Текст книги "Чингисхан. История завоевателя Мира"

Автор книги: Ата-Мелик Джувейни

Изложив их историю, мы записали кое-что об их верованиях и религии из того, что можно найти в их книгах; и предлагаем это вам как вещи, в высшей степени любопытные, не настаивая на их правдивости и истинности.

Уйгуры считают, что их род появился и умножился на берегах реки Оркон[183]183
  ARQWN, т. е. Орхон.


[Закрыть], берущей свое начало на горе Каракорум[184]184
  Букв. «черная скала», от тюркского qara – «черный» и qorum — «скала».


[Закрыть]; город, построенный Кааном в нынешнем веке, также назван в честь этой горы. Тридцать рек берут на ней свое начало; на каждой реке жил особый народ; уйгуры на Орконе составляли две группы. Когда их число увеличилось, они по примеру /40/ других народов выбрали из своего числа вождя и стали ему подчиняться. Итак продолжалось в течение пятисот лет, до появления Буку-хана[185]185
  Маркверт (Marquart, Ǧuwayni’s Bericht über die Bekebrung der Uigburen, 486-487) считает Буку исторической фигурой, тем самым ханом, упоминающемся в Карабалгасунской надписи (см. прим. 126 к [VII]), при котором среди уйгуров распространилось манихейство. С другой стороны, Пеллио (Pelliot, Notes sur le 'Turkestan' de M. Barthold, 22), рассматривает Buqu как используемый Джувейни вариант написания Bügü, «le nom du premier roi plus ou moins légendaire des Ouigours».


[Закрыть]. И говорят, что Буку-хан был Афрасиаб[186]186
  Афрасиаб – персонаж национального эпоса, в котором он выступает в качестве правителя Турана и заклятого врага иранцев. Он и его сторонники, которые первоначально, возможно, представляли иранские племена, враждебно относящиеся к зороастрийскому учению, к тому времени, когда эпос был окончательно оформлен Фирдоуси в его поэме «Шахнаме», стали идентифицироваться с новыми врагами – тюрками.


[Закрыть]; и на холме недалеко от горы Каракорум находятся развалины колодца и еще огромный камень, и говорят, что это темница Бизхана[187]187
  Бизхан – иранский герой, заключенный в темницу Афрасиабом.


[Закрыть].

На берегах реки также можно увидеть развалины дворца и города, называемого Ордубалык[188]188
  Или Кара-Балгасун, древняя уйгурская столица.


[Закрыть], хотя сегодня он называется Маубалык[189]189
  Т. е. «Плохой город», от монгольского ma’u – «плохой» и тюркского balïgh или balïq – «город».


[Закрыть]. Неподалеку от дворца, напротив ворот, лежат камни, покрытые надписями, которые мы видели собственными глазами. В правление Каана эти камни были подняты, и под ними был найден колодец, а в колодце – большая каменная плита с вырезанной на ней надписью[190]190
  Возможно, это знаменитая надпись, сделанная на трех языках (китайском, тюркском и согдийском), в которой восхваляется уйгурский правитель Ай (Ai). См. Grousset, L’Empire des Steppes; 174. Перевод китайского текста см. в: Radloff, Die alttürkischen Inschriften der Mongolei, 286-291, и Schlegel, Die chinesische Inschrift auf dem uighurischen Denkmal in Kara Balgassun. В этой надписи, довольно подробно рассказывающей об обращении уйгуров в манихейство миссионерами из Китая, нет абсолютно никаких упоминаний (как уже отмечалось Марквертом в ук. соч.) о чудесном рождении Буку и о его завоеваниях. Означает ли это, что Кара-Балгасунскую надпись можно отождествлять с «камнями, покрытыми надписями», о которых говорится чуть выше? Описание памятника, найденного русскими (первоначально представлявшего собой стелу, которая затем была разбита на шесть частей) см. в: Radloff, op. cit, 283.


[Закрыть]. Был отдан приказ, чтобы каждый явился и попробовал прочитать написанное; но никто не смог это прочесть. Тогда были доставлены люди из земель китаев, называемые...[191]191
  В этом месте пропуск во всех списках, кроме C (в нем QAMAĀN), J и K (не использованных М. К. в этой части издания), в которых находим QAMAN, т. е. qams, или «шаманы» (см. прим. 138 к [VII]), но это едва ли можно считать правильным.


[Закрыть]: это их письмена были вырезаны на камне [и вот что на нем было написано:]

В то время две реки Каракорума, одна из которых называлась Туула[192]192
  TWΓLA. Туул («Tula» в английском оригинале, т. к. в то время река называлась «Тола». – OCR).


[Закрыть], а другая – Селенга, сливаясь, протекали вместе по местности, называемой Камланчу[193]193
  QMLANJW. Маркверт (Marquart, Über das Volkstum der Komanen, 59-60) считает Камланчу исключительно мистическим краем. Он отмечает, что Туул и Селенга в действительности нигде не сливаются, а первая является притоком Орхона. Кашгари (III, 242) Камланчу известен лишь как «название городка неподалеку от Ики-Огуз».


[Закрыть]; и между теми двумя реками близко друг к другу стояли два дерева; одно из них, по форме похожее на сосну (назб), называется кушук[194]194
  Т. е. сибирский кедр. См. прим. 10 к [I].


[Закрыть], и крона его зимой сходна с кроной кипариса, а плоды его по форме и вкусу напоминают кедровые орехи (chilgūza); другое же называется тоз[195]195
  Т. е. береза. Следует читать TWZ (E) вместо TWR в тексте.


[Закрыть] Между двумя деревьями вырос огромный холм, и на него сходил свет[196]196
  «Der wunderbare Lichtstrom, welcher auf den Baum fällt, wodurch dieser befruchtet wird und fünf Anschwellungen bekommt, ist echt manichäisch» (Marquart, Ǧuwayni’s Bericht, 490).


[Закрыть] с небес; и с каждым днем холм становился все больше. Увидев сие зрелище, уйгурские племена изумились; и, почтительно и со смирением приблизившись к холму, услышали сладкие и приятные звуки, похожие на пение. И каждую ночь этот свет освещал все вокруг на тридцать шагов, и, как беременной женщине приходит срок рожать, так и в нем открылась дверь, и за ней было пять отдельных помещений, похожих на юрты, /41/ в каждой из которых сидел младенец мужского пола; против рта каждого младенца висела трубочка, из которой он мог сосать молоко; а над юртой была натянута серебряная сеть. Вождь племени пришел посмотреть на это чудо и с благоговением преклонил колени в знак верности. Когда детей коснулось дуновение ветра, у них прибавилось сил, и они стали двигаться. Наконец они вышли из юрт и были вверены попечению кормилиц, и люди почитали их и служили им. Как только они были отняты от груди и научились говорить, они спросили, кто их родители, и люди указали на те два дерева. Они подошли к тем деревьям и поклонились им так почтительно, как послушные дети кланяются своим родителям; они также выказали знаки уважения и почтения к земле, на которой росли деревья. Тогда деревья заговорили и сказали следующее: «Хорошие дети, наделенные благородными качествами, всегда следуют этой тропой, исполняя свой долг перед родителями. Да будет долгой ваша жизнь, а ваши имена сохранятся навеки!»[197]197
  Cp. с упоминанием Рашид ад-Дином Бугу-хана (см. прим. 119 к [VII]), «который был великим правителем в древние времена, весьма почитаемым уйгурами и многими [другими] племенами, которые рассказывают о нем, что он был рожден от дерева» (Хетагуров, 139). Эта легенда была известна Марко Поло: «Они [т. е. уйгуры] говорят, что король, который первый правил ими, был рожден не от людей, а от одного из тех наростов, что образуются от сока на коре деревьев и которые мы называем esca» (Benedetto, 73). Китайскую версию, изложенную в Юань-ши (которая поразительно близка к версии Джувейни), см. в: Bretschneider, I, 247.


[Закрыть] Все племена этого края пришли посмотреть на детей и оказали им почести, подобающие царским сыновьям; и, уходя, они дали имя каждому из них: старшего они назвали Сонкур-тегин, следующего за ним – Котур-тегин, третьего – Тюкель-тегин, четвертого Ор-тегин и пятого – Буку-тегин[198]198
  В древнетюркском языке слово tegin, или tigin, означало «господин» или «князь». В случае Тюкеля я придерживаюсь формы чтения TWKAL, как в списке D, вместо TWKAK текста.


[Закрыть].

Поразмышляв об этих странных вещах, люди решили, что должны сделать одного из детей своим вождем и царем; ибо те, сказали они, посланы Всевышним. Они нашли, что Буку-хан превосходил остальных красотой своих черт и силой своего ума и рассудительностью; кроме того, он знал все языки и письменность других народов. Поэтому все были единодушны в решении сделать его ханом; и они собрались вместе, устроили пир и посадили его на ханский трон. И вслед за этим он распростер ковер справедливости и скатал свиток угнетения; и велико было число его слуг и домочадцев, последователей и прислужников. Всевышний послал к нему трех воронов (zāgh)[199]199
  Значение персидского слова неясно. В настоящее время оно обозначает сороку и галку.


[Закрыть], которые знали все языки; /42/ и где бы ни было у него дело, тотчас вороны летели туда, чтобы совершить разведку и вернуться с известиями.

Через некоторое время, когда он лежал в своем доме и спал, существо в облике девы спустилось к нему через дымовое отверстие и разбудило его; но он, испугавшись, сделал вид, что все еще спит. На вторую ночь дева явилась вновь; а на третью ночь, следуя совету своего везира, он удалился с девицей на гору, которая называется Ак-Тах[200]200
  Букв. «Белая гора», от тюркского aq, «белый», и taq или tagh – «гора». Вероятно, идентична Ektag (= Aq-Tagh) у Менандера Протектора (Menander Protector), т. е. Тянь-Шаню, в «одной из впадин» хребта которого Земарк, посол Юстиниана И, получил аудиенцию у Естеми, правителя западного Тю-Чуэ (552-575). См. Yule, Cathay and the Way Thither, I, 209, Grousset, L’Empire des Steppes, 129.


[Закрыть], где они беседовали до самого рассвета. И на протяжении семи лет, шести месяцев и двадцати двух дней он уединялся там каждую ночь, и они беседовали друг с другом. В последнюю ночь, прощаясь с ним, дева сказала: «От востока до запада будут твои владения. Будь прилежным и усердным в этом труде и в заботах о народе».

Тогда он собрал армии и направил триста тысяч лучших людей под командованием Сонкур-тегина против монголов и киргизов; сто тысяч так же снаряженных людей под началом Котур-тегина-против тангутов; и такое же количество, возглавляемое Тюкель-тегином, – против тибетцев; а сам он во главе трехсоттысячного войска выступил против китайцев, оставив вместо себя другого своего брата. Каждый из них вернулся с победой оттуда, куда был послан, и принес с собой столько добычи, что нельзя было сосчитать и измерить; и они привели с собой на Оркон множество людей со всех концов и построили город Ордубалык; и весь Восток покорился им.

После этого Буку-хан увидел во сне старца[201]201
  Так в тексте, который соответствует списку Е: shakhṣī pīr rā. Во всех остальных списках, использованных М. К., кроме A, – shakhṣī hazār rā или shakhṣī hazār, «около 1000 человек». Список A, который плохо сохранился, вероятно, тоже приводит hazār rā, что соответствует формам, содержащимся в J и K, двух бодлейских манускриптах, не использованных М. К. в этой части издания. В J также используется ʽaṣāhā («посохи») вместо asā («посох») текста. Глаголы, относящиеся к подлежащим, имеющим, по всей видимости, множественное число, стоят в форме единственного числа во всех списках, за исключением двух (C и D), где они имеют форму множественного числа. Тогда весь отрывок следует, по-видимому, переводить следующим образом: «После этого Буку увидел во сне около 1000 людей, одетых в белое и с белыми посохами в руках». Именно так поняли это место Сэйлманн и Маркверт, за исключением того, что у Сэйлманна вместо ʽaṣāhā мы находим ʽiṣābahā, «тюрбан», так что 1000 человек описаны как «имеющие на головах белые тюрбаны», а не «с белыми посохами в руках». Маркверт (ук. соч., 486) так комментирует этот отрывок: «Jene 1000 Mānner sind augenscheinlich Manichäer, wie schon ihre Kleidung... erweist...»


[Закрыть], одетого в белое и с белым посохом в руке; тот дал ему кусок яшмы в форме сосновой шишки и сказал: «Если сумеешь сохранить этот камень, все четыре стороны света будет осенять знамя твоей власти». Его везиру также /43/ приснился похожий сон. Наутро они стали собирать войско; и он отправился в западные края. Когда он подошел к границе Туркестана, он увидел прекрасную долину с обилием травы и воды. Он остановился здесь и заложил город Баласакун, ныне называемый Кузбалык[202]202
  Точное местонахождение Баласакуна (BLASAQWN), или Баласагуна, неизвестно: он лежал где-то в долине р. Чу. См. Barthold, Histoire des Turcs, 64-65. Что касается названия «Кузбалык» (я читаю QZ BALYΓ, а не QR BALYΓ, как в тексте), следует заметить, что, согласно Кашгари, Баласагун был также известен как Кузулуш (Quz-Ulush) (I, 62, где ulush — синоним balïgh, «город») или Кузорду (Quz-Ordu) (I, 124). [Согласно Смирновой, 182, прим. 3, развалины Баласагуна находятся в 24 км к юго-западу от г. Токмак].


[Закрыть]; и направил армии во все стороны. В течение двенадцати лет они завоевали все страны, не оставив нигде ни единого бунтовщика и мятежника. И когда они дошли до того места, где увидели людей со звериными туловищами, они поняли, что далее уже не было обитаемых земель; и они вернулись домой, ведя с собой царей разных стран, которых они и доставили к Буку-хану в то место. Он принял каждого с почестями, подобающими его сану; за исключением короля Индии, которого, по причине его ужасной наружности, он отказался допустить к себе. Он отпустил их всех в их царства и каждому назначил дань. После этого, не видя больше препятствий на своем пути, он решил уйти оттуда; и так он вернулся в те места, где жил раньше.

Причина идолопоклонства[203]203
  but-parastī. Здесь этот термин употреблен в значении буддизма: but («идол») – производное от «Будда». См. Marquart, op. cit., 489.


[Закрыть] уйгуров заключается в том, что в те времена им была известна магическая наука, и людей, искусных в ней, они называли кам[204]204
  qam – тюркское слово. Рубрук спутал его с khan или qa’an. «Все прорицатели называются chant, поэтому все их князья называются cham, потому что их правление зависит от предсказаний» (Rockhill, 108).


[Закрыть]. А среди монголов и по сей день есть люди, одержимые убна[205]205
  В переводе с арабского – «тяга к прорицаниям».


[Закрыть], которые говорят разные глупости и утверждают, что в них вселились духи, которые сообщают им обо всем, что происходит. Мы спросили нескольких людей об этих кам, и они говорят так: «Мы слыхали, что духи спускаются в их юрты через дымники и беседуют с ними. И, может быть, злые духи близки с некоторыми из них и имеют с ними сношения. Их сила достигает вершины сразу после того, как они удовлетворят свои естественные желания противоестественным путем (az manfaz-i-birāz)». Одним словом, люди, о которых мы сказали, зовутся кам; и когда монголы ничего не знали о науке, они с древних времен слушались слов этих кам; и даже теперь их князья все еще верят их словам и молитвам, и если решаются что-то предпринять, они не совершат ничего, пока эти астрологи не дадут своего согласия[206]206
  Ср. с утверждением Рубрука: «Они [прорицатели] предсказывают удачные и неудачные дни для начала всех дел; поэтому они никогда не набирают войско и не начинают войну без их согласия, и уже давно бы (моалы) вернулись в Венгрию, но прорицатели не позволяют этого» (Rockhill, 240).


[Закрыть]. И так же они лечат своих больных.

А религией Китая было идолопоклонство. Буку направил посыльного к хану [той страны] и вызвал к себе тойинов[207]207
  См. прим. 31 к [Введение].


[Закрыть]. Когда они прибыли, он предстал перед этими двумя группами, так чтобы они могли выбрать веру той из них, которая превзойдет другую. Тойины называют чтение своей [святой] книги ном[208]208
  Буддийская дхарма. См. Marquart, loc. cit. Nom – это греческое слово νόμος, через согдийский язык попавшее в уйгурский и монгольский языки: сегодня в монгольском языке это слово означает «книга».


[Закрыть]. А ном содержит их богословские теории и состоит из бессмысленных историй и обычаев; но в них можно найти и превосходные поучения, сообразные с законом и верой каждого пророка, призывающие людей воздерживаться от насилия, угнетения и тому подобного, воздавать добром за зло, не причинять вреда животным и т. д. У них множество верований и учений; самое распространенное – о реинкарнации. Они говорят, что люди, живущие сегодня, существовали несколько тысяч лет назад: души тех, кто творил добрые дела и почитал богов, достигли положения, соответствующего их поступкам, например, царя или князя, или крестьянина, или нищего; в то время как души тех, кто предавался разврату (fisq), распутству (fujūr), совершал убийства, злословил и причинял вред своим ближним, становились паразитами, хищными зверями и другими животными; и так они наказываются за свои деяния. Но невежественность [повсюду] очень велика: «они говорят то, чего не совершают».

Когда они прочитали некоторые номы, кам были ошеломлены. По этой причине уйгуры избрали своей религией идолопоклонство, и большинство других племен последовало их примеру. И нет больших фанатиков, чем идолопоклонники Востока, и нет людей, более враждебных исламу.

А что до Буку-хана, то он жил счастливо до тех пор, пока не умер. /45/ И эти выдумки, что мы записали, – лишь малая часть из множества и лишь сотая часть того, что можно было бы рассказать. Мы записали их для того, чтобы показать глупость и невежество этого народа.

Один из наших друзей рассказал нам, что он прочел в книге о человеке, который сделал яму в промежутке между теми двумя деревьями, и посадил в нее своих собственных детей, и зажег в ее середине свечу. Потом он привел людей посмотреть на это чудо, и стал поклоняться им, и заставил то же сделать остальных. И так он обманывал их, пока не раскопал землю и не вытащил детей.

После смерти Буку его место занял один из его сыновей.

Племена и народы уйгуров, слушая ржание лошадей, крики верблюдов, лай и вой собак и хищных зверей, мычание скота, блеяние овец, щебет птиц и плач детей, во всем этом слышали крики: «Köch, köch!»[209]209
  Т. е. «Вперед! Вперед!»


[Закрыть] и снимались со стоянки. И когда бы они ни остановились, их ушей достигал крик «Köch, köch!» Наконец они пришли на равнину, где впоследствии построили город Бешбалык, и здесь этот крик смолк; и здесь они обосновались и разбили пять стоянок и назвали их Бешбалык[210]210
  Бешбалык означает «пять городов», см. прим. 91 к [V].


[Закрыть]; и они постепенно стали одним длинным и широким местом. И с того времени их потомки стали князьями, и они называли их идикут. И это родовое древо, которое суть проклятое древо[211]211
  Ср. «дерево, проклятое в Коране» (Коран, XVII, 62), т. е. дерево заккум. «Это ведь дерево, которое выходит из корня геенны. Плоды его точно головы дьяволов. И они едят его и наполняют им животы» (там же, XXXVII, 62-64).


[Закрыть], укреплено на стене в их домах.

После того как Чингисхан одержал победу над Онг-ханом, сыну[213]213
  На ошибку Джувейни указал М. К Кучлук был сыном не Онг-хана, правителя кераитов, а Тай-бука, или Таян-хана, правителя найманов. После того как его отец погиб в бою (в 1204 г.) он бежал к своему дяде Буйруку, а после смерти последнего примкнул к меркитскому вождю Тохтоа. В 1208 г. (согласно Сокровенному сказанию, в 1205) они потерпели сокрушительное поражение в верховьях Иртыша. Тохтоа был убит, а Кучлук бежал к гурхану. См. Тайная история, § 198б, Krause, 28-29, Смирнова, 151-152, 180 и 254.


[Закрыть] последнего удалось спастись с некоторым другими, и у него было много последователей. Он направился в Бешбалык, а оттуда – к Куче, где скитался в горах без еды и пропитания, а те, кто вначале последовал за ним, разбрелись кто куда[214]214
  Рашид ад-Дин не приводит этих подробностей, а просто сообщает (Смирнова, 186), что из Бешбалыка Кучлук проследовал в Кучу.


[Закрыть]. И некоторые утверждают, что воины гурхана[215]215
  Гурхан-титул правителя каракитаев. Джувейни, очевидно, предпочитал форму kür-khan. Ср. с Coirchan у Рубрука (Wyngaert, 205). В Сокровенном сказании также встречается термин gür-khan как титул, присвоенный монгольским анти-Цезарем Джамухой (§ 141), Gür-Khan также звали дядю Онг-хана, который низложил его за убийство своих братьев (§§ 66-67). Согласно Джувейни (II, 86; i, 354), этот титул означает «хан ханов». В Сокровенном сказании gür всегда переводится китайским p’u – «всемирный». См. Pelliot-Hambis, Campagnes, 248. С другой стороны, Бартольд (Barthold, Histoire des Turcs, 97, n. 1) видит в первом элементе титула древнетюркское слово kür или kül. Kür, согласно Кашгари, означает «храбрый», «героический». Kül, который приводится Габейном (Gabain) только как имя собственное (Kül Tigin, Kül Chor), согласно Пеллио (Pelliot, Neuf notes sur des questions d’Asie Centrale, 210), означает «славный». Следовательно, gür-khan, или kür-khan, означает «всемирный (храбрый или славный) хан».


[Закрыть] захватили его в плен и доставили к своему повелителю; но, согласно одному источнику, он явился туда по доброй воле[216]216
  Интересное упоминание источников. Рашид ад-Дин (Смирнова, 189) приводит следующее описание первой встречи Кучлука с гурханом: «Говорят, что когда Кучлук прибыл в орду гурхана, он назвал одного из своих спутников своим собственным именем, а сам, притворившись конюхом, сидел у входа, когда они явились к гурхану. Гурбесу [жена гурхана], выйдя на улицу, увидела Кучлука и сказала: «Почему вы не ввели его?» Они ввели его, и эмиры гурхана оскорбились, Гурбесу была старшей женой гурхана, и у нее была дочь по имени Кунку, которая полюбила Кучлука. Через три дня она была выдана за него замуж. Она была настолько своевольна, что не позволяла надевать на себя бохтак. Она заявила, что вместо бохтак будет носить никсе, как женщины китаев». Профессор Кливс (я цитирую письмо, датированное 31 октября 1955 г.) считает, что Кунку (Qunqu) – это китайский титул «императрица». Он высказывает предположение, что nikse (MYLSH, т. е. milse — B. M. MS. Or. 7628, 500а; это место отсутствует в тексте Березина) – возможно, китайское или чжурчжэньское слово. О головных уборах, называемых boghtaq или boghtagh, см. прим. 669 к [XXXVII].


[Закрыть]. Во всяком случае, он некоторое время состоял на службе у гурхана.

Когда султан[217]217
  Т. е. хорезмшах Мухаммед.


[Закрыть] поднял мятеж против гурхана и когда другие князья, чьи владения располагались дальше к востоку, стали бунтовать и просить покровительства Чингисхана и искать в его милости защиты от злодейств гурхана; тогда сказал Кучлук гурхану: «Мой народ велик; он рассеян по всему краю Эмиля, в Кайялыке и Бешбалыке; и каждый обижает моих людей. /47/ Если мне будет дозволено, я соберу их вместе и с помощью этого народа помогу гурхану и поддержу его. Я не сверну с указанного им пути и клянусь жизнью, что не отклоню своей головы от выполнения любых его приказаний». Такими лживыми уговорами он заманил гурхана в ловушку тщеславия. И когда тот осыпал его дарами и пожаловал ему титул Кучлук-хана, он рванулся вперед, как стрела, пущенная из тугого лука. И когда весть о его возвышении достигла других государств, воины каракитайской армии, которые имели с ним связь, выступили, чтобы присоединиться к нему; и так он проник в земли Эмиля и Кайялыка. Ток-Тоган, который тоже[218]218
  Т. е. утверждается, что Кучлук, уже ошибочно названный кераитом, был еще и меркитом! Меркиты (менее распространенная форма – мекриты) были лесным племенем и населяли область нижней Селенги, вдоль южного побережья оз. Байкал. О личности Ток-Тогана см. прим. 146 к [VIII]. Представляется вероятным, что здесь имеется в виду сам Тохтоа-Беки и упоминается его былое взаимодействие с Чингисханом на Иртыше. См. прим. 147 к [VIII]. В других источниках нет никаких упоминаний о союзе Кучлука с меркитами после того, как первый обосновался в Семиречье.


[Закрыть] был вождем мекритов и искал спасения от натиска Чингисхана, также сделался союзником Кучлука. И со всех сторон к нему приходили его соплеменники и собирались вокруг него. И он нападал на разные поселения и грабил их, нанося один удар за другим, и так он набрал многочисленное войско, и его свита и армия были умножены и усилены. Затем, он двинулся на гурхана и стал опустошать и грабить его земли, то нападая, то отступая. А прослышав о победах султана, он направил к нему послов с призывом напасть на гурхана с запада, в то время как сам он ударит по нему с востока; чтобы вместе покончить с ним. Если султан первым завоюет и разорит земли гурхана, ему покорится все его царство до Алмалыка и Кашгара; если Кучлук опередит его и завоюет государство каракитаев, то к нему отойдут все земли до реки Фанакат[219]219
  Fanākat (или Banākat). Этот город располагался на правом берегу Сырдарьи недалеко от устья Ангрена (Angren, Āhangarān), но под «рекой Фанакат», возможно, подразумевалась сама Сырдарья.


[Закрыть]. Договорившись таким образом и заключив соглашение на этих условиях, они с двух сторон направили свои армии /48/ против каракитаев. Кучлук стал первым; войско гурхана, стоявшее неподалеку, было разгромлено, и он разграбил сокровища гурхана в Озкенде[220]220
  Предположительно, здесь имеется в виду Узгенд на Сырдарье, расположенный между Сугнаком и Джендом (см. стр. 58), но, во всяком случае, не Узгенд в Фергане (нынешний Узген в Киргизии).


[Закрыть] и оттуда направился в Баласакун. Здесь расположился лагерем гурхан; они сошлись в битве возле Чинуча[221]221
  В тексте ḤYYNWḤ. Написание неясно, но второй элемент названия – возможно, тюркское uch, что значит «край», «граница». Фраза, переведенная словом «возле» (dar kanār-i), обычно означает «на берегах», так что Чинуч может быть рекой, но это также может означать «на границе», и в этом случае Чинуч – область или горный хребет.


[Закрыть], и Кучлук потерпел поражение, а большая часть его войска была захвачена в плен. Он вернулся в свою страну и приступил к преобразованию своего войска. Затем, услышав, что гурхан вернулся с войны с султаном и вновь начал притеснять население, а его армия была распущена по домам, Кучлук обрушился на него, как молния из тучи, и, застав его врасплох, взял его в плен и захватил его царство и войско. Одну из их девушек он взял в жены. Найманы по большей части христиане, но та девушка убедила его стать идолопоклонником, как и она сама, и отречься от своей христианской веры[222]222
  Согласно процитированному выше отрывку из Рашид ад-Дина, прим. 150 к [VIII], именно Кунку, дочь гурхана и Гурбесу, склонила Кучлука к принятию буддизма. В другом месте Рашид ад-Дин приписывает его обращение жене, которую он описывает как «девушку... народа, большинство из которых...», при этом первый пропуск встречается как у Березина (XV, 60), так и у Смирновой (182), в то время как придаточного предложения у Смирновой нет.


[Закрыть].

 
Твой божественный лик сделал меня твоим рабом,
и я очарован той, что всегда приносила беду.
Что ж с того, что небесный огонь пожирает мою печень,
ведь идолопоклонник другого и не достоин.
 

После того как он прочно обосновался в государстве каракитаев, он несколько раз ходил войной против Озар-хана[223]223
  Об Озаре (AWZAR) см. ниже, стр. 49. Согласно Джамалу аль-Карши (Jamal al-Qarshi), его именем было Бузар (Buzar). См. Бартольд, Туркестан, 401, Pelliot, Horde d’Or, 185.


[Закрыть] из Алмалыка. Наконец он неожиданно напал на него в его охотничьих угодьях и убил его.

Правители Кашгара и Хотана перед этим подняли мятеж, и сын хана Кашгара был захвачен в плен гурханом. Кучлук освободил его из заключения и отправил в Кашгар; но знать того города устроила заговор против него и убила его у ворот города до того, как он вступил в него. С тех пор каждый год во время жатвы Кучлук отправлял свои войска уничтожать их урожай и выжигать его огнем. Когда им /49/ не удалось собрать урожай в третий или четвертый раз, и появился большой недостаток зерна, и население стало голодать, они подчинились его власти. Он направился туда со своей армией; и в каждом доме, где был хозяин, он разместил одного из своих солдат, так что они все были собраны в одном месте и под одной крышей с жителями. И тогда проявились угнетение, и несправедливость, и жестокость, и разврат; и идолопоклонники-язычники делали все, что хотели и что было в их власти, и никто не мог сопротивляться им.

Оттуда Кучлук направился в Хотан и захватил ту страну; после этого он заставил ее жителей отречься от веры Мухаммеда, предоставив им выбор: либо принять христианство или идолопоклонство, либо надеть китайские одежды. И так как было невозможно перейти в другую веру, из-за крайней необходимости они облачились в платья, которые носили китаи. И сказал Господь Всемогущий: «Кто же вынужден, не будучи распутником или преступником, – то Господь твой – прощающ, милосерд!»[224]224
  Коран, VI, 146.


[Закрыть].

Не слышно стало призывов муэдзинов к молитве, и стихли молитвы единобожников и истинно верующих; а школы были закрыты и разрушены. Однажды в Хотане он согнал великих имамов на равнину и стал беседовать с ними о религии. Один из их числа, Ала ад-Дин Мухаммед из Хотана, отважился возразить ему – и он был подвергнут пыткам, а затем распят на двери своей школы, как будет описано ниже[225]225
  В главе IX.


[Закрыть]. Так настали черные дни для мусульманства, более того, оно было почти полностью истреблено, и бесконечный гнет и зло пали на всех рабов божьих, что возносили молитвы, – которые, к счастью, были исполнены, – говоря:

 
О Всевышний! Когда фараон возгордился, став надменным и дерзким от того, что имел,
Ты, Милосердный и Знающий, явил доброту и погружал его в море, пока он не погиб.
Почему же тогда человек, которого я не видел идущим иной дорогой, нежели та, которой он ходил всегда,
Защищен от превратностей судьбы? Ведь Небо может над всяким явить свою волю.
Разве ты не можешь схватить его? Так схвати – и царство станет свободно[226]226
  Из поэмы Ахмада ибн Абу-Бакр Катыба – сатиры на Абу-Абдаллу аль-Джайхани Саманида (М. К.).


[Закрыть].
 

И вышло так, как будто стрела молитвы поразила цель ответа и согласия; ибо когда Чингисхан собрался напасть на страны султана, /50/ он направил группу нойонов[227]227
  Согласно Сокровенному сказанию (§§ 202 и 237) и Рашид ад-Дину (Смирнова, 183, Хетагуров, 194), в погоню за Кучлуком был послан знаменитый генерал Джэбэ (Джеме у Джувейни).


[Закрыть], чтобы положить конец разврату, творимому Кучлуком, и вскрыть нарыв его подстрекательств. Кучлук в то время находился в Кашгаре. Жители Кашгара рассказывают следующее: «Когда они прибыли, они не успели еще вступить в бой, как он отвернул лицо свое и бежал. И все отряды монголов, прибывающие один за другим, искали только Кучлука, и было разрешено чтение такбира и азана, и глашатай провозгласил в городе, что каждый волен исповедовать свою религию и следовать своей вере. И тогда мы увидели, что существование этого народа – одна из милостей Всевышнего и одна из щедрот божественного милосердия».

И когда Кучлук бежал, все его солдаты, размещавшиеся в домах мусульман, были уничтожены в одно мгновение, подобно ртути, разлившейся на землю. И монгольская армия отправилась вдогонку за Кучлуком; и где бы он ни останавливался, они настигали его; и так они преследовали его как бешеную собаку, пока он не дошел до границ Бадахшана и не вступил в долину, называемую Дарра-и-*Дарази[228]228
  DRAZY вместо WRARNY в тексте (в списке D – WRAZY), т. е. долина *Дарази. См. следующее примечание.


[Закрыть]. Когда он приблизился к Сарык-Чопан[229]229
  SRΓ ČWPAN вместо SRX JWYAN в тексте (в списке E – SRX ČWPAN) согласно версии этого эпизода, приведенного Мирзой Хайдаром (Elias-Ross, 292), который называет это место Sárigh Chupán (SRYΓ ČWPAN), а WRARNY текста (см. предыдущую ссылку) – Darázukhán. В других местах Мирза Хайдар (op. cit., 353-354) ссылается на Sárigh Chupán (SARYΓ ČWPAN) и добавляет, что «жители Бадахшана называют границу [между Бадахшаном и Ваханом] Даразуханом (Darázukhán). Кашгари называет это Sárigh Chupán». По поводу Даразухана Элиас (Elias, op. cit., 354, n. 1) пишет следующее: «Я считаю, что имеется в виду Дарази-и-Вахан или Дараз-Вахан (Darazi-i-Wakhán or Darāz-Wakhan) и что это указывает на длинную узкую долину верхнего Пенджаба, в настоящее время иногда называемую Сарык-Чупан (Sarigh-Chupán) или Сархад (Sarbad)». Представляется, однако, что Darra-yi-*Dirāzī и *Sarïgh-Chopan Джувейни – не одно и то же, и второе, возможно, является какой-то точкой первого, предположительно обозначающего район Сархад. Долина Верхней Панджи (т. е. реки Сархадд, или Аби-Вахан) является одним из двух различных маршрутов путешествия Марко Поло с запада в Кашгар. См. Yule, The Book of Ser Marco Polo, I, 175, а также Cordier, Ser Marco Polo: Notes and Addenda, 38 and 39. Другой, более северный, маршрут пролегал по долине реки Памир, берущей начало от оз. Виктория, которое в течение долгого времени после его открытия Вудом считалось истоком реки Окс; вполне вероятно также, что Кучлук, покидая Кашгар, мог воспользоваться этим маршрутом. Согласно Сокровенному сказанию (§ 237), он был пойман в Сарыколе (в тексте Сарик-Кун (Sariq-Qun) – «Желтая скала», тем не менее, см. Pelliot, Notes sur le «Turkestan» de M. Barthold, 55). Это же название встречается у Рашид ад-Дина (Смирнова, 179 и 183) и обычно идентифицируется с хребтом Сарыкол в Западном Кашгаре. Однако нужно отметить, что Рашид ад-Дин согласен с Джувейни в том, что Кучлук был пойман и убит на «границе Бадахшана» (Хетагуров, 194, Смирнова, 179 и 183) и что, следовательно, «долина (дарра), называемая Сарыколь (Sarïq-Qol)», предположительно расположена западнее Сарыкола. Исходя из этих соображений, Смирнова высказывает предположение (179-180, прим. 7), что, возможно, имеется в виду область вокруг Сарыколя (или Сарикола) – «Желтого озера», называемого также русскими Зоркуль; и это предположение подтверждается тем фактом, что киргизские источники Вуда называли долину реки Памир «долиной Сирикола» (the durah [i.e. darra] of Sir-i-kol). См. Wood, A Personal Narrative of a Journey to the Source of the Oxus, 332. Таким образом, вполне вероятно, что бегство Кучлука на запад, как и путешествие Поло на восток, совершалось по одному из этих двух возможных маршрутов.


[Закрыть], он спутал дороги (как и следовало) и вступил в долину, из которой не было выхода. Несколько бадахшанских охотников охотились в горах неподалеку. Они заметили Кучлука и его людей и направились к ним; а монголы подошли с другой стороны. Так как долина была каменистая и передвигаться по ней было трудно, монголы пришли к соглашению с охотниками. «Эти люди, – сказали они, – Кучлук и его сторонники, которые ускользнули от нас. Если вы схватите Кучлука и доставите его к нам, мы больше ничего у вас не попросим». И тогда эти люди окружили Кучлука и его сторонников, взяли его в плен и передали монголам; которые отрезали ему голову и увезли ее с собой. Жители Бадахшана получили бесчисленное множество денег и драгоценностей и вернулись домой.

И нужно отметить, что тот, кто подвергает гонениям веру и закон Мухаммеда, никогда не одерживает победу, в то время как тот, кто их укрепляет, пусть даже не следуя сам этой религии, с каждым днем становится богаче и знатнее. /51/

 
Если Всевышний зажигает свечу, тот, кто попытается ее задуть, лишь опалит себе бороду.
 

И сказал Господь Всемогущий: «Разве они не видели, сколько Мы погубили поколений до них? Мы укрепляли их на земле так, как не укрепляли вас, посылали на них небо обильным дождем и заставляли реки течь у них, а потом погубили их за грехи и произвели после них другое поколение»[230]230
  Коран, VI, 6.


[Закрыть].

Так земли Кашгара и Хотана до самого края, принадлежащего султану, стали подвластны Завоевывающему Мир Императору Чингисхану.

А что до Ток-Тогана[231]231
  Здесь имеется в виду Коду, или Кул-Тоган, а не Тохтоа-беки (см. прим. 146 к [VIII]), но возможно также, что Джувейни ссылается на бегство меркитов после сражения на Иртыше.


[Закрыть], то он покинул Кучлука во времена его могущества и ушел в область Кам-Кемчик[232]232
  QM KMČK вместо QM KBČK текста. Кам-Кемчик, или, скорее, Кем-Кемчик, называлась территория между Кемом, т. е. верхним Иртышом, и его притоком рекой Кемчик.


[Закрыть]. Чингисхан отправил в погоню за ним своего старшего сына Туши с большим войском, чтобы разбить его, и тот стер следы его злых деяний и не оставил от него ничего.

Когда они вернулись, их стал преследовать султан; и хотя они не ввязывались в битву, султан не мог сдержаться и устремился в пустыню заблуждений и миражей. Так как предостережения его не удержали, они стали готовиться к бою. Обе стороны начали наступление, и правые фланги обеих армий наголову разбили противников. Уцелевшая часть монгольской армии воодушевилась успехом; они нанесли удар по центру, где находился сам султан; /52/ и он чуть не попал в плен, но Джелал ад-Дин отразил удары нападающих и спас его.

 
Что может быть прекрасней молодого льва, что пред своим отцом предстал, перепоясав чресла?[233]233
  Shahnama ed. Vullers, 1632, I. 2408.


[Закрыть]
 

И битва продолжалась в течение всего того дня, и сражение длилось до самой вечерней молитвы, когда великое светило исчезло и лицо мира стало черно, как лица грешников, а обратная часть земли темна, как ее чрево.

 
Прошлой ночью, когда тень земли поджидала коня света, я увидел весь обитаемый мир в черноте подобным жалкой лачуге.
Ты мог бы сравнить его с черным шатром, чья глава устремилась в небесную высь.
 

После этого они вложили боевые мечи в ножны, и каждое войско отдыхало в своем лагере. Затем монгольская армия удалилась[234]234
  Более подробное описание сражения см. ниже.


[Закрыть].

И когда они явились к Чингисхану и он оценил их храбрость и узнал пределы и размер армии султана, а также что у него не осталось никаких преград и ни одного врага, способного оказать сопротивление, он собрал свои войска и выдвинулся против султана.

А что до султана, то в то время, когда он очищал мир от грозных врагов, его можно было назвать головным отрядом (yezek) Чингисхана, сметающим все перед собой. Ибо хотя он и не уничтожил полностью гурхана, он все же ослабил основание его власти и первым нанес ему удар; и он также разгромил других ханов и князей. Но у всего есть свой предел, а у каждого начала – конец, который нельзя ни отложить, ни отсрочить.

 
«Перо высохло с почтением к тому, что уже свершилось».