сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 52 страниц)
— Заметка была напечатана вчера вечером. Они знают, что ты сбежал и убил человека, напоив его Оборотным зельем, чтобы замести следы. Это само по себе привлечет их внимание.
Динь…динь-динь…динь
Малфой неподвижно сидел в носовой части лодки, куда она разместила его на этот раз — его мантия чернела в тумане и приглушенном лунном свете, капюшон был натянут, скрывая лицо.
Динь-динь…динь
— Сегодня вечером ты пойдешь к Линчу и попросишь Бесконечную мантию.
Динь…
— Бесконечную мантию? — Голос прозвучал непривычно сухо среди всей этой сырости вокруг них, в море и воздухе.
Гермиона посмотрела на воду, удерживая периферийным зрением темное пятно Малфоя.
— Бесконечная мантия — слух, который мы пустили среди подпольных организаций. Это амулет, который меняет внешность человека, его невозможно обнаружить и изменить с помощью внешней магии, и он доступен только в магазине Линча.
— У них действительно есть такая?
Дииииньдииииньдиииинь.
Лодка с толчком ударилась о берег. И хотя Гермиона видела, что они приближаются, все равно подпрыгнула на скамейке. Фонарь качнулся и высветил, как Малфой крепче сжал край сиденья. Гермиона удержала равновесие, показывая ему, чтобы тот начал двигаться.
— Нет. Смысл не в том, чтобы ее раздобыть.
Она сняла фонарь с крюка и последовала за ним. Вода была холоднее, чем можно было ожидать в июне. Малфой направился к берегу, а она отступила назад, подтаскивая лодку и не сводя с него глаз. Гермиона торопилась, потому что вместо того, чтобы остановиться и наблюдать за ней, он продолжил движение в темноту ночи быстрыми длинными шагами. Какая-то ее часть полагала, что он поступал так специально, и это ее злило, а злость придавала сил и заставляла тянуть сильнее.
— Ты считаешь, что они попробуют выйти на контакт со мной сегодня.
Не делая передышки, Гермиона обвязала веревку вокруг столба холодными нервными пальцами, бросив взгляд на его босые ноги.
— У них не должно быть сомнений в том, что ты собой представляешь, особенно если они отследят, что ты купил.
Она поколебалась, но передумала говорить ему, что с его стороны было очень умно прибрести синюю мантию с характерной черной подкладкой. Он должно быть и сам прекрасно знал об этом.
— Мы не знаем, кто это будет и как. Будь готов ко всему. — Она наблюдала, как фигура Малфоя двигалась туда-сюда в мерцающем свете фонаря. Деревья словно застывшие тени тянули к ним свои ветки. — Ты готов к…
— Да.
8 июня, 04:14
Гермиона посмотрела на часы, затем повернулась, чтобы пройти в другую сторону, постукивая палочкой по бедру. Все ее вещи кроме одной уже были упакованы в сумку, а портключ лежал завернутым в ткань внутри кармана на случай, если Малфой вернется не один. На столе лежала карта, синяя точка на ней показывала, что Малфой все еще у Линча.
Все, что ему нужно было сделать, чтобы активировать свой портключ, это трижды повернуть подвеску над застежкой цепочки. Если только они не связали ему руки прежде, чем он смог дотянуться. Возможно, они сильно недооценили группу, работающую над магазином Линча, и в отместку они отрезали Малфою пальцы или убили. Может быть, они держали его, ожидая кого-то важного. Она велела ему вернуться к четырем утра, если только не было абсолютной необходимости остаться дольше — часы показывали 04:15, а они не могут отправиться в Азкабан позже пяти.
Может быть, он рассчитывал, что она придет за ним. Может быть, прямо сейчас он мысленно проклинал ее в и полагал, что он был абсолютно прав — у них никогда не было плана по его спасению. Может быть, он замышлял заговор, посвящая членов группы во все детали операции Министерства, и теперь будет действовать как двойной агент. Может быть, он вернется не один и убьет ее. Может быть, он будет удерживать ее, пока Министерство не выполнит его требования. Может быть…
Гермиона подпрыгнула при звуке хлопка аппарации снаружи. Она схватила карту со стола и вылетела из-за угла кухни в гостиную. Пол прогнулся под ее ногой в том месте, где она остановилась, половица скрипнула, и она закрыла глаза, затаив дыхание.
Тишина.
Скрип двери, шелест листьев, щелчок затвора, шаги по полу. В ее груди уже не хватало кислорода, когда Малфой дважды постучал в стену условным сигналом, сообщая, что это он и пришел один. Гермиона мягко втянула воздух несмотря на то, что ей хотелось сделать глубокий вдох, и ее рука крепко сжала палочку, прежде чем она вышла навстречу.
Малфой действительно был один. Ее сердце забилось сильнее, когда его палочка автоматически поднялась в ответ на направленное на него острие. Гермиона сделала паузу на секунду после первого заклинания — сотни проклятий были готовы сорваться с ее языка, прежде чем он опустил палочку — а затем продолжила процедуру проверки. Малфой стоял в напряженной позе с нахмуренными бровями и сверлил ее взглядом. По идее он должен был уже привыкнуть: она накладывала на него заклинания, когда он вернулся с Задания в первый раз, и когда он уходил за покупками во второй.
На нем не было никаких следящих чар или незнакомой магии.
— Что случилось?
— Это небольшая группа из тринадцати человек в возрасте от шестнадцати до двадцати трех лет.
— Ты встретился с ними?
— Да.
— Иди переоденься. — Гермиона требовательным жестом показала на дверь ванной, когда он хмуро на нее посмотрел. — Они признали тебя?
Малфой не торопился уйти в ванную и вел себя так, как будто у них впереди была целая ночь. У нее возникло острое желание подтолкнуть его в нужном направлении, чтобы заставить двигаться быстрее. Гермиона сделала шаг назад и развернулась за ним, как цветок за солнцем, когда он начал ее обходить. Они уставились друг на друга, и на секунду ей показалось, что это было прологом к дуэли.
— Среди них нет Пожирателей Смерти.
Когда дверь за Малфоем захлопнулась, она осталась стоять, переминаясь с ноги на ногу. Гермиона потянулась за картой, сложила ее вчетверо, а затем запихнула в карман мантии, прислушиваясь к происходящему за дверью.
— Это не ответ на вопрос.
Шорох одежды и звук движения.
— Это дети, которые мечтают стать Пожирателями Смерти. — Снова шорох. — Поэтому встретиться с тем, кто им был — это огромная честь для них, несмотря ни на что. Статья в газете рассеяла их сомнения на мой счет. — Звук стал глуше, как будто он бормотал что-то себе под нос. — Если бы они были Пожирателями Смерти, они не купились бы на эту гребаную сказочку, потребовав больше доказательств.
Гермиона кивнула, решив записать эти сведения, когда появится возможность.
— Ты думаешь, у них есть выход на группу или человека более высокого ранга или кого-то из настоящего Возрождения?
— Пока не могу сказать.
— Они кажутся достаточно преданными идее, чтобы их приняли в Возрождение, если найдут?
— По большей части, пока. Они все одержимы.
— Мм. Верить и делать — две разные вещи.
Гермиона замерла на мгновение, потому что за дверью наступила тишина, и смущенно осознала, что она только что сказала. Она хотела что-то добавить о важности второго, но подумала, что он сделал очень много для Темной стороны, и в то же время слишком много для Светлой, так и не перейдя на Темную сторону окончательно. Малфой достаточно верил и делал для того, чтобы оказаться в тюрьме, независимо от того, изменились ли в процессе его убеждения или было-что еще, что от него требовали совершить, но он не смог. Этого было недостаточно, когда вопрос встал: да или нет?
Она догадывалась, что он тоже много чего хотел бы ей высказать на этот счет, но, когда дверь открылась, Малфой промолчал.
— Пойдем! — произнесла Гермион, убирая палочку. — Я запишу твои показания в Азкабане.
21:59
Малфой появился из ванной в черных брюках и черной рубашке с короткими рукавами. Гермиона предположила, что он решил намеренно выставить Темную метку напоказ, и это было хорошей идеей, учитывая то, что он сказал сегодня утром. Черный цвет поблек, кожа была испещрена шрамами, но метка все еще отчетливо выделялась на бледном предплечье.
Она подняла на него глаза, и встретившись с ним взглядом, открыла портфель.
— Ты должен довольно быстро стать их лидером.
Гермиона напряглась, когда раздался скрип половицы, но второго не последовало.
— Старшие будут сопротивляться, но недолго.
— Они будут сегодня проверять твою лояльность?
— Нет.
Он подождала продолжения, но он молчал.
— Как ты собираешься заставить их перестать сопротивляться, при этом не разозлив?
— Я смогу.
Гермиона моргнула, затем посмотрела на него, полностью развернувшись.
— Я спросила "как".
Его взгляд скользнул по ее лицу и плечам.
— Если подразумевается, что я достаточно хорош, чтобы справиться там без тебя, то ты не должна подвергать сомнению каждое мое решение. Я…
— Не думай, что ты можешь говорить мне, на что подразумевается я неспособна, Малфой. А теперь скажи мне, как…
Он выглядел так, как будто пытался объяснить ей это уже дюжину раз, и взялся за это снова в робкой надежде, что на этот раз его попытка не будет бесплодной.
— Если я дам им понять, что верю в то, что они способны на большее, советуя им брать на себя выполнение более серьезных задач, то они начнут чувствовать себя уверенней со мной во главе группы. Они станут авторитетнее в глазах остальных, потому что другие члены группы будут смотреть на них как на лидеров, но при этом одной из привилегий этого авторитета станет моя благосклонность.
Гермиона пристально посмотрела на Малфоя. Им стоит быть осторожнее и следить за тем, чтобы вся эта власть не ударила ему в голову. Они не могли рисковать тем, что он нападет на них посреди Задания. Он мог быть психологически готов для участия в операции, но кто знает, как на нем скажется постоянное нахождение среди членов Возрождения. Вопрос был в том, насколько именно осторожнее им надо быть.
— Какой план? — Малфой казался самодовольным из-за того, что она не нашлась что возразить против его метода, но его лицо так быстро лишилось каких-либо признаков эмоций, что Гермиона не была уверена, что ей это не почудилось.
— Мы подбросили кое-какие сведения с информатором…
— Информатором?
— Министерство имеет большую агентурную сеть во всех подпольных кругах: авроры под прикрытием и оперативники, мелкие преступники, сотрудничающие на взаимовыгодной основе. Нам еще предстоит проникнуть в высшие круги, но…
Уголок рта Малфоя искривился в легкой усмешке, выражение его лица стало жестче.
— И как построены взаимовыгодные отношения с мелкими преступниками?
Гермиона фыркнула.
— Тебя не должно удивлять, что ты не имеешь права этого знать. Все, что ты…
— Они информируют вас, а взамен Министерство закрывает глаза на …
— Все, что тебе нужно знать, — произнесла она громче, — это то, что это надежно, и один мальчик в группе — Гарсон — слышал, что…
— Ты говоришь, что это надежно, но ничего из того, что ты сказала…
— Я думаю, ты забываешь, что это не только твое Задание. Информатор не смог бы ничего раскрыть, даже если бы захотел, а он работает с мальчиком, который… — Она махнула рукой. — Поверь мне, бессмысленно подвергать сомнению нашу методику. Смею заверить, что твое разоблачение никогда не произойдет по нашей вине, будь то шпион, оговорка в разговоре или неудачный выбор…
— Ну да, — протянул Малфой, — Министерство непогрешимо.
Гермиона сверлила его взглядом, вытаскивая из портфеля стопку пергамента.
— Гарсон считает, что некоторые устройства доставляются в Министерство, чтобы наглядно показать, как живут магглы, и способствовать пониманию в нашем мире. — Она сделала паузу. — Это был бы волшебный мир, в…
— Несмотря на явную нехватку у тебя ума, в результате которой ты отказываешь мне в способности понимать слова и обрабатывать информацию…
— Слова могут быть интерпретированы совершенно по-разному в зависимости от восприятия и мировоззрения человека. — Гермиона приподняла брови, и Малфой на короткое время сжал губы, прежде чем, видимо, решил полностью проигнорировать сказанное.
— Что это за устройства? Если у вас возникли проблемы с пониманием из-за…
Или почти полностью.
— Видеомагнитофоны. Они показывают фильмы. — Ноль реакции. — Это еще один шаг Министерства по распространению пропаганды, которая позволит магглам и грязнокровкам наводнить волшебный мир. И когда тебе скажут эту чушь, ты предложишь что-нибудь предпринять. Это выведет тебя на лидирующие позиции, и ты узнаешь все, что знают они. А это… — Гермиона расстелила карту на столе и обмакнула перо, — то, как ты собираешься это провернуть.
9 июня, 08:13
Партия груза Министерства была украдена и подверглась вандализму
Рано утром партия маггловских предметов, купленных Министерством, была уничтожена в отделении Лондонской Совиной Почты. Вандалы демонтировали охранные чары здания, взломали замки и разбили предметы стоимостью в сотни галеонов. Было ли это нападением скучающих хулиганов, атакой на Министерство или бурным протестом против инициативы Министерства, направленной на получение более полного представления о маггловском мире?
Повреждения обнаружил утром Карл Фипперснап, проработавший на Лондонской Совиной Почте шестьдесят шесть лет: «Я никогда не видел ничего подобного. Десять лет назад кто-то выпустил в город всех наших сов, но в этот раз нападавшими двигала ярость. Когда я пришел, то обнаружил, что дверь была полностью выбита, а пол…»
— Как продвигается Задание?
Она бы вздрогнула от внезапного голоса, но у него хватило благоразумия сообщить ей заранее совой, что он зайдет сегодня утром, кроме того, он нарочито громко шел по коридору. Гарри перемещался по ее кухне так же легко, как если бы она была его собственной, беря все, что ему было нужно для приготовления чая.
— Лучше, чем мои наихудшие опасения, — признала Гермиона, хотя если бы она была до конца откровенной, то могла сказать, что ситуация была лучше, чем большинство придуманных ей вариантов развития событий. Пока.
— То есть никто не умер.
— Всегда на позитиве.
— Большую часть времени, — пробормотал Гарри откуда-то из глубины ее холодильника, — Мал… У тебя нет пирога с патокой? Гермиона, твой холодильник еще более пустой, чем был мой до того, как я переехал к Джинни. И ты всегда заставляла меня делать покупки! — Добавил он тихим обвиняющим тоном.
— Возможно, тебе стоит съесть настоящий завтрак на завтрак. У меня есть джем, хлеб, яйца…
— Несколько дней назад у тебя был пирог с патокой.
— Больше недели назад. Он испортился, и я его выбросила. — Она почти почувствовала взгляд, направленный ей в затылок. — Ты хотел, чтобы я оставила его в квартире, чтобы ты сам мог его выбросить?
— Именно.
Гермиона улыбнулась, откладывая газету.
— В следующий раз так и поступлю.
Гарри согласился на хлеб, смотря на него при этом таким взглядом, словно отправился на край света в поисках несметных сокровищ, а пришлось довольствоваться несколькими сиклями.
— Это пижама, которую я тебе подарил на Рождество?
— Да, а что?
— Они не двигаются.
— Потому что всякий раз, когда книги начинали летать, этот… Пеппер нападал на мои ноги… Это не смешно!
— Ну немного, — Гарри ухмыльнулся, и пока Гермиона пыталась скрыть ответное подергивание губ, захлопнул дверцу холодильника задницей, параллельно открывая джем. — Немного забавно.
10 июня, 22:02
Гермиона посмотрела на часы, а Малфой продолжил молча барабанить пальцами по краю стола. Стол и стулья были почти полностью очищены от пыли и грязи, но у нее все еще складывалось ощущение, что ее брюки окажутся испачканными, когда она встанет. Малфою придется просто прикрыться мантией или он будет доставать ее вопросами, почему у него грязный зад. В любом случае она уж точно не собиралась накладывать на него очищающие чары.
— Ты уверен, что встреча будет в полночь?
— Мы так условились, потому что половина собиралась пойти на матч по квиддичу.
— И ты не посчитал необходимым продемонстрировать свой авторитет, сказав им не ходить на него?
— Матч заканчивается в одиннадцать.
— То есть ты решил проявить беспечность или изобразить сильную занятость, назначив встречу только через час после его окончания?
Его скучающий вид сменился раздраженным.
— Я — Пожиратель Смерти, а они — кучка выскочек. Хотя они и являются частью плана, было бы неправильным создать у них впечатление, что я готов тратить на них все свое время. Если они подвергнут это сомнению, то узнают, что представляют собой лишь расходный материал. — Малфой снова принялся барабанить по столу. — Хотя я не сомневаюсь, ты привыкла, что за тобой ходит толпа идиотов, но в данном случае я лучше знаком с ситуацией, поэтому предоставь эту часть операции мне.
Если он считал, что Гермиона не будет расспрашивать его о каждом шаге, значит, он был одним из тех идиотов, о наличии которых рядом с ней только что рассуждал.
