Текст книги ""Фантастика 2024-42". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Яна Алексеева

В большом, как настоящий дворец, шатре Феи вечной юности собрались все участники рассказанных мною событий. Повелительница пригласила их для того, чтобы выслушать каждого про его роль в великом происшествии и записать это все в хроники, для чего сюда был вызван летописец Кастор. Он тихо, никем незамеченный и неслышимый, сидел и поскрипывал орлиным пером, выводя на пергаменте строчки.

Каждый должен был дать подробный отчет о своих поступках Повелительнице, и это заняло целый день. Самый длинный рассказ был конечно же у Ариана. Мальчик начал с того, как он в качестве оруженосца рыцаря Кристиана покинул Страну Остановленного времени и оказался в Мортавии. Затем он рассказал про турнир маркиза Костиньяка и про то, как вел себя на нем рыцарь Кристиан и он сам. Кузнец Брусила и миранды Изабелла и Изаура подтвердили правоту его слов. Окончив описывать турнир, Ариан стал рассказывать про свои приключения и про то, как он попал к Черной королеве и даже стал ее пажом. Свидетелем вызвали герцога Вальпериуса и Мелицу.

Когда Ариан закончил и устало перевел дыхание, начал рассказывать Брусила, за ним дядюшка Лансель, донельзя смущенный, что разговаривает с такой важной особой, как Фея вечной юности, и что она его почтительно слушает.

Затем вышли Мелица и Лаутар. Сестра и брат. Рассказ начала Мелица. Она поведала присутствующим историю о том, как когда-то погибли ее родители, а единственный младший брат был похищен черным смерчем, в который, как потом выяснилось, превратился Душегуб. Далее она перешла сразу к тому дню, когда нашла и спасла от смерти Ариана, а делее ее рассказ был схож с рассказами Ариана и Брусилы.

Последним встал перед Повелительницей принц Лаутар. Он смотрел на нее чистым и ясным взором и ничего не скрывал о своей роли в тех мрачных событиях, которые чуть было не оказались роковыми для жителей Страны Остановленнго времени.

– И кто же будет свидетелем с твоей стороны, принц? – спросиала его по окончании Фея.

– У меня нет свидетелей, – чистосердечно ответил принц. – Только Черная королева может подтвердить правоту моих слов. Но ее, как мне известно, нет в живых.

И он опустил голову.

– Неужели ты ничем не можешь это доказать? – спросила его участливо Фея.

Лаутар пожал плечами.

– Как это не может? Конечно может! – вмешалась Мелица, которая с любовью и состраданием смотрела на брата. – Ведь у него есть шарики Кассандры. Они могут вам все показать.

– Вот как? – удивилась Повелительница. – Интересно.

– Да, да, – поддержал Мелицу и Ариан. – Он может показать все, что было или есть.

– Ты покажешь нам то, что было с тобой? – спросила Фея Лаутара. – Тебе не причинит это сильной душевной боли?

– Попробую, – сказал Лаутар.

Он вынул стеклянные шарики и сосредоточился на них. Очень скоро все присутствующие получили возможность увидеть все, что проделывала с принцем Анкуста. Как она околдовала его с помощью волшебной книги и Кольца Всевластья, как поссорила его с друзьями, сделала злым и жестоким, кормила мясом синего кролика и все подобное, о чем очень хорошо известно читателю, но не известно участником этой истории. Лаутар честно все показал до того момента, когда его похитили миранды с холма, на котором он планировал будущее сражение.

Когда видение кончилось, все очень долго молчали, потрясенные коварством и жестокостью Анкусты и горькой судьбой принца Лаутара, который помимо своей воли послужил в ее руках орудием в черных замыслах. Все ждали, что скажет Фея. И она заговорила.

– А где же кольцо, что было на твоем пальце? – спросила она.

Лаутар вздрогнул только от одного воспоминания о кольце.

– Его сняла с меня Мелица. Не знаю, как это ей это удалось. Я столько раз пробовал. Но оно не отпускало меня. Кажется потом мы его выкинули.

– Выкинули? – удивилась Фея вечной юности. – Какая досада. Выкинуть такую опасную вещь! А вдруг ее кто-нибудь найдет? Оно ведь может натворить еще немало бед.

– Осмелюсь доложить, ваше величество, но кольцо у меня, и я готов сию минуту его преподнести к вашим ногам. Я невольно подслушал разговор этих молодых людей, принца и его сестры, и видел, как эта смелая и красивая девушка выкинула кольцо в траву. Они забыли про него и ушли, а я нашел его и подобрал, хотя это было нелегко сделать, ведь у меня были связаны руки.

Все обернулись на эти слова, и по шатру пробежал удивленный шепот. Вперед вышел и поклонился никто иной, как герцог Вальпериус. Единственный из мортавийских пленников, кто был удостоен чести попасть в шатер Повелительницы.

– Я так и знал, что это опасная штука, – сказал герцог, предано глядя Фее в глаза. – Так мне хотелось надеть его, просто спасу не было. Но я себя пересилил. Нет, сказал я сам себе, ни за что его не надену. Раз это кольцо когда-то принадлежало Черной королеве, значит оно не простое, а волшебное. А мне ли простому смертному человеку связываться с этими колдовскими штучками? Я надел его на шнурок и повесил на шею. Потом я забыл про него. Столько всего произошло, что голова просто кругом идет. Разве тут до кольца? Но как только речь о нем зашла, я тут как тут, и вот оно!

И хитрый старик почтительно протянул Кольцо Всевластья Повелительнице.

– Ты молодец, Вальпериус, – похвалила его Фея. – Этим поступком ты отплатил нам все, что задолжал. Я надеюсь, что ты также предано и верно будешь служить своим новым государям, как служил Анкусте?

– Конечно, ваше величество! – воскликнул Вальпериус, подскочил к Фее и ловко на зависть многим придворным поцеловал ее руку. Ведь теперь вы наша Повелительница! О, как долго Мортавия мечтала об этом!

– Не торопись, герцог, – Фея улыбнулась. – Мортавия еще на часть Страны Остановленного времени. Это ей надо еще заслужить. Пусть пока она будет сама по себе. Вот когда ее жители научатся жить честно и справедливо, тогда милости просим к нам. Но я думаю, что с этим проблем не будет. Несколько лет мудрого и справедливого правления, и Мортавия перестанет быть Мортавией и превратится в доброе и светлое королевство, которое мы с удовольствием возьмем под свое покровительство.

– И кто же будет править в ней мудро и справедливо? – удивился словам Феи Вальпериус.

– Об этом я скажу завтра, – ответила Фея. – Все будет известно завтра, потому что утро вечера мудренее, а вам всем, господа, пора отдохнуть.

– А что будет завтра? – крикнул кто-то.

– Завтра? – Фея загадочно улыбнулась. – Завтра каждый получит то, что заслужил.

Утром следующего дня, как только стало известно, что Фея проснулась и позавтракала, снова все собрались в ее шатре. Каждому не терпелось узнать, что решила Повелительница.

Фея одарила всех лучезарной и ослепительной улыбкой и объявила:

– Сейчас я вам скажу о своем решении!

Возникла напряженная тишина. Стало слышно, как собирается в обратный путь армия Альвансора. Кричали солдаты, командовали офицеры, ржали лошади. Но здесь в шатре никто не решался вымолвить и слово.

Повелительница обвела всех добрым взглядом и громко сказала:

– Судьбе было угодно, что благодаря подвигам многих и многих здесь присутствующих, каждый из которых достоин высокой награды за содеянное, страшная опасность миновала Страну Остановленного времени. Все мы были на грани гибели. Злая и могущественная волшебница Анкуста дочь колдуна Душегуба едва не овладела нашей землей, нашими жизнями и нашими душами. К счастью страшного не произошло. Наша страна по-прежнему будет существовать и процветать. Вчера мы выиграли великую битву, и при этом не потеряли почти ни одного солдата. Это великое достижение. Колдунья повергнута, и ее душа устремилась туда, где ей полагается быть. В ад. Но после нее осталась страна, которой она прежде управляла, нарушая все законы справедливости и человечности. Так вот, я хочу объявить, что с сегодняшнего дня я снимаю заклятие с Мортавии и возвращаю ее на землю Страны Остановленного времени. Но страна эта не будет входить в наши владения, а будет самостоятельным королевством, управлять которым я поручаю принцу Лаутару, как законному наследнику прежней властительницы.

Услышав это, Лаутар удивленно воззрился на Фею вечной юности. В глазах у него стоял немой вопрос.

– Да, да, – кивнула головой Фея. – Ты возьмешь на себя ответственность за эту землю. Но не волнуйся, у тебя будут достойные помощники. Прежняя мортавийская знать погибла в болотах. Ты должен возродить новую знать. Это должны быть действительно достойные люди, честные и справедливые, такие, как кузнец Брусила или артисты Лансель, Симон и Плим.

Те, кого назвала Фея, запротестовали.

– Как можно, – говорили они, – мы простые люди. Как мы будем управлять кем-то?

– Ничего, кто смог управлять труппой комедиантов или шайкой смелых разбойников, неплохо справится и с управлением провинций. К тому же вы можете поучиться у герцога Вальпериуса, ведь его герцогство в Мортавии можно назвать показательно образцовым. Я думаю, он будет хорошим помощником Лаутару.

– Этот мерзкий старикашка? – вскричал Брусила. – Да ведь он служил Черной королеве!

– А теперь послужит принцу Лаутару, и верной службой и мудрыми советами искупит прежние грехи, – спокойно возразила Фея вечной юности. – Тем, что он отдал Кольцо Всевластья, он доказал, что в нем дремлют и добрые начала.

Герцог чуть не распластался перед Повелительницей от счастья.

– Ну, раз так, то я конечно не против, – согласился Брусила.

– Вообще-то он старик ничего. Помнится, он даже помог нашему Ариану и бросил ему меч в трудную минуту. Может быть вы и правы. Спорить не буду.

– А где будет находиться Мортавия после снятия с нее заклятия? – спросил князь Аринако.

– Между Зеленым княжеством и Южными горами, – ответила Фея.

– Там как раз есть пустынная равнина.

– Но ведь Мортавия гораздо больше, – удивился Великий князь.

– Значит горы от вас станут теперь гораздо дальше.

– И мы больше не будем соседствовать с дикими горными племенами?

– Нет, теперь не будете. А в горах теперь будут жить и следить за порядком миранды. Племя королевы Аэстирии тоже будет жить там среди драконов и гигантских орлов. Ее величество, королева Аэстирия приняла мое предложение.

Дальше разговор пошел взрослый, а потому скучный и неинтересный. Ариан мало, что в нем понимал. А тут к нему подошел Друль и поманил за собой.

– Здесь становится неинтересно, – шепнул он мальчику. – Они сейчас будут выяснять статус Мортавии, потом ее новое название, затем будут спорить, какого типа зависимость будет у принца Лаутара по отношению к нашей Повелительнице. Видишь, он уже зевает. Бедный юноша. Попалась птичка в золотую клетку, теперь ей не вылететь. А Мелица теперь сама будет принцессой. О таком она и не мечтала. Ищи теперь ей знатного жениха. И тебе все это охота выслушивать?

– Нет, не охота, – шепнул Ариан. Он нутром почувствовал, что у Друля для него есть что-то куда более интересное.

– Тогда давай сбежим отсюда.

– Давай.

Они вышли из шатра на воздух.

ВСЕ ЕЩЕ ВПЕРЕДИ
(вместо заключения)

– Ну как твое настроение, Ариан, сын князя Аринако? – спросил Друль. – Что ты думаешь делать дальше?

Ариан пожал плечами, он затруднялся что-либо сказать.

– Привет тебе от Криса.

– От Криса? – Ариан оживился и сразу разволновался. – Где он? Ты его видел? Он жив? С ним все в порядке?

– Как много вопросов, – сказал Друль. – Не знаю, на какой ответить. Но раз Кристиан передает тебе привет, значит, он жив. А вот все остальное, я даже не знаю. Виделся с ним месяц назад. Он мне все рассказал и отправился в новое приключение.

– В новое приключение! – с завистью ахнул Ариан. – И без меня! Как же он будет без оруженосца?

Друль хитро блеснул глазками.

– А оруженосец ему больше не нужен.

– Как так? – поразился Ариан. – Что ты такое говоришь? Это он тебе так сказал? Неужели он нашел другого оруженосца? Ах, да, он ведь наверно решил, что я погиб и нашел себе другого оруженосца.

– Нет, не так. Просто оруженосец ему не нужен. А вот друг,

– Друль сделал небольшую паузу. – Верный и преданный друг ему бы пригодился. Нет, он ему просто необходим. Ведь Крис отправился в очень опасное предприятие. Я за ним тоже пойду. Нас ждет великая битва.

– Великая битва! – Ариан просто задохнулся. – Друль, милый, возьми меня пожалуйста с собой. Я даже готов быть твоим слугой! Только возьми.

– Не могу, – вздохнул Друль. – Туда, куда отправился Кристиан Тринадцатый, идут по одному. Сначала отправился он. Теперь за ним последую я.

– А я? – расстроился Ариан. – Я останусь здесь?

Друль внимательно посмотрел на мальчика.

– А ты хочешь пойти за Крисом?

– Конечно!

– Там ведь будет жаркое дельце. Куда более жаркое, чем та передряга, из которой ты выбрался. Фея сказала, что битва выиграна. Это она всем так сказала. Но я то, да и она тоже, знаем, что главная битва впереди, и не на нашей земле, а на той, куда отправился Крис.

– А что это за земля?

– Это Большой Мир.

– Большой Мир?

– Да. Там сейчас сгущаются тучи намного более черные, чем те, что исчезли сегодня. – Друль почесал ухо. – Они нависли над нашим другом Принцем Белой башни. Без нашей помощи он не справится. И рыцарю Катерино еще придется обнажить меч, чтобы вновь защитить его. Так что все еще впереди. Если они не победят, то Большой Мир исчезнет. А если исчезнет Большой Мир, то исчезнет и наша страна. Она не может существовать без него. Ведь там то время, которое остановлено у нас. И оно исчезнет. Ведь даже остановленное время перестанет существовать. Представляешь, как это серьезно?

– Да, – ответил Ариан. – Я должен быть с Крисом! Он еще не освободил меня от моей службы. Я не смогу жить здесь, если буду знать, что он там и нуждается во мне! Помоги мне, Друль! Я знаю, ты это можешь сделать. Иначе, зачем ты позвал меня?

И неожиданно для Ариана, который приготовился к долгим и утомительным уговорам, Друль согласился.

– Будь по-твоему. Значит, ты согласен?

– Конечно!

– Тогда мы не должны терять ни секунды. Фея сказала, что сегодня единственный день, когда Войдраг может преодолеть океан Безвременья.

– Войдраг? – удивился Ариан. – А при чем тут Войдраг?

– Разве я тебе еще не сказал? Ты полетишь на Войдраге. Прямо сейчас. Твой отец уже все знает, и благословил тебя. Фея тоже пожелала тебе удачи. Пойдем. Белый дракон уже ждет.

Друль схватил Ариана за руку, и они побежали. Ариан даже не успел все как следует обдумать, как уже стоял перед драконом, и Друль помогал ему сесть в седло. Мальчик разволновался окончательно. Он никогда в жизни не ездил на драконе и даже не видел их живьем так близко.

Войдраг повернул голову и посмотрел на Ариана добрыми и мудрыми глазами и вдруг, мальчик даже не поверил глазам, подмигнул ему.

– Видишь этот рожок? – Друль начал объяснять мальчику, как надо управлять драконом. – Впрочем, он и сам знает, куда ему лететь. А там дальше ты и сам научишься.

– А ты? Ты разве не полетишь со мной?

– Нет, я останусь. Войдраг может перенести в Большой Мир только одного седока. Но ты не переживай. Свою дорогу туда я найду. А теперь пора. Удачи тебе, Ариан, сын князя Аринако. Да помогут тебе лесные боги, но только на них тоже не рассчитывай.

– До свидания, Друль! – Ариан крепко вцепился в рычаги управления драконом.

Воздух над ним зашумел и загудел, это Войдраг расправил крылья. Ариана качнуло, и земля внизу исчезла. Ветер растрепал волосы мальчика, и когда он открыл глаза, которые зажмурил от неожиданности, он увидел рядом с собой облака, а вокруг синее небо. Далеко на горизонте синела полоска гор. Белый дракон взял направление к ним и полетел.

Ариан не выдержал, поднял вверх обе руки и закричал от восторга.

– Крис! Я лечу к тебе!

За несколько минут Войдраг достиг гор. Внизу уплывали на бешеной скорости их белые снежные шапки, глубокие черные ущелья и водопады горных рек. Очень скоро горный край закончился, и они оказались над песчаной пустыней, а на горизонте появились серые волны океана Безвременья.

Войдраг зарычал и прибавил скорость. Ветер плотной волной объял Ариана. Мальчик крепко держался в седле, в том самом, на котором сидел и рыцарь Катерино, когда сражался с Черным драконом. В ушах раздался оглушительный свист, и они нырнули в серый туман.

Дракон бешено махал крыльями и летел вперед, и все равно полет их продолжался так долго, что Ариан не знал, сколько прошло времени. Серый туман вокруг был густым и непроницаемым.

Наконец впереди мелькнул солнечный свет. Ариан зажмурился от боли в глазах, а когда открыл их, то увидел, что он сидит не на драконе, а где-то совсем в другом месте. Под ним было не седло, а причудливое кожаное кресло, какого он никогда не видел. Ариан осмотрелся вокруг себя и увидел, что он находится в маленькой комнатушке, похожей на пещеру колдуна. Прямо перед ним находился причудливый серый ящик.

Вдруг этот ящик захрюкал как поросенок и вспыхнул. На нем появилось изображение головы белого дракона.

– Здравствуй, Ариан, – сказала голова удивленному мальчику.

– Ты в двадцатом веке Большого Мира. Я твой реактивный лайнер Войдраг, машина боевого воздействия, и ты мой пилот. А это бортовой компьютер. Это такая штука, с помощью которой мы с тобой будем общаться и разговаривать. А вот это доска с приборами управления. Возьмись за штурвал. Я тебе его покажу. Да, да, правильно, это и есть штурвал. А вот это…

В синем небе, пронзая розовые облака, летел самолет, белоснежный и красивый. Таких еще не научились делать люди двадцатого века. Это был сверхсовременный летательный аппарат, работающий на неизвестной энергии. В кабине этого самолета сидел мальчик в белой рубашке с короткими рукавами и в белых шортах. Его коротко стриженные волосы были чуть зеленоватого цвета, а голубые глаза его сияли от восторга. Он крепко держался за штурвал и повторял:

– Все еще впереди! Мы еще сразимся! Я скоро буду с вами, ребята! Молодец, Войдраг! Ты классный парень! А сейчас давай сделаем мертвую петлю. Как это все здорово!!!

Дмитрий Суслин
Повелитель гоблинов

ГЛАВНОЕ СОБРАНИЕ ТРОЛЛЕЙ
(Вместо предисловия)

Далеко-далеко, на самом севере Страны Остановленного времени, там, где зимой выпадает снег, а медведи спят в берлогах и сосут лапу по три месяца, в пещерах, которые когда-то сделали искусные гномы, а потом покинули их и ушли в теплые края, собрались тролли. Они пришли со всех уголков великой страны, потому что их созвал Верховный тролль Камельбрук. Каждый тролль получил от него лично написанную повестку и поспешил на север. Тайными подземными тропами, глухими непроходимыми лесами, страшными болотами и бескрайними пустынями пробирались тролли к пещере Камельбрука, и никто не видел их беспокойного передвижения, потому что Верховный тролль приказал хранить все в глубокой тайне. Две недели понадобилось троллям для того, чтобы собраться всем вместе в Черном зале Главной пещеры. Много заклинаний пришлось им сделать, чтобы поспеть вовремя и остаться невидимыми и неслышимыми для людей и остальных жителей сказочной страны.

Но вот этот день настал.

Все тролли, что жили в Стране Остановленного времени, собрались вместе и ждали, что им скажет Верховный тролль. В зале, где проходило собрание, было темно, не горел ни один факел, ни один светильник. Это было излишним – тролли прекрасно все видят в темноте, и огонь, этот вечный спутник всех волшебников был им совершенно не нужен. В Черном зале стоял невообразимый шум. Он был битком набит троллями всех возрастов, размеров и цветов. В первом ряду прямо перед троном Верховного тролля сидели на сталагмитах самые старые и почтенные тролли. Они были огромного роста, очень древние и совершенно черные. Их большие с медный котел головы с мохнатыми дергавшимися ушами с трудом поворачивались из стороны в стороны, и маленькие злые глазки горели желтовато-зеленым светом. Тролли помоложе и поменьше старались не встречаться с ними взглядами. Мало ли что? Старикам ничего не будет стоить превратить кого угодно в камень или гнилое дерево только потому, что им может показаться, будто на них неприветливо посмотрели. Потому их и посадили по приказу Камельбрука в первом ряду, чтобы они не больно то оборачивались. А самому Верховному троллю они были не страшны. Потому он и был Верховным, что никто из троллей не мог ему ничего приказать, и поэтому приказывал он. Старики ему были не страшны. Он сам был старше их всех и намного могущественнее. Несмотря на свои года, а Камельбрук прожил уже несколько тысяч лет, он единственный из старейшин мог жить не только в пещере, глубоко под землей, но и выходил на земную поверхность, правда только ночью. Дневного света он не переносил, а солнечный свет так просто бы его убил, случись ему оказаться под его яркими лучами. А вот черные тролли так те даже ночного неба не выносили, оно их ослепляло, звезды сильно обжигали, а луна могла даже убить. Вот почему они жили только глубоко под землей, в каменных пещерах, которые за огромные деньги им выстраивали подземные или горные гномы.

В следующем ряду сидели бурые тролли. Они на несколько сотен лет были старше черных троллей, но по виду почти не отличались от них, разве что были размерами помельче, и глаза у них горели не так ярко. Но тем не менее они были такие же уважаемые и почитаемые среди тролльей братии, как и черные тролли.

Третий и четвертый ряды занимали также бурые тролли, но они были еще моложе и еще мельче и не превышали ростом двух метров, в то время как черные тролли достигали и шести метров, а во втором ряду сидели тролли ростом не менее трех метров.

В пятом ряду восседали серые тролли. Это они так называются серые тролли, на самом деле они почти черные, только вот ростом не вышли, не доросли еще. Каждый из них был не выше среднего человека.

На этом ряды сталагмитов кончались, и остальные тролли сидели и стояли на покатой стене пещеры, словно на балконе драматического театра, в то время как уважаемые и могущественные тролли занимали амфитеатр. Здесь была по мнению старейшин одна мелюзга. Молодые тролли, которым не страшны ни солнце, ни луна, самого благоприятного возраста от восьмисот до пятисот лет, колдуны в расцвете сил, от одного упоминания про которых хватало для того, чтобы у людей вставали волосы дыбом и дрожали колени, в то время как о существовании старейшин они даже и не подозревают. Эти тролли были разноцветные – красные, синие, зеленые, коричневые, в зависимости от возраста, злобы, колдовского мастерства и тролльего звания. Чем темнее цвет у тролля, тем он сильнее и старше, тем больше в нем злобы, коварства и хитрости. Молодых троллей было больше всего, почти полторы сотни. Всего в зале присутствовало по списку около двухсот троллей. Когда тролль, отвечающий за регистрацию присутствующих, отметил всех, кто прибыл и занял полагающееся ему по рангу место, закончил свой список и поставил последний крестик против фамилии тролля по фамилии Ростбиф.

– Почти все на месте, – сказал он. – Можно начинать.

С этими словами он помчался в зал, где Камельбрук заканчивал парадный туалет, и сообщил ему, что его ждут. Верховный тролль посмотрел на себя в зеркало, ничего в своем отражении неряшливого не нашел и согласно кивнул головой.

– Начинай собрание, Гуингам.

И Гуингам, главный тролль распорядитель и церемониймейстер, сжав в маленьких ручонках волшебный жезл, побежал начинать собрание. Он вышел на середину зала и дал знак музыкантам, которые сидели в верхней нише прямо над залом, и те заиграли торжественный марш. У них были странные на человеческий взгляд инструменты, а от музыки, которую они играли, можно легко сойти с ума. Но тролли были в восторге от нее, они очень любили свой марш, и поэтому раздались громкие аплодисменты.

– Верховный тролль, президент нашей тайной республики, глава монаршего дома троллей Бисбургов, кронпринц всемирного тролльего королевства, которое воцарится в будущем, председатель парламента и Главного собрания, главнокомандующий и генераллисимус Лейб-гвардии и Большого ополчения, член-корреспондент Академии технических наук, академик Художественной галереи, магистр и бакалавр черной магии Карл Иоханус фон Бисбург Камельбрук Первый и Единственный! – торжественным голосом объявил Гуингам, и в зал в сопровождении молодых троллей гвардейцев вошел Камельбрук.

Это был тролль полутора метров ростом, что по всем меркам, считалось очень мало. Но в том то и дело, что именно малый рост Камельбрука и был его главным достоинством, потому что он был единственным троллем, который умудрился прожить так много лет и при этом остаться маленьким, прямо-таки молодым троллем. В чем был секрет его молодости, никто естественно не знал, и любой тролль за тайну Камельбрука отдал бы полжизни. Второй особенностью Верховного тролля было то, что он не имел собственного цвета. Он мог быть всех цветов и менял их по собственному желанию, а то и вовсе мог переливаться десятью цветами сразу. И еще Камельбрук единственный из всех троллей умел и любил одеваться по человечески. Единственное, что он ценил и одобрял в людях. Вот и сейчас он был одет в шикарный черный фрак с длинными до пола фалдами, красные галифе с белыми лампасами и треуголку на голове. Мода Страны Остановленного времени не удовлетворяла всех потребностей Камельбрука, и он частенько заглядывал за ее пределы в мир людей и высматривал там интересные костюмы. Фрак он высмотрел у музыканта скрипача из двадцатого века, галифе из конца девятнадцатого, а треуголку обнаружил у Наполеона Бонапарта. Плюс ко всему вся грудь Камельбрука была увешана орденами и медалями, которые звенели при ходьбе. Одежда была на нем щегольская, а вот сам он, по человеческим меркам, был отнюдь не красавец: худой, если не сказать тощий, с кривыми ногами и невероятно длинными руками, узкая и длинная как у крысы морда, злобные красные глазки, длинный змеиный хвост с шипами на конце, огромные волосатые уши, то ли свиные, то ли ослиные, и венчали всю приземистую фигуру Верховного тролля два высоких горба на спине, делавшие весь его облик схожим с верблюдом мутантом. Но у троллей Камельбрук считался первым красавцем. Его внешности завидовали все, пожалуй, даже больше чем власти и могуществу или колдовскому искусству.

Когда Верховный тролль вошел в зал Главного собрания, марш сменился гимном Тайной республики троллей, и все кто здесь присутствовал, встали, приветствуя и Верховного тролля и гимн своего государства. Гимн звучал ровно три часа, и все три часа тролли стояли, слушали и не двигались с места, На лицах у них было великое блаженство, потому что тролли кроме всего прочего очень любят музыку.

Наконец гимн закончился. Камельбрук тяжело сел на трон, вырубленный в гигантском сталактите, который свисал с потолка пещеры. После этого все остальные тролли заняли свои места. Вперед выскочил Гуингам.

– Великое собрание, по приказу Верховного тролля объявляется открытым! – громко провозгласил он.

Раздались оглушительные аплодисменты. Тролли кричали, свистели, подвывали, гремели погремушками, дудели в дудки и стреляли из хлопушек. Ликованию казалось, не будет конца. Все очень радовались, потому что Главное собрание, высший законодательный орган троллей, не проводилось уже триста лет.

И вот Верховный тролль поднял вверх руку, призывая всех установить тишину. Тут же стало тихо. Слышно было, как стекали по сталактитам и капали вниз холодные капли воды, а внизу под полом пещеры журчали подземные воды реки Трольги. Камельбрук оглядел всех присутствующих долгим и тяжелым взглядом, под которым тролли замерли и задрожали, потому что сразу поняли, что речь пойдет о важных и серьезных вещах, и ничего доброго ждать от Верховного не приходится, И первые же слова Камельбрука подтвердили самые мрачные предположения присутствующих.

– Я пригласил вас, уважаемые господа тролли, чтобы сообщить вам ужасную новость, – сказал он. – Новость, которая повергнет всех вас в шок.

Тролли молчали, Никто не осмеливался спросить, что это за ужасная новость. Никто не хотел рисковать навлечь на себя гнев Верховного непочтительным поведением. Даже самые молодые и безрассудные тролли и те молчали.

– В нашем черном стаде завелась белая овца! – воскликнул Камельбрук зловещим голосом. Он очень любил театральные эффекты и литературные обороты. Но никто не понял столь замысловатое выражение, и на лицах подданных Верховный увидел недоумение и удивление. – Да, да! Наш род опозорен, ибо он породил существо, которое всем своим существованием наносит нам оскорбление и унижение, потому что в нем течет наша благородная кровь. Среди нас оказался диссидент!

– Кто среди нас оказался? – тролли были так удивлены, что даже забыли про почтительность. – Верховный, ты бы говорил по-тролльи, что ты нас путаешь! – Неслись со всех рядов возмущенные возгласы.

Камельбрук смотрел на своих собратьев, и те с изумлением увидели, как из его глаз льются слезы. Неслыханное дело. Снова возникла тишина. Никто не в силах был издать и звука. Верховный тролль снова заговорил:

– Вы удивлены, братья и дети мои? Да, я плачу, и это слезы скорби текут по моему красивому лицу. Я скорблю за мой народ, ибо больше никто уже про него не скажет, что он состоит из самых злобных и коварных существ на земле. Никто не будет нас боятся и трепетать при звуках наших шагов, и человеки больше не будут пугать своих детей нами. Отныне само слово «тролль» потеряло свое былое значение и славу. Оно теперь синоним добра и справедливости, чести и отваги, света и радости.

И так горько причитал Верховный тролль, произнося столь горестную речь, что за ним заплакали и запричитали и все остальные тролли, которые по правде говоря так до конца и не могли понять, в чем же все-таки дело.

– Камельбрук, – вдруг обратился к Верховному черный тролль Задубень, старый политический противник Камельбрука, который издревле мечтал занять его место и считался оппозиционером, – ты известен своим красноречием далеко за пределами Страны Остановленного времени, но порой ты слишком увлекаешься заморскими словечками и философскими оборотами. Да, ты среди нас, простых рядовых троллей, которые привыкли работать от зари до зари и до седьмого пота, являешься интеллигентом, то есть оторвавшимся от масс. Если так и дальше пойдет, то между тобой и нами непременно вырастет стена недопонимания. При всем моем уважении к тебе, я все-таки призываю к более простым формулировками и настойчиво требую, чтобы ты разговаривал с народом на понятном ему языке. Вот из всего, что ты тут наговорил, я понял лишь одно, что среди нас объявился предатель, который вопреки законам троллей совершил хороший поступок. Так ли это? А если так, то, зачем проливать слезы, подавай нам этого негодяя и мы живо с ним разберемся.