Текст книги "Чингисхан. История завоевателя Мира"
Автор книги: Ата-Мелик Джувейни
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 48 страниц)
После того как Всемогущий Господь – святы Его имена и велика Его милость, – согласно словам:«Страхом и голодом, потерей богатства, и жизней, и плодов испытаем мы тебя»[534]534
Там же, II, 50.
[Закрыть], – испытал своих слуг на пробном камне бедствия и расплавил их в горниле несчастья —
Я ввергаюсь в огонь испытаний, когда ты обжигаешь глину;
Я нахожусь на пробном камне, когда ты проверяешь чистоту золота, —
– и когда каждый из них понес наказание соразмерно низости его деяний, и соответственно жестокости своих поступков и нечистоты помыслов испил из наполненной до краев чаши «воздаяния злом за зло», так как установлено, что у каждой вещи есть предел, а у каждого начала – конец,
Когда дело завершено, его конец близок
и [Мухаммед] (мир ему!) сказал: «Одна неудача не превзойдет двух удач»; стало необходимо, чтобы, согласно разуму и обычаю, вновь были явлены сокровища милости Всевышнего – велика Его слава! – и вновь дарованы спокойствие и утешение Его слугам; и чтобы все разнообразные проявления его бесконечной доброты и милосердия затмили и превзошли различные тяготы его наказания в соответствии со словами «Моя милость превзошла мой гнев»; ибо «первое достигает последнего».
Когда наступают тяжелые дни моей жизни, когда моему телу приходится нести ношу, подобную ноше верблюда,
Я не отчаиваюсь, ибо милость Высокого Создателя достигает каждого из его созданий, будь оно самой мельчайшей частицей.
Постепенно и неотвратимо знаки этой милости стали видимы, а их проявления и свидетельства – ясны и очевидны. И изложение этих замечаний, и приведение этих обоснований означает начало рассказа о переходе империи к Властелинам мира Угэдэй-каану и Менгу-каану. Я начну с описания в надлежащем порядке восшествия на престол Каана и буду точным и кратким, чтобы те, кто окажет мне честь, прочитав эту книгу, не могли упрекнуть автора этих строк в многоречивости, /142/ но поняли бы цель этого повествования и узнали, как Каан вел дела и заботился об общем благе; как он заставлял другие страны, которые колебались между отчаянием и надеждой, покориться и подчиниться – кого угрозами, а кого ласковыми словами, – и устанавливал над ними свою власть и господство; и как после его смерти Менгу-каан укрепил рухнувшее здание справедливости и возвысил его усилившееся основание.
Перед тем как получил царский сан, Каан носил имя Угэдэй. И Чингисхан из дел, которые он совершал, и слов, которые он произносил, обыкновенно видел, что он годится для трона, для [управления] государством и войском, и в том, как он открывал и закрывал, развязывал и завязывал, каждый день видел признаки мужества и доблести в управлении государством и защиты его от врагов. И предположениями и намеками он рисовал эту картину в сердцах других своих сыновей, «подобно картине на камне», и постепенно заронил эти семена в самой глубине их души.
Когда Чингисхан вернулся из стран Запада в свой старый лагерь на Востоке, он исполнил свое намерение выступить против тангутов[535]535
Подробное описание этого последнего похода против тангутов см. в: Grousset, L’Empire Mongol, 268-277.
[Закрыть]. И после того как весь тот край был очищен от злоумышлений его врагов, после того как все они были завоеваны и покорены, его вдруг сразил неисцелимый недуг, причиной которого был нездоровый климат[536]536
Описание смерти Чингисхана различными дальневосточными источниками см. в: Haenisch, Die letzten Feldzüge Cinggis Han’s und sein Tod. В Сокровенном сказании (§ 265) говорится о его падении с лошади зимой 1226/7 г., что также могло способствовать ускорению его конца; но единственный источник, называющий непосредственную причину его смерти, – Алтай Тобчи (1601), согласно которому он умер от лихорадки, которой заразился в тангутском города Дармегее. Этой лихорадкой, по предположению Хэниша (op. cit., 548), возможно, был тиф, что соответствует упоминанию Джувейни о «неисцелимом недуге, причиной которого был нездоровый климат».
[Закрыть]. Он призвал к себе своих сыновей Чагатая, Угэдэя, Улуг-нойона, Колгена[537]537
KLKAN. Его матерью была принцесса Кулан, дочь Даир-усуна, правителя ухаз-меркитов (Смирнова, 71). Он был убит в России, не доезжая Коломны, на р. Окс (Blochet, 46, Minorsky, Caucasica III, 226, 229).
[Закрыть], Джурчетея[538]538
JWRJTAY. Согласно Рашид ад-Дину (Смирнова, 72), Джурчетей или Джурчедей – «человек из Джурчена», «маньчжурец», был сыном наложницы-найманки. Также см. ниже, прим. 474.
[Закрыть] и Орчана[539]539
В этом имени я вижу второй элемент имени Кодон-Орчан, упоминаемого Рашид ад-Дином (Хетагуров, 117, Смирнова, 89), Qodun-Orchang или Qoton-Orchang в Сокровенном сказании (см. Pelliot-Hambis, Campagnes, 147, 286). Рашид ад-Дин использует форму Orchakan (AWRJKAN). Что касается употребления этой уменьшительной формы, то ср. с Ch’awrman и Ch’awrmaghan в Григор и употреблением имен Кадакан (см. прим. 221 к [XIV] ч. 1.) и Сибакан (см. прим. 482 к [XXIX] ч. 1.) наряду с Каданом и Сибаном у Джувейни. Орчакан, согласно Рашид ад-Дину (Смирнова, 72), был сыном татарской наложницы. Он не упоминается в дальневосточных источниках. См. Hambis, La chapitre CVII, 52. См. также сл. прим.
[Закрыть] и обратился к ним с такими словами[540]540
Согласно Рашид ад-Дину (Смирнова, 231-232), эта беседа состоялась весной 1227 г., когда еще не была окончена война с тангутами, в месте, называвшемся Онкон-Далан-Кудук, и из сыновей Чингисхана присутствовали только Толуй и Угэдэй, причем Завоеватель особо отметил в своем обращении отсутствие Чагатая. Утверждение Джувейни о присутствии Джурчетея и Орчана особенно интересно. Рашид ад-Дин в одном месте категорично заявляет (Смирнова, 72), что первый умер «раньше всех сыновей», последний «также умер в детстве». В другом месте (там же, 169) он описывает Джурчетея, принимавшего участие в кампании 1213 г. в Северном Китае, как «младшего сына» Чингисхана. Фактически, как Пеллио предположил в своей статье (Sur un passage du Cheng-wou ts’ing-tcheng lou, 919), это мог быть другой человек, носящий то же имя, например Чжурчедей из племени уруутов, который несколько раз упоминается в Сокровенном сказании и чья биография приводится в Юань-ши. Тем не менее сам Пеллио (op. cit., 923) идентифицирует Чжурчетея с Пи-йином, упоминающимся в Mêng-Ta pei-lu в качестве старшего сына Чингисхана, убитого в бою во время нападения монголов на Си-чинг, т. е. Та-тунг в Шаньси, в 1213 или 1214 г.
[Закрыть]: «Болезнь /143/ моя такова, что ее нельзя излечить никакими лекарствами, и кому-то одному из вас придется оберегать трон и могущество государства и еще более возвышать пьедестал, у которого уже есть такое прочное основание.
Ибо если каждый из моих сыновей пожелает стать ханом и быть государем, и не подчиняться никому другому, не будет ли это как в притче о змее с одной головой и о другой змее – со многими головами (о которых рассказывалось в начале этой книги)?»[542]542
См. выше, стр. 29.
[Закрыть]
Когда он произнес эти слова и предостережения, которые есть основа их дел и их ясы, вышеназванные сыновья преклонили колени и сказали:
Тогда Чингисхан сказал так: «Если вы желаете провести свою жизнь в довольстве и роскоши и насладиться плодами власти и богатства, мой совет, как я только что дал вам понять, таков: пусть на трон ханства вместо меня взойдет Угэдэй, поскольку он превосходит вас здравостью рассудка и проницательностью ума; и пусть управление войском и народом и защита границ Империи осуществляются его здравомыслием и мудрыми решениями. Посему я объявляю его своим наследником и передаю ключи Империи в его доблестные и умелые руки. Каково будет ваше решение, мои сыновья, относительно этих соображений и каковы ваши соображения относительно этого решения?»
Тогда они вновь преклонили колени почтительности к земле верности и смирения и ответили языком покорности, сказав: «Кто смеет противиться воле Чингисхана и кто может ее нарушить?
Небо внимает, и Провидение прислушивается к каждому приказанию, отдаваемому по твоему повелению.
/144/ Наше благо и благо наших преемников зависит от того, как исполняются наказы Чингисхана, и в наших делах мы вверяем себя его наставлению».
«Если, – сказал Чингисхан, – ваша воля находится в согласии с вашими словами, а ваш язык с вашим сердцем, тогда вы должны дать свое письменное согласие на то, что после моей смерти признаете Угэдэя своим ханом, и его приказания будут для вас как душа для тела, и что не внесете никаких изменении и исправлений в то, что было сегодня решено в моем присутствии, и не отступите от моего приказа».
Все братья Угэдэя исполнили его приказание и письменно заявили о своем согласии.
Состояние Чингисхана ухудшилось, и так как его нельзя было трогать с места, то он скончался там, где был, четвертого дня месяца рамадана 624 года [18 августа 1227 года][544]544
Согласно Юань-ши (Krause, 40), 25 августа, а заболел – 18 августа.
[Закрыть].
После этого все царевичи отправились в свои земли, намереваясь в следующем году созвать собор, который на монгольском языке называется курилтай. Они прибыли в свои орды и занялись приготовлениями к этому курилтаю.
Как только холодность воздуха и свирепость мороза уменьшились и земля повеселела и возрадовалась от дуновения ласкового зефира —
Зефир украсил земную обитель зеленью, и этот мир стал подобен Миру Грядущему.
Зефир, явивший чудо возвращения земли к жизни, похитил славу у Иисуса, —
– вышеназванные сыновья и их родственника послали нарочных, чтобы сообщить о смерти Чингисхана, а также о том, что во избежание причинения какого-либо вреда государству необходимо созвать собор и решить вопрос об избрании нового хана. После этого каждый оставил свою орду и отправился на курилтай. Из земель кифчакских[545]545
Тюрки-кипчаки, известные русским как половцы, а в Византии и на Западе называвшиеся куманами, ко времени монгольского нашествия уже 200 лет занимали господствующее положение в южнорусских степях. См. Minorsky, Ḥudūd, 315-317, Barthold, Histoire des Turcs, 88-91, Grousset, L’Empire des Steppes, 241-242. Qifchāk у Джувейни, как и использованный ранее вариант Khifchākh, очевидно, является арабской формой этого названия, тем не менее ср. с Khuch'akh и Khiwchʽakh у Киракоса и Khwchʽagh (т. е. Khywchʽagh) У Вардана (Vardan).
[Закрыть] прибыли сыновья Туши, Хорду[546]546
HRDW. Orda у Рашид ад-Дина и Hordu или Ordu у Карпини. Пеллио (Horde d’Or, 29-30) предпочитает написание Ördū. Орда, Хорду или Орду, старший сын Джучи, основал ханство под названием Белая Орда на территории нынешнего Казахстана. См. Grousset, op. cit., 469-470, Lane-Poole, The Mohammadan Dynasties, 226-229.
[Закрыть], Бату[547]547
О Бату см. ниже, глава XXXVIII.
[Закрыть], Сибакан[548]548
Читается SYBQAN вместо ŠYBQAN текста. Форма Sibaqan, существование которой Пеллио ставит под сомнение (op. cit., 44), возможно, является уменьшительной от имени Siban, которое также встречается у Джувейни (I, 205, в тексте в этом месте ŠYBAN). Ср. с Siban или Syban у Карпини и Stican у Рубрука. Более поздним вариантом произношения было Shiban, превратившееся в Shaiban из-за воображаемой связи этого имени с арабским племенем, носящим это название. В действительности, Siban может быть христианским именем, Пеллио (op. cit., 46-47) высказывает предположение, что это тюркская форма имени Стефан. От этой принца произошли не только некоторые правители Золотой Орды, но и тюменские цари и бухарские и хивинские ханы. См. Lane-Poole, op. cit., 239-240, Grousset, op. cit., 556-568.
[Закрыть], Тангут[549]549
TNKWT. Tangqut (TANKQWT) у Рашид ад-Дина (Blochet, 120).
[Закрыть], Берке[550]550
BRKH. Berea у Карпини и Barca у Марко Поло. Принявший ислам Берке, как правитель Золотой Орды, был злейшим врагом ильханов Персии и союзником их заклятого противника – египетского султана-мамлюка. См. Grousset, op. cit., 474-478, Spuler, Die Goldene Horde, 33-52.
[Закрыть], Беркечер[551]551
BRKJAR. Возможно, «маленький Берке». См. Pelliot, op. cit., 51-52.
[Закрыть] и /145/ Тога-Темур[552]552
TTATYMUR. Tautemur, Thautamur и т. д. у Карпини, в тексте Вингаерта (Wyngaert) ему соответствует Chucenur. Он был предком казанских и крымских ханов. См. См. Lane-Poole, op. cit., 233-235, Grousset, op. cit., 549-556.
[Закрыть], из Куяса Чагатай, из Эмиля и Кобака-Угэдэй, с Востока их дядя Отегин, Бельгутей-нойон[553]553
BYLKTAY. Он был неполнородным братом Чингисхана.
[Закрыть], Ельчитей-нойон[554]554
AYLČTAY. Он был сыном брата Чингисхана Качиуна (Qachi’un). Другие формы этого имени – Eljigidei (Юань-ши) и Alchidai (Тайная история). См. Hambis, op. cit., 29-30.
[Закрыть], *Еку и *Есунгей[555]555
Следует читать YKW W YSNKAY вместо YKWB WRKAY текста. В соответствующем месте Тайной истории (§ 269) упоминаются «царевичи Левой руки [т. е. Востока] во главе с Отчигин-нойоном, Еку и Есунгге». Еку и Есунгге были сыновьями брата Чингисханан Джочи-Касара.
[Закрыть], а из других мест – эмиры и нойоны, которые были поставлены повсюду. А что до Улуг-нойона и его младших братьев, то они уже находились в орде Чингисхана. Все вышеназванные люди собрались в области Келурена[556]556
KLRAN. Керулен. См. Pelliot, op. cit., 121, n. 1. Согласно Тайной истории, выборы проходили в районе Кодее-арала.
[Закрыть]; и когда мир заулыбался, освещаемый солнцем, находящимся в созвездии Овна, и когда подул ветер через глазницы дождевых туч —
Пришла весна, в своей красе и блеске, и аромат ее воздуха сказал нам все о желаньях влюбленных —
и когда, сверх того, зацвели в лугах цветы и травы, и, дивясь на это, витютени вместе с соловьями спели сотню песен на тысячу разных ладов во славу полей и лугов,
Теперь мы должны испить сладкого вина, ведь запах мускуса поднимается от ручья;
/146/ Воздух наполнен криками, а земля – смятением, счастлив тот, кто может пить с легким сердцем[557]557
Shahnama ed Vullers, 1630, 11. 2372-2373. Вместо слова jūibār («ручей»), использованного в тексте (а также Мохлом), Вуллерс употребляет kūhsār – «горы».
[Закрыть] —
все эмиры и нойоны вместе с войском, столь огромным, что им была покрыта вся земля и пустыня едва вмещала его множество,
И когда оно погружалось в воду, во всем море, от его ближней части до дальней, не оставалось воды, чтобы напоить одного жаждущего.
И когда оно выходило на сушу, то между его передними и задними рядами не оставалось на земле места для одного-единственного всадника —
и первым делом стали пировать и веселились три дня, полные радости и ликования, и не было в их самых сокровенных мыслях ни низкой лжи, ни зависти —
Они собрали плоды обмана и подойти ближе к дереву единства, плоды которого созревали в том месте, где они стали пить от избытка наслаждения,
От силы желания и радости жизни —
и после этого несколько дней говорили о делах государства и о завещании Чингисхана и читали и перечитывали письменные свидетельства его сыновей о том, что ханство должно достаться Угэдэю. Они послушались этого завета и все царевичи как один без тени злобы или неудовольствия сказали Угэдэю: «Согласно приказу Чингисхана тебе надлежит с помощью Неба вступить во владение ханством, чтобы все сильные мира сего перепоясали чресла своей жизни поясом покорности и верности и внимали бы твоим приказаниями повиновались им».
Угэдэй отвечал так: «Хотя таков был приказ Чингисхана, однако здесь находятся мои старшие братья и дяди, которые более меня достойны исполнить эту задачу, а кроме того, согласно монгольскому обычаю, наследником своего отца является младший сын из старшего дома, а Улуг-нойон и есть младший сын из старшей орды и всегда ухаживал за Чингисханом днем и ночью, утром и вечером, и видел, и слышал, и узнал все его ясы и законы. Видя, что все те живы и находятся здесь, как могу я наследовать ханство?»
/147/ Весь тот день до наступления ночи они спорили между собой весело и соперничали беззлобно. И таким же образом целых сорок дней они надевали каждый день новые одежды другого цвета[558]558
Ср. с описанием избрания Гуюка у Карпини: «В первый день они [татары] все были одеты в белые шелка; на второй день, а это было, когда Куюук подошел к палатке, они были одеты в красные (шелка); на третий день все были в синих шелках, а на четвертый день – в тончайших балдахинах» (Rockhill, 19). Согласно Хара-Давану, белые одежды, надетые в первый день, символизировали участие в избрании хана улуса Джочи. См. Vernadsky, The Mongols and Russia, 138-139. Однако необходимо упомянуть о другом порядке, в котором появляются цвета в описании Карпини, основанном на рассказе его спутника, Бенедикта Поула, который «сообщил нам устно, что он и другой фриар видели там около пяти тысяч великих и могущественных мужей, которые в первый день избрания короля все появились одетые в балдакин; но ни в тот день, ни в другой, когда они появились в белой парче, они не достигли согласия. Но на третий день, когда они были одеты в красную парчу, они пришли к согласию и сделали выбор» (Rockhill, 37-38).
[Закрыть] и осушали кубки с вином, в то же время обсуждая дела государства. И каждый день Угэдэй по-разному, точно и одновременно сдержанно выражал одни и те же чувства. Когда сорок дней истекли, на утро сорок первого —
Когда день в предчувствии удачи поднял озаряющее мир знамя,
Брови Абиссинии нахмурились, а китайское зеркало поднялось над Китаем —
дела всех царевичей и всех людей свободных сословий и рабов были решены, все царевичи как один подошли к Угэдэю и сказали: «Для этой задачи Чингисхан из всех своих сыновей и братьей выбрал тебя и доверил твоему суждению, что завязать, а что развязывать, что ослаблять, а что усиливать. Как можем мы допустить изменения его слова и отступления от него или его искажения и нарушения? В этот день, который, согласно предсказаниям астрологов и камов, должен быть удачным днем и подходящим и благоприятным временем, ты должен с помощью Господа – да святится имя Его — утвердиться на троне мира и украсить землю справедливостью и благими делами».
В конце концов, после долгих настойчивых убеждений с их стороны и долгих отказов со стороны Угэдэя он повиновался приказу своего отца и последовал увещаниям своих братьев и дядей. Согласно их древнему обычаю они обнажили свои головы и перекинули свои пояса через плечо; и в год 626/1228-1229[559]559
В действительности в 1229 г., хотя из повествования Джувейни можно сделать вывод, что выборы состоялись весной следующего после смерти Чингисхана года, т. е. 1228-го. Этот вопрос подробно рассматривается в Сокровенном сказании, согласно которому (loc. cit.) Угэдэй был избран в год Крысы, т. е. в 1228 г. Однако, согласно Рашид ад-Дину, перед выборами прошло почти два года (Blochet, 15) и, следовательно, они были проведены в год Быка, т. е. в 1229 г. (ibid, 16-17). В 1228 г., согласно Юань-ши (Krause, 41) Толуй был регентом империи.
[Закрыть] Чагатай взял его за правую руку, а Отегин за левую, и по решению зрелого суждения и с помощи юной удачи они возвели его на трон. Улуг-нойон взял чашу, и все присутствующие при дворе и за его пределами трижды преклонили колени и вознесли молитву, говоря: «Да будет процветать государство от того, что он станет Ханом!»
/148/ И если жемчуг служит украшением для прекрасного лица, красота твоего лика – украшение для жемчуга.
И ты добавляешь аромата самым изысканным ароматам, даже когда едва касаешься их, – где же есть подобные тебе?
И они нарекли его Кааном, и в соответствии с обычаем все царевичи в знак верности и повиновения Каану трижды преклонили колени перед солнцем, находясь вне пределов орды; затем, возвратившись, они провели собор, предаваясь веселью и отдыху и очистили равнины радости от шипов горя.
Управляющий Миром Император уселся на лестницу недремлющей удачи, могущественный и пользующийся покровительством неба, и царевичи, подобные Ориону, перепоясали чресла любви поясом верности пред солнцем небес величия и могущества; в то время как слева сидели жены, каждая из которых была щедро наделена прелестью и красотой, своей изысканной свежестью и яркостью напоминавшие цветы, а сладостью и чистотой подобные весенней зелени.
Ее лицо, подобное розовому саду, есть весна мира души;
Ее ниспадающие косы – аркан, наброшенный на шею терпения;
Ее брови, подобные дугам, – полумесяцы на лице неба;
Ее источающие амбру локоны – лучшее украшение для прекрасных ланит.
Все, кто видели это собрание с таким множеством гурий и юношей, с изобилием вина и молока, воскликнули в великом изумлении:
Теперь ты можешь судить, каково оно, наивысшее блаженство.
Глаза Времени просияли от присутствия Каана, и в мире благодаря его трудам не стало ненависти и злобы.
В королевстве оживилась торговля, потому что на земле есть такой правитель, как ты.
Ветер окреп из-за его смелости, земля стала легкой из-за его милосердия.
Деревья мира и спокойствия, засохшие было, вновь наполнились соком; а ланиты Надежды, разодранные отчаянием и безнадежностью, вновь засветились румянцем. Дни, в силу покоя и тишины, приобрели упоительность ночи, а ночи, от веселия и яркого огня вина стали как белый день.
/149/ Тогда Каан приказал, чтобы открыли хранилища сокровищ, собранных за многие годы для Чингисхана в странах Востока и Запада, все описание которых не могли вместить конторские книги. Он закрыл рот осуждающим, отвергнув их советы, и выделил свою часть каждому из своих родственников и военачальников, своего войска и своих соплеменников, знатных и низкого рода, господ и слуг, хозяев и рабов, каждому согласно его пожеланию; и оставил в своих сокровищницах на завтрашний день не много и не мало, не чрезмерно и не скудно.
Ибо лев не делает запасов и на день,
в то время как муравей запасает пищу на весь год[560]560
Таалиби в Tatimmat-al-Yatima в одном месте приписывает эти строки Абуль-Харифу ибн ат-Таммару аль-Васити, а в другом месте-Абу-Мухаммеду Лутфулле ибн аль-Муафи (М. К.). См. Eghbal’s ed, I, 48, и II, 89.
[Закрыть].
И когда он закончил пиршества и раздачу подарков, то согласно обычаю, который гласит: «Воистину; мы нашли наших отцов в некоем учении»[561]561
Коран, XLIII, 22.
[Закрыть], он приказал, чтобы непрерывно в течение трех дней готовили пищу для духа Чингисхана; а также чтобы из луноликих дев, красивых наружностью и веселых нравом, приятных для глаз красотой и с прекрасными очами, грациозных в движениях и изящных в неподвижности – из тех, что «награда тем, которые богобоязненно[562]562
Там же, XIII, 35.
[Закрыть], отобрать сорок девиц из родов эмиров и нойонов, украсить их драгоценностями и орнаментами, одеть в красивые платья и дорогие наряды и вместе с отборными лошадьми отправить туда, где они соединятся с его духом[563]563
Этот обычай был исполнен и в случае Хулагу. Ср. с Vassaf tr. Hammer-Purgstall, 97: «Es wurde nach mongolischem Gebrauche eine Grabstätte bereitet, viel Gold und Juwelen hineingeworfen und ihm einige wie Sterne schimmerdne Mädchen mit Schmuk und funkelndem Geschmeide zu Beischläferinnen gegeben? Damit er von der Wilderniss der Finsternisse, von dem Grauen der Einsamkeit, von des Grabes Bedrängnisse und peinlicher langer Weile Verhāngnisse verschonet bleibe».
[Закрыть].
И когда он покончил с этими занятиями, то занялся управлением государством и ведением дел.
Прежде всего он издал ясу о том, что все распоряжения и приказания, которые были ранее изданы Чингисханом, оставались бы в силе и соблюдались и охранялись бы от изменения, и переиначивания, и путаницы. А со всех сторон тем временем пришли доносчики и осведомители доложить и сообщить о делах каждого из эмиров и правителей. Но Каан сказал: «Любую поспешную речь, до нашего восшествия на престол исторгнувшуюся из уст любого человека, мы простим и забудем о ней; но если с этого времени какой-либо человек задумает совершить что-либо противное старым и новым распоряжениям и ясам, наказание и кара тому человеку будут соразмерны его преступлению».
И, издав эти ясы, он отправил войска во все страны мира.
В Хорасане и Ираке еще не унялся огонь вражды и беспорядков, да и султан Джелал ад-Дин там все еще не унимался. Он направил туда Чормагуна[564]564
JWRMAΓWN. Chormaqan в Сокровенном сказании. Из работы Григора (Grigor, History of the Nation of the Archers, 301) следует, что это уменьшительная форма имени Chorman. См. Cleaves, The Mongolian Names, 419. Вряд ли это имя можно идентифицировать с Chirpodan, Cyrpodan и т. д. у Карпини.
[Закрыть] с несколькими эмирами и тридцатью тысячами воинов.
/150/ В землю кифчаков, саксинов и булгар он послал Кокетея[565]565
KWKTAY. Ср. с Кокедеем, который участвовал в посольстве Газан-хана к папе Бонифацию VIII. См. Mostaert and Cleaves, Trois documents mongols des Archives secrètes vaticanes, 469 и 471. Это имя означает «тот, что со смуглым лицом» (ibid., 473-474).
[Закрыть] и Субутая-бахадура[566]566
Читается SBTAY вместо формы SNTAY, используемой в тексте, которая, тем не менее, соответствует SWNDAY у Рашид ад-Дина (Blochet, 18), т. е. имени Сонитей или Сонидей – «человек из племени сонит». Человек с таким именем действительно есть в списке командиров Чормагуна. См. Grigor, 303. Изначально его имя было Чагатай, но после смерти его тезки его заменили именем Сонитей. См. Рашид ад-Дин, перевод Хетагурова, 100, а также мою статью On the Titles Given in Juvainī to Certain Mongolian Primes, 153-154, n. 39. Однако гораздо более вероятно, что здесь упоминается великий генерал Субутай-бахадур. См. стр. 185.
[Закрыть] с таким же войском.
И в Тибет и Солангай[567]567
SLNGAY. Северная Корея или северные корейцы, Solongqas в Сокровенном сказании, Solongi у Карпини и Solanga у Рубрука. Вероятно, это экспедиция под предводительством Чжалаиртая, упоминаемая в Сокровенном сказании, § 274. Также см. прим. 519 к [XXX] ч. 1.
[Закрыть] он подобным образом послал большие или меньшие силы; в земли китаев же он решил отправиться лично в сопровождении своих братьев.
Все эти походы будут описаны ниже, так что способ осуществления и характер каждого из них станут известны – если Господь Всемогущий того пожелает.
[XXX] О ПОХОДЕ ИМПЕРАТОРА МИРА КААНА ПРОТИВ КИТАЕВ И О ЗАВОЕВАНИИ ИХ СТРАНЫ [568]568Описание этой капании, основанное на китайских источниках, см. в Franke, Geschichte des chinesischen Reiches, IV, 285-290. См. также Grousset, L’Empire des Steppes, 321-324, L’Empire Mongol, 291-294.
[Закрыть]
Когда корона власти была благополучно возложена на голову Императора Мира, а невеста-империя заключена в объятия его могущества, он, послав войска во все страны мира, исполнил свое намерение и лично отправился в землю китаев в сопровождении своих братьев Чагатая и Улуг-нойона и других царевичей, а также такого числа подобных левиафанам воинов, что пустыня от сверкания их оружия и от столкновения их лошадей стала как бушующее, вздымающееся волнами море, ширину и протяженность которого человеческий разум не мог вообразить, а центр и берега которого не были видимы глазу. Равнина от натиска конницы становилась как горы, а холмы превращались в равнину от ударов лошадиных копыт.
Во главе войска шли благородные рыцари, при виде которых перехватывало горло и рушились горные вершины.
Прежде всего они подошли к городу, называемому *Ходжанфу-Балакасун[569]569
Читается XWJANFWBLQSWN вместо XWJATBWNSQYN текста. Ходжанфу – это китайский Хэ-чунг-фу (Ho-chung fu), современный Пу-чоу. Что же касается Балакасуна, эту форму предложил мне профессор Кливз в письме от 14 июня 1955 г. Как он отмечает в следующем письме, датированным 2 августа 1955 г., balaqasun или bala qasu, монгольское слово, означающее «город», несколько раз встречается в Сокровенном сказании (§§ 247, 248, 253 и 263) как приложение к названиям китайских городов.
[Закрыть] и осадили его со всех сторон, начиная от берега реки Кара-Мурен[570]570
QRAMWRAN. Буквально «Черная река» – монгольское название Хуанхэ, или Желтой реки, Caramoran Марко Поло и фриара Одорика.
[Закрыть]. /151/ Расположив свое войско кольцом, они возвели новые укрепления; и на протяжении сорока дней они яростно сражались, и тюркские лучники (которые, если пожелают, могут ударами стрел сбивать звезды) стреляли с такой меткостью, что
Каждая стрела, которую они посылали со скоростью падающей звезды, поражала цель.
Когда жители города поняли, что сопротивление стрекалу не принесет никаких плодов, кроме раскаяния, а спорить с судьбой – значит накликать несчастье и отвращать [Судьбу], они запросили пощады и от слабости и страха сельские жители и горожане
В конце концов все сложили свои головы на пороге царского дворца,
в то время как китайские солдаты, числом до тумена, взошли на построенный ими корабль и уплыли. Великое число горожан, простерших свои руки к сражению, были отправлены «на огонь Господень из ад Его», а их детей и юношей увели в оковах рабства и отправили в разные места.
И когда монголы уходили от этого города, Угэдэй послал вперед Улуг-нойона и Гуюка с десятью тысячами человек, а сам он медленно подтягивал тылы. Когда Алтан-хан[571]571
См. прим. 58 к [III] ч. 1. Это был Ай-дзунг, последний правитель из династии Цзинь.
[Закрыть], который был ханом тех стран, услышал известия о приближении монгольской армии, он послал против них двух своих генералов, Кадай-Ренгу и Камар-Некудера[572]572
QDAY RNKW или QMR NKWDR. Из этих двух генералов империи Цзинь первый, как отмечает профессор Кливс в письме от 14 июня, без сомнения, не кто иной, как Хада Сокровенного сказания (§§ 251 и 252). В Юань-ши (глава 2 (tsʽe I), 3r4) он предстает как Хо-та (Ho-ta). RNKW (или, может быть, Y RNKW) – вероятно, искаженное SNKM, т. е. senggüm, китайское chiang-chün – — «генерал». См. Pelliot, Notes sur le ʻTurkestan’ de M. W. Barthold, 45, n. 3. Что касается QMR NKWDR, to QMR, вероятно, – искаженное TMR, т. е. Темур (Temür), а Некудер (Neküder) – обычное монгольское имя (означающее «раб», см. Cleaves, The Mongolian Names, 427). Однако, как предполагает в своем письме профессор Кливз, более вероятно, что QMR NKWDR – это искаженная форма имени Хобегетур (Höbögetür). Так звали генерала империи Цзинь, упоминаемого вместе с Хада в § 251 Сокровенного сказания.
[Закрыть] со ста тысячами отборных людей. Армия китаев, чрезмерно уверенная в себе вследствие своей силы и количества, а также малочисленности монголов, полностью их окружила и стояла кольцом вокруг них, надеясь так привести монгольское войско к своему хану, чтобы он устроил им смотр и сам нанес последний удар.
Улуг-нойон увидел, что пояс сопротивления туго затянут и что китаев можно было победить хитростью и уловками – ибо «война есть обман», – и их свеча погасла на ветру лжи. Среди монголов был один канглы, который был очень искусен в науке яй[573]573
Тюркское слов yai и монгольское jada обозначают магический ритуал, вызывающий дождь, снег и т. д. с помощью погружения в воду безоаровых камней. Найманы, согласно Сокровенному сказанию (§ 143) и Рашид ад-Дину (Смирнова, 121-122), пытались использовать этот способ против войска Чингисхана; но вызванное ими ненастье обернулось против них самих, и последствия этого были ужасны. См. также Grousset, L’Empire Mongol, 112-113. Кватремер (Quatremère, Histoire des Mongols de Perse, 328-335) собрал описания этого способа вызывать ненастье, встречающиеся у средневековых мусульманских авторов. Описание их применения в настоящее время смотри в Frazer, The Golden Bough, I, 3105-3106.
[Закрыть], то есть использовании дождевого камня. Улуг-нойон велел ему показать свое искусство и приказал всему войску надеть плащи поверх зимней одежды и не сходить с коней три дня и три ночи. Канглы занялся своим волшебством, так что за спинами у монголов начался дождь, и в последний день дождь превратился в снег, к которому добавился холодный ветер. От такого чрезмерного летнего холода, какого китайское войско не видело и зимой, оно пришло в уныние и смятение, а монгольская армия приободрилась и воодушевилась. Наконец —
Когда драгоценный красный камень утра отделил белое от черного —
они увидели войско китаев, подобное стаду овец, – «голова одного у хвоста другого», – сбившихся в кучи из-за холодной погоды и сильного озноба, спрятав головы и поджав ноги, как ежи, /153/ с оружием, покрытым льдом, – «и ты видишь народ там поверженным, словно стволы пальм опрокинутых»[574]574
Коран, LXIX, 7.
[Закрыть]. Яйши[575]575
Мастер яй, или искусства вызывать ненастье.
[Закрыть] тогда перестал колдовать, и монголы выступили вперед и подобно ястребам, нападающим на стаю голубей, – нет, львам, бросающимся на стадо оленей, – бросилось на них, тонкошеим, с глазами диких буйволиц, с походкой куропаток и внешностью павлинов, и напали на них со всех сторон.
Сокол схватил голубку клювом острым;
Лев сокрушил оленя лапой могучей.
Они не запачкали своих мечей их кровью, но, сидя на своих лошадях, оправили их в ад своими копьями.
Что до двух вышеупомянутых генералов, они бежали вместе с пятью тысячами людей и бросились в воду: градом стрел монголы сбили их с ног, и они растянулись на сырой земле; а что до тех двоих негодяев, подобных демонам, которые были в авангарде со ста тысячами[577]577
Это не соответствует упомянутым немного выше пятью тысячами человек. Вся армия насчитывала сто тысяч человек. См. стр. 128.
[Закрыть] людей, хоть они и переправились через реку со скоростью ветра, однако солдаты, которые переправились раньше их, обрушили огонь погибели на этих несчастных; и было приказано, чтобы большая часть войска совершила над ними то, что сделали спутники Лота, по их выбору[578]578
Это, очевидно, было местью за оскорбительные замечания солдат цзиньской армии в адрес монгольских женщин. См. Rashid-ad-Din ed. Blochet, 21 и 23.
[Закрыть].
Они сложили холм из правых ушей убитых[580]580
Ср. стр. 185. Так же и после битвы при Лейгнице «победившие монголы отрезали одно ухо у каждого вражеского трупа, найденного ими на поле боя; было собрано восемь больших мешков» (Вернадский, Монголы и Русь, 55).
[Закрыть] и послали гонцов к Каану, чтобы сообщить ему радостную весть о победе. Тогда он также прибыл, и они отправились против Алтан-хана, который в то время находился в городе Намгинге[581]581
NAMKYNK. Namging Сокровенного сказания, т. е. Нан-чинг, южная столица империи Цзинь, современный Кай-фенг.
[Закрыть]. В течение недели он продолжал там сражаться; /154/ а затем, увидев, что кирпич удачи был вынут из опалубки его королевства и большая часть его войска перебита, он вошел в дом вместе со своими женами и детьми, которые все еще оставались с ним, и приказал обложить дом поленьями и поджечь их; и так он был сожжен заживо[582]582
Джувейни дает не совсем верное описание императора Цзинь. Ай-тзунг покинул Кай-фенг, бежав вначале в Куей-те, а потом в Тзай-чоу (современный Чжу-нан) возле границы империи Сун. Вновь окруженный монголами и войсками Сун и видя бесполезность дальнейшего сопротивления, он повесился во дворце или шатре, который затем был подожжен, в соответствии либо с его собственными отданными заранее указаниями, либо с последующим приказом кого-либо из его близких родственников. См. Franke, op. cit., IV, 290, V, 157.
[Закрыть]. «Он утратил и ближайшую жизнь, и последующую. Это явная потеря»[583]583
Коран, XXII, 11.
[Закрыть].
И когда монгольская армия вошла в город,
И они разоряли и грабили чрезмерно, и убили бессчетное число людей, и собрали неизмеримую добычу Они захватили несколько других городов и взяли в плен столько луноликих дев и юношей, что от этого расцвели все края земли и сердца всех людей стали безутешны.
Угэдэй оставил в землях китаев Азиза Ялавачи и с победой и триумфом направился в сторону своей собственной орды, послав войска против Манцзы и в Солангай[585]585
Это, возможно, также ссылка на экспедицию под командованием Джалайитрая. См. прим. 501 к [XXIX] ч. I.
[Закрыть] и другие края, такие как земли тангутов, тибетцев и су-моголов[586]586
SWMΓWL. Букв. «водяные монголы», так как su – — тюркское слово, означающее «вода»; «Sumongol, id est aquatici Mongoli» Карпини (Wyngaert, 51) и «Su-Moal, hoc est Moal aquarum» Рубрука (ibid., 269), по-китайски Shui Ta-ta. Они населяли восточную часть Маньчжурии. См. Bretschneider, II, 175, п. 935. Профессор Кливз в письме от 26 августа 1955 г. сообщает мне, что не может найти в дальневосточных источниках никакого свидетельства тому, что Угэдэй отправил экспедицию против Shui Ta-ta. Однако в отрывке из Сокровенного сказания, на который я ссылался выше (прим. 501 к [XXIX] ч. 1), утверждается, что целью экспедиции Джалайиртая было усиление войск, ранее посланных против чжурчжэней и солонгаев; и профессор Кливз высказывает предположение, что в этом случае термин «чжурчжэни», возможно, включает и Shui Ta-ta, которые, скорее всего, являются ветвью этого народа и часто упоминаются в связи с ними в Юань-ши.
[Закрыть], о чем вы почтете ниже.
