Текст книги "Мрачный город (СИ)"

Автор книги: Guiltythree

сообщить о нарушении

Текущая страница: 55 (всего у книги 69 страниц)

Глава 297
Красный цветок

Красное облако окутало Гунлауга, просочившись сквозь трещину в его шлеме. На секунду запоздав с реакцией, Светлый Владыка отшатнулся… но не раньше, чем вдохнул пыльцу кошмарного цветка.

Санни не знал, когда и как Нефис получила ее, но знал, что не ошибся – это была пыльца Кровавого Цветка, жуткого цветка-паразита, который он сам имел несчастье вдохнуть однажды, давным-давно.

Воспоминание о кровожадных красных цветах, растущих в его легких, вызвало дрожь во всем теле Санни. Тогда единственной причиной, по которой он не стал носителем коварного Кошмарного Существа, было Плетение Крови. Без него он был бы сожран изнутри за считанные минуты.

…И теперь Светлого Владыку постигнет та же участь.

«Она… она действительно сделала это…»

Однако остальные Спящие, собравшиеся в большом зале, не знали, что Гунлауг уже практически мертв. В том числе и сам тиран.

Согнувшись в приступе сильного кашля, он прорычал:

– Что? Что ты сделала со мной, сука⁈

Нефис лежала на полу на коленях там, где он ее уронил. Ее доспехи были разбиты и разорваны, по потрескавшемуся белому металлу текли реки крови. Сияние ее кожи погасло, но под ней пылали раскаленные языки пламени.

Ужасные раны на ее груди медленно закрывались, а рваные раны на лице уже исчезли, оставив его таким же совершенным, как и прежде. Однако это лицо было окровавленным и бледным, искаженным в выражении ужасной агонии.

В ее глазах, однако, была темная злоба.

По толпе прокатился хор шепотков, когда они увидели, как затягиваются ужасные раны. Будь то члены Владыки или обитатели трущоб, у всех на устах было два слова:

– Бессмертное Пламя!

– Бессмертное Пламя!

И тут кто-то крикнул, его голос был полон ошеломленного благоговения:

– Это… это благословение огня!

Глухая ко всему этому, Меняющаяся Звезда застонала и медленно поднялась на ноги. Затем она с трудом взглянула на Светлого Владыку и сказала дрожащим от боли голосом:

– Я… я убила тебя.

Сквозь трещину в золотой маске Санни увидел, как голубой глаз Гунлауга сначала сузился, а потом вдруг широко раскрылся. В следующее мгновение Светлый Владыка снова начал кашлять.

На этот раз с его губ сорвался сдавленный крик.

«…Сейчас начнется.»

Санни немного сдвинулся, незаметно придвинувшись ближе к Кастеру.

Гунлауг тем временем зашатался и застонал. Из-под его разбитой маски капала кровь.

Затем в тронном зале древнего замка раздался дрожащий смех.

– Ах… правда? Какой… сюрприз…

Он выронил свой топор, который превратился в лужицу жидкого золота и слился со странными доспехами. Он сделал шаг к Нефис, но затем покачнулся и упал на одно колено.

Несколько мгновений Светлый Владыка оставался неподвижным. Затем его тело забилось в конвульсиях, и кровь хлынула через разбитую переднюю часть его монолитного шлема. Снова послышался приглушенный крик, полный мучительной боли.

Сотни людей смотрели на него, ошеломленные, их глаза были полны неверия, гнева и ужаса.

Светлый Владыка поднял голову и взглянул на Нефис, затем прошипел:

– Что за… шутка! Я не могу… не могу так умереть!

Меняющаяся Звезда смотрела на него сверху вниз, ее лицо было холодным и неподвижным. В ее глазах не было ни триумфа, ни злорадства.

Но в них не было и милосердия.

Отвернувшись, она на мгновение замешкалась, а затем сказала, ее голос был странно мягким:

– … Теперь отдыхай. Твой кошмар закончился.

Гунлауг в недоумении уставился на нее, а потом вдруг рассмеялся. Откуда-то из глубины его горла раздался тревожный, булькающий звук, как будто он захлебнулся кровью.

– Хорошо… это слишком хорошо. Твой… только начинается, хотя…

С этими словами он медленно поднялся, а затем отвернулся. Покачиваясь, Светлый Владыка сделал один шаг вперед, затем другой.

Толпа молча наблюдала за тем, как он с трудом пробирается к ступеням, ведущим к трону из белого мрамора, и поднимается по ним, кровь хлещет из трещин в его шлеме, золотые доспехи текут и клубятся вокруг его тела в состоянии, напоминающем панику.

Наконец Гунлауг достиг помоста и опустился на свой трон, глядя вниз на большой зал древнего замка со странным, тоскливым выражением лица. Затем он напрягся, чтобы что-то сказать, но вместо этого его скрутил приступ сильного кашля.

В конце концов, он просто прошептал несколько почти неслышных слов и откинулся на спинку трона, его тело расслабилось. Санни был, пожалуй, единственным, кто его слышал, поскольку его тень все это время пряталась в темноте алькова.

– Я… пытался. Вначале… я действительно пытался…

Вот что прошептал Гунлауг.

А потом он затих.

Светлый Владыка Мрачного города был мертв.

Санни понял это мгновенно, потому что ужасная психическая аура, прижимавшая его к земле, внезапно исчезла, позволив всем людям вокруг него двигаться и дышать свободно.

Зная, что сейчас произойдет, он в последний раз взглянул на дальний конец большого зала.

На троне сидел труп в золотых доспехах, из трещины в его полированной маске выглядывал прекрасный красный цветок.

Через несколько мгновений доспехи вдруг засияли белым светом, а затем распались на бесчисленные искры, явив человека, который долгие годы железным кулаком правил этим проклятым местом.

Гунлауг был удивительно красив. Несмотря на то, что его лицо было залито кровью, это было легко заметить. У него была короткая борода и длинные светлые волосы. Один глаз у него был вытекшим, выеденный Кровавым Цветком, а второй быстро стекленел.

Но больше всего Санни удивило то, насколько молодо он выглядел. Трудно было представить Светлого Владыку не могущественным и нестареющим, но на самом деле ему было не больше двадцати семи лет. Почему-то Санни забыл об этом факте.

«…Дети. Все мы здесь – просто потерянные дети.»

Однако он не стал тратить слишком много времени на размышления об этом.

Потому что в следующее мгновение Тессай, который смотрел на своего мертвого господина со своим обычным угрюмым выражением лица, повернулся и посмотрел на толпу жителей трущоб, затем на членов Владыки.

Гигант задержался на секунду, а затем сказал, его глубокий, темный голос гулко разнесся по древнему залу:

– … Чего вы ждете? Убейте их всех.

И тут все погрузилось в безумие.

Глава 298
Огонь и кровь

Первый страж, выполнивший приказ Тессая, сделал выпад вперед, призывая свое оружие… и упал на землю, в его глазу внезапно появился тяжелый кунай.

Из-за того, что все внимание было приковано к окровавленной фигуре на троне, никто не заметил, как Санни слегка шевельнул рукой, выпустив в полет Проворный Шип.

Однако он не смотрел на Гунлауга. Его взгляд был обращен к Нефис, а его тень следила за Кастером.

Когда Светлый Владыка умер, с Меняющейся Звездой произошло нечто странное. Ее глаза широко раскрылись, потеряв фокус, а затем она слегка покачнулась и опустилась на одно колено.

Ее тело было занято перестройкой после поглощения огромного количества эссенции души, что на несколько мгновений сделало Нефис уязвимой.

Именно тогда Тессай отдал свой приказ, и именно тогда Санни метнул свой кунай и убил гвардейца, бросившегося в атаку на жителей трущоб.

Кто-то закричал, и в следующее мгновение большой зал замка погрузился в хаос.

Никем не замеченный, Кастер внезапно превратился в пятно.

«Не так быстро!»

Санни был сброшен с ног и неловко упал, его запястье вскрикнуло от боли. Однако он достиг своей цели: даже падая, он видел, как гордый Наследник покатился по мраморному полу, споткнувшись о невидимую нить Проворного Шипа.

Секунду спустя сотни Спящих столкнулись друг с другом, их подавляемая ярость, жажда крови и убийственная обида наконец-то вылились в бурю насилия.

Белый мрамор мгновенно окрасился в красный цвет от крови.

Стражи убивали без разбора, их мощное оружие Памяти и тренировки давали им огромное преимущество перед неорганизованной толпой обитателей трущоб. Но они убивали не только тех, кто пришел из внешнего поселения: в панике и хаосе, охватившем тронный зал, отличить друга от врага было нелегко.

Санни видел, как несколько помощников ремесленников пали от их клинков, а также несколько невезучих людей, которые заплатили большую дань в обмен на обещание безопасности.

Теперь, когда Гунлауг ушел, безопасность тоже исчезла.

Казалось, гвардейцам было все равно, кого убивать, или они даже были рады, что их спустили с цепи. Даже если среди них и были те, кто сохранил какие-то остатки совести, теперь она полностью исчезла, поглощенная инстинктом толпы и радостью освобождения от всех ограничений. Их лица были искажены свирепыми гримасами, а глаза горели яростью, ненавистью и омерзительной радостью.

Это было, пожалуй, самое тревожное и пугающее зрелище, которое Санни когда-либо видел… а он видел несколько самых леденящих душу ужасов, которые только могло предложить Царство Снов.

Как люди могут так поступать с другими людьми?

Но этот вопрос был спорным, а также лицемерным. Люди действительно были самыми приспособленными существами. Когда им было нужно, они легко могли лишить своих жертв статуса человека, тем самым снимая с себя вину или грех. Зачем испытывать чувство вины за убийство скота?

Даже существа хуже скота. Ненавистные вредители.

В прошлом Санни и сам практиковал этот простой трюк.

Эти мысли заняли у него лишь долю секунды. Вскочив на ноги, Санни призвал Осколок Полуночи и бросился к Нефис.

Жители трущоб тем временем пришли в себя и встретили нападение Владыки с такой же яростью и жаждой крови. Хотя они были менее опытны, сыты и вооружены, их решимость и возвышенная ярость компенсировали это.

– Защитите Леди Нефис!

– Убейте ублюдков!

– Суд!

Две силы столкнулись, уничтожая всех, кто имел несчастье оказаться между ними. Крики ужаса и боли наполнили большой зал. Пол стал скользким от крови, на нем лежали мертвые тела, уставившиеся в пустоту широко раскрытыми глазами.

Санни увидел, как охотник со шрамом нырнул под удар молодого стража и вогнал острие меча в горло врага. Он видел, как несколько охотников Владыки набросились на Эффи, которая легко разорвала веревку, связывавшую ее руки, и встретила их свирепым оскалом, а прекрасное бронзовое копье соткалось из искр света в ее руках. Он увидел, как Тессай тяжелой булавой размозжил череп случайному Спящему. Бедный юноша был виноват лишь в том, что встал у него на пути.

Он видел, как люди кричали от страха, пытаясь убежать из зала. Многие падали на пол, а затем оказывались раздавленными под ногами паникующей толпы…

Проблема была в том, что он не видел Кастера.

Оказавшись рядом с Нефис, Санни отбил чей-то меч, а затем ударил противника по лицу, отчего тот с болезненным криком отлетел назад. Он огляделся, пытаясь заметить гордого Наследника, его разум был холоден и собран…

И тут он увидел его. Возможно, у Кастера и были планы убить Меняющуюся Звезду в момент ее слабости, но благодаря тонкому вмешательству Санни он упустил этот шанс.

Теперь у Наследника были проблемы поважнее. С зачарованным цзянем в руке он сражался не с кем иным, как с Геммой, лидером Охотников. Неважно, насколько сильным и умелым был Кастер, это был не тот противник, который легко сдастся, если вообще сдастся. Он не мог выйти из этой схватки, не рискуя быть убитым.

«…Ну. Эта проблема, кажется, решена.»

Но теперь возникла другая. Гораздо большая.

На ступенях, ведущих к белому трону, Харус стоял, повернувшись спиной к бойне внизу, на его лице застыло странно отрешенное выражение.

Санни мог видеть его лицо, потому что тень никогда не покидала темноту алькова, следя за каждым движением страшного горбуна.

Харус смотрел на мертвое тело Гунлауга, его остекленевшие глаза были растерянными и пустыми.

Но затем, медленно, в них появился намек на темную и смертельную эмоцию.

Повернувшись, он изучал большой зал, ничуть не обеспокоенный кровавым хаосом, лязгом стали и десятками умирающих на его глазах людей.

И тут его взгляд упал на Нефис.

«Черт.»

В этот момент рядом с Санни появились Кай и Касси. Повернувшись к ним, он жестом указал на Меняющуюся Звезду и крикнул:

– Защитите ее!

На помосте Харус наклонил голову, пронзив Меняющуюся Звезду убийственным взглядом. Медленно его лицо исказилось, став звериным и ужасающим. В его глазах горели чистая ненависть и безумие, заставляя вздрагивать любого, кто случайно взглянет в его сторону.

С низким рычанием горбун сделал шаг вперед и вытянул руку, готовый призвать оружие.

…Но в следующее мгновение кто-то на полной скорости врезался в него. И хотя Харус в последний момент успел увернуться от летящего клинка, сила удара была такова, что оба мужчины отлетели назад, в темноту за троном.

Прорвавшись через скрытый там деревянный люк, Санни и Харус скатились вниз по длинной каменной лестнице и оставили позади хаос большого зала.

Через несколько мгновений они приземлились на пол широкого коридора и были отброшены друг от друга. Санни скрутил свое тело, чтобы восстановить равновесие, и использовал Осколок Полуночи, чтобы не скатиться еще дальше.

Затем он поднялся на ноги и мрачно посмотрел на Харуса, который тоже только что встал на ноги.

В его глазах появился холодный блеск.

Как и ожидал Санни… сегодня один из них должен был умереть.

Глава 299
Искривленное отражение

В большом зале древнего замка воздух был полон криков и звона стали, а на белый мраморный пол проливались реки крови. Но в широком коридоре, в котором оказались Санни и Харус, царивший наверху хаос казался приглушенным и далеким. Здесь были только они двое.

Подняв с холодных камней Осколок Полуночи, Санни расправил плечи и посмотрел на горбуна. В его глазах горел темный, ледяной огонь.

– … Как замечательно. Наконец-то мы одни.

Горбун наклонил голову и уставился на него стеклянными глазами, ничего не говоря. На губах Санни появилась легкая улыбка.

– Что, никакой реакции? Что ж, справедливо. Тогда позволь мне представиться. Меня зовут Санни… и я давно, очень давно мечтал убить тебя.

Харус оставался неподвижным, глядя на него с тем же равнодушным, скучающим выражением лица. На лице Санни появился намек на гнев.

Сделав едва заметный шаг в сторону и слегка повернув туловище, он сказал будничным тоном:

– По правде говоря, Харус, я убил много монстров. Некоторые из них были Кошмарными Существами, а некоторые – людьми. Я также убил пару человек. Но я никогда не делал этого по злому умыслу. Я никогда не наслаждался этим… слишком сильно.

Он сделал паузу, а затем сплюнул, его голос дрожал:

– Но я буду наслаждаться, убивая тебя.

Санни схватился обеими руками за рукоять Осколка Полуночи и сделал шаг вперед, пронзая горбуна яростным взглядом.

– Ты воплощаешь в себе все то, что я презираю. Сам факт твоего существования оскорбляет меня. Меня тошнит от тебя, и только по этой причине я собираюсь покончить с тобой. Ты не заслуживаешь жизни.

Харус моргнул и продолжал неподвижно смотреть на него. Санни остановился в нескольких метрах от него и зарычал, разочарованный отсутствием реакции.

– Ты хоть представляешь, что мне пришлось сделать, чем пожертвовать, сколько всего отпустить, чтобы не стать чьим-то рабом? И вот ты здесь… живешь по собственной воле… ублюдок, что дает тебе право? Кто внушил тебе мысль, что ты можешь дышать тем же воздухом, что и я⁈

Горбун, наконец, показал знак, что он услышал Санни. С немного раздраженным выражением лица, он покачал головой и сказал:

– Говоришь, говоришь, говоришь. Ты слишком много болтаешь, маленький червячок.

Санни усмехнулся. В его глазах появилась опасная искра:

– Да? Ну, и что ты собираешься с этим делать?

Харус тоже улыбнулся.

Его улыбка была холодной, неестественной и пугающей.

– Разбить тебя. На части. Вам все равно придется умереть. Все вы умрете.

Санни поднял брови.

– Правда? Почему?

Горбун пожал плечами и протянул руку. Из искр света в воздухе появилась тяжелая цепь, обхватившая его руку от запястья до локтя. Затем он скорчил гримасу и выпрямил спину, насколько позволяло его уродство.

Раньше он казался одного роста с Санни. Но теперь Харус возвышался над ним почти так же, как и Тессай, а его скрюченная фигура излучала ощущение злобной, звериной силы. Когда в его бледных глазах зажглись два угрожающих огонька, он прорычал:

– Потому что такова воля Владыки.

Санни рассмеялся.

– Владыки? Светлого Владыки? Не хочу разочаровывать тебя, глупец, но твой повелитель мертв.

Харус уставился на него с искренним замешательством. Затем уголок его губ изогнулся вверх. С чем-то, почти похожим на жалость, он сказал:

– Бедный червяк. Ты даже не понимаешь, что значит верность, не так ли? Живой или мертвый… это не имеет значения.

Санни фыркнул.

– Ты прав! Я не понимаю.

Наконец, он поднял меч и приготовился к атаке.

– Знаешь… Я потратил столько времени, пытаясь узнать, какие у тебя способности и недостатки. Но теперь я рад, что не знаю. Я не хочу убивать тебя хитростью. Я просто хочу уничтожить тебя…

Харус слушал его. На его губах появилась насмешливая ухмылка.

…И тут Санни внезапно ослеп.

* * *

Мгновение назад Санни смотрел на ненавистную фигуру страшного горбуна. И вдруг зрение исчезло, сменившись лишь безграничной тьмой.

«Ч…»

Почти сразу же чудовищный удар отбросил его назад. Санни ударился о стену коридора, а затем упал на пол, оставляя кровавый след на холодных камнях. Его кости застонали, но держались, хоть и с трудом.

Харус ударил его кулаком в грудь, причем тяжелая цепь была накручена на костяшки пальцев, и со страшной скоростью он сделал выпад вперед, стремясь размозжить череп противника под своим сапогом. Его движения были быстрыми и абсолютно бесшумными.

К его удивлению, маленький негодяй каким-то образом сумел откатиться в сторону и отпрыгнуть назад, избежав смерти на волосок.

Санни отполз назад и поднялся на ноги, вслепую размахивая Осколком Полуночи по широкой дуге перед собой. Лезвие тачи полностью промахнулось мимо горбуна, но дало ему секунду, чтобы собраться.

Не то чтобы это помогло.

Он все еще был слеп.

«Конечно… теперь все понятно.»

Санни наконец-то разгадал тайну, окружавшую Харуса. Он понял, почему так много Спящих, независимо от их мастерства и не обращая внимания на мощь их Аспектов Способностей, каким-то образом оказались бессильны и были легко убиты палачом Гуналуга.

Он также понял, почему не было свидетелей бесчисленных убийств, совершенных Харусом. Никто никогда не видел, как он убивал своих жертв, их тела всегда находили только после того, как бойня заканчивалась.

Дело было не в том, что страшный горбун мог двигаться как призрак или обладал такой огромной силой, что никто не мог даже попытаться противостоять ему.

…А потому, что его способность Аспекта могла буквально заставить людей не видеть его.

Или вообще ничего не видеть.

Не имело значения, насколько искусны или могущественны были его противники. Как только они слепли, все их техники и способности становились бесполезными. Убить слепого человека было проще простого.

Также не имело значения, был ли кто-то рядом, чтобы увидеть, как Харус убивает сколько бы он ни захотел, он оставался невидимым столько, сколько пожелает.

Так родилась легенда о страшном мяснике. Ведь люди всегда больше боялись того, чего не могли видеть.

Санни выплюнул полный рот крови и скорчил гримасу.

Приятно было раскрыть еще один секрет.

Вопрос был в том, сможет ли он выжить, узнав правду?

Глава 300
Раб Светлого Владыки

По воле судьбы сегодня Харус столкнулся, возможно, с самым худшим противником, с которым он мог столкнуться на Забытом Берегу… по крайней мере, среди Спящих.

Впрочем, Санни не был удивлен.

Он всегда чувствовал, что ему и убийце-горбуну суждено в конце концов сразиться друг с другом до победного конца. Раньше он думал, что это просто интуиция, но теперь он знал, что его случайные и тонкие предчувствия были не случайны.

Все это время назад он уже чувствовал, что эти двое связаны нитью судьбы.

Так стоит ли удивляться, что его Аспект в значительной степени противостоит Аспекту Харуса?

И он действительно противостоял ему, хотя и не полностью.

Если бы на месте Санни оказался кто-то другой, он был бы уже мертв. Лишенные зрения, очень немногие, если вообще кто-либо, смогли бы противостоять яростной атаке ужасающе сильного горбуна. Но Санни был не простым человеком.

Даже будучи слепым, он обладал Теневым Чувством. Хотя это было не то же самое, что видеть Харуса, но, чувствуя движения его тени, Санни мог предсказывать его атаки хотя бы с некоторой точностью.

Однако это не было совершенством. По крайней мере, он еще не достиг того уровня, когда эта форма восприятия могла бы полностью заменить зрение.

Так что теперь Санни предстояло сделать выбор.

Пока его тень была обернута вокруг его тела, она давала ему невероятный прирост силы, скорости и выносливости. Однако она не могла дать ему вторую пару глаз.

Так что он мог либо продолжать полагаться только на Чувство Тени и сохранить это усиление, либо отпустить тень и сражаться с Харусом, используя только свои силы и имея возможность видеть.

«Решай, решай…»

Чувствуя, как сгорбленная тень убийцы-мясника делает выпад вперед, Санни уклонился влево и услышал, как что-то со страшной скоростью пронеслось мимо его виска. Еще доля секунды, и его череп был бы размозжен звеньями железной цепи, намотанной на кулак его врага.

Однако он пропустил другую руку горбуна.

Его запястье внезапно зажало железной хваткой и вывернуло, заставив Санни вскрикнуть и отпустить Осколок Полуночи. Еще секунда, и его кости разлетятся вдребезги…

Следуя за направлением поворота, Санни сделал воздушное колесо, чтобы спасти руку, и неохотно приказал тени соскользнуть с его тела.

Приземлившись на камни, Санни наконец-то смог снова видеть.

Харус держал его одной рукой за запястье, а другую поднял, чтобы нанести сокрушительный удар. Санни сомневался, что от его лица что-то останется, если он допустит этот удар.

…В свободной руке он все еще держал Осколок Полуночи.

Повернув тачи вверх, Санни направил его в сторону горла горбуна. Когда в глазах врага появился намек на удивление, Харус изменил направление удара, превратив его в блок.

Острое лезвие вонзилось в звенья тяжелой цепи, плотно обхватившей его предплечье, и отскочило.

Однако это дало Санни возможность освободить запястье и отпрыгнуть назад. Несмотря на то, что его ушибленная рука дрожала, он снова положил ее на рукоять Осколка Полуночи и снова встретился взглядом с Харусом.

Горбун наклонил голову и уставился на Санни с забавным выражением лица.

– Скользкий червяк… как тебе это удается?

Санни усмехнулся.

– Разве ты не хотел бы знать?

Затем, после нескольких мгновений тягостного молчания, он скорчил гримасу и добавил.

– … Я все еще могу видеть тебя благодаря моему Аспекту.

Харус усмехнулся.

– О? Хорошо… приятно, что ты мне рассказал…

С этими словами он внезапно вытянул руку вперед.

«Что он делает?»

Расстояние между ними было слишком велико, чтобы нанести удар…

Но в следующее мгновение Санни понял свою ошибку. Однако было слишком поздно.

Цепь внезапно слетела с руки горбуна и мгновенно покрыла расстояние между ними. Прежде чем Санни успел среагировать, она плотно обвилась вокруг лезвия Осколка Полуночи.

Затем Харус с огромной силой дернул ее назад.

Санни мог либо позволить бросить себя на пол прямо перед жестоким палачом, либо отпустить меч. Он выбрал второй вариант.

Осколок Полуночи отлетел далеко в сторону и с мелодичным звоном упал на мраморный пол. Надежды достать его было мало… и Санни сомневался, что Харус даст ему достаточно времени, чтобы отозвать и снова призвать тачи.

И действительно, почти мгновенно, страшный горбун уже бросился на него, железные молоты его кулаков были готовы сломать каждую кость в теле Санни.

«Сдохни, ублюдок!»

Прорычал Санни и бросился вперед. Уклонившись от смертельного удара, он повернул свое тело и нанес свой собственный свирепый удар. Его кулак врезался в подбородок горбуна, заставив Харуса отшатнуться назад.

Санни мог быть худым и не таким высоким, как большинство мужчин, но он уже не был слабым деревенским пареньком.

В его жилах текла сила девятисот Фрагментов Теней, каждый из которых был заработан в смертельной схватке с невообразимыми ужасами. Он был намного сильнее, чем выглядел.

Он был достаточно силен, чтобы раскалывать камни голыми руками.

…И все же он не был так силен, как Харус. Хотя горбун и пошатнулся от удара по лицу, он не выглядел серьезно пострадавшим. Но его следующий удар едва не заставил Санни сжаться.

На несколько коротких мгновений они сплелись в жестокой, варварской схватке. Используя кулаки, ноги и даже зубы, они делали все, что было в их силах, чтобы уничтожить противника. Харус сражался с размеренным мастерством опытного убийцы, а Санни – с отчаянной, дикой хитростью, которой его научило жестокое воспитание.

В этой схватке горбун имел огромное преимущество. С его огромной силой и гораздо большим весом и размахом все, что ему нужно было сделать для победы, – это повалить Санни на землю. Зная это, Санни сделал все возможное, чтобы избежать захвата. Он крутился и двигался, уворачиваясь от больших рук горбуна и нанося удар за ударом.

Вскоре Харус истекал кровью из полудюжины порезов на своем угловатом лице. Санни, однако, был в гораздо худшем состоянии. Кулаки горбуна, а особенно его проклятая цепь, оставили на его теле ужасные следы. Кожа на его лбу была рассечена, и по лицу стекала струйка крови.

Обычно это могло ослепить человека. Но оба его глаза были уже ослеплены; чтобы видеть, он использовал свою тень.

«…Какая ирония.»

Тем не менее, это был лишь вопрос времени, когда Санни совершит ошибку. И очень скоро он это сделал.

Санни опоздал всего на долю секунды, но Харусу хватило этого, чтобы приземлить одну из своих широких ладоней на его плечо. Затем он схватил его с такой силой, что у Сани застонали кости, лишив противника единственного преимущества – подвижности.

Когда глаза Санни широко раскрылись, горбун усмехнулся.

– … Пора умирать, маленький червяк.

С этими словами он швырнул его в стену, отчего по ее каменной поверхности пошла сеть трещин. Побитый и дезориентированный, Санни почувствовал, как что-то холодное и неотвратимое схватило его за шею.

Глядя своей жертве прямо в глаза, Харус сжал шею Санни и улыбнулся.

– Хорошо. Хорошо, что ты можешь видеть. Обычно они не видят. Жаль…

Санни поднял кулак и ударил горбуна по лицу, но безрезультатно. Он не мог найти нужную точку опоры или сдвинуть туловище, чтобы нанести правильный удар.

Несмотря на это, он попытался еще раз, потом еще, потом еще.

Кожа на лице его душителя разошлась, пустив кровь, но Харус продолжал улыбаться, завороженно глядя на него.

– Хорошо. Хорошо. Это так хорошо… так, так хорошо…

Санни снова слабо поднял руку, но задержался, колеблясь, прежде чем снова попытаться ударить горбуна.

С тем небольшим количеством воздуха, которое осталось в его легких, он прохрипел:

– Эй, ублюдок… ты помнишь… как я сказал тебе… что не хочу хитрить… чтобы убить тебя?

Харус просто усмехнулся.

– … ну… это… это была уловка…

В то же время он снова ударил горбуна по лицу. Зная, что эти удары недостаточно сильны, чтобы что-то изменить, Харус не отреагировал.

Но на этот раз в последний момент в руке Санни вдруг появился призрачный клинок. В отличие от обычных Воспоминаний, это соткалось из ничего и почти мгновенно.

Затем оно пронзило висок Харуса и погрузилось глубоко в его мозг, убив его на месте.

Ухмылка застыла на губах горбуна. Его глаза расширились, а затем медленно стали стеклянными. Его страшная хватка на горле Санни ослабла.

Затем он рухнул на землю, как сломанный манекен, его пустые глаза все еще были открыты и смотрели в пустоту.

Санни упал на колени и хрипло вздохнул.

– Умри… ты, ублюдок. Умри, умри, умри…

На его лице появилась злая, яростная ухмылка.

– Сдохни и иди составлять компанию своему господину в аду!

Шатаясь, он встал, опираясь на стену, и посмотрел на мертвого мясника со странной смесью ненависти, триумфа и презрения.

Через некоторое время он сказал:

– Не хочу, – это не значит, что не буду, дурак.