да вроде, – нахмурился я. – Мутно все еще в голове. А ты откуда знаешь?

– Слухи кипят, как похлебка на сильном огне, господин! – громким шепотом сообщила она. – Говорят, некий Игорь из портового района смог избавить нас от этой беды.

– Так чего же ты господинишь меня, если имя знаешь?! – усмехнулся я.

– Простите, господин. Не смею по имени.

– Наедине можешь.

– Спасибо… Игорь.

– Ну, – хлопнул я по пузу, – наелся знатно. Спасла ты меня.

– На здоровье, господин… Игорь, – склонила она голову.

Я взобрался на кровать, подбил подушку и поудобней запихал под спину, чтобы сидеть.

– Давно ты здесь работаешь?

– С юных лет, – кротко сообщила она.

– А жениха почему нет?

Девушка сильно смутилась.

– Не встретились еще.

– И не сватается никто, что ли?

– Нет, – еле слышно ответила она. – Перестали.

– Это почему же? Болеешь?

– Нет, господин.

– Игорь я!

– Да-да, простите. Здоровая, нормальная, просто…

– Что? – наклонился я, чтобы поймать ее взгляд, но девушка только ниже его опустила.

– Игорь… Господин, мне нельзя рассказывать, простите.

– Я все равно узнаю, Свет. Доверься мне.

Голосом это сказано таким, что девушка робко приподняла глаза.

– Только никому не говорите, ладно?

– Даю слово, – спокойно отозвался я.

– Дело в матушке его высокородия. Она…

Нас прервали. Послышались громкие шаги, и дверь распахнулась. В комнату скоро вошел сам магмейстер, и я тут же соскочил, чтобы поклониться. Служанка тихим сапом слиняла, забрав посуду.

– Рад, что тебе лучше, Игорь.

– Очень ценю вашу заботу и гостеприимство, господин! – протараторил я. – Никогда не спал на столь чудесной кровати.

– Хорошо, тогда я тебе вкратце сообщу положение дел. За то, что убил упыря – большая благодарность от всего города. Остается вопрос о том как, ибо наши бойцы уровня Гридя не могли одолеть тварюгу, а ты на Новика тянешь с трудом… Но это потом, у коменданта расскажешь. Тебе полагается награда. Очень большая! Так что думай, куда денешь. Еще я написал прошение на предоставление тебе статуса почетного гражданина, так что думай насчет фамилии. А еще на присвоение воинского чина прапорщика. Поздравляю! Заслужил.

Я осоловело пожал руку. Не успел прийти в себя, как Самуил Архипович вышел. Я едва успел выскочить и уже вслед крикнул:

– Господин магмейстер, разрешите Свете меня сопроводить, а то ноги, боюсь, подведут. Плохо себя чувствую.

Он обернулся, рот растянулся в кривой улыбке.

– Изволю.

– Превелико благодарен, – склонился я.

Вернулся в комнату, ошалело улыбаясь от упавших почестей. Надо же было так удачно прикончить гада! Только придется как-то отбрехаться перед комендантом, а то ведь действительно вопрос – почему опытные вояки гибли при нападении, а тут хвост поросячий пошел и завалил зверюгу? Светить умениями мне не с руки, хотя я и не ставлю себе такое правило.

– Мало ли, хе-хе, чему только в порту не научишься, – под нос сказал я.

– Что, господин? – раздалось сзади.

– Ух! – вздрогнул я и обернулся. – Подкралась, кошка.

– Прошу меня…

– Ладно, забудь. Пошли со мной, дорасскажешь историю.

Она послушно склонилась, а мой избалованным женским вниманием взгляд отметил, что фигурка в наряде служанки хороша. В нужных местах что нужно подчеркнуто и выглядит эффектно. Черное с белым. Признаться, обычно служанки одеваются менее вызывающе. А тут и ноги открыты выше колена, причем чулки их не делают менее вызывающими, наоборот даже. Передник этот с оборками, приталенное платье с глубоким вырезом и узкая черная же ленточка на шее.

– Хм-м… – издал я, застыв на месте и поедая глазами совсем застеснявшуюся Светлану. – Сразу как-то не понял, но не слишком ли наряд… вульгарный.

– Ах, господин, – наморщила личико она, сделавшееся несчастным, – вы правы. Именно поэтому я и…

– Так, Светусь, погоди рассказывать, – приложил я к ее губам палец, – вот подышим свежим воздухом, тогда продолжишь.

И подмигнул. Она снова покраснела, а потом несколько раз кивнула.

Оглядел комнату – все мое на мне, забрать нечего. С тем и вышли.

Дом магмейстера ожидаемо оказался из тех особых, что выделяются даже на фоне иных каменных великанов. Я мельком оценил интерьер и ландшафт, поцокал от изысканной роскоши дворика. Когда мы уже выходили, открыв скрипучую дверку в кованом заборе, заметил, что из окон третьего этажа смотрит какая-то женщина.

Я порыскал в поисках свободного экипажа. Отыскалось три. Пока нет работы, кучеры играют в карты.

– Добрый вечер. Дядьки, кто героя в порт отвезет? – весело окликнул я.

– А монеты у героя найдутся? – обернулся ближайший и с усмешкой воззрился на нас.

– Так это я вампира одолел. Отвезите в благодарность.

Пара из них загоготали, картинно меряя взглядом, а вот один не стал. Скинул карты и слез с сидушки.

– Пошли, – серьезно сказал он и кивнул на впереди стоящий экипаж.

На притихших товарищей я даже оглядываться не стал.

– Куда тебя, Игорь?

– На рынок.

Мы забрались в экипаж, и я с улыбкой посмотрел на притихшую Свету.

– Фух! Надышались. Можешь рассказывать.

Потребовалось немного помочь девушке разговориться, но уж когда помог, все пошло быстро и само.

Матушка у Городецкого оказалась не самым приятным человеком. Говорят, что из-за службы сына она редко с ним видится и сильно огорчается. Горе несколько помутило разум, и теперь служанкам живется несладко. Во-первых, заставляет носить эти откровенные наряды. Какая в этом цель, не ясно, хотя первое, что пришло в голову – соблазнить сына, но зачем – непонятно.

Во-вторых, она озлобилась и нередко наказывает даже за мелкие проступки. Света показала следы шрамов на спине. Матушка стегала сама и сильно, до крови. Слухи ходят всякие, и другим служанкам повезло, что попали в дом уже замужними, а вот Светлане теперь туго – никто не хочет косых взглядом и пересудов за спиной.

– А сама-то замуж пойдешь, если будет жених?

– Ну, если неплохой человек, то пойду, – смущенно отозвалась девушка. – Хочется уже и при муже быть, и детей родить.

– Понятно. Ну, хорошо, что в стенах дома этого не рассказала. Услышь старая карга – тебе бы не жить. А так найдем жениха.